Ассинибойны

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Ассинибойны
Самоназвание

Накота (Nakóta)

Численность и ареал

Монтана
Северная Дакота
Саскачеван

Язык

английский, ассинибойн

Религия

христианство, анимизм

Расовый тип

американоиды

Родственные народы

стони, сиу

Ассинибо́йны, «каменные сиу», на языке оджибве: Asiniibwaan, на языке кри Asinipwat — индейцы из группы народов сиу, обитающие в США и Канаде.

Название племени, происходящее из языков соседних племён алгонкинской группы, происходит от их обычая варить еду, бросая в ёмкость с водой раскалённый на огне камень.





История

Изначально ассинибойны обитали на севере Великих равнин с центром на территории современной канадской провинции Саскачеван; также населяли часть будущей провинции Альберта, юго-запад Манитобы, север штата Монтана и запад штата Северная Дакота. Были широко известны среди белых поселенцев в конце 18 и начале 19 веков. Изображения ассинибойнов писали такие известные художники, как Карл Бодмер и Джордж Кетлин. Ассинибойны во многом похожи на народ лакота — обычаями, языком и культурными традициями. Антропологи включают ассинибойнов в подгруппу накода сиуанских народов.

Предполагается, что ассинибойны откололись от племени янктонай-накота в XVI веке.[1] Они тесно связаны по происхождению и языку с племенем стони, ныне обитающим в провинции Альберта.[2]

Ассинибойны были союзниками и торговыми партнёрами алгонкинских народов равнинных кри и равнинных оджибве, вместе с ними воевали против гровантров, черноногих, сиу, сарси, кроу, не-персе и других. Ассинибойны привыкли к жизни на равнинах, поэтому они не продвигались на север далее реки Северный Саскачеван, и закупали товары у Компании Гудзонова залива через посредников из племени кри.

Ассинибойны вели полукочевой образ жизни, следовали за стадами бизонов в тёплое время года, а также торговали с белыми. Со временем образовался союз ассинибойнов с племенами манданов, хидатса и арикара.

В 1885 году ассинибойны Канады вместе с кри присоединились к восстанию метисов, руководимому Луи Риэлем и Габриэлем Дюмоном, но потерпели поражение.

В настоящее время значительная часть ассинибойнов, вместе с представителями других сиуанских народов, обитают в резервации Форт-Пек на северо-востоке штата Монтана, а также вместе со своими прежними врагами гровантрами в резервации Форт-Белнэп в северно-центральной части Монтаны.

Два эсминца ВМС Канады носили название «Ассинибойн» (англ.).

Галерея изображений

См. также

Напишите отзыв о статье "Ассинибойны"

Примечания

  1. for a report on the long-established blunder of misnaming «Nakota» the Yanktonai people, see the article Nakota
  2. Ullrich Jan. New Lakota Dictionary (Incorporating the Dakota Dialects of Yankton-Yanktonai and Santee-Sisseton). — Lakota Language Consortium, 2008. — P. 2–6. — ISBN 0-9761082-9-1.

Литература

  • Denig, Edwin Thompson, and J. N. B. Hewitt. The Assiniboine. Norman: University of Oklahoma Press, 2000. ISBN 0-8061-3235-3
  • Fort Belknap Curriculum Development Project. Assiniboine Memories Legends of the Nakota People. Harlem, Mont: Fort Belknap Education Dept, 1983.
  • [worldcatlibraries.org/wcpa/oclc/51937227?page=frame&url=http%3A%2F%2Fwww.loc.gov%2Fcatdir%2Fdescription%2Fglobe031%2F2003044591.html&title=&linktype=digitalObject&detail= How the Summer Season Came And Other Assiniboine Indian Stories]. Helena, Mont: Montana Historical Society Press in cooperation with the Fort Peck and Fort Belknap Tribes, 2003. ISBN 0-917298-94-2
  • Kennedy, Dan, and James R. Stevens. Recollections of an Assiniboine Chief. Toronto: McClelland and Stewart, 1972. ISBN 0-7710-4510-7
  • Nighttraveller, Will, and Gerald Desnomie. Assiniboine Legends. Saskatoon: Saskatchewan Indian Cultural College, 1973.
  • Nighttraveller, Will, and Gerald Desnomie. Assiniboine Legends. Saskatoon: Saskatchewan Indian Cultural College, 1973.
  • Schilz, Thomas F. 1984. «Brandy and Beaver Pelts Assiniboine-European Trading Patterns, 1695—1805». Saskatchewan History. 37, no. 3.
  • Writers' Program (Mont.), James Larpenteur Long, and Michael Stephen Kennedy. The Assiniboines From the Accounts of the Old Ones Told to First Boy (James Larpenter Long). The Civilization of the American Indian series. Norman: University of Oklahoma Press, 1961.

Ссылки

  • [lewisandclark.state.mt.us/assiniboine.htm Lewis & Clark Corps of Discovery encounters with Assiniboine]
  • [www.mnsu.edu/emuseum/cultural/northamerica/assiniboine.html Assiniboine description] (недоступная ссылка с 05-09-2013 (2607 дней) — историякопия) at Minnesota State University, Mankato emuseum
  • [www.assiniboine.net Assiniboine Community College]
  • [www.fortpecktribes.org Fort Peck Assiniboine and Sioux Tribes]

Отрывок, характеризующий Ассинибойны

– Хорошо, – сказал князь, затворяя за собою дверь, и Тихон не слыхал более ни малейшего звука в кабинете. Немного погодя, Тихон вошел в кабинет, как будто для того, чтобы поправить свечи. Увидав, что князь лежал на диване, Тихон посмотрел на князя, на его расстроенное лицо, покачал головой, молча приблизился к нему и, поцеловав его в плечо, вышел, не поправив свечей и не сказав, зачем он приходил. Таинство торжественнейшее в мире продолжало совершаться. Прошел вечер, наступила ночь. И чувство ожидания и смягчения сердечного перед непостижимым не падало, а возвышалось. Никто не спал.

Была одна из тех мартовских ночей, когда зима как будто хочет взять свое и высыпает с отчаянной злобой свои последние снега и бураны. Навстречу немца доктора из Москвы, которого ждали каждую минуту и за которым была выслана подстава на большую дорогу, к повороту на проселок, были высланы верховые с фонарями, чтобы проводить его по ухабам и зажорам.
Княжна Марья уже давно оставила книгу: она сидела молча, устремив лучистые глаза на сморщенное, до малейших подробностей знакомое, лицо няни: на прядку седых волос, выбившуюся из под платка, на висящий мешочек кожи под подбородком.
Няня Савишна, с чулком в руках, тихим голосом рассказывала, сама не слыша и не понимая своих слов, сотни раз рассказанное о том, как покойница княгиня в Кишиневе рожала княжну Марью, с крестьянской бабой молдаванкой, вместо бабушки.
– Бог помилует, никогда дохтура не нужны, – говорила она. Вдруг порыв ветра налег на одну из выставленных рам комнаты (по воле князя всегда с жаворонками выставлялось по одной раме в каждой комнате) и, отбив плохо задвинутую задвижку, затрепал штофной гардиной, и пахнув холодом, снегом, задул свечу. Княжна Марья вздрогнула; няня, положив чулок, подошла к окну и высунувшись стала ловить откинутую раму. Холодный ветер трепал концами ее платка и седыми, выбившимися прядями волос.
– Княжна, матушка, едут по прешпекту кто то! – сказала она, держа раму и не затворяя ее. – С фонарями, должно, дохтур…
– Ах Боже мой! Слава Богу! – сказала княжна Марья, – надо пойти встретить его: он не знает по русски.
Княжна Марья накинула шаль и побежала навстречу ехавшим. Когда она проходила переднюю, она в окно видела, что какой то экипаж и фонари стояли у подъезда. Она вышла на лестницу. На столбике перил стояла сальная свеча и текла от ветра. Официант Филипп, с испуганным лицом и с другой свечей в руке, стоял ниже, на первой площадке лестницы. Еще пониже, за поворотом, по лестнице, слышны были подвигавшиеся шаги в теплых сапогах. И какой то знакомый, как показалось княжне Марье, голос, говорил что то.
– Слава Богу! – сказал голос. – А батюшка?
– Почивать легли, – отвечал голос дворецкого Демьяна, бывшего уже внизу.
Потом еще что то сказал голос, что то ответил Демьян, и шаги в теплых сапогах стали быстрее приближаться по невидному повороту лестницы. «Это Андрей! – подумала княжна Марья. Нет, это не может быть, это было бы слишком необыкновенно», подумала она, и в ту же минуту, как она думала это, на площадке, на которой стоял официант со свечой, показались лицо и фигура князя Андрея в шубе с воротником, обсыпанным снегом. Да, это был он, но бледный и худой, и с измененным, странно смягченным, но тревожным выражением лица. Он вошел на лестницу и обнял сестру.
– Вы не получили моего письма? – спросил он, и не дожидаясь ответа, которого бы он и не получил, потому что княжна не могла говорить, он вернулся, и с акушером, который вошел вслед за ним (он съехался с ним на последней станции), быстрыми шагами опять вошел на лестницу и опять обнял сестру. – Какая судьба! – проговорил он, – Маша милая – и, скинув шубу и сапоги, пошел на половину княгини.


Маленькая княгиня лежала на подушках, в белом чепчике. (Страдания только что отпустили ее.) Черные волосы прядями вились у ее воспаленных, вспотевших щек; румяный, прелестный ротик с губкой, покрытой черными волосиками, был раскрыт, и она радостно улыбалась. Князь Андрей вошел в комнату и остановился перед ней, у изножья дивана, на котором она лежала. Блестящие глаза, смотревшие детски, испуганно и взволнованно, остановились на нем, не изменяя выражения. «Я вас всех люблю, я никому зла не делала, за что я страдаю? помогите мне», говорило ее выражение. Она видела мужа, но не понимала значения его появления теперь перед нею. Князь Андрей обошел диван и в лоб поцеловал ее.
– Душенька моя, – сказал он: слово, которое никогда не говорил ей. – Бог милостив. – Она вопросительно, детски укоризненно посмотрела на него.
– Я от тебя ждала помощи, и ничего, ничего, и ты тоже! – сказали ее глаза. Она не удивилась, что он приехал; она не поняла того, что он приехал. Его приезд не имел никакого отношения до ее страданий и облегчения их. Муки вновь начались, и Марья Богдановна посоветовала князю Андрею выйти из комнаты.