Аспелин, Вальдемар

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Вальдемар Аспелин
Waldemar Aspelin
Основные сведения
Имя при рождении

Waldemar Johannes Aspelin

Место рождения

Перниё, ВКФ

Место смерти

Хельсинки, Финляндия

Работы и достижения
Учёба:

Гельсингфорсское политехническое училище

Работал в городах

Выборг, Гельсингфорс, Фридрихсгам

Архитектурный стиль

эклектика, модерн

Вальдемар Юханнес Аспелин (швед. Waldemar Johannes Aspelin; 1854, Перниё[fi] — 1923, Хельсинки) — финский архитектор шведского происхождения, представитель эклектического направления.



Биография

Родился в семье промышленника Вильгельма Аспелина. Обучался в Швеции, а в 1883–1886 на архитектурном отделении Политехнического училища в Гельсингфорсе. Работал в архитектурных бюро Франса Шёстрёма, Густава Нюстрёма и Теодора Хойера, проектировал дома в Гельсингфорсе. В 1887 году открыл собственное архитектурное бюро во Фридрихсгаме, а с 1889 года переместил его в Гельсингфорс. С 1894 работал совместно с архитектором К.Р.Бьёрнбергом. Сочетал архитектурную практику с преподавательской деятельностью. Во время строительного бума, когда с 1880 по 1910 год количество каменных зданий в Гельсингфорсе утроилось, активно способствовал созданию нового облика финляндской столицы, разрабатывая проекты многоквартирных домов, предприятий и зданий общественного назначения, а также частных домов в пригородах. Важное градостроительное значение имеют постройки Аспелина в Выборге, в частности, монументальное банковское здание на углу Театральной и Рыночной площадей. Архитектор безуспешно настаивал на сносе Круглой башни, заслоняющей фасад банка в силе неоренессанс.

В поздних постройках Аспелина (например, Верховный административный суд Финляндии, обзорная вышка в Тавастегусе), проявляются черты модерна.




Изображения

Напишите отзыв о статье "Аспелин, Вальдемар"

Литература

  • Неувонен П., Пёюхья Т., Мустонен Т. Выборг. Архитектурный путеводитель / Пер. Л. Кудрявцевой. — 2-е изд. — Выборг: «СН», 2008. — 160 с. — ISBN 5-900096-06-8.
  • Кепп Е.Е. Выборг. Художественные достопримечательности / Ред. О.В. Казаков. — Выборг: «Фантакт», 1992. — 200 с.

Отрывок, характеризующий Аспелин, Вальдемар

– Проси подождать, – и послышался отодвинутый стул. Пьер быстрыми шагами подошел к двери и столкнулся лицом к лицу с выходившим к нему, нахмуренным и постаревшим, князем Андреем. Пьер обнял его и, подняв очки, целовал его в щеки и близко смотрел на него.
– Вот не ждал, очень рад, – сказал князь Андрей. Пьер ничего не говорил; он удивленно, не спуская глаз, смотрел на своего друга. Его поразила происшедшая перемена в князе Андрее. Слова были ласковы, улыбка была на губах и лице князя Андрея, но взгляд был потухший, мертвый, которому, несмотря на видимое желание, князь Андрей не мог придать радостного и веселого блеска. Не то, что похудел, побледнел, возмужал его друг; но взгляд этот и морщинка на лбу, выражавшие долгое сосредоточение на чем то одном, поражали и отчуждали Пьера, пока он не привык к ним.
При свидании после долгой разлуки, как это всегда бывает, разговор долго не мог остановиться; они спрашивали и отвечали коротко о таких вещах, о которых они сами знали, что надо было говорить долго. Наконец разговор стал понемногу останавливаться на прежде отрывочно сказанном, на вопросах о прошедшей жизни, о планах на будущее, о путешествии Пьера, о его занятиях, о войне и т. д. Та сосредоточенность и убитость, которую заметил Пьер во взгляде князя Андрея, теперь выражалась еще сильнее в улыбке, с которою он слушал Пьера, в особенности тогда, когда Пьер говорил с одушевлением радости о прошедшем или будущем. Как будто князь Андрей и желал бы, но не мог принимать участия в том, что он говорил. Пьер начинал чувствовать, что перед князем Андреем восторженность, мечты, надежды на счастие и на добро не приличны. Ему совестно было высказывать все свои новые, масонские мысли, в особенности подновленные и возбужденные в нем его последним путешествием. Он сдерживал себя, боялся быть наивным; вместе с тем ему неудержимо хотелось поскорей показать своему другу, что он был теперь совсем другой, лучший Пьер, чем тот, который был в Петербурге.
– Я не могу вам сказать, как много я пережил за это время. Я сам бы не узнал себя.
– Да, много, много мы изменились с тех пор, – сказал князь Андрей.
– Ну а вы? – спрашивал Пьер, – какие ваши планы?
– Планы? – иронически повторил князь Андрей. – Мои планы? – повторил он, как бы удивляясь значению такого слова. – Да вот видишь, строюсь, хочу к будущему году переехать совсем…
Пьер молча, пристально вглядывался в состаревшееся лицо (князя) Андрея.
– Нет, я спрашиваю, – сказал Пьер, – но князь Андрей перебил его:
– Да что про меня говорить…. расскажи же, расскажи про свое путешествие, про всё, что ты там наделал в своих именьях?
Пьер стал рассказывать о том, что он сделал в своих имениях, стараясь как можно более скрыть свое участие в улучшениях, сделанных им. Князь Андрей несколько раз подсказывал Пьеру вперед то, что он рассказывал, как будто всё то, что сделал Пьер, была давно известная история, и слушал не только не с интересом, но даже как будто стыдясь за то, что рассказывал Пьер.
Пьеру стало неловко и даже тяжело в обществе своего друга. Он замолчал.
– А вот что, душа моя, – сказал князь Андрей, которому очевидно было тоже тяжело и стеснительно с гостем, – я здесь на биваках, и приехал только посмотреть. Я нынче еду опять к сестре. Я тебя познакомлю с ними. Да ты, кажется, знаком, – сказал он, очевидно занимая гостя, с которым он не чувствовал теперь ничего общего. – Мы поедем после обеда. А теперь хочешь посмотреть мою усадьбу? – Они вышли и проходили до обеда, разговаривая о политических новостях и общих знакомых, как люди мало близкие друг к другу. С некоторым оживлением и интересом князь Андрей говорил только об устраиваемой им новой усадьбе и постройке, но и тут в середине разговора, на подмостках, когда князь Андрей описывал Пьеру будущее расположение дома, он вдруг остановился. – Впрочем тут нет ничего интересного, пойдем обедать и поедем. – За обедом зашел разговор о женитьбе Пьера.