Австрия

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Австрийская Республика
нем. Republik Österreich
Флаг Герб
Гимн: «Land der Berge, Land am Strome
(Край гор и вод, страна потоков)»
Расположение Австрии (тёмно-зелёный):
— в Европе (светло-зелёный и тёмно-серый)
— в Европейском союзе (светло-зелёный)
Дата независимости 12 ноября 1918 года (от Австро-Венгрии)
Официальные языки немецкий;
региональные языки:
градищанско-хорватский,
венгерский
словенский
Столица Вена Вена
Крупнейшие города Вена, Грац, Линц, Зальцбург, Инсбрук
Форма правления парламентская республика
Федеральный президент
Федеральный канцлер
должность вакантна
Кристиан Керн
Территория
• Всего
• % водной поверхн.
112-я в мире
83 879 км²
1,7 %
Население
• Оценка (2015)
• Перепись
Плотность

8 662 588[1] чел. (94-е)
8 032 926 чел.
101,4 чел./км²
ВВП (ППС)
  • Итого (2015)
  • На душу населения

$ 403,768 млрд. долл.
$ 47 188 долл.
ВВП (номинал)
  • Итого (2015)
  • На душу населения

$ 372,606 млрд. долл.
$ 43 546 долл.
ИЧР (2013) 0,881[2] (очень высокий) (21-е место)
Валюта евро (EUR, код 978)[3]
Интернет-домены .at, .eu (как член ЕС)
Телефонный код +43
Часовой пояс CET (UTC+1, летом UTC+2)
Координаты: 47°26′00″ с. ш. 13°39′00″ в. д. / 47.43333° с. ш. 13.65000° в. д. / 47.43333; 13.65000 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=47.43333&mlon=13.65000&zoom=9 (O)] (Я)

А́встрия (нем. Österreich, МФА (нем.): [ˈøːstɐˌʁaɪç] ), полная официальная форма — Австри́йская Респу́блика[4] (Republik Österreich) — государство в Центральной Европе. Население — 8,46 миллиона человек. Столица — Вена. Государственный язык — немецкий.

Федеративное государство, парламентская республика. Подразделяется на 9 федеральных земель.

На севере граничит с Чехией (362 км), на северо-востоке — со Словакией (91 км), на востоке — с Венгрией (366 км), на юге — со Словенией (330 км) и Италией (430 км), на западе — с Лихтенштейном (35 км) и Швейцарией (164 км), на северо-западе — с Германией (784 км).

Австрия — одна из богатейших стран мира. ВВП на душу населения около 46 330 долларов США (в 2012 году). Денежная единица — евро.

Член Организации Объединённых Наций, Европейского союза. В 1955 году провозгласила постоянный нейтралитет и неприсоединение к каким-либо военным блокам.





Происхождение названия

Название страны происходит от древненемецкого Ostarrеіch — «восточное государство». Название «Австрия» впервые упоминается в документе от 1 ноября 996.

Красный цвет двух полос на флаге символизирует кровь патриотов, пролитую в борьбе за свободу и независимость Австрийской Республики. Белый цвет — символ реки Дунай, текущей с запада на востокК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2668 дней].

Австрийский флаг является одним из самых древних государственных символов в мире. Согласно преданию, в 1191 году, во время одной из битв третьего крестового похода, белоснежная рубашка Леопольда V полностью была забрызгана кровью. Когда же герцог снял с себя широкий пояс, на рубашке образовалась белая полоса. Сочетание этих цветов стало его знаменем, а в будущем флагом Австрии.

В честь Австрии назван астероид (136) Австрия[5], открытый 18 марта 1874 года австрийским астрономом Иоганном Пализой в Австро-Венгерской морской обсерватории в Пуле.

История

История Австрии

Доисторическая Австрия
Норик и Реция
Восточная марка
Герцогство Австрия
Эрцгерцогство Австрия
Священная Римская империя
(Габсбургская монархия)
Австрийская империя
Австро-Венгрия
Первая республика
Альпийские и дунайские рейхсгау
Союзная оккупация
Вторая республика

Земли современной Австрии были отвоёваны римлянами у кельтов в 15 году до н. э.

В 788 году территория была включена в империю Карла Великого.

Дом Габсбургов, с правлением которого связан расцвет Австрийского государства, пришёл к власти в XIV столетии, а с 1438 по 1806 годы эрцгерцоги австрийские носили титул императора Священной Римской империи.

С 1156 Австрия — герцогство, с 1453 — эрцгерцогство, с 1804 — империя Габсбургов, в 18671918 годах — Австро-Венгрия (дуалистическая — двуединая монархия).

11 ноября 1918 года Кайзер Австрии и Король Венгрии Карл I декларировал своё самоустранение от царствования над Австрией, 12 ноября 1918 года Рейхсрат упразднил монархию и Палату Лордов, провозгласил Империю Австрия Республикой Немецкая Австрия (Republik Deutschösterreich) и частью Германской Империи, что автоматически повлекло разрыв австро-венгерской унии и ликвидацию Австро-Венгрии. В тот же день Рейхсрат принял «Закон о государственной форме и форме правления Немецкой Австрии» (Gesetz über die Staats- und Regierungsform von Deutschösterreich), согласно которому для принятия конституции назначались выборы в Конституционное Национальное Собрание (Konstituierende Nationalversammlung), до его созыва временным законодательным органом становилось Временное Национальное Собрание (Provisorische Nationalversammlung), в которое вошли все члены Рейхсрата созыва 1911 года, избранные от немецкой части Австрии, временным исполнительный органом стал Государственный Совет (Staatsrat), во главе с статс-канцлером (Staatskanzler), которым стал социал-демократ Карл Реннер. 13 ноября 1918 года Карл I декларировал своё самоустранение от царствования и над Венгрией, 16 ноября 1918 года Государственное Собрание упразднило монархию и провозгласило Королевство Венгрия Венгерской Народной Республикой — разрыв австро-венгерской унии был признан Венгрией. 14 ноября члены Рейхсрата от заселённых чехами округов Богемии, Моравии и Силезии образовали Чехословацкое Революционное Национальное Собрание, которое провозгласило Чехословацкую Республику.

16 февраля 1919 года прошли выборы в Конституционное Национальное Собрание первое место на которых получила Социал-демократическая рабочая партия Австрии, второе место с небольшим отрывом — Христианско-социальная партия. 14 марта Конституционное Национальное Собрание приняло законы о народном представительстве и о государственном правительстве, согласно которым законодательным органом становилось Конституционное Национальное Собрание, исполнительным органом Государственное Правительство (Staatsregierung). 10 сентября 1919 году был подписан Сен-Жерменский мирный договор, Австрии было запрещено воссоединение с Германией, она признавала независимость Чехословакии, Венгрии, Южная Штирия, Славония, Далмация и Хорватия передавались Югославии, Трансильвания и Буковина — Румынии. 21 октября 1919 года его ратифицировало Конституционное Национальное Собрание изменив название государства на «Республика Австрия». 10 октября 1920 года Конституционное Национальное Собрание приняло Федеральный конституционный закон, провозглашавший Австрию федеративной демократической парламентской республикой, учредивший Федеральное Собрание в качестве законодательного органа, состоящего из Федерального Совета и Национального Совета, должности Федерального Президента, Федерального Канцлера и федеральных министров и федеральное правительство.

4 марта 1933 года федеральный канцлер Энгельберт Дольфус распустил Федеральное Собрание и через год издал так называемую «майскую конституцию», упразднившую Федеральное Собрание. «Майская конституция» заменяла народное представительство корпоративным.

В 1938 произошло её присоединение к нацистской Германии (аншлюс), а земли Австрии были преобразованы в рейхсгау, управляемые назначаемыми рейхсканцлером Германии наместниками.

В апреле 1945 года войска стран антигитлеровской коалиции изгнали из Австрии вермахт, фашистские наместники были смещены, власть была передана временным земельным правительствам (в некоторых землях назывались временными земельными комитетами) состоящим из противников фашизма и 27 апреля 1945 года было создано на общегосударственном уровне Временное государственное правительство (Provisorische Staatsregierung) из социал-демократов, коммунистов и христианских социалистов, во главе с статс-канцлером социал-демократом Карлом Реннером. Начался процесс денацификации, для контроля за которым Австрия была оккупирована войсками четырёх государств-членов антигитлеровской коалиции и разделена на четыре зоны оккупации — советскую, британскую, американскую и французскую. 4 июля 1945 года для осуществления непосредственного контроля за денацификацией была создана Межсоюзническая контрольная комиссия по Австрии (Alliierte Kommission für Österreich), состоящей из представителей оккупирующих сторон. В сентябре 1945 года были разрешены политические партии, крупнейшими из которых стали Социалистическая партия Австрии, Австрийская народная партия, Коммунистическая партия Австрии и Демократическая партия, и 25 ноября 1945 года были проведены выборы в Национальный Совет. Осенью 1945 года был восстановлен Федеральный конституционный закон 1919 года. Переговоры о заключении мирного договора начались в 1947 году, но заключён он был только 15 мая 1955 года. В октябре того же года принят закон о постоянном нейтралитете Австрии, который она соблюдает до сих пор. 25 октября все союзнические войска с территории Австрии были выведены.

В 1995 году Австрия стала членом Европейского Союза.

29 июня 2009 года прошли консультации федерального канцлера Вернера Файмана с основными политическими партиями Австрии по вопросам так называемых «Австрийских бесед»:

  • реформа управления
  • школьная реформа.

Государственное устройство

Австрия является федеративным государством, объединяющим девять самостоятельных земель. Действующая конституция принята в 1920 и вторично введена в 1945 году.

Главой государства является федеральный президент (Bundespraesident), избираемый на 6 лет.

Исполнительный орган — Федеральное Правительство (Bundesregierung), состоящее из федерального канцлера (Bundeskanzler) и федеральных министров (bundesminister), назначается федеральным президентом и несёт ответственность перед Федеральным Собранием.

Парламент Австрии — двухпалатное Федеральное собрание (Bundesversammlung), которое состоит из Федерального совета и Национального совета. Территориально располагается в Вене. Парламент может быть распущен либо указом президента, либо выражением вотума недоверия нижней палатой парламента.

Федеральный Совет (Bundesrat), состоящий из 62 депутатов, избираемых ландтагами — парламентами земель. Земли представлены разным количеством депутатов (от 3 до 12) в зависимости от численности населения. Срок полномочий депутата бундесрата — 4 или 6 лет в зависимости от срока полномочий избравшего их ландтага.

Национальный Совет (Nationalrat), состоящий из 183 депутатов, избираемых по пропорционально-списочной системе. Срок полномочий — 5 лет.

Политические партии

Правые

Правоцентристы

Центристы

Левоцентристы

Левые

Профсоюзы

Крупнейший профцентр — Объединение австрийских профсоюзов (Österreichischer Gewerkschaftsbund, ÖGB, ОАП).

Правовая система

Конституционный суд Австрии (Verfassungsgerichtshof) — первый в мире отдельный конституционный суд (1920). Формируется президентом по представлению правительства и обеих палат. Имеет также полномочия решать спор между землями (или землями и федеральным центром), а также выносить импичмент высшим должностным лицам.

Высшая судебная инстанция — Верховный суд правосудия (Oberster Gerichtshof), суды апелляционной инстанции — верховные земельные суды (oberlandesgericht), суды первой инстанции — земельные суды (landesgericht), низшее звено судебной системы — окружные суды (bezirksgericht), суд административной юстиции — Административный суд правосудия (Verwaltungsgerichtshof).

С 2008 года также существует Суд по делам беженцев (Asylgerichtshof), а в 2014 году должны начать работу также Федеральный административный суд (Bundesverwaltungsgericht), земельные административные суды (Landesverwaltungsgericht) и Федеральный финансовый суд (Bundesfinanzgericht).

Органы прокуратуры — Генеральная прокуратура (Generalprokuratur) на уровне верховного суда, высшие прокуроры (Oberstaatsanwalt) на уровне высших земельных судов, и прокуроры (Staatsanwalt), органы по борьбе с коррупцией — Федеральное управление по предупреждению коррупции и борьбе с коррупцией (Bundesamt zur Korruptionsprävention und Korruptionsbekämpfung) в составе Федерального министерства внутренних дел и Экономическая и коррупционная прокуратура (Wirtschafts- und Korruptionsstaatsanwaltschaft).

Внешняя политика

С 26 октября 1955 года внешняя политика Австрии выстраивается с учётом международно-правового статуса постоянного нейтралитета. Нейтралитет позволил расширить внешнеполитические возможности этой страны и пространство для манёвра. В период холодной войны нейтральная Австрия играла роль моста между Западом и Востоком. Хотя нейтралитет Австрии задумывался по образцу швейцарского, на практике он получил собственное развитие. В годы правления канцлера Бруно Крайского он был основой почти пацифистского внешнеполитического курса Вены. С конца 80-х годов нейтралитет начали адаптировать к новым международным условиям, и в 1995 году Австрия стала членом Европейского союза. Её внешняя политика стала терять самостоятельность и всё чаще «растворяться» в общем курсе ЕС.

В конце 1990-х годов многие австрийские политики ставили вопрос об отмене нейтралитета и целесообразности членства страны в НАТО. Однако население страны и оппозиционные партии были скептически настроены к этим идеям. В настоящее время официальная Вена исходит из того, что нейтралитет не должен быть застывшим институтом, а подлежит адаптации к меняющимся условиям. Однако, как и прежде, Федеральный конституционный закон Австрии о нейтралитете от 26.10.1955 года является действующим законом. Согласно его нормам, Австрия не будет принимать участия ни в каких войнах, не допустит присутствия никаких иностранных войск на своей территории, не вступит ни в какой военный договор.

Австрия является одним из лидеров среди стран ЕС по качеству жизни. Доля Австрии в промышленном производстве Евросоюза составляет 2,5 %. Превращение ЕС в систему наднациональных институтов привело к тому, что австрийский парламент и институты социального партнёрства потеряли часть своих функций, поскольку были переданы в Брюссель. Внешняя политика проводится в рамках Европейского консенсуса[7]. В 2009-10 годах Австрия занимала место непостоянного представителя в Совете Безопасности ООН.

Спецслужбы Австрии

Система спецслужб Австрии включает:

Вооружённые силы

Вооружённые силы Австрии — Австрийское федеральное войско (Österreichisches Bundesheer), состоит из сухопутных сил (собственно Австрийское федеральное войско) и Австрийских воздушных сил (Östereichische Luftstreitkräfte). Общая численность вооружённых сил около 49 тыс. человек (2004), состоят из сухопутных войск и ВВС. Вооружённые силы возглавляет генеральный инспектор, который подчиняется министру национальной обороны (гражданское лицо, представитель правящей партии). В военное время президент становится верховным главнокомандующим. В стране 9 военных округов, территориально совпадающих с административным делением. Комплектование вооружённых сил осуществляется на основе закона о всеобщей воинской повинности и по найму. Призывной возраст — 18 лет, по найму — 16. Продолжительность срочной службы с 2007 года — 6 месяцев, после которой военнообязанные до 50-летнего возраста привлекаются для участия в военных учениях по плану Министерства обороны (не более 60 суток). Общая численность военнообязанных, пригодных к военной службе — 1,9 млн человек (2004).

На вооружении: танки Leopard 2, транспортная авиация — C-130 Hercules, вертолёты UH-60 Black Hawk, многоцелевые истребители Eurofighter Typhoon.

Расходы на оборону около (2005) 1,5 млрд USD (0,9 % от ВВП).

Административное деление

Австрия разделена на 9 федеральных земель, одна из которых является столичным городом.

Федеральные земли:

Земли состоят из округов (bezirk) и уставных городов (Statutarstadt), округа — из общин (gemeinde) и городов (stadt), столичный и некоторые статуарные города могут делиться также на округа.


Законодательные органы земель — земельные собрания (landtag), избираемое населением, исполнительные органы земель — земельные правительства (landesregierung), состоящие из земельных губернаторов (landeshauptmann) и земельных советников (landesrat), избираемое земельным собранием.

Административные органы округов — окружные губернаторства (bezirkshauptmannschaft) во главе с окружными губернаторами (bezirkshauptmann), назначаемые правительством.

Представительные органы городов — общинные советы (gemeinderat), избираемые населением, исполнительные органы городов — городские советы (stadtrat) (статуарных городов и столицы — сенаты (senat)), состоящие из бургомистра и городских советников (stadtrat), избираемые общинным советом, административные органы статуарных городов — магистраты (magistrat), во главе с директором магистрата (magistratdirector), назначаемые правительством.

Представительные органы общин — общинные советы (gemeinderat) (в Форальберге и Зальцбурге — общинные представительства (gemeindevertretung)), избираемые населением, исполнительные органы общин — общинные правления (Gemeindevorstand), состоящие из бургомистра (bürgermeister) и общинных советников, избираемые общинными советами

Представительные органы городских округов — окружные представительства (bezirksvertretung), избираемые населением, исполнительные органы округов — окружные управления (bezirksamt), состоящие из окружных старост (bezirksvorsteher) и окружных советников (bezirksrat), избираемые окружными представительствами.

Физико-географическая характеристика

Государство в Центральной Европе. Площадь страны 83 871 км². Австрия на 70 % горная страна, средняя высота над уровнем моря составляет около 900 м. Большая часть Австрии занята Восточными Альпами, которые в свою очередь подразделяются на Альпы Северного Тироля и Зальцбургские Альпы на севере, Циллертальские и Карнийские Альпы на юге. Высшая точка — гора Гросглоккнер (3797 метров), на ней находится и один из крупнейших в Европе ледников — Пастерце. Низшая точка — озеро Нойзидлер-Зе (115 метров над уровнем моря).

Климат

Австрия обладает умеренным, переходным к континентальному климату, сильно зависящим от высоты.

Лето тёплое, солнечное, средняя температура составляет +20ºС. По мере подъёма вверх, температура ночью может достичь нулевой отметки. Зима мягкая в равнинах и холодная в горах, температура на равнинах опускается до −2 °C, а в горной местности до −14ºС. Осадки по всей территории страны варьируют от 500 до 3000 мм в год, в зависимости от высоты и рельефа.

Население

Население — 8 420 010 человек (2013). Согласно переписи 2006, крупнейшая этническая группа — немецкоязычные австрийцы, составляет 88,6 % населения страны. Основной официальный язык — немецкий. Разговорный и официальный язык австрийцев существенно отличается от официального немецкого языка Германии (См. Немецкий язык в Австрии, Австрийский вариант немецкого языка). Разговорные австрийские диалекты близки баварскому диалекту Германии и немецкому языку Швейцарии.

Кроме того, имеется 6 признанных национальных меньшинств: хорваты, словенцы, чехи, словаки, венгры, цыгане (всего ок. 300 тыс. чел.). Словенцы, хорваты и венгры живут в отдельных районах Штирии, Каринтии и Бургенланда, а в Вене к ним добавляются чехи и евреи. Многие австрийские граждане считают себя не только австрийцами, но, по происхождению из той или другой провинции, также штирийцами, тирольцами и т. д.

Религия

Согласно переписи 2001 года, 73,6 % австрийцев — католики, 4,7 % — лютеране, 6,5 % населения относится к другим религиозным конфессиям (ислам — 4,2 %, православная церковь — 2,2 %, иудаизм — 0,1 %; всего зарегистрировано 12 конфессий, в том числе 3 тыс. сикхов (2009)[8]), 12 % населения не относят себя ни к одной из конфессий (в 1991 таковых было лишь 8,6 %). Христианство включено в общеобразовательную школьную программу, и является обязательным предметом[9].

Религиозные организации

Крупнейшая религиозная организация Австрии — Римско-католическая Церковь. Государство поддерживает Церковь, в стране существует 1%-й церковный налог, который обязаны платить все граждане страны (гражданин освобождается от уплаты налога по письменному заявлению об отказе от католичества). Римско-католическая Церковь в 2000 году имела 5 651 479 приверженцев (72,1 % населения).

Второй по численности является Евангелическая Церковь Аугсбургского и Гельветинского исповедания (ЕЦАиГИ), объединяющая две автономные друг от друга Церкви лютеран и реформатов. Лютеране и реформаты окончательно получили право свободного исповедания своих вероучений лишь в 1781 году, а полностью уравнены в правах с католиками ещё через столетие[10].

Около половины пятидесятников Австрии (17 тыс.[11]) не являются гражданами этой страны и посещают эмигрантские общины (в первую очередь — румынские, а также филиппинские, бразильские, нигерийские, корейские и др.).

По собственным данным соответствующих организаций в Австрии имеются 299 общин Свидетелей Иеговы с 33 099 посетившими их собрания свидетелей в 1999 году (из них крещены по обряду Свидетелей Иеговы 20 577), 5 тысяч греко-католиков (2000 год), 3889 мормонов (2000 год), 47 общин адвентистов седьмого дня с 3596 верующими, 19 общин баптистов с 1130 активными приверженцами (2000 год; общее число баптистов в 1,5—2 раза больше), 8 общин меннонитов с 360 верующими.

Экономика и финансы

Общее состояние, основные показатели

Австрия — развитая индустриаль­но-аграрная страна. Она относится к числу наиболее развитых государств Европы. ВВП на душу населения в 2002 году составил 24,7 тыс. евро (в ценах 1995). Этот показатель постоянно растёт (в 1990 году он равнялся 20,1 тыс., в 1995 — 21,4 тыс. евро), а по текущим ценам и по паритету покупательской способности в 2001 — 28,2 тыс. долларов США (при среднем по ЕС 25,5 тыс.). Тем самым Австрия опережала Швецию, Великобританию, Италию, Францию, Германию, а уступала лишь Дании, Нидерландам, Ирландии и Люксембургу.

Преимущества:

  • широкая производственная база:
  • сильная промышленность (химическая и нефтехимическая, электротехника, текстильная промышленность, деревообработка):
  • квалифицированная рабочая сила;
  • туризм — важный источник привлечения средств из-за рубежа.

Слабые стороны:

  • зависимость от импортируемого сырья, в первую очередь нефти и газа;
  • задержка в переходе к усилению конкуренции и дерегулирования.

Объём ВВП в текущих ценах в 2010 году составил 284 млрд евро. ВВП на душу населения составил в 2010 году 33,85 тыс. евро. Производство ВВП на 1 занятого в 2010 (производительность труда) — 77,6 тыс. евро.

Австрийская экономика отличается сравнительно низким уровнем инфляции (в 2002 году — 1,8 %) и безработицы (в 2000 — 3,7 % от числа трудоспособного населения, в 2002 — 4,3 %). Индекс потребительских цен в 2002 к 1996 году составил 108,8, тогда как в ЕС в целом — 110,8.

Примерно 2,2 % ВВП производится в сельском и лесном хозяйстве, 32,3 % — в промышленности, энергетическом хозяйстве и строительстве, 65,5 % — в сфере услуг, торговле, на транспорте и в связи, в банковской и страховой системе. Одна третья часть объёма промышленного производства приходится на государственный сектор экономики[12].

Тем не менее, в австрийской экономике существует ряд проблем, связанных с европейской интеграцией. Особое беспокойство вызывает агропромышленный сектор в связи с новыми условиями конкурентной борьбы, диктуемыми странами единой Европы. Политика цен и квотирования ЕС способствует болезненной трансформации сельского хозяйства, что вызывает всё более жёсткое противодействие со стороны австрийских фермеров. В результате курса Австрии в рамках единой сельскохозяйственной политики ЕС нерентабельными оказались 69 % всех сельскохозяйственных угодий.

Общий объём накопленных прямых иностранных инвестиций в Австрии по состоянию на конец 2001 года оценивался в 23-24 млрд евро. Из них около 45 % приходится на ФРГ, 28 % — на другие страны ЕС, 12 % — на Швейцарию и Лихтенштейн, 7 % — на США и Канаду и 8 % — на прочие страны

Привлекая иностранные инвестиции и сотрудничая с зарубежными партнёрами, австрийские компании формируют важнейшие технологические отрасли, которые практически отсутствовали в экономике страны (телекоммуникационное оборудование).

Праздники

Праздник Дата B K S ST T V W
Новый год 1 января
Богоявление 6 января
Иосиф Обручник[13] 19 марта
Великая пятница[14] (Пасха − 2 дня)
Пасхальный понедельник (Пасха + 1 день)
Staatsfeiertag (День труда) 1 мая
Florian[13][15] 4 мая
Вознесение Господне (Пасха + 39 дней)
Троицкий понедельник (Пасха + 50 дней)
Праздник Тела и Крови Христовых (Пасха + 60 дней)
Успение Божией Матери 15 августа
Руперт[13] 24 сентября
День референдума[13] 10 октября
Национальный праздник 26 октября
День всех святых 1 ноября
Мартин Турский[13] 11 ноября
Леопольд[13][16] 15 ноября
Непорочное зачатие Девы Марии[17] 8 декабря
Рождественский сочельник (Heiliger Abend)[18] 24 декабря
Рождество (Christtag) 25 декабря
День св. Стефана (Stefanitag) 26 декабря
День Святого Сильвестра[18] 31 декабря
Всего[19] 17 18 17 17 17 17 17 17 17

Туризм

Австрию относят к Альпийскому туристскому району Западноевропейской зоны Европейского региона, так как большую часть территории страны покрывают Альпы.

Австрия — страна традиционного зимнего туризма. Наряду со Швейцарией эта страна является своего рода горнолыжной «меккой» для европейцев. Сегодня для Австрии туризм является основным источником дохода, покрывающим традиционно отрицательное торговое сальдо. В этой отрасли в 70 тыс. средних и мелких туристских предприятий (гостиницы, рестораны, курортно-лечебные учреждения, бассейны и пляжи) занято 350 тыс. чел. По удельному весу валовых поступлений от туризма в ВВП (более 6 %) Австрия занимает одно из ведущих мест в мире, а по доходам от туристского сектора экономик малых стран Европы прочно удерживает лидирующие позиции[20].

В Австрии давно сформирована и отлажена система обслуживания туристов. Многие городки и деревни, такие как Бад-Гаштайн, Мильштат, Ишгль, Санкт-Антон-ам-Арльберг и Майрхофен превратились в крупнейшие европейские курорты, а бывшие сельские жители занимаются гостиничным бизнесом. Горнолыжный туризм изменил Австрию и австрийцев, сегодня для них это жизнь и надежда на будущее.

Транспорт

Транспортная система Австрии прекрасно развита и эффективна.

Австрия является одним из наиболее железнодорожных государств Европы. Протяжённость железных дорог составляет свыше 6000 км. Австрийская федеральная железная дорога (Österreichische Bundesbahnen) по праву гордится безупречной чёткостью и точностью движения поездов.

Сеть Bundesbus (сеть государственных автобусов) ничем не хуже железнодорожной сети и часто используется для совершения небольших поездок между населёнными пунктами и выездов на природу. До некоторых лыжных курортов в Тироле и Форарльберге можно добраться только на автобусе или машине.

Компании по аренде машин имеют филиалы во всех крупных городах страны. Местные дороги находятся в прекрасном состоянии, но на горных дорогах необходимо соблюдать осторожность. Движение в Австрии правостороннее.

В нескольких австрийских городах существует трамвайный транспорт: в Вене, Гмундене, Граце, Инсбруке, Линце. Трамвайная система, существовавшая в Зальцбурге, закрыта.

На 160-ти железнодорожных станциях можно взять напрокат велосипед и вернуть его в офис проката на другой станции. В Австрии много велосипедных маршрутов, в частности, многие из них идут вдоль реки Дунай и из Шварцвальда в Германии до Вены.

Горными видами транспорта являются: фуникулёры, лыжные лифты, канатные дороги и кресельные канатные подъёмники.

Здравоохранение

Согласно данным министерства здравоохранения Австрии, по состоянию на 4 ноября 2009 года, в стране было зарегистрировано 493 случая заражением вирусом свиного гриппа[21].

Образование

Законодательная основа начального и среднего образования в Австрии определена в 1962 году. Федеральное министерство образования отвечает за финансирование и контроль над начальным, средним и, начиная с 2000 года, высшим образованием. Управление начальным и средним образованием осуществляется на уровне соответствующих органов земель.

Детские сады в Австрии в большинстве земель бесплатные. Родители могут отдавать своих детей по желанию в данное учреждение в возрасте от 3 до 6 лет. Максимальная численность группы составляет около 30 человек, каждая группа обычно находится на попечении одного квалифицированного воспитателя и одного помощника.

Начальное образование длится в течение 4 лет, начиная с шести лет. Как правило, в течение этого времени, класс ведёт один педагог для того, чтобы выработать стабильную связь между учителем и учеником, которая считается важной для детского благополучия. Уроки начинаются в 8 утра и длятся до полудня с почасовыми 5 или 10-минутными перерывами. В школе дети ежедневно получают домашнее задание.

Общественное школьное образование в Австрии бесплатно и обязательное. Основная школа — 2 ступени, до 9 класса. Затем высшие средние школы предлагают студентам различные программы профессионального образования и университетские подготовительные курсы — дополнительные 4 года обучения.

Университеты обладают высокой степенью свободы и предлагают широкий выбор образовательных программ. Обучение в университетах Австрии было бесплатным до 2001 года, в тот же год началась аккредитация частных университетов. Крупнейшие университеты: Венский (старейший университет Австрии, основан в 1367 году), Венский экономический университет, Грацский, Инсбрукский, Зальцбургский университеты. С 2009 года обучение в государственных университетах Австрии платное. В соответствии с законом о высшем образовании от 24 сентября 2008 года действуют следующие тарифы на обучение в государственных университетах:

  • Стоимость обучения в семестр: € 726,72 (на 2013 год)
  • Отчисления в студенческую организацию ÖH: € 17,5 (на 2013 год)

От оплаты освобождаются студенты с долгосрочной визой (Daueraufenthalt) и студенты Венского Университета, являющиеся гражданами Азербайджана, Армении, Беларуси, Грузии, Казахстана, Молдовы, Таджикистана, Украины, Узбекистана.

Наука

Австрия подарила миру большое число знаменитых учёных, среди которых такие известные умы XIX века, как Людвиг Больцман, Эрнст Мах, Виктор Франц Гесс и Кристиан Допплер. В 20-30-х годах XX века вклад таких учёных как Лиза Мейтнер, Эрвин Шрёдингер и Вольфганг Паули стал ключевым в развитии атомной физики и квантовой механики. Современный физик Антон Цайлингер был первым, кому удалось реализовать эффект квантовой телепортации.

Кроме физиков, в Австрии родились два крупнейших философа XX века Людвиг Витгенштейн и Карл Поппер. Биологи Грегор Мендель и Конрад Лоренц, математик Курт Гёдель, конструкторы Фердинанд Порше и Зигфрид Маркус также были австрийцами.

Начиная с известного средневекового учёного Парацельса, основными направлениями исследований австрийских учёных были медицина и, с XIX века, ещё и психология. Такие выдающиеся врачи, как Теодор Бильрот, Клеменс Пирке и Антон Эйсельсберг были представителями Венской медицинской школы в XIX веке. Также широко известны австрийские психологи Зигмунд Фрейд, Альфред Адлер, Пауль Вацлавик, Ганс Аспергер и психиатр Виктор Франкл.

В развитие Австрийской школы экономики, которая является одним из конкурирующих направлений современной экономической теории, сделали вклад такие экономисты, как Йозеф Шумпетер, Эйген фон Бём-Баверк, Людвиг фон Мизес, Фридрих фон Хайек.

В настоящее время фундаментальными исследованиями занимается Австрийская академия наук, основанная в 1847 году. В её состав входят институт сравнительного исследования поведения им. К. Лоренца, международный институт прикладного системного анализа и другие. Всего в Австрии около 2200 научных учреждений, в которых работает примерно 25 тыс. человек. Австрия активно участвует в международной научной кооперации, на её счету более чем 1000 исследовательских проектов рамочной программы ЕС.

Культура

Во всех крупных городах страны есть свои театры. Венская государственная опера была открыта 25 мая 1869 года. Ей руководили Г. Малер, Р. Штраус, К. Бём, Г. фон Караян. В течение всего года в различных городах Австрии (в первую очередь в Вене и Зальцбурге) проходят музыкальные фестивали. Другие известные театры Вены — Бургтеатр и Фольксопер. Самые известные музеи страны — Культурно-исторический (Вена), Художественно-исторический, естественно-исторический, исторический музеи Вены, музей Альбертина. Многочисленны дома-музеи, связанные с жизнью и деятельностью великих людей: В. Моцарта, Л. Бетховена, Й. Гайдна, Ф. Шу­берта, И. Штрауса, И. Кальмана.

Основной национальный праздник 26 октября — день принятия закона о постоянном нейтралитете (1955).

Литература

Подавляющая часть произведений, которые обычно относят к австрийской литературе, написана по-немецки, хотя, конечно, на территории Священной Римской и Австро-Венгерской империй жили авторы, писавшие на других языках. Фрау Ава в раннем Средневековье была первым поэтом, писавшим по-немецки. Миннезанг и героический эпос обычно относят к немецкой средневековой литературе, хотя многие известные авторы, например, Вальтер фон дер Фогельвейде, имели непосредственное отношение к Австрии. В XV веке, как и во всей Европе, в Австрии определяющей становится литература гуманизма, наиболее ярким представителем которого является Николай Кузанский, епископ Бриксена. Литература барокко в XVII веке и Просвещения в XVIII веке не дали всемирно известных имён. Представителем романтизма, испытавшего также влияние бидермейера и классицизма, в австрийской литературе в первой половине XIX века был Франц Грильпарцер. Крупнейшей фигурой в литературе австрийского бидермайера стал Адальберт Штифтер. Реализм и натурализм в литературе Австрии представлен именами Мари фон Эбнер-Эшенбах, Фердинанда фон Заара, Людвига Анценгрубера и Петера Розеггера. Однако по-настоящему на мировой уровень австрийская литература вышла в начале XX века. К числу наиболее известных писателей этого периода относятся Франц Кафка, Роберт Музиль, Стефан Цвейг, Йозеф Рот. Несмотря на богатую и славную историю, австрийская литература может похвастаться только одним нобелевским лауреатом. Им стала Эльфрида Елинек в 2004 году Согласно сообщению Нобелевского комитета, получила она премию «За музыкальные переливы голосов и отголосков в романах и пьесах, которые с экстраординарным лингвистическим усердием раскрывают абсурдность социальных клише и их порабощающей силы».

Изобразительное искусство

Австрийское искусство до XVIII века редко отделяется от немецкого, тем более что в Австрийскую империю входила высокоразвитая Богемия. В XVIII веке в Австрии доминирует барокко, известными представителями которого были Йоханн-Михаэль Роттмайр, Мартин ван Майтенс и Франц Антон Маульберч. В первой половине XIX века широкую популярность в Европе получили портреты и пейзажи Фердинанда Георга Вальдмюллера, представителя стиля бидермайер. Позже выделяются пейзажи Адальберта Штифтера и исторические полотна Ханса Макарта.

Тем не менее, всемирную известность австрийское искусство получило на рубеже XX века, когда Вена, отчасти благодаря деятельности Венского сецессиона, стала одним из основных центров югендштиля. Три величайших австрийских художника этого периода: Густав Климт (модерн, югендштиль), Эгон Шиле и Оскар Кокошка (экспрессионизм), каждый из которых открыл новое направление в изобразительном искусстве.

После аншлюса Австрии в 1938 году их творчество, наряду с другими художниками начала XX века, было объявлено дегенеративным и подверглось преследованиям. Широко известны другие австрийские художники первой половины XX века, например, Коломан Мозер и Альбин Эггер-Линц, скульптор Фриц Вотруба.

Во второй половине XX века появилась Венская школа фантастического реализма (близкая сюрреализму). Её основателем был Альберт Пэрис Гютерсло, а одним из наиболее ярких представителей — Эдгар Ене. Среди современных художников выделяют Готфрида Хельнвайна и Арнульфа Райнера. Широко известно творчество Фриденсрайха Хундертвассера с его абстрактными декоративными произведениями. Хундертвассер также внёс значительный вклад в архитектуру, декорировав в яркие цвета множество самых обыденных зданий.

Музыка

Австрия является родиной многих известных композиторов, таких как Йозеф Гайдн, Михаэль Гайдн, Франц Шуберт, Антон Брукнер, Иоганн Штраус-старший, Иоганн Штраус-младший и Густав Малер. Также известны участники второй венской школы, такие как Арнольд Шёнберг, Антон Веберн и Альбан Берг. Большая часть карьеры Моцарта прошла в Вене. Композитор Людвиг ван Бетховен провёл большую часть своей жизни в Вене.

Действующий национальный гимн Австрии был написан Моцартом и выбран после Второй мировой войны, заменив предыдущий гимн, написанный Йозефом Гайдном.

Австрия также является родиной заметного джазового музыканта, клавишника Йозефа Завинула.

Поп-и рок-музыкант Фалько, всемирно известный в 1980-х, тоже был австрийцем. Его прославила песня Rock Me Amadeus, посвящённая Моцарту.

Барабанщик Томас Ланг родился в Вене в 1967 году. Он сотрудничал с такими артистами, как Джери Холлиуэлл и Роби Вильямс.К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1500 дней]

В 2014 году уроженец Австрии Том Нойвирт под женским альтер-эго Кончита Вурст стал победителем Евровидения.

Балет

Балетное искусство в Австрии зародилось в XVI веке, когда устраивались придворные представления с танцами. Первыми танцмейстерами при венском дворе были итальянцы Ф. Леньяно и Ч. Негри, а также К. Беккариа, С. и Д. Вентура. Ставились конные балеты, маскарады, танцы включались в драматические и оперные спектакли. Одновременно бродячие труппы развивали традиции народного танца. С середины XVII века музыку ко многим танцевальным представлениям писал композитор Й. Шмельцер. В 1670-х годах в венской придворной труппе, которую возглавлял композитор А. Драги, появились профессиональные танцовщики.

В начале XX века в Австрии распространился ритмопластический танец, который приобрёл здесь свои национальные формы, в частности в искусстве сестёр Визенталь, исполнявших вальсы. В числе представителей этого направления также названы Г. Боденвизер, Р. Хладек. В 20-30-х годах прошлого столетия в Венской государственной опере работали балетмейстеры Г. Крёллер, М. Вальман, поставившая популярный балет «Австрийская крестьянская свадьба». В. Френцль, возобновлявший традиционные венские балеты. Наиболее известные артисты той эпохи Г. Пихлер, Х. Пфундмайр, М. Бухингер, Р. Раб, А. Краузенекер, представители семейств Френцль и Биркмайер.

В 1942-58 балетмейстером Венской государственной оперы была Э. Ханка. Под её руководством труппа пережила трудности военных лет. Она сформировала репертуар первого послевоенного десятилетия, куда вошли главным образом её постановки: свыше 60 балетов многие с музыкой австрийских и немецких композиторов «Жоан из Цариссы» Эгка, «Венецианский мавр» Блахера, «Отель „Захер“» Хельмесбергера в обработке Шёнхерра и «Медуза» фон Эйнема.

В 40-50-х годах ХХ века ведущими были танцовщицы Ю. Драпаль, Л. Темплер, Э. Брекснер, Л. Бройер, М. Бауэр, танцовщик Р. Новотни. Труппу Венской государственной оперы возглавляли Д. Парлич (1958-61), А. Миллош (1963-66 и 1971-74) и В. Орликовский (1966-71). В Вене балеты также ставятся в театре Фольксопер (в 1955-72 гл. балетмейстер Д. Лука) и в Театр ан дер Вин (в 1967-74 балетмейстер А. Миттерхубер). Балетные труппы работают также в городах Граце, Линце, Клагенфурте, Зальцбурге и др. Основная балетная школа функционирует при Венской государственной опере (с 1760-х годов). Свою школу имела также Лука. В Лаксенбурге под руководством Р. Хладек действует филиал танцевальной школы Э. Жака-Далькроза.

В числе исследователей балета Ф. Дерра де Морода, автор книг и учебников о танце (в 1952-67 имела свою школу), среди критиков Г. Бруннер, Л. Г. Шюллер, А. Оберхаузер.

Театр

C XI — XII веков в австрийских монастырях и аббатствах ставились мистерии и литургические драмы[22]. Австрийский театр начинает формироваться в XVI веке со времени образования многонационального австрийского государства[23]. В XVI веке по Австрии передвигаются бесчисленные бродячие театральные труппы, исполняющие комические сценки, акробатические и танцевальные номера. Сценки для номеров артистов были написаны В. Шмельцлем. На рубеже XVI и XVII веков в Австрии возникли театры при иезуитских коллегиях, пропагандирующих покорность церкви и императору. В постановках часто использовалась техника итальянского театра. В XVII веке огромное влияние на австрийский театр оказало искусство Италии. Сценарии итальянских мастеров помогали совершенствовать творения актёров бродячих театров. Спектакль «Побеждающее благочестие» Аванцинуса был представлен в Вене в 1659 году. Спектакль отличался обилием внешних эффектов и красочностью зрелища. В 1712 году, в Вене был создан первый стационарный театр. Для постановки спектаклей использовался опыт немецкого народного театра и итальянской комедии, закрепив на сцене принцип импровизации. В конце XVIII века в предместьях Вены открываются новые театры: Леопольдштадттеатр в 1781 году, Йозефштадттеатр в 1788, Виденертеатр в 1787. В этих театрах ставились оперы В. А. Моцарта и И. Гайдна, рыцарские драмы, детские балеты. В 1741 в Вене открылся королевский придворный театр, получивший название «Бургтеатр». В начале XIX века началось развитие театров в маленьких городках Австрии. Огромный вклад в это внесли Ф. Раймунд и И. Нестрой. Они создали свой собственный жанр национальной комедии и стали дальше продвигать развитие традиций демократического театра. В 20-е годы XX века в творческой деятельности Бургтеатра происходит подъём. Руководит театром актёр и режиссёр А. Хейне. В период гитлеровской оккупации бывшие деятели австрийской культуры подвергались гонениям. Большинство театров было закрыто и разрушено. После освобождения Австрии советскими войсками началась борьба за культурную независимость. В большинстве театров ставятся произведения зарубежной классики, в том числе русской. В Бургтеатре были поставлены «Горе от ума», «Калипсо», «Егор Булычов и другие», «Натан Мудрый».

Кино

В 2009 году в Вене проходил фестиваль российского кино «Дни российского кино в Австрии и Словакии». Президент фонда «Золотой Витязь», Николай Бурляев, возглавлял российскую делегацию. В Вене были представлены фильмы «Иваново детство», «Андрей Рублёв», «Лермонтов», а также состоялись творческие тематические встречи.

Архитектура

Из зданий в романском стиле в Австрии сохранились только храмы (например, церковь Рупрехтскирхе в Вене). Готические формы воплощены в постройках ордена цистерцианцев, фонтанном павильоне в монастыре Хайлигенкройц. Среди шедевров готики собор святого Стефана в Вене. Ренессанс в Австрии связан с деятельностью императора Максимилиана I, покровителя художников, среди которых Альбрехт Дюрер, создавший эскизы бронзовых фигур у гробницы Максимилиана в Инсбруке. Светские здания эпохи Возрождения: дома в Клагенфурте, замок Порция в Шпиттале, крепость Хохостервиц в Каринтии. В стиле классического барокко построены многие дворцы и храмы в Вене, Зальцбурге, Граце. Самые известные представители барокко: Йозеф Мунгенаст (монастырская церковь в Дюрнштайне), Якоб Прандтауэр (монастырь в Мельке), Иоганн Бернхард Фишер фон Эрлах (Национальная библиотека в Вене) и Лукас фон Хильдебрандт (замки Мирабель в Зальцбурге и Бельведер в Вене).

Целый городок Баден под Веной сохранил индивидуальность стиля мастера классицизма Йозефа Корнхойзеля. Стиль историзма был попыткой после потрясений 1848 года опереться на прошлое и продемонстрировать силу империи с помощью монументальных строений, например, на кольцевой магистрали Рингштрассе в Вене. Полвека спустя приверженцы сецессиона под девизом «Времени — его искусство. Искусству — его свободу» выступали за размежевание с консервативными академическими кругами. В этом австрийском проявлении стиля модерн представители различных сфер искусства тесно сотрудничали между собой. Лидерами движения были живописец Густав Климт и архитекторы Отто Вагнер и Йозеф-Мария Ольбрих. Особый колорит создают здания постмодернистского стиля, которыми богата центральная часть Вены. Среди сооружений современной архитектуры — здание международного агентства по атомной энергетике (МАГАТЭ), Vienna International Center в Вене.

Кухня

Австрийская кухня на протяжении веков придерживается традиций дворянской кухни (Hofküche), которая славится своими хорошо сбалансированными блюдами из говядины и свинины с различными овощами. Существует также пекарня Mehlspeisen, которая печёт торты со сливками и всевозможную выпечку.

Традиционными блюдами считаются пончики, заполненные абрикосовым мармеладом или кремом, а также яблочный штрудель.

Особое влияние на становление австрийской кухни оказали их соседи: Венгрия, Чехия, Италия и Балканы.

Любимым напитком австрийцев является пиво.

СМИ

В Австрии издаётся свыше 20 ежедневных газет. Их разовый тираж составляет примерно 3 млн экземпляров. Теле- и радиовещание осуществляет государственная компания ORF. Национальное информационное агентство — Австрийское агентство печати (АПА). С января 1996 года в Вене ежемесячно выходит русскоязычное издание «Новый Венский Журнал»[24]. Известны такие русскоязычные издания, как газета «Соотечественник» — ежемесячная русскоязычная газета, которая публикует подробную информацию о жизни русскоязычной диаспоры Австрии.

Газета «Аргументы и факты Европа» — ведущая российская еженедельная газета и абсолютный лидер среди российской прессы за рубежом. «АиФ» в Австрии выходит на русском языке, имеет региональные приложения, широкую корреспондентскую сеть и представительства за рубежом.

Спорт

Наиболее популярным видом спорта в Австрии является горнолыжный спорт. Австрийцы самые успешные горнолыжники в истории олимпийских игр (105 наград) и чемпионатов мира. В горнолыжном спорте на Олимпийских играх австрийцы выиграли больше наград, чем во всех летних видах спорта вместе взятых. Также успешно австрийцы выступают в прыжках на лыжах с трамплина. За всю историю на летних Олимпиадах австрийцы лишь 1 раз выиграли больше 2-х золотых наград (в 1936 году в Берлине). В 2012 году на Играх в Лондоне Австрия впервые с 1964 года не сумела выиграть ни одной медали.

Инсбрук дважды был столицей зимних Олимпийских игр в 1964 и 1976 годах.

Чемпионат Австрии по футболу проходит с 1912 года. Кубок Австрии проводится с 1913 года. Руководящим органом по футболу в Австрии является футбольная ассоциация Австрии. В 2008 году Австрия совместно со Швейцарией принимала чемпионат Европы по футболу, финал которого прошёл в Вене.

Первым чемпионом мира по шахматам был гражданин Австрийской империи Вильгельм Стейниц. В середине 1990-х теннисист Томас Мустер на протяжении 6 недель был первой ракеткой мира. За все время Олимпийских игр Сборная Австрии завоевала больше всего медалей в горнолыжном спорте

Напишите отзыв о статье "Австрия"

Примечания

  1. [countrymeters.info/ru/Austria/ Счётчик населения Австрии]. [www.webcitation.org/6GUHbJYCI Архивировано из первоисточника 9 мая 2013].
  2. [hdr.undp.org/sites/default/files/hdr14-report-en-1.pdf Human Development Report 2014] (англ.). Программа развития ООН. — Доклад о человеческом развитии (2014) на сайте Программы развития ООН. Проверено 27 октября 2015.
  3. До 1999 — австрийский шиллинг.
  4. Государства и территории мира. Справочные сведения // Атлас мира / сост. и подгот. к изд. ПКО «Картография» в 2009 г. ; гл. ред. Г. В. Поздняк. — М. : ПКО «Картография» : Оникс, 2010. — С. 14. — ISBN 978-5-85120-295-7 (Картография). — ISBN 978-5-488-02609-4 (Оникс).</span>
  5. Schmadel, Lutz D. [books.google.com/books?id=VoJ5nUyIzCsC&pg=PA27 Dictionary of Minor Planet Names]. — Fifth Revised and Enlarged Edition. — B., Heidelberg, N. Y.: Springer, 2003. — P. 27. — ISBN 3-540-00238-3.
  6. Primera Cronica General. Estoria de España. Tomo I. — Madrid, Bailly-Bailliere e hijos, 1906, стр. 6
  7. А. Ю. Ватлин «Австрия в XX веке»
  8. [news.bbc.co.uk/2/hi/south_asia/8066783.stm Punjab riots after Vienna killing]
  9. [www.nravstvennost.info/library/news_detail.php?ID=2521 Преподавание знаний о религии в светской школе: европейский опыт правового регулирования [1]]. www.nravstvennost.info. Проверено 4 ноября 2015.
  10. [modernaustria.com/nayka-i-kyltyra-avstrii/nayka-i-kyltyra/religiya.html Религия Австрии]
  11. Austria // [books.google.md/books?id=1Ih2QgAACAAJ&dq=isbn:0310224810&source=gbs_navlinks_s New International Dictionary of Pentecostal and Charismatic Movements, The] / Stanley M. Burgess, Eduard M. Van Der Maas. — Grand Rapids, Michigan: Zondervan; Exp Rev edition, 2002. — С. 29. — 1328 с. — ISBN 0310224810.
  12. [modernaustria.com/ekonomika-avstrii/ekonomika-avstrii/obschie-svedeniya.html Экономика Австрии: общие сведения]
  13. 1 2 3 4 5 6 Выходной по земельному праву, часто касается только школ и учреждений.
  14. Выходной по закону только для членов определённых религиозных общин.
  15. Выходной с 2004 года
  16. До 2003 года также выходной в Верхней Австрии.
  17. Если 8 декабря — рабочий день (пн-сб), то продавцам разрешено работать.
  18. 1 2 (KV) Нерабочий или частично нерабочий день по договорённости между работодателями и профсоюзами (нем. Kollektivvertrag)
  19. Общее число федеральных выходных — 13 или 12, в зависимости от того выпадает 8 декабря на выходной или нет.
  20. [modernaustria.com/ekonomika-avstrii/otrasli-ekonomiki-avstrii/tyrizm.html Общая характеристика туризма в Австрии]
  21. [www.wienerzeitung.at/DesktopDefault.aspx?TabId=4536&alias=Dossiers&cob=448226 Schweinegrippe: 493 Erkrankte in Österreich] Wiener Zeitung  (нем.)
  22. Большая Российская энциклопедия: В 30 т. / Председатель науч.-ред. совета Ю. С. Осипов. Отв. ред С. Л. Кравец. Т. 1. А — Анкетирование. — М.: Большая Российская энциклопедия, 2005. — 766 с.: ил.: карт.
  23. Театральная энциклопедия. Гл. ред. С. С. Мокульский. Т. 1 — М.: Советская энциклопедия, 1961, 1214 стб. с илл., 12 л. илл.
  24. [www.russianvienna.com/index.php?option=com_content&view=article&id=66&Itemid=154 Новый Венский Журнал]
  25. </ol>

Литература

  • Ватлин А. Ю. Австрия в XX веке: учеб. Пособие для вузов. М., 2006
  • Ватлин А. Ю., Котов Б. С., Сорокин А. К. (и др.) СССР и Австрия на пути к Государственному договору. Страницы документальной истории 1945—1955. М.: Политическая энциклопедия. 2015—455 с.
  • Воцелка К. История Австрии. Культура, общество, политика. М. 2007
  • Жиряков И. Г. Советская оккупация Австрии: некоторые политико-правовые выводы и обобщения. // «Право и жизнь», № 112 (7), 2007
  • Котов Б.С. Переписка Сталина и Реннера/Историк, № 5, 2016
  • Кружков В.А. [www.russianvienna.com/index.php?option=com_content&view=article&id=749:2010-10-19-17-09-11&Itemid=396 Что такое австрийский нейтралитет] // Новый Венский журнал (октябрь, 2008). — Вена, 2008.
  • Кружков В. А. Как Австрия стала нейтральной // Международная жизнь, № 8-9, 2008
  • «Австрия. Вокруг Света. Путеводитель» И. К. Антонова, А. Г. Хропов — М., Вокруг Света — 2011 год, ISBN 978-5-98652-345-3

Ссылки

  • [www.homesoverseas.ru/articles/6060 Стоимость жизни в Австрии]
  • [www.oeamtc.at/index.php?type=menu&id=0280 Транспорт] (нем.)
  • Австрия в каталоге ссылок Open Directory Project (dmoz).
  • [www.statistik.at Статистика Австрии и ЕС] (нем.)
  • [www.russianaustria.at/ Русскоязычный портал Австрии] (рус.)
  • [www.oeamtc.at/index.php?type=menu&id=0280 Транспорт] (нем.)
  • [www.freeworldmaps.net/europe/austria/map.html Карта Австрии]
  • [www.mining-enc.ru/a/avstriya/ Австрия] на сайте «Горной энциклопедии»

Отрывок, характеризующий Австрия

– Он думает, и начальства нет? Разве без начальства можно? А то грабить то мало ли их.
– Что пустое говорить! – отзывалось в толпе. – Как же, так и бросят Москву то! Тебе на смех сказали, а ты и поверил. Мало ли войсков наших идет. Так его и пустили! На то начальство. Вон послушай, что народ то бает, – говорили, указывая на высокого малого.
У стены Китай города другая небольшая кучка людей окружала человека в фризовой шинели, держащего в руках бумагу.
– Указ, указ читают! Указ читают! – послышалось в толпе, и народ хлынул к чтецу.
Человек в фризовой шинели читал афишку от 31 го августа. Когда толпа окружила его, он как бы смутился, но на требование высокого малого, протеснившегося до него, он с легким дрожанием в голосе начал читать афишку сначала.
«Я завтра рано еду к светлейшему князю, – читал он (светлеющему! – торжественно, улыбаясь ртом и хмуря брови, повторил высокий малый), – чтобы с ним переговорить, действовать и помогать войскам истреблять злодеев; станем и мы из них дух… – продолжал чтец и остановился („Видал?“ – победоносно прокричал малый. – Он тебе всю дистанцию развяжет…»)… – искоренять и этих гостей к черту отправлять; я приеду назад к обеду, и примемся за дело, сделаем, доделаем и злодеев отделаем».
Последние слова были прочтены чтецом в совершенном молчании. Высокий малый грустно опустил голову. Очевидно было, что никто не понял этих последних слов. В особенности слова: «я приеду завтра к обеду», видимо, даже огорчили и чтеца и слушателей. Понимание народа было настроено на высокий лад, а это было слишком просто и ненужно понятно; это было то самое, что каждый из них мог бы сказать и что поэтому не мог говорить указ, исходящий от высшей власти.
Все стояли в унылом молчании. Высокий малый водил губами и пошатывался.
– У него спросить бы!.. Это сам и есть?.. Как же, успросил!.. А то что ж… Он укажет… – вдруг послышалось в задних рядах толпы, и общее внимание обратилось на выезжавшие на площадь дрожки полицеймейстера, сопутствуемого двумя конными драгунами.
Полицеймейстер, ездивший в это утро по приказанию графа сжигать барки и, по случаю этого поручения, выручивший большую сумму денег, находившуюся у него в эту минуту в кармане, увидав двинувшуюся к нему толпу людей, приказал кучеру остановиться.
– Что за народ? – крикнул он на людей, разрозненно и робко приближавшихся к дрожкам. – Что за народ? Я вас спрашиваю? – повторил полицеймейстер, не получавший ответа.
– Они, ваше благородие, – сказал приказный во фризовой шинели, – они, ваше высокородие, по объявлению сиятельнейшего графа, не щадя живота, желали послужить, а не то чтобы бунт какой, как сказано от сиятельнейшего графа…
– Граф не уехал, он здесь, и об вас распоряжение будет, – сказал полицеймейстер. – Пошел! – сказал он кучеру. Толпа остановилась, скучиваясь около тех, которые слышали то, что сказало начальство, и глядя на отъезжающие дрожки.
Полицеймейстер в это время испуганно оглянулся, что то сказал кучеру, и лошади его поехали быстрее.
– Обман, ребята! Веди к самому! – крикнул голос высокого малого. – Не пущай, ребята! Пущай отчет подаст! Держи! – закричали голоса, и народ бегом бросился за дрожками.
Толпа за полицеймейстером с шумным говором направилась на Лубянку.
– Что ж, господа да купцы повыехали, а мы за то и пропадаем? Что ж, мы собаки, что ль! – слышалось чаще в толпе.


Вечером 1 го сентября, после своего свидания с Кутузовым, граф Растопчин, огорченный и оскорбленный тем, что его не пригласили на военный совет, что Кутузов не обращал никакого внимания на его предложение принять участие в защите столицы, и удивленный новым открывшимся ему в лагере взглядом, при котором вопрос о спокойствии столицы и о патриотическом ее настроении оказывался не только второстепенным, но совершенно ненужным и ничтожным, – огорченный, оскорбленный и удивленный всем этим, граф Растопчин вернулся в Москву. Поужинав, граф, не раздеваясь, прилег на канапе и в первом часу был разбужен курьером, который привез ему письмо от Кутузова. В письме говорилось, что так как войска отступают на Рязанскую дорогу за Москву, то не угодно ли графу выслать полицейских чиновников, для проведения войск через город. Известие это не было новостью для Растопчина. Не только со вчерашнего свиданья с Кутузовым на Поклонной горе, но и с самого Бородинского сражения, когда все приезжавшие в Москву генералы в один голос говорили, что нельзя дать еще сражения, и когда с разрешения графа каждую ночь уже вывозили казенное имущество и жители до половины повыехали, – граф Растопчин знал, что Москва будет оставлена; но тем не менее известие это, сообщенное в форме простой записки с приказанием от Кутузова и полученное ночью, во время первого сна, удивило и раздражило графа.
Впоследствии, объясняя свою деятельность за это время, граф Растопчин в своих записках несколько раз писал, что у него тогда было две важные цели: De maintenir la tranquillite a Moscou et d'en faire partir les habitants. [Сохранить спокойствие в Москве и выпроводить из нее жителей.] Если допустить эту двоякую цель, всякое действие Растопчина оказывается безукоризненным. Для чего не вывезена московская святыня, оружие, патроны, порох, запасы хлеба, для чего тысячи жителей обмануты тем, что Москву не сдадут, и разорены? – Для того, чтобы соблюсти спокойствие в столице, отвечает объяснение графа Растопчина. Для чего вывозились кипы ненужных бумаг из присутственных мест и шар Леппиха и другие предметы? – Для того, чтобы оставить город пустым, отвечает объяснение графа Растопчина. Стоит только допустить, что что нибудь угрожало народному спокойствию, и всякое действие становится оправданным.
Все ужасы террора основывались только на заботе о народном спокойствии.
На чем же основывался страх графа Растопчина о народном спокойствии в Москве в 1812 году? Какая причина была предполагать в городе склонность к возмущению? Жители уезжали, войска, отступая, наполняли Москву. Почему должен был вследствие этого бунтовать народ?
Не только в Москве, но во всей России при вступлении неприятеля не произошло ничего похожего на возмущение. 1 го, 2 го сентября более десяти тысяч людей оставалось в Москве, и, кроме толпы, собравшейся на дворе главнокомандующего и привлеченной им самим, – ничего не было. Очевидно, что еще менее надо было ожидать волнения в народе, ежели бы после Бородинского сражения, когда оставление Москвы стало очевидно, или, по крайней мере, вероятно, – ежели бы тогда вместо того, чтобы волновать народ раздачей оружия и афишами, Растопчин принял меры к вывозу всей святыни, пороху, зарядов и денег и прямо объявил бы народу, что город оставляется.
Растопчин, пылкий, сангвинический человек, всегда вращавшийся в высших кругах администрации, хотя в с патриотическим чувством, не имел ни малейшего понятия о том народе, которым он думал управлять. С самого начала вступления неприятеля в Смоленск Растопчин в воображении своем составил для себя роль руководителя народного чувства – сердца России. Ему не только казалось (как это кажется каждому администратору), что он управлял внешними действиями жителей Москвы, но ему казалось, что он руководил их настроением посредством своих воззваний и афиш, писанных тем ёрническим языком, который в своей среде презирает народ и которого он не понимает, когда слышит его сверху. Красивая роль руководителя народного чувства так понравилась Растопчину, он так сжился с нею, что необходимость выйти из этой роли, необходимость оставления Москвы без всякого героического эффекта застала его врасплох, и он вдруг потерял из под ног почву, на которой стоял, в решительно не знал, что ему делать. Он хотя и знал, но не верил всею душою до последней минуты в оставление Москвы и ничего не делал с этой целью. Жители выезжали против его желания. Ежели вывозили присутственные места, то только по требованию чиновников, с которыми неохотно соглашался граф. Сам же он был занят только тою ролью, которую он для себя сделал. Как это часто бывает с людьми, одаренными пылким воображением, он знал уже давно, что Москву оставят, но знал только по рассуждению, но всей душой не верил в это, не перенесся воображением в это новое положение.
Вся деятельность его, старательная и энергическая (насколько она была полезна и отражалась на народ – это другой вопрос), вся деятельность его была направлена только на то, чтобы возбудить в жителях то чувство, которое он сам испытывал, – патриотическую ненависть к французам и уверенность в себе.
Но когда событие принимало свои настоящие, исторические размеры, когда оказалось недостаточным только словами выражать свою ненависть к французам, когда нельзя было даже сражением выразить эту ненависть, когда уверенность в себе оказалась бесполезною по отношению к одному вопросу Москвы, когда все население, как один человек, бросая свои имущества, потекло вон из Москвы, показывая этим отрицательным действием всю силу своего народного чувства, – тогда роль, выбранная Растопчиным, оказалась вдруг бессмысленной. Он почувствовал себя вдруг одиноким, слабым и смешным, без почвы под ногами.
Получив, пробужденный от сна, холодную и повелительную записку от Кутузова, Растопчин почувствовал себя тем более раздраженным, чем более он чувствовал себя виновным. В Москве оставалось все то, что именно было поручено ему, все то казенное, что ему должно было вывезти. Вывезти все не было возможности.
«Кто же виноват в этом, кто допустил до этого? – думал он. – Разумеется, не я. У меня все было готово, я держал Москву вот как! И вот до чего они довели дело! Мерзавцы, изменники!» – думал он, не определяя хорошенько того, кто были эти мерзавцы и изменники, но чувствуя необходимость ненавидеть этих кого то изменников, которые были виноваты в том фальшивом и смешном положении, в котором он находился.
Всю эту ночь граф Растопчин отдавал приказания, за которыми со всех сторон Москвы приезжали к нему. Приближенные никогда не видали графа столь мрачным и раздраженным.
«Ваше сиятельство, из вотчинного департамента пришли, от директора за приказаниями… Из консистории, из сената, из университета, из воспитательного дома, викарный прислал… спрашивает… О пожарной команде как прикажете? Из острога смотритель… из желтого дома смотритель…» – всю ночь, не переставая, докладывали графу.
На все эта вопросы граф давал короткие и сердитые ответы, показывавшие, что приказания его теперь не нужны, что все старательно подготовленное им дело теперь испорчено кем то и что этот кто то будет нести всю ответственность за все то, что произойдет теперь.
– Ну, скажи ты этому болвану, – отвечал он на запрос от вотчинного департамента, – чтоб он оставался караулить свои бумаги. Ну что ты спрашиваешь вздор о пожарной команде? Есть лошади – пускай едут во Владимир. Не французам оставлять.
– Ваше сиятельство, приехал надзиратель из сумасшедшего дома, как прикажете?
– Как прикажу? Пускай едут все, вот и всё… А сумасшедших выпустить в городе. Когда у нас сумасшедшие армиями командуют, так этим и бог велел.
На вопрос о колодниках, которые сидели в яме, граф сердито крикнул на смотрителя:
– Что ж, тебе два батальона конвоя дать, которого нет? Пустить их, и всё!
– Ваше сиятельство, есть политические: Мешков, Верещагин.
– Верещагин! Он еще не повешен? – крикнул Растопчин. – Привести его ко мне.


К девяти часам утра, когда войска уже двинулись через Москву, никто больше не приходил спрашивать распоряжений графа. Все, кто мог ехать, ехали сами собой; те, кто оставались, решали сами с собой, что им надо было делать.
Граф велел подавать лошадей, чтобы ехать в Сокольники, и, нахмуренный, желтый и молчаливый, сложив руки, сидел в своем кабинете.
Каждому администратору в спокойное, не бурное время кажется, что только его усилиями движется всо ему подведомственное народонаселение, и в этом сознании своей необходимости каждый администратор чувствует главную награду за свои труды и усилия. Понятно, что до тех пор, пока историческое море спокойно, правителю администратору, с своей утлой лодочкой упирающемуся шестом в корабль народа и самому двигающемуся, должно казаться, что его усилиями двигается корабль, в который он упирается. Но стоит подняться буре, взволноваться морю и двинуться самому кораблю, и тогда уж заблуждение невозможно. Корабль идет своим громадным, независимым ходом, шест не достает до двинувшегося корабля, и правитель вдруг из положения властителя, источника силы, переходит в ничтожного, бесполезного и слабого человека.
Растопчин чувствовал это, и это то раздражало его. Полицеймейстер, которого остановила толпа, вместе с адъютантом, который пришел доложить, что лошади готовы, вошли к графу. Оба были бледны, и полицеймейстер, передав об исполнении своего поручения, сообщил, что на дворе графа стояла огромная толпа народа, желавшая его видеть.
Растопчин, ни слова не отвечая, встал и быстрыми шагами направился в свою роскошную светлую гостиную, подошел к двери балкона, взялся за ручку, оставил ее и перешел к окну, из которого виднее была вся толпа. Высокий малый стоял в передних рядах и с строгим лицом, размахивая рукой, говорил что то. Окровавленный кузнец с мрачным видом стоял подле него. Сквозь закрытые окна слышен был гул голосов.
– Готов экипаж? – сказал Растопчин, отходя от окна.
– Готов, ваше сиятельство, – сказал адъютант.
Растопчин опять подошел к двери балкона.
– Да чего они хотят? – спросил он у полицеймейстера.
– Ваше сиятельство, они говорят, что собрались идти на французов по вашему приказанью, про измену что то кричали. Но буйная толпа, ваше сиятельство. Я насилу уехал. Ваше сиятельство, осмелюсь предложить…
– Извольте идти, я без вас знаю, что делать, – сердито крикнул Растопчин. Он стоял у двери балкона, глядя на толпу. «Вот что они сделали с Россией! Вот что они сделали со мной!» – думал Растопчин, чувствуя поднимающийся в своей душе неудержимый гнев против кого то того, кому можно было приписать причину всего случившегося. Как это часто бывает с горячими людьми, гнев уже владел им, но он искал еще для него предмета. «La voila la populace, la lie du peuple, – думал он, глядя на толпу, – la plebe qu'ils ont soulevee par leur sottise. Il leur faut une victime, [„Вот он, народец, эти подонки народонаселения, плебеи, которых они подняли своею глупостью! Им нужна жертва“.] – пришло ему в голову, глядя на размахивающего рукой высокого малого. И по тому самому это пришло ему в голову, что ему самому нужна была эта жертва, этот предмет для своего гнева.
– Готов экипаж? – в другой раз спросил он.
– Готов, ваше сиятельство. Что прикажете насчет Верещагина? Он ждет у крыльца, – отвечал адъютант.
– А! – вскрикнул Растопчин, как пораженный каким то неожиданным воспоминанием.
И, быстро отворив дверь, он вышел решительными шагами на балкон. Говор вдруг умолк, шапки и картузы снялись, и все глаза поднялись к вышедшему графу.
– Здравствуйте, ребята! – сказал граф быстро и громко. – Спасибо, что пришли. Я сейчас выйду к вам, но прежде всего нам надо управиться с злодеем. Нам надо наказать злодея, от которого погибла Москва. Подождите меня! – И граф так же быстро вернулся в покои, крепко хлопнув дверью.
По толпе пробежал одобрительный ропот удовольствия. «Он, значит, злодеев управит усех! А ты говоришь француз… он тебе всю дистанцию развяжет!» – говорили люди, как будто упрекая друг друга в своем маловерии.
Через несколько минут из парадных дверей поспешно вышел офицер, приказал что то, и драгуны вытянулись. Толпа от балкона жадно подвинулась к крыльцу. Выйдя гневно быстрыми шагами на крыльцо, Растопчин поспешно оглянулся вокруг себя, как бы отыскивая кого то.
– Где он? – сказал граф, и в ту же минуту, как он сказал это, он увидал из за угла дома выходившего между, двух драгун молодого человека с длинной тонкой шеей, с до половины выбритой и заросшей головой. Молодой человек этот был одет в когда то щегольской, крытый синим сукном, потертый лисий тулупчик и в грязные посконные арестантские шаровары, засунутые в нечищеные, стоптанные тонкие сапоги. На тонких, слабых ногах тяжело висели кандалы, затруднявшие нерешительную походку молодого человека.
– А ! – сказал Растопчин, поспешно отворачивая свой взгляд от молодого человека в лисьем тулупчике и указывая на нижнюю ступеньку крыльца. – Поставьте его сюда! – Молодой человек, брянча кандалами, тяжело переступил на указываемую ступеньку, придержав пальцем нажимавший воротник тулупчика, повернул два раза длинной шеей и, вздохнув, покорным жестом сложил перед животом тонкие, нерабочие руки.
Несколько секунд, пока молодой человек устанавливался на ступеньке, продолжалось молчание. Только в задних рядах сдавливающихся к одному месту людей слышались кряхтенье, стоны, толчки и топот переставляемых ног.
Растопчин, ожидая того, чтобы он остановился на указанном месте, хмурясь потирал рукою лицо.
– Ребята! – сказал Растопчин металлически звонким голосом, – этот человек, Верещагин – тот самый мерзавец, от которого погибла Москва.
Молодой человек в лисьем тулупчике стоял в покорной позе, сложив кисти рук вместе перед животом и немного согнувшись. Исхудалое, с безнадежным выражением, изуродованное бритою головой молодое лицо его было опущено вниз. При первых словах графа он медленно поднял голову и поглядел снизу на графа, как бы желая что то сказать ему или хоть встретить его взгляд. Но Растопчин не смотрел на него. На длинной тонкой шее молодого человека, как веревка, напружилась и посинела жила за ухом, и вдруг покраснело лицо.
Все глаза были устремлены на него. Он посмотрел на толпу, и, как бы обнадеженный тем выражением, которое он прочел на лицах людей, он печально и робко улыбнулся и, опять опустив голову, поправился ногами на ступеньке.
– Он изменил своему царю и отечеству, он передался Бонапарту, он один из всех русских осрамил имя русского, и от него погибает Москва, – говорил Растопчин ровным, резким голосом; но вдруг быстро взглянул вниз на Верещагина, продолжавшего стоять в той же покорной позе. Как будто взгляд этот взорвал его, он, подняв руку, закричал почти, обращаясь к народу: – Своим судом расправляйтесь с ним! отдаю его вам!
Народ молчал и только все теснее и теснее нажимал друг на друга. Держать друг друга, дышать в этой зараженной духоте, не иметь силы пошевелиться и ждать чего то неизвестного, непонятного и страшного становилось невыносимо. Люди, стоявшие в передних рядах, видевшие и слышавшие все то, что происходило перед ними, все с испуганно широко раскрытыми глазами и разинутыми ртами, напрягая все свои силы, удерживали на своих спинах напор задних.
– Бей его!.. Пускай погибнет изменник и не срамит имя русского! – закричал Растопчин. – Руби! Я приказываю! – Услыхав не слова, но гневные звуки голоса Растопчина, толпа застонала и надвинулась, но опять остановилась.
– Граф!.. – проговорил среди опять наступившей минутной тишины робкий и вместе театральный голос Верещагина. – Граф, один бог над нами… – сказал Верещагин, подняв голову, и опять налилась кровью толстая жила на его тонкой шее, и краска быстро выступила и сбежала с его лица. Он не договорил того, что хотел сказать.
– Руби его! Я приказываю!.. – прокричал Растопчин, вдруг побледнев так же, как Верещагин.
– Сабли вон! – крикнул офицер драгунам, сам вынимая саблю.
Другая еще сильнейшая волна взмыла по народу, и, добежав до передних рядов, волна эта сдвинула переднии, шатая, поднесла к самым ступеням крыльца. Высокий малый, с окаменелым выражением лица и с остановившейся поднятой рукой, стоял рядом с Верещагиным.
– Руби! – прошептал почти офицер драгунам, и один из солдат вдруг с исказившимся злобой лицом ударил Верещагина тупым палашом по голове.
«А!» – коротко и удивленно вскрикнул Верещагин, испуганно оглядываясь и как будто не понимая, зачем это было с ним сделано. Такой же стон удивления и ужаса пробежал по толпе.
«О господи!» – послышалось чье то печальное восклицание.
Но вслед за восклицанием удивления, вырвавшимся У Верещагина, он жалобно вскрикнул от боли, и этот крик погубил его. Та натянутая до высшей степени преграда человеческого чувства, которая держала еще толпу, прорвалось мгновенно. Преступление было начато, необходимо было довершить его. Жалобный стон упрека был заглушен грозным и гневным ревом толпы. Как последний седьмой вал, разбивающий корабли, взмыла из задних рядов эта последняя неудержимая волна, донеслась до передних, сбила их и поглотила все. Ударивший драгун хотел повторить свой удар. Верещагин с криком ужаса, заслонясь руками, бросился к народу. Высокий малый, на которого он наткнулся, вцепился руками в тонкую шею Верещагина и с диким криком, с ним вместе, упал под ноги навалившегося ревущего народа.
Одни били и рвали Верещагина, другие высокого малого. И крики задавленных людей и тех, которые старались спасти высокого малого, только возбуждали ярость толпы. Долго драгуны не могли освободить окровавленного, до полусмерти избитого фабричного. И долго, несмотря на всю горячечную поспешность, с которою толпа старалась довершить раз начатое дело, те люди, которые били, душили и рвали Верещагина, не могли убить его; но толпа давила их со всех сторон, с ними в середине, как одна масса, колыхалась из стороны в сторону и не давала им возможности ни добить, ни бросить его.
«Топором то бей, что ли?.. задавили… Изменщик, Христа продал!.. жив… живущ… по делам вору мука. Запором то!.. Али жив?»
Только когда уже перестала бороться жертва и вскрики ее заменились равномерным протяжным хрипеньем, толпа стала торопливо перемещаться около лежащего, окровавленного трупа. Каждый подходил, взглядывал на то, что было сделано, и с ужасом, упреком и удивлением теснился назад.
«О господи, народ то что зверь, где же живому быть!» – слышалось в толпе. – И малый то молодой… должно, из купцов, то то народ!.. сказывают, не тот… как же не тот… О господи… Другого избили, говорят, чуть жив… Эх, народ… Кто греха не боится… – говорили теперь те же люди, с болезненно жалостным выражением глядя на мертвое тело с посиневшим, измазанным кровью и пылью лицом и с разрубленной длинной тонкой шеей.
Полицейский старательный чиновник, найдя неприличным присутствие трупа на дворе его сиятельства, приказал драгунам вытащить тело на улицу. Два драгуна взялись за изуродованные ноги и поволокли тело. Окровавленная, измазанная в пыли, мертвая бритая голова на длинной шее, подворачиваясь, волочилась по земле. Народ жался прочь от трупа.
В то время как Верещагин упал и толпа с диким ревом стеснилась и заколыхалась над ним, Растопчин вдруг побледнел, и вместо того чтобы идти к заднему крыльцу, у которого ждали его лошади, он, сам не зная куда и зачем, опустив голову, быстрыми шагами пошел по коридору, ведущему в комнаты нижнего этажа. Лицо графа было бледно, и он не мог остановить трясущуюся, как в лихорадке, нижнюю челюсть.
– Ваше сиятельство, сюда… куда изволите?.. сюда пожалуйте, – проговорил сзади его дрожащий, испуганный голос. Граф Растопчин не в силах был ничего отвечать и, послушно повернувшись, пошел туда, куда ему указывали. У заднего крыльца стояла коляска. Далекий гул ревущей толпы слышался и здесь. Граф Растопчин торопливо сел в коляску и велел ехать в свой загородный дом в Сокольниках. Выехав на Мясницкую и не слыша больше криков толпы, граф стал раскаиваться. Он с неудовольствием вспомнил теперь волнение и испуг, которые он выказал перед своими подчиненными. «La populace est terrible, elle est hideuse, – думал он по французски. – Ils sont сошше les loups qu'on ne peut apaiser qu'avec de la chair. [Народная толпа страшна, она отвратительна. Они как волки: их ничем не удовлетворишь, кроме мяса.] „Граф! один бог над нами!“ – вдруг вспомнились ему слова Верещагина, и неприятное чувство холода пробежало по спине графа Растопчина. Но чувство это было мгновенно, и граф Растопчин презрительно улыбнулся сам над собою. „J'avais d'autres devoirs, – подумал он. – Il fallait apaiser le peuple. Bien d'autres victimes ont peri et perissent pour le bien publique“, [У меня были другие обязанности. Следовало удовлетворить народ. Много других жертв погибло и гибнет для общественного блага.] – и он стал думать о тех общих обязанностях, которые он имел в отношении своего семейства, своей (порученной ему) столице и о самом себе, – не как о Федоре Васильевиче Растопчине (он полагал, что Федор Васильевич Растопчин жертвует собою для bien publique [общественного блага]), но о себе как о главнокомандующем, о представителе власти и уполномоченном царя. „Ежели бы я был только Федор Васильевич, ma ligne de conduite aurait ete tout autrement tracee, [путь мой был бы совсем иначе начертан,] но я должен был сохранить и жизнь и достоинство главнокомандующего“.
Слегка покачиваясь на мягких рессорах экипажа и не слыша более страшных звуков толпы, Растопчин физически успокоился, и, как это всегда бывает, одновременно с физическим успокоением ум подделал для него и причины нравственного успокоения. Мысль, успокоившая Растопчина, была не новая. С тех пор как существует мир и люди убивают друг друга, никогда ни один человек не совершил преступления над себе подобным, не успокоивая себя этой самой мыслью. Мысль эта есть le bien publique [общественное благо], предполагаемое благо других людей.
Для человека, не одержимого страстью, благо это никогда не известно; но человек, совершающий преступление, всегда верно знает, в чем состоит это благо. И Растопчин теперь знал это.
Он не только в рассуждениях своих не упрекал себя в сделанном им поступке, но находил причины самодовольства в том, что он так удачно умел воспользоваться этим a propos [удобным случаем] – наказать преступника и вместе с тем успокоить толпу.
«Верещагин был судим и приговорен к смертной казни, – думал Растопчин (хотя Верещагин сенатом был только приговорен к каторжной работе). – Он был предатель и изменник; я не мог оставить его безнаказанным, и потом je faisais d'une pierre deux coups [одним камнем делал два удара]; я для успокоения отдавал жертву народу и казнил злодея».
Приехав в свой загородный дом и занявшись домашними распоряжениями, граф совершенно успокоился.
Через полчаса граф ехал на быстрых лошадях через Сокольничье поле, уже не вспоминая о том, что было, и думая и соображая только о том, что будет. Он ехал теперь к Яузскому мосту, где, ему сказали, был Кутузов. Граф Растопчин готовил в своем воображении те гневные в колкие упреки, которые он выскажет Кутузову за его обман. Он даст почувствовать этой старой придворной лисице, что ответственность за все несчастия, имеющие произойти от оставления столицы, от погибели России (как думал Растопчин), ляжет на одну его выжившую из ума старую голову. Обдумывая вперед то, что он скажет ему, Растопчин гневно поворачивался в коляске и сердито оглядывался по сторонам.
Сокольничье поле было пустынно. Только в конце его, у богадельни и желтого дома, виднелась кучки людей в белых одеждах и несколько одиноких, таких же людей, которые шли по полю, что то крича и размахивая руками.
Один вз них бежал наперерез коляске графа Растопчина. И сам граф Растопчин, и его кучер, и драгуны, все смотрели с смутным чувством ужаса и любопытства на этих выпущенных сумасшедших и в особенности на того, который подбегал к вим.
Шатаясь на своих длинных худых ногах, в развевающемся халате, сумасшедший этот стремительно бежал, не спуская глаз с Растопчина, крича ему что то хриплым голосом и делая знаки, чтобы он остановился. Обросшее неровными клочками бороды, сумрачное и торжественное лицо сумасшедшего было худо и желто. Черные агатовые зрачки его бегали низко и тревожно по шафранно желтым белкам.
– Стой! Остановись! Я говорю! – вскрикивал он пронзительно и опять что то, задыхаясь, кричал с внушительными интонациями в жестами.
Он поравнялся с коляской и бежал с ней рядом.
– Трижды убили меня, трижды воскресал из мертвых. Они побили каменьями, распяли меня… Я воскресну… воскресну… воскресну. Растерзали мое тело. Царствие божие разрушится… Трижды разрушу и трижды воздвигну его, – кричал он, все возвышая и возвышая голос. Граф Растопчин вдруг побледнел так, как он побледнел тогда, когда толпа бросилась на Верещагина. Он отвернулся.
– Пош… пошел скорее! – крикнул он на кучера дрожащим голосом.
Коляска помчалась во все ноги лошадей; но долго еще позади себя граф Растопчин слышал отдаляющийся безумный, отчаянный крик, а перед глазами видел одно удивленно испуганное, окровавленное лицо изменника в меховом тулупчике.
Как ни свежо было это воспоминание, Растопчин чувствовал теперь, что оно глубоко, до крови, врезалось в его сердце. Он ясно чувствовал теперь, что кровавый след этого воспоминания никогда не заживет, но что, напротив, чем дальше, тем злее, мучительнее будет жить до конца жизни это страшное воспоминание в его сердце. Он слышал, ему казалось теперь, звуки своих слов:
«Руби его, вы головой ответите мне!» – «Зачем я сказал эти слова! Как то нечаянно сказал… Я мог не сказать их (думал он): тогда ничего бы не было». Он видел испуганное и потом вдруг ожесточившееся лицо ударившего драгуна и взгляд молчаливого, робкого упрека, который бросил на него этот мальчик в лисьем тулупе… «Но я не для себя сделал это. Я должен был поступить так. La plebe, le traitre… le bien publique», [Чернь, злодей… общественное благо.] – думал он.
У Яузского моста все еще теснилось войско. Было жарко. Кутузов, нахмуренный, унылый, сидел на лавке около моста и плетью играл по песку, когда с шумом подскакала к нему коляска. Человек в генеральском мундире, в шляпе с плюмажем, с бегающими не то гневными, не то испуганными глазами подошел к Кутузову и стал по французски говорить ему что то. Это был граф Растопчин. Он говорил Кутузову, что явился сюда, потому что Москвы и столицы нет больше и есть одна армия.
– Было бы другое, ежели бы ваша светлость не сказали мне, что вы не сдадите Москвы, не давши еще сражения: всего этого не было бы! – сказал он.
Кутузов глядел на Растопчина и, как будто не понимая значения обращенных к нему слов, старательно усиливался прочесть что то особенное, написанное в эту минуту на лице говорившего с ним человека. Растопчин, смутившись, замолчал. Кутузов слегка покачал головой и, не спуская испытующего взгляда с лица Растопчина, тихо проговорил:
– Да, я не отдам Москвы, не дав сражения.
Думал ли Кутузов совершенно о другом, говоря эти слова, или нарочно, зная их бессмысленность, сказал их, но граф Растопчин ничего не ответил и поспешно отошел от Кутузова. И странное дело! Главнокомандующий Москвы, гордый граф Растопчин, взяв в руки нагайку, подошел к мосту и стал с криком разгонять столпившиеся повозки.


В четвертом часу пополудни войска Мюрата вступали в Москву. Впереди ехал отряд виртембергских гусар, позади верхом, с большой свитой, ехал сам неаполитанский король.
Около середины Арбата, близ Николы Явленного, Мюрат остановился, ожидая известия от передового отряда о том, в каком положении находилась городская крепость «le Kremlin».
Вокруг Мюрата собралась небольшая кучка людей из остававшихся в Москве жителей. Все с робким недоумением смотрели на странного, изукрашенного перьями и золотом длинноволосого начальника.
– Что ж, это сам, что ли, царь ихний? Ничево! – слышались тихие голоса.
Переводчик подъехал к кучке народа.
– Шапку то сними… шапку то, – заговорили в толпе, обращаясь друг к другу. Переводчик обратился к одному старому дворнику и спросил, далеко ли до Кремля? Дворник, прислушиваясь с недоумением к чуждому ему польскому акценту и не признавая звуков говора переводчика за русскую речь, не понимал, что ему говорили, и прятался за других.
Мюрат подвинулся к переводчику в велел спросить, где русские войска. Один из русских людей понял, чего у него спрашивали, и несколько голосов вдруг стали отвечать переводчику. Французский офицер из передового отряда подъехал к Мюрату и доложил, что ворота в крепость заделаны и что, вероятно, там засада.
– Хорошо, – сказал Мюрат и, обратившись к одному из господ своей свиты, приказал выдвинуть четыре легких орудия и обстрелять ворота.
Артиллерия на рысях выехала из за колонны, шедшей за Мюратом, и поехала по Арбату. Спустившись до конца Вздвиженки, артиллерия остановилась и выстроилась на площади. Несколько французских офицеров распоряжались пушками, расстанавливая их, и смотрели в Кремль в зрительную трубу.
В Кремле раздавался благовест к вечерне, и этот звон смущал французов. Они предполагали, что это был призыв к оружию. Несколько человек пехотных солдат побежали к Кутафьевским воротам. В воротах лежали бревна и тесовые щиты. Два ружейные выстрела раздались из под ворот, как только офицер с командой стал подбегать к ним. Генерал, стоявший у пушек, крикнул офицеру командные слова, и офицер с солдатами побежал назад.
Послышалось еще три выстрела из ворот.
Один выстрел задел в ногу французского солдата, и странный крик немногих голосов послышался из за щитов. На лицах французского генерала, офицеров и солдат одновременно, как по команде, прежнее выражение веселости и спокойствия заменилось упорным, сосредоточенным выражением готовности на борьбу и страдания. Для них всех, начиная от маршала и до последнего солдата, это место не было Вздвиженка, Моховая, Кутафья и Троицкие ворота, а это была новая местность нового поля, вероятно, кровопролитного сражения. И все приготовились к этому сражению. Крики из ворот затихли. Орудия были выдвинуты. Артиллеристы сдули нагоревшие пальники. Офицер скомандовал «feu!» [пали!], и два свистящие звука жестянок раздались один за другим. Картечные пули затрещали по камню ворот, бревнам и щитам; и два облака дыма заколебались на площади.
Несколько мгновений после того, как затихли перекаты выстрелов по каменному Кремлю, странный звук послышался над головами французов. Огромная стая галок поднялась над стенами и, каркая и шумя тысячами крыл, закружилась в воздухе. Вместе с этим звуком раздался человеческий одинокий крик в воротах, и из за дыма появилась фигура человека без шапки, в кафтане. Держа ружье, он целился во французов. Feu! – повторил артиллерийский офицер, и в одно и то же время раздались один ружейный и два орудийных выстрела. Дым опять закрыл ворота.
За щитами больше ничего не шевелилось, и пехотные французские солдаты с офицерами пошли к воротам. В воротах лежало три раненых и четыре убитых человека. Два человека в кафтанах убегали низом, вдоль стен, к Знаменке.
– Enlevez moi ca, [Уберите это,] – сказал офицер, указывая на бревна и трупы; и французы, добив раненых, перебросили трупы вниз за ограду. Кто были эти люди, никто не знал. «Enlevez moi ca», – сказано только про них, и их выбросили и прибрали потом, чтобы они не воняли. Один Тьер посвятил их памяти несколько красноречивых строк: «Ces miserables avaient envahi la citadelle sacree, s'etaient empares des fusils de l'arsenal, et tiraient (ces miserables) sur les Francais. On en sabra quelques'uns et on purgea le Kremlin de leur presence. [Эти несчастные наполнили священную крепость, овладели ружьями арсенала и стреляли во французов. Некоторых из них порубили саблями, и очистили Кремль от их присутствия.]
Мюрату было доложено, что путь расчищен. Французы вошли в ворота и стали размещаться лагерем на Сенатской площади. Солдаты выкидывали стулья из окон сената на площадь и раскладывали огни.
Другие отряды проходили через Кремль и размещались по Маросейке, Лубянке, Покровке. Третьи размещались по Вздвиженке, Знаменке, Никольской, Тверской. Везде, не находя хозяев, французы размещались не как в городе на квартирах, а как в лагере, который расположен в городе.
Хотя и оборванные, голодные, измученные и уменьшенные до 1/3 части своей прежней численности, французские солдаты вступили в Москву еще в стройном порядке. Это было измученное, истощенное, но еще боевое и грозное войско. Но это было войско только до той минуты, пока солдаты этого войска не разошлись по квартирам. Как только люди полков стали расходиться по пустым и богатым домам, так навсегда уничтожалось войско и образовались не жители и не солдаты, а что то среднее, называемое мародерами. Когда, через пять недель, те же самые люди вышли из Москвы, они уже не составляли более войска. Это была толпа мародеров, из которых каждый вез или нес с собой кучу вещей, которые ему казались ценны и нужны. Цель каждого из этих людей при выходе из Москвы не состояла, как прежде, в том, чтобы завоевать, а только в том, чтобы удержать приобретенное. Подобно той обезьяне, которая, запустив руку в узкое горло кувшина и захватив горсть орехов, не разжимает кулака, чтобы не потерять схваченного, и этим губит себя, французы, при выходе из Москвы, очевидно, должны были погибнуть вследствие того, что они тащили с собой награбленное, но бросить это награбленное им было так же невозможно, как невозможно обезьяне разжать горсть с орехами. Через десять минут после вступления каждого французского полка в какой нибудь квартал Москвы, не оставалось ни одного солдата и офицера. В окнах домов видны были люди в шинелях и штиблетах, смеясь прохаживающиеся по комнатам; в погребах, в подвалах такие же люди хозяйничали с провизией; на дворах такие же люди отпирали или отбивали ворота сараев и конюшен; в кухнях раскладывали огни, с засученными руками пекли, месили и варили, пугали, смешили и ласкали женщин и детей. И этих людей везде, и по лавкам и по домам, было много; но войска уже не было.
В тот же день приказ за приказом отдавались французскими начальниками о том, чтобы запретить войскам расходиться по городу, строго запретить насилия жителей и мародерство, о том, чтобы нынче же вечером сделать общую перекличку; но, несмотря ни на какие меры. люди, прежде составлявшие войско, расплывались по богатому, обильному удобствами и запасами, пустому городу. Как голодное стадо идет в куче по голому полю, но тотчас же неудержимо разбредается, как только нападает на богатые пастбища, так же неудержимо разбредалось и войско по богатому городу.
Жителей в Москве не было, и солдаты, как вода в песок, всачивались в нее и неудержимой звездой расплывались во все стороны от Кремля, в который они вошли прежде всего. Солдаты кавалеристы, входя в оставленный со всем добром купеческий дом и находя стойла не только для своих лошадей, но и лишние, все таки шли рядом занимать другой дом, который им казался лучше. Многие занимали несколько домов, надписывая мелом, кем он занят, и спорили и даже дрались с другими командами. Не успев поместиться еще, солдаты бежали на улицу осматривать город и, по слуху о том, что все брошено, стремились туда, где можно было забрать даром ценные вещи. Начальники ходили останавливать солдат и сами вовлекались невольно в те же действия. В Каретном ряду оставались лавки с экипажами, и генералы толпились там, выбирая себе коляски и кареты. Остававшиеся жители приглашали к себе начальников, надеясь тем обеспечиться от грабежа. Богатств было пропасть, и конца им не видно было; везде, кругом того места, которое заняли французы, были еще неизведанные, незанятые места, в которых, как казалось французам, было еще больше богатств. И Москва все дальше и дальше всасывала их в себя. Точно, как вследствие того, что нальется вода на сухую землю, исчезает вода и сухая земля; точно так же вследствие того, что голодное войско вошло в обильный, пустой город, уничтожилось войско, и уничтожился обильный город; и сделалась грязь, сделались пожары и мародерство.

Французы приписывали пожар Москвы au patriotisme feroce de Rastopchine [дикому патриотизму Растопчина]; русские – изуверству французов. В сущности же, причин пожара Москвы в том смысле, чтобы отнести пожар этот на ответственность одного или несколько лиц, таких причин не было и не могло быть. Москва сгорела вследствие того, что она была поставлена в такие условия, при которых всякий деревянный город должен сгореть, независимо от того, имеются ли или не имеются в городе сто тридцать плохих пожарных труб. Москва должна была сгореть вследствие того, что из нее выехали жители, и так же неизбежно, как должна загореться куча стружек, на которую в продолжение нескольких дней будут сыпаться искры огня. Деревянный город, в котором при жителях владельцах домов и при полиции бывают летом почти каждый день пожары, не может не сгореть, когда в нем нет жителей, а живут войска, курящие трубки, раскладывающие костры на Сенатской площади из сенатских стульев и варящие себе есть два раза в день. Стоит в мирное время войскам расположиться на квартирах по деревням в известной местности, и количество пожаров в этой местности тотчас увеличивается. В какой же степени должна увеличиться вероятность пожаров в пустом деревянном городе, в котором расположится чужое войско? Le patriotisme feroce de Rastopchine и изуверство французов тут ни в чем не виноваты. Москва загорелась от трубок, от кухонь, от костров, от неряшливости неприятельских солдат, жителей – не хозяев домов. Ежели и были поджоги (что весьма сомнительно, потому что поджигать никому не было никакой причины, а, во всяком случае, хлопотливо и опасно), то поджоги нельзя принять за причину, так как без поджогов было бы то же самое.
Как ни лестно было французам обвинять зверство Растопчина и русским обвинять злодея Бонапарта или потом влагать героический факел в руки своего народа, нельзя не видеть, что такой непосредственной причины пожара не могло быть, потому что Москва должна была сгореть, как должна сгореть каждая деревня, фабрика, всякий дом, из которого выйдут хозяева и в который пустят хозяйничать и варить себе кашу чужих людей. Москва сожжена жителями, это правда; но не теми жителями, которые оставались в ней, а теми, которые выехали из нее. Москва, занятая неприятелем, не осталась цела, как Берлин, Вена и другие города, только вследствие того, что жители ее не подносили хлеба соли и ключей французам, а выехали из нее.


Расходившееся звездой по Москве всачивание французов в день 2 го сентября достигло квартала, в котором жил теперь Пьер, только к вечеру.
Пьер находился после двух последних, уединенно и необычайно проведенных дней в состоянии, близком к сумасшествию. Всем существом его овладела одна неотвязная мысль. Он сам не знал, как и когда, но мысль эта овладела им теперь так, что он ничего не помнил из прошедшего, ничего не понимал из настоящего; и все, что он видел и слышал, происходило перед ним как во сне.
Пьер ушел из своего дома только для того, чтобы избавиться от сложной путаницы требований жизни, охватившей его, и которую он, в тогдашнем состоянии, но в силах был распутать. Он поехал на квартиру Иосифа Алексеевича под предлогом разбора книг и бумаг покойного только потому, что он искал успокоения от жизненной тревоги, – а с воспоминанием об Иосифе Алексеевиче связывался в его душе мир вечных, спокойных и торжественных мыслей, совершенно противоположных тревожной путанице, в которую он чувствовал себя втягиваемым. Он искал тихого убежища и действительно нашел его в кабинете Иосифа Алексеевича. Когда он, в мертвой тишине кабинета, сел, облокотившись на руки, над запыленным письменным столом покойника, в его воображении спокойно и значительно, одно за другим, стали представляться воспоминания последних дней, в особенности Бородинского сражения и того неопределимого для него ощущения своей ничтожности и лживости в сравнении с правдой, простотой и силой того разряда людей, которые отпечатались у него в душе под названием они. Когда Герасим разбудил его от его задумчивости, Пьеру пришла мысль о том, что он примет участие в предполагаемой – как он знал – народной защите Москвы. И с этой целью он тотчас же попросил Герасима достать ему кафтан и пистолет и объявил ему свое намерение, скрывая свое имя, остаться в доме Иосифа Алексеевича. Потом, в продолжение первого уединенно и праздно проведенного дня (Пьер несколько раз пытался и не мог остановить своего внимания на масонских рукописях), ему несколько раз смутно представлялось и прежде приходившая мысль о кабалистическом значении своего имени в связи с именем Бонапарта; но мысль эта о том, что ему, l'Russe Besuhof, предназначено положить предел власти зверя, приходила ему еще только как одно из мечтаний, которые беспричинно и бесследно пробегают в воображении.
Когда, купив кафтан (с целью только участвовать в народной защите Москвы), Пьер встретил Ростовых и Наташа сказала ему: «Вы остаетесь? Ах, как это хорошо!» – в голове его мелькнула мысль, что действительно хорошо бы было, даже ежели бы и взяли Москву, ему остаться в ней и исполнить то, что ему предопределено.
На другой день он, с одною мыслию не жалеть себя и не отставать ни в чем от них, ходил с народом за Трехгорную заставу. Но когда он вернулся домой, убедившись, что Москву защищать не будут, он вдруг почувствовал, что то, что ему прежде представлялось только возможностью, теперь сделалось необходимостью и неизбежностью. Он должен был, скрывая свое имя, остаться в Москве, встретить Наполеона и убить его с тем, чтобы или погибнуть, или прекратить несчастье всей Европы, происходившее, по мнению Пьера, от одного Наполеона.
Пьер знал все подробности покушении немецкого студента на жизнь Бонапарта в Вене в 1809 м году и знал то, что студент этот был расстрелян. И та опасность, которой он подвергал свою жизнь при исполнении своего намерения, еще сильнее возбуждала его.
Два одинаково сильные чувства неотразимо привлекали Пьера к его намерению. Первое было чувство потребности жертвы и страдания при сознании общего несчастия, то чувство, вследствие которого он 25 го поехал в Можайск и заехал в самый пыл сражения, теперь убежал из своего дома и, вместо привычной роскоши и удобств жизни, спал, не раздеваясь, на жестком диване и ел одну пищу с Герасимом; другое – было то неопределенное, исключительно русское чувство презрения ко всему условному, искусственному, человеческому, ко всему тому, что считается большинством людей высшим благом мира. В первый раз Пьер испытал это странное и обаятельное чувство в Слободском дворце, когда он вдруг почувствовал, что и богатство, и власть, и жизнь, все, что с таким старанием устроивают и берегут люди, – все это ежели и стоит чего нибудь, то только по тому наслаждению, с которым все это можно бросить.
Это было то чувство, вследствие которого охотник рекрут пропивает последнюю копейку, запивший человек перебивает зеркала и стекла без всякой видимой причины и зная, что это будет стоить ему его последних денег; то чувство, вследствие которого человек, совершая (в пошлом смысле) безумные дела, как бы пробует свою личную власть и силу, заявляя присутствие высшего, стоящего вне человеческих условий, суда над жизнью.
С самого того дня, как Пьер в первый раз испытал это чувство в Слободском дворце, он непрестанно находился под его влиянием, но теперь только нашел ему полное удовлетворение. Кроме того, в настоящую минуту Пьера поддерживало в его намерении и лишало возможности отречься от него то, что уже было им сделано на этом пути. И его бегство из дома, и его кафтан, и пистолет, и его заявление Ростовым, что он остается в Москве, – все потеряло бы не только смысл, но все это было бы презренно и смешно (к чему Пьер был чувствителен), ежели бы он после всего этого, так же как и другие, уехал из Москвы.
Физическое состояние Пьера, как и всегда это бывает, совпадало с нравственным. Непривычная грубая пища, водка, которую он пил эти дни, отсутствие вина и сигар, грязное, неперемененное белье, наполовину бессонные две ночи, проведенные на коротком диване без постели, – все это поддерживало Пьера в состоянии раздражения, близком к помешательству.

Был уже второй час после полудня. Французы уже вступили в Москву. Пьер знал это, но, вместо того чтобы действовать, он думал только о своем предприятии, перебирая все его малейшие будущие подробности. Пьер в своих мечтаниях не представлял себе живо ни самого процесса нанесения удара, ни смерти Наполеона, но с необыкновенною яркостью и с грустным наслаждением представлял себе свою погибель и свое геройское мужество.
«Да, один за всех, я должен совершить или погибнуть! – думал он. – Да, я подойду… и потом вдруг… Пистолетом или кинжалом? – думал Пьер. – Впрочем, все равно. Не я, а рука провидения казнит тебя, скажу я (думал Пьер слова, которые он произнесет, убивая Наполеона). Ну что ж, берите, казните меня», – говорил дальше сам себе Пьер, с грустным, но твердым выражением на лице, опуская голову.
В то время как Пьер, стоя посередине комнаты, рассуждал с собой таким образом, дверь кабинета отворилась, и на пороге показалась совершенно изменившаяся фигура всегда прежде робкого Макара Алексеевича. Халат его был распахнут. Лицо было красно и безобразно. Он, очевидно, был пьян. Увидав Пьера, он смутился в первую минуту, но, заметив смущение и на лице Пьера, тотчас ободрился и шатающимися тонкими ногами вышел на середину комнаты.
– Они оробели, – сказал он хриплым, доверчивым голосом. – Я говорю: не сдамся, я говорю… так ли, господин? – Он задумался и вдруг, увидав пистолет на столе, неожиданно быстро схватил его и выбежал в коридор.
Герасим и дворник, шедшие следом за Макар Алексеичем, остановили его в сенях и стали отнимать пистолет. Пьер, выйдя в коридор, с жалостью и отвращением смотрел на этого полусумасшедшего старика. Макар Алексеич, морщась от усилий, удерживал пистолет и кричал хриплый голосом, видимо, себе воображая что то торжественное.
– К оружию! На абордаж! Врешь, не отнимешь! – кричал он.
– Будет, пожалуйста, будет. Сделайте милость, пожалуйста, оставьте. Ну, пожалуйста, барин… – говорил Герасим, осторожно за локти стараясь поворотить Макар Алексеича к двери.
– Ты кто? Бонапарт!.. – кричал Макар Алексеич.
– Это нехорошо, сударь. Вы пожалуйте в комнаты, вы отдохните. Пожалуйте пистолетик.
– Прочь, раб презренный! Не прикасайся! Видел? – кричал Макар Алексеич, потрясая пистолетом. – На абордаж!
– Берись, – шепнул Герасим дворнику.
Макара Алексеича схватили за руки и потащили к двери.
Сени наполнились безобразными звуками возни и пьяными хрипящими звуками запыхавшегося голоса.
Вдруг новый, пронзительный женский крик раздался от крыльца, и кухарка вбежала в сени.
– Они! Батюшки родимые!.. Ей богу, они. Четверо, конные!.. – кричала она.
Герасим и дворник выпустили из рук Макар Алексеича, и в затихшем коридоре ясно послышался стук нескольких рук во входную дверь.


Пьер, решивший сам с собою, что ему до исполнения своего намерения не надо было открывать ни своего звания, ни знания французского языка, стоял в полураскрытых дверях коридора, намереваясь тотчас же скрыться, как скоро войдут французы. Но французы вошли, и Пьер все не отходил от двери: непреодолимое любопытство удерживало его.
Их было двое. Один – офицер, высокий, бравый и красивый мужчина, другой – очевидно, солдат или денщик, приземистый, худой загорелый человек с ввалившимися щеками и тупым выражением лица. Офицер, опираясь на палку и прихрамывая, шел впереди. Сделав несколько шагов, офицер, как бы решив сам с собою, что квартира эта хороша, остановился, обернулся назад к стоявшим в дверях солдатам и громким начальническим голосом крикнул им, чтобы они вводили лошадей. Окончив это дело, офицер молодецким жестом, высоко подняв локоть руки, расправил усы и дотронулся рукой до шляпы.
– Bonjour la compagnie! [Почтение всей компании!] – весело проговорил он, улыбаясь и оглядываясь вокруг себя. Никто ничего не отвечал.
– Vous etes le bourgeois? [Вы хозяин?] – обратился офицер к Герасиму.
Герасим испуганно вопросительно смотрел на офицера.
– Quartire, quartire, logement, – сказал офицер, сверху вниз, с снисходительной и добродушной улыбкой глядя на маленького человека. – Les Francais sont de bons enfants. Que diable! Voyons! Ne nous fachons pas, mon vieux, [Квартир, квартир… Французы добрые ребята. Черт возьми, не будем ссориться, дедушка.] – прибавил он, трепля по плечу испуганного и молчаливого Герасима.
– A ca! Dites donc, on ne parle donc pas francais dans cette boutique? [Что ж, неужели и тут никто не говорит по французски?] – прибавил он, оглядываясь кругом и встречаясь глазами с Пьером. Пьер отстранился от двери.
Офицер опять обратился к Герасиму. Он требовал, чтобы Герасим показал ему комнаты в доме.
– Барин нету – не понимай… моя ваш… – говорил Герасим, стараясь делать свои слова понятнее тем, что он их говорил навыворот.
Французский офицер, улыбаясь, развел руками перед носом Герасима, давая чувствовать, что и он не понимает его, и, прихрамывая, пошел к двери, у которой стоял Пьер. Пьер хотел отойти, чтобы скрыться от него, но в это самое время он увидал из отворившейся двери кухни высунувшегося Макара Алексеича с пистолетом в руках. С хитростью безумного Макар Алексеич оглядел француза и, приподняв пистолет, прицелился.
– На абордаж!!! – закричал пьяный, нажимая спуск пистолета. Французский офицер обернулся на крик, и в то же мгновенье Пьер бросился на пьяного. В то время как Пьер схватил и приподнял пистолет, Макар Алексеич попал, наконец, пальцем на спуск, и раздался оглушивший и обдавший всех пороховым дымом выстрел. Француз побледнел и бросился назад к двери.
Забывший свое намерение не открывать своего знания французского языка, Пьер, вырвав пистолет и бросив его, подбежал к офицеру и по французски заговорил с ним.
– Vous n'etes pas blesse? [Вы не ранены?] – сказал он.
– Je crois que non, – отвечал офицер, ощупывая себя, – mais je l'ai manque belle cette fois ci, – прибавил он, указывая на отбившуюся штукатурку в стене. – Quel est cet homme? [Кажется, нет… но на этот раз близко было. Кто этот человек?] – строго взглянув на Пьера, сказал офицер.
– Ah, je suis vraiment au desespoir de ce qui vient d'arriver, [Ах, я, право, в отчаянии от того, что случилось,] – быстро говорил Пьер, совершенно забыв свою роль. – C'est un fou, un malheureux qui ne savait pas ce qu'il faisait. [Это несчастный сумасшедший, который не знал, что делал.]
Офицер подошел к Макару Алексеичу и схватил его за ворот.
Макар Алексеич, распустив губы, как бы засыпая, качался, прислонившись к стене.
– Brigand, tu me la payeras, – сказал француз, отнимая руку.
– Nous autres nous sommes clements apres la victoire: mais nous ne pardonnons pas aux traitres, [Разбойник, ты мне поплатишься за это. Наш брат милосерд после победы, но мы не прощаем изменникам,] – прибавил он с мрачной торжественностью в лице и с красивым энергическим жестом.
Пьер продолжал по французски уговаривать офицера не взыскивать с этого пьяного, безумного человека. Француз молча слушал, не изменяя мрачного вида, и вдруг с улыбкой обратился к Пьеру. Он несколько секунд молча посмотрел на него. Красивое лицо его приняло трагически нежное выражение, и он протянул руку.
– Vous m'avez sauve la vie! Vous etes Francais, [Вы спасли мне жизнь. Вы француз,] – сказал он. Для француза вывод этот был несомненен. Совершить великое дело мог только француз, а спасение жизни его, m r Ramball'я capitaine du 13 me leger [мосье Рамбаля, капитана 13 го легкого полка] – было, без сомнения, самым великим делом.
Но как ни несомненен был этот вывод и основанное на нем убеждение офицера, Пьер счел нужным разочаровать его.
– Je suis Russe, [Я русский,] – быстро сказал Пьер.
– Ти ти ти, a d'autres, [рассказывайте это другим,] – сказал француз, махая пальцем себе перед носом и улыбаясь. – Tout a l'heure vous allez me conter tout ca, – сказал он. – Charme de rencontrer un compatriote. Eh bien! qu'allons nous faire de cet homme? [Сейчас вы мне все это расскажете. Очень приятно встретить соотечественника. Ну! что же нам делать с этим человеком?] – прибавил он, обращаясь к Пьеру, уже как к своему брату. Ежели бы даже Пьер не был француз, получив раз это высшее в свете наименование, не мог же он отречься от него, говорило выражение лица и тон французского офицера. На последний вопрос Пьер еще раз объяснил, кто был Макар Алексеич, объяснил, что пред самым их приходом этот пьяный, безумный человек утащил заряженный пистолет, который не успели отнять у него, и просил оставить его поступок без наказания.
Француз выставил грудь и сделал царский жест рукой.
– Vous m'avez sauve la vie. Vous etes Francais. Vous me demandez sa grace? Je vous l'accorde. Qu'on emmene cet homme, [Вы спасли мне жизнь. Вы француз. Вы хотите, чтоб я простил его? Я прощаю его. Увести этого человека,] – быстро и энергично проговорил французский офицер, взяв под руку произведенного им за спасение его жизни во французы Пьера, и пошел с ним в дом.
Солдаты, бывшие на дворе, услыхав выстрел, вошли в сени, спрашивая, что случилось, и изъявляя готовность наказать виновных; но офицер строго остановил их.
– On vous demandera quand on aura besoin de vous, [Когда будет нужно, вас позовут,] – сказал он. Солдаты вышли. Денщик, успевший между тем побывать в кухне, подошел к офицеру.
– Capitaine, ils ont de la soupe et du gigot de mouton dans la cuisine, – сказал он. – Faut il vous l'apporter? [Капитан у них в кухне есть суп и жареная баранина. Прикажете принести?]
– Oui, et le vin, [Да, и вино,] – сказал капитан.


Французский офицер вместе с Пьером вошли в дом. Пьер счел своим долгом опять уверить капитана, что он был не француз, и хотел уйти, но французский офицер и слышать не хотел об этом. Он был до такой степени учтив, любезен, добродушен и истинно благодарен за спасение своей жизни, что Пьер не имел духа отказать ему и присел вместе с ним в зале, в первой комнате, в которую они вошли. На утверждение Пьера, что он не француз, капитан, очевидно не понимая, как можно было отказываться от такого лестного звания, пожал плечами и сказал, что ежели он непременно хочет слыть за русского, то пускай это так будет, но что он, несмотря на то, все так же навеки связан с ним чувством благодарности за спасение жизни.