Ажальбер, Жан

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Жан Ажальбер
фр. Jean Ajalbert

Жан Ажальбер в 1890 году.
Дата рождения:

10 июня 1863(1863-06-10)

Место рождения:

Леваллуа-Перре, департамента О-де-Сен, Франция

Дата смерти:

14 января 1947(1947-01-14) (83 года)

Место смерти:

Каор, департамента Ло, Франция

Род деятельности:

Романист, новеллист

Жанр:

роман, новелла

Язык произведений:

французский

Жан Ажальбер (фр. Jean Ajalbert; 10 июня 1863, Леваллуа-Перре, департамента О-де-Сен, Франция — 14 января 1947, Каор, департамента Ло, Франция) — французский писатель, поэт и искусствовед. Член Гонкуровской академии (1917—1947). Один из основателей Академии Малларме в 1937 году. Коллаборационист Второй мировой войны.



Биография

Окончил Лицей Кондорсе. Сотрудничал с редакцией журнала La Justice и радикальной группой Жоржа Клемансо. Вначале сторонник анархизма.

Под псевдонимом Хью Марси напечатал свои первые стихи. В конце XIX века Ажальбер вращался в среде символистов и декадентов, тогда же написал первые романы.

Был куратором музея наполеоновской эпохи в Шато-де-Мальмезон, затем — директором национальной мануфактуры гобеленов Бове.

Член Французской народной партии с 1942 г. В годы Второй мировой войны входил в состав «Комитета освобождения Франции» под руководством лидера ультраправой Французской народной партии Жака Дорио. За сотрудничество с фашистами находится под судом и следствием, отбывал тюремное заключении в 1945 году.

Автор книг на разные темы, посвящённых архитектуре, изготовлению гобеленов, авиации, путешествиям и жизни в Лаосе и Индокитае и др.

Ряд книг посвятил Прекрасной эпохе и вождю реваншистско-антиреспубликанского движения Жоржу Буланже.

Избранные произведения

  • La Tournee,
  • Le Maroc sans Les Boches Voyage de Guerre 1916,
  • Sur le vif,
  • Les paysages de femmes,
  • Sur le talus,
  • L’Auvergne,
  • L’indo-Chine En Péril

Напишите отзыв о статье "Ажальбер, Жан"

Ссылки

  • [data.bnf.fr/11888247/jean_ajalbert/ Jean Ajalbert (1863—1947)] (фр.)

Отрывок, характеризующий Ажальбер, Жан

Как и всегда это бывает во время путешествия, княжна Марья думала только об одном путешествии, забывая о том, что было его целью. Но, подъезжая к Ярославлю, когда открылось опять то, что могло предстоять ей, и уже не через много дней, а нынче вечером, волнение княжны Марьи дошло до крайних пределов.
Когда посланный вперед гайдук, чтобы узнать в Ярославле, где стоят Ростовы и в каком положении находится князь Андрей, встретил у заставы большую въезжавшую карету, он ужаснулся, увидав страшно бледное лицо княжны, которое высунулось ему из окна.
– Все узнал, ваше сиятельство: ростовские стоят на площади, в доме купца Бронникова. Недалече, над самой над Волгой, – сказал гайдук.
Княжна Марья испуганно вопросительно смотрела на его лицо, не понимая того, что он говорил ей, не понимая, почему он не отвечал на главный вопрос: что брат? M lle Bourienne сделала этот вопрос за княжну Марью.
– Что князь? – спросила она.
– Их сиятельство с ними в том же доме стоят.
«Стало быть, он жив», – подумала княжна и тихо спросила: что он?
– Люди сказывали, все в том же положении.
Что значило «все в том же положении», княжна не стала спрашивать и мельком только, незаметно взглянув на семилетнего Николушку, сидевшего перед нею и радовавшегося на город, опустила голову и не поднимала ее до тех пор, пока тяжелая карета, гремя, трясясь и колыхаясь, не остановилась где то. Загремели откидываемые подножки.
Отворились дверцы. Слева была вода – река большая, справа было крыльцо; на крыльце были люди, прислуга и какая то румяная, с большой черной косой, девушка, которая неприятно притворно улыбалась, как показалось княжне Марье (это была Соня). Княжна взбежала по лестнице, притворно улыбавшаяся девушка сказала: – Сюда, сюда! – и княжна очутилась в передней перед старой женщиной с восточным типом лица, которая с растроганным выражением быстро шла ей навстречу. Это была графиня. Она обняла княжну Марью и стала целовать ее.
– Mon enfant! – проговорила она, – je vous aime et vous connais depuis longtemps. [Дитя мое! я вас люблю и знаю давно.]
Несмотря на все свое волнение, княжна Марья поняла, что это была графиня и что надо было ей сказать что нибудь. Она, сама не зная как, проговорила какие то учтивые французские слова, в том же тоне, в котором были те, которые ей говорили, и спросила: что он?
– Доктор говорит, что нет опасности, – сказала графиня, но в то время, как она говорила это, она со вздохом подняла глаза кверху, и в этом жесте было выражение, противоречащее ее словам.
– Где он? Можно его видеть, можно? – спросила княжна.
– Сейчас, княжна, сейчас, мой дружок. Это его сын? – сказала она, обращаясь к Николушке, который входил с Десалем. – Мы все поместимся, дом большой. О, какой прелестный мальчик!
Графиня ввела княжну в гостиную. Соня разговаривала с m lle Bourienne. Графиня ласкала мальчика. Старый граф вошел в комнату, приветствуя княжну. Старый граф чрезвычайно переменился с тех пор, как его последний раз видела княжна. Тогда он был бойкий, веселый, самоуверенный старичок, теперь он казался жалким, затерянным человеком. Он, говоря с княжной, беспрестанно оглядывался, как бы спрашивая у всех, то ли он делает, что надобно. После разорения Москвы и его имения, выбитый из привычной колеи, он, видимо, потерял сознание своего значения и чувствовал, что ему уже нет места в жизни.