Бандитизм

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Бандитизм — в уголовном праве одно из наиболее опасных преступлений против основ государственного управления и социального общества. Уголовное законодательство различных государств не всегда предусматривает специальный состав преступления «бандитизм», однако в законодательствах многих стран есть близкие этому виду преступления составы (разбой, вымогательство, различные виды насильственных действий и т. д.).





История

Банда (отряд) (banda, Bande, от латинского слова bandum) — в средние века бандой назывались отряды рыцарской и другой конницы, а иногда — незаконных формирований (например, феодалов), от лент, опознавательного знака в виде нарукавной повязки, применявшейся в боях пёстро одетыми наёмниками времён позднего Средневековья[1]; бандой также назывался отряд ландскнехтов, занимающихся мародёрством[2]) — группа лиц, занимающихся бандитизмом[3].

В России термин банда стал общеупотребительным со времён польского восстания 1863 года, так как польские повстанцы называли свои отряды «партиями» или «бандами»К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3439 дней]. В смысле юридического термина слово банда, употребляемое некоторыми западными законодательствами, например, французским, соответствовало термину «шайка» в имперской России.

Борис Львин писал:
Оккупанты всегда называют партизан бандитами. Для немцев бандитами были и советские партизаны, и Армия Крайова, и УПА. При этом Армия Крайова и УПА оказались бандитами и для противостоящих немцам советских войск. Для белых бандитами были красные и зеленые повстанцы на белой территории. Для красных бандитами были белые и зеленые повстанцы на красной территории, а равно казаки, кронштадцы, антоновцы
… И, как прекрасно известно любому историку, не бывает нерегулярных формирований, воюющих «по правилам», не имеющих на своем счёту каких-либо террористических акций, не нападающих на полицию и патрули из-за угла, не осуществляющих актов по запугиванию и уничтожению коллаборационистов и т. д.

— [old.polit.ru/documents/104570.html Борис Львин: Еще раз о "марш-броске" и его сторонниках. Полемика с Модестом Колеровым]

Определение бандитизма в законодательстве

СССР

Статья 77 Уголовного кодекса РСФСР 1960 года определяла бандитизм как «организацию вооружённых банд с целью нападения на предприятия, учреждения, организации либо на отдельных лиц, а равно участие в таких бандах и в совершаемых ими нападениях» с наказанием до смертной казни включительно.

В уголовном праве СНГ

Бандитизм

1. Создание устойчивой вооружённой группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно руководство такой группой (бандой) — наказываются лишением свободы на срок от десяти до пятнадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет.

2. Участие в устойчивой вооруженной группе (банде) или в совершаемых ею нападениях — наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до одного года.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, — наказываются лишением свободы на срок от двенадцати до двадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет.

Под бандой понимается устойчивая вооружённая группа людей, тесно связанных между собой целями преступной деятельности и специально объединяющихся для совершения одного или нескольких нападений на государственные, общественные учреждения или предприятия либо на отдельных лиц.

О наличии бандитизма свидетельствует совокупность трёх признаков: 1) участие двух или более лиц; 2) вооружённость хотя бы одного и осведомлённость об этом всех членов банды; 3) сплочённость и организованность участников.

Банда может быть вооружена не только оружием, хранение и ношение которого запрещено законом, но и любым другим оружием, а также предметами, специально приспособленными для нападения и поражения людей (например, кастеты, кистени). Бандитизм считается оконченным преступлением с момента организации вооружённой банды, даже если эта банда и не произвела ни одного нападения, так как сам факт создания вооружённой банды представляет большую опасность. Уголовной ответственности подлежат лица, организовавшие вооружённую банду, а также лица, вступившие в такую банду. К ответственности за бандитизм привлекаются люди, достигшие 16 лет.

В массовой культуре

См. также

Напишите отзыв о статье "Бандитизм"

Примечания

  1. [www.classes.ru/all-russian/russian-dictionary-Vasmer-term-609.htm Этимологический словарь Фасмера] производит это слово от итал. bandito — «изгнанный», «ссыльный» от итал. bandire «ссылать»
  2. Банда (отряд) // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  3. Банда // Военная энциклопедия : [в 18 т.] / под ред. В. Ф. Новицкого [и др.]. — СПб. ; [М.] : Тип. т-ва И. В. Сытина, 1911—1915.</span>
  4. </ol>

Литература

Ссылки

  • Тарасов А. Н. [www.screen.ru/Tarasov/bandit.htm Россия между бандитом и партизаном]
  • Кравченко А. И. [lib.socio.msu.ru/l/library?e=d-000-00---001ucheb--00-0-0-0prompt-10---4------0-1l--1-ru-50---20-help---00031-001-1-0windowsZz-1251-10&a=d&cl=CL1&d=HASH01d860037a6f82dbb24fe132.3.3 Социология девиантности.]
  • Криминология: Учебник / И. Я. Козаченко, К. В. Корсаков. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 2011. — 304 с. ISBN 978-5-91768-209-9.
  • [zaimka.ru/wp-content/uploads/2013/04/zaimka-ru_shishkin-red-thuggery.pdf Шишкин В. И. Красный бандитизм в Советской Сибири.] // Советская история: проблемы и уроки / Отв. ред. В. И. Шишкин. — Новосибирск: Наука (Сибирское отделение), 1992. — С. 3—79. — ISBN 5-02-030223-6

Отрывок, характеризующий Бандитизм

Пьер заглянул в яму и увидел, что фабричный лежал там коленами кверху, близко к голове, одно плечо выше другого. И это плечо судорожно, равномерно опускалось и поднималось. Но уже лопатины земли сыпались на все тело. Один из солдат сердито, злобно и болезненно крикнул на Пьера, чтобы он вернулся. Но Пьер не понял его и стоял у столба, и никто не отгонял его.
Когда уже яма была вся засыпана, послышалась команда. Пьера отвели на его место, и французские войска, стоявшие фронтами по обеим сторонам столба, сделали полуоборот и стали проходить мерным шагом мимо столба. Двадцать четыре человека стрелков с разряженными ружьями, стоявшие в середине круга, примыкали бегом к своим местам, в то время как роты проходили мимо них.
Пьер смотрел теперь бессмысленными глазами на этих стрелков, которые попарно выбегали из круга. Все, кроме одного, присоединились к ротам. Молодой солдат с мертво бледным лицом, в кивере, свалившемся назад, спустив ружье, все еще стоял против ямы на том месте, с которого он стрелял. Он, как пьяный, шатался, делая то вперед, то назад несколько шагов, чтобы поддержать свое падающее тело. Старый солдат, унтер офицер, выбежал из рядов и, схватив за плечо молодого солдата, втащил его в роту. Толпа русских и французов стала расходиться. Все шли молча, с опущенными головами.
– Ca leur apprendra a incendier, [Это их научит поджигать.] – сказал кто то из французов. Пьер оглянулся на говорившего и увидал, что это был солдат, который хотел утешиться чем нибудь в том, что было сделано, но не мог. Не договорив начатого, он махнул рукою и пошел прочь.


После казни Пьера отделили от других подсудимых и оставили одного в небольшой, разоренной и загаженной церкви.
Перед вечером караульный унтер офицер с двумя солдатами вошел в церковь и объявил Пьеру, что он прощен и поступает теперь в бараки военнопленных. Не понимая того, что ему говорили, Пьер встал и пошел с солдатами. Его привели к построенным вверху поля из обгорелых досок, бревен и тесу балаганам и ввели в один из них. В темноте человек двадцать различных людей окружили Пьера. Пьер смотрел на них, не понимая, кто такие эти люди, зачем они и чего хотят от него. Он слышал слова, которые ему говорили, но не делал из них никакого вывода и приложения: не понимал их значения. Он сам отвечал на то, что у него спрашивали, но не соображал того, кто слушает его и как поймут его ответы. Он смотрел на лица и фигуры, и все они казались ему одинаково бессмысленны.
С той минуты, как Пьер увидал это страшное убийство, совершенное людьми, не хотевшими этого делать, в душе его как будто вдруг выдернута была та пружина, на которой все держалось и представлялось живым, и все завалилось в кучу бессмысленного сора. В нем, хотя он и не отдавал себе отчета, уничтожилась вера и в благоустройство мира, и в человеческую, и в свою душу, и в бога. Это состояние было испытываемо Пьером прежде, но никогда с такою силой, как теперь. Прежде, когда на Пьера находили такого рода сомнения, – сомнения эти имели источником собственную вину. И в самой глубине души Пьер тогда чувствовал, что от того отчаяния и тех сомнений было спасение в самом себе. Но теперь он чувствовал, что не его вина была причиной того, что мир завалился в его глазах и остались одни бессмысленные развалины. Он чувствовал, что возвратиться к вере в жизнь – не в его власти.
Вокруг него в темноте стояли люди: верно, что то их очень занимало в нем. Ему рассказывали что то, расспрашивали о чем то, потом повели куда то, и он, наконец, очутился в углу балагана рядом с какими то людьми, переговаривавшимися с разных сторон, смеявшимися.
– И вот, братцы мои… тот самый принц, который (с особенным ударением на слове который)… – говорил чей то голос в противуположном углу балагана.
Молча и неподвижно сидя у стены на соломе, Пьер то открывал, то закрывал глаза. Но только что он закрывал глаза, он видел пред собой то же страшное, в особенности страшное своей простотой, лицо фабричного и еще более страшные своим беспокойством лица невольных убийц. И он опять открывал глаза и бессмысленно смотрел в темноте вокруг себя.
Рядом с ним сидел, согнувшись, какой то маленький человек, присутствие которого Пьер заметил сначала по крепкому запаху пота, который отделялся от него при всяком его движении. Человек этот что то делал в темноте с своими ногами, и, несмотря на то, что Пьер не видал его лица, он чувствовал, что человек этот беспрестанно взглядывал на него. Присмотревшись в темноте, Пьер понял, что человек этот разувался. И то, каким образом он это делал, заинтересовало Пьера.
Размотав бечевки, которыми была завязана одна нога, он аккуратно свернул бечевки и тотчас принялся за другую ногу, взглядывая на Пьера. Пока одна рука вешала бечевку, другая уже принималась разматывать другую ногу. Таким образом аккуратно, круглыми, спорыми, без замедления следовавшими одно за другим движеньями, разувшись, человек развесил свою обувь на колышки, вбитые у него над головами, достал ножик, обрезал что то, сложил ножик, положил под изголовье и, получше усевшись, обнял свои поднятые колени обеими руками и прямо уставился на Пьера. Пьеру чувствовалось что то приятное, успокоительное и круглое в этих спорых движениях, в этом благоустроенном в углу его хозяйстве, в запахе даже этого человека, и он, не спуская глаз, смотрел на него.
– А много вы нужды увидали, барин? А? – сказал вдруг маленький человек. И такое выражение ласки и простоты было в певучем голосе человека, что Пьер хотел отвечать, но у него задрожала челюсть, и он почувствовал слезы. Маленький человек в ту же секунду, не давая Пьеру времени выказать свое смущение, заговорил тем же приятным голосом.
– Э, соколик, не тужи, – сказал он с той нежно певучей лаской, с которой говорят старые русские бабы. – Не тужи, дружок: час терпеть, а век жить! Вот так то, милый мой. А живем тут, слава богу, обиды нет. Тоже люди и худые и добрые есть, – сказал он и, еще говоря, гибким движением перегнулся на колени, встал и, прокашливаясь, пошел куда то.
– Ишь, шельма, пришла! – услыхал Пьер в конце балагана тот же ласковый голос. – Пришла шельма, помнит! Ну, ну, буде. – И солдат, отталкивая от себя собачонку, прыгавшую к нему, вернулся к своему месту и сел. В руках у него было что то завернуто в тряпке.
– Вот, покушайте, барин, – сказал он, опять возвращаясь к прежнему почтительному тону и развертывая и подавая Пьеру несколько печеных картошек. – В обеде похлебка была. А картошки важнеющие!
Пьер не ел целый день, и запах картофеля показался ему необыкновенно приятным. Он поблагодарил солдата и стал есть.
– Что ж, так то? – улыбаясь, сказал солдат и взял одну из картошек. – А ты вот как. – Он достал опять складной ножик, разрезал на своей ладони картошку на равные две половины, посыпал соли из тряпки и поднес Пьеру.