Александро-Невский собор (Симферополь)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Церковь
Александро-Невский собор

Современный вид, 2015 год
Страна Россия Россия/Украина Украина[1]
Конфессия Православие
Епархия Симферопольская и Крымская епархия УПЦ 
Благочиние 1 Симферопольское благочиние 
Строитель И. Колодин
Архитектор И. И. Шарлемань
Строительство 18231829 годы
Дата упразднения 1922
Состояние действует
Сайт [alexandr-nevskiy.church.ua/ Официальный сайт]
Координаты: 44°57′10″ с. ш. 34°05′53″ в. д. / 44.952917° с. ш. 34.09806° в. д. / 44.952917; 34.09806 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=44.952917&mlon=34.09806&zoom=17 (O)] (Я)

Александро-Невский собор — кафедральный собор в Симферополе, разрушенный в ночь с 26 на 27 сентября 1930 г.[2] и находящийся в наши дни в процессе воссоздания. В этот момент при разрушении сего храма, комсомольский вожак, разгонявший всех глазеющих при взрыве храма - был убит осколком от самого взрыва.... ( это была единственная жертва при ликвидации храма на этом месте).

Авторство идеи возведения в Симферополе соборного храма принадлежит Екатерине II, посетившей город в 1787 году. Однако смерть Потёмкина и самой императрицы задержали начало строительства. Храм был заложен в 1810 году, однако из-за Отечественной войны 1812 года и конструкционных трудностей, в 1816 году И. Шарлеманем и И. Ф. Колодиным был разработан новый проект, одобренный Александром I и получивший щедрое финансирование. Для строительства храма были приглашены лучшие мастера со всей России.

Торжественное освящение храма состоялось 3 июня 1829 года. В течение своего существования храм существенно изменился. В 1842 году западный фасад храма обогатился часами, устроенными справа от входа на одном из четырёх малых куполов. В 1844 была году произведена капитальная перестройка храма. На западном фасаде были построены трапезная и притвор с колокольней, с правой стороны притвора было устроено помещение для сторожа, в левой — вход в ризницу и колокольню. В 1869 году храм был расширен пристройкой трех алтарей и галереей на западном фасаде. Примечательно, что в 1891 году в качестве разнорабочего принимал участие в ремонтных работах собора молодой Максим Горький.

В январе 1918 года в здании собора окопались контрреволюционеры, на колокольне они установили пулемёты. Революционные моряки-черноморцы подавили огневую точку, сильно разрушив колокольню и здание. В декабре 1922 года Александро-Невский собор был закрыт и позже превращён в склад церковной утвари, собранной из других храмов Крыма. В 1929 году были сняты колокола храма, а 30 мая 1930 принято решение о сносе кафедрального собора, приведённое в исполнение в ночь на 27 сентября — храм был взорван. Место расчищено и разбит сквер, в котором в 1944 году был установлен танк-памятник освободителям Симферополя.

В 1999 году Верховный Совет Крыма и Симферопольская и Крымская епархия решили воссоздать храм на его исконном месте. Работы по воссозданию храма ведутся с 2003 года. Современный проект значительно отличается от оригинала.



Интересные факты

  • На ремонтных работах собора несколько дней 1891 году проработал молодой Максим Горький.
  • 28 февраля 1911 года в Александро-Невском соборе Льва Толстого вновь, но уже посмертно, отлучили от церкви (литургия с преданием анафеме). Точное описание этого события привёл К. А. Тренев в антицерковной повести «Владыка» (1912 г.). Литургии с преданием анафеме Льва Толстого и его последователей отслужил епископ Феофан Быстров.

Напишите отзыв о статье "Александро-Невский собор (Симферополь)"

Примечания

  1. Этот географический объект расположен на территории Крымского полуострова, бо́льшая часть которого является объектом территориальных разногласий между Россией, контролирующей спорную территорию, и Украиной. Согласно федеративному устройству России, на спорной территории Крыма располагаются субъекты Российской ФедерацииРеспублика Крым и город федерального значения Севастополь. Согласно административному делению Украины, на спорной территории Крыма располагаются регионы Украины — Автономная Республика Крым и город со специальным статусом Севастополь.
  2. История Свято-Александро-Невскогокафедрального [crimea.orthodoxy.su/main/cathedrals/418-01 собора]

Ссылки

  • [mysimf.org/index.php/simfipedia/aleksandro-nevskijj-sobor/ Описание собора и его истории на сайте «Мой Симферополь»]
  • [restcrimea.com/article/show/id/51/ Информация о соборе на сайте Restcrimea.com]

Отрывок, характеризующий Александро-Невский собор (Симферополь)

Она опять остановилась. Никто не прерывал ее молчания.
– Горе наше общее, и будем делить всё пополам. Все, что мое, то ваше, – сказала она, оглядывая лица, стоявшие перед нею.
Все глаза смотрели на нее с одинаковым выражением, значения которого она не могла понять. Было ли это любопытство, преданность, благодарность, или испуг и недоверие, но выражение на всех лицах было одинаковое.
– Много довольны вашей милостью, только нам брать господский хлеб не приходится, – сказал голос сзади.
– Да отчего же? – сказала княжна.
Никто не ответил, и княжна Марья, оглядываясь по толпе, замечала, что теперь все глаза, с которыми она встречалась, тотчас же опускались.
– Отчего же вы не хотите? – спросила она опять.
Никто не отвечал.
Княжне Марье становилось тяжело от этого молчанья; она старалась уловить чей нибудь взгляд.
– Отчего вы не говорите? – обратилась княжна к старому старику, который, облокотившись на палку, стоял перед ней. – Скажи, ежели ты думаешь, что еще что нибудь нужно. Я все сделаю, – сказала она, уловив его взгляд. Но он, как бы рассердившись за это, опустил совсем голову и проговорил:
– Чего соглашаться то, не нужно нам хлеба.
– Что ж, нам все бросить то? Не согласны. Не согласны… Нет нашего согласия. Мы тебя жалеем, а нашего согласия нет. Поезжай сама, одна… – раздалось в толпе с разных сторон. И опять на всех лицах этой толпы показалось одно и то же выражение, и теперь это было уже наверное не выражение любопытства и благодарности, а выражение озлобленной решительности.
– Да вы не поняли, верно, – с грустной улыбкой сказала княжна Марья. – Отчего вы не хотите ехать? Я обещаю поселить вас, кормить. А здесь неприятель разорит вас…
Но голос ее заглушали голоса толпы.
– Нет нашего согласия, пускай разоряет! Не берем твоего хлеба, нет согласия нашего!
Княжна Марья старалась уловить опять чей нибудь взгляд из толпы, но ни один взгляд не был устремлен на нее; глаза, очевидно, избегали ее. Ей стало странно и неловко.
– Вишь, научила ловко, за ней в крепость иди! Дома разори да в кабалу и ступай. Как же! Я хлеб, мол, отдам! – слышались голоса в толпе.
Княжна Марья, опустив голову, вышла из круга и пошла в дом. Повторив Дрону приказание о том, чтобы завтра были лошади для отъезда, она ушла в свою комнату и осталась одна с своими мыслями.


Долго эту ночь княжна Марья сидела у открытого окна в своей комнате, прислушиваясь к звукам говора мужиков, доносившегося с деревни, но она не думала о них. Она чувствовала, что, сколько бы она ни думала о них, она не могла бы понять их. Она думала все об одном – о своем горе, которое теперь, после перерыва, произведенного заботами о настоящем, уже сделалось для нее прошедшим. Она теперь уже могла вспоминать, могла плакать и могла молиться. С заходом солнца ветер затих. Ночь была тихая и свежая. В двенадцатом часу голоса стали затихать, пропел петух, из за лип стала выходить полная луна, поднялся свежий, белый туман роса, и над деревней и над домом воцарилась тишина.
Одна за другой представлялись ей картины близкого прошедшего – болезни и последних минут отца. И с грустной радостью она теперь останавливалась на этих образах, отгоняя от себя с ужасом только одно последнее представление его смерти, которое – она чувствовала – она была не в силах созерцать даже в своем воображении в этот тихий и таинственный час ночи. И картины эти представлялись ей с такой ясностью и с такими подробностями, что они казались ей то действительностью, то прошедшим, то будущим.
То ей живо представлялась та минута, когда с ним сделался удар и его из сада в Лысых Горах волокли под руки и он бормотал что то бессильным языком, дергал седыми бровями и беспокойно и робко смотрел на нее.
«Он и тогда хотел сказать мне то, что он сказал мне в день своей смерти, – думала она. – Он всегда думал то, что он сказал мне». И вот ей со всеми подробностями вспомнилась та ночь в Лысых Горах накануне сделавшегося с ним удара, когда княжна Марья, предчувствуя беду, против его воли осталась с ним. Она не спала и ночью на цыпочках сошла вниз и, подойдя к двери в цветочную, в которой в эту ночь ночевал ее отец, прислушалась к его голосу. Он измученным, усталым голосом говорил что то с Тихоном. Ему, видно, хотелось поговорить. «И отчего он не позвал меня? Отчего он не позволил быть мне тут на месте Тихона? – думала тогда и теперь княжна Марья. – Уж он не выскажет никогда никому теперь всего того, что было в его душе. Уж никогда не вернется для него и для меня эта минута, когда бы он говорил все, что ему хотелось высказать, а я, а не Тихон, слушала бы и понимала его. Отчего я не вошла тогда в комнату? – думала она. – Может быть, он тогда же бы сказал мне то, что он сказал в день смерти. Он и тогда в разговоре с Тихоном два раза спросил про меня. Ему хотелось меня видеть, а я стояла тут, за дверью. Ему было грустно, тяжело говорить с Тихоном, который не понимал его. Помню, как он заговорил с ним про Лизу, как живую, – он забыл, что она умерла, и Тихон напомнил ему, что ее уже нет, и он закричал: „Дурак“. Ему тяжело было. Я слышала из за двери, как он, кряхтя, лег на кровать и громко прокричал: „Бог мой!Отчего я не взошла тогда? Что ж бы он сделал мне? Что бы я потеряла? А может быть, тогда же он утешился бы, он сказал бы мне это слово“. И княжна Марья вслух произнесла то ласковое слово, которое он сказал ей в день смерти. «Ду ше нь ка! – повторила княжна Марья это слово и зарыдала облегчающими душу слезами. Она видела теперь перед собою его лицо. И не то лицо, которое она знала с тех пор, как себя помнила, и которое она всегда видела издалека; а то лицо – робкое и слабое, которое она в последний день, пригибаясь к его рту, чтобы слышать то, что он говорил, в первый раз рассмотрела вблизи со всеми его морщинами и подробностями.