Антиалкогольная кампания

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Антиалкогольная кампания — в общем смысле, комплекс правительственных мер по снижению потребления алкоголя среди населения.





Антиалкогольные кампании в царской России

Кампания Алексея Михайловича

Первую антиалкогольную кампанию в России начал царь Алексей Михайлович. 15 марта 1647 года царским указом насельникам Соловецкого монастыря запретили держать в кельях «пьянственное питье»[1]. В 1649 в епархии были отправлены патриаршие и царские грамоты, запрещающие держать «хмельное питье» во всех монастырях[2]. Среди предложений, подготовленных царем Алексеем Михайловичем для Собора русского духовенства 9 февраля 1651 г., в последнем 13 пункте написано: «А священническому и иноческому чину от пиянства трезвитися и сквернословия отнюдь бы не держатися не токъмо в церкви, но и в миру; на них многие мирские люди соблажняются»[3].
В 1652 году, с целью сократить пьянство среди простого народа по царскому указу была подготовлена и проведена кабацкая реформа[4]. Благие начинания царя оказались недолговечными. Вспыхнувшая в 1654 г. война с Польшей за Украину не позволила Алексею Михайловичу продолжить борьбу за трезвый образ жизни своего народа.

Кампания Николая II

В самом начале Первой мировой войны государь Николай II решил провести смелую реформу, которая была особенно близка его сердцу: запрещение продажи спиртных напитков. Сначала был введен запрет как обычная мера, сопровождающая мобилизацию; затем, 22 августа 1914 года, было объявлено, что запрет сохранится на все время войны; он был постепенно распространен не только на водку, но и также на вино и пиво. Затем, в начале сентября, принимая великого князя Константина Константиновича в качестве председателя Союзов Трезвенников, Николай сказал: «Я уже предрешил навсегда воспретить в России казенную продажу водки». И эти слова царя полностью соответствовали в то время общему народному мнению, принявшему запрет спиртных напитков как очищение от грехов. Никому потом не приходило в голову, что такая законодательная мера, предрешенная царем, могла бы встретить сопротивление в представительных учреждениях.

Антиалкогольная кампания в США

В XIX веке идея тотального запрета на алкоголь в Североамериканских Соединённых Штатах обладала не только мощным политическим потенциалом, её воплощение в жизнь могло сильно повлиять на различные потребительские рынки, что привлекало некоторых коммерсантов. Самую значительную финансовую помощь Антисалунной лиге оказывали объединения аптекарей и фармацевтов. Их интерес заключался в следующем: владельцы аптек активно продвигали на рынке «безопасную для здоровья и этически чистую» альтернативу спиртному — тонизирующие эликсиры и микстуры, в состав которых входила колумбийская кока. Свойства кокаина в то время были еще мало исследованы, и среди религиозных радикалов, желавших взбодриться и заодно поправить здоровье, эти препараты пользовались большим спросом. Но на массовый сбыт тонизирующих изделий аптекари могли рассчитывать лишь в том случае, если их главный конкурент — виски — окажется вне закона.

Летом 1886, когда муниципальный совет Атланты объявил город зоной, свободной от алкоголя, местный фармацевт Джон Стит Пимбертон, известный как изобретатель первого рецепта напитка «Кока-кола», повысил объем продаж своего препарата с 25 галлонов до 1050. Это уже потом прохладительные напитки стали делать на основе «обезвреженных» листьев коки, а в то время бутылка «Кока-колы», стоившая 25 центов, содержала в себе солидную дозу наркотика. Из-за мощного психотропного эффекта потребители прозвали её «пружиной».

В штате Мэн с 1851 года действовал полный запрет на производство и продажу спиртных напитков (в виде исключения из общего правила, спирт отпускается аптеками как лекарство, по рецепту врача, или муниципальными властями — для технических целей). Подобный закон тогда же действовал ещё в других 6 штатах (вполне успешно, например, — в штате Канзас, за исключением нескольких графств).

Благодаря местным «сухим законам» аптекари получили возможность расширить свои предприятия. За счет прибылей от торговли кокаином американская аптека со временем превратилась в многопрофильный торговый центр, объединявший в себе закусочную, магазин, заправочную станцию и т. д. А хозяевам местных баров и пивных заводов оставалось либо перебираться в другой штат, либо переквалифицироваться в подпольных самогонщиков — муншайнеров.

Общества трезвенников тем временем набирали силу. К началу 1910-х Антисалунная лига превратилась в одно из самых массовых общественных движений США. Ведь проблемы, в которых обвиняли Джона Ячменное Зерно, только усугубились: уровень жизни из-за нестабильности доллара перманентно снижался, а преступность, благодаря постоянному притоку эмигрантов, росла. Алкогольная промышленность потребляла так много зернового сырья, что с началом первой мировой войны в стране возникли перебои с поставками хлеба. Правительство было готово поиграть в эксперимент с духовным возрождением нации, если бы не одно «но»: самыми надежными источниками пополнения казны оставались алкогольные и табачные акцизы.

В 1917, сразу после вступления США в Первую мировую войну, Антисалунная лига предложила конгрессу запретить продажу спиртного военнослужащим: перебравшие солдаты не раз устраивали стрельбу на улицах, да и печальный опыт гражданской войны в США еще не был забыт. Проблема пополнения бюджета к тому времени была решена за счет подоходного налога и налога на прибыль, которые были введены в 1914. Конгресс запретил военным пить, но ни для кого не было секретом, что этот парламентский акт — лишь первый шаг на пути к полному запрету алкоголя. Действительно, всего несколько месяцев спустя республиканцы начали процесс проведения через конгресс всеобщего запрета на алкоголь в качестве восемнадцатой поправки к конституции США. Он был введен в 1919 г.

Антиалкогольные кампании в СССР

В Советском Союзе попытки борьбы с пьянством предпринимались не единожды. Первая антиалкогольная кампания была получена большевиками в «наследство» от Царского правительства. Кроме того, сразу по приходу к власти Петроградский реввоенсовет издал приказ от 8 ноября 1917 года, который гласил, «впредь до особого распоряжения воспрещается производство алкоголя и всяких „алкогольных напитков“».

Вторая попытка атаки на потребление алкоголя была выполнена в 1958 году, когда было принято постановление ЦК КПСС и Советского правительства «Об усилении борьбы с пьянством и о наведении порядка в торговле крепкими спиртными напитками».

Третья попытка ознаменовалась выходом 16 мая 1972 года постановления № 361 «О мерах по усилению борьбы против пьянства и алкоголизма». И наконец, четвертая попытка, так называемый «Горбачевский сухой закон» был выполнен выходом 7 и 16 мая 1985 года ряда законодательных актов ЦК КПСС и Совмина СССР об усилении борьбы с пьянством и самогоноварением.

Факты

  • Согласно проведённому опросу 2005 года, 58 % россиян в целом позитивно оценивают Антиалкогольную кампанию. Однако только 15 % считают, что она принесла позитивные плоды [5].
  • Оппоненты Антиалкогольной кампании считают, что она страну от пьянства не спасла, а отучила от хороших и качественных напитков.
  • В США 13 миллионов зарегистрированных алкоголиков.

См. также

Напишите отзыв о статье "Антиалкогольная кампания"

Литература

  • А. В. Николаев Антиалкогольные кампании XX века в России//Вопросы истории. — 2008. — № 11. — с.67-78)
  • Ю. В. Латыш. Антиалкогольная кампания в СССР 1985—1988 гг. // Кубанские исторические чтения: Материалы ІІ Всероссийской с международным участием научно-практической конференции (Краснодар, 26 мая 2011 г.). Краснодар, 2011. С. 91—97.
  • Латыш Ю. В. [www.academia.edu/8409179/Антиалкогольна_кампанія_в_Донбасі_в_другій_половині_1980-х_рр._Anti-alcohol_campaign_in_the_Donbass_in_the_second_half_of_the_1980s._In_Південний_архів._Історичні_науки._2010._Вип.31-32_с.294-302 Антиалкогольная кампания в Донбассе во второй половине 1980-х годов]
  • Латыш Ю. В. [www.academia.edu/9493565/Антиалкогольна_кампанія_в_УРСР_на_початку_Перебудови_The_Anti-alcohol_Campaign_in_Soviet_Ukraine_at_the_Beginning_of_Perestroika_In_Питання_історії_України._Чернівці_2010._Т.13 Антиалкогольная кампания в УССР в начале Перестройки]
  • Латыш Ю. В. [www.academia.edu/12426219/%D0%90%D0%BB%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%B0_%D1%81%D0%B8%D1%82%D1%83%D0%B0%D1%86%D1%96%D1%8F_%D0%B2_%D0%A1%D0%A0%D0%A1%D0%A0_%D1%82%D0%B0_%D0%BF%D1%80%D0%B8%D1%87%D0%B8%D0%BD%D0%B8_%D0%B0%D0%BD%D1%82%D0%B8%D0%B0%D0%BB%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%BE%D1%97_%D0%BA%D0%B0%D0%BC%D0%BF%D0%B0%D0%BD%D1%96%D1%97_%D0%B4%D1%80%D1%83%D0%B3%D0%BE%D1%97_%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D0%BD%D0%B8_1980-%D1%85_%D1%80%D0%BE%D0%BA%D1%96%D0%B2 Алкогольная ситуация в СССР и причины антиалкогольной кампании второй половины 1980-х годов]

Ссылки

  • [www.naa.cnt.ru/analit/Al-mor-C.html Статья об алкогольной смертности в России в 1980-90-х гг]
  • [alkopolitika.ru/node/71 Алкогольная катастрофа и потенциал государственной политики в преодолении алкогольной сверхсмертности в России]
  • [www.demoscope.ru/weekly/2005/0227/analit03.php Алкоголизация и наркотизация как важнейшие факторы демографического кризиса в России]
  • [antialkogolik.ru/ Первый антиалкогольный блог В борьбе с алкоголизмом]

Примечания

  1. ААЭ Т. 4. С. 482
  2. ААЭ Т. 4. С. 57, 485—486
  3. [tvereparhia.ru/biblioteka-2/p/1156-pravoslavnaya-moskva/14184-belokurov-s-a-iz-dukhovnoj-zhizni-moskovskogo-obshchestva-xvii-v-1902 Белокуров С. А. Из духовной жизни московского общества XVII в. М., 1903. с. 49]
  4. Веселовский С. Б. Московское государство: XV—XVII вв. Из научного наследия. М., 2008. С. 336—351
  5. [www.panram.ru/ar_4614790?date=2005.09.09&cal_date=2005.09.09 Сайт «Панорама»]

Отрывок, характеризующий Антиалкогольная кампания

После 6 ти роберов генерал встал, сказав, что эдак невозможно играть, и Пьер получил свободу. Наташа в одной стороне говорила с Соней и Борисом, Вера о чем то с тонкой улыбкой говорила с князем Андреем. Пьер подошел к своему другу и спросив не тайна ли то, что говорится, сел подле них. Вера, заметив внимание князя Андрея к Наташе, нашла, что на вечере, на настоящем вечере, необходимо нужно, чтобы были тонкие намеки на чувства, и улучив время, когда князь Андрей был один, начала с ним разговор о чувствах вообще и о своей сестре. Ей нужно было с таким умным (каким она считала князя Андрея) гостем приложить к делу свое дипломатическое искусство.
Когда Пьер подошел к ним, он заметил, что Вера находилась в самодовольном увлечении разговора, князь Андрей (что с ним редко бывало) казался смущен.
– Как вы полагаете? – с тонкой улыбкой говорила Вера. – Вы, князь, так проницательны и так понимаете сразу характер людей. Что вы думаете о Натали, может ли она быть постоянна в своих привязанностях, может ли она так, как другие женщины (Вера разумела себя), один раз полюбить человека и навсегда остаться ему верною? Это я считаю настоящею любовью. Как вы думаете, князь?
– Я слишком мало знаю вашу сестру, – отвечал князь Андрей с насмешливой улыбкой, под которой он хотел скрыть свое смущение, – чтобы решить такой тонкий вопрос; и потом я замечал, что чем менее нравится женщина, тем она бывает постояннее, – прибавил он и посмотрел на Пьера, подошедшего в это время к ним.
– Да это правда, князь; в наше время, – продолжала Вера (упоминая о нашем времени, как вообще любят упоминать ограниченные люди, полагающие, что они нашли и оценили особенности нашего времени и что свойства людей изменяются со временем), в наше время девушка имеет столько свободы, что le plaisir d'etre courtisee [удовольствие иметь поклонников] часто заглушает в ней истинное чувство. Et Nathalie, il faut l'avouer, y est tres sensible. [И Наталья, надо признаться, на это очень чувствительна.] Возвращение к Натали опять заставило неприятно поморщиться князя Андрея; он хотел встать, но Вера продолжала с еще более утонченной улыбкой.
– Я думаю, никто так не был courtisee [предметом ухаживанья], как она, – говорила Вера; – но никогда, до самого последнего времени никто серьезно ей не нравился. Вот вы знаете, граф, – обратилась она к Пьеру, – даже наш милый cousin Борис, который был, entre nous [между нами], очень и очень dans le pays du tendre… [в стране нежностей…]
Князь Андрей нахмурившись молчал.
– Вы ведь дружны с Борисом? – сказала ему Вера.
– Да, я его знаю…
– Он верно вам говорил про свою детскую любовь к Наташе?
– А была детская любовь? – вдруг неожиданно покраснев, спросил князь Андрей.
– Да. Vous savez entre cousin et cousine cette intimite mene quelquefois a l'amour: le cousinage est un dangereux voisinage, N'est ce pas? [Знаете, между двоюродным братом и сестрой эта близость приводит иногда к любви. Такое родство – опасное соседство. Не правда ли?]
– О, без сомнения, – сказал князь Андрей, и вдруг, неестественно оживившись, он стал шутить с Пьером о том, как он должен быть осторожным в своем обращении с своими 50 ти летними московскими кузинами, и в середине шутливого разговора встал и, взяв под руку Пьера, отвел его в сторону.
– Ну что? – сказал Пьер, с удивлением смотревший на странное оживление своего друга и заметивший взгляд, который он вставая бросил на Наташу.
– Мне надо, мне надо поговорить с тобой, – сказал князь Андрей. – Ты знаешь наши женские перчатки (он говорил о тех масонских перчатках, которые давались вновь избранному брату для вручения любимой женщине). – Я… Но нет, я после поговорю с тобой… – И с странным блеском в глазах и беспокойством в движениях князь Андрей подошел к Наташе и сел подле нее. Пьер видел, как князь Андрей что то спросил у нее, и она вспыхнув отвечала ему.
Но в это время Берг подошел к Пьеру, настоятельно упрашивая его принять участие в споре между генералом и полковником об испанских делах.
Берг был доволен и счастлив. Улыбка радости не сходила с его лица. Вечер был очень хорош и совершенно такой, как и другие вечера, которые он видел. Всё было похоже. И дамские, тонкие разговоры, и карты, и за картами генерал, возвышающий голос, и самовар, и печенье; но одного еще недоставало, того, что он всегда видел на вечерах, которым он желал подражать.
Недоставало громкого разговора между мужчинами и спора о чем нибудь важном и умном. Генерал начал этот разговор и к нему то Берг привлек Пьера.


На другой день князь Андрей поехал к Ростовым обедать, так как его звал граф Илья Андреич, и провел у них целый день.
Все в доме чувствовали для кого ездил князь Андрей, и он, не скрывая, целый день старался быть с Наташей. Не только в душе Наташи испуганной, но счастливой и восторженной, но во всем доме чувствовался страх перед чем то важным, имеющим совершиться. Графиня печальными и серьезно строгими глазами смотрела на князя Андрея, когда он говорил с Наташей, и робко и притворно начинала какой нибудь ничтожный разговор, как скоро он оглядывался на нее. Соня боялась уйти от Наташи и боялась быть помехой, когда она была с ними. Наташа бледнела от страха ожидания, когда она на минуты оставалась с ним с глазу на глаз. Князь Андрей поражал ее своей робостью. Она чувствовала, что ему нужно было сказать ей что то, но что он не мог на это решиться.
Когда вечером князь Андрей уехал, графиня подошла к Наташе и шопотом сказала:
– Ну что?
– Мама, ради Бога ничего не спрашивайте у меня теперь. Это нельзя говорить, – сказала Наташа.
Но несмотря на то, в этот вечер Наташа, то взволнованная, то испуганная, с останавливающимися глазами лежала долго в постели матери. То она рассказывала ей, как он хвалил ее, то как он говорил, что поедет за границу, то, что он спрашивал, где они будут жить это лето, то как он спрашивал ее про Бориса.
– Но такого, такого… со мной никогда не бывало! – говорила она. – Только мне страшно при нем, мне всегда страшно при нем, что это значит? Значит, что это настоящее, да? Мама, вы спите?
– Нет, душа моя, мне самой страшно, – отвечала мать. – Иди.
– Все равно я не буду спать. Что за глупости спать? Maмаша, мамаша, такого со мной никогда не бывало! – говорила она с удивлением и испугом перед тем чувством, которое она сознавала в себе. – И могли ли мы думать!…
Наташе казалось, что еще когда она в первый раз увидала князя Андрея в Отрадном, она влюбилась в него. Ее как будто пугало это странное, неожиданное счастье, что тот, кого она выбрала еще тогда (она твердо была уверена в этом), что тот самый теперь опять встретился ей, и, как кажется, неравнодушен к ней. «И надо было ему нарочно теперь, когда мы здесь, приехать в Петербург. И надо было нам встретиться на этом бале. Всё это судьба. Ясно, что это судьба, что всё это велось к этому. Еще тогда, как только я увидала его, я почувствовала что то особенное».
– Что ж он тебе еще говорил? Какие стихи то эти? Прочти… – задумчиво сказала мать, спрашивая про стихи, которые князь Андрей написал в альбом Наташе.
– Мама, это не стыдно, что он вдовец?
– Полно, Наташа. Молись Богу. Les Marieiages se font dans les cieux. [Браки заключаются в небесах.]
– Голубушка, мамаша, как я вас люблю, как мне хорошо! – крикнула Наташа, плача слезами счастья и волнения и обнимая мать.
В это же самое время князь Андрей сидел у Пьера и говорил ему о своей любви к Наташе и о твердо взятом намерении жениться на ней.

В этот день у графини Елены Васильевны был раут, был французский посланник, был принц, сделавшийся с недавнего времени частым посетителем дома графини, и много блестящих дам и мужчин. Пьер был внизу, прошелся по залам, и поразил всех гостей своим сосредоточенно рассеянным и мрачным видом.
Пьер со времени бала чувствовал в себе приближение припадков ипохондрии и с отчаянным усилием старался бороться против них. Со времени сближения принца с его женою, Пьер неожиданно был пожалован в камергеры, и с этого времени он стал чувствовать тяжесть и стыд в большом обществе, и чаще ему стали приходить прежние мрачные мысли о тщете всего человеческого. В это же время замеченное им чувство между покровительствуемой им Наташей и князем Андреем, своей противуположностью между его положением и положением его друга, еще усиливало это мрачное настроение. Он одинаково старался избегать мыслей о своей жене и о Наташе и князе Андрее. Опять всё ему казалось ничтожно в сравнении с вечностью, опять представлялся вопрос: «к чему?». И он дни и ночи заставлял себя трудиться над масонскими работами, надеясь отогнать приближение злого духа. Пьер в 12 м часу, выйдя из покоев графини, сидел у себя наверху в накуренной, низкой комнате, в затасканном халате перед столом и переписывал подлинные шотландские акты, когда кто то вошел к нему в комнату. Это был князь Андрей.
– А, это вы, – сказал Пьер с рассеянным и недовольным видом. – А я вот работаю, – сказал он, указывая на тетрадь с тем видом спасения от невзгод жизни, с которым смотрят несчастливые люди на свою работу.
Князь Андрей с сияющим, восторженным и обновленным к жизни лицом остановился перед Пьером и, не замечая его печального лица, с эгоизмом счастия улыбнулся ему.