Адвокат

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Адвокат (лат. advocatus — от advoco — приглашаю) — лицо, профессией которого является оказание квалифицированной юридической помощи физическим лицам (гражданам, лицам без гражданства) и юридическим лицам (организациям), в том числе защита их интересов и прав в суде. Адвокатура как профессия известна с древнейших времён.

В России адвокат — это независимый профессиональный советник по правовым вопросам (согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации») и принадлежит к людям т. н. свободной профессии (подобно частнопрактикующим врачам, независимым журналистам и т. п.). Органами адвокатского самоуправления в России являются адвокатские палаты субъектов федерации, а также Федеральная палата адвокатов. Адвокаты могут быть объединены в коллегии адвокатов, адвокатские бюро, юридические консультации, либо осуществлять адвокатскую деятельность самостоятельно, учредив адвокатский кабинет[1].





Древний Рим

Впервые адвокаты появились в Древнем Риме. Как отмечал русский юрист и историк права польского происхождения Е. В. Васьковский, «… первыми юристами в Риме были патроны. В лице их совмещались две профессии: юрисконсультов и адвокатов». Долгое время услуги адвоката выполняли ораторы, которые часто не были знатоками права. Цицерон посвятил адвокатам, плохо разбирающимся в правовых вопросах, немало едких слов. Адвокатура республиканского периода Древнего Рима была свободной профессией и никакого корпоративного устройства не имела. Корпорация профессиональных защитников в суде сформировалась в Риме в эпоху Империи, то есть до нашей эры. Документально зафиксированная коллегия юристов-защитников формировалась на основе хорошо известных в позднейшие времена принципов: требовалось быть занесённым в матрикулы (официальный список лиц с определённым уровнем доходов) и успешно сдать испытания (экзамены) по праву. Устройство адвокатуры, сложившееся в эпоху Империи, было классическим. Оно стало основой всех последующих видоизменений адвокатуры, вплоть до новейшего времени.

Россия

Суд Древней Руси, использовавший приёмы так называемого суда Божьего (испытание водой или калёным железом, применение «поля», то есть вооружённого поединка тяжущихся сторон), практически обходился без адвокатуры, так как принцип личной явки в суд неукоснителен, а «суд Божий» требует только истца и ответчика, а не защитника.

О профессиональных поверенных в суде на Руси сообщается в законодательных памятниках XV века. Наиболее известны свидетельства из древнего Новгорода о праве любого тяжущегося в суде иметь поверенного. По Псковской Судной грамоте (13971467 гг.) право иметь поверенного предоставлялось уже не всем, а только женщинам, детям, монахам и монахиням, дряхлым старикам и глухим. В позднейших памятниках (Судебниках, Соборном уложении 1607 года и Уложении царя Алексея Михайловича 1649 года) постоянно упоминается о наёмных поверенных. Однако указание на какую-нибудь организацию профессиональных поверенных в них не содержится.

К середине XVII века в России уже существовало сословие наёмных поверенных, которых закон именовал стряпчими. В 1775 году Екатерина II подписывает Указ «Учреждение о губерниях», по которому стряпчие являлись помощниками прокурора и защитниками казённых. Каких-либо требований в виде образовательного или нравственного ценза к поверенным не предъявлялось. Не существовало и их внутренней организации.

При подготовке к судебной реформе в области адвокатуры был использован не только континентальный (европейский), но и имевшийся в самой России опыт столетней деятельности адвокатуры в западных окраинах империи: в Литве и Царстве Польском. Польская Конституция 1791 года и постановления Литовского статуса требовали, чтобы адвокат был дворянином, имел поместье, не был замечен ни в каком пороке и знал законы. При вступлении в сословие адвокатов кандидат обязан был принести присягу. Молодые люди подготавливались к профессии под руководством опытных адвокатов, которые отвечали за учеников перед законом. Включение в состав адвокатов зависело от суда, высшей судебно-административной власти Царства Польского.

Законом от 14 мая 1832 года в России был создан институт присяжных стряпчих. Это была попытка отчасти упорядочить участие судебных представителей в коммерческих судах. Заниматься практикой в коммерческих судах могли только лица, которые были внесены в список присяжных стряпчих. В этот список включались кандидаты, представившие аттестаты, послужные списки и прочие свидетельства об их звании и поведении, какие они сами признают нужными. Суд вносил их в список или объявлял словесно отказ без объяснения причин.

Нужно отметить, что власть в России в некоторые периоды истории относилась с предубеждением к адвокатуре. Известны, например, следующие высказывания российских монархов. В источниках о посещении Петром I Англии в 1698 г. сообщается, что, посетив Вестминстер-Холл (суд), Пётр увидел там «законников», то есть адвокатов, в мантиях и париках. Он спросил: «Что это за народ и что они тут делают?» «Это все законники, Ваше Величество» — ответили ему. «Законники? — удивился Пётр. — К чему они? Во всём моём царстве есть только два законника, и то я полагаю одного из них повесить, когда вернусь домой». Екатерина II была того же мнения: «Адвокаты и прокуроры у меня не законодательствуют и законодательствовать не будут, пока я жива, а после меня будут следовать моим началам». В этом она оказалась совершенно права, и император Николай I с такой же уверенностью говорил князю Голицыну, отстаивавшему необходимость введения адвокатуры: «Нет, князь, пока я буду царствовать, России не нужны адвокаты. Проживём и без них».

К середине 50-х годов XIX века уже сформировалось убеждение, что состязательный процесс единственный способ судопроизводства. А необходимым условием введения состязательного процесса должно было стать учреждение сословия присяжных поверенных. Введению судебной реформы способствовал резкий экономический подъём России, вызванный в 1861 году освобождением крестьян, началом железнодорожного строительства, появлением акционерных обществ и финансовых учреждений.

Адвокатура второй половины XIX — начала XX веков

Император Александр II 20 ноября 1864 года подписал Закон об учреждении судебных уставов. Судебная реформа явилась одной из самых значительных в череде реформ 60-70-х годов. Вводился гласный состязательный суд с участием присяжных заседателей, обвинения и защиты. Александром II были утверждены судебные уставы Российской империи: Устав гражданского судопроизводства и Устав уголовного судопроизводства. По ним в России вводились две системы судебных учреждений: суды с избираемыми судьями — окружные суды и судебные палаты.

Мировой судуездах и городах) был выборным органом и предназначался для рассмотрения малозначительных уголовных и гражданских дел. Апелляционной инстанцией для всех дел, рассмотренных в мировых судах данного мирового округа, являлся съезд мировых судей.

Общие судебные места создавались для рассмотрения уголовных и гражданских дел, выходивших за пределы компетенции мировых судов. Они состояли из двух судебных инстанций: окружного суда — одного в судебном округе, включавшем несколько уездов, и судебной палаты, действовавшей в пределах одной или нескольких губерний и объединявшей значительное число судебных округов. Окружной суд, как суд первой инстанции, рассматривал все уголовные дела. Судебная палата была судом первой инстанции по политическим делам и апелляционной инстанцией по отношению к окружным судам. Судебная палата являлась также и органом надзора за окружными судами и мировыми съездами.

По ст. 135 Учреждения Судебных Установлений присяжными поверенными могли быть лица, достигшие 25-летнего возраста, имеющие высшее образование и, кроме того, пять лет судебной практики в качестве чиновника судебного ведомства или помощника присяжного поверенного. Ст. 355 запрещала быть присяжными поверенными лицам: не достигшим 25-летнего возраста, иностранцам, состоящим на службе от правительства или по выборам, уволенным со службы по суду, а также по некоторым другим обстоятельствам.

Присяжный поверенный, исключенный из числа таковых любой судебной палатой, лишался навсегда права вернуться к профессии на всей территории России. Списки исключённых из числа присяжных поверенных централизованно публиковались и регулярно рассылались по всем судебным палатам, окружным судам и съездам мировых судей. Аналогично поступали и судебные палаты, извещая суды низших инстанций об исключении того или иного лица из числа присяжных поверенных.

Присяжным поверенным, принявшим эту должность, сохранились чины, полученные на прежней службе, и придворные звания. Претендующие на звание присяжного поверенного подавали заявление в совет присяжных поверенных с приложением необходимых документов. Совет рассматривал эту просьбу, затем принимал постановление о принятии кандидата или об отказе. Лицо, принятое в при­сяжные поверенные, получало свидетельство и после этого принимало присягу. Затем его включали в специальный список присяжных поверенных, а решение о его принятии публиковалось к всеобщему сведению.

Присяжные поверенные имели право: вести гражданские дела во всех судебных установлениях без получения свидетельств на право ходатайства по чужим делам; получать вознаграждение за ведение дел; передавать друг другу состязательные по гражданским делам бумаги без посредничества судебных приставов и т. д. Присяжный поверенный был обязан вести список дел, которые ему поручались, и представлять его в совет или окружной суд по первому требованию. В п. 4 ст. 355 Учр. Суд. Уст. указывалось на то, что звание присяжного поверенного несовместимо с действительной службой, так как присяжный поверенный должен быть независим от начальства.

Первое прошение с ходатайством о принятии в присяжные поверенные было подано 15 марта 1866 года бывшим стряпчим Санкт-Петербургского Коммерческого суда П. А. Андреевым. Чуть позже такие же прошения подали К. К. Арсеньев, В. П. Гаевский, В. Д. Спасович, Д. В. Стасов, В. И. Танеев. 17 апреля в Петербурге было торжественное открытие новых судебных учреждений и первые русские адвокаты приступили к своим обязанностям[2].

Судебная реформа 1864 года коренным образом преобразила всю систему правосудия Российской империи. Уставы ввели принцип независимости и несменяемости судей; установили подсудность всего населения без каких-либо изъятий; отделили предварительное следствие как от полицейского сыска, так и от прокуратуры; обеспечили состязательность судебного процесса, полностью уравняв в правах стороны обвинения и защиты. Сердцевину реформы составили учреждение суда присяжных и создание свободной, отделённой от государства, адвокатуры.

Россия, в то время, полуфеодальная страна с глубоко въевшимися во все поры общества крепостническими отношениями, с режимом неограниченной абсолютистской власти, страна, лишённая парламента и Конституции, — неожиданно получает демократическую, прогрессивную форму организации судебной власти. Широко выросла известность российских адвокатов: Спасович и Арсеньев, Александров и Андреевский, Урусов и Карабчевский, Герард, и Боровиковский, Пассовер, Гаевский, Плевако — плеяда судебных ораторов той поры.

Защита в военных судах Российской империи

В соответствии с военно-судебной реформой 1867 года была введена защита подсудимых в военных судах. Функции адвокатов в Главном военном суде и военно-окружных судах выполняли офицеры или штатские — выпускники Военно-юридической академии — кандидаты на военно-судебные должности. Эти защитники для подсудимых назначались Председателями военно-окружных судов и по должности и званию полностью зависели от старших воинских начальников — руководителей судов и прокуроров. Поэтому защита в этих условиях была слабой и неэффективной, часто формальной. Как правило, даже при наличии высокой образованности и подготовки, кандидаты на военно-судебные должности не могли влиять на решение суда. В низших, полковых судах защитники не предусматривались.
Система защиты в военных судах просуществовала до Октябрьской революции 1917 года.

Адвокатура советского времени

22 ноября 1917 года Совет Народных Комиссаров (СНК) принял декрет о суде, который вошёл в литературу под названием «Декрет о суде № 1». Декрет упразднял все общие судебные установления: окружные палаты, окружные суды, правительствующий Сенат со всеми департаментами, военные и морские суды, коммерческие суды. Упразднялись также институты судебных следователей, прокурорского надзора и адвокатуры. Вместо упразднённых судебных органов создавались местные суды и революционные трибуналы.

19 декабря 1917 года Народный комиссариат юстиции (НКЮ) издал специальную Инструкцию революционному трибуналу. Инструкция, повторив указание декрета № 1 о суде, что в качестве обвинителей и защитников, имеющих право участия в деле, допускаются по выбору сторон все пользующиеся политическим правом граждане, установила, что при ревтрибунале учреждается коллегия лиц, посвящающих себя правозаступничеству как в форме общественного обвинения, так и в форме общественной защиты, что названная коллегия образуется путём свободной записи всех лиц, желающих оказать помощь революционному правосудию и представивших рекомендацию Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. В Инструкции указано, что из состава коллегии правозаступников ревтрибунал может пригласить для каждого дела общественного обвинителя и, если обвиняемый сам не пригласит себе защитника, такового назначает революционный трибунал из числа членов коллегии. Таким образом. Инструкцией были введены общественное обвинение и защита, дополняемые общегражданским обвинением и защитой.

На коллегию правозаступников возлагалась обязанность оказывать населению всякую юридическую помощь и защиту как подачей советов, разъяснений и указаний, так и составлением всякого рода прошений, жалоб и других бумаг не только по судебным, но и по административным делам, а также принятием на себя защиты интересов нуждающихся в том на суде как по уголовным, так и по гражданским делам. Неимущим гражданам эти услуги оказывались бесплатно, а состоятельным — за плату по таксе, установленной коллегией и утверждённой губернским исполкомом.

В специальном разделе Положения о народном суде РСФСР от 30 ноября 1918 года предусматривалось, что коллегия правозаступников переименовывается в коллегию защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе при уездных и губернских исполкомах. Члены коллегии избирались исполкомом Советов и получали содержание в размере оклада, установленного для народных судей. В качестве защитников и представителей сторон допускались ближайшие родственники трудящихся и юрисконсульты советских учреждений. Однако члены коллегий, состоявших в основном из дореволюционных адвокатов, не удовлетворяли новую власть, которая провозгласила классовый подход в правосудии. В. И. Ленин, характеризуя адвокатуру нового времени, писал: «…мы разрушили в России, и правильно сделали, что разрушили, буржуазную адвокатуру, но она возрождается у нас под прикрытием „советских“ правозаступников».

К русской адвокатуре Ленин относился крайне негативно, можно сказать, враждебно, (ещё бы, он сам участвовал всего в 3-х процессах и все 3 проиграл), что видно из его высказывания в «Письме Е. Д. Стасовой и товарищам в Московской тюрьме» (от 19 января 1905 г.) по вопросу о возможности использовать адвокатов для их защиты. Ленин писал: «Адвокатов надо брать в ежовые рукавицы и ставить в осадное положение, ибо эта интеллигентская сволочь часто паскудничает. Заранее им объявлять: если ты, сукин сын, позволишь себе хоть самомалейшее неприличие или политический оппортунизм (говорить о неразвитости, о неверности социализма…), то я, подсудимый, тебя оборву тут же публично, назову подлецом, заявлю, что отказываюсь от такой защиты и т. д., и приводить эти угрозы в исполнение. Брать адвокатов только умных, других не надо… Но все же лучше адвокатов бояться и не верить им…».

В 1920 г. народный комиссар юстиции РСФСР Д. И. Курский высказал идею, чтобы защита строилась на началах обязательной трудовой повинности. Это объяснялось острой нехваткой адвокатов, большей частью ушедших в подпольную адвокатуру и юрисконсультами учреждений.

По Положению о народном суде от 21 октября 1920 года, коллегии защитников и обвинителей были упразднены, защита и обвинение разделены. В качестве защитников судебные органы стали привлекать лиц, способных исполнять эту обязанность. На этих лиц исполкомы Советов составляли особые списки. Учреждения, в которых данные лица состояли на службе, обязаны были по требованию суда освобождать их от работы на время выступления в суде в качестве защитника. За ними сохранялась заработная плата по месту работы. При недостатке защитников в качестве таковых привлекались консультанты, состоявшие при отделах юстиции. Таким образом, с этого времени вводится общественная защита, дополняемая должностной. IX съезд Советов, прошедший в Москве в конце 1921 года, принял, в частности, постановление «О новой экономической политике и промышленности», в котором говорилось, что «…новые формы отношений, созданные в процессе революции и на почве проводимой властью экономической политики, должны получить своё выражение в законе и защиту в судебном порядке… Граждане и корпорации, вступившие в договорные отношения с государственными органами, должны получить уверенность, что их права будут охранены». Для того чтобы выйти из глубокого социально-экономического кризиса, большевики, в соответствии с ленинской новой экономической политикой, вынуждены были развивать экономику с элементами рынка. А для защиты интересов предпринимателей, в собственность или пользование которым передавалась часть национализированной промышленности, необходимо было, в частности, восстанавливать и разрушенный институт адвокатуры. За период гражданской войны численность адвокатов в России сократилась с 13 тыс. в 1917 году до 650 к 1921 году.

Почти два года (с октября 1920 года до середины 1922 года) специальной организации защитников в стране не существовало. Начало судебной реформе было положено законами об адвокатуре и прокуратуре. Положение об адвокатуре было принято Центральным исполнительным комитетом РСФСР 22 мая 1922 г. По этому Положению, члены коллегии защитников первого состава утверждались президиумом губернского исполнительного комитета по представлению губернского отдела юстиции. В дальнейшем прием производился президиумом коллегии защитников с доведением об этом до сведения президиума губернского исполнительного комитета, которому предоставлялось право отвода принятых новых членов коллегии. Членам коллегии защитников было запрещено занимать должности в государственных учреждениях и предприятиях, за исключением выборных должностей и должностей профессорско-преподавательского состава юридических учебных заведений.

Президиум коллегии избирался на губернском общем собрании защитников. Президиум должен был:

  • осуществлять наблюдение и контроль за исполнением защитниками своих обязанностей;
  • налагать взыскания на своих членов;
  • распоряжаться денежными суммами, поступающими в фонд коллегии;
  • назначать бесплатную защиту и защиту по таксе;
  • организовывать консультации для оказания помощи населению.

Оплата труда за юридическую помощь производилась в зависимости от имущественного положения клиентов: бесплатно, по таксе, по соглашению.

Защитники вносили из своего заработка отчисления в фонд президиума на расходы по содержанию президиума коллегии, на организацию юридических консультаций, а также на оплату членов коллегии защитников за выступления по назначению. К защите в суде, кроме адвокатов, допускались близкие родственники обвиняемого или потерпевшего, представители государственных учреждений и предприятий, а также представители профсоюзов. Прочие лица допускались с особого разрешения суда, в производстве которого находилось дело. Вновь учрежденный институт адвокатуры являлся добровольной общественной организацией. Адвокаты, выступая в суде в качестве защитника по уголовному делу или представителя стороны по гражданскому делу, помогали истцу или ответчику (на стороне которого они выступали) в осуществлении защиты их законных интересов и тем самым помогали суду в выполнении возложенных на них задач осуществления правосудия. Членом коллегии защитников мог быть всякий гражданин, который пользовался избирательными правами, имел стаж работы в органах юстиции в должности не ниже следователя не менее двух лет или выдержал соответствующее испытание в комиссии при губернском суде.

В современной России около 90% уголовных судебных процессов проходят с участием государственных адвокатов, менее 10% приходится на адвокатов по приглашению[3].

Статус адвоката

Закон запрещает адвокатам заниматься предпринимательской и иной деятельностью, кроме общественной, творческой, научной и преподавательской. Традиционный запрет адвокатам состоять на службе обусловлен тем, что такая служба может повлечь снижение качества юридической помощи не только из-за занятости другой работой, но и в связи с утратой адвокатом своей независимости. Став служащим, адвокат должен будет выполнять указания вышестоящих должностных лиц, включая те, которые противоречат его убеждениям. Такое подчинение недопустимо, ведь адвокатская профессия требует независимости от всяких посторонних влияний и может осуществляться успешно лишь под влиянием своего долга, который дает адвокату возможность поступать с надлежащей твёрдостью, решительностью, убеждённостью.

Пользуясь своей независимостью, адвокат должен помнить, что цель не может оправдывать средства. И высокие цели правосудного ограждения обществ, и защита личности от несправедливого обвинения должны быть достигаемы только нравственными способами и приёмами.

Таким образом, оказывая юридическую помощь, адвокат руководствуется лишь указаниями закона и своего профессионального долга, а не мнениями и оценками каких-либо органов и должностных лиц, в том числе органов и руководителей адвокатских образований.

Адвокаты — вот лучшие актеры. И лучшие драмы разворачиваются не в театре, а в здании суда. Ведь разница между исполнением монолога перед зрителями и исполнением монолога перед присяжными настолько мала, что почти незаметна. Причем хорошие адвокаты играют намного лучше, чем хорошие актеры. Но я не расстраиваюсь. Все-таки лучше быть плохим актером, чем хорошим адвокатом.

Выпускники юридических вузов, не имеющие стажа работы по специальности юриста или при недостаточности такого стажа, принимаются в Адвокатскую Палату лишь после прохождения стажировки, сроком не менее шести месяцев, время стажировки может быть продлено по решению Совета Адвокатской Палаты. С вступлением нового закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» срок стажировки был увеличен от одного года до двух лет. Стажёр адвоката осуществляет свою деятельность под руководством адвоката (адвокат, имеющий адвокатский стаж не менее пяти лет, вправе иметь стажёров), выполняя его отдельные поручения. Стажёр адвоката не вправе самостоятельно заниматься адвокатской деятельностью, обязан хранить адвокатскую тайну.

Стажёр принимается на работу на условиях трудового договора, заключённого с адвокатским образованием, а в случае, если адвокат осуществляет свою деятельность в адвокатском кабинете, — с адвокатом, которые являются по отношению к данному лицу работодателями.

У некоторых адвокатов имеются их помощники. Помощниками адвоката могут быть лица, имеющие высшее, незаконченное высшее или среднее юридическое образование. Помощник адвоката не вправе заниматься адвокатской деятельностью, обязан хранить адвокатскую тайну. Число помощников адвоката по закону не ограничено. Адвокатские Палаты обычно не выдают удостоверения помощникам адвокатов, но закон не запрещает выдавать такие удостоверения адвокатским образованиям.

Социальное страхование помощника адвоката осуществляется адвокатским образованием, в котором работает помощник, а в случае, если адвокат осуществляет свою деятельность в адвокатском кабинете, — адвокатом, в адвокатском кабинете которого работает помощник.

Статус адвоката прекращается по следующим основаниям:

  • Личное заявление адвоката в письменной форме о прекращении статуса адвоката;
  • Вступление в законную силу решения суда о признании адвоката недееспособным или ограниченно дееспособным;
  • Отсутствие в адвокатской палате в течение шести месяцев со дня наступления обстоятельств, предусмотренных пунктом 0 статьи 00 настоящего Федерального закона, сведений об избрании адвокатом формы адвокатского образования, учредителем (членом) которого является адвокат;
  • Смерть адвоката или вступление в законную силу решение суда об объявлении его умершим;
  • Совершение поступка, порочащего честь и достоинство адвоката или умаляющего авторитет адвокатуры;
  • Неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции;
  • Вступление в законную силу приговора суда о признании адвоката виновным в совершении умышленного преступления;
  • Установление недостоверности сведений, представленных в квалификационную комиссию в соответствии с требованиями.

Решение о прекращении статуса адвоката принимает совет адвокатской палаты того субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об этом адвокате. В случаях, предусмотренных подпунктами 0 и 0 пункта 0 настоящей статьи, решение принимается советом соответствующей адвокатской палаты на основании заключения квалификационной комиссии.

О принятом решении совет в семидневный срок со дня принятия решения о прекращении статуса адвоката уведомляет в письменной форме лицо, статус адвоката которого прекращен, за исключением случая прекращения статуса адвоката по основанию, предусмотренному подпунктом 0 пункта 0 настоящей статьи, соответствующее адвокатское образование, а также соответствующий территориальный орган юстиции, который вносит необходимые изменения в региональный реестр.

Решение о прекращении статуса адвоката может быть обжаловано в суде.

Территориальный орган юстиции, располагающий сведениями об обстоятельствах, являющихся основаниями для прекращения статуса адвоката, направляет представление о прекращении статуса адвоката в адвокатскую палату. В случае, если совет адвокатской палаты в месячный срок со дня поступления соответствующего представления не принял решение о прекращении статуса адвоката в отношении данного адвоката, территориальный орган юстиции в праве обратиться в суд с заявлением о прекращении статуса адвоката

Адвокат в гражданском процессе

Адвокатская деятельность — квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката, физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию.

Адвокат — лицо, получившее в установленном законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность. Адвокат — независимый советник по правовым вопросам. Права, обязанности и полномочия адвоката определены Федеральным Законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Оказывая юридическую помощь, адвокат:

  • Дает консультации и справки по правовым вопросам, как в устной, так и в письменной форме.
  • Составляет заявления, жалобы, ходатайства и другие документы правового характера.
  • Участвует в качестве представителя доверителя в гражданском судопроизводстве, в разбирательстве дел в третейском суде, международном коммерческом арбитраже (суде) и иных органах разрешения конфликтов, в исполнительном производстве.
  • Представляет интересы доверителя в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях, в органах государственной власти, судах и правоохранительных органах иностранных государств.
  • Оказывает иную юридическую помощь, не запрещенную федеральным законом.

Полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в гражданском судопроизводстве регламентируются Гражданским процессуальным кодексом РФ. Право адвоката на выступление в суде в качестве представителя удостоверяется ордером, выданным соответствующим адвокатским образованием (ч.5 ст.53 ГПК РФ). Представитель вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия. Однако право представителя на подписание искового заявления, предъявление его в суд, передача спора на рассмотрение третейского суда, предъявление встречного иска, полный или частичный отказ от исковых требований, уменьшение их размера, признание иска, изменение предмета или основания иска, заключение мирового соглашения, передачу полномочий другому лицу (передоверие), обжалование судебного постановления, предъявление исполнительного документа к взысканию, получение присужденного имущества или денег должно быть специально оговорено в доверенности, выданной представляемым лицом (ст.54 ГПК РФ), как правило суды требуют от адвоката доверенность на ведение дела в тех случаях, когда адвокат выступает в суде без своего доверителя, при этом по словам известного адвоката Всеволода Свободы, в случаях когда доверитель лично присутствует в процессе то доверенность от адвоката не требуется, хотя требование закона о наличии ордера сохраняется.

Адвокат вправе:

  • собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, а также иных организаций. Указанные органы и организации обязаны в порядке, установленном законодательством — путём направления адвокатского запроса, выдавать адвокату запрошенные им документы или их заверенные копии;
  • опрашивать лиц (с их согласия), предположительно владеющих информацией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь;
  • собирать и представлять предметы и документы, которые могут быть признаны вещественными и иными доказательствами, в порядке, установленном законодательством РФ, в том числе путём направления адвокатского запроса;
  • привлекать на договорной основе специалистов для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи;
  • беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность (в том числе в период содержания доверителя под стражей), без ограничения числа свиданий и их продолжительности;
  • фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, по которому адвокат оказывает юридическую помощь, соблюдая при этом государственную и иную охраняемую законом тайну;
  • совершать иные действия, не противоречащие законодательству РФ.

Судебные расходы

К судебным расходам относятся государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела.

Издержки — это дополнительные к государственной пошлине расходы, которые несут лица, участвующие в деле, в частности, в случае инициирования ими того или иного процессуального действия, предполагающего осуществления финансовых затрат, например, вызов свидетелей, специалистов, переводчиков, проведение экспертизы, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд, расходы на оплату услуг представителей, расходы на производство осмотра на месте, компенсация за фактическую потерю времени, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, упущенная выгода и другое.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Зачастую, добиться в суде полного возмещения судебных расходов практически невозможно. Однако в современной судебной практике существуют удачные примеры компенсации расходов на адвоката[5][неавторитетный источник? 3612 дней].

Напишите отзыв о статье "Адвокат"

Примечания

  1. [www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_36945/5b955a08eee1d063b23a982dd966cfb98d4d0d73/ Статья 20. Формы адвокатских образований // Федеральный закон N 63-ФЗ (ред. от 13.07.2015) «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»]
  2. [www.apvo-volgograd.ru/2009/03-04/15_0409.pdf Первый из присяжных поверенных] // Волгоградский адвокат. — март-апрель 2009. [web.archive.org/web/20121021013034/www.apvo-volgograd.ru/2009/03-04/15_0409.pdf Архивировано] из первоисточника 21 октября 2012.
  3. [ria.ru/society/20151218/1344772960.html «Маркин объяснил, почему в РФ низкий процент оправдательных приговоров»] РИА «Новости» от 18.12.2015
  4. [esquire.ru/wil/woody-harrelson Правила жизни Вуди Харрельсон]
  5. [rupravo.ru/novosti/140-arbitrazhnyj-sud-prinjal-reshenie-o-kompensacii-rashodov-na-advokata Арбитражный суд принял решение о компенсации расходов на адвоката]

Ссылки


Отрывок, характеризующий Адвокат

– Перестаньте, перестаньте, вся жизнь впереди для вас, – сказал он ей.
– Для меня? Нет! Для меня всё пропало, – сказала она со стыдом и самоунижением.
– Все пропало? – повторил он. – Ежели бы я был не я, а красивейший, умнейший и лучший человек в мире, и был бы свободен, я бы сию минуту на коленях просил руки и любви вашей.
Наташа в первый раз после многих дней заплакала слезами благодарности и умиления и взглянув на Пьера вышла из комнаты.
Пьер тоже вслед за нею почти выбежал в переднюю, удерживая слезы умиления и счастья, давившие его горло, не попадая в рукава надел шубу и сел в сани.
– Теперь куда прикажете? – спросил кучер.
«Куда? спросил себя Пьер. Куда же можно ехать теперь? Неужели в клуб или гости?» Все люди казались так жалки, так бедны в сравнении с тем чувством умиления и любви, которое он испытывал; в сравнении с тем размягченным, благодарным взглядом, которым она последний раз из за слез взглянула на него.
– Домой, – сказал Пьер, несмотря на десять градусов мороза распахивая медвежью шубу на своей широкой, радостно дышавшей груди.
Было морозно и ясно. Над грязными, полутемными улицами, над черными крышами стояло темное, звездное небо. Пьер, только глядя на небо, не чувствовал оскорбительной низости всего земного в сравнении с высотою, на которой находилась его душа. При въезде на Арбатскую площадь, огромное пространство звездного темного неба открылось глазам Пьера. Почти в середине этого неба над Пречистенским бульваром, окруженная, обсыпанная со всех сторон звездами, но отличаясь от всех близостью к земле, белым светом, и длинным, поднятым кверху хвостом, стояла огромная яркая комета 1812 го года, та самая комета, которая предвещала, как говорили, всякие ужасы и конец света. Но в Пьере светлая звезда эта с длинным лучистым хвостом не возбуждала никакого страшного чувства. Напротив Пьер радостно, мокрыми от слез глазами, смотрел на эту светлую звезду, которая, как будто, с невыразимой быстротой пролетев неизмеримые пространства по параболической линии, вдруг, как вонзившаяся стрела в землю, влепилась тут в одно избранное ею место, на черном небе, и остановилась, энергично подняв кверху хвост, светясь и играя своим белым светом между бесчисленными другими, мерцающими звездами. Пьеру казалось, что эта звезда вполне отвечала тому, что было в его расцветшей к новой жизни, размягченной и ободренной душе.


С конца 1811 го года началось усиленное вооружение и сосредоточение сил Западной Европы, и в 1812 году силы эти – миллионы людей (считая тех, которые перевозили и кормили армию) двинулись с Запада на Восток, к границам России, к которым точно так же с 1811 го года стягивались силы России. 12 июня силы Западной Европы перешли границы России, и началась война, то есть совершилось противное человеческому разуму и всей человеческой природе событие. Миллионы людей совершали друг, против друга такое бесчисленное количество злодеяний, обманов, измен, воровства, подделок и выпуска фальшивых ассигнаций, грабежей, поджогов и убийств, которого в целые века не соберет летопись всех судов мира и на которые, в этот период времени, люди, совершавшие их, не смотрели как на преступления.
Что произвело это необычайное событие? Какие были причины его? Историки с наивной уверенностью говорят, что причинами этого события были обида, нанесенная герцогу Ольденбургскому, несоблюдение континентальной системы, властолюбие Наполеона, твердость Александра, ошибки дипломатов и т. п.
Следовательно, стоило только Меттерниху, Румянцеву или Талейрану, между выходом и раутом, хорошенько постараться и написать поискуснее бумажку или Наполеону написать к Александру: Monsieur mon frere, je consens a rendre le duche au duc d'Oldenbourg, [Государь брат мой, я соглашаюсь возвратить герцогство Ольденбургскому герцогу.] – и войны бы не было.
Понятно, что таким представлялось дело современникам. Понятно, что Наполеону казалось, что причиной войны были интриги Англии (как он и говорил это на острове Св. Елены); понятно, что членам английской палаты казалось, что причиной войны было властолюбие Наполеона; что принцу Ольденбургскому казалось, что причиной войны было совершенное против него насилие; что купцам казалось, что причиной войны была континентальная система, разорявшая Европу, что старым солдатам и генералам казалось, что главной причиной была необходимость употребить их в дело; легитимистам того времени то, что необходимо было восстановить les bons principes [хорошие принципы], а дипломатам того времени то, что все произошло оттого, что союз России с Австрией в 1809 году не был достаточно искусно скрыт от Наполеона и что неловко был написан memorandum за № 178. Понятно, что эти и еще бесчисленное, бесконечное количество причин, количество которых зависит от бесчисленного различия точек зрения, представлялось современникам; но для нас – потомков, созерцающих во всем его объеме громадность совершившегося события и вникающих в его простой и страшный смысл, причины эти представляются недостаточными. Для нас непонятно, чтобы миллионы людей христиан убивали и мучили друг друга, потому что Наполеон был властолюбив, Александр тверд, политика Англии хитра и герцог Ольденбургский обижен. Нельзя понять, какую связь имеют эти обстоятельства с самым фактом убийства и насилия; почему вследствие того, что герцог обижен, тысячи людей с другого края Европы убивали и разоряли людей Смоленской и Московской губерний и были убиваемы ими.
Для нас, потомков, – не историков, не увлеченных процессом изыскания и потому с незатемненным здравым смыслом созерцающих событие, причины его представляются в неисчислимом количестве. Чем больше мы углубляемся в изыскание причин, тем больше нам их открывается, и всякая отдельно взятая причина или целый ряд причин представляются нам одинаково справедливыми сами по себе, и одинаково ложными по своей ничтожности в сравнении с громадностью события, и одинаково ложными по недействительности своей (без участия всех других совпавших причин) произвести совершившееся событие. Такой же причиной, как отказ Наполеона отвести свои войска за Вислу и отдать назад герцогство Ольденбургское, представляется нам и желание или нежелание первого французского капрала поступить на вторичную службу: ибо, ежели бы он не захотел идти на службу и не захотел бы другой, и третий, и тысячный капрал и солдат, настолько менее людей было бы в войске Наполеона, и войны не могло бы быть.
Ежели бы Наполеон не оскорбился требованием отступить за Вислу и не велел наступать войскам, не было бы войны; но ежели бы все сержанты не пожелали поступить на вторичную службу, тоже войны не могло бы быть. Тоже не могло бы быть войны, ежели бы не было интриг Англии, и не было бы принца Ольденбургского и чувства оскорбления в Александре, и не было бы самодержавной власти в России, и не было бы французской революции и последовавших диктаторства и империи, и всего того, что произвело французскую революцию, и так далее. Без одной из этих причин ничего не могло бы быть. Стало быть, причины эти все – миллиарды причин – совпали для того, чтобы произвести то, что было. И, следовательно, ничто не было исключительной причиной события, а событие должно было совершиться только потому, что оно должно было совершиться. Должны были миллионы людей, отрекшись от своих человеческих чувств и своего разума, идти на Восток с Запада и убивать себе подобных, точно так же, как несколько веков тому назад с Востока на Запад шли толпы людей, убивая себе подобных.
Действия Наполеона и Александра, от слова которых зависело, казалось, чтобы событие совершилось или не совершилось, – были так же мало произвольны, как и действие каждого солдата, шедшего в поход по жребию или по набору. Это не могло быть иначе потому, что для того, чтобы воля Наполеона и Александра (тех людей, от которых, казалось, зависело событие) была исполнена, необходимо было совпадение бесчисленных обстоятельств, без одного из которых событие не могло бы совершиться. Необходимо было, чтобы миллионы людей, в руках которых была действительная сила, солдаты, которые стреляли, везли провиант и пушки, надо было, чтобы они согласились исполнить эту волю единичных и слабых людей и были приведены к этому бесчисленным количеством сложных, разнообразных причин.
Фатализм в истории неизбежен для объяснения неразумных явлений (то есть тех, разумность которых мы не понимаем). Чем более мы стараемся разумно объяснить эти явления в истории, тем они становятся для нас неразумнее и непонятнее.
Каждый человек живет для себя, пользуется свободой для достижения своих личных целей и чувствует всем существом своим, что он может сейчас сделать или не сделать такое то действие; но как скоро он сделает его, так действие это, совершенное в известный момент времени, становится невозвратимым и делается достоянием истории, в которой оно имеет не свободное, а предопределенное значение.
Есть две стороны жизни в каждом человеке: жизнь личная, которая тем более свободна, чем отвлеченнее ее интересы, и жизнь стихийная, роевая, где человек неизбежно исполняет предписанные ему законы.
Человек сознательно живет для себя, но служит бессознательным орудием для достижения исторических, общечеловеческих целей. Совершенный поступок невозвратим, и действие его, совпадая во времени с миллионами действий других людей, получает историческое значение. Чем выше стоит человек на общественной лестнице, чем с большими людьми он связан, тем больше власти он имеет на других людей, тем очевиднее предопределенность и неизбежность каждого его поступка.
«Сердце царево в руце божьей».
Царь – есть раб истории.
История, то есть бессознательная, общая, роевая жизнь человечества, всякой минутой жизни царей пользуется для себя как орудием для своих целей.
Наполеон, несмотря на то, что ему более чем когда нибудь, теперь, в 1812 году, казалось, что от него зависело verser или не verser le sang de ses peuples [проливать или не проливать кровь своих народов] (как в последнем письме писал ему Александр), никогда более как теперь не подлежал тем неизбежным законам, которые заставляли его (действуя в отношении себя, как ему казалось, по своему произволу) делать для общего дела, для истории то, что должно было совершиться.
Люди Запада двигались на Восток для того, чтобы убивать друг друга. И по закону совпадения причин подделались сами собою и совпали с этим событием тысячи мелких причин для этого движения и для войны: укоры за несоблюдение континентальной системы, и герцог Ольденбургский, и движение войск в Пруссию, предпринятое (как казалось Наполеону) для того только, чтобы достигнуть вооруженного мира, и любовь и привычка французского императора к войне, совпавшая с расположением его народа, увлечение грандиозностью приготовлений, и расходы по приготовлению, и потребность приобретения таких выгод, которые бы окупили эти расходы, и одурманившие почести в Дрездене, и дипломатические переговоры, которые, по взгляду современников, были ведены с искренним желанием достижения мира и которые только уязвляли самолюбие той и другой стороны, и миллионы миллионов других причин, подделавшихся под имеющее совершиться событие, совпавших с ним.
Когда созрело яблоко и падает, – отчего оно падает? Оттого ли, что тяготеет к земле, оттого ли, что засыхает стержень, оттого ли, что сушится солнцем, что тяжелеет, что ветер трясет его, оттого ли, что стоящему внизу мальчику хочется съесть его?
Ничто не причина. Все это только совпадение тех условий, при которых совершается всякое жизненное, органическое, стихийное событие. И тот ботаник, который найдет, что яблоко падает оттого, что клетчатка разлагается и тому подобное, будет так же прав, и так же не прав, как и тот ребенок, стоящий внизу, который скажет, что яблоко упало оттого, что ему хотелось съесть его и что он молился об этом. Так же прав и не прав будет тот, кто скажет, что Наполеон пошел в Москву потому, что он захотел этого, и оттого погиб, что Александр захотел его погибели: как прав и не прав будет тот, кто скажет, что завалившаяся в миллион пудов подкопанная гора упала оттого, что последний работник ударил под нее последний раз киркою. В исторических событиях так называемые великие люди суть ярлыки, дающие наименований событию, которые, так же как ярлыки, менее всего имеют связи с самым событием.
Каждое действие их, кажущееся им произвольным для самих себя, в историческом смысле непроизвольно, а находится в связи со всем ходом истории и определено предвечно.


29 го мая Наполеон выехал из Дрездена, где он пробыл три недели, окруженный двором, составленным из принцев, герцогов, королей и даже одного императора. Наполеон перед отъездом обласкал принцев, королей и императора, которые того заслуживали, побранил королей и принцев, которыми он был не вполне доволен, одарил своими собственными, то есть взятыми у других королей, жемчугами и бриллиантами императрицу австрийскую и, нежно обняв императрицу Марию Луизу, как говорит его историк, оставил ее огорченною разлукой, которую она – эта Мария Луиза, считавшаяся его супругой, несмотря на то, что в Париже оставалась другая супруга, – казалось, не в силах была перенести. Несмотря на то, что дипломаты еще твердо верили в возможность мира и усердно работали с этой целью, несмотря на то, что император Наполеон сам писал письмо императору Александру, называя его Monsieur mon frere [Государь брат мой] и искренно уверяя, что он не желает войны и что всегда будет любить и уважать его, – он ехал к армии и отдавал на каждой станции новые приказания, имевшие целью торопить движение армии от запада к востоку. Он ехал в дорожной карете, запряженной шестериком, окруженный пажами, адъютантами и конвоем, по тракту на Позен, Торн, Данциг и Кенигсберг. В каждом из этих городов тысячи людей с трепетом и восторгом встречали его.
Армия подвигалась с запада на восток, и переменные шестерни несли его туда же. 10 го июня он догнал армию и ночевал в Вильковисском лесу, в приготовленной для него квартире, в имении польского графа.
На другой день Наполеон, обогнав армию, в коляске подъехал к Неману и, с тем чтобы осмотреть местность переправы, переоделся в польский мундир и выехал на берег.
Увидав на той стороне казаков (les Cosaques) и расстилавшиеся степи (les Steppes), в середине которых была Moscou la ville sainte, [Москва, священный город,] столица того, подобного Скифскому, государства, куда ходил Александр Македонский, – Наполеон, неожиданно для всех и противно как стратегическим, так и дипломатическим соображениям, приказал наступление, и на другой день войска его стали переходить Неман.
12 го числа рано утром он вышел из палатки, раскинутой в этот день на крутом левом берегу Немана, и смотрел в зрительную трубу на выплывающие из Вильковисского леса потоки своих войск, разливающихся по трем мостам, наведенным на Немане. Войска знали о присутствии императора, искали его глазами, и, когда находили на горе перед палаткой отделившуюся от свиты фигуру в сюртуке и шляпе, они кидали вверх шапки, кричали: «Vive l'Empereur! [Да здравствует император!] – и одни за другими, не истощаясь, вытекали, всё вытекали из огромного, скрывавшего их доселе леса и, расстрояясь, по трем мостам переходили на ту сторону.
– On fera du chemin cette fois ci. Oh! quand il s'en mele lui meme ca chauffe… Nom de Dieu… Le voila!.. Vive l'Empereur! Les voila donc les Steppes de l'Asie! Vilain pays tout de meme. Au revoir, Beauche; je te reserve le plus beau palais de Moscou. Au revoir! Bonne chance… L'as tu vu, l'Empereur? Vive l'Empereur!.. preur! Si on me fait gouverneur aux Indes, Gerard, je te fais ministre du Cachemire, c'est arrete. Vive l'Empereur! Vive! vive! vive! Les gredins de Cosaques, comme ils filent. Vive l'Empereur! Le voila! Le vois tu? Je l'ai vu deux fois comme jete vois. Le petit caporal… Je l'ai vu donner la croix a l'un des vieux… Vive l'Empereur!.. [Теперь походим! О! как он сам возьмется, дело закипит. Ей богу… Вот он… Ура, император! Так вот они, азиатские степи… Однако скверная страна. До свиданья, Боше. Я тебе оставлю лучший дворец в Москве. До свиданья, желаю успеха. Видел императора? Ура! Ежели меня сделают губернатором в Индии, я тебя сделаю министром Кашмира… Ура! Император вот он! Видишь его? Я его два раза как тебя видел. Маленький капрал… Я видел, как он навесил крест одному из стариков… Ура, император!] – говорили голоса старых и молодых людей, самых разнообразных характеров и положений в обществе. На всех лицах этих людей было одно общее выражение радости о начале давно ожидаемого похода и восторга и преданности к человеку в сером сюртуке, стоявшему на горе.
13 го июня Наполеону подали небольшую чистокровную арабскую лошадь, и он сел и поехал галопом к одному из мостов через Неман, непрестанно оглушаемый восторженными криками, которые он, очевидно, переносил только потому, что нельзя было запретить им криками этими выражать свою любовь к нему; но крики эти, сопутствующие ему везде, тяготили его и отвлекали его от военной заботы, охватившей его с того времени, как он присоединился к войску. Он проехал по одному из качавшихся на лодках мостов на ту сторону, круто повернул влево и галопом поехал по направлению к Ковно, предшествуемый замиравшими от счастия, восторженными гвардейскими конными егерями, расчищая дорогу по войскам, скакавшим впереди его. Подъехав к широкой реке Вилии, он остановился подле польского уланского полка, стоявшего на берегу.
– Виват! – также восторженно кричали поляки, расстроивая фронт и давя друг друга, для того чтобы увидать его. Наполеон осмотрел реку, слез с лошади и сел на бревно, лежавшее на берегу. По бессловесному знаку ему подали трубу, он положил ее на спину подбежавшего счастливого пажа и стал смотреть на ту сторону. Потом он углубился в рассматриванье листа карты, разложенного между бревнами. Не поднимая головы, он сказал что то, и двое его адъютантов поскакали к польским уланам.
– Что? Что он сказал? – слышалось в рядах польских улан, когда один адъютант подскакал к ним.
Было приказано, отыскав брод, перейти на ту сторону. Польский уланский полковник, красивый старый человек, раскрасневшись и путаясь в словах от волнения, спросил у адъютанта, позволено ли ему будет переплыть с своими уланами реку, не отыскивая брода. Он с очевидным страхом за отказ, как мальчик, который просит позволения сесть на лошадь, просил, чтобы ему позволили переплыть реку в глазах императора. Адъютант сказал, что, вероятно, император не будет недоволен этим излишним усердием.
Как только адъютант сказал это, старый усатый офицер с счастливым лицом и блестящими глазами, подняв кверху саблю, прокричал: «Виват! – и, скомандовав уланам следовать за собой, дал шпоры лошади и подскакал к реке. Он злобно толкнул замявшуюся под собой лошадь и бухнулся в воду, направляясь вглубь к быстрине течения. Сотни уланов поскакали за ним. Было холодно и жутко на середине и на быстрине теченья. Уланы цеплялись друг за друга, сваливались с лошадей, лошади некоторые тонули, тонули и люди, остальные старались плыть кто на седле, кто держась за гриву. Они старались плыть вперед на ту сторону и, несмотря на то, что за полверсты была переправа, гордились тем, что они плывут и тонут в этой реке под взглядами человека, сидевшего на бревне и даже не смотревшего на то, что они делали. Когда вернувшийся адъютант, выбрав удобную минуту, позволил себе обратить внимание императора на преданность поляков к его особе, маленький человек в сером сюртуке встал и, подозвав к себе Бертье, стал ходить с ним взад и вперед по берегу, отдавая ему приказания и изредка недовольно взглядывая на тонувших улан, развлекавших его внимание.
Для него было не ново убеждение в том, что присутствие его на всех концах мира, от Африки до степей Московии, одинаково поражает и повергает людей в безумие самозабвения. Он велел подать себе лошадь и поехал в свою стоянку.
Человек сорок улан потонуло в реке, несмотря на высланные на помощь лодки. Большинство прибилось назад к этому берегу. Полковник и несколько человек переплыли реку и с трудом вылезли на тот берег. Но как только они вылезли в обшлепнувшемся на них, стекающем ручьями мокром платье, они закричали: «Виват!», восторженно глядя на то место, где стоял Наполеон, но где его уже не было, и в ту минуту считали себя счастливыми.
Ввечеру Наполеон между двумя распоряжениями – одно о том, чтобы как можно скорее доставить заготовленные фальшивые русские ассигнации для ввоза в Россию, и другое о том, чтобы расстрелять саксонца, в перехваченном письме которого найдены сведения о распоряжениях по французской армии, – сделал третье распоряжение – о причислении бросившегося без нужды в реку польского полковника к когорте чести (Legion d'honneur), которой Наполеон был главою.
Qnos vult perdere – dementat. [Кого хочет погубить – лишит разума (лат.) ]


Русский император между тем более месяца уже жил в Вильне, делая смотры и маневры. Ничто не было готово для войны, которой все ожидали и для приготовления к которой император приехал из Петербурга. Общего плана действий не было. Колебания о том, какой план из всех тех, которые предлагались, должен быть принят, только еще более усилились после месячного пребывания императора в главной квартире. В трех армиях был в каждой отдельный главнокомандующий, но общего начальника над всеми армиями не было, и император не принимал на себя этого звания.
Чем дольше жил император в Вильне, тем менее и менее готовились к войне, уставши ожидать ее. Все стремления людей, окружавших государя, казалось, были направлены только на то, чтобы заставлять государя, приятно проводя время, забыть о предстоящей войне.
После многих балов и праздников у польских магнатов, у придворных и у самого государя, в июне месяце одному из польских генерал адъютантов государя пришла мысль дать обед и бал государю от лица его генерал адъютантов. Мысль эта радостно была принята всеми. Государь изъявил согласие. Генерал адъютанты собрали по подписке деньги. Особа, которая наиболее могла быть приятна государю, была приглашена быть хозяйкой бала. Граф Бенигсен, помещик Виленской губернии, предложил свой загородный дом для этого праздника, и 13 июня был назначен обед, бал, катанье на лодках и фейерверк в Закрете, загородном доме графа Бенигсена.
В тот самый день, в который Наполеоном был отдан приказ о переходе через Неман и передовые войска его, оттеснив казаков, перешли через русскую границу, Александр проводил вечер на даче Бенигсена – на бале, даваемом генерал адъютантами.
Был веселый, блестящий праздник; знатоки дела говорили, что редко собиралось в одном месте столько красавиц. Графиня Безухова в числе других русских дам, приехавших за государем из Петербурга в Вильну, была на этом бале, затемняя своей тяжелой, так называемой русской красотой утонченных польских дам. Она была замечена, и государь удостоил ее танца.
Борис Друбецкой, en garcon (холостяком), как он говорил, оставив свою жену в Москве, был также на этом бале и, хотя не генерал адъютант, был участником на большую сумму в подписке для бала. Борис теперь был богатый человек, далеко ушедший в почестях, уже не искавший покровительства, а на ровной ноге стоявший с высшими из своих сверстников.
В двенадцать часов ночи еще танцевали. Элен, не имевшая достойного кавалера, сама предложила мазурку Борису. Они сидели в третьей паре. Борис, хладнокровно поглядывая на блестящие обнаженные плечи Элен, выступавшие из темного газового с золотом платья, рассказывал про старых знакомых и вместе с тем, незаметно для самого себя и для других, ни на секунду не переставал наблюдать государя, находившегося в той же зале. Государь не танцевал; он стоял в дверях и останавливал то тех, то других теми ласковыми словами, которые он один только умел говорить.
При начале мазурки Борис видел, что генерал адъютант Балашев, одно из ближайших лиц к государю, подошел к нему и непридворно остановился близко от государя, говорившего с польской дамой. Поговорив с дамой, государь взглянул вопросительно и, видно, поняв, что Балашев поступил так только потому, что на то были важные причины, слегка кивнул даме и обратился к Балашеву. Только что Балашев начал говорить, как удивление выразилось на лице государя. Он взял под руку Балашева и пошел с ним через залу, бессознательно для себя расчищая с обеих сторон сажени на три широкую дорогу сторонившихся перед ним. Борис заметил взволнованное лицо Аракчеева, в то время как государь пошел с Балашевым. Аракчеев, исподлобья глядя на государя и посапывая красным носом, выдвинулся из толпы, как бы ожидая, что государь обратится к нему. (Борис понял, что Аракчеев завидует Балашеву и недоволен тем, что какая то, очевидно, важная, новость не через него передана государю.)
Но государь с Балашевым прошли, не замечая Аракчеева, через выходную дверь в освещенный сад. Аракчеев, придерживая шпагу и злобно оглядываясь вокруг себя, прошел шагах в двадцати за ними.
Пока Борис продолжал делать фигуры мазурки, его не переставала мучить мысль о том, какую новость привез Балашев и каким бы образом узнать ее прежде других.
В фигуре, где ему надо было выбирать дам, шепнув Элен, что он хочет взять графиню Потоцкую, которая, кажется, вышла на балкон, он, скользя ногами по паркету, выбежал в выходную дверь в сад и, заметив входящего с Балашевым на террасу государя, приостановился. Государь с Балашевым направлялись к двери. Борис, заторопившись, как будто не успев отодвинуться, почтительно прижался к притолоке и нагнул голову.
Государь с волнением лично оскорбленного человека договаривал следующие слова:
– Без объявления войны вступить в Россию. Я помирюсь только тогда, когда ни одного вооруженного неприятеля не останется на моей земле, – сказал он. Как показалось Борису, государю приятно было высказать эти слова: он был доволен формой выражения своей мысли, но был недоволен тем, что Борис услыхал их.
– Чтоб никто ничего не знал! – прибавил государь, нахмурившись. Борис понял, что это относилось к нему, и, закрыв глаза, слегка наклонил голову. Государь опять вошел в залу и еще около получаса пробыл на бале.
Борис первый узнал известие о переходе французскими войсками Немана и благодаря этому имел случай показать некоторым важным лицам, что многое, скрытое от других, бывает ему известно, и через то имел случай подняться выше во мнении этих особ.

Неожиданное известие о переходе французами Немана было особенно неожиданно после месяца несбывавшегося ожидания, и на бале! Государь, в первую минуту получения известия, под влиянием возмущения и оскорбления, нашел то, сделавшееся потом знаменитым, изречение, которое самому понравилось ему и выражало вполне его чувства. Возвратившись домой с бала, государь в два часа ночи послал за секретарем Шишковым и велел написать приказ войскам и рескрипт к фельдмаршалу князю Салтыкову, в котором он непременно требовал, чтобы были помещены слова о том, что он не помирится до тех пор, пока хотя один вооруженный француз останется на русской земле.
На другой день было написано следующее письмо к Наполеону.
«Monsieur mon frere. J'ai appris hier que malgre la loyaute avec laquelle j'ai maintenu mes engagements envers Votre Majeste, ses troupes ont franchis les frontieres de la Russie, et je recois a l'instant de Petersbourg une note par laquelle le comte Lauriston, pour cause de cette agression, annonce que Votre Majeste s'est consideree comme en etat de guerre avec moi des le moment ou le prince Kourakine a fait la demande de ses passeports. Les motifs sur lesquels le duc de Bassano fondait son refus de les lui delivrer, n'auraient jamais pu me faire supposer que cette demarche servirait jamais de pretexte a l'agression. En effet cet ambassadeur n'y a jamais ete autorise comme il l'a declare lui meme, et aussitot que j'en fus informe, je lui ai fait connaitre combien je le desapprouvais en lui donnant l'ordre de rester a son poste. Si Votre Majeste n'est pas intentionnee de verser le sang de nos peuples pour un malentendu de ce genre et qu'elle consente a retirer ses troupes du territoire russe, je regarderai ce qui s'est passe comme non avenu, et un accommodement entre nous sera possible. Dans le cas contraire, Votre Majeste, je me verrai force de repousser une attaque que rien n'a provoquee de ma part. Il depend encore de Votre Majeste d'eviter a l'humanite les calamites d'une nouvelle guerre.
Je suis, etc.
(signe) Alexandre».
[«Государь брат мой! Вчера дошло до меня, что, несмотря на прямодушие, с которым соблюдал я мои обязательства в отношении к Вашему Императорскому Величеству, войска Ваши перешли русские границы, и только лишь теперь получил из Петербурга ноту, которою граф Лористон извещает меня, по поводу сего вторжения, что Ваше Величество считаете себя в неприязненных отношениях со мною, с того времени как князь Куракин потребовал свои паспорта. Причины, на которых герцог Бассано основывал свой отказ выдать сии паспорты, никогда не могли бы заставить меня предполагать, чтобы поступок моего посла послужил поводом к нападению. И в действительности он не имел на то от меня повеления, как было объявлено им самим; и как только я узнал о сем, то немедленно выразил мое неудовольствие князю Куракину, повелев ему исполнять по прежнему порученные ему обязанности. Ежели Ваше Величество не расположены проливать кровь наших подданных из за подобного недоразумения и ежели Вы согласны вывести свои войска из русских владений, то я оставлю без внимания все происшедшее, и соглашение между нами будет возможно. В противном случае я буду принужден отражать нападение, которое ничем не было возбуждено с моей стороны. Ваше Величество, еще имеете возможность избавить человечество от бедствий новой войны.
(подписал) Александр». ]


13 го июня, в два часа ночи, государь, призвав к себе Балашева и прочтя ему свое письмо к Наполеону, приказал ему отвезти это письмо и лично передать французскому императору. Отправляя Балашева, государь вновь повторил ему слова о том, что он не помирится до тех пор, пока останется хотя один вооруженный неприятель на русской земле, и приказал непременно передать эти слова Наполеону. Государь не написал этих слов в письме, потому что он чувствовал с своим тактом, что слова эти неудобны для передачи в ту минуту, когда делается последняя попытка примирения; но он непременно приказал Балашеву передать их лично Наполеону.
Выехав в ночь с 13 го на 14 е июня, Балашев, сопутствуемый трубачом и двумя казаками, к рассвету приехал в деревню Рыконты, на французские аванпосты по сю сторону Немана. Он был остановлен французскими кавалерийскими часовыми.
Французский гусарский унтер офицер, в малиновом мундире и мохнатой шапке, крикнул на подъезжавшего Балашева, приказывая ему остановиться. Балашев не тотчас остановился, а продолжал шагом подвигаться по дороге.
Унтер офицер, нахмурившись и проворчав какое то ругательство, надвинулся грудью лошади на Балашева, взялся за саблю и грубо крикнул на русского генерала, спрашивая его: глух ли он, что не слышит того, что ему говорят. Балашев назвал себя. Унтер офицер послал солдата к офицеру.
Не обращая на Балашева внимания, унтер офицер стал говорить с товарищами о своем полковом деле и не глядел на русского генерала.
Необычайно странно было Балашеву, после близости к высшей власти и могуществу, после разговора три часа тому назад с государем и вообще привыкшему по своей службе к почестям, видеть тут, на русской земле, это враждебное и главное – непочтительное отношение к себе грубой силы.
Солнце только начинало подниматься из за туч; в воздухе было свежо и росисто. По дороге из деревни выгоняли стадо. В полях один за одним, как пузырьки в воде, вспырскивали с чувыканьем жаворонки.
Балашев оглядывался вокруг себя, ожидая приезда офицера из деревни. Русские казаки, и трубач, и французские гусары молча изредка глядели друг на друга.
Французский гусарский полковник, видимо, только что с постели, выехал из деревни на красивой сытой серой лошади, сопутствуемый двумя гусарами. На офицере, на солдатах и на их лошадях был вид довольства и щегольства.
Это было то первое время кампании, когда войска еще находились в исправности, почти равной смотровой, мирной деятельности, только с оттенком нарядной воинственности в одежде и с нравственным оттенком того веселья и предприимчивости, которые всегда сопутствуют началам кампаний.
Французский полковник с трудом удерживал зевоту, но был учтив и, видимо, понимал все значение Балашева. Он провел его мимо своих солдат за цепь и сообщил, что желание его быть представленну императору будет, вероятно, тотчас же исполнено, так как императорская квартира, сколько он знает, находится недалеко.