Англо-египетский договор (1936)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Англо-египетский договор был подписан в 1936 году и определял отношения между Соединенным Королевством и Королевством Египет. Официально был известен как «договор о союзе Его Величества из Соединенного Королевства, и Его Величества Царя Египта».

Договор предусматривал выведение всех войск Великобритании из Египта за исключением тех войск, которые были необходимы для защиты Суэцкого канала и его окрестностей. Также 10 000 британских солдат вспомогательного персонала по договору остались недалеко от Суэцкого канала. Великобритания также пообещала обучать армию Египта, а также оказать помощь в его защиту в случае войны. Договор был подписан 26 августа во дворце Заафарана и ратифицирован 22 декабря на следующие 20 лет, вплоть до 1956 года.

Поводом для договора стала Вторая итало-эфиопская война, начатая в 1935 году и закончившаяся оккупацией Эфиопии. Король Фарук I боялся, что итальянцы также могут вторгнуться в Египет, чтобы присоединить основную часть фашистской Италии к Африканской части. Договор не был поддержан националистами Партии арабского социалистического возрождения, которые хотели полной независимости Египта. Это спровоцировало волну анти-британских и антиправительственных демонстраций. Демонстранты также протестовали из-за того, что не был решен вопрос Судана. Англичане заявили, что Судан должен совместно управляться Египтом и Великобританией, на что египтяне ответили отказом. Несмотря на это соглашение, реальная власть была в руках англичан и договор выразительно выступал за сохранение статус-кво.

Новое правительство Египта в одностороннем порядке аннулировало договор в 1951 году. Три года спустя Великобритания согласилась вывести свои войска. Вывод был завершён в июле 1956 года и, следовательно вывод британских войск рассматривался как право на полную независимость Египта. 26 июля 1956 года Египет национализировал Суэцкий канал после отказа Великобритании и США финансировать строительство Асуанской плотины, что ускорило начало Суэцкого кризиса.

Напишите отзыв о статье "Англо-египетский договор (1936)"



Ссылки

  • [www.slovopedia.com/14/197/1013403.html/ ЕГИПЕТ: ИСТОРИЯ — Ш. АНГЛО-ЕГИПЕТСКИЙ ДОГОВОР 1936]
  • [i-cias.com/e.o/angl_tr_egyptian.htm/ Anglo-egyptian treaty.]

Отрывок, характеризующий Англо-египетский договор (1936)

– Sire! Je ne m'attendais pas a moins qu'a vous trouver aux portes de Moscou, [Я ожидал не менее того, как найти вас, государь, у ворот Москвы.] – сказал Боссе.
Наполеон улыбнулся и, рассеянно подняв голову, оглянулся направо. Адъютант плывущим шагом подошел с золотой табакеркой и подставил ее. Наполеон взял ее.
– Да, хорошо случилось для вас, – сказал он, приставляя раскрытую табакерку к носу, – вы любите путешествовать, через три дня вы увидите Москву. Вы, верно, не ждали увидать азиатскую столицу. Вы сделаете приятное путешествие.
Боссе поклонился с благодарностью за эту внимательность к его (неизвестной ему до сей поры) склонности путешествовать.
– А! это что? – сказал Наполеон, заметив, что все придворные смотрели на что то, покрытое покрывалом. Боссе с придворной ловкостью, не показывая спины, сделал вполуоборот два шага назад и в одно и то же время сдернул покрывало и проговорил:
– Подарок вашему величеству от императрицы.
Это был яркими красками написанный Жераром портрет мальчика, рожденного от Наполеона и дочери австрийского императора, которого почему то все называли королем Рима.
Весьма красивый курчавый мальчик, со взглядом, похожим на взгляд Христа в Сикстинской мадонне, изображен был играющим в бильбоке. Шар представлял земной шар, а палочка в другой руке изображала скипетр.
Хотя и не совсем ясно было, что именно хотел выразить живописец, представив так называемого короля Рима протыкающим земной шар палочкой, но аллегория эта, так же как и всем видевшим картину в Париже, так и Наполеону, очевидно, показалась ясною и весьма понравилась.
– Roi de Rome, [Римский король.] – сказал он, грациозным жестом руки указывая на портрет. – Admirable! [Чудесно!] – С свойственной итальянцам способностью изменять произвольно выражение лица, он подошел к портрету и сделал вид задумчивой нежности. Он чувствовал, что то, что он скажет и сделает теперь, – есть история. И ему казалось, что лучшее, что он может сделать теперь, – это то, чтобы он с своим величием, вследствие которого сын его в бильбоке играл земным шаром, чтобы он выказал, в противоположность этого величия, самую простую отеческую нежность. Глаза его отуманились, он подвинулся, оглянулся на стул (стул подскочил под него) и сел на него против портрета. Один жест его – и все на цыпочках вышли, предоставляя самому себе и его чувству великого человека.