Австралия

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Австралийский Союз
англ. Commonwealth of Australia
Флаг Герб
Гимн: «Advance Australia Fair (Вперёд, прекрасная Австралия)»
Дата независимости Доминион: 1 января 1901
Вестминстерский статут: 11 декабря 1931 (принят 9 сентября 1939)
Австралийский Указ: 3 марта 1986
(от Великобритании)
Официальный язык австралийский английский (де-факто)
Столица Канберра Канберра
Крупнейшие города Сидней, Мельбурн, Брисбен, Перт, Аделаида
Форма правления парламентарная монархия
Королева
Генерал-губернатор
Премьер-министр
Елизавета II
Питер Косгроув
Малкольм Тернбулл
Территория
• Всего
• % водной поверхн.
6-я в мире
7 692 024 км²
1%
Население
• Оценка (2016)
Плотность

24,067,700 чел. (55-е)
2.8 чел./км²
ВВП (ППС)
  • Итого (2015)
  • На душу населения

$1.137 триллионов долл. (17)
$47,318 долл.
ВВП (номинал)
  • Итого (2015)
  • На душу населения

$1.223 триллионов долл.
$51,642 долл.
ИЧР (2013) 0,933[1] (очень высокий) (2-е место)
Названия жителей австралиец, австралийка, австралийцы
Валюта австралийский доллар (AUD, код 036)
Интернет-домен .au
Телефонный код +61
Часовой пояс +8 … +11
Координаты: 25° ю. ш. 135° в. д. / 25° ю. ш. 135° в. д. / -25; 135 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=-25&mlon=135&zoom=12 (O)] (Я)

Австра́лия (англ. Australia, МФА: [əˈstreɪljə], от лат. austrālis — «южный»), официальная форма — Австрали́йский Сою́з (англ. Commonwealth of Australia[2], МФА: [ˈkɒm.ənˌwɛlθ əv əˈstreɪljə]) — государство в Южном полушарии, занимающее одноимённый материк, остров Тасмания и несколько других островов Индийского и Тихого океанов[* 1]; является шестым государством по площади в мире. К северу от Австралийского Союза расположены Восточный Тимор, Индонезия и Папуа — Новая Гвинея, к северо-востоку — Вануату, Новая Каледония и Соломоновы Острова, к юго-востоку — Новая Зеландия. Кратчайшее расстояние между главным островом Папуа — Новой Гвинеи и материковой частью Австралийского Союза составляет всего 145 км[4], а расстояние от австралийского острова Боигу до Папуа — Новой Гвинеи — всего 5 километров. Население на 15 августа 2018 года составляет 25 003 853 чел., большинство из которых проживает в городах на восточном побережье[5].

Австралия является одной из развитых стран, являясь тринадцатой по размеру экономикой в мире, и имеет шестое место в мире по ВВП в расчёте на душу населения. Военные расходы Австралии являются двенадцатыми по размеру в мире. Со вторым по величине индексом развития человеческого потенциала Австралия занимает высокое место во многих сферах, таких как качество жизни, здоровье, образование, экономическая свобода, защита гражданских свобод и политических прав[6]. Австралия является членом G20, ОЭСР, ВТО, АТЭС, ООН, Содружества наций, АНЗЮСа и Форума тихоокеанских островов.





Содержание

Этимология названия

Термин «Австралия» (англ. Australia, [əˈstɹæɪljə, -liə] в австралийском английском[7]) происходит от лат. austrālis («южный»). В разговорной речи австралийцев для обозначения Австралии используется слово Oz. Для обозначения прилагательного «австралийский» австралийцами используется слово Aussie ([ˈɒzi]).

Легенды о Неведомой Южной земле (лат. Terra Australis Incognita) — «неизвестной земле на юге» — восходят к временам Римской империи и были обычным явлением в средневековой географии несмотря на то, что не базировались на каких-либо знаниях о самом континенте.

Самое раннее задокументированное сведение об использовании в английском языке слова «Australia» были написанные в 1625 году «Сведения об Аустралиа-дель-Эспириту-Санту, записанные мастером Халклайтом» (англ. A note of Australia del Espíritu Santo, written by Master Hakluyt) и опубликованные Самуэлем Пурчасом[en] в Hakluytus Posthumus, где испанское название Аустралиа-дель-Эспириту-Санту (исп. Australia del Espíritu Santo), данное острову в архипелаге Новые Гебриды, было искажено до «Australia»[8]. Прилагательное «Australische» также использовалось голландскими чиновниками Батавии (современная Джакарта) для обозначения всех новооткрытых с 1638 года южных земель[9]. Слово «Australia» было использовано в переведённой на английский язык книге французского писателя-утописта Габриэля де Фуаньи «Приключения Жака Садера, его путешествие и открытие Астральной Земли» (фр. Les Aventures de Jacques Sadeur dans la Découverte et le Voyage de la Terre Australe; 1676)[10]. По отношению ко всей южной части Тихого Океана этот термин использует Александр Далримпл, шотландский географ, в своей книге «Историческая коллекция путешествий и открытий в южной части Тихого океана» (англ. An Historical Collection of Voyages and Discoveries in the South Pacific Ocean; 1771). В конце XVIII века термин используется ботаниками Джорджем Шоу и Джеймсом Эдвардом Смитом для обозначения австралийского континента в их книге «Зоология и ботаника Новой Голландии» (англ. Zoology and Botany of New Holland; 1793)[11], а также на карте 1799 года, принадлежавшей Джеймсу Уилсону[en][12].

Название «Australia» стало популярным после опубликования в 1814 году «Путешествия в Terra Australis» капитана Мэтью Флиндерса, который является первым человеком, обогнувшим Австралийский континент. При её подготовке Флиндерс убедил своего патрона, Джозефа Бэнкса, использовать термин Terra Australis, как более известный публике. Флиндерс сделал это, указав:

Если бы я позволил себе любое новшество, то это было бы преобразование названия континента в «Australia», так как оно и более приятное для уха, и сочетается с именами других великих частей света[13].

Это единственное употребление слова «Australia» в тексте; но в Приложении III книги Роберта Броуна «Общие сведения, географические и систематические, о ботанике Терра Аустралис» (англ. General remarks, geographical and systematical, on the botany of Terra Australis; 1814) повсеместно используется прилагательное «Australian»[14] и эта книга является первым задокументированным использованием этого слова[15]. Несмотря на распространённое заблуждение, книга не сыграла особой роли в принятии слова «Australia» для названия континента — это название было принято в течение последующих десяти лет после выхода книги[16]. Лаклан Маккуори, губернатор Нового Южного Уэльса[en]*, использовал это название в официальных посланиях в Англию, а 12 декабря 1817 года рекомендовал Министерству по делам колоний Британской империи официально принять его[17]. В 1824 году Британское адмиралтейство окончательно утвердило это название континента[18].

История

Австралия до прибытия европейцев (до 1606 года)

Предки австралийских аборигенов появились в Австралии 40—60 тыс. лет назад (по другим данным — около 70 тыс. лет назад)[19][20]. Люди прибыли в Австралию по морю в то время, когда Новая Гвинея и Тасмания были частью континента, что делает их самыми ранними морскими путешественниками в мире[21]. Заселение континента людьми началось 42—48 тыс. лет назад[22].

Самые ранние человеческие останки найдены на озере Мунго, высохшем озере на юго-востоке штата Новый Южный Уэльс[23]. Эти останки являются одним из старейших найденных на Земле примеров кремации, что указывает на раннее существование религиозных ритуалов среди австралийских аборигенов[24].

Искусство аборигенов считается старейшей продолжающейся традицией искусства в мире[25]. Его возраст оценивают в 30 000 лет и его можно встретить по всей территории Австралии (в частности, на Улуру и в Национальном парке Какаду)[26][27]. С точки зрения возраста и изобилия рисунков, наскальная живопись в Австралии сопоставима с пещерами Ласко и Альтамира в Европе[28][29].

В период 10—12 тыс. лет до нашей эры Тасмания изолируется от материка, и некоторые каменные технологии не смогли достичь тасманийских аборигенов (например, использование бумеранга)[30]. Во время древнейшего периода истории Австралии в юго-восточной Австралии часто происходили извержения вулканов[31]. В юго-восточной Австралии, на озере Кондах[en] в штате Виктория, найдены полупостоянные поселения с большими запасами продовольствия[32]. На протяжении веков макасары торговали с аборигенами Австралии, в частности с людьми йолнгу[en] на северо-востоке Арнем-Ленда.

Исследование Австралии и колониальный период (1606—1900)

Исследование побережья Австралии (1606—1788)

Некоторые авторы пытались доказать, что европейцы посетили Австралию ещё в XVI веке. Кеннет Макинтайр[en] и другие историки утверждали, что португальцы тайно открыли Австралию в 20-е годы XVI века[33]. Наличие на картах Дьепа[en] надписи «Жав-Ля-Гранд»[en] (фр. Jave La Grande) часто воспринималось ими как доказательство «португальского открытия». Тем не менее карты Дьепа отражают незавершенное состояние географических знаний той эпохи, как фактических, так и теоретических[34]. Хотя теории визитов европейцев до XVII века продолжают привлекать много интереса в Австралии и других странах, они, как правило, считаются спорными и недостаточно доказуемыми.

Открытие Австралии произошло в 1606 году, когда Виллем Янсзон на корабле Дайфкен высадился на побережье Австралии[35], назвав его Новой Голландией и объявив владением Нидерландов (голландцами она никогда не осваивалась). В том же году испанская экспедиция Педро Фернандеса Кироса высадилась на Новых Гебридах и, полагая, что это — южный континент, назвала его Южная Земля Святого Духа (исп. Austrialis del Espiritu Santo)[36][37]. Позднее в этом же году заместитель Кироса Луис Ваэс де Торрес проплыл через Торресов пролив и, возможно, увидел северное побережье Австралии[38].

В 1642 году голландец Абел Тасман совершил путешествие, в ходе которого открыл Землю Ван-Димена (позже названную Тасманией) и Новую Зеландию, чем совершил значительный вклад в исследование Австралии. Он проплыл мимо восточного побережья Австралии к южному побережью Новой Гвинеи в 1644 году, когда совершал своё второе путешествие. Он пропустил Торресов пролив между Новой Гвинеей и Австралией и продолжил плыть на запад вдоль австралийского побережья, и в конечном итоге, благодаря ему, на картах было отображено западное побережье Австралии[39][40].

К 50-м годам XVII века, благодаря голландским мореплавателям, очертания Австралии были достаточно отчётливо прорисованы на картах.

За исключением голландских исследований на западном побережье Австралия оставалась неисследованной до первого плавания Джеймса Кука. Первоначально идею основать колонию для изгнанных осужденных в Южном океане или Terra Australis предложил Джон Калландер. Он сказал:

Этот мир должен предоставить нам совершенно новые вещи, так как до сих пор у нас было настолько мало знаний о нём, как будто мы находимся на другой планете[41].

В 1769 году лейтенант Джеймс Кук, командовавший кораблем Индевор (англ. HMS Endeavour), путешествовал на Таити, чтобы увидеть прохождение Венеры по диску Солнца. Кук также исполнял секретные инструкции Адмиралтейства по поиску Южного континента[42]:

Существует причина того, что можно представить, что континент или земля значительного размера могут быть найдены к югу от пути путешествий прежних мореплавателей[43].

19 апреля 1770 года экипаж корабля Индевор увидел восточное побережье Австралии и десять дней спустя высадился в бухте Ботани. Кук исследовал восточное побережье, а потом, вместе с натуралистом судна Джозефом Бэнксом, сообщил о благоприятной ситуации для основания в заливе Ботани колонии.

Зависимость от Великобритании (1788—1901)

Первая британская колония на континенте, Новый Южный Уэльс, была основана 26 января 1788 года, когда Артур Филлип привел Первый флот в Порт-Джэксон[44]. Этот день стал впоследствии национальным праздником — днём Австралии. Земля Ван-Димена (современная Тасмания) была заселена в 1803 году и получила статус отдельной колонии в 1825 году[45]. Соединенное Королевство формально объявило западную часть Австралии своей в 1828 году[46], начав таким образом владеть всем континентом.

Со временем из частей Нового Южного Уэльса образовывались отдельные колонии: Южная Австралия в 1836 году, Виктория в 1851, а Квинсленд — в 1859 году[47]. Северная территория была основана в 1911 году путём выделения части территорий Южной Австралии[48]. Южная Австралия, Виктория и Западная Австралия основывались как так называемые «свободные колонии», то есть туда никогда не ввозили заключённых[49], однако в последние две колонии вскоре тоже начали ввозить заключённых[en][50][51]. Нежелание жителей Нового Южного Уэльса принимать осужденных привело к окончанию ввоза заключённых в эту колонию; последний корабль с осужденными прибыл в 1848 году[52].

Численность коренного населения, которая составляла от 750 000 до 1 000 000 человек в начале заселения Австралии европейцами[53], резко снизилась за 150 лет после начала заселения, в основном из-за инфекционных заболеваний, принесенных белыми[54]. Программа «Украденные поколения» (забирание детей австралийских аборигенов у их родителей) считается сейчас многими историками геноцидом коренного населения[55], возможно способствовавшим снижению количества аборигенов Австралии[56]. Такая интерпретация истории аборигенов оспаривается многими консерваторами, такими как бывший премьер-министр Австралии Джон Говард, и считается ими преувеличенной или сфабрикованной по политическим или идеологическим причинам[57]. Дебаты вокруг «Украденных поколений» в Австралии получили название «Исторические войны»[en][58]. Федеральное правительство получило право принимать законы по отношению к аборигенам после референдума[en] в 1967 году[59]. Права аборигенов на землю[en] не были признаны до 1992 года, когда Высокий суд в ходе дела Мабо против Квинсленда (2)[en] отменил понимание Австралии как terra nullius («земля, не принадлежащая никому») до заселения европейцами[60].

В начале 50-х годов XIX века в Австралии произошла золотая лихорадка[61]. Позже, в 1854 году произошло Эврикское восстание против сборов денег за лицензии на работу в горном промысле, бывшее одним из первых выражений гражданского неповиновения[62]. Между 1855 и 1890 годами шесть колоний индивидуально получили ответственное правительство, управляющее большей частью дел колонии, при этом те оставались в составе Британской империи[63]. Министерство по делам колоний Британской империи в Лондоне сохранило свой контроль над некоторыми вопросами, в частности иностранными делами[64], обороной[65] и международным судоходством.

Федерация (1901 год — настоящее время)

1 января 1901 года путём десятилетия планирования, консультаций и голосований была основана федерация колоний[en] — Австралийский Союз[66]. В 1907 году Союз получил статус доминиона Британской империи. Федеральная столичная территория (позднее переименованная в Австралийскую столичную территорию) образована в 1911 году в качестве места будущей столицы федерации, Канберры. От даты образования Австралийского Союза по 1927 год, до окончания строительства Канберры функцию столицы выполнял Мельбурн[67]. В 1911 году из северных территорий штата Южная Австралия была образована Северная территория[68]. В 1914 году Австралия добровольно приняла участие в Первой мировой войне на стороне Британской империи[69][70]. Во время войны австралийцы приняли участие во многих крупных сражениях на Западном фронте[71]. Из примерно 416 тысяч австралийцев, принявших участие в войне, около 60 тысяч были убиты, а 152 тысячи — ранены[72]. Многие австралийцы считают поражение Австралийско-новозеландского армейского корпуса (АНЗАК) под Галиполи как момент рождения нации, её первым крупным военным действием[73][74]. Аналогичным по влиянию событием считается битва за Кокоду в 1942 году[75].

В соответствии с Вестминстерским статутом единственной конституционной связью между Австралией и Великобританией остался общий глава государства — британский монарх. Австралия приняла его[en] в 1942 году[76], но дата принятия была официально обозначена 1939 годом для того, чтобы подтвердить обоснованность законодательства, принятого парламентом Австралии во время Второй мировой войны[77][78]. Шок от поражения Британии в Азии в 1942 году и угроза японского вторжения стали причинами сближения Австралии и США[79]. С 1951 года, по условиям договора АНЗЮС, Австралия становится формальным военным союзником США[80].

После Второй мировой войны в Австралии начала поощряться иммиграция из Европы. С 1970-х годов, после отмены политики «Белая Австралия», повысился уровень иммиграции из Азии[81]. В результате изменились демографические данные Австралии, культура и самооценка австралийцев (оценка нации в целом)[82]. В 1986 году был принят Акт Австралии[en], по которому было отменено верховенство британского парламента над парламентами отдельных австралийских штатов и верховенство британского суда[83].

Во время Австралийского референдума 1999 года 55 % австралийцев отклонило проект по преобразованию Австралии в республику[84]. Со времени избрания Гофа Уитлэма в 1972[85] до начала 2000-х годов австралийская внешняя политика стала развивать связи с другими странами Тихоокеанского региона, сохраняя при этом тесные связи с традиционными союзниками и торговыми партнёрами Австралии[86].

Премьер-министр Австралии Малкольм Тернбулл пообещал провести референдум об ЛГБТ-браках до конца этого года в случае, ели его коалиция удержит парламентское большинство после предстоящих выборов, которые состоятся 2 июля 2016 года[87].

Физико-географическая характеристика

Географическое положение

Австралийский Союз — государство в Южном полушарии площадью 7 692 024 км²[88]. Австралия является шестым по площади государством в мире после России, Канады, Китая, США и Бразилии, занимая около 5 % поверхности суши Земли[89]. В него входят: материк Австралия (включая остров Тасмания) площадью 7 659 861 км²[88] и другие прибрежные острова площадью 32 163 км²[88]. Под контролем Австралии находятся несколько внешних территорий: Кокосовые (Килинг) острова площадью 14 км²[90], остров Рождества площадью 135 км²[91], острова Ашмор и Картье площадью 199 км²[92], территория островов Кораллового моря площадью 7 км²[93] (площадь акватории около 780 тыс. км²), остров Херд и острова Макдональд площадью 372 км² (входят в состав Австралийской антарктической территории)[94], остров Норфолк площадью 35 км²[95] и Австралийская антарктическая территория площадью 5 896 000 км²[96] (суверенитет Австралии над этой территорией не признаётся большинством стран мира)[97]. Общая площадь всех внешних территории 5 896 762 км² (без Антарктической территории 762 км²).

Северное и восточное побережья Австралии омывают моря Тихого океана: Арафурское, Коралловое, Тасманово, Индийского океана — Тиморское; западное и южное — Индийский океан. Близ Австралии расположены крупные острова Новая Гвинея и Тасмания. Вдоль северо-восточного побережья Австралии более чем на 2000 километров тянется самый большой в мире коралловый риф — Большой Барьерный риф[98].

Австралия простирается с запада на восток почти на 4000 километров, а с севера на юг — примерно на 3860 км[99]. Крайними точками материка являются: на севере — мыс Йорк (10° ю. ш.), на юге — мыс Саут-Ист-Кейп (43° ю. ш.), на западе — мыс Стип-Пойнт (114° в. д.), на востоке — мыс Байрон (154° в. д.)[99].

Длина береговой линии Австралии составляет 59 736 км (из них материковой части — 35 877 км, островной — 23 859 км)[100], а площадь исключительной экономической зоны — 8 148 250 км²[101].

Климат

Климат Австралии находится под значительным воздействием океанических течений, в том числе диполя Индийского океана[en] и Эль-Ниньо, которые создают периодические засухи[en] и сезонное тропическое низкое давление, которое приводит к формированию циклонов в северной части Австралии[102][103]. Эти факторы вызывают заметное изменение количества осадков от года к году. Большая часть севера страны обладает тропическим климатом с преимущественно летними осадками[104]. Почти три четверти Австралии представляют собой пустыни и полупустыни[105]. В юго-западной части страны климат является средиземноморским[106]. В большей части юго-востока страны (включая Тасманию) климат умеренный[104]. На засушливость региона влияет холодное Западно-Австралийское течение, которое не даёт энергии для образования циклона. Нечто подобное происходит и на западе Южной Америки, но там всё меняется с появлением Эль-Ниньо.

Геологическое строение

В основе территории страны лежит древняя Австралийская платформа, представляющая собой часть материка Гондвана в южном полушарии Земли.

Рельеф

Большую часть территории страны занимают обширные пустыни и низменные территории. Наиболее известные пустыни: Большая Песчаная пустыня, Большая пустыня Виктория. На востоке от пустыни Виктория простирается полупустыня Большой Артезианский бассейн. На востоке материка находятся сильно разрушенные, невысокие горы герцинской складчатости — Большой Водораздельный хребет с максимальной высотой на юге (гора Косцюшко, 2228 м; Таунсенд, 2209 м). Разломы и речные долины расчленяют горы на отдельные массивы. Вершины гор имеют куполообразную форму. Восточные склоны гор круто обрываются к морю, западные — более пологие. Австралия — единственный материк, где нет действующих вулканов и современного оледенения.

Самой низкой точкой Австралии является озеро Эйр (−15 м)[107][108], площадь которого составляет около 15 000 км².

Гора Косцюшко — высшая точка Австралийского континента. Высшая точка страны (вулкан Моусон) находится на субантарктическом острове Херд.

Природные ресурсы

Основное природное богатство страны — минеральные ресурсы. Обеспеченность Австралии природно-ресурсным потенциалом в 20 раз выше среднемирового показателя. Страна занимает 2-е место в мире по запасам бокситов (1/3 мировых запасов и 40 % добычи), циркония, 1-е место в мире по запасам урана (1/3 мировых) и 3-е место (после Казахстана и Канады) по его добыче: 8022 т в 2009 году. Страна занимает 6-е место в мире по запасам угля. Имеет значительные запасы марганца, золота, алмазов. На юге страны (месторождение Браунлоу), а также у северо-восточных и северо-западных берегов в шельфовой зоне имеются незначительные месторождения нефти и природного газа.

Самые большие в Австралии залежи железной руды, которые начали разрабатываться с 60-х годов XX века, находятся в районе хребта Хамерсли на северо-западе страны (месторождения Маунт-Ньюмен, Маунт-Голдсуэрта и др.). Железная руда имеется также на островах Кулан и Кокату в заливе Кинга (на северо-западе), в штате Южная Австралия в хребте Мидлбэк (Айрон-Ноб и др.) и на Тасмании — месторождение Савидж-Ривер (в долине р. Савидж).

Крупные месторождения полиметаллов (свинец, цинк с примесью серебра и меди) находятся в западной пустынной части штата Новый Южный Уэльс — месторождение Брокен-Хилл. Важный центр добычи цветных металлов сложился около месторождения Маунт-Айза (в штате Квинсленд). Залежи цветных металлов имеются также на Тасмании (Рид-Розбери и Маунт-Лайелл), меди — в Теннант-Крике (Северная территория) и в других местах.

Основные запасы золота сосредоточены в выступах докембрийского фундамента и на юго-западе материка (штат Западная Австралия), в районе городов Калгурли и Кулгарди[en], Норсмен[en] и Уилуна, а также в Квинсленде. Более мелкие месторождения встречаются почти во всех штатах.

Бокситы залегают на полуостровах Кейп-Йорк (месторождение Уэйпа) и Арнем-Ленд (месторождение Гов), а также на юго-западе, в хребте Дарлинг (месторождение Джаррадейл).

Содержащие марганец руды находятся на острове Грут-Айленд — в заливе Карпентария и на северо-западе страны — в районе Пилбары.

Месторождения урана обнаружены в различных частях материка: на севере (полуостров Арнем-Ленд) — неподалеку от рек Саут и Ист-Аллигейтор, в штате Южная Австралия — около озера Фром, в штате Квинсленд — месторождение Мэри-Катлин и в западной части страны — месторождение Йиллирри.

Основные залежи каменного угля расположены в восточной части материка. Наиболее крупные месторождения как коксующегося, так и некоксующегося каменного угля разрабатываются около городов Ньюкасл и Литгоу[en] (штат Новый Южный Уэльс) и городов Коллинсвилл[en], Блэр-Атол[en], Блафф[en], Баралаба и Моура-Кианга в штате Квинсленд.

Геологическими изысканиями установлено, что в недрах Австралийского материка и на шельфе у его берегов находятся большие месторождения нефти и природного газа. Нефть найдена и добывается в штате Квинсленд (месторождение Муни, Олтон и Беннет), на острове Барроу у северо-западного побережья материка, а также на континентальном шельфе у южного побережья штата Виктория (месторождение Кингфиш). Залежи газа (крупнейшее месторождение Ранкен) и нефти обнаружены также на шельфе у северо-западных берегов материка.

В Австралии имеются крупные месторождения хрома в штате Квинсленд, а также в Гингин, Донгара, Мандарра (Западная Австралия), Марлин (штат Виктория).

Из неметаллических полезных ископаемых встречаются различные по своему качеству и промышленному использованию глины, пески, известняки, асбест, а также слюда.

Гидрология

Речная система Австралии небольшая. Она представлена в основном рекой Муррей (Марри) с притоком Дарлинг, которые берут начало в Большом Водораздельном хребте. В нижнем течении Дарлинг пересыхает и распадается на отдельные водоёмы. Протяжённость Муррея, являющегося самой длинной рекой страны, составляет 2375 км[109]. Вторая по длине река Австралии — Маррамбиджи (1485 км), третья — Дарлинг (1472 км; если учитывать длину всех притоков реки Дарлинг, которые официально не являются её частью, то длина возрастает до 2844 км, делая Дарлинг самой длинной рекой Австралии[109]). Река Муррей и её приток, Дарлинг, также являются главными реками в речном бассейне Муррей-Дарлинг, который считаются крупнейшим в стране: он занимает около 14 % суши Австралии, или более 1 млн км²[109]. Наиболее развита речная сеть на острове Тасмания. Реки там имеют смешанное дождевое и снеговое питание и полноводны в течение всего года. Они стекают с гор и поэтому бурны, порожисты и обладают большими запасами гидроэнергии. Последняя река широко используется для строительства гидроэлектростанций. Наличие дешевой электроэнергии способствует развитию на Тасмании энергоемких производств, таких как выплавка чистых электролитных металлов, изготовление целлюлозы и др. Недостаток поверхностных вод частично возмещается большими запасами подземных вод, которые скапливаются в артезианских бассейнах. Артезианские воды Австралии содержат много солей.

На территории Австралии имеется большое количество озёр, которые расположены преимущественно в котловинах, заполняемых водой только после дождей. При этом значительную часть года эти озёра покрыты глинисто-солончаковой коркой. Крупнейшими озёрами страны являются Эйр (9500 км²), Маккай (3494 км²), Амадиус (1032 км²), Гарнпанг (542 км²) и Гордон (270 км²; одновременно является крупнейшим искусственным водоёмом Австралии)[110]. Крупнейшие солёные озёра — Эйр (9500 км²), Торренс (5745 км²) и Гэрднер (4351 км²)[110].

Живая природа

Хотя большую часть континента занимают полупустыни и пустыни, в Австралии имеются разнообразные ландшафты от аналогичных альпийским лугам до тропических джунглей. Из-за значительного возраста континента (а также низкого плодородия почв), большого разнообразия погодных условий и длительной географической изоляции, биота Австралии богата и уникальна. Флора и фауна Австралии суммарно включают около 12 тысяч видов, из них около 9 тысяч — эндемики[111]. Среди цветковых растений эндемиков 85 %, из млекопитающих — 84 %, птиц — 45 %, прибрежных рыб — 89 %[112]. Многим экологическим регионам Австралии и их флоре и фауне угрожает человеческая деятельность и интродуцированные виды растений и животных.

Основным правовым документом, регулирующим охрану исчезающих видов в Австралии, является «Акт о защите окружающей среды и биологического разнообразия» 1999 года (англ. Environment Protection and Biodiversity Conservation Act 1999). С целью защиты и сохранения уникальной экосистемы Австралии в стране создано большое количество охраняемых территорий: 64 болотистые местности были внесены в Рамсарский список водно-болотистых угодий международного значения, 16 объектов — в список Всемирного наследия. По такому показателю, как индекс экологической устойчивости, Австралия в 2005 году заняла 13 место[113].

Большая часть австралийских древесных растений являются вечнозелёными, а некоторые из них приспособились к засухам или пожарам, как, например, эвкалипты и акации. На континенте произрастает большое число эндемичных растений семейства Бобовые, которые могут выжить на малоплодородных почвах благодаря микоризе с бактериями рода Rhizobium.

Флора прохладной Тасмании значительно отличается от флоры большой земли. Кроме типичных для Австралии эвкалиптов, на острове произрастает значительное число видов деревьев, родственных новозеландским и южноамериканским, в частности вечнозелёный южный бук (нотофагус)[114][115].

Наиболее известными представителями австралийской фауны являются однопроходные животные (утконосы и ехидны), разнообразные сумчатые (коалы, кенгуру, вомбаты), и такие птицы как эму, какаду и кукабара. В Австралии обитает самое большое количество в мире ядовитых змей[116]. Динго были завезены австронезийцами, которые торговали с австралийскими аборигенами с 3000 года до н. э.[117] Многие растения и животные, включая гигантских сумчатых, вымерли с заселением материка аборигенами; другие (например, тасманский тигр (сумчатый волк)) вымерли с появлением европейцев[118].

Богаты омывающие Австралию воды и головоногими моллюсками. Среди особо известных видов — синекольчатые осьминоги (несколько видов из рода Hapalochlaena причисляемые к самым ядовитым животным мира[119], и гигантские австралийские каракатицы, собирающиеся каждую зиму для массовых брачных игр в одной из бухт залива Спенсер.

Экологическая ситуация, природоохранная деятельность

Ограничения на использование воды

К концу XX века во многих частях Австралии создалась напряжённая ситуация с пресной водой. Например, растущие нужды населения и промышленности штата Южная Австралия с большим трудом могли быть удовлетворены традиционными источниками (река Муррей), мелкие речки, стекающие с холмов у Аделаиды, дождевая вода, собираемая населением, и артезианские воды).

В связи с этим в Австралии существуют официальные ограничения на использование воды (англ. water restrictions). Они сильно различаются в зависимости от региона, и обычно состоят из нескольких уровней (город Сидней — три уровня, штат Квинсленд — 7 уровней), на каждом из которых существуют свои запреты. Ослабление запретов (повышение уровня расхода воды) обычно связывается с началом сезона дождей (приходится на зиму, в Южном полушарии — июнь, июль, август), и наполнением водохранилищ. Примером подобных запретов являются: запрет мыть машину из шланга (можно только из ведра), наполнять бассейны, поливать твёрдые поверхности (асфальт, бетон), поливать газоны с 10 до 16 часов[120].

Строительство опреснительных установок

В связи с нехваткой пресной воды в штате Южная Австралия планируется строительство нескольких крупномасштабных водоопреснительных сооружений на основе обратного осмоса. Строительство подобных сооружений планируется и на заливе Сент-Винсент, для обеспечения водой Аделаиды.

Горнодобывающая компания BHP Billiton, намечающая дальнейшее расширение своих урановых рудников (карьеров) Олимпик-Дэм (англ. Olympic Dam), расположенных в пустыне в нескольких сотнях километрах к северу от залива Спенсер, планирует построить крупномасштабный завод для опреснения воды у северной оконечности залива (г. Уайалла), и магистральный водопровод оттуда к своему карьеру. По проекту, завод будет ежедневно забирать 360 тыс. м³ воды из залива, производя 180 тыс. м³ пресной воды (120 тыс. м³ воды для нужд горнодобывающей компании, плюс ещё 60 тыс. м³ воды для населения полуострова Эйр), и сбрасывая 180 тыс. м³ рассола, остающегося после опреснения воды, обратно в залив.

Эти планы вызывают тревогу местных экологических организаций. Они озабочены, не засосут ли водозаборники множество планктона (включая личинок рыб и т. п.), и не повредит ли повышающаяся солёность остающейся в заливах воды подводным обитателям, включая гигантских австралийских каракатиц, ежегодно собирающихся для своих брачных игр в северную часть залива Спенсер[121][122].

Население

Население Австралии составляет 21 507 719 человек (перепись 2011 года).

До конца XVIII века население Австралии составляли пришедшие 40—50 тыс. лет назад австралийские аборигены, островитяне Торресова пролива и аборигены Тасмании (между этими тремя группами существуют культурные и даже внешние различия).

Большинство населения Австралии — потомки иммигрантов XIX и XX веков, при этом большинство этих иммигрантов прибыли из Великобритании и Ирландии. Заселение Австралии выходцами с Британских островов началось в 1788 году, когда на восточном берегу Австралии была высажена первая партия ссыльных и основано первое английское поселение Порт-Джэксон (будущий Сидней). Добровольная иммиграция из Англии приняла значительные размеры лишь в 1820-е, когда в Австралии стало быстро развиваться овцеводство. После открытия в Австралии золота сюда из Англии и отчасти из других стран прибыла масса иммигрантов. За 10 лет (1851—61) население Австралии увеличилось почти втрое, превысив 1 млн человек.

В период с 1838 по 1900 в Австралию прибыло свыше 18 тыс. немцев, расселившихся в основном на юге страны; к 1890 немцы представляли собой вторую по численности этническую группу континента. Среди них были подвергавшиеся преследованиям лютеране, экономические и политические беженцы — например, те, кто покинул Германию после революционных событий 1848.

В 1901 австралийские колонии объединились в федерацию. Консолидация австралийской нации ускорилась в первые десятилетия XX века, когда окончательно окрепла общенациональная экономика Австралии.

За период после Второй мировой войны население Австралии увеличилось более чем в 2 раза (после Первой мировой войны — в 4 раза) благодаря осуществлению амбициозной программы стимулирования иммиграции. В 2001 27,4 % населения Австралии составляли люди, родившиеся за рубежом. Крупнейшими группами среди них являлись британцы и ирландцы, новозеландцы, итальянцы, греки, нидерландцы, немцы, югославы, вьетнамцы и китайцы.

Самый крупный город Австралии — Сидней, столица самого населённого штата Новый Южный Уэльс.

Австралийская столичная территория является самым густонаселённым субъектом в составе Австралийского Союза — плотность населения составляет 151,49 чел./км².

Если покинуть побережье и проследовать вглубь материка около 200 километров, начнутся малонаселённые районы континента. Буйные влажные леса и богатые сельскохозяйственные угодья сменяются жаркой, сухой, открытой местностью, где можно встретить только кустарниковые заросли и злаки. Однако в этих местностях тоже есть жизнь. На сотни километров простираются большие овечьи и коровьи пастбища, или ранчо. Дальше, в глубине материка, начинаются палящие зноем пустыни.

Официальный язык — английский (диалект, известный как австралийский английский).

Административно-территориальное деление

Австралия состоит из шести штатов, двух материковых территорий и других более мелких территорий. Штатами являются Виктория (VIC), Западная Австралия (WA), Квинсленд (QLD), Новый Южный Уэльс (NSW), Тасмания (TAS) и Южная Австралия (SA). Двумя главными материковыми территориями являются Северная территория (NT), и Территория федеральной столицы (ACT). Статус территорий во многом аналогичен статусу штатов, за исключением того, что федеральный парламент может отменить любое решение парламента территории, в то время как по отношению к штатам федеральное законодательство имеет верховенство над законодательством штатов только в тех случаях, которые указаны в параграфе 51 Конституции. Все остальные вопросы остаются в ведении штата, например, здравоохранение, образование, правопорядок, общественный транспорт, дороги, судоустройство и местное самоуправление.

Каждый штат и материковая территория имеет свой законодательный орган: однопалатный в Северной территории, Территории федеральной столицы и Квинсленде и двухпалатный в остальных штатах. Нижняя палата носит название Законодательная ассамблея (в Южной Австралии и Тасмании — Законодательное собрание), а верхняя — Законодательный совет. Главами правительств штатов являются премьеры, а территорий — главные министры. Кроме генерал-губернатора Союза, монархия также представлена в отдельных штатах губернаторами, а в Северной территории и Территории федеральной столицы — администраторами, которые выполняют функции, аналогичные губернаторским.

Австралия владеет несколькими территориями. Федеральное правительство контролирует территорию Джервис-Бей, расположенную в Новом Южном Уэльсе (она является военной базой и морским портом национальной столицы). Одновременно под контролем Австралии находятся несколько обитаемых внешних территорий: остров Норфолк, остров Рождества, Кокосовые острова; и несколько необитаемых территорий: острова Ашмор и Картье, территория островов Кораллового моря, остров Херд и острова Макдональд и Австралийская антарктическая территория (треть Антарктиды). Суверенитет Австралии над территорией Антарктиды не признаётся многими государствами, в том числе Россией.

<imagemap>: неверное или отсутствующее изображение

Флаг Название Тип адм. ед. Столица Население,
чел. (2011)[123]
Площадь,
км²[124]
1 Австралийская столичная территория территория Канберра 357 219 2358
2 Виктория штат Мельбурн 5 354 040 227 416
3 Западная Австралия штат Перт 2 239 170 2 529 875
4 Квинсленд штат Брисбен 4 332 737 1 730 648
5 Новый Южный Уэльс штат Сидней 6 917 658 800 642
6 Северная территория территория Дарвин 211 944 1 349 129
7 Тасмания штат Хобарт 495 350 68 401
8 Южная Австралия штат Аделаида 1 596 570 983 482
Всего 21 507 719 7 691 951

Государственно-политическое устройство

Эта статья является частью темы
Политика и правительство Австралии

ПорталПроект


просмотробсуждениеправить

Основы государственно-правовой системы

Австралия — государство Содружества (англ. Commonwealth realm), в котором сторонники республиканской формы правления имеют наиболее сильные позиции. Основным законом государства является конституция, одобренная королевой Викторией в 1900 году. Конституционной силой обладают также другие законодательные акты, например, «Акт о принятии Вестминстерского статута»[en] и «Акт Австралии»[en].

В Австралии часто поднимается вопрос о республиканской форме правления. В феврале 1998 года в Канберре прошёл Конституционный конвент, где большинство делегатов проголосовало за преобразование Австралии в республику. В 1999 году по итогам конвента был проведён референдум о введении республиканской формы правления. За республику проголосовало 45,13 % участников. Согласно данным социологического опроса, проведённого в конце 2005 года, 46 % австралийцев желают, чтобы Австралия стала республикой. Лишь 34 % считают, что главой страны должен быть британский монарх, при этом 52 % не желают, чтобы следующим королём стал Принц Уэльский Чарльз, которого желают видеть будущим главой страны лишь 29 % граждан Австралии[125][126]. Многие наблюдатели считают, что королева Елизавета II станет последним британским монархом, возглавлявшим Австралийский Союз. В марте 2007 года премьер-министр Австралии Джон Говард выразил сомнение, что Австралия станет республикой, пока у власти находится ныне царствующая королева Елизавета II[127].

Исполнительная власть

Руководителем исполнительной ветви власти в Австралии является премьер-министр, в настоящее время — Малкольм Тернбулл.

Формальным главой государства, королевой Австралийского Союза, является Елизавета II. Королева утверждает генерал-губернатора, который имеет полномочия вмешиваться в случае конституционного кризиса, а в обычное время играет исключительно представительскую роль[128]. Генерал-губернатор также является главнокомандующим Вооружёнными силами Австралии, представляя в этой должности королеву. По конституции Австралии, несмотря на то, что Елизавета II является в одном лице королевой Австралии и Великобритании, её власть и влияние осуществляется совершенно по-разному на территории двух стран[129].

Премьер-министр избирается по поручению генерал-губернатора. Премьер-министром всегда становится только лидер партии или коалиции с поддержкой большинства в Палате представителей. Единственным случаем, когда сенатор становился премьер-министром, было избрание премьер-министром Джона Гортона, который впоследствии оставил свой пост в Сенате и стал членом Палаты представителей (также было время, когда сенатор Джордж Пирс[en] был исполняющим обязанности премьер-министра в течение семи месяцев 1916 года, в то время как Уильям Хьюз был за рубежом)[130].

Кабинет министров Австралии назначается генерал-губернатором по рекомендациям премьер-министра Австралии[131]. Министры, непосредственно входящие в кабинет, называются старшими министрами (англ. Senior Cabinet minister). В заседаниях кабинета принимают участие только старшие министры, хотя и другие министры могут присутствовать, если на повестке дня стоит область их деятельности. Встречи кабинета проходят под председательством премьер-министра[131].

Законодательная власть

Австралия имеет двухпалатный федеральный парламент, состоящий из Сената (верхней палаты) из 76 сенаторов и Палаты представителей (нижней палаты) из 150 депутатов. В парламент также входит королева Великобритании (представленная генерал-губернатором). Австралийский Парламент является шестой по возрасту непрерывной демократией в мире[132].

Депутаты нижней палаты избираются по одномандатным округам. Депутаты избираются на 3 года по мажоритарной избирательной системе абсолютного большинства с предпочтительным (преференциальным) голосованием. Ни один штат не может быть представлен менее чем 5 депутатами.

В Сенате каждый из 6 штатов представлен 12 сенаторами, а каждая территория — двумя. Выборы в Сенат проходят по партийным спискам. Сенаторы избираются на 6 лет. Каждые три года переизбирается половина Сената.

Правительство формируется из депутатов нижней палаты, причём лидер партии (или коалиции партий) большинства автоматически становится премьер-министром.

Партия Палата Сенат
Лейбористская партия 72 31
Либеральная партия 44 24
Либеральная национальная партия Квинсленда 21 6
Национальная партия 6 3
Аграрная либеральная партия 1 1
Независимые депутаты 4 1
Зелёные 1 9
Национальная партия Западной Австралии[en] 1
Демократическая лейбористская партия 1
Всего мест 150 76

Государственная символика

Флаг Австралии представляет собой прямоугольное полотнище синего цвета, на котором изображены три элемента: флаг Великобритании (известный также как «Юнион Джек»), звезда Содружества (или звезда Федерации, она же Хадар) и созвездие Южного Креста[133].

Согласно Закону «О флаге»[en][134] изображение флага Великобритании должно находиться в верхней левой четверти флага[135]; изображение большой белой звезды, символизирующей 6 штатов Австралии и остальные территории, — в центре левой нижней четверти, указывая на центр флага Святого Георгия в составе флага Великобритании[135], а пять белых звёзд, символизирующих созвездие Южного Креста, должны находиться в правой половине полотнища[135].

Полное описание современного дизайна флага было опубликовано в «Правительственном бюллетене Содружества» (англ. Commonwealth Gazette) в 1934 году[136].

Герб Австралии представляет собой щит, на котором слева направо представлены гербы штатов: Новый Южный Уэльс, Виктория и Квинсленд. В нижней части щита, слева направо: Южная Австралия, Западная Австралия, и Тасмания. Над щитом расположена семигранная «Звезда Содружества» или Звезда Федерации над голубым и золотым венками. Шесть лучей звезды представляют собой 6 штатов, а седьмой представляет собой совокупность территорий и саму Австралию. Щит придерживают кенгуру и эму. Первоначальный вариант герба был дарован Эдуардом VII в 1907 году[137].

Национальный гимн Австралии — «Развивайся, прекрасная Австралия» (англ. Advance Australia Fair). Сочинён Питером Маккормиком[en] в 1878 году. Этим гимном, по рекомендации правительства Роберта Хоука и с позволения генерал-губернатора Ниниана Стефана[en][138], в 1984 году был заменен британский «God Save The Queen».

Политические партии

Основные партии Австралии — Лейбористская (англ. Australian Labor Party; создана в 1891 году), Либеральная (англ. Liberal Party of Australia; 1944 год) и Национальная (англ. National Party of Australia; 1916 год).

Коалиция Либеральной и Национальной партий находилась у власти с 1996 по 2007 год, а с 2004 года контролировала и Сенат. На парламентских выборах 2007 года, однако, большинство в нижней палате получили лейбористы, которые в тот период имели большинство во всех штатах и территориях государства.

На выборах 2013 коалиция либералов, Национальной партии, Либеральной национальной партии Квинсленда и Аграрной либеральной партии одержала победу и сформировала правительство во главе с лидером Либеральной партии Тони Эбботтом.

Для того чтобы зарегистрироваться в качестве политической партии нужно иметь устав с изложением её основ и по крайней мере одного члена парламента или 500 членов в списках избирателей[139].

Внешняя политика

В последние десятилетия международные отношения Австралии основывались на тесных отношениях с США и Новой Зеландией через организацию АНЗЮС (Australia, New Zealand, United States Security Treaty), с Юго-Восточной Азией через АСЕАН, и Океанией в рамках Форума тихоокеанских островов. Основные усилия государства направлены на либерализацию внешней торговли. Австралия оказывает помощь многим развивающимся странам.

Правительство Джона Говарда, находившееся у власти с 1996 по 2007 год, проводило внешнюю политику, направленную на приоритетное развитие отношений с традиционными союзниками Австралии — США и Великобританией — в ущерб поддержке международных многосторонних усилий в рамках ООН. Правительство выступало за поддержание добрососедских отношений с региональными державами — такими как Китай, Япония и Индонезия, хотя иногда здесь возникают проблемы — например, ситуация вокруг Восточного Тимора. Австралия увеличивает своё участие в решении внутренних проблем своих соседей — Папуа — Новой Гвинеи, Соломоновых Островов, Фиджи и Науру.

Восточный Тимор

В середине января 2006 года закончились длившиеся более полутора лет переговоры между Австралией и Восточным Тимором по вопросу газовых и нефтяных месторождений в Тиморском море. Стороны подписали соглашение, в результате которого прибыль от добычи газа будет делиться по схеме 50:50. В разработке месторождения основная доля принадлежит австралийской компании «Woodside Petroleum», также участвуют «ConocoPhilips» и «Royal Dutch/Shell». Демаркация границы между государствами не проведена, и стороны также договорились отложить на пятьдесят лет договор о границе, чтобы начать эксплуатацию совместного месторождения, расположенного на спорном участке.

Вооружённые силы

Австралийские вооружённые силы известны как Силы обороны Австралии (ADF). Они состоят из Королевского военно-морского флота Австралии, Армии Австралии и Королевских военно-воздушных сил.

Комплектование ВС — добровольное на контрактной основе, срок службы ограничен только условиями контракта.

  • Общая численность: 51,5 тыс. (регулярный состав) и 19,5 тыс. (резерв)
  • Мобилизационные ресурсы: 4,9 млн чел. (из них годны к службе 4,2 млн)

Все виды австралийских вооружённых сил принимают активное участие в миротворческих операциях (в настоящее время — Восточный Тимор и Соломоновы Острова), спасательных операциях и военных конфликтах (в настоящее время — Ирак и Афганистан).

Премьер-министр назначает главнокомандующего из командующих видами вооружённых сил. В настоящее время Силами обороны Австралии командует маршал авиации Ангус Хьюстон (Air Chief Marshall Angus Houston). В 2005/06 финансовом году военные расходы составили 17,5 млрд австралийских долларов[140] — 2 % ВВП.

На территории страны находится 16 военных объектов США, в том числе радиоцентр связи с ПЛАРБ (мыс Северо-Западный) и ракетный полигон Вумера.

Экономика

Австралийский доллар является денежной единицей Австралийского Союза, а также острова Рождества, Кокосовых островов и острова Норфолк. Кроме того, эта валюта имеет хождение в независимых государствах Океании — Кирибати, Науру и Тувалу. Австралийская фондовая биржа — крупнейшая площадка страны по торговле акциями и деривативами.

Австралия — одна из немногих капиталистических стран, наиболее полно воплотивших принцип laissez-faire в управлении экономикой, согласно индексу экономической свободы мира. Валовой внутренний продукт Австралии на душу населения несколько выше, чем в Великобритании, Германии и Франции по паритету покупательной способности. Страна была признана второй из 170 (2009 год) по индексу человеческого развития и шестой по качеству жизни по методике журнала «Экономист» (2005). В 2011 году рекордное число австралийских городов вошли в десятку (en:World's Most Livable Cities) наиболее комфортных для проживания городов мира этого же журнала, где Мельбурн занял первое, Сидней — шестое, Перт — восьмое, Аделаида — девятое место соответственно[142].

Значительный перевес добывающего сектора экономики над промышленным производством привел к существенному росту австралийской экономики в начале столетия благодаря высоким ценам на ресурсы. Отрицательный платёжный баланс Австралии превышает 7 % ВВП, а значительный дефицит текущих статей платежного баланса наблюдался на протяжении последних 50 лет[143]. На протяжении последних 15 лет австралийская экономика росла в среднем на 3,7 % в год, в то время как среднемировой экономический рост составлял 2,5 % в этот же период[143].

В 1983 году правительство страны превратило австралийский доллар в свободно конвертируемую валюту и частично ослабило регулирование экономической системы[144]. За этим последовал ряд реформ, приведших к частичной дерегуляции рынка труда и дальнейшей приватизации государственных предприятий, прежде всего в сфере телекоммуникаций[145]. Система косвенных налогов претерпела значительные изменения в июле 2000 года с введением специального налога на добавленную стоимость (en:Goods and Services Tax), что несколько снизило зависимость от подоходных налогов компаний и частных лиц, характеризовавшую налоговую систему Австралии до этих изменений.

В январе 2007 года общее число людей, занятых во всех сферах экономики Австралии, составило 10 033 480, уровень безработицы достигал 4,6 %[146]. На протяжении последнего десятилетия инфляция не превышала 2—3 %, а базовые процентные ставки колебались в пределах 5—6 %. В начале 2008 года уровень безработицы понизился до 3,9 %, однако вновь достиг 4,4 % в декабре этого же года. Сектор услуг, включающий туризм, образование и банки, составляет 69 % ВВП[147]. Хотя сельское хозяйство и добыча природных ресурсов составляют всего 3 % и 5 % ВВП соответственно, но при этом формируют заметную долю экспорта. По данным Всемирного банка в 2012 году Австралия занимала третье место в мире после США и Франции по экспорту пшеницы (17,6 млн тонн стоимостью 5,7 млрд долларов)[148]. Во второй половине XX века экономика страны переориентируется на Японию и другие восточно-азиатские страны, которые становятся главными внешнеторговыми партнёрами Австралии. Главные покупатели австралийской продукции — Япония, Китай, США, Южная Корея и Новая Зеландия[141]. В настоящее время Австралия ведёт активную работу по установлению режима свободной торговли с Китаем — вторым после Японии внешнеторговым партнёром страны.

По версии журнала Newsweek страна занимает 4-е место в списке «Лучшие страны мира»[149]. Это сводный показатель состоит из следующих рейтингов: образование — 13-е место, здоровье — 3-е место, качество жизни — 6-е место, динамизм экономики[неизвестный термин] — 6-е место, политическая обстановка — 9-е место.

По данным Всемирного экономического форума (World Economic Forum), в рейтинге мировой конкурентоспособности (Список самых конкурентоспособных стран мира) за 2010—2011 года Австралия занимает 16-е место[150].

По производству электроэнергии на душу населения занимает одно из первых мест в мире.

Трудовые ресурсы

В Австралии проживает около 21 миллиона человек. Доля иностранных рабочих в стране составляет 25 %. В некоторых регионах Австралии есть нехватка рабочих кадров. В первую очередь это связано с небольшим населением при большой площади этих районов (плотность Н = 3 чел/км²) и тем, что большинство населения проживает на восточном побережье Австралии. Очень много выходцев из Китая, Вьетнама, Кореи работают в западной части страны. Их численность быстро растёт. Развиты химическая, электротехническая, металлургическая отрасли промышленности, автомобилестроение.

Сельское хозяйство

Сельское хозяйство — одна из основных отраслей экономики Австралии. Доля сельского хозяйства в ВВП Австралии — 3 %, объём валовой добавленной стоимости в сельском хозяйстве и скотоводчестве — более 155 млрд австралийских долл. 61 % площади страны покрывают 135 996 фермерских и скотоводческих хозяйств, сочетая орошаемые земли с богарными полями[151].

В Австралии существуют три основные сельскохозяйственные зоны:

  • зона высоких осадков, в которую входит остров Тасмания и узкая прибрежная зона восточного побережья (используется в основном для молочного и мясного производства);
  • зона полей используется для посева озимой пшеницы и выпаса овец, используемых для получения шерсти и мяса;
  • пастбищные зоны характеризуются малым количеством осадков и менее плодородной почвой, используется для выпаса крупного рогатого скота[152].

В Австралии высок процент первичного производства как для экспорта, так и для внутреннего потребления. Зерновые, масличные и бобовые культуры выращиваются в больших масштабах как для потребления человеком, так и в качестве корма для скота. Доля площадей для выращивания пшеницы является одной из наибольших в мире по площади. Также важной для австралийской экономики культурой является сахарный тростник.

Австралия производит большое количество фруктов, орехов и овощей. Основу продукции составляют апельсины[153], яблоки[154], бананы[155], каштаны[156], картофель[157], морковь[158] и томаты.[158] Штат Квинсленд и Северная территория являются поставщиками манго[159] и ананасов[160].

Австралия — одна из немногих стран, которая занимается выращиванием опиумного мака для фармацевтических целей[161][162]. Производство на острове Тасмания находится под строжайшим контролем государства.

Общий доход от экспорта мяса составляет около 996,5 млн австралийских долл. Доход от экспорта крупного рогатого скота составляет около 662 млн австралийских долл., от экспорта баранины — 323 млн австралийских долл. Крупнейшим потребителем австралийского мяса является Индонезия[163].

Одним из важнейших продуктов австралийского сельского хозяйства является шерсть. Австралийская шерстяная промышленность признана во всём мире благодаря производству самого высококачественного мутона. Начиная с 2001 года австралийское производство шерсти составляет 9 % мирового производства. При этом Австралия доминирует в секторе тонкой шерсти, производя 50 % мутона в мире. Хотя овец выращивают по всей Австралии, 36 % поголовья находится в Новом Южном Уэльсе[164][165].

Из-за большой площади пустынь в Австралии, а также нерегулярного выпадения осадков, для сельского хозяйства необходимо искусственное орошение. Помимо искусственного орошения, основные проблемы, стоящие перед сельским хозяйством в Австралии — засуха, низкое плодородие почв, сорняки, глобальное потепление, вызванное изменением климата, биобезопасность (биологические угрозы, исходящие от импортных продуктов и животноводства), тарифы на австралийский экспорт в странах-импортёрах (в частности, в Европе и Японии), колебания курсов валют и нестабильность цен[166].

Промышленность

Автомобильная промышленность Австралии

Австралия является одной из немногих стран, которая имеет собственные компании занимающееся разработкой и производством автомобилей.

Нефтяная и газовая промышленность

Добыча нефти и газа в Австралии осуществляется с …. года. Разработка нефтяных месторождений

Транспорт

Транспорт является важнейшей частью инфраструктуры австралийской экономики, так как страна обладает огромной территорией и низкой плотностью населения. Важную роль играет железнодорожный транспорт, автомобильные перевозки.

Социальная инфраструктура

Образование

Школьное образование в Австралии
К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Система школьного образования Австралии построена на основе английской. В Австралии преобладают государственные школы и 70 % школьников учатся в них, остальные — в частных (в Австралии действует порядка 950 частных школ). Некоторые из таких школ принадлежат церкви. Среди частных учебных заведений встречаются школы-пансионы, принимающие детей из-за рубежа начиная с 6-го класса. Чтобы поступить в самые престижные школы, ребёнку нужно хорошо владеть английским и выдержать вступительные экзамены.

Кроме того, существуют классы и отдельные школы для детей с выдающимися способностями (selective). Для поступления в них нужно выдержать вступительный экзамен.

Австралийцы начинают ходить в школу с 5 лет. Среднее образование в Австралии занимает 13 лет — первый год в подготовительном классе (kindergarten в Новом Южном Уэльсе и Столичной территории или preschool в остальных штатах) и 12 лет, собственно, в школе. После 10 класса школьники делают свой выбор и могут оставить школу.

Высшее образование в Австралии

Вступительных экзаменов в австралийских университетах не существует. Получение места в университете после окончания школы полностью зависит от результата выпускных школьных экзаменов, отраженных в свидетельстве об окончании школы The Higher School Certificate (HSC). Название сертификата варьируется в зависимости от штата и территории, однако, независимо от названия все они имеют одинаковый «вес» для австралийских университетов.

Пенсионное обеспечение

В Австралии срок выхода на пенсию составляет 65 лет. Существует система ограничений уровня пенсионного обеспечения. 70 % австралийцев получают пенсию максимального размера, однако остальным гражданам пенсию снижают с учётом величины их доходов. Для того, чтобы защитить таких граждан, в стране внедрена система профессионального пенсионного страхования, которой охвачено 90 % работников. Каждый работник и работодатель обязаны отсчитывать взносы в любой из частных пенсионных фондов, причём пенсионные взносы не включаются в базу налогообложения. Австралийская система пенсионного страхования имеет обязательный характер и на сегодняшний день считается наиболее современной из всех моделей, внедрённых в промышленно развитых странах.

Культура

Музыка

Также см. Музыканты Австралии, Музыкальные коллективы Австралии

В Австралии изобретен один из старейших духовых инструментов в мире — Диджериду.

Мировую известность получили австралийские альтернативные и рок-группы Jet, Bee Gees, AC/DC, Ник Кейв, Airbourne, INXS, Savage Garden, Silverchair, The Temper Trap, Midnight Oil, The Living End, Pendulum, The Amity Affliction, 5 Seconds of Summer.

Среди поп-исполнителей австралийского происхождения известны Кайли Миноуг, Натали Имбрулья, Оливия Ньютон-Джон, Кит Урбан, Данни Миноуг, Даррен Хейз, Габриэлла Чилми, Джейсон Донован, Джимми Барнс, а также молодой исполнитель Коди Симпсон

В 2015 году Австралия впервые участвовала в конкурсе песни Евровидение и заняла 5-е место. Страну представлял певец Гай Себастьян с песней Tonight Again.

Литература

Архитектура

Танец и балет

Грэм Мэрфи является одним из выдающихся мировых постановщиков балета.

Театр

Коренное население Австралии театра не знало[167]. Первые театральные представления в Австралии, которые давались силами колонистов и сосланных из Англии осуждённых состоялись около 1780 года[168]. Первый спектакль состоялся в Сиднее 4 июня 1879 года: каторжане в помещении барака представили пьесу по комедии Дж. Фаркуара «Офицер-вербовщик»[167].

В начале XX века в Мельбурне организовался еврейский профессиональный театр, который давал свои представления на идише[169].

Кино

СМИ

Цирк

Как и в большинстве европейских стран, в Австралии отсутствуют стационарные помещения для цирка. Цирки путешествуют из города в город, разворачивая шапито на специально подготовленных площадках. Наиболее популярные в Австралии труппы:

  • Circus Oz — штаб-квартира в Мельбурне.
  • Cirque du Soleil — основанный в Квебеке (Канада) цирк в настоящий момент имеет представительства во многих странах мира, включая Австралию.

Труппа, выступающая в различных городах Австралии, под именем Moscow Circus никакого отношения к московскому цирку не имеет.

Спорт

Австралия принимала Летние Олимпийские игры 1956 года в Мельбурне и Летние Олимпийские игры 2000 года в Сиднее.

Праздники

По состоянию на 2011 год общественными праздниками (англ. Public holidays; фактически являются государственными) являются[170]:

  1. 1 января — День Нового года (англ. New Year’s Day)
  2. 26 января — День Австралии (англ. Australia Day)
  3. Великая пятница (англ. Good Friday; в Австралии празднуется в первую пятницу после полнолуния или после 21 марта)
  4. Пасхальный понедельник (англ. Easter Monday, празднуется после Пасхи)
  5. 25 апреля — День АНЗАК (англ. Anzac Day)
  6. 25 декабря — Рождество по григорианскому календарю (англ. Christmas Day)
  7. 26 декабря — День подарков (англ. Boxing Day)

Помимо этого каждый штат вправе устанавливать свои общественные праздники, такие как день рождения королевы, Labour Day[en], экка[en] и другие[171].

Британское наследие

На континенте существует левостороннее движение по британскому образцу.

Сохраняется высокая популярность такого вида спорта, как крикет.

В период 19601971 Австралия перешла от британской системы мер и весов к метрической.

В 1966 произошла замена австралийского фунта (разделявшегося, по британскому образцу, на 20 шиллингов, состоявших из 12 пенсов каждый) на австралийский доллар, основанный на десятичной системе.

Сохраняется статус Дня рождения королевы как государственного праздника. Формально королева Великобритании считается в Австралии главой государства.

В 1984 гимн «Боже, храни королеву» заменён гимном «Вперёд, прекрасная Австралия».

Язык

В Австралии существует собственный диалект английского языка, неофициально называемый «страйн» (англ. strine, от австралийского произношения слова «Australian»).

Письменный австралийский английский в основном следует правилам британского английского (например, в конце слов используются -our (colour), -re (centre), -ise (modernise), и т. п.)

Американское произношение английского языка находит пути проникновения в Австралию через популярные телепрограммы, транслируемые CNN (например, любимый молодёжью сериал «Симпсоны»). Подростки подражают произношению популярных телегероев.

Новое тысячелетие, или нулевые годы, как оно именуется на местном сленге, провозгласило начало новой эры австралийского сленга. На наших глазах происходит генеральное сражение. Приток американского сленга, приносимый средствами массовой информации, с неослабевающей силой обрушивается на бастион традиционной исконной лексики.
Словарь Маккуори, англ. Macquarie Dictionary.

Факты

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)
  • В силу того, что два крупнейших города страны — Сидней и Мельбурн не могли решить, кто из них должен быть столицей, ею стал город Канберра, специально построенный как столица на месте существовавшего с 1824 года поселения Канберри. Столица расположена примерно посередине между этими двумя городами, но, согласно статье 125 Конституции Австралии, «внутри штата Новый Южный Уэльс, но не ближе 100 миль от Сиднея». Само название места, возможно, происходит от аборигенского слова «Нгамбри» или «Камбери».
  • Местное политическое устройство характеризуется значительной децентрализацией. Вместо австралийских водительских прав существуют права отдельных штатов; в различных штатах процедура получения прав и правила дорожного движения незначительно различаются. Ряд штатов имеют свои государственные праздники (при этом общее число праздников одинаково во всех штатах во избежание проблем с трудовым законодательством); различается процедура перехода на летнее/зимнее время.
  • На множестве товаров содержится подпись «proudly Australian» / «proudly made in Australia» (c гордостью сделано в Австралии) и логотип: жёлтый силуэт кенгуру в зелёном треугольнике. Право на использование этого знака (логотипа) присуждается особой группой Australian Made, Australian Grown Campaign.
  • Мясо кенгуру употребляется в пищу.
  • Одним из национальных символов Австралии является Vegemite — употребляемая в пищу натуральная смесь на основе дрожжевого экстракта. В настоящий момент заводы, производящие Vegemite, принадлежат американской компании Kraft Foods. Полностью австралийским является аналогичный, но менее известный продукт Mighty Mite.
  • Австралийская валюта (австралийский доллар, AUD) является первыми в мире пластиковыми (не бумажными) деньгами.
  • Традиционная иммиграция из Великобритании сохраняется и поныне. (При этом по численности среди иммигрантов первые места занимают Китай и Индия). Британских иммигрантов в Австралии неофициально называют «помами» (англ. pom). Существует легенда, что ссыльные английские каторжники должны были носить униформу с нашивкой «pohm» — «узник Его Величества» (англ. prisoner of His Majesty). Однако эта легенда ничем не подтверждается (на сохранившихся робах каторжников отсутствует упомянутая нашивка) и однозначное происхождение прозвища pom неизвестно.
  • В Сиднее за кварталом Бондай, а в Мельбурне — за районом Балаклава закрепилась репутация «русских». На сегодняшний день процент проживающих там выходцев из СССР и стран СНГ крайне невысок.
  • На территорию Австралии из соображений экологической безопасности запрещается ввозить любые продукты, растения, изделия из дерева, кожи, меха, почву на подошвах обуви. Кроме того, отдельный экологический контроль проходят люди, прибывшие из континентальной Австралии на Тасманию.
  • Помимо флага с изображением Южного Креста Австралия имеет ещё два официальных флага — флаг континентальных аборигенов, и флаг островитян Торресова пролива.
  • Неявка граждан Австралии на выборы по неуважительной причине, а также неучастие в переписи населения наказываются штрафами (20 австралийских долл[172] и 110 австралийских долл[173] соответственно).
  • Первыми европейскими поселенцами в Австралии являлись британские ссыльные (англ. convicts). На 2007 год до 22 % населения Австралии происходят от ссыльных. Первая полиция на континенте представляла собой отряд из 12 ссыльных с хорошими характеристиками.
  • В ходе европейской колонизации аборигены острова Тасмания были полностью истреблены.
  • В 1967 году австралийский премьер-министр Гарольд Холт бесследно исчез после купания в заливе у Мельбурна. По разным версиям, он был съеден акулой, унесён океанским течением в открытое море, или даже похищен советской (вариант: китайской) подводной лодкой. В австралийском английском появилось выражение «сделать Гарольда Холта», что означает бесследно исчезнуть.
  • По австралийским дорогам передвигаются самые длинные в мире автопоезда: мощные тягачи везут 2—4 груженых прицепа. Здесь же зарегистрирован мировой рекорд по длине автопоезда: Стивен Мэттью на тягаче Kenworth C501 с 79 прицепами общей длиной 1018,2 метра проехал 8 километров близ Калгурли, штат Западная Австралия[174]. На все тягачи установлены массивные железные кенгурятники для защиты от последствий столкновений с этими животными.
  • Крайне широко расплодившуюся популяцию завезенных кроликов пришлось истреблять специальным вирусом. Правительство Австралии было вынуждено ассигновать крупную сумму денег на строительство специального проволочного заграждения. Сейчас их разведение карается большим штрафом.
  • В Австралии водятся дикие верблюды. Ещё в 1866 году из Афганистана было завезено 100 этих неприхотливых животных вместе с 31 погонщиком. Способность верблюдов перевозить тяжёлые грузы на длинные дистанции и в течение многих дней обходиться без воды оказалась кстати на континенте, большая часть территории которого имеет засушливый или полупустынный характер. Несмотря на то, что в общей сложности было завезено не более 3000 животных, они сыграли заметную роль в освоении отдалённых и внутренних территорий Австралии. Сегодня популяция одичавших верблюдов — главным образом, в северных и центральных районах страны превышает 1 млн особей. Несмотря на то, что они находятся под охраной государства, некоторое число животных ежегодно отлавливается для участия в верблюжьих бегах в городе Элис-Спрингс. Первые верблюжьи бега в Элис-Спрингс прошли в 1970 году под эгидой спортклуба «Лайонс Клаб», с 1975 года мероприятие стало ежегодным. На старт выходят 15 «иноходцев» с жокеями в цветастых камзолах. По отзывам очевидцев, бега представляют собой весьма потешное зрелище, поскольку верблюды далеко не всегда спешат подчиниться воле жокея: одного верблюда невозможно стронуть с места, хотя старт уже был дан, другой посреди гонки вдруг прекращает бег и спешит пощипать травку на обочине, третий вдруг встает, как вкопанный, посреди стадиона, а то и ложится поперек дороги, четвёртый вообще разворачивается и бежит в противоположную от предписанной правилами сторону.
  • Фауна Австралии на 70 % эндемична.

См. также

Напишите отзыв о статье "Австралия"

Примечания

Сноски
  1. Государство Австралия официально считает воды южнее австралийского материка Южным океаном, а не частью Индийского, как это определено Международной гидрографической организацией (МГО). В 2000 году страны-участники МГО проголосовали за решение считать «Южным океаном» только воды между Антарктидой и 60-й параллелью[3].
Источники
  1. [hdr.undp.org/sites/default/files/hdr14-report-en-1.pdf Human Development Report 2014] (англ.). Программа развития ООН. — Доклад о человеческом развитии (2014) на сайте Программы развития ООН. Проверено 27 октября 2015.
  2. [www.comlaw.gov.au/Details/C2005Q00193/0332ed71-e2d9-4451-b6d1-33ec4b570e9f Constitution of Australia]. ComLaw (1 June 2003). — «3. It shall be lawful for the Queen, with the advice of the Privy Council, to declare by proclamation that, on and after a day therein appointed, not being later than one year after the passing of this Act, the people of New South Wales, Victoria, South Australia, Queensland, and Tasmania, and also, if Her Majesty is satisfied that the people of Western Australia have agreed thereto, of Western Australia, shall be united in a Federal Commonwealth under the name of the Commonwealth of Australia»  Проверено 5 августа 2011. [www.webcitation.org/659dPxnhp Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  3. Rosenberg, Matt [geography.about.com/od/learnabouttheearth/a/fifthocean.htm The New Fifth Ocean — The World's Newest Ocean — The Southern Ocean]. About.com: Geography (20 August 2009). Проверено 5 апреля 2010. [www.webcitation.org/659dQd7Mc Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  4. [www.diclib.com/cgi-bin/d1.cgi?l=ru&base=colier&page=showid&id=85 Австралия]
  5. [www.abs.gov.au/ausstats/abs@.nsf/94713ad445ff1425ca25682000192af2/1647509ef7e25faaca2568a900154b63?OpenDocument Population clock] (англ.). Australian Bureau of Statistics website. Commonwealth of Australia. — The population estimate shown is automatically calculated daily at 00:00 UTC and is based on data obtained from the population clock on the date shown in the citation. Проверено 8 октября 2012. [www.webcitation.org/6CRqZNQlL Архивировано из первоисточника 26 ноября 2012].
  6. [www.worldaudit.org/countries/australia.htm Australia: World Audit Democracy Profile]. WorldAudit.org. Проверено 5 января 2008. [www.webcitation.org/659dR8VK3 Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  7. Australian pronunciations: Macquarie Dictionary, Fourth Edition (2005). Melbourne, The Macquarie Library Pty Ltd. ISBN 1-876429-14-3.
  8. Purchas, vol. iv, pp. 1422—32, 1625. This appears to be variation of the original Spanish «Austrialia» [sic]. [web.archive.org/web/20060822033701/www.hispanicfiesta.com.au/pics/pdf_mag_2004/42.PDF] A copy at the Library of Congress can be read online [memory.loc.gov/service/rbc/rbdk/d0404/02951422.jpg].
  9. Scott Ernest. [books.google.com/?id=DDNEle_1NzkC&pg=PA299&dq=Australische+1638+batavia#v=onepage&q=Australische%201638%20batavia&f=false The Life of Captain Matthew Flinders]. — Kessinger Publishing, 2004. — P. 299. — ISBN 978-1-4191-6948-9.
  10. Sidney J. Baker, The Australian Language, second edition, 1966.
  11. Ferguson John Alexander. [books.google.com/?id=KQzgC-xeQkIC Bibliography of Australia: 1784—1830]. — reprint. — National Library of Australia, 1975. — Vol. 1. — P. 77. — ISBN 0-642-99044-1.
  12. Estensen Miriam. The Life of Matthew Flinders. — Allen & Unwin, 2002. — P. 354. — ISBN 1-74114-152-4.
  13. Flinders Matthew. A Voyage to Terra Australis. — G. and W. Nicol, 1814.
  14. General remarks, geographical and systematical, on the botany of Terra Australis // The Miscellaneous Botanical Works of Robert Brown, Esq., D.C.L., F.R.S. / Bennett, J. J.. — 1866—68. — Vol. 2. — P. 1—89.
  15. Mabberley David. Jupiter botanicus: Robert Brown of the British Museum. — British Museum (Natural History), 1985. — ISBN 3-7682-1408-7.
  16. Estensen, p. 450.
  17. Weekend Australian, 30—31 December 2000, p. 16.
  18. Department of Immigration and Citizenship. [www.immi.gov.au/living-in-australia/values/book/english/lia_english_part1.pdf Life in Australia]. — Commonwealth of Australia, 2007. — P. 11. — ISBN 978-1-921446-30-6.
  19. Peter Hiscock (2008). Archaeology of Ancient Australia. Routledge: London. ISBN 0-415-33811-5.
  20. John Mulvaney and Johan Kamminga (1999). Prehistory of Australia. Allen and Unwin, Sydney. ISBN 1 864489502.
  21. Ron Laidlaw «Aboriginal Society before European settlement» in Tim Gurry (ed) (1984) The European Occupation. Heinemann Educational Australia, Richmond. p. 40. ISBN 0 85859 2509.
  22. Gillespie, Richard (2002). «[www-personal.une.edu.au/~pbrown3/Gillespie02.pdf Dating the First Australians (full text)]» (PDF). Radiocarbon 44 (2): 455—472. Проверено 2010-12-07.
  23. Bowler JM, Johnston H, Olley JM, Prescott JR, Roberts RG, Shawcross W, Spooner NA. (2003). «New ages for human occupation and climatic change at Lake Mungo, Australia». Nature 421 (6925): 837—40. DOI:10.1038/nature01383. PMID 1259451.
  24. Bowler, J. M. 1971. Pleistocene salinities and climatic change: Evidence from lakes and lunettes in southeastern Australia. In: Mulvaney, D. J. and Golson, J. (eds), Aboriginal Man and Environment in Australia. Canberra: Australian National University Press, pp. 47—65.
  25. [www.ngv.vic.gov.au/whats-on/exhibitions/exhibitions/the-indigenous-collection The Indigenous Collection]. The Ian Potter Centre: NGV Australia(недоступная ссылка — история). National Gallery of Victoria. Проверено 6 декабря 2010. [www.webcitation.org/5ulScpce3 Архивировано из первоисточника 6 декабря 2010].
  26. [www.environment.gov.au/parks/kakadu/ Environment.gov.au]. Environment.gov.au (8 июля 2011). Проверено 14 июля 2011. [www.webcitation.org/659dRjaxq Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  27. [www.environment.gov.au/parks/uluru/index.html Environment.gov.au]. Environment.gov.au (8 июля 2011). Проверено 14 июля 2011. [www.webcitation.org/659dSumXW Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  28. [www.cultureandrecreation.gov.au/articles/indigenous/art/index.htm Indigenous art]. Australian Culture and Recreation Portal. Australia Government. Проверено 26 сентября 2010. [www.webcitation.org/659dTrBuG Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  29. Australia. [australianmuseum.net.au/The-spread-of-people-to-Australia/ Australianmuseum.net.au]. Australianmuseum.net.au (1 июля 2011). Проверено 14 июля 2011. [www.webcitation.org/659dUodkP Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  30. Julia Clark (c. 1992) «Aboriginal People of Tasmania», p. 3 in Aboriginal Australia, produced by Aboriginal and Torres Strait Islander Commission (ATSIC) ISBN 0-644-24277-9.
  31. Richard Broome (1984) Arriving, p. 6.
  32. Richard Broome (1984) Arriving, p. 8.
  33. McIntyre, K. G. (1977) The Secret Discovery of Australia, Portuguese ventures 200 years before Cook, Souvenir Press, Menindie ISBN 028562303 6.
  34. Robert J. King, «The Jagiellonian Globe, a Key to the Puzzle of Jave la Grande», The Globe: Journal of the Australian Map Circle, no. 62, 2009, pp. 1—50.
  35. J. P. Sigmond and L. H. Zuiderbaan (1979) Dutch Discoveries of Australia. Rigby Ltd, Australia. p. 19—30 ISBN 0-7270-0800-5.
  36. [www.adb.online.anu.edu.au/biogs/A020311b.htm ADB.online.anu.edu.au]. ADB.online.anu.edu.au. Проверено 14 июля 2011. [www.webcitation.org/659dWPcEz Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  37. [www.nla.gov.au/exhibitions/southland/Backgrnd-Imagining_a_South_Land.html NLA.gov.au](недоступная ссылка — история). NLA.gov.au. Проверено 14 июля 2011. [web.archive.org/20060906044824/www.nla.gov.au/exhibitions/southland/Backgrnd-Imagining_a_South_Land.html Архивировано из первоисточника 6 сентября 2006].
  38. [adbonline.anu.edu.au/biogs/A020488b.htm ADBonline.anu.edu.au]. ADBonline.anu.edu.au. Проверено 14 июля 2011. [www.webcitation.org/659dXHsqJ Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  39. Serle, Percival (1949), [gutenberg.net.au/dictbiog/0-dict-biogT-V.html#tasman1 "Tasman, Abel"], Dictionary of Australian Biography, Sydney: Angus and Robertson, <gutenberg.net.au/dictbiog/0-dict-biogT-V.html#tasman1> 
  40. Edward Duyker (ed.) The Discovery of Tasmania: Journal Extracts from the Expeditions of Abel Janszoon Tasman and Marc-Joseph Marion Dufresne 1642 & 1772, St David’s Park Publishing/Tasmanian Government Printing Office, Hobart, 1992, pp. 106, ISBN 0-7246-2241-1.
  41. Terra Australia Cognita, Edinburgh, 1766, Vol. I, pp. 10, 20—23.
  42. Andrew Cook, Introduction to An account of the discoveries made in the South Pacifick Ocean / by Alexander Dalrymple; first printed in 1767, reissued with a foreword by Kevin Fewster and an essay by Andrew Cook, Potts Point (NSW), Hordern House Rare Books for the Australian National Maritime Museum, 1996, pp. 38—9.
  43. Admiralty instructions cited in A. G. L. Shaw (1972) The Story of Australia. p. 32 Faber and Faber, London. ISBN 0-571-04775-0.
  44. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 157, 254.
  45. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 464—65, 628—29.
  46. Davison, Hirst and Macintyre, p. 678.
  47. Davison, Hirst and Macintyre, p. 464.
  48. Davison, Hirst and Macintyre, p. 470.
  49. Davison, Hirst and Macintyre, p. 598.
  50. Davison, Hirst and Macintyre, p. 679.
  51. [www.access.prov.vic.gov.au/public/PROVguides/PROVguide057/PROVguide057.jsp Convict Records] Public Record office of Victoria.
  52. [www.abs.gov.au/Ausstats/abs%40.nsf/0/A890E87A9AB97424CA2569DE0025C18B?Open 1300.1 — New South Wales Year Book, 1998] (англ.). Australian Bureau of Statistics (1988). [www.webcitation.org/659dY4C3t Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  53. Briscoe Gordon. The Aboriginal Population Revisited: 70,000 years to the present. — Canberra, Australia: Aboriginal History Inc, 2002. — P. 12. — ISBN 9780958563765.
  54. [encarta.msn.com/media_701508643/Smallpox_Through_History.html "Smallpox Through History"], Smallpox Through History, <encarta.msn.com/media_701508643/Smallpox_Through_History.html> 
  55. Tatz, Colin [www.aiatsis.gov.au/rsrch/rsrch_dp/genocide.htm Genocide in Australia]. AIATSIS Research Discussion Papers No 8. Australian Institute of Aboriginal and Torres Strait Islander Studies (1999). Проверено 13 сентября 2007. [web.archive.org/web/20050808002313/www.aiatsis.gov.au/rsrch/rsrch_dp/genocide.htm Архивировано из первоисточника 8 августа 2005].
  56. Attwood, Bain. [www.questia.com/read/109251500?title=Telling%20the%20Truth%20about%20Aboriginal%20History Telling the truth about Aboriginal history]. — Crows Nest, New South Wales: Allen & Unwin, 2005. — ISBN 1-74114-577-5.
  57. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 72—73.
  58. Mark, David [www.abc.net.au/news/stories/2009/08/27/2669177.htm Rudd calls for end to 'history wars']. Australian Broadcasting Corporation (27 August 2009). Проверено 23 апреля 2010. [www.webcitation.org/659dZZ78p Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  59. Dawkins, Kezia [www.abc.net.au/messageclub/duknow/stories/s888141.htm 1967 Referendum]. Australian Broadcasting Corporation (1 February 2004). Проверено 30 марта 2010. [www.webcitation.org/659danBq3 Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  60. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 5—7, 402.
  61. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 283—85.
  62. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 227—29.
  63. Davison, Hirst and Macintyre, p. 556.
  64. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 138—39.
  65. [paperspast.natlib.govt.nz/cgi-bin/paperspast?a=d&d=DSC18601113.2.12&l=mi&e=-------10--1----0-all Colonial Defence and Imperial Repudiation] (13 November 1860). Проверено 4 апреля 2010.
  66. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 243—44.
  67. Otto, Kristin [uninews.unimelb.edu.au/news/4332/ When Melbourne was Australia’s capital city](недоступная ссылка — история). Melbourne, Victoria: University of Melbourne (25 June — 9 July 2007). Проверено 29 марта 2010. [web.archive.org/20080912031433/uninews.unimelb.edu.au/news/4332/ Архивировано из первоисточника 12 сентября 2008].
  68. [books.google.com/?id=-embDa-x6MwC Official year book of the Commonwealth of Australia]. — Australian Bureau of Statistics, 1957.
  69. Bean, C. Ed. [www.awm.gov.au/histories/ww1/1/index.asp Volume I — The Story of Anzac: the first phase]. — First World War Official Histories 11th Edition. — 1941.
  70. Stuart Macintyre, The Oxford History of Australia: vol 4 (1986), p. 142.
  71. [www.awm.gov.au/atwar/ww1.htm First World War 1914—1918]. Australian War Memorial. Проверено 5 декабря 2006. [www.webcitation.org/659dbbjSs Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  72. Tucker Spencer. [books.google.com/?id=2YqjfHLyyj8C&pg=PA273&dq&q Encyclopedia of World War I]. — Santa Barbara, CA: ABC-CLIO, 2005. — P. 273. — ISBN 1-85109-420-2.
  73. Macintyre, 151—53.
  74. Reed Liz. Bigger than Gallipoli: war, history, and memory in Australia. — Crawley, WA: University of Western Australia, 2004. — P. 5. — ISBN 1-920694-19-6.
  75. Nelson, Hank (1997). «[www.api-network.com/main/pdf/scholars/jas53_nelson.pdf Gallipoli, Kokoda and the Making of National Identity]». Journal of Australian Studies 53 (1): 148—60.
  76. Davison, Hirst and Macintyre, p. 609.
  77. [www.foundingdocs.gov.au/item.asp?sdID=96 Statute of Westminster Adoption Act 1942 (Cth)]. National Archives of Australia. Проверено 30 марта 2010. [www.webcitation.org/659dcjHch Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  78. [www.comlaw.gov.au/comlaw/Legislation/ActCompilation1.nsf/0/AEA1CBA4FD61CFCFCA256F71005017A1/$file/StatuteWestminAdopt1942.pdf Statute of Westminster Adoption Act 1942]. ComLaw. Проверено 30 марта 2010. [www.webcitation.org/659ddUJNr Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  79. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 22—23.
  80. Davison, Hirst and Macintyre, p. 30.
  81. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 338—39, 681—82.
  82. Davison, Hirst and Macintyre, pp. 442—43.
  83. [www.austlii.edu.au/au/legis/cth/consol_act/aa1986114/index.html Australia Act 1986]. Australasian Legal Information Institute. Проверено 17 июня 2010. [www.webcitation.org/659ddyVZ4 Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  84. [www.aec.gov.au/Elections/referendums/1999_Referendum_Reports_Statistics/Key_Results.htm 1999 Referendum Report and Statistics — Key results]. Australian Electoral Commission (8 June 2007). [www.webcitation.org/659deccrN Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  85. Woodard, Garry. [www.theage.com.au/news/opinion/whitlam-turned-focus-on-to-asia/2005/11/10/1131578173705.html Whitlam turned focus on to Asia], Melbourne: The Age (11 November 2005). Проверено 30 марта 2010.
  86. Thompson Roger C. The Pacific Basin since 1945: A history of the foreign relations of the Asian, Australasian, and American rim states and the Pacific islands. — Longman, 1994. — ISBN 0-582-02127-8.
  87. [www.bbc.com/russian/news/2016/06/160620_turnbull_gay_promises Премьер Австралии пообещал провести референдум о гей-браках]. Русская служба Би-би-си (20.06.2016).
  88. 1 2 3 [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/area-of-australia-states-and-territories.html Area of Australia — States and Territories]. Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1GNo3s1 Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  89. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/australias-size-compared.html Australia's Size Compared] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1GWr1Dp Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  90. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/remote-offshore-territories/cocos-keeling-islands.html Cocos (Keeling Islands)] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1GiNOUG Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  91. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/remote-offshore-territories/christmas-island.html Christmas Island] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1H0QTBg Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  92. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/remote-offshore-territories/ashmore-and-cartier-islands.html Ashmore and Cartier Islands] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1H6qLc6 Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  93. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/remote-offshore-territories/coral-sea-islands.html Coral Sea Islands] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1HD6v7r Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  94. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/remote-offshore-territories/heard-and-mcdonald-islands.html Heard and McDonald Islands] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1HHkTX2 Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  95. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/remote-offshore-territories/norfolk-island.html Norfolk Island] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1HMjfDL Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  96. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/remote-offshore-territories/australian-antarctic-territory.html Australian Antarctic Territory] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1HRwLHC Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  97. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/remote-offshore-territories.html External Territories] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1HaHipu Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  98. UNEP World Conservation Monitoring Centre. [sea.unep-wcmc.org/sites/wh/gbrmp.html Protected Areas and World Heritage — Great Barrier Reef World Heritage Area](недоступная ссылка — история). Department of the Environment and Heritage (1980). Проверено 31 марта 2008. [web.archive.org/20060831073819/sea.unep-wcmc.org/sites/wh/gbrmp.html Архивировано из первоисточника 31 августа 2006].
  99. 1 2 [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/continental-extremities.html Continental Extremities] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1HeJ3C1 Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  100. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/coastline-lengths.html Coastline Lengths] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1HjCpka Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  101. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/oceans-and-seas.html Oceans and Seas] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 17 апреля 2011. [www.webcitation.org/5y1HnhtgR Архивировано из первоисточника 17 апреля 2011].
  102. Kleinman, Rachel. [www.theage.com.au/news/climate-watch/no-more-drought-its-a-permanent-dry/2007/09/06/1188783415754.html No more drought: it's a 'permanent dry'], The Age (6 September 2007). Проверено 30 марта 2010.
  103. Marks, Kathy. [news.independent.co.uk/world/australasia/article2465960.ece Australia's epic drought: The situation is grim], The Independent (20 April 2007). Проверено 30 марта 2010.
  104. 1 2 [www.bom.gov.au/lam/climate/levelthree/ausclim/zones.htm Australia — Climate of Our Continent]. Bureau of Meteorology (2010). Проверено 17 июня 2010. [www.webcitation.org/659djdcKw Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  105. Loffler Ernst. Australia: Portrait of a continent. — Richmond, Victoria: Hutchinson Group (Australia), 1983. — P. 37—39. — ISBN 0-09-130460-1.
  106. [www.bom.gov.au/lam/climate/levelthree/ausclim/ausclimwa.htm Climate of Western Australia]. Bureau of Meteorology. Проверено 6 декабря 2009. [www.webcitation.org/659dkRvPX Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  107. [www.australianexplorer.com/interesting_facts.htm Australian Facts] (англ.). Australia. Проверено 21 марта 2011. [www.webcitation.org/616hYYaa9 Архивировано из первоисточника 21 августа 2011].
  108. [www.worldatlas.com/aatlas/infopage/highlow.htm Highest and Lowest Points] (англ.). Worldatlas. Проверено 21 марта 2011. [www.webcitation.org/616hZqvAS Архивировано из первоисточника 21 августа 2011].
  109. 1 2 3 [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/landforms/longest-rivers.jsp Longest Rivers] (англ.)(недоступная ссылка — история). Geoscience Australia. Проверено 19 января 2009. [web.archive.org/20090107033240/www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/landforms/longest-rivers.jsp Архивировано из первоисточника 7 января 2009].
  110. 1 2 [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/landforms/largest-waterbodies.jsp Largest Waterbodies] (англ.)(недоступная ссылка — история). Geoscience Australia. Проверено 19 января 2009. [web.archive.org/20090226061106/www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/landforms/largest-waterbodies.jsp Архивировано из первоисточника 26 февраля 2009].
  111. [www.rcio.rsu.ru/webp/class1/potok59/Popova/endem.htm Эндемики Австралии]
  112. [www.deh.gov.au/biodiversity/about-biodiversity.html About Biodiversity](недоступная ссылка — история). Department of the Environment and Heritage. Проверено 1 апреля 2008. [web.archive.org/20050624185341/www.deh.gov.au/biodiversity/about-biodiversity.html Архивировано из первоисточника 24 июня 2005].
  113. [www.yale.edu/esi/b_countryprofiles.pdf 2005 Environmental Sustainability Index] (pg. 112). Yale University. Проверено 1 апреля 2008. [www.webcitation.org/616haPMRn Архивировано из первоисточника 21 августа 2011].
  114. [www.botsad.ru/world4.htm Леса стран Тихоокеанского региона]
  115. [www.vokrugsveta.ru/vs/article/2249/ Земля тетануров]
  116. [timesofindia.indiatimes.com/articleshow/1803026.cms No more the land of snake charmers…]. The Times of India. Проверено 1 апреля 2008. [www.webcitation.org/616hayiP7 Архивировано из первоисточника 21 августа 2011].
  117. Savolainen, P. et al. 2004. A detailed picture of the origin of the Australian dingo, obtained from the study of mitochondrial DNA. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America. 101:12387—12390 PMID.
  118. [www.naturalworlds.org/thylacine/additional/persecution/image_6.htm Additional Thylacine Topics: Persecution]. The Thylacine Museum (2006). Проверено 27 ноября 2008. [www.webcitation.org/616hbzVie Архивировано из первоисточника 21 августа 2011].; [www.deh.gov.au/biodiversity/threatened/ts-day/index.html National Threatened Species Day]. Department of the Environment and Heritage, Australian Government (2006). Проверено 21 ноября 2008. [www.webcitation.org/616hcRrUr Архивировано из первоисточника 21 августа 2011].
  119. [animal.discovery.com/convergence/oceans-deadliest/deadliest-creatures/deadliest-creatures_05.html Ocean's deadliest: Greater Blue-Ringed Octopus Hapalochlaena lunulata]. [www.webcitation.org/616hdKrUi Архивировано из первоисточника 21 августа 2011].
  120. [www.sydneywater.com.au/Water4Life/WaterWise/ Sydney Water — Water Wise Rules apply]
  121. [www.ffc.org.au/Desalination.html Desalination and South Australia’s Gulfs ecosystems.] (Опреснение и экосистемы заливов Южной Австралии)
  122. [www.theage.com.au/national/scientists-oppose-sa-desalination-plans-20080530-2k0i.html?page=-1 Scientists oppose SA desalination plans] (Учёные против водоопреснительных планов в Южной Австралии). The Age, 31.05.2008.
  123. [www.abs.gov.au/ausstats/abs@.nsf/Lookup/2076.0main+features1102011 Перепись населения (2011)]
  124. [www.ga.gov.au/education/geoscience-basics/dimensions/area-of-australia-states-and-territories.html Площадь Австралии — Штаты и территории] (англ.). Geoscience Australia. Проверено 27 октября 2011. [www.webcitation.org/659diA6N9 Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  125. [rus.delfi.lv/news/daily/abroad/article.php?id=13388110 Австралия хочет стать республикой]
  126. [www.dengi-info.com/news/?nid=16881 Австралийцы хотят видеть Австралию республикой]
  127. [www.mignews.com/news/politic/world/150306_73704_47957.html Пока правит королева, Австралии республикой не быть]
  128. Australian Electoral Commission (2000). [www.aec.gov.au/_content/what/publications/electoral_events/referendum99/ 1999 Referendum Reports and Statistics]
  129. [www.austlii.edu.au/au/cases/cth/HCA/1999/30.html R v Foreign Secretary; Ex parte Indian Association, QB 892 at 928; as referenced in High Court of Australia: Sue v Hill [1999] HCA 30; 23 June 1999; S179/1998 and B49/1998]
  130. [www.adb.online.anu.edu.au/biogs/A110182b.htm Pearce, Sir George Foster (1870—1952)]. Australian Dictionary of Biography. Australian National University (2006). Проверено 24 июня 2010. [www.webcitation.org/659dfJ0IZ Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  131. 1 2 [www.peo.gov.au/faq/faq_16.html FAQ: Executive Government — The Cabinet], Parliamentary Education Office.
  132. [www1.curriculum.edu.au/ddunits/units/ms4fq4acts.htm «Making a Nation»], Discovering Democracy: A Guide to Government and Law in Australia.
  133. Department of the Prime Minister and Cabinet. Awards and Culture Branch. Australian Flags symbols. — Australian Government Publishing Service, 2006. — P. 2—3. — ISBN 0-64-247134-7.
  134. [www.austlii.edu.au/au/legis/cth/consol_act/fa195361/ Flags Act 1953] (англ.). Commonwealth Consolidated Acts. Проверено 7 мая 2009. [www.webcitation.org/613y0mlrP Архивировано из первоисточника 20 августа 2011].
  135. 1 2 3 Department of the Prime Minister and Cabinet. Awards and Culture Branch. Australian Flags symbols. — Australian Government Publishing Service, 2006. — P. 1. — ISBN 0-64-247134-7.
  136. Commonwealth of Australia Gazette No. 18, 23 March 1934.
  137. The Armorial Ensigns of the Commonwealth of Australia 1980. Commonwealth of Australia ISBN 0-642-04793-6.
  138. [www.aph.gov.au/library/handbook/national_symbols/index.htm Parliamentary Handbook of the Commonwealth of Australia — National Symbols]. Parliament of Australia (21 September 2005). Проверено 1 ноября 2007. [web.archive.org/web/20070830052800/www.aph.gov.au/library/handbook/national_symbols/index.htm Архивировано из первоисточника 30 августа 2007]. (proclamation by Governor General dated 19 April 1984)
  139. [aec.gov.au/Parties_and_Representatives/Party_Registration/overview.htm Overview]. Aec.gov.au (7 декабря 2007). Проверено 16 июня 2010. [www.webcitation.org/659dg7AWv Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  140. Australian Government. (2005). [www.budget.gov.au/ Budget 2005—2006]
  141. 1 2 [www.abs.gov.au/ausstats/abs@.nsf/94713ad445ff1425ca25682000192af2/1a79e7ae231704f8ca256f720082feb9!OpenDocument 1301.0 — Year Book Australia, 2005] (англ.). Australian Bureau of Statistics (21 January 2005). [www.webcitation.org/6Jf5odv5G Архивировано из первоисточника 16 сентября 2013].
  142. [www.eiu.com/public/topical_report.aspx?campaignid=liveabilityAug2011 Liveability ranking: Melbourne storm]
  143. 1 2 [www.economist.com/finance/displaystory.cfm?story_id=8931798 Downwonder] The Economist, March 29, 2007.
  144. Macfarlane, I. J. (1998). [web.archive.org/web/20040727212238/www.rba.gov.au/PublicationsAndResearch/Bulletin/bu_oct98/bu_1098_2.pdf Australian Monetary Policy in the Last Quarter of the Twentieth Century]. Reserve Bank of Australia Bulletin, October.
  145. Parham, D. (2002). [web.archive.org/web/20030803221549/www.pc.gov.au/research/confproc/mrrag/mrrag.pdf Microeconomic reforms and the revival in Australia’s growth in productivity and living standards]. Conference of Economists, Adelaide, 1 October.
  146. Australian Bureau of Statistics. Labour Force Australia. Cat#6202.0.
  147. (недоступная ссылка) Department of Foreign Affairs and Trade (2003). Advancing the National Interest, [web.archive.org/web/20030409094139/www.dfat.gov.au/ani/appendix_one.pdf Appendix 1]
  148. Грибоедова И. А. Анализ и адаптация мировой продовольственной системы в Республике Беларусь // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. — 2015. — № 1 (37). — С. 204
  149. [www.newsweek.com/2010/08/15/interactive-infographic-of-the-worlds-best-countries.html Interactive Infographic of the World’s Best Countries — Newsweek]
  150. [www3.weforum.org/docs/WEF_GlobalCompetitivenessReport_2010-11.pdf The Global Competitiveness Report 2010—2011]
  151. [www.nynganobserver.com.au/news/local/news/rural/new-reference-reveals-facts-about-australian-farming/2051990.aspx New reference reveals facts about Australian farming] Retrieved 2011-1-30.
  152. Shaw, John H., «Collins Australian Encyclopedia», William Collins Pty Ltd., Sydney, 1984, ISBN 0-00-217315-8.
  153. [www.horticulture.com.au/industries/Citrus/default.asp#a_85 Citrus Industry Annual Reports]. Проверено 24 января 2012. [www.webcitation.org/659dl4k7O Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  154. [www.horticulture.com.au/industries/Apple_and_Pear/default.asp#a_122 Apple and Pear Industry Annual Reports]. Horticulture Australia, Ltd. Проверено 24 января 2012. [www.webcitation.org/659dmAcXi Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  155. [www.horticulture.com.au/industries/Banana/default.asp#a_1457 Banana Industry Annual Reports]. Horticulture Australia, Ltd. Проверено 24 января 2012. [www.webcitation.org/659dnDIKp Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  156. [www.horticulture.com.au/industries/Chestnut/default.asp#a_1635 Chestnut Industry Annual Reports]. Horticulture Australia, Ltd. Проверено 24 января 2012. [www.webcitation.org/659doFtRo Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  157. [www.horticulture.com.au/industries/Potato/default.asp#a_135 Potato Industry Annual Reports]. Horticulture Australia, Ltd. Проверено 24 января 2012. [www.webcitation.org/659dpJtum Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  158. 1 2 [www.horticulture.com.au/industries/Vegetable/default.asp#a_1180 Vegetable Industry Annual Reports]. Horticulture Australia, Ltd. Проверено 24 января 2012. [www.webcitation.org/659dqOWLA Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  159. [www.horticulture.com.au/industries/Mango/default.asp#a_399 Mango Industry Annual Reports]. Horticulture Australia, Ltd. Проверено 24 января 2012. [www.webcitation.org/659drRNpl Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  160. [www.horticulture.com.au/industries/Pineapple/default.asp?src=side#a_781 Pineapple Industry Annual Reports]. Horticulture Australia, Ltd. Проверено 24 января 2012. [www.webcitation.org/659dsSfZQ Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  161. [www.regional.org.au/au/asa/2001/plenary/1/fist.htm The Tasmanian Poppy Industry: A Case Study of the Application of Science and Technology]. Australian Society of Agronomy. Проверено 24 января 2012.
  162. [www.gsk.com.au/about-us_poppy-production.aspx Leaders in Poppy Production]. GlaxoSmithKline Australia. Проверено 24 января 2012. [www.webcitation.org/659du11JK Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  163. Country Leader newspaper, 15 February 2010, Record high for foreign demand, p. 5, Rural Press, Tamworth, NSW.
  164. [news.bbc.co.uk/2/hi/entertainment/6196691.stm Pink angers Australian government], BBC News (20 December 2006). Проверено 9 января 2007.
  165. Peter Wilkinson. [www.australianwoolgrowers.com.au/news2004/news081104.html In the News]. Australian Wool Growers Association (8 November 2004). Проверено 9 января 2007. [web.archive.org/web/20060924000727/www.australianwoolgrowers.com.au/news2004/news081104.html Архивировано из первоисточника 24 сентября 2006].
  166. www.abareconomics.com/interactive/ausNZ_ag/htm/au_change.htm Retrieved 25-01-09.
  167. 1 2 Театральная энциклопедия. Гл. ред. С. С. Мокульский. Т. 1 — М.: Советская энциклопедия, 1961, 1214 стб. с илл., 12 л. илл.
  168. Большая Российская энциклопедия: В 30 т. / Председатель науч.-ред. совета Ю. С. Осипов. Отв. ред С. Л. Кравец. Т. 1. А — Анкетирование. — М.: Большая Российская энциклопедия, 2005. — 766 с.: ил.: карт.
  169. [www.eleven.co.il/article/15425#15 Еврейский театр в Австралии] — статья из Электронной еврейской энциклопедии
  170. [australia.gov.au/about-australia/our-country/public-holidays-and-school-terms Public holidays and school terms] (англ.). australia.gov.au. Проверено 30 декабря 2011. [www.webcitation.org/659duWzSR Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  171. [australia.gov.au/topics/australian-facts-and-figures/public-holidays Public holidays] (англ.). australia.gov.au. Проверено 30 декабря 2011. [www.webcitation.org/659dvJpnT Архивировано из первоисточника 2 февраля 2012].
  172. [www.aec.gov.au/faqs/voting_australia.htm FAQ по голосованиям в Австралии]
  173. [www.abs.gov.au/websitedbs/censushome.nsf/home/2011+Census+-+Census+Help+-+About+the+Census Австралийская перепись населения 2011 года] (недоступная ссылка — историякопия)
  174. [outbacktowing.tripod.com/id1.html Photo Page 2]

Литература

Ссылки

  • [www.australia.gov.au/ Правительство Австралии]  (англ.)
  • [www.virtualoceania.net/australia/photos/ Фотографии Австралии]  (англ.)
  • [www.immi.gov.au/ Департамент иммиграции и гражданства]  (англ.)
  • [www.dfat.gov.au/geo/australia/index.html Министерство внешних дел и торговли — информация о стране]  (англ.)
  • [www.nla.gov.au/ Национальная библиотека Австралии]  (англ.)
  • [www.nma.gov.au/ Национальный музей Австралии]  (англ.)
  • [www.russia.embassy.gov.au/mscwrussian/home.html Посольство Австралии в России]  (рус.)

Отрывок, характеризующий Австралия



Быстро в полутьме разобрали лошадей, подтянули подпруги и разобрались по командам. Денисов стоял у караулки, отдавая последние приказания. Пехота партии, шлепая сотней ног, прошла вперед по дороге и быстро скрылась между деревьев в предрассветном тумане. Эсаул что то приказывал казакам. Петя держал свою лошадь в поводу, с нетерпением ожидая приказания садиться. Обмытое холодной водой, лицо его, в особенности глаза горели огнем, озноб пробегал по спине, и во всем теле что то быстро и равномерно дрожало.
– Ну, готово у вас все? – сказал Денисов. – Давай лошадей.
Лошадей подали. Денисов рассердился на казака за то, что подпруги были слабы, и, разбранив его, сел. Петя взялся за стремя. Лошадь, по привычке, хотела куснуть его за ногу, но Петя, не чувствуя своей тяжести, быстро вскочил в седло и, оглядываясь на тронувшихся сзади в темноте гусар, подъехал к Денисову.
– Василий Федорович, вы мне поручите что нибудь? Пожалуйста… ради бога… – сказал он. Денисов, казалось, забыл про существование Пети. Он оглянулся на него.
– Об одном тебя пг'ошу, – сказал он строго, – слушаться меня и никуда не соваться.
Во все время переезда Денисов ни слова не говорил больше с Петей и ехал молча. Когда подъехали к опушке леса, в поле заметно уже стало светлеть. Денисов поговорил что то шепотом с эсаулом, и казаки стали проезжать мимо Пети и Денисова. Когда они все проехали, Денисов тронул свою лошадь и поехал под гору. Садясь на зады и скользя, лошади спускались с своими седоками в лощину. Петя ехал рядом с Денисовым. Дрожь во всем его теле все усиливалась. Становилось все светлее и светлее, только туман скрывал отдаленные предметы. Съехав вниз и оглянувшись назад, Денисов кивнул головой казаку, стоявшему подле него.
– Сигнал! – проговорил он.
Казак поднял руку, раздался выстрел. И в то же мгновение послышался топот впереди поскакавших лошадей, крики с разных сторон и еще выстрелы.
В то же мгновение, как раздались первые звуки топота и крика, Петя, ударив свою лошадь и выпустив поводья, не слушая Денисова, кричавшего на него, поскакал вперед. Пете показалось, что вдруг совершенно, как середь дня, ярко рассвело в ту минуту, как послышался выстрел. Он подскакал к мосту. Впереди по дороге скакали казаки. На мосту он столкнулся с отставшим казаком и поскакал дальше. Впереди какие то люди, – должно быть, это были французы, – бежали с правой стороны дороги на левую. Один упал в грязь под ногами Петиной лошади.
У одной избы столпились казаки, что то делая. Из середины толпы послышался страшный крик. Петя подскакал к этой толпе, и первое, что он увидал, было бледное, с трясущейся нижней челюстью лицо француза, державшегося за древко направленной на него пики.
– Ура!.. Ребята… наши… – прокричал Петя и, дав поводья разгорячившейся лошади, поскакал вперед по улице.
Впереди слышны были выстрелы. Казаки, гусары и русские оборванные пленные, бежавшие с обеих сторон дороги, все громко и нескладно кричали что то. Молодцеватый, без шапки, с красным нахмуренным лицом, француз в синей шинели отбивался штыком от гусаров. Когда Петя подскакал, француз уже упал. Опять опоздал, мелькнуло в голове Пети, и он поскакал туда, откуда слышались частые выстрелы. Выстрелы раздавались на дворе того барского дома, на котором он был вчера ночью с Долоховым. Французы засели там за плетнем в густом, заросшем кустами саду и стреляли по казакам, столпившимся у ворот. Подъезжая к воротам, Петя в пороховом дыму увидал Долохова с бледным, зеленоватым лицом, кричавшего что то людям. «В объезд! Пехоту подождать!» – кричал он, в то время как Петя подъехал к нему.
– Подождать?.. Ураааа!.. – закричал Петя и, не медля ни одной минуты, поскакал к тому месту, откуда слышались выстрелы и где гуще был пороховой дым. Послышался залп, провизжали пустые и во что то шлепнувшие пули. Казаки и Долохов вскакали вслед за Петей в ворота дома. Французы в колеблющемся густом дыме одни бросали оружие и выбегали из кустов навстречу казакам, другие бежали под гору к пруду. Петя скакал на своей лошади вдоль по барскому двору и, вместо того чтобы держать поводья, странно и быстро махал обеими руками и все дальше и дальше сбивался с седла на одну сторону. Лошадь, набежав на тлевший в утреннем свето костер, уперлась, и Петя тяжело упал на мокрую землю. Казаки видели, как быстро задергались его руки и ноги, несмотря на то, что голова его не шевелилась. Пуля пробила ему голову.
Переговоривши с старшим французским офицером, который вышел к нему из за дома с платком на шпаге и объявил, что они сдаются, Долохов слез с лошади и подошел к неподвижно, с раскинутыми руками, лежавшему Пете.
– Готов, – сказал он, нахмурившись, и пошел в ворота навстречу ехавшему к нему Денисову.
– Убит?! – вскрикнул Денисов, увидав еще издалека то знакомое ему, несомненно безжизненное положение, в котором лежало тело Пети.
– Готов, – повторил Долохов, как будто выговаривание этого слова доставляло ему удовольствие, и быстро пошел к пленным, которых окружили спешившиеся казаки. – Брать не будем! – крикнул он Денисову.
Денисов не отвечал; он подъехал к Пете, слез с лошади и дрожащими руками повернул к себе запачканное кровью и грязью, уже побледневшее лицо Пети.
«Я привык что нибудь сладкое. Отличный изюм, берите весь», – вспомнилось ему. И казаки с удивлением оглянулись на звуки, похожие на собачий лай, с которыми Денисов быстро отвернулся, подошел к плетню и схватился за него.
В числе отбитых Денисовым и Долоховым русских пленных был Пьер Безухов.


О той партии пленных, в которой был Пьер, во время всего своего движения от Москвы, не было от французского начальства никакого нового распоряжения. Партия эта 22 го октября находилась уже не с теми войсками и обозами, с которыми она вышла из Москвы. Половина обоза с сухарями, который шел за ними первые переходы, была отбита казаками, другая половина уехала вперед; пеших кавалеристов, которые шли впереди, не было ни одного больше; они все исчезли. Артиллерия, которая первые переходы виднелась впереди, заменилась теперь огромным обозом маршала Жюно, конвоируемого вестфальцами. Сзади пленных ехал обоз кавалерийских вещей.
От Вязьмы французские войска, прежде шедшие тремя колоннами, шли теперь одной кучей. Те признаки беспорядка, которые заметил Пьер на первом привале из Москвы, теперь дошли до последней степени.
Дорога, по которой они шли, с обеих сторон была уложена мертвыми лошадьми; оборванные люди, отсталые от разных команд, беспрестанно переменяясь, то присоединялись, то опять отставали от шедшей колонны.
Несколько раз во время похода бывали фальшивые тревоги, и солдаты конвоя поднимали ружья, стреляли и бежали стремглав, давя друг друга, но потом опять собирались и бранили друг друга за напрасный страх.
Эти три сборища, шедшие вместе, – кавалерийское депо, депо пленных и обоз Жюно, – все еще составляли что то отдельное и цельное, хотя и то, и другое, и третье быстро таяло.
В депо, в котором было сто двадцать повозок сначала, теперь оставалось не больше шестидесяти; остальные были отбиты или брошены. Из обоза Жюно тоже было оставлено и отбито несколько повозок. Три повозки были разграблены набежавшими отсталыми солдатами из корпуса Даву. Из разговоров немцев Пьер слышал, что к этому обозу ставили караул больше, чем к пленным, и что один из их товарищей, солдат немец, был расстрелян по приказанию самого маршала за то, что у солдата нашли серебряную ложку, принадлежавшую маршалу.
Больше же всего из этих трех сборищ растаяло депо пленных. Из трехсот тридцати человек, вышедших из Москвы, теперь оставалось меньше ста. Пленные еще более, чем седла кавалерийского депо и чем обоз Жюно, тяготили конвоирующих солдат. Седла и ложки Жюно, они понимали, что могли для чего нибудь пригодиться, но для чего было голодным и холодным солдатам конвоя стоять на карауле и стеречь таких же холодных и голодных русских, которые мерли и отставали дорогой, которых было велено пристреливать, – это было не только непонятно, но и противно. И конвойные, как бы боясь в том горестном положении, в котором они сами находились, не отдаться бывшему в них чувству жалости к пленным и тем ухудшить свое положение, особенно мрачно и строго обращались с ними.
В Дорогобуже, в то время как, заперев пленных в конюшню, конвойные солдаты ушли грабить свои же магазины, несколько человек пленных солдат подкопались под стену и убежали, но были захвачены французами и расстреляны.
Прежний, введенный при выходе из Москвы, порядок, чтобы пленные офицеры шли отдельно от солдат, уже давно был уничтожен; все те, которые могли идти, шли вместе, и Пьер с третьего перехода уже соединился опять с Каратаевым и лиловой кривоногой собакой, которая избрала себе хозяином Каратаева.
С Каратаевым, на третий день выхода из Москвы, сделалась та лихорадка, от которой он лежал в московском гошпитале, и по мере того как Каратаев ослабевал, Пьер отдалялся от него. Пьер не знал отчего, но, с тех пор как Каратаев стал слабеть, Пьер должен был делать усилие над собой, чтобы подойти к нему. И подходя к нему и слушая те тихие стоны, с которыми Каратаев обыкновенно на привалах ложился, и чувствуя усилившийся теперь запах, который издавал от себя Каратаев, Пьер отходил от него подальше и не думал о нем.
В плену, в балагане, Пьер узнал не умом, а всем существом своим, жизнью, что человек сотворен для счастья, что счастье в нем самом, в удовлетворении естественных человеческих потребностей, и что все несчастье происходит не от недостатка, а от излишка; но теперь, в эти последние три недели похода, он узнал еще новую, утешительную истину – он узнал, что на свете нет ничего страшного. Он узнал, что так как нет положения, в котором бы человек был счастлив и вполне свободен, так и нет положения, в котором бы он был бы несчастлив и несвободен. Он узнал, что есть граница страданий и граница свободы и что эта граница очень близка; что тот человек, который страдал оттого, что в розовой постели его завернулся один листок, точно так же страдал, как страдал он теперь, засыпая на голой, сырой земле, остужая одну сторону и пригревая другую; что, когда он, бывало, надевал свои бальные узкие башмаки, он точно так же страдал, как теперь, когда он шел уже босой совсем (обувь его давно растрепалась), ногами, покрытыми болячками. Он узнал, что, когда он, как ему казалось, по собственной своей воле женился на своей жене, он был не более свободен, чем теперь, когда его запирали на ночь в конюшню. Из всего того, что потом и он называл страданием, но которое он тогда почти не чувствовал, главное были босые, стертые, заструпелые ноги. (Лошадиное мясо было вкусно и питательно, селитренный букет пороха, употребляемого вместо соли, был даже приятен, холода большого не было, и днем на ходу всегда бывало жарко, а ночью были костры; вши, евшие тело, приятно согревали.) Одно было тяжело в первое время – это ноги.
Во второй день перехода, осмотрев у костра свои болячки, Пьер думал невозможным ступить на них; но когда все поднялись, он пошел, прихрамывая, и потом, когда разогрелся, пошел без боли, хотя к вечеру страшнее еще было смотреть на ноги. Но он не смотрел на них и думал о другом.
Теперь только Пьер понял всю силу жизненности человека и спасительную силу перемещения внимания, вложенную в человека, подобную тому спасительному клапану в паровиках, который выпускает лишний пар, как только плотность его превышает известную норму.
Он не видал и не слыхал, как пристреливали отсталых пленных, хотя более сотни из них уже погибли таким образом. Он не думал о Каратаеве, который слабел с каждым днем и, очевидно, скоро должен был подвергнуться той же участи. Еще менее Пьер думал о себе. Чем труднее становилось его положение, чем страшнее была будущность, тем независимее от того положения, в котором он находился, приходили ему радостные и успокоительные мысли, воспоминания и представления.


22 го числа, в полдень, Пьер шел в гору по грязной, скользкой дороге, глядя на свои ноги и на неровности пути. Изредка он взглядывал на знакомую толпу, окружающую его, и опять на свои ноги. И то и другое было одинаково свое и знакомое ему. Лиловый кривоногий Серый весело бежал стороной дороги, изредка, в доказательство своей ловкости и довольства, поджимая заднюю лапу и прыгая на трех и потом опять на всех четырех бросаясь с лаем на вороньев, которые сидели на падали. Серый был веселее и глаже, чем в Москве. Со всех сторон лежало мясо различных животных – от человеческого до лошадиного, в различных степенях разложения; и волков не подпускали шедшие люди, так что Серый мог наедаться сколько угодно.
Дождик шел с утра, и казалось, что вот вот он пройдет и на небе расчистит, как вслед за непродолжительной остановкой припускал дождик еще сильнее. Напитанная дождем дорога уже не принимала в себя воды, и ручьи текли по колеям.
Пьер шел, оглядываясь по сторонам, считая шаги по три, и загибал на пальцах. Обращаясь к дождю, он внутренне приговаривал: ну ка, ну ка, еще, еще наддай.
Ему казалось, что он ни о чем не думает; но далеко и глубоко где то что то важное и утешительное думала его душа. Это что то было тончайшее духовное извлечение из вчерашнего его разговора с Каратаевым.
Вчера, на ночном привале, озябнув у потухшего огня, Пьер встал и перешел к ближайшему, лучше горящему костру. У костра, к которому он подошел, сидел Платон, укрывшись, как ризой, с головой шинелью, и рассказывал солдатам своим спорым, приятным, но слабым, болезненным голосом знакомую Пьеру историю. Было уже за полночь. Это было то время, в которое Каратаев обыкновенно оживал от лихорадочного припадка и бывал особенно оживлен. Подойдя к костру и услыхав слабый, болезненный голос Платона и увидав его ярко освещенное огнем жалкое лицо, Пьера что то неприятно кольнуло в сердце. Он испугался своей жалости к этому человеку и хотел уйти, но другого костра не было, и Пьер, стараясь не глядеть на Платона, подсел к костру.
– Что, как твое здоровье? – спросил он.
– Что здоровье? На болезнь плакаться – бог смерти не даст, – сказал Каратаев и тотчас же возвратился к начатому рассказу.
– …И вот, братец ты мой, – продолжал Платон с улыбкой на худом, бледном лице и с особенным, радостным блеском в глазах, – вот, братец ты мой…
Пьер знал эту историю давно, Каратаев раз шесть ему одному рассказывал эту историю, и всегда с особенным, радостным чувством. Но как ни хорошо знал Пьер эту историю, он теперь прислушался к ней, как к чему то новому, и тот тихий восторг, который, рассказывая, видимо, испытывал Каратаев, сообщился и Пьеру. История эта была о старом купце, благообразно и богобоязненно жившем с семьей и поехавшем однажды с товарищем, богатым купцом, к Макарью.
Остановившись на постоялом дворе, оба купца заснули, и на другой день товарищ купца был найден зарезанным и ограбленным. Окровавленный нож найден был под подушкой старого купца. Купца судили, наказали кнутом и, выдернув ноздри, – как следует по порядку, говорил Каратаев, – сослали в каторгу.
– И вот, братец ты мой (на этом месте Пьер застал рассказ Каратаева), проходит тому делу годов десять или больше того. Живет старичок на каторге. Как следовает, покоряется, худого не делает. Только у бога смерти просит. – Хорошо. И соберись они, ночным делом, каторжные то, так же вот как мы с тобой, и старичок с ними. И зашел разговор, кто за что страдает, в чем богу виноват. Стали сказывать, тот душу загубил, тот две, тот поджег, тот беглый, так ни за что. Стали старичка спрашивать: ты за что, мол, дедушка, страдаешь? Я, братцы мои миленькие, говорит, за свои да за людские грехи страдаю. А я ни душ не губил, ни чужого не брал, акромя что нищую братию оделял. Я, братцы мои миленькие, купец; и богатство большое имел. Так и так, говорит. И рассказал им, значит, как все дело было, по порядку. Я, говорит, о себе не тужу. Меня, значит, бог сыскал. Одно, говорит, мне свою старуху и деток жаль. И так то заплакал старичок. Случись в их компании тот самый человек, значит, что купца убил. Где, говорит, дедушка, было? Когда, в каком месяце? все расспросил. Заболело у него сердце. Подходит таким манером к старичку – хлоп в ноги. За меня ты, говорит, старичок, пропадаешь. Правда истинная; безвинно напрасно, говорит, ребятушки, человек этот мучится. Я, говорит, то самое дело сделал и нож тебе под голова сонному подложил. Прости, говорит, дедушка, меня ты ради Христа.
Каратаев замолчал, радостно улыбаясь, глядя на огонь, и поправил поленья.
– Старичок и говорит: бог, мол, тебя простит, а мы все, говорит, богу грешны, я за свои грехи страдаю. Сам заплакал горючьми слезьми. Что же думаешь, соколик, – все светлее и светлее сияя восторженной улыбкой, говорил Каратаев, как будто в том, что он имел теперь рассказать, заключалась главная прелесть и все значение рассказа, – что же думаешь, соколик, объявился этот убийца самый по начальству. Я, говорит, шесть душ загубил (большой злодей был), но всего мне жальче старичка этого. Пускай же он на меня не плачется. Объявился: списали, послали бумагу, как следовает. Место дальнее, пока суд да дело, пока все бумаги списали как должно, по начальствам, значит. До царя доходило. Пока что, пришел царский указ: выпустить купца, дать ему награждения, сколько там присудили. Пришла бумага, стали старичка разыскивать. Где такой старичок безвинно напрасно страдал? От царя бумага вышла. Стали искать. – Нижняя челюсть Каратаева дрогнула. – А его уж бог простил – помер. Так то, соколик, – закончил Каратаев и долго, молча улыбаясь, смотрел перед собой.
Не самый рассказ этот, но таинственный смысл его, та восторженная радость, которая сияла в лице Каратаева при этом рассказе, таинственное значение этой радости, это то смутно и радостно наполняло теперь душу Пьера.


– A vos places! [По местам!] – вдруг закричал голос.
Между пленными и конвойными произошло радостное смятение и ожидание чего то счастливого и торжественного. Со всех сторон послышались крики команды, и с левой стороны, рысью объезжая пленных, показались кавалеристы, хорошо одетые, на хороших лошадях. На всех лицах было выражение напряженности, которая бывает у людей при близости высших властей. Пленные сбились в кучу, их столкнули с дороги; конвойные построились.
– L'Empereur! L'Empereur! Le marechal! Le duc! [Император! Император! Маршал! Герцог!] – и только что проехали сытые конвойные, как прогремела карета цугом, на серых лошадях. Пьер мельком увидал спокойное, красивое, толстое и белое лицо человека в треугольной шляпе. Это был один из маршалов. Взгляд маршала обратился на крупную, заметную фигуру Пьера, и в том выражении, с которым маршал этот нахмурился и отвернул лицо, Пьеру показалось сострадание и желание скрыть его.
Генерал, который вел депо, с красным испуганным лицом, погоняя свою худую лошадь, скакал за каретой. Несколько офицеров сошлось вместе, солдаты окружили их. У всех были взволнованно напряженные лица.
– Qu'est ce qu'il a dit? Qu'est ce qu'il a dit?.. [Что он сказал? Что? Что?..] – слышал Пьер.
Во время проезда маршала пленные сбились в кучу, и Пьер увидал Каратаева, которого он не видал еще в нынешнее утро. Каратаев в своей шинельке сидел, прислонившись к березе. В лице его, кроме выражения вчерашнего радостного умиления при рассказе о безвинном страдании купца, светилось еще выражение тихой торжественности.
Каратаев смотрел на Пьера своими добрыми, круглыми глазами, подернутыми теперь слезою, и, видимо, подзывал его к себе, хотел сказать что то. Но Пьеру слишком страшно было за себя. Он сделал так, как будто не видал его взгляда, и поспешно отошел.
Когда пленные опять тронулись, Пьер оглянулся назад. Каратаев сидел на краю дороги, у березы; и два француза что то говорили над ним. Пьер не оглядывался больше. Он шел, прихрамывая, в гору.
Сзади, с того места, где сидел Каратаев, послышался выстрел. Пьер слышал явственно этот выстрел, но в то же мгновение, как он услыхал его, Пьер вспомнил, что он не кончил еще начатое перед проездом маршала вычисление о том, сколько переходов оставалось до Смоленска. И он стал считать. Два французские солдата, из которых один держал в руке снятое, дымящееся ружье, пробежали мимо Пьера. Они оба были бледны, и в выражении их лиц – один из них робко взглянул на Пьера – было что то похожее на то, что он видел в молодом солдате на казни. Пьер посмотрел на солдата и вспомнил о том, как этот солдат третьего дня сжег, высушивая на костре, свою рубаху и как смеялись над ним.
Собака завыла сзади, с того места, где сидел Каратаев. «Экая дура, о чем она воет?» – подумал Пьер.
Солдаты товарищи, шедшие рядом с Пьером, не оглядывались, так же как и он, на то место, с которого послышался выстрел и потом вой собаки; но строгое выражение лежало на всех лицах.


Депо, и пленные, и обоз маршала остановились в деревне Шамшеве. Все сбилось в кучу у костров. Пьер подошел к костру, поел жареного лошадиного мяса, лег спиной к огню и тотчас же заснул. Он спал опять тем же сном, каким он спал в Можайске после Бородина.
Опять события действительности соединялись с сновидениями, и опять кто то, сам ли он или кто другой, говорил ему мысли, и даже те же мысли, которые ему говорились в Можайске.
«Жизнь есть всё. Жизнь есть бог. Все перемещается и движется, и это движение есть бог. И пока есть жизнь, есть наслаждение самосознания божества. Любить жизнь, любить бога. Труднее и блаженнее всего любить эту жизнь в своих страданиях, в безвинности страданий».
«Каратаев» – вспомнилось Пьеру.
И вдруг Пьеру представился, как живой, давно забытый, кроткий старичок учитель, который в Швейцарии преподавал Пьеру географию. «Постой», – сказал старичок. И он показал Пьеру глобус. Глобус этот был живой, колеблющийся шар, не имеющий размеров. Вся поверхность шара состояла из капель, плотно сжатых между собой. И капли эти все двигались, перемещались и то сливались из нескольких в одну, то из одной разделялись на многие. Каждая капля стремилась разлиться, захватить наибольшее пространство, но другие, стремясь к тому же, сжимали ее, иногда уничтожали, иногда сливались с нею.
– Вот жизнь, – сказал старичок учитель.
«Как это просто и ясно, – подумал Пьер. – Как я мог не знать этого прежде».
– В середине бог, и каждая капля стремится расшириться, чтобы в наибольших размерах отражать его. И растет, сливается, и сжимается, и уничтожается на поверхности, уходит в глубину и опять всплывает. Вот он, Каратаев, вот разлился и исчез. – Vous avez compris, mon enfant, [Понимаешь ты.] – сказал учитель.
– Vous avez compris, sacre nom, [Понимаешь ты, черт тебя дери.] – закричал голос, и Пьер проснулся.
Он приподнялся и сел. У костра, присев на корточках, сидел француз, только что оттолкнувший русского солдата, и жарил надетое на шомпол мясо. Жилистые, засученные, обросшие волосами, красные руки с короткими пальцами ловко поворачивали шомпол. Коричневое мрачное лицо с насупленными бровями ясно виднелось в свете угольев.
– Ca lui est bien egal, – проворчал он, быстро обращаясь к солдату, стоявшему за ним. – …brigand. Va! [Ему все равно… разбойник, право!]
И солдат, вертя шомпол, мрачно взглянул на Пьера. Пьер отвернулся, вглядываясь в тени. Один русский солдат пленный, тот, которого оттолкнул француз, сидел у костра и трепал по чем то рукой. Вглядевшись ближе, Пьер узнал лиловую собачонку, которая, виляя хвостом, сидела подле солдата.
– А, пришла? – сказал Пьер. – А, Пла… – начал он и не договорил. В его воображении вдруг, одновременно, связываясь между собой, возникло воспоминание о взгляде, которым смотрел на него Платон, сидя под деревом, о выстреле, слышанном на том месте, о вое собаки, о преступных лицах двух французов, пробежавших мимо его, о снятом дымящемся ружье, об отсутствии Каратаева на этом привале, и он готов уже был понять, что Каратаев убит, но в то же самое мгновенье в его душе, взявшись бог знает откуда, возникло воспоминание о вечере, проведенном им с красавицей полькой, летом, на балконе своего киевского дома. И все таки не связав воспоминаний нынешнего дня и не сделав о них вывода, Пьер закрыл глаза, и картина летней природы смешалась с воспоминанием о купанье, о жидком колеблющемся шаре, и он опустился куда то в воду, так что вода сошлась над его головой.
Перед восходом солнца его разбудили громкие частые выстрелы и крики. Мимо Пьера пробежали французы.
– Les cosaques! [Казаки!] – прокричал один из них, и через минуту толпа русских лиц окружила Пьера.
Долго не мог понять Пьер того, что с ним было. Со всех сторон он слышал вопли радости товарищей.
– Братцы! Родимые мои, голубчики! – плача, кричали старые солдаты, обнимая казаков и гусар. Гусары и казаки окружали пленных и торопливо предлагали кто платья, кто сапоги, кто хлеба. Пьер рыдал, сидя посреди их, и не мог выговорить ни слова; он обнял первого подошедшего к нему солдата и, плача, целовал его.
Долохов стоял у ворот разваленного дома, пропуская мимо себя толпу обезоруженных французов. Французы, взволнованные всем происшедшим, громко говорили между собой; но когда они проходили мимо Долохова, который слегка хлестал себя по сапогам нагайкой и глядел на них своим холодным, стеклянным, ничего доброго не обещающим взглядом, говор их замолкал. С другой стороны стоял казак Долохова и считал пленных, отмечая сотни чертой мела на воротах.
– Сколько? – спросил Долохов у казака, считавшего пленных.
– На вторую сотню, – отвечал казак.
– Filez, filez, [Проходи, проходи.] – приговаривал Долохов, выучившись этому выражению у французов, и, встречаясь глазами с проходившими пленными, взгляд его вспыхивал жестоким блеском.
Денисов, с мрачным лицом, сняв папаху, шел позади казаков, несших к вырытой в саду яме тело Пети Ростова.


С 28 го октября, когда начались морозы, бегство французов получило только более трагический характер замерзающих и изжаривающихся насмерть у костров людей и продолжающих в шубах и колясках ехать с награбленным добром императора, королей и герцогов; но в сущности своей процесс бегства и разложения французской армии со времени выступления из Москвы нисколько не изменился.
От Москвы до Вязьмы из семидесятитрехтысячной французской армии, не считая гвардии (которая во всю войну ничего не делала, кроме грабежа), из семидесяти трех тысяч осталось тридцать шесть тысяч (из этого числа не более пяти тысяч выбыло в сражениях). Вот первый член прогрессии, которым математически верно определяются последующие.
Французская армия в той же пропорции таяла и уничтожалась от Москвы до Вязьмы, от Вязьмы до Смоленска, от Смоленска до Березины, от Березины до Вильны, независимо от большей или меньшей степени холода, преследования, заграждения пути и всех других условий, взятых отдельно. После Вязьмы войска французские вместо трех колонн сбились в одну кучу и так шли до конца. Бертье писал своему государю (известно, как отдаленно от истины позволяют себе начальники описывать положение армии). Он писал:
«Je crois devoir faire connaitre a Votre Majeste l'etat de ses troupes dans les differents corps d'annee que j'ai ete a meme d'observer depuis deux ou trois jours dans differents passages. Elles sont presque debandees. Le nombre des soldats qui suivent les drapeaux est en proportion du quart au plus dans presque tous les regiments, les autres marchent isolement dans differentes directions et pour leur compte, dans l'esperance de trouver des subsistances et pour se debarrasser de la discipline. En general ils regardent Smolensk comme le point ou ils doivent se refaire. Ces derniers jours on a remarque que beaucoup de soldats jettent leurs cartouches et leurs armes. Dans cet etat de choses, l'interet du service de Votre Majeste exige, quelles que soient ses vues ulterieures qu'on rallie l'armee a Smolensk en commencant a la debarrasser des non combattans, tels que hommes demontes et des bagages inutiles et du materiel de l'artillerie qui n'est plus en proportion avec les forces actuelles. En outre les jours de repos, des subsistances sont necessaires aux soldats qui sont extenues par la faim et la fatigue; beaucoup sont morts ces derniers jours sur la route et dans les bivacs. Cet etat de choses va toujours en augmentant et donne lieu de craindre que si l'on n'y prete un prompt remede, on ne soit plus maitre des troupes dans un combat. Le 9 November, a 30 verstes de Smolensk».
[Долгом поставляю донести вашему величеству о состоянии корпусов, осмотренных мною на марше в последние три дня. Они почти в совершенном разброде. Только четвертая часть солдат остается при знаменах, прочие идут сами по себе разными направлениями, стараясь сыскать пропитание и избавиться от службы. Все думают только о Смоленске, где надеются отдохнуть. В последние дни много солдат побросали патроны и ружья. Какие бы ни были ваши дальнейшие намерения, но польза службы вашего величества требует собрать корпуса в Смоленске и отделить от них спешенных кавалеристов, безоружных, лишние обозы и часть артиллерии, ибо она теперь не в соразмерности с числом войск. Необходимо продовольствие и несколько дней покоя; солдаты изнурены голодом и усталостью; в последние дни многие умерли на дороге и на биваках. Такое бедственное положение беспрестанно усиливается и заставляет опасаться, что, если не будут приняты быстрые меры для предотвращения зла, мы скоро не будем иметь войска в своей власти в случае сражения. 9 ноября, в 30 верстах от Смоленка.]
Ввалившись в Смоленск, представлявшийся им обетованной землей, французы убивали друг друга за провиант, ограбили свои же магазины и, когда все было разграблено, побежали дальше.
Все шли, сами не зная, куда и зачем они идут. Еще менее других знал это гений Наполеона, так как никто ему не приказывал. Но все таки он и его окружающие соблюдали свои давнишние привычки: писались приказы, письма, рапорты, ordre du jour [распорядок дня]; называли друг друга:
«Sire, Mon Cousin, Prince d'Ekmuhl, roi de Naples» [Ваше величество, брат мой, принц Экмюльский, король Неаполитанский.] и т.д. Но приказы и рапорты были только на бумаге, ничто по ним не исполнялось, потому что не могло исполняться, и, несмотря на именование друг друга величествами, высочествами и двоюродными братьями, все они чувствовали, что они жалкие и гадкие люди, наделавшие много зла, за которое теперь приходилось расплачиваться. И, несмотря на то, что они притворялись, будто заботятся об армии, они думали только каждый о себе и о том, как бы поскорее уйти и спастись.


Действия русского и французского войск во время обратной кампании от Москвы и до Немана подобны игре в жмурки, когда двум играющим завязывают глаза и один изредка звонит колокольчиком, чтобы уведомить о себе ловящего. Сначала тот, кого ловят, звонит, не боясь неприятеля, но когда ему приходится плохо, он, стараясь неслышно идти, убегает от своего врага и часто, думая убежать, идет прямо к нему в руки.
Сначала наполеоновские войска еще давали о себе знать – это было в первый период движения по Калужской дороге, но потом, выбравшись на Смоленскую дорогу, они побежали, прижимая рукой язычок колокольчика, и часто, думая, что они уходят, набегали прямо на русских.
При быстроте бега французов и за ними русских и вследствие того изнурения лошадей, главное средство приблизительного узнавания положения, в котором находится неприятель, – разъезды кавалерии, – не существовало. Кроме того, вследствие частых и быстрых перемен положений обеих армий, сведения, какие и были, не могли поспевать вовремя. Если второго числа приходило известие о том, что армия неприятеля была там то первого числа, то третьего числа, когда можно было предпринять что нибудь, уже армия эта сделала два перехода и находилась совсем в другом положении.
Одна армия бежала, другая догоняла. От Смоленска французам предстояло много различных дорог; и, казалось бы, тут, простояв четыре дня, французы могли бы узнать, где неприятель, сообразить что нибудь выгодное и предпринять что нибудь новое. Но после четырехдневной остановки толпы их опять побежали не вправо, не влево, но, без всяких маневров и соображений, по старой, худшей дороге, на Красное и Оршу – по пробитому следу.
Ожидая врага сзади, а не спереди, французы бежали, растянувшись и разделившись друг от друга на двадцать четыре часа расстояния. Впереди всех бежал император, потом короли, потом герцоги. Русская армия, думая, что Наполеон возьмет вправо за Днепр, что было одно разумно, подалась тоже вправо и вышла на большую дорогу к Красному. И тут, как в игре в жмурки, французы наткнулись на наш авангард. Неожиданно увидав врага, французы смешались, приостановились от неожиданности испуга, но потом опять побежали, бросая своих сзади следовавших товарищей. Тут, как сквозь строй русских войск, проходили три дня, одна за одной, отдельные части французов, сначала вице короля, потом Даву, потом Нея. Все они побросали друг друга, побросали все свои тяжести, артиллерию, половину народа и убегали, только по ночам справа полукругами обходя русских.
Ней, шедший последним (потому что, несмотря на несчастное их положение или именно вследствие его, им хотелось побить тот пол, который ушиб их, он занялся нзрыванием никому не мешавших стен Смоленска), – шедший последним, Ней, с своим десятитысячным корпусом, прибежал в Оршу к Наполеону только с тысячью человеками, побросав и всех людей, и все пушки и ночью, украдучись, пробравшись лесом через Днепр.
От Орши побежали дальше по дороге к Вильно, точно так же играя в жмурки с преследующей армией. На Березине опять замешались, многие потонули, многие сдались, но те, которые перебрались через реку, побежали дальше. Главный начальник их надел шубу и, сев в сани, поскакал один, оставив своих товарищей. Кто мог – уехал тоже, кто не мог – сдался или умер.


Казалось бы, в этой то кампании бегства французов, когда они делали все то, что только можно было, чтобы погубить себя; когда ни в одном движении этой толпы, начиная от поворота на Калужскую дорогу и до бегства начальника от армии, не было ни малейшего смысла, – казалось бы, в этот период кампании невозможно уже историкам, приписывающим действия масс воле одного человека, описывать это отступление в их смысле. Но нет. Горы книг написаны историками об этой кампании, и везде описаны распоряжения Наполеона и глубокомысленные его планы – маневры, руководившие войском, и гениальные распоряжения его маршалов.
Отступление от Малоярославца тогда, когда ему дают дорогу в обильный край и когда ему открыта та параллельная дорога, по которой потом преследовал его Кутузов, ненужное отступление по разоренной дороге объясняется нам по разным глубокомысленным соображениям. По таким же глубокомысленным соображениям описывается его отступление от Смоленска на Оршу. Потом описывается его геройство при Красном, где он будто бы готовится принять сражение и сам командовать, и ходит с березовой палкой и говорит:
– J'ai assez fait l'Empereur, il est temps de faire le general, [Довольно уже я представлял императора, теперь время быть генералом.] – и, несмотря на то, тотчас же после этого бежит дальше, оставляя на произвол судьбы разрозненные части армии, находящиеся сзади.
Потом описывают нам величие души маршалов, в особенности Нея, величие души, состоящее в том, что он ночью пробрался лесом в обход через Днепр и без знамен и артиллерии и без девяти десятых войска прибежал в Оршу.
И, наконец, последний отъезд великого императора от геройской армии представляется нам историками как что то великое и гениальное. Даже этот последний поступок бегства, на языке человеческом называемый последней степенью подлости, которой учится стыдиться каждый ребенок, и этот поступок на языке историков получает оправдание.
Тогда, когда уже невозможно дальше растянуть столь эластичные нити исторических рассуждений, когда действие уже явно противно тому, что все человечество называет добром и даже справедливостью, является у историков спасительное понятие о величии. Величие как будто исключает возможность меры хорошего и дурного. Для великого – нет дурного. Нет ужаса, который бы мог быть поставлен в вину тому, кто велик.
– «C'est grand!» [Это величественно!] – говорят историки, и тогда уже нет ни хорошего, ни дурного, а есть «grand» и «не grand». Grand – хорошо, не grand – дурно. Grand есть свойство, по их понятиям, каких то особенных животных, называемых ими героями. И Наполеон, убираясь в теплой шубе домой от гибнущих не только товарищей, но (по его мнению) людей, им приведенных сюда, чувствует que c'est grand, и душа его покойна.
«Du sublime (он что то sublime видит в себе) au ridicule il n'y a qu'un pas», – говорит он. И весь мир пятьдесят лет повторяет: «Sublime! Grand! Napoleon le grand! Du sublime au ridicule il n'y a qu'un pas». [величественное… От величественного до смешного только один шаг… Величественное! Великое! Наполеон великий! От величественного до смешного только шаг.]
И никому в голову не придет, что признание величия, неизмеримого мерой хорошего и дурного, есть только признание своей ничтожности и неизмеримой малости.
Для нас, с данной нам Христом мерой хорошего и дурного, нет неизмеримого. И нет величия там, где нет простоты, добра и правды.


Кто из русских людей, читая описания последнего периода кампании 1812 года, не испытывал тяжелого чувства досады, неудовлетворенности и неясности. Кто не задавал себе вопросов: как не забрали, не уничтожили всех французов, когда все три армии окружали их в превосходящем числе, когда расстроенные французы, голодая и замерзая, сдавались толпами и когда (как нам рассказывает история) цель русских состояла именно в том, чтобы остановить, отрезать и забрать в плен всех французов.
Каким образом то русское войско, которое, слабее числом французов, дало Бородинское сражение, каким образом это войско, с трех сторон окружавшее французов и имевшее целью их забрать, не достигло своей цели? Неужели такое громадное преимущество перед нами имеют французы, что мы, с превосходными силами окружив, не могли побить их? Каким образом это могло случиться?
История (та, которая называется этим словом), отвечая на эти вопросы, говорит, что это случилось оттого, что Кутузов, и Тормасов, и Чичагов, и тот то, и тот то не сделали таких то и таких то маневров.
Но отчего они не сделали всех этих маневров? Отчего, ежели они были виноваты в том, что не достигнута была предназначавшаяся цель, – отчего их не судили и не казнили? Но, даже ежели и допустить, что виною неудачи русских были Кутузов и Чичагов и т. п., нельзя понять все таки, почему и в тех условиях, в которых находились русские войска под Красным и под Березиной (в обоих случаях русские были в превосходных силах), почему не взято в плен французское войско с маршалами, королями и императорами, когда в этом состояла цель русских?
Объяснение этого странного явления тем (как то делают русские военные историки), что Кутузов помешал нападению, неосновательно потому, что мы знаем, что воля Кутузова не могла удержать войска от нападения под Вязьмой и под Тарутиным.
Почему то русское войско, которое с слабейшими силами одержало победу под Бородиным над неприятелем во всей его силе, под Красным и под Березиной в превосходных силах было побеждено расстроенными толпами французов?
Если цель русских состояла в том, чтобы отрезать и взять в плен Наполеона и маршалов, и цель эта не только не была достигнута, и все попытки к достижению этой цели всякий раз были разрушены самым постыдным образом, то последний период кампании совершенно справедливо представляется французами рядом побед и совершенно несправедливо представляется русскими историками победоносным.
Русские военные историки, настолько, насколько для них обязательна логика, невольно приходят к этому заключению и, несмотря на лирические воззвания о мужестве и преданности и т. д., должны невольно признаться, что отступление французов из Москвы есть ряд побед Наполеона и поражений Кутузова.
Но, оставив совершенно в стороне народное самолюбие, чувствуется, что заключение это само в себе заключает противуречие, так как ряд побед французов привел их к совершенному уничтожению, а ряд поражений русских привел их к полному уничтожению врага и очищению своего отечества.
Источник этого противуречия лежит в том, что историками, изучающими события по письмам государей и генералов, по реляциям, рапортам, планам и т. п., предположена ложная, никогда не существовавшая цель последнего периода войны 1812 года, – цель, будто бы состоявшая в том, чтобы отрезать и поймать Наполеона с маршалами и армией.
Цели этой никогда не было и не могло быть, потому что она не имела смысла, и достижение ее было совершенно невозможно.
Цель эта не имела никакого смысла, во первых, потому, что расстроенная армия Наполеона со всей возможной быстротой бежала из России, то есть исполняла то самое, что мог желать всякий русский. Для чего же было делать различные операции над французами, которые бежали так быстро, как только они могли?
Во вторых, бессмысленно было становиться на дороге людей, всю свою энергию направивших на бегство.
В третьих, бессмысленно было терять свои войска для уничтожения французских армий, уничтожавшихся без внешних причин в такой прогрессии, что без всякого загораживания пути они не могли перевести через границу больше того, что они перевели в декабре месяце, то есть одну сотую всего войска.
В четвертых, бессмысленно было желание взять в плен императора, королей, герцогов – людей, плен которых в высшей степени затруднил бы действия русских, как то признавали самые искусные дипломаты того времени (J. Maistre и другие). Еще бессмысленнее было желание взять корпуса французов, когда свои войска растаяли наполовину до Красного, а к корпусам пленных надо было отделять дивизии конвоя, и когда свои солдаты не всегда получали полный провиант и забранные уже пленные мерли с голода.
Весь глубокомысленный план о том, чтобы отрезать и поймать Наполеона с армией, был подобен тому плану огородника, который, выгоняя из огорода потоптавшую его гряды скотину, забежал бы к воротам и стал бы по голове бить эту скотину. Одно, что можно бы было сказать в оправдание огородника, было бы то, что он очень рассердился. Но это нельзя было даже сказать про составителей проекта, потому что не они пострадали от потоптанных гряд.
Но, кроме того, что отрезывание Наполеона с армией было бессмысленно, оно было невозможно.
Невозможно это было, во первых, потому что, так как из опыта видно, что движение колонн на пяти верстах в одном сражении никогда не совпадает с планами, то вероятность того, чтобы Чичагов, Кутузов и Витгенштейн сошлись вовремя в назначенное место, была столь ничтожна, что она равнялась невозможности, как то и думал Кутузов, еще при получении плана сказавший, что диверсии на большие расстояния не приносят желаемых результатов.
Во вторых, невозможно было потому, что, для того чтобы парализировать ту силу инерции, с которой двигалось назад войско Наполеона, надо было без сравнения большие войска, чем те, которые имели русские.
В третьих, невозможно это было потому, что военное слово отрезать не имеет никакого смысла. Отрезать можно кусок хлеба, но не армию. Отрезать армию – перегородить ей дорогу – никак нельзя, ибо места кругом всегда много, где можно обойти, и есть ночь, во время которой ничего не видно, в чем могли бы убедиться военные ученые хоть из примеров Красного и Березины. Взять же в плен никак нельзя без того, чтобы тот, кого берут в плен, на это не согласился, как нельзя поймать ласточку, хотя и можно взять ее, когда она сядет на руку. Взять в плен можно того, кто сдается, как немцы, по правилам стратегии и тактики. Но французские войска совершенно справедливо не находили этого удобным, так как одинаковая голодная и холодная смерть ожидала их на бегстве и в плену.
В четвертых же, и главное, это было невозможно потому, что никогда, с тех пор как существует мир, не было войны при тех страшных условиях, при которых она происходила в 1812 году, и русские войска в преследовании французов напрягли все свои силы и не могли сделать большего, не уничтожившись сами.
В движении русской армии от Тарутина до Красного выбыло пятьдесят тысяч больными и отсталыми, то есть число, равное населению большого губернского города. Половина людей выбыла из армии без сражений.
И об этом то периоде кампании, когда войска без сапог и шуб, с неполным провиантом, без водки, по месяцам ночуют в снегу и при пятнадцати градусах мороза; когда дня только семь и восемь часов, а остальное ночь, во время которой не может быть влияния дисциплины; когда, не так как в сраженье, на несколько часов только люди вводятся в область смерти, где уже нет дисциплины, а когда люди по месяцам живут, всякую минуту борясь с смертью от голода и холода; когда в месяц погибает половина армии, – об этом то периоде кампании нам рассказывают историки, как Милорадович должен был сделать фланговый марш туда то, а Тормасов туда то и как Чичагов должен был передвинуться туда то (передвинуться выше колена в снегу), и как тот опрокинул и отрезал, и т. д., и т. д.
Русские, умиравшие наполовину, сделали все, что можно сделать и должно было сделать для достижения достойной народа цели, и не виноваты в том, что другие русские люди, сидевшие в теплых комнатах, предполагали сделать то, что было невозможно.
Все это странное, непонятное теперь противоречие факта с описанием истории происходит только оттого, что историки, писавшие об этом событии, писали историю прекрасных чувств и слов разных генералов, а не историю событий.
Для них кажутся очень занимательны слова Милорадовича, награды, которые получил тот и этот генерал, и их предположения; а вопрос о тех пятидесяти тысячах, которые остались по госпиталям и могилам, даже не интересует их, потому что не подлежит их изучению.
А между тем стоит только отвернуться от изучения рапортов и генеральных планов, а вникнуть в движение тех сотен тысяч людей, принимавших прямое, непосредственное участие в событии, и все, казавшиеся прежде неразрешимыми, вопросы вдруг с необыкновенной легкостью и простотой получают несомненное разрешение.
Цель отрезывания Наполеона с армией никогда не существовала, кроме как в воображении десятка людей. Она не могла существовать, потому что она была бессмысленна, и достижение ее было невозможно.
Цель народа была одна: очистить свою землю от нашествия. Цель эта достигалась, во первых, сама собою, так как французы бежали, и потому следовало только не останавливать это движение. Во вторых, цель эта достигалась действиями народной войны, уничтожавшей французов, и, в третьих, тем, что большая русская армия шла следом за французами, готовая употребить силу в случае остановки движения французов.
Русская армия должна была действовать, как кнут на бегущее животное. И опытный погонщик знал, что самое выгодное держать кнут поднятым, угрожая им, а не по голове стегать бегущее животное.



Когда человек видит умирающее животное, ужас охватывает его: то, что есть он сам, – сущность его, в его глазах очевидно уничтожается – перестает быть. Но когда умирающее есть человек, и человек любимый – ощущаемый, тогда, кроме ужаса перед уничтожением жизни, чувствуется разрыв и духовная рана, которая, так же как и рана физическая, иногда убивает, иногда залечивается, но всегда болит и боится внешнего раздражающего прикосновения.
После смерти князя Андрея Наташа и княжна Марья одинаково чувствовали это. Они, нравственно согнувшись и зажмурившись от грозного, нависшего над ними облака смерти, не смели взглянуть в лицо жизни. Они осторожно берегли свои открытые раны от оскорбительных, болезненных прикосновений. Все: быстро проехавший экипаж по улице, напоминание об обеде, вопрос девушки о платье, которое надо приготовить; еще хуже, слово неискреннего, слабого участия болезненно раздражало рану, казалось оскорблением и нарушало ту необходимую тишину, в которой они обе старались прислушиваться к незамолкшему еще в их воображении страшному, строгому хору, и мешало вглядываться в те таинственные бесконечные дали, которые на мгновение открылись перед ними.
Только вдвоем им было не оскорбительно и не больно. Они мало говорили между собой. Ежели они говорили, то о самых незначительных предметах. И та и другая одинаково избегали упоминания о чем нибудь, имеющем отношение к будущему.
Признавать возможность будущего казалось им оскорблением его памяти. Еще осторожнее они обходили в своих разговорах все то, что могло иметь отношение к умершему. Им казалось, что то, что они пережили и перечувствовали, не могло быть выражено словами. Им казалось, что всякое упоминание словами о подробностях его жизни нарушало величие и святыню совершившегося в их глазах таинства.
Беспрестанные воздержания речи, постоянное старательное обхождение всего того, что могло навести на слово о нем: эти остановки с разных сторон на границе того, чего нельзя было говорить, еще чище и яснее выставляли перед их воображением то, что они чувствовали.

Но чистая, полная печаль так же невозможна, как чистая и полная радость. Княжна Марья, по своему положению одной независимой хозяйки своей судьбы, опекунши и воспитательницы племянника, первая была вызвана жизнью из того мира печали, в котором она жила первые две недели. Она получила письма от родных, на которые надо было отвечать; комната, в которую поместили Николеньку, была сыра, и он стал кашлять. Алпатыч приехал в Ярославль с отчетами о делах и с предложениями и советами переехать в Москву в Вздвиженский дом, который остался цел и требовал только небольших починок. Жизнь не останавливалась, и надо было жить. Как ни тяжело было княжне Марье выйти из того мира уединенного созерцания, в котором она жила до сих пор, как ни жалко и как будто совестно было покинуть Наташу одну, – заботы жизни требовали ее участия, и она невольно отдалась им. Она поверяла счеты с Алпатычем, советовалась с Десалем о племяннике и делала распоряжения и приготовления для своего переезда в Москву.
Наташа оставалась одна и с тех пор, как княжна Марья стала заниматься приготовлениями к отъезду, избегала и ее.
Княжна Марья предложила графине отпустить с собой Наташу в Москву, и мать и отец радостно согласились на это предложение, с каждым днем замечая упадок физических сил дочери и полагая для нее полезным и перемену места, и помощь московских врачей.
– Я никуда не поеду, – отвечала Наташа, когда ей сделали это предложение, – только, пожалуйста, оставьте меня, – сказала она и выбежала из комнаты, с трудом удерживая слезы не столько горя, сколько досады и озлобления.
После того как она почувствовала себя покинутой княжной Марьей и одинокой в своем горе, Наташа большую часть времени, одна в своей комнате, сидела с ногами в углу дивана, и, что нибудь разрывая или переминая своими тонкими, напряженными пальцами, упорным, неподвижным взглядом смотрела на то, на чем останавливались глаза. Уединение это изнуряло, мучило ее; но оно было для нее необходимо. Как только кто нибудь входил к ней, она быстро вставала, изменяла положение и выражение взгляда и бралась за книгу или шитье, очевидно с нетерпением ожидая ухода того, кто помешал ей.
Ей все казалось, что она вот вот сейчас поймет, проникнет то, на что с страшным, непосильным ей вопросом устремлен был ее душевный взгляд.
В конце декабря, в черном шерстяном платье, с небрежно связанной пучком косой, худая и бледная, Наташа сидела с ногами в углу дивана, напряженно комкая и распуская концы пояса, и смотрела на угол двери.
Она смотрела туда, куда ушел он, на ту сторону жизни. И та сторона жизни, о которой она прежде никогда не думала, которая прежде ей казалась такою далекою, невероятною, теперь была ей ближе и роднее, понятнее, чем эта сторона жизни, в которой все было или пустота и разрушение, или страдание и оскорбление.
Она смотрела туда, где она знала, что был он; но она не могла его видеть иначе, как таким, каким он был здесь. Она видела его опять таким же, каким он был в Мытищах, у Троицы, в Ярославле.
Она видела его лицо, слышала его голос и повторяла его слова и свои слова, сказанные ему, и иногда придумывала за себя и за него новые слова, которые тогда могли бы быть сказаны.
Вот он лежит на кресле в своей бархатной шубке, облокотив голову на худую, бледную руку. Грудь его страшно низка и плечи подняты. Губы твердо сжаты, глаза блестят, и на бледном лбу вспрыгивает и исчезает морщина. Одна нога его чуть заметно быстро дрожит. Наташа знает, что он борется с мучительной болью. «Что такое эта боль? Зачем боль? Что он чувствует? Как у него болит!» – думает Наташа. Он заметил ее вниманье, поднял глаза и, не улыбаясь, стал говорить.
«Одно ужасно, – сказал он, – это связать себя навеки с страдающим человеком. Это вечное мученье». И он испытующим взглядом – Наташа видела теперь этот взгляд – посмотрел на нее. Наташа, как и всегда, ответила тогда прежде, чем успела подумать о том, что она отвечает; она сказала: «Это не может так продолжаться, этого не будет, вы будете здоровы – совсем».
Она теперь сначала видела его и переживала теперь все то, что она чувствовала тогда. Она вспомнила продолжительный, грустный, строгий взгляд его при этих словах и поняла значение упрека и отчаяния этого продолжительного взгляда.
«Я согласилась, – говорила себе теперь Наташа, – что было бы ужасно, если б он остался всегда страдающим. Я сказала это тогда так только потому, что для него это было бы ужасно, а он понял это иначе. Он подумал, что это для меня ужасно бы было. Он тогда еще хотел жить – боялся смерти. И я так грубо, глупо сказала ему. Я не думала этого. Я думала совсем другое. Если бы я сказала то, что думала, я бы сказала: пускай бы он умирал, все время умирал бы перед моими глазами, я была бы счастлива в сравнении с тем, что я теперь. Теперь… Ничего, никого нет. Знал ли он это? Нет. Не знал и никогда не узнает. И теперь никогда, никогда уже нельзя поправить этого». И опять он говорил ей те же слова, но теперь в воображении своем Наташа отвечала ему иначе. Она останавливала его и говорила: «Ужасно для вас, но не для меня. Вы знайте, что мне без вас нет ничего в жизни, и страдать с вами для меня лучшее счастие». И он брал ее руку и жал ее так, как он жал ее в тот страшный вечер, за четыре дня перед смертью. И в воображении своем она говорила ему еще другие нежные, любовные речи, которые она могла бы сказать тогда, которые она говорила теперь. «Я люблю тебя… тебя… люблю, люблю…» – говорила она, судорожно сжимая руки, стискивая зубы с ожесточенным усилием.
И сладкое горе охватывало ее, и слезы уже выступали в глаза, но вдруг она спрашивала себя: кому она говорит это? Где он и кто он теперь? И опять все застилалось сухим, жестким недоумением, и опять, напряженно сдвинув брови, она вглядывалась туда, где он был. И вот, вот, ей казалось, она проникает тайну… Но в ту минуту, как уж ей открывалось, казалось, непонятное, громкий стук ручки замка двери болезненно поразил ее слух. Быстро и неосторожно, с испуганным, незанятым ею выражением лица, в комнату вошла горничная Дуняша.
– Пожалуйте к папаше, скорее, – сказала Дуняша с особенным и оживленным выражением. – Несчастье, о Петре Ильиче… письмо, – всхлипнув, проговорила она.


Кроме общего чувства отчуждения от всех людей, Наташа в это время испытывала особенное чувство отчуждения от лиц своей семьи. Все свои: отец, мать, Соня, были ей так близки, привычны, так будничны, что все их слова, чувства казались ей оскорблением того мира, в котором она жила последнее время, и она не только была равнодушна, но враждебно смотрела на них. Она слышала слова Дуняши о Петре Ильиче, о несчастии, но не поняла их.
«Какое там у них несчастие, какое может быть несчастие? У них все свое старое, привычное и покойное», – мысленно сказала себе Наташа.
Когда она вошла в залу, отец быстро выходил из комнаты графини. Лицо его было сморщено и мокро от слез. Он, видимо, выбежал из той комнаты, чтобы дать волю давившим его рыданиям. Увидав Наташу, он отчаянно взмахнул руками и разразился болезненно судорожными всхлипываниями, исказившими его круглое, мягкое лицо.
– Пе… Петя… Поди, поди, она… она… зовет… – И он, рыдая, как дитя, быстро семеня ослабевшими ногами, подошел к стулу и упал почти на него, закрыв лицо руками.
Вдруг как электрический ток пробежал по всему существу Наташи. Что то страшно больно ударило ее в сердце. Она почувствовала страшную боль; ей показалось, что что то отрывается в ней и что она умирает. Но вслед за болью она почувствовала мгновенно освобождение от запрета жизни, лежавшего на ней. Увидав отца и услыхав из за двери страшный, грубый крик матери, она мгновенно забыла себя и свое горе. Она подбежала к отцу, но он, бессильно махая рукой, указывал на дверь матери. Княжна Марья, бледная, с дрожащей нижней челюстью, вышла из двери и взяла Наташу за руку, говоря ей что то. Наташа не видела, не слышала ее. Она быстрыми шагами вошла в дверь, остановилась на мгновение, как бы в борьбе с самой собой, и подбежала к матери.
Графиня лежала на кресле, странно неловко вытягиваясь, и билась головой об стену. Соня и девушки держали ее за руки.
– Наташу, Наташу!.. – кричала графиня. – Неправда, неправда… Он лжет… Наташу! – кричала она, отталкивая от себя окружающих. – Подите прочь все, неправда! Убили!.. ха ха ха ха!.. неправда!
Наташа стала коленом на кресло, нагнулась над матерью, обняла ее, с неожиданной силой подняла, повернула к себе ее лицо и прижалась к ней.
– Маменька!.. голубчик!.. Я тут, друг мой. Маменька, – шептала она ей, не замолкая ни на секунду.
Она не выпускала матери, нежно боролась с ней, требовала подушки, воды, расстегивала и разрывала платье на матери.
– Друг мой, голубушка… маменька, душенька, – не переставая шептала она, целуя ее голову, руки, лицо и чувствуя, как неудержимо, ручьями, щекоча ей нос и щеки, текли ее слезы.
Графиня сжала руку дочери, закрыла глаза и затихла на мгновение. Вдруг она с непривычной быстротой поднялась, бессмысленно оглянулась и, увидав Наташу, стала из всех сил сжимать ее голову. Потом она повернула к себе ее морщившееся от боли лицо и долго вглядывалась в него.
– Наташа, ты меня любишь, – сказала она тихим, доверчивым шепотом. – Наташа, ты не обманешь меня? Ты мне скажешь всю правду?
Наташа смотрела на нее налитыми слезами глазами, и в лице ее была только мольба о прощении и любви.
– Друг мой, маменька, – повторяла она, напрягая все силы своей любви на то, чтобы как нибудь снять с нее на себя излишек давившего ее горя.
И опять в бессильной борьбе с действительностью мать, отказываясь верить в то, что она могла жить, когда был убит цветущий жизнью ее любимый мальчик, спасалась от действительности в мире безумия.
Наташа не помнила, как прошел этот день, ночь, следующий день, следующая ночь. Она не спала и не отходила от матери. Любовь Наташи, упорная, терпеливая, не как объяснение, не как утешение, а как призыв к жизни, всякую секунду как будто со всех сторон обнимала графиню. На третью ночь графиня затихла на несколько минут, и Наташа закрыла глаза, облокотив голову на ручку кресла. Кровать скрипнула. Наташа открыла глаза. Графиня сидела на кровати и тихо говорила.
– Как я рада, что ты приехал. Ты устал, хочешь чаю? – Наташа подошла к ней. – Ты похорошел и возмужал, – продолжала графиня, взяв дочь за руку.
– Маменька, что вы говорите!..
– Наташа, его нет, нет больше! – И, обняв дочь, в первый раз графиня начала плакать.


Княжна Марья отложила свой отъезд. Соня, граф старались заменить Наташу, но не могли. Они видели, что она одна могла удерживать мать от безумного отчаяния. Три недели Наташа безвыходно жила при матери, спала на кресле в ее комнате, поила, кормила ее и не переставая говорила с ней, – говорила, потому что один нежный, ласкающий голос ее успокоивал графиню.
Душевная рана матери не могла залечиться. Смерть Пети оторвала половину ее жизни. Через месяц после известия о смерти Пети, заставшего ее свежей и бодрой пятидесятилетней женщиной, она вышла из своей комнаты полумертвой и не принимающею участия в жизни – старухой. Но та же рана, которая наполовину убила графиню, эта новая рана вызвала Наташу к жизни.
Душевная рана, происходящая от разрыва духовного тела, точно так же, как и рана физическая, как ни странно это кажется, после того как глубокая рана зажила и кажется сошедшейся своими краями, рана душевная, как и физическая, заживает только изнутри выпирающею силой жизни.
Так же зажила рана Наташи. Она думала, что жизнь ее кончена. Но вдруг любовь к матери показала ей, что сущность ее жизни – любовь – еще жива в ней. Проснулась любовь, и проснулась жизнь.
Последние дни князя Андрея связали Наташу с княжной Марьей. Новое несчастье еще более сблизило их. Княжна Марья отложила свой отъезд и последние три недели, как за больным ребенком, ухаживала за Наташей. Последние недели, проведенные Наташей в комнате матери, надорвали ее физические силы.
Однажды княжна Марья, в середине дня, заметив, что Наташа дрожит в лихорадочном ознобе, увела ее к себе и уложила на своей постели. Наташа легла, но когда княжна Марья, опустив сторы, хотела выйти, Наташа подозвала ее к себе.
– Мне не хочется спать. Мари, посиди со мной.
– Ты устала – постарайся заснуть.
– Нет, нет. Зачем ты увела меня? Она спросит.
– Ей гораздо лучше. Она нынче так хорошо говорила, – сказала княжна Марья.
Наташа лежала в постели и в полутьме комнаты рассматривала лицо княжны Марьи.
«Похожа она на него? – думала Наташа. – Да, похожа и не похожа. Но она особенная, чужая, совсем новая, неизвестная. И она любит меня. Что у ней на душе? Все доброе. Но как? Как она думает? Как она на меня смотрит? Да, она прекрасная».
– Маша, – сказала она, робко притянув к себе ее руку. – Маша, ты не думай, что я дурная. Нет? Маша, голубушка. Как я тебя люблю. Будем совсем, совсем друзьями.
И Наташа, обнимая, стала целовать руки и лицо княжны Марьи. Княжна Марья стыдилась и радовалась этому выражению чувств Наташи.
С этого дня между княжной Марьей и Наташей установилась та страстная и нежная дружба, которая бывает только между женщинами. Они беспрестанно целовались, говорили друг другу нежные слова и большую часть времени проводили вместе. Если одна выходила, то другаябыла беспокойна и спешила присоединиться к ней. Они вдвоем чувствовали большее согласие между собой, чем порознь, каждая сама с собою. Между ними установилось чувство сильнейшее, чем дружба: это было исключительное чувство возможности жизни только в присутствии друг друга.
Иногда они молчали целые часы; иногда, уже лежа в постелях, они начинали говорить и говорили до утра. Они говорили большей частию о дальнем прошедшем. Княжна Марья рассказывала про свое детство, про свою мать, про своего отца, про свои мечтания; и Наташа, прежде с спокойным непониманием отворачивавшаяся от этой жизни, преданности, покорности, от поэзии христианского самоотвержения, теперь, чувствуя себя связанной любовью с княжной Марьей, полюбила и прошедшее княжны Марьи и поняла непонятную ей прежде сторону жизни. Она не думала прилагать к своей жизни покорность и самоотвержение, потому что она привыкла искать других радостей, но она поняла и полюбила в другой эту прежде непонятную ей добродетель. Для княжны Марьи, слушавшей рассказы о детстве и первой молодости Наташи, тоже открывалась прежде непонятная сторона жизни, вера в жизнь, в наслаждения жизни.
Они всё точно так же никогда не говорили про него с тем, чтобы не нарушать словами, как им казалось, той высоты чувства, которая была в них, а это умолчание о нем делало то, что понемногу, не веря этому, они забывали его.
Наташа похудела, побледнела и физически так стала слаба, что все постоянно говорили о ее здоровье, и ей это приятно было. Но иногда на нее неожиданно находил не только страх смерти, но страх болезни, слабости, потери красоты, и невольно она иногда внимательно разглядывала свою голую руку, удивляясь на ее худобу, или заглядывалась по утрам в зеркало на свое вытянувшееся, жалкое, как ей казалось, лицо. Ей казалось, что это так должно быть, и вместе с тем становилось страшно и грустно.
Один раз она скоро взошла наверх и тяжело запыхалась. Тотчас же невольно она придумала себе дело внизу и оттуда вбежала опять наверх, пробуя силы и наблюдая за собой.
Другой раз она позвала Дуняшу, и голос ее задребезжал. Она еще раз кликнула ее, несмотря на то, что она слышала ее шаги, – кликнула тем грудным голосом, которым она певала, и прислушалась к нему.
Она не знала этого, не поверила бы, но под казавшимся ей непроницаемым слоем ила, застлавшим ее душу, уже пробивались тонкие, нежные молодые иглы травы, которые должны были укорениться и так застлать своими жизненными побегами задавившее ее горе, что его скоро будет не видно и не заметно. Рана заживала изнутри. В конце января княжна Марья уехала в Москву, и граф настоял на том, чтобы Наташа ехала с нею, с тем чтобы посоветоваться с докторами.


После столкновения при Вязьме, где Кутузов не мог удержать свои войска от желания опрокинуть, отрезать и т. д., дальнейшее движение бежавших французов и за ними бежавших русских, до Красного, происходило без сражений. Бегство было так быстро, что бежавшая за французами русская армия не могла поспевать за ними, что лошади в кавалерии и артиллерии становились и что сведения о движении французов были всегда неверны.
Люди русского войска были так измучены этим непрерывным движением по сорок верст в сутки, что не могли двигаться быстрее.
Чтобы понять степень истощения русской армии, надо только ясно понять значение того факта, что, потеряв ранеными и убитыми во все время движения от Тарутина не более пяти тысяч человек, не потеряв сотни людей пленными, армия русская, вышедшая из Тарутина в числе ста тысяч, пришла к Красному в числе пятидесяти тысяч.
Быстрое движение русских за французами действовало на русскую армию точно так же разрушительно, как и бегство французов. Разница была только в том, что русская армия двигалась произвольно, без угрозы погибели, которая висела над французской армией, и в том, что отсталые больные у французов оставались в руках врага, отсталые русские оставались у себя дома. Главная причина уменьшения армии Наполеона была быстрота движения, и несомненным доказательством тому служит соответственное уменьшение русских войск.
Вся деятельность Кутузова, как это было под Тарутиным и под Вязьмой, была направлена только к тому, чтобы, – насколько то было в его власти, – не останавливать этого гибельного для французов движения (как хотели в Петербурге и в армии русские генералы), а содействовать ему и облегчить движение своих войск.
Но, кроме того, со времени выказавшихся в войсках утомления и огромной убыли, происходивших от быстроты движения, еще другая причина представлялась Кутузову для замедления движения войск и для выжидания. Цель русских войск была – следование за французами. Путь французов был неизвестен, и потому, чем ближе следовали наши войска по пятам французов, тем больше они проходили расстояния. Только следуя в некотором расстоянии, можно было по кратчайшему пути перерезывать зигзаги, которые делали французы. Все искусные маневры, которые предлагали генералы, выражались в передвижениях войск, в увеличении переходов, а единственно разумная цель состояла в том, чтобы уменьшить эти переходы. И к этой цели во всю кампанию, от Москвы до Вильны, была направлена деятельность Кутузова – не случайно, не временно, но так последовательно, что он ни разу не изменил ей.
Кутузов знал не умом или наукой, а всем русским существом своим знал и чувствовал то, что чувствовал каждый русский солдат, что французы побеждены, что враги бегут и надо выпроводить их; но вместе с тем он чувствовал, заодно с солдатами, всю тяжесть этого, неслыханного по быстроте и времени года, похода.
Но генералам, в особенности не русским, желавшим отличиться, удивить кого то, забрать в плен для чего то какого нибудь герцога или короля, – генералам этим казалось теперь, когда всякое сражение было и гадко и бессмысленно, им казалось, что теперь то самое время давать сражения и побеждать кого то. Кутузов только пожимал плечами, когда ему один за другим представляли проекты маневров с теми дурно обутыми, без полушубков, полуголодными солдатами, которые в один месяц, без сражений, растаяли до половины и с которыми, при наилучших условиях продолжающегося бегства, надо было пройти до границы пространство больше того, которое было пройдено.
В особенности это стремление отличиться и маневрировать, опрокидывать и отрезывать проявлялось тогда, когда русские войска наталкивались на войска французов.
Так это случилось под Красным, где думали найти одну из трех колонн французов и наткнулись на самого Наполеона с шестнадцатью тысячами. Несмотря на все средства, употребленные Кутузовым, для того чтобы избавиться от этого пагубного столкновения и чтобы сберечь свои войска, три дня у Красного продолжалось добивание разбитых сборищ французов измученными людьми русской армии.
Толь написал диспозицию: die erste Colonne marschiert [первая колонна направится туда то] и т. д. И, как всегда, сделалось все не по диспозиции. Принц Евгений Виртембергский расстреливал с горы мимо бегущие толпы французов и требовал подкрепления, которое не приходило. Французы, по ночам обегая русских, рассыпались, прятались в леса и пробирались, кто как мог, дальше.
Милорадович, который говорил, что он знать ничего не хочет о хозяйственных делах отряда, которого никогда нельзя было найти, когда его было нужно, «chevalier sans peur et sans reproche» [«рыцарь без страха и упрека»], как он сам называл себя, и охотник до разговоров с французами, посылал парламентеров, требуя сдачи, и терял время и делал не то, что ему приказывали.
– Дарю вам, ребята, эту колонну, – говорил он, подъезжая к войскам и указывая кавалеристам на французов. И кавалеристы на худых, ободранных, еле двигающихся лошадях, подгоняя их шпорами и саблями, рысцой, после сильных напряжений, подъезжали к подаренной колонне, то есть к толпе обмороженных, закоченевших и голодных французов; и подаренная колонна кидала оружие и сдавалась, чего ей уже давно хотелось.
Под Красным взяли двадцать шесть тысяч пленных, сотни пушек, какую то палку, которую называли маршальским жезлом, и спорили о том, кто там отличился, и были этим довольны, но очень сожалели о том, что не взяли Наполеона или хоть какого нибудь героя, маршала, и упрекали в этом друг друга и в особенности Кутузова.
Люди эти, увлекаемые своими страстями, были слепыми исполнителями только самого печального закона необходимости; но они считали себя героями и воображали, что то, что они делали, было самое достойное и благородное дело. Они обвиняли Кутузова и говорили, что он с самого начала кампании мешал им победить Наполеона, что он думает только об удовлетворении своих страстей и не хотел выходить из Полотняных Заводов, потому что ему там было покойно; что он под Красным остановил движенье только потому, что, узнав о присутствии Наполеона, он совершенно потерялся; что можно предполагать, что он находится в заговоре с Наполеоном, что он подкуплен им, [Записки Вильсона. (Примеч. Л.Н. Толстого.) ] и т. д., и т. д.
Мало того, что современники, увлекаемые страстями, говорили так, – потомство и история признали Наполеона grand, a Кутузова: иностранцы – хитрым, развратным, слабым придворным стариком; русские – чем то неопределенным – какой то куклой, полезной только по своему русскому имени…


В 12 м и 13 м годах Кутузова прямо обвиняли за ошибки. Государь был недоволен им. И в истории, написанной недавно по высочайшему повелению, сказано, что Кутузов был хитрый придворный лжец, боявшийся имени Наполеона и своими ошибками под Красным и под Березиной лишивший русские войска славы – полной победы над французами. [История 1812 года Богдановича: характеристика Кутузова и рассуждение о неудовлетворительности результатов Красненских сражений. (Примеч. Л.Н. Толстого.) ]
Такова судьба не великих людей, не grand homme, которых не признает русский ум, а судьба тех редких, всегда одиноких людей, которые, постигая волю провидения, подчиняют ей свою личную волю. Ненависть и презрение толпы наказывают этих людей за прозрение высших законов.
Для русских историков – странно и страшно сказать – Наполеон – это ничтожнейшее орудие истории – никогда и нигде, даже в изгнании, не выказавший человеческого достоинства, – Наполеон есть предмет восхищения и восторга; он grand. Кутузов же, тот человек, который от начала и до конца своей деятельности в 1812 году, от Бородина и до Вильны, ни разу ни одним действием, ни словом не изменяя себе, являет необычайный s истории пример самоотвержения и сознания в настоящем будущего значения события, – Кутузов представляется им чем то неопределенным и жалким, и, говоря о Кутузове и 12 м годе, им всегда как будто немножко стыдно.
А между тем трудно себе представить историческое лицо, деятельность которого так неизменно постоянно была бы направлена к одной и той же цели. Трудно вообразить себе цель, более достойную и более совпадающую с волею всего народа. Еще труднее найти другой пример в истории, где бы цель, которую поставило себе историческое лицо, была бы так совершенно достигнута, как та цель, к достижению которой была направлена вся деятельность Кутузова в 1812 году.
Кутузов никогда не говорил о сорока веках, которые смотрят с пирамид, о жертвах, которые он приносит отечеству, о том, что он намерен совершить или совершил: он вообще ничего не говорил о себе, не играл никакой роли, казался всегда самым простым и обыкновенным человеком и говорил самые простые и обыкновенные вещи. Он писал письма своим дочерям и m me Stael, читал романы, любил общество красивых женщин, шутил с генералами, офицерами и солдатами и никогда не противоречил тем людям, которые хотели ему что нибудь доказывать. Когда граф Растопчин на Яузском мосту подскакал к Кутузову с личными упреками о том, кто виноват в погибели Москвы, и сказал: «Как же вы обещали не оставлять Москвы, не дав сраженья?» – Кутузов отвечал: «Я и не оставлю Москвы без сражения», несмотря на то, что Москва была уже оставлена. Когда приехавший к нему от государя Аракчеев сказал, что надо бы Ермолова назначить начальником артиллерии, Кутузов отвечал: «Да, я и сам только что говорил это», – хотя он за минуту говорил совсем другое. Какое дело было ему, одному понимавшему тогда весь громадный смысл события, среди бестолковой толпы, окружавшей его, какое ему дело было до того, к себе или к нему отнесет граф Растопчин бедствие столицы? Еще менее могло занимать его то, кого назначат начальником артиллерии.
Не только в этих случаях, но беспрестанно этот старый человек дошедший опытом жизни до убеждения в том, что мысли и слова, служащие им выражением, не суть двигатели людей, говорил слова совершенно бессмысленные – первые, которые ему приходили в голову.
Но этот самый человек, так пренебрегавший своими словами, ни разу во всю свою деятельность не сказал ни одного слова, которое было бы не согласно с той единственной целью, к достижению которой он шел во время всей войны. Очевидно, невольно, с тяжелой уверенностью, что не поймут его, он неоднократно в самых разнообразных обстоятельствах высказывал свою мысль. Начиная от Бородинского сражения, с которого начался его разлад с окружающими, он один говорил, что Бородинское сражение есть победа, и повторял это и изустно, и в рапортах, и донесениях до самой своей смерти. Он один сказал, что потеря Москвы не есть потеря России. Он в ответ Лористону на предложение о мире отвечал, что мира не может быть, потому что такова воля народа; он один во время отступления французов говорил, что все наши маневры не нужны, что все сделается само собой лучше, чем мы того желаем, что неприятелю надо дать золотой мост, что ни Тарутинское, ни Вяземское, ни Красненское сражения не нужны, что с чем нибудь надо прийти на границу, что за десять французов он не отдаст одного русского.
И он один, этот придворный человек, как нам изображают его, человек, который лжет Аракчееву с целью угодить государю, – он один, этот придворный человек, в Вильне, тем заслуживая немилость государя, говорит, что дальнейшая война за границей вредна и бесполезна.
Но одни слова не доказали бы, что он тогда понимал значение события. Действия его – все без малейшего отступления, все были направлены к одной и той же цели, выражающейся в трех действиях: 1) напрячь все свои силы для столкновения с французами, 2) победить их и 3) изгнать из России, облегчая, насколько возможно, бедствия народа и войска.
Он, тот медлитель Кутузов, которого девиз есть терпение и время, враг решительных действий, он дает Бородинское сражение, облекая приготовления к нему в беспримерную торжественность. Он, тот Кутузов, который в Аустерлицком сражении, прежде начала его, говорит, что оно будет проиграно, в Бородине, несмотря на уверения генералов о том, что сражение проиграно, несмотря на неслыханный в истории пример того, что после выигранного сражения войско должно отступать, он один, в противность всем, до самой смерти утверждает, что Бородинское сражение – победа. Он один во все время отступления настаивает на том, чтобы не давать сражений, которые теперь бесполезны, не начинать новой войны и не переходить границ России.
Теперь понять значение события, если только не прилагать к деятельности масс целей, которые были в голове десятка людей, легко, так как все событие с его последствиями лежит перед нами.
Но каким образом тогда этот старый человек, один, в противность мнения всех, мог угадать, так верно угадал тогда значение народного смысла события, что ни разу во всю свою деятельность не изменил ему?
Источник этой необычайной силы прозрения в смысл совершающихся явлений лежал в том народном чувстве, которое он носил в себе во всей чистоте и силе его.
Только признание в нем этого чувства заставило народ такими странными путями из в немилости находящегося старика выбрать его против воли царя в представители народной войны. И только это чувство поставило его на ту высшую человеческую высоту, с которой он, главнокомандующий, направлял все свои силы не на то, чтоб убивать и истреблять людей, а на то, чтобы спасать и жалеть их.
Простая, скромная и потому истинно величественная фигура эта не могла улечься в ту лживую форму европейского героя, мнимо управляющего людьми, которую придумала история.
Для лакея не может быть великого человека, потому что у лакея свое понятие о величии.


5 ноября был первый день так называемого Красненского сражения. Перед вечером, когда уже после многих споров и ошибок генералов, зашедших не туда, куда надо; после рассылок адъютантов с противуприказаниями, когда уже стало ясно, что неприятель везде бежит и сражения не может быть и не будет, Кутузов выехал из Красного и поехал в Доброе, куда была переведена в нынешний день главная квартира.
День был ясный, морозный. Кутузов с огромной свитой недовольных им, шушукающихся за ним генералов, верхом на своей жирной белой лошадке ехал к Доброму. По всей дороге толпились, отогреваясь у костров, партии взятых нынешний день французских пленных (их взято было в этот день семь тысяч). Недалеко от Доброго огромная толпа оборванных, обвязанных и укутанных чем попало пленных гудела говором, стоя на дороге подле длинного ряда отпряженных французских орудий. При приближении главнокомандующего говор замолк, и все глаза уставились на Кутузова, который в своей белой с красным околышем шапке и ватной шинели, горбом сидевшей на его сутуловатых плечах, медленно подвигался по дороге. Один из генералов докладывал Кутузову, где взяты орудия и пленные.
Кутузов, казалось, чем то озабочен и не слышал слов генерала. Он недовольно щурился и внимательно и пристально вглядывался в те фигуры пленных, которые представляли особенно жалкий вид. Большая часть лиц французских солдат были изуродованы отмороженными носами и щеками, и почти у всех были красные, распухшие и гноившиеся глаза.
Одна кучка французов стояла близко у дороги, и два солдата – лицо одного из них было покрыто болячками – разрывали руками кусок сырого мяса. Что то было страшное и животное в том беглом взгляде, который они бросили на проезжавших, и в том злобном выражении, с которым солдат с болячками, взглянув на Кутузова, тотчас же отвернулся и продолжал свое дело.
Кутузов долго внимательно поглядел на этих двух солдат; еще более сморщившись, он прищурил глаза и раздумчиво покачал головой. В другом месте он заметил русского солдата, который, смеясь и трепля по плечу француза, что то ласково говорил ему. Кутузов опять с тем же выражением покачал головой.
– Что ты говоришь? Что? – спросил он у генерала, продолжавшего докладывать и обращавшего внимание главнокомандующего на французские взятые знамена, стоявшие перед фронтом Преображенского полка.
– А, знамена! – сказал Кутузов, видимо с трудом отрываясь от предмета, занимавшего его мысли. Он рассеянно оглянулся. Тысячи глаз со всех сторон, ожидая его сло ва, смотрели на него.
Перед Преображенским полком он остановился, тяжело вздохнул и закрыл глаза. Кто то из свиты махнул, чтобы державшие знамена солдаты подошли и поставили их древками знамен вокруг главнокомандующего. Кутузов помолчал несколько секунд и, видимо неохотно, подчиняясь необходимости своего положения, поднял голову и начал говорить. Толпы офицеров окружили его. Он внимательным взглядом обвел кружок офицеров, узнав некоторых из них.
– Благодарю всех! – сказал он, обращаясь к солдатам и опять к офицерам. В тишине, воцарившейся вокруг него, отчетливо слышны были его медленно выговариваемые слова. – Благодарю всех за трудную и верную службу. Победа совершенная, и Россия не забудет вас. Вам слава вовеки! – Он помолчал, оглядываясь.
– Нагни, нагни ему голову то, – сказал он солдату, державшему французского орла и нечаянно опустившему его перед знаменем преображенцев. – Пониже, пониже, так то вот. Ура! ребята, – быстрым движением подбородка обратись к солдатам, проговорил он.
– Ура ра ра! – заревели тысячи голосов. Пока кричали солдаты, Кутузов, согнувшись на седле, склонил голову, и глаз его засветился кротким, как будто насмешливым, блеском.
– Вот что, братцы, – сказал он, когда замолкли голоса…
И вдруг голос и выражение лица его изменились: перестал говорить главнокомандующий, а заговорил простой, старый человек, очевидно что то самое нужное желавший сообщить теперь своим товарищам.
В толпе офицеров и в рядах солдат произошло движение, чтобы яснее слышать то, что он скажет теперь.
– А вот что, братцы. Я знаю, трудно вам, да что же делать! Потерпите; недолго осталось. Выпроводим гостей, отдохнем тогда. За службу вашу вас царь не забудет. Вам трудно, да все же вы дома; а они – видите, до чего они дошли, – сказал он, указывая на пленных. – Хуже нищих последних. Пока они были сильны, мы себя не жалели, а теперь их и пожалеть можно. Тоже и они люди. Так, ребята?
Он смотрел вокруг себя, и в упорных, почтительно недоумевающих, устремленных на него взглядах он читал сочувствие своим словам: лицо его становилось все светлее и светлее от старческой кроткой улыбки, звездами морщившейся в углах губ и глаз. Он помолчал и как бы в недоумении опустил голову.
– А и то сказать, кто же их к нам звал? Поделом им, м… и… в г…. – вдруг сказал он, подняв голову. И, взмахнув нагайкой, он галопом, в первый раз во всю кампанию, поехал прочь от радостно хохотавших и ревевших ура, расстроивавших ряды солдат.
Слова, сказанные Кутузовым, едва ли были поняты войсками. Никто не сумел бы передать содержания сначала торжественной и под конец простодушно стариковской речи фельдмаршала; но сердечный смысл этой речи не только был понят, но то самое, то самое чувство величественного торжества в соединении с жалостью к врагам и сознанием своей правоты, выраженное этим, именно этим стариковским, добродушным ругательством, – это самое (чувство лежало в душе каждого солдата и выразилось радостным, долго не умолкавшим криком. Когда после этого один из генералов с вопросом о том, не прикажет ли главнокомандующий приехать коляске, обратился к нему, Кутузов, отвечая, неожиданно всхлипнул, видимо находясь в сильном волнении.


8 го ноября последний день Красненских сражений; уже смерклось, когда войска пришли на место ночлега. Весь день был тихий, морозный, с падающим легким, редким снегом; к вечеру стало выясняться. Сквозь снежинки виднелось черно лиловое звездное небо, и мороз стал усиливаться.
Мушкатерский полк, вышедший из Тарутина в числе трех тысяч, теперь, в числе девятисот человек, пришел одним из первых на назначенное место ночлега, в деревне на большой дороге. Квартиргеры, встретившие полк, объявили, что все избы заняты больными и мертвыми французами, кавалеристами и штабами. Была только одна изба для полкового командира.
Полковой командир подъехал к своей избе. Полк прошел деревню и у крайних изб на дороге поставил ружья в козлы.
Как огромное, многочленное животное, полк принялся за работу устройства своего логовища и пищи. Одна часть солдат разбрелась, по колено в снегу, в березовый лес, бывший вправо от деревни, и тотчас же послышались в лесу стук топоров, тесаков, треск ломающихся сучьев и веселые голоса; другая часть возилась около центра полковых повозок и лошадей, поставленных в кучку, доставая котлы, сухари и задавая корм лошадям; третья часть рассыпалась в деревне, устраивая помещения штабным, выбирая мертвые тела французов, лежавшие по избам, и растаскивая доски, сухие дрова и солому с крыш для костров и плетни для защиты.
Человек пятнадцать солдат за избами, с края деревни, с веселым криком раскачивали высокий плетень сарая, с которого снята уже была крыша.
– Ну, ну, разом, налегни! – кричали голоса, и в темноте ночи раскачивалось с морозным треском огромное, запорошенное снегом полотно плетня. Чаще и чаще трещали нижние колья, и, наконец, плетень завалился вместе с солдатами, напиравшими на него. Послышался громкий грубо радостный крик и хохот.
– Берись по двое! рочаг подавай сюда! вот так то. Куда лезешь то?
– Ну, разом… Да стой, ребята!.. С накрика!
Все замолкли, и негромкий, бархатно приятный голос запел песню. В конце третьей строфы, враз с окончанием последнего звука, двадцать голосов дружно вскрикнули: «Уууу! Идет! Разом! Навались, детки!..» Но, несмотря на дружные усилия, плетень мало тронулся, и в установившемся молчании слышалось тяжелое пыхтенье.
– Эй вы, шестой роты! Черти, дьяволы! Подсоби… тоже мы пригодимся.
Шестой роты человек двадцать, шедшие в деревню, присоединились к тащившим; и плетень, саженей в пять длины и в сажень ширины, изогнувшись, надавя и режа плечи пыхтевших солдат, двинулся вперед по улице деревни.
– Иди, что ли… Падай, эка… Чего стал? То то… Веселые, безобразные ругательства не замолкали.
– Вы чего? – вдруг послышался начальственный голос солдата, набежавшего на несущих.
– Господа тут; в избе сам анарал, а вы, черти, дьяволы, матершинники. Я вас! – крикнул фельдфебель и с размаху ударил в спину первого подвернувшегося солдата. – Разве тихо нельзя?
Солдаты замолкли. Солдат, которого ударил фельдфебель, стал, покряхтывая, обтирать лицо, которое он в кровь разодрал, наткнувшись на плетень.
– Вишь, черт, дерется как! Аж всю морду раскровянил, – сказал он робким шепотом, когда отошел фельдфебель.
– Али не любишь? – сказал смеющийся голос; и, умеряя звуки голосов, солдаты пошли дальше. Выбравшись за деревню, они опять заговорили так же громко, пересыпая разговор теми же бесцельными ругательствами.
В избе, мимо которой проходили солдаты, собралось высшее начальство, и за чаем шел оживленный разговор о прошедшем дне и предполагаемых маневрах будущего. Предполагалось сделать фланговый марш влево, отрезать вице короля и захватить его.
Когда солдаты притащили плетень, уже с разных сторон разгорались костры кухонь. Трещали дрова, таял снег, и черные тени солдат туда и сюда сновали по всему занятому, притоптанному в снегу, пространству.
Топоры, тесаки работали со всех сторон. Все делалось без всякого приказания. Тащились дрова про запас ночи, пригораживались шалашики начальству, варились котелки, справлялись ружья и амуниция.
Притащенный плетень осьмою ротой поставлен полукругом со стороны севера, подперт сошками, и перед ним разложен костер. Пробили зарю, сделали расчет, поужинали и разместились на ночь у костров – кто чиня обувь, кто куря трубку, кто, донага раздетый, выпаривая вшей.


Казалось бы, что в тех, почти невообразимо тяжелых условиях существования, в которых находились в то время русские солдаты, – без теплых сапог, без полушубков, без крыши над головой, в снегу при 18° мороза, без полного даже количества провианта, не всегда поспевавшего за армией, – казалось, солдаты должны бы были представлять самое печальное и унылое зрелище.
Напротив, никогда, в самых лучших материальных условиях, войско не представляло более веселого, оживленного зрелища. Это происходило оттого, что каждый день выбрасывалось из войска все то, что начинало унывать или слабеть. Все, что было физически и нравственно слабого, давно уже осталось назади: оставался один цвет войска – по силе духа и тела.
К осьмой роте, пригородившей плетень, собралось больше всего народа. Два фельдфебеля присели к ним, и костер их пылал ярче других. Они требовали за право сиденья под плетнем приношения дров.
– Эй, Макеев, что ж ты …. запропал или тебя волки съели? Неси дров то, – кричал один краснорожий рыжий солдат, щурившийся и мигавший от дыма, но не отодвигавшийся от огня. – Поди хоть ты, ворона, неси дров, – обратился этот солдат к другому. Рыжий был не унтер офицер и не ефрейтор, но был здоровый солдат, и потому повелевал теми, которые были слабее его. Худенький, маленький, с вострым носиком солдат, которого назвали вороной, покорно встал и пошел было исполнять приказание, но в это время в свет костра вступила уже тонкая красивая фигура молодого солдата, несшего беремя дров.
– Давай сюда. Во важно то!
Дрова наломали, надавили, поддули ртами и полами шинелей, и пламя зашипело и затрещало. Солдаты, придвинувшись, закурили трубки. Молодой, красивый солдат, который притащил дрова, подперся руками в бока и стал быстро и ловко топотать озябшими ногами на месте.
– Ах, маменька, холодная роса, да хороша, да в мушкатера… – припевал он, как будто икая на каждом слоге песни.
– Эй, подметки отлетят! – крикнул рыжий, заметив, что у плясуна болталась подметка. – Экой яд плясать!
Плясун остановился, оторвал болтавшуюся кожу и бросил в огонь.
– И то, брат, – сказал он; и, сев, достал из ранца обрывок французского синего сукна и стал обвертывать им ногу. – С пару зашлись, – прибавил он, вытягивая ноги к огню.
– Скоро новые отпустят. Говорят, перебьем до копца, тогда всем по двойному товару.
– А вишь, сукин сын Петров, отстал таки, – сказал фельдфебель.
– Я его давно замечал, – сказал другой.
– Да что, солдатенок…
– А в третьей роте, сказывали, за вчерашний день девять человек недосчитали.
– Да, вот суди, как ноги зазнобишь, куда пойдешь?
– Э, пустое болтать! – сказал фельдфебель.
– Али и тебе хочется того же? – сказал старый солдат, с упреком обращаясь к тому, который сказал, что ноги зазнобил.
– А ты что же думаешь? – вдруг приподнявшись из за костра, пискливым и дрожащим голосом заговорил востроносенький солдат, которого называли ворона. – Кто гладок, так похудает, а худому смерть. Вот хоть бы я. Мочи моей нет, – сказал он вдруг решительно, обращаясь к фельдфебелю, – вели в госпиталь отослать, ломота одолела; а то все одно отстанешь…
– Ну буде, буде, – спокойно сказал фельдфебель. Солдатик замолчал, и разговор продолжался.
– Нынче мало ли французов этих побрали; а сапог, прямо сказать, ни на одном настоящих нет, так, одна названье, – начал один из солдат новый разговор.
– Всё казаки поразули. Чистили для полковника избу, выносили их. Жалости смотреть, ребята, – сказал плясун. – Разворочали их: так живой один, веришь ли, лопочет что то по своему.
– А чистый народ, ребята, – сказал первый. – Белый, вот как береза белый, и бравые есть, скажи, благородные.
– А ты думаешь как? У него от всех званий набраны.
– А ничего не знают по нашему, – с улыбкой недоумения сказал плясун. – Я ему говорю: «Чьей короны?», а он свое лопочет. Чудесный народ!
– Ведь то мудрено, братцы мои, – продолжал тот, который удивлялся их белизне, – сказывали мужики под Можайским, как стали убирать битых, где страженья то была, так ведь что, говорит, почитай месяц лежали мертвые ихние то. Что ж, говорит, лежит, говорит, ихний то, как бумага белый, чистый, ни синь пороха не пахнет.
– Что ж, от холода, что ль? – спросил один.
– Эка ты умный! От холода! Жарко ведь было. Кабы от стужи, так и наши бы тоже не протухли. А то, говорит, подойдешь к нашему, весь, говорит, прогнил в червях. Так, говорит, платками обвяжемся, да, отворотя морду, и тащим; мочи нет. А ихний, говорит, как бумага белый; ни синь пороха не пахнет.
Все помолчали.
– Должно, от пищи, – сказал фельдфебель, – господскую пищу жрали.
Никто не возражал.
– Сказывал мужик то этот, под Можайским, где страженья то была, их с десяти деревень согнали, двадцать дён возили, не свозили всех, мертвых то. Волков этих что, говорит…
– Та страженья была настоящая, – сказал старый солдат. – Только и было чем помянуть; а то всё после того… Так, только народу мученье.
– И то, дядюшка. Позавчера набежали мы, так куда те, до себя не допущают. Живо ружья покидали. На коленки. Пардон – говорит. Так, только пример один. Сказывали, самого Полиона то Платов два раза брал. Слова не знает. Возьмет возьмет: вот на те, в руках прикинется птицей, улетит, да и улетит. И убить тоже нет положенья.
– Эка врать здоров ты, Киселев, посмотрю я на тебя.
– Какое врать, правда истинная.
– А кабы на мой обычай, я бы его, изловимши, да в землю бы закопал. Да осиновым колом. А то что народу загубил.
– Все одно конец сделаем, не будет ходить, – зевая, сказал старый солдат.
Разговор замолк, солдаты стали укладываться.
– Вишь, звезды то, страсть, так и горят! Скажи, бабы холсты разложили, – сказал солдат, любуясь на Млечный Путь.
– Это, ребята, к урожайному году.
– Дровец то еще надо будет.
– Спину погреешь, а брюха замерзла. Вот чуда.
– О, господи!
– Что толкаешься то, – про тебя одного огонь, что ли? Вишь… развалился.
Из за устанавливающегося молчания послышался храп некоторых заснувших; остальные поворачивались и грелись, изредка переговариваясь. От дальнего, шагов за сто, костра послышался дружный, веселый хохот.
– Вишь, грохочат в пятой роте, – сказал один солдат. – И народу что – страсть!
Один солдат поднялся и пошел к пятой роте.
– То то смеху, – сказал он, возвращаясь. – Два хранцуза пристали. Один мерзлый вовсе, а другой такой куражный, бяда! Песни играет.
– О о? пойти посмотреть… – Несколько солдат направились к пятой роте.


Пятая рота стояла подле самого леса. Огромный костер ярко горел посреди снега, освещая отягченные инеем ветви деревьев.
В середине ночи солдаты пятой роты услыхали в лесу шаги по снегу и хряск сучьев.
– Ребята, ведмедь, – сказал один солдат. Все подняли головы, прислушались, и из леса, в яркий свет костра, выступили две, держащиеся друг за друга, человеческие, странно одетые фигуры.
Это были два прятавшиеся в лесу француза. Хрипло говоря что то на непонятном солдатам языке, они подошли к костру. Один был повыше ростом, в офицерской шляпе, и казался совсем ослабевшим. Подойдя к костру, он хотел сесть, но упал на землю. Другой, маленький, коренастый, обвязанный платком по щекам солдат, был сильнее. Он поднял своего товарища и, указывая на свой рот, говорил что то. Солдаты окружили французов, подстелили больному шинель и обоим принесли каши и водки.
Ослабевший французский офицер был Рамбаль; повязанный платком был его денщик Морель.
Когда Морель выпил водки и доел котелок каши, он вдруг болезненно развеселился и начал не переставая говорить что то не понимавшим его солдатам. Рамбаль отказывался от еды и молча лежал на локте у костра, бессмысленными красными глазами глядя на русских солдат. Изредка он издавал протяжный стон и опять замолкал. Морель, показывая на плечи, внушал солдатам, что это был офицер и что его надо отогреть. Офицер русский, подошедший к костру, послал спросить у полковника, не возьмет ли он к себе отогреть французского офицера; и когда вернулись и сказали, что полковник велел привести офицера, Рамбалю передали, чтобы он шел. Он встал и хотел идти, но пошатнулся и упал бы, если бы подле стоящий солдат не поддержал его.
– Что? Не будешь? – насмешливо подмигнув, сказал один солдат, обращаясь к Рамбалю.
– Э, дурак! Что врешь нескладно! То то мужик, право, мужик, – послышались с разных сторон упреки пошутившему солдату. Рамбаля окружили, подняли двое на руки, перехватившись ими, и понесли в избу. Рамбаль обнял шеи солдат и, когда его понесли, жалобно заговорил:
– Oh, nies braves, oh, mes bons, mes bons amis! Voila des hommes! oh, mes braves, mes bons amis! [О молодцы! О мои добрые, добрые друзья! Вот люди! О мои добрые друзья!] – и, как ребенок, головой склонился на плечо одному солдату.
Между тем Морель сидел на лучшем месте, окруженный солдатами.
Морель, маленький коренастый француз, с воспаленными, слезившимися глазами, обвязанный по бабьи платком сверх фуражки, был одет в женскую шубенку. Он, видимо, захмелев, обнявши рукой солдата, сидевшего подле него, пел хриплым, перерывающимся голосом французскую песню. Солдаты держались за бока, глядя на него.
– Ну ка, ну ка, научи, как? Я живо перейму. Как?.. – говорил шутник песенник, которого обнимал Морель.
Vive Henri Quatre,
Vive ce roi vaillanti –
[Да здравствует Генрих Четвертый!
Да здравствует сей храбрый король!
и т. д. (французская песня) ]
пропел Морель, подмигивая глазом.
Сe diable a quatre…
– Виварика! Виф серувару! сидябляка… – повторил солдат, взмахнув рукой и действительно уловив напев.
– Вишь, ловко! Го го го го го!.. – поднялся с разных сторон грубый, радостный хохот. Морель, сморщившись, смеялся тоже.
– Ну, валяй еще, еще!
Qui eut le triple talent,
De boire, de battre,
Et d'etre un vert galant…
[Имевший тройной талант,
пить, драться
и быть любезником…]
– A ведь тоже складно. Ну, ну, Залетаев!..
– Кю… – с усилием выговорил Залетаев. – Кью ю ю… – вытянул он, старательно оттопырив губы, – летриптала, де бу де ба и детравагала, – пропел он.
– Ай, важно! Вот так хранцуз! ой… го го го го! – Что ж, еще есть хочешь?
– Дай ему каши то; ведь не скоро наестся с голоду то.
Опять ему дали каши; и Морель, посмеиваясь, принялся за третий котелок. Радостные улыбки стояли на всех лицах молодых солдат, смотревших на Мореля. Старые солдаты, считавшие неприличным заниматься такими пустяками, лежали с другой стороны костра, но изредка, приподнимаясь на локте, с улыбкой взглядывали на Мореля.
– Тоже люди, – сказал один из них, уворачиваясь в шинель. – И полынь на своем кореню растет.
– Оо! Господи, господи! Как звездно, страсть! К морозу… – И все затихло.
Звезды, как будто зная, что теперь никто не увидит их, разыгрались в черном небе. То вспыхивая, то потухая, то вздрагивая, они хлопотливо о чем то радостном, но таинственном перешептывались между собой.

Х
Войска французские равномерно таяли в математически правильной прогрессии. И тот переход через Березину, про который так много было писано, была только одна из промежуточных ступеней уничтожения французской армии, а вовсе не решительный эпизод кампании. Ежели про Березину так много писали и пишут, то со стороны французов это произошло только потому, что на Березинском прорванном мосту бедствия, претерпеваемые французской армией прежде равномерно, здесь вдруг сгруппировались в один момент и в одно трагическое зрелище, которое у всех осталось в памяти. Со стороны же русских так много говорили и писали про Березину только потому, что вдали от театра войны, в Петербурге, был составлен план (Пфулем же) поимки в стратегическую западню Наполеона на реке Березине. Все уверились, что все будет на деле точно так, как в плане, и потому настаивали на том, что именно Березинская переправа погубила французов. В сущности же, результаты Березинской переправы были гораздо менее гибельны для французов потерей орудий и пленных, чем Красное, как то показывают цифры.
Единственное значение Березинской переправы заключается в том, что эта переправа очевидно и несомненно доказала ложность всех планов отрезыванья и справедливость единственно возможного, требуемого и Кутузовым и всеми войсками (массой) образа действий, – только следования за неприятелем. Толпа французов бежала с постоянно усиливающейся силой быстроты, со всею энергией, направленной на достижение цели. Она бежала, как раненый зверь, и нельзя ей было стать на дороге. Это доказало не столько устройство переправы, сколько движение на мостах. Когда мосты были прорваны, безоружные солдаты, московские жители, женщины с детьми, бывшие в обозе французов, – все под влиянием силы инерции не сдавалось, а бежало вперед в лодки, в мерзлую воду.