Африканская платформа

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Африканская платформа — докембрийская древняя платформа и один из крупнейших относительно устойчивых участков земной коры. Африканская платформа занимала территорию почти всей Африки, за исключением южной части (Капская область, ЮАР) и северо-западной части (Атласские горы, Марокко).

Образовалась в результате объединения Конголезской, Калахарской, Сомалийской, Центрально-Африканской и Западно-Африканской протоплатформ, после раздробления суперматерика Пангеи-0. Просуществовала до суперматерика Пангеи-1, с которой объединилась. В палеозойской эре к Африканской платформе присоединилась Аравийская платформа в суперматерике Гондваны.

В составе платформы имеются щиты (древние массивы) — Регибатский, Ахаггарский, Эбюрнейский, Нубийский, Эфиопский, Центрально-Африканский, Касаи, Танганьикский, Зимбабве, Мозамбиский, Трансваальский, Бангвелулу и Тоггарский.



Полезные ископаемые

Африканская платформа богата различными полезными ископаемыми:


Напишите отзыв о статье "Африканская платформа"

Отрывок, характеризующий Африканская платформа

Лицо Николушки, похожее на отца, в минуту душевного размягчения, в котором Пьер теперь находился, так на него подействовало, что он, поцеловав Николушку, поспешно встал и, достав платок, отошел к окну. Он хотел проститься с княжной Марьей, но она удержала его.
– Нет, мы с Наташей не спим иногда до третьего часа; пожалуйста, посидите. Я велю дать ужинать. Подите вниз; мы сейчас придем.
Прежде чем Пьер вышел, княжна сказала ему:
– Это в первый раз она так говорила о нем.


Пьера провели в освещенную большую столовую; через несколько минут послышались шаги, и княжна с Наташей вошли в комнату. Наташа была спокойна, хотя строгое, без улыбки, выражение теперь опять установилось на ее лице. Княжна Марья, Наташа и Пьер одинаково испытывали то чувство неловкости, которое следует обыкновенно за оконченным серьезным и задушевным разговором. Продолжать прежний разговор невозможно; говорить о пустяках – совестно, а молчать неприятно, потому что хочется говорить, а этим молчанием как будто притворяешься. Они молча подошли к столу. Официанты отодвинули и пододвинули стулья. Пьер развернул холодную салфетку и, решившись прервать молчание, взглянул на Наташу и княжну Марью. Обе, очевидно, в то же время решились на то же: у обеих в глазах светилось довольство жизнью и признание того, что, кроме горя, есть и радости.
– Вы пьете водку, граф? – сказала княжна Марья, и эти слова вдруг разогнали тени прошедшего.
– Расскажите же про себя, – сказала княжна Марья. – Про вас рассказывают такие невероятные чудеса.
– Да, – с своей, теперь привычной, улыбкой кроткой насмешки отвечал Пьер. – Мне самому даже рассказывают про такие чудеса, каких я и во сне не видел. Марья Абрамовна приглашала меня к себе и все рассказывала мне, что со мной случилось, или должно было случиться. Степан Степаныч тоже научил меня, как мне надо рассказывать. Вообще я заметил, что быть интересным человеком очень покойно (я теперь интересный человек); меня зовут и мне рассказывают.