Аркадий (Ершов)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Архиепископ Аркадий<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
Архиепископ Мелекесский,
викарий Ульяновской епархией
30 сентября — 22 октября 1935
Предшественник: Артемон (Евстратов)
Преемник: Прокл (Хазов) (в/у)
Архиепископ Свердловский и Ирбитский
ноябрь 1931 — 8 марта 1933
Предшественник: Корнилий (Соболев)
Преемник: Макарий (Звёздов)
Епископ Чебоксарский
23 октября 1930 — 27 мая 1931
Предшественник: Митрофан (Гринёв)
Преемник: Иоанн (Широков)
Епископ Омский
23 января 1929 — 23 октября 1930
Предшественник: Виктор (Богоявленский)
Преемник: Герман (Коккель)
 
Имя при рождении: Александр Павлович Ершов
Рождение: 15 (28) августа 1878(1878-08-28)
Кунгур
Смерть: 3 ноября 1937(1937-11-03) (59 лет)
Кемеровская область

Архиепископ Арка́дий (в миру Алекса́ндр Па́влович Ершо́в; 15 августа (28 августа) 1878, Кунгур, Пермская губерния — 3 ноября 1937, Кемеровская область) — епископ Русской православной церкви, архиепископ Свердловский.

Причислен к лику святых Русской православной церкви в 2000.



Биография

Родился в семье священника. Окончил Пермскую духовную семинарию (1901). В 1902 рукоположен в сан священника. Служил на разных приходах Пермской епархии: в селе Банновское Кунгурского уезда, в селе Шляпники Ординского уезда. С 1913 — благочинный 3-го Красноуфимского округа. В 1915 назначен священником 75-го стрелкового полка, с 1 марта 1917 — благочинный 12-й Сибирской стрелковой дивизии. 20 октября 1917 эвакуирован по болезни и прибыл к месту своего служения в село Стефановское Пермской епархии. В 1918 овдовел.

Служил настоятелем в церкви Всех Святых города Кунгура. Активно выступал против обновленческого движения. В 1923 был избран председателем епархиального совета, на собрании православного духовенства и мирян рекомендован Патриарху Тихону для назначения на должность епископа Кунгурского, викария Пермской епархии.

Постановлением Патриарха Тихона и Священного Синода от 22 марта 1924 был пострижен в мантию, возведён в сан архимандрита.

С 30 марта 1924 года — епископ Кунгурский, викарий Пермской епархии.

С 28 июля 1924 года — временно управляющий Свердловской (Екатеринбургской) епархии. Благодаря его деятельности Екатеринбургский, Нижнетагильский и Шадринский округи стали опорой Святейшего Патриарха Тихона на Урале. Много проповедовал, участвовал в диспутах с атеистами.

С 1925 года — епископ Кунгурский (на самостоятельной кафедре).

С февраля 1927 года вновь временно управляющий Свердловско-Ирбитской епархией. Поддерживал митрополита Сергия (Страгородского).

С 23 января 1929 года — епископ Омский. Прибыл в Омск марту 1929 года.

С 23 октября 1930 года — епископ Чебоксарский.

С ноября 1931 года — епископ Свердловский и Ирбитский. Через две недели арестован и этапирован в Омск, где приговорён к трем годам ссылки в Казахстан.

В апреле 1935 года освобождён. Тогда же возведён в сан архиепископа.

Был отстранён от церковного управления, не допущен к месту своего архиерейского служения — в город Свердловск и проживал, а фактически, под домашним арестом, в посёлке Балмошная в пригороде города Перми, оставаясь титулованным архиереем Свердловским и Ирбитским.

С 30 сентября 1935 года — архиепископ Мелекесский, управляющий Ульяновской епархией.

29 сентября 1935 года был арестован, приговорён к пяти годам лишения свободы и этапирован в Сибирь.

22 октября 1935 года уволен на покой.

Последний арест и мученическая кончина

В 1937 арестован в лагере по обвинению в принадлежности к контрреволюционной группе, состоявшей из епископов и священников, которые якобы вели среди заключённых антисоветскую агитацию. Виновным себя не признал. Тройка УНКВД по Кемеровской области своим постановлением от 28 октября 1937 приговорила его к расстрелу. Был расстрелян 3 ноября 1937 в лагере недалеко от Кемерово.

Причислен к лику святых новомучеников и исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском соборе Русской православной церкви в августе 2000 для общецерковного почитания.

Напишите отзыв о статье "Аркадий (Ершов)"

Ссылки

  • [www.ortho-rus.ru/cgi-bin/ps_file.cgi?2_274 Аркадий (Ершов), сщмч.] на сайте «Русское православие»
  • [orthodox.etel.ru/2003/09/arkady.shtml Биография]
  • [eparhia.permonline.ru/eparh/letop/arh/kungur.html Епископ Кунгурский Аркадий (Ершов) и его борьба с обновленческим расколом на Урале]
  • А. В. Печерин [epds.ru/attachments/108_Cross_preview.pdf ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ СВЯЩЕННОМУЧЕНИКА АРКАДИЯ (ЕРШОВА)]

Отрывок, характеризующий Аркадий (Ершов)

– Что такое, что? – спрашивали княгиня и княжна, увидев князя Андрея и на минуту высунувшуюся фигуру кричавшего сердитым голосом старика в белом халате, без парика и в стариковских очках.
Князь Андрей вздохнул и ничего не ответил.
– Ну, – сказал он, обратившись к жене.
И это «ну» звучало холодною насмешкой, как будто он говорил: «теперь проделывайте вы ваши штуки».
– Andre, deja! [Андрей, уже!] – сказала маленькая княгиня, бледнея и со страхом глядя на мужа.
Он обнял ее. Она вскрикнула и без чувств упала на его плечо.
Он осторожно отвел плечо, на котором она лежала, заглянул в ее лицо и бережно посадил ее на кресло.
– Adieu, Marieie, [Прощай, Маша,] – сказал он тихо сестре, поцеловался с нею рука в руку и скорыми шагами вышел из комнаты.
Княгиня лежала в кресле, m lle Бурьен терла ей виски. Княжна Марья, поддерживая невестку, с заплаканными прекрасными глазами, всё еще смотрела в дверь, в которую вышел князь Андрей, и крестила его. Из кабинета слышны были, как выстрелы, часто повторяемые сердитые звуки стариковского сморкания. Только что князь Андрей вышел, дверь кабинета быстро отворилась и выглянула строгая фигура старика в белом халате.
– Уехал? Ну и хорошо! – сказал он, сердито посмотрев на бесчувственную маленькую княгиню, укоризненно покачал головою и захлопнул дверь.



В октябре 1805 года русские войска занимали села и города эрцгерцогства Австрийского, и еще новые полки приходили из России и, отягощая постоем жителей, располагались у крепости Браунау. В Браунау была главная квартира главнокомандующего Кутузова.
11 го октября 1805 года один из только что пришедших к Браунау пехотных полков, ожидая смотра главнокомандующего, стоял в полумиле от города. Несмотря на нерусскую местность и обстановку (фруктовые сады, каменные ограды, черепичные крыши, горы, видневшиеся вдали), на нерусский народ, c любопытством смотревший на солдат, полк имел точно такой же вид, какой имел всякий русский полк, готовившийся к смотру где нибудь в середине России.
С вечера, на последнем переходе, был получен приказ, что главнокомандующий будет смотреть полк на походе. Хотя слова приказа и показались неясны полковому командиру, и возник вопрос, как разуметь слова приказа: в походной форме или нет? в совете батальонных командиров было решено представить полк в парадной форме на том основании, что всегда лучше перекланяться, чем не докланяться. И солдаты, после тридцативерстного перехода, не смыкали глаз, всю ночь чинились, чистились; адъютанты и ротные рассчитывали, отчисляли; и к утру полк, вместо растянутой беспорядочной толпы, какою он был накануне на последнем переходе, представлял стройную массу 2 000 людей, из которых каждый знал свое место, свое дело и из которых на каждом каждая пуговка и ремешок были на своем месте и блестели чистотой. Не только наружное было исправно, но ежели бы угодно было главнокомандующему заглянуть под мундиры, то на каждом он увидел бы одинаково чистую рубаху и в каждом ранце нашел бы узаконенное число вещей, «шильце и мыльце», как говорят солдаты. Было только одно обстоятельство, насчет которого никто не мог быть спокоен. Это была обувь. Больше чем у половины людей сапоги были разбиты. Но недостаток этот происходил не от вины полкового командира, так как, несмотря на неоднократные требования, ему не был отпущен товар от австрийского ведомства, а полк прошел тысячу верст.
Полковой командир был пожилой, сангвинический, с седеющими бровями и бакенбардами генерал, плотный и широкий больше от груди к спине, чем от одного плеча к другому. На нем был новый, с иголочки, со слежавшимися складками мундир и густые золотые эполеты, которые как будто не книзу, а кверху поднимали его тучные плечи. Полковой командир имел вид человека, счастливо совершающего одно из самых торжественных дел жизни. Он похаживал перед фронтом и, похаживая, подрагивал на каждом шагу, слегка изгибаясь спиною. Видно, было, что полковой командир любуется своим полком, счастлив им, что все его силы душевные заняты только полком; но, несмотря на то, его подрагивающая походка как будто говорила, что, кроме военных интересов, в душе его немалое место занимают и интересы общественного быта и женский пол.
– Ну, батюшка Михайло Митрич, – обратился он к одному батальонному командиру (батальонный командир улыбаясь подался вперед; видно было, что они были счастливы), – досталось на орехи нынче ночью. Однако, кажется, ничего, полк не из дурных… А?
Батальонный командир понял веселую иронию и засмеялся.
– И на Царицыном лугу с поля бы не прогнали.
– Что? – сказал командир.
В это время по дороге из города, по которой расставлены были махальные, показались два верховые. Это были адъютант и казак, ехавший сзади.
Адъютант был прислан из главного штаба подтвердить полковому командиру то, что было сказано неясно во вчерашнем приказе, а именно то, что главнокомандующий желал видеть полк совершенно в том положении, в котором oн шел – в шинелях, в чехлах и без всяких приготовлений.
К Кутузову накануне прибыл член гофкригсрата из Вены, с предложениями и требованиями итти как можно скорее на соединение с армией эрцгерцога Фердинанда и Мака, и Кутузов, не считая выгодным это соединение, в числе прочих доказательств в пользу своего мнения намеревался показать австрийскому генералу то печальное положение, в котором приходили войска из России. С этою целью он и хотел выехать навстречу полку, так что, чем хуже было бы положение полка, тем приятнее было бы это главнокомандующему. Хотя адъютант и не знал этих подробностей, однако он передал полковому командиру непременное требование главнокомандующего, чтобы люди были в шинелях и чехлах, и что в противном случае главнокомандующий будет недоволен. Выслушав эти слова, полковой командир опустил голову, молча вздернул плечами и сангвиническим жестом развел руки.