БАЗ-5921

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
БАЗ-5921
Общие данные
Производитель: Брянский автомобильный завод
Дизайн
Колёсная формула: 6 × 6
Двигатели
Другое
Грузоподъёмность: 7200 кг
К:Википедия:Статьи без изображений (тип: не указан)

БАЗ-5921 — специальное трёхосное плавающее шасси Брянского автомобильного завода, использовалось в составе высокоточного тактического ракетного комплекса 9К79 «Точка». Разработано на базе семейства шасси БАЗ-5937 9К33 «Оса», от которого были заимствованы многие агрегаты[1], но несущий корпус и компоновку пришлось проектировать практически заново из-за необходимости обеспечить тактической ракете практически вертикальный старт — в отличие от боевой машины ЗРК, где антенно-пусковое устройство размещалось в середине машины, а двигатель сзади, у СПУ ТРК силовая установка размещается в передней части грузового отсека (ближе к отделению управления), а пусковая установка — в задней[2].





Технические характеристики

  • полная масса: 17800 кг
  • скорость на суше: 70 км/ч
  • скорость на плаву: 8 км/ч
  • запас хода: 650 км
  • мощность: 300 л.с. при 2600 об./мин.

Варианты и модификации

  • БАЗ-5922
  • БАЗ-5921М - опытный образец с дизельным двигателем КамАЗ-7403

Напишите отзыв о статье "БАЗ-5921"

Примечания

  1. [www.xliby.ru/istorija/sekretnye_avtomobili_sovetskoi_armii/p7.php#metkadoc8 СПЕЦИАЛЬНЫЕ ТРЕХОСНЫЕ ВЕЗДЕХОДЫ И ШАССИ / Секретные автомобили Советской Армии]
  2. [cars-repaer.ru/stati/neus50.html Колёсные плавающие шасси БАЗ-5921 и БАЗ-5922]

Ссылки

  • [www.baz32.ru Сайт производителя]


Отрывок, характеризующий БАЗ-5921

– В какой же комитет передана записка? – спросил князь Андрей.
– В комитет о воинском уставе, и мною представлено о зачислении вашего благородия в члены. Только без жалованья.
Князь Андрей улыбнулся.
– Я и не желаю.
– Без жалованья членом, – повторил Аракчеев. – Имею честь. Эй, зови! Кто еще? – крикнул он, кланяясь князю Андрею.


Ожидая уведомления о зачислении его в члены комитета, князь Андрей возобновил старые знакомства особенно с теми лицами, которые, он знал, были в силе и могли быть нужны ему. Он испытывал теперь в Петербурге чувство, подобное тому, какое он испытывал накануне сражения, когда его томило беспокойное любопытство и непреодолимо тянуло в высшие сферы, туда, где готовилось будущее, от которого зависели судьбы миллионов. Он чувствовал по озлоблению стариков, по любопытству непосвященных, по сдержанности посвященных, по торопливости, озабоченности всех, по бесчисленному количеству комитетов, комиссий, о существовании которых он вновь узнавал каждый день, что теперь, в 1809 м году, готовилось здесь, в Петербурге, какое то огромное гражданское сражение, которого главнокомандующим было неизвестное ему, таинственное и представлявшееся ему гениальным, лицо – Сперанский. И самое ему смутно известное дело преобразования, и Сперанский – главный деятель, начинали так страстно интересовать его, что дело воинского устава очень скоро стало переходить в сознании его на второстепенное место.
Князь Андрей находился в одном из самых выгодных положений для того, чтобы быть хорошо принятым во все самые разнообразные и высшие круги тогдашнего петербургского общества. Партия преобразователей радушно принимала и заманивала его, во первых потому, что он имел репутацию ума и большой начитанности, во вторых потому, что он своим отпущением крестьян на волю сделал уже себе репутацию либерала. Партия стариков недовольных, прямо как к сыну своего отца, обращалась к нему за сочувствием, осуждая преобразования. Женское общество, свет , радушно принимали его, потому что он был жених, богатый и знатный, и почти новое лицо с ореолом романической истории о его мнимой смерти и трагической кончине жены. Кроме того, общий голос о нем всех, которые знали его прежде, был тот, что он много переменился к лучшему в эти пять лет, смягчился и возмужал, что не было в нем прежнего притворства, гордости и насмешливости, и было то спокойствие, которое приобретается годами. О нем заговорили, им интересовались и все желали его видеть.
На другой день после посещения графа Аракчеева князь Андрей был вечером у графа Кочубея. Он рассказал графу свое свидание с Силой Андреичем (Кочубей так называл Аракчеева с той же неопределенной над чем то насмешкой, которую заметил князь Андрей в приемной военного министра).