БТС-2

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Польский вариант БТС-2 под обозначением WZT-1.
БТС-2
Классификация

Танковый тягач

Боевая масса, т

32,0

Экипаж, чел.

3

История
Производитель

Годы производства

с 1950

Годы эксплуатации

с 1955

Основные операторы

Размеры
Длина корпуса, мм

7120

Ширина корпуса, мм

3275

Высота, мм

2055

База, мм

3840

Колея, мм

2640

Клиренс, мм

480

Бронирование
Лоб корпуса, мм/град.

100

Вооружение
Прицелы

ПТО-1

Пулемёты

1 x 12,7-мм ДШК-М

Другое вооружение

1 х 7,62-мм АК

Подвижность
Тип двигателя
Мощность двигателя, л. с.

520

Скорость по шоссе, км/ч

51,5

Запас хода по шоссе, км

265..290

Удельная мощность, л. с./т

16,2

Удельное давление на грунт, кг/см²

0,72

Преодолеваемый подъём, град.

32

Преодолеваемая стенка, м

0,8

Преодолеваемый ров, м

2,7

Преодолеваемый брод, м

1,4 (5 с ОПВТ)

БТС-2 (Бронированный тягач средний) — советский бронированный тягач. Разработан на базе среднего танка Т-54 на Заводе № 183. Предназначен для эвакуации аварийных танков с поля боя из зоны действия огня противника.





История

Разработка первого танкового тягача была поручена Заводу №183 в июле 1947 года. Однако по причине доработок, связанных с доработкой и организацией серийного производства базовой машины к работам по разработке тягача КБ завода приступило только в ноябре 1947 года. К декабрю уже был готов Технический проект машины и был представлен на рассмотрение в Министерство обороны СССР. До июля 1948 года велась доработка проекта[1].

Однако из-за изменений тягового усилия лебёдки проект пришлось переработать. К октябрю 1948 года доработанный проект был представлен на повторное рассмотрение. Изделию был присвоен индекс ГБТУ «Объект 9». Опытный образец был изготовлен к концу сентября 1950 года. 6 декабря этого же года образец прошёл полный цикл заводских испытаний[1].

К концу 1951 года три опытных образца «Объекта 9» были отправлены на дополнительные испытания. Испытания продолжались до 30 мая 1952 года. Затем последовал этап отработки[1].

В 1954 году прошёл последний этап государственных испытаний, по результатам которого машина была рекомендована к принятию на вооружение, а в феврале 1955 года машина была принята на вооружение под обозначением БТС-2[1].

Серийное производство

В 1956 году была выпущена первая серийная партия из 10 машин. Первоначально тягачи выпускали на шасси танка Т-54 образца 1948 года. Однако впоследствии в КБ Завода №183 был разработан вариант тягача на шасси танка Т-54А образца 1956 года. Кроме того, Автомат Калашникова с кривым стволом был установлен только на первой серийной партии БТС-2 из 10 машин. В дальнейшем тягач выпускался без вооружения[1].

Описание конструкции

Броневой корпус и башня

В крыше корпуса смонтирована шаровая опора, на которой закреплялся Автомат Калашникова с кривым стволом, турельная установка с пулемётом была закреплена на основании крышки люка стрелка-радиста[1].

Экипаж из трёх человек (механик-водитель (он же командир машины), радист и сцепщик-такелажник) размещались в носовой части машины в отделении управления[1].

В средней и кормовой частях корпуса машины находится силовое отделение, в котором размещены тяговая лебедка, двигатель с обслуживающими системами, входной редуктор с отбором мощности на привод тяговой лебедки, остальные агрегаты трансмиссии и часть электрооборудования[1].

Вооружение

Основных вооружением являлся 12,7-мм крупнокалиберный пулемёт ДШКМ. Боекомплект составлял 400 патронов. В качестве дополнительного вооружения использовался 7,62-мм Автомат Калашникова с кривым стволом. Боекомплект составлял 1350 патронов[2]. Из-за плохой кучности стрельбы, турельная установка с 12,7-мм пулемётом ДШКМ на серийные образцы не устанавливалась[1].

Модификации

  • БТС-2 — базовая модификация
  • WZT-1польская лицензионная копия

Операторы

Боевое применение

  1. Афганская война (1979—1989)[4].

Напишите отзыв о статье "БТС-2"

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [vadimvswar.narod.ru/ALL_OUT/TiVOut0809/T54/T54054.htm Танк Т-54 и машины на его базе.]
  2. А.В. Карпенко, Обозрение отечественной бронетанковой техники (1905-1995), стр. 460
  3. 1 2 [armstrade.sipri.org/armstrade/page/trade_register.php Stockholm Internation Peace Research Institute — Arms Transfers Database]
  4. А. Р. Заец. [otvaga2004.narod.ru/otvaga2004/wars0/page/1_afghan_1.htm Бронетанковая техника в Афганистане (1979—1989)] (рус.). Альманах «Военный комментатор», 2003. №1(5). Проверено 7 мая 2012. [www.webcitation.org/68aWq1aal Архивировано из первоисточника 21 июня 2012].

Литература

  • А.В.Карпенко. Обозрение отечественной бронетанковой техники (1905-1995). — Санкт-Петербург: "Невский Бастион", 1996. — 10 000 экз.
  • М. В. Павлов, И. В. Павлов. Отечественные бронированные машины 1945—1965 гг. // Техника и вооружение: вчера, сегодня, завтра. — Москва: Техинформ, 2009. — № 8. — С. 56.
  • Руководство по материальной части и эксплуатации тягача БТС-2. — М.: Военное издательство Министерства обороны СССР, 1958. — 495 с.

Отрывок, характеризующий БТС-2

– Отбили! – оживленно сказал Борис, сделавшийся болтливым. – Ты можешь себе представить?
И Борис стал рассказывать, каким образом гвардия, ставши на место и увидав перед собой войска, приняла их за австрийцев и вдруг по ядрам, пущенным из этих войск, узнала, что она в первой линии, и неожиданно должна была вступить в дело. Ростов, не дослушав Бориса, тронул свою лошадь.
– Ты куда? – спросил Борис.
– К его величеству с поручением.
– Вот он! – сказал Борис, которому послышалось, что Ростову нужно было его высочество, вместо его величества.
И он указал ему на великого князя, который в ста шагах от них, в каске и в кавалергардском колете, с своими поднятыми плечами и нахмуренными бровями, что то кричал австрийскому белому и бледному офицеру.
– Да ведь это великий князь, а мне к главнокомандующему или к государю, – сказал Ростов и тронул было лошадь.
– Граф, граф! – кричал Берг, такой же оживленный, как и Борис, подбегая с другой стороны, – граф, я в правую руку ранен (говорил он, показывая кисть руки, окровавленную, обвязанную носовым платком) и остался во фронте. Граф, держу шпагу в левой руке: в нашей породе фон Бергов, граф, все были рыцари.
Берг еще что то говорил, но Ростов, не дослушав его, уже поехал дальше.
Проехав гвардию и пустой промежуток, Ростов, для того чтобы не попасть опять в первую линию, как он попал под атаку кавалергардов, поехал по линии резервов, далеко объезжая то место, где слышалась самая жаркая стрельба и канонада. Вдруг впереди себя и позади наших войск, в таком месте, где он никак не мог предполагать неприятеля, он услыхал близкую ружейную стрельбу.
«Что это может быть? – подумал Ростов. – Неприятель в тылу наших войск? Не может быть, – подумал Ростов, и ужас страха за себя и за исход всего сражения вдруг нашел на него. – Что бы это ни было, однако, – подумал он, – теперь уже нечего объезжать. Я должен искать главнокомандующего здесь, и ежели всё погибло, то и мое дело погибнуть со всеми вместе».
Дурное предчувствие, нашедшее вдруг на Ростова, подтверждалось всё более и более, чем дальше он въезжал в занятое толпами разнородных войск пространство, находящееся за деревнею Працом.
– Что такое? Что такое? По ком стреляют? Кто стреляет? – спрашивал Ростов, ровняясь с русскими и австрийскими солдатами, бежавшими перемешанными толпами наперерез его дороги.
– А чорт их знает? Всех побил! Пропадай всё! – отвечали ему по русски, по немецки и по чешски толпы бегущих и непонимавших точно так же, как и он, того, что тут делалось.
– Бей немцев! – кричал один.
– А чорт их дери, – изменников.
– Zum Henker diese Ruesen… [К чорту этих русских…] – что то ворчал немец.
Несколько раненых шли по дороге. Ругательства, крики, стоны сливались в один общий гул. Стрельба затихла и, как потом узнал Ростов, стреляли друг в друга русские и австрийские солдаты.
«Боже мой! что ж это такое? – думал Ростов. – И здесь, где всякую минуту государь может увидать их… Но нет, это, верно, только несколько мерзавцев. Это пройдет, это не то, это не может быть, – думал он. – Только поскорее, поскорее проехать их!»
Мысль о поражении и бегстве не могла притти в голову Ростову. Хотя он и видел французские орудия и войска именно на Праценской горе, на той самой, где ему велено было отыскивать главнокомандующего, он не мог и не хотел верить этому.


Около деревни Праца Ростову велено было искать Кутузова и государя. Но здесь не только не было их, но не было ни одного начальника, а были разнородные толпы расстроенных войск.
Он погонял уставшую уже лошадь, чтобы скорее проехать эти толпы, но чем дальше он подвигался, тем толпы становились расстроеннее. По большой дороге, на которую он выехал, толпились коляски, экипажи всех сортов, русские и австрийские солдаты, всех родов войск, раненые и нераненые. Всё это гудело и смешанно копошилось под мрачный звук летавших ядер с французских батарей, поставленных на Праценских высотах.
– Где государь? где Кутузов? – спрашивал Ростов у всех, кого мог остановить, и ни от кого не мог получить ответа.
Наконец, ухватив за воротник солдата, он заставил его ответить себе.
– Э! брат! Уж давно все там, вперед удрали! – сказал Ростову солдат, смеясь чему то и вырываясь.
Оставив этого солдата, который, очевидно, был пьян, Ростов остановил лошадь денщика или берейтора важного лица и стал расспрашивать его. Денщик объявил Ростову, что государя с час тому назад провезли во весь дух в карете по этой самой дороге, и что государь опасно ранен.
– Не может быть, – сказал Ростов, – верно, другой кто.
– Сам я видел, – сказал денщик с самоуверенной усмешкой. – Уж мне то пора знать государя: кажется, сколько раз в Петербурге вот так то видал. Бледный, пребледный в карете сидит. Четверню вороных как припустит, батюшки мои, мимо нас прогремел: пора, кажется, и царских лошадей и Илью Иваныча знать; кажется, с другим как с царем Илья кучер не ездит.
Ростов пустил его лошадь и хотел ехать дальше. Шедший мимо раненый офицер обратился к нему.
– Да вам кого нужно? – спросил офицер. – Главнокомандующего? Так убит ядром, в грудь убит при нашем полку.
– Не убит, ранен, – поправил другой офицер.
– Да кто? Кутузов? – спросил Ростов.
– Не Кутузов, а как бишь его, – ну, да всё одно, живых не много осталось. Вон туда ступайте, вон к той деревне, там всё начальство собралось, – сказал этот офицер, указывая на деревню Гостиерадек, и прошел мимо.
Ростов ехал шагом, не зная, зачем и к кому он теперь поедет. Государь ранен, сражение проиграно. Нельзя было не верить этому теперь. Ростов ехал по тому направлению, которое ему указали и по которому виднелись вдалеке башня и церковь. Куда ему было торопиться? Что ему было теперь говорить государю или Кутузову, ежели бы даже они и были живы и не ранены?
– Этой дорогой, ваше благородие, поезжайте, а тут прямо убьют, – закричал ему солдат. – Тут убьют!
– О! что говоришь! сказал другой. – Куда он поедет? Тут ближе.
Ростов задумался и поехал именно по тому направлению, где ему говорили, что убьют.
«Теперь всё равно: уж ежели государь ранен, неужели мне беречь себя?» думал он. Он въехал в то пространство, на котором более всего погибло людей, бегущих с Працена. Французы еще не занимали этого места, а русские, те, которые были живы или ранены, давно оставили его. На поле, как копны на хорошей пашне, лежало человек десять, пятнадцать убитых, раненых на каждой десятине места. Раненые сползались по два, по три вместе, и слышались неприятные, иногда притворные, как казалось Ростову, их крики и стоны. Ростов пустил лошадь рысью, чтобы не видать всех этих страдающих людей, и ему стало страшно. Он боялся не за свою жизнь, а за то мужество, которое ему нужно было и которое, он знал, не выдержит вида этих несчастных.
Французы, переставшие стрелять по этому, усеянному мертвыми и ранеными, полю, потому что уже никого на нем живого не было, увидав едущего по нем адъютанта, навели на него орудие и бросили несколько ядер. Чувство этих свистящих, страшных звуков и окружающие мертвецы слились для Ростова в одно впечатление ужаса и сожаления к себе. Ему вспомнилось последнее письмо матери. «Что бы она почувствовала, – подумал он, – коль бы она видела меня теперь здесь, на этом поле и с направленными на меня орудиями».