Барабаны долины Мохок

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Барабаны долины Мохок
Drums Along the Mohawk
Жанр

драма
военный

Режиссёр

Джон Форд

Продюсер

Дэррил Занук

Автор
сценария

Ламар Тротти
Соня Ливайн

В главных
ролях

Генри Фонда
Клодетт Колбер

Оператор

Берт Гленнон
Рэй Реннахан

Композитор

Альфред Ньюман

Кинокомпания

Twentieth Century Fox

Длительность

104 мин.

Страна

США США

Язык

английский

Год

1939

К:Фильмы 1939 годаК:Википедия:Статьи без изображений (тип: не указан)

«Барабаны долины Мохок» (англ. Drums Along the Mohawk) — кинофильм режиссёра Джона Форда, вышедший на экраны в 1939 году. Экранизация одноимённого романа Уолтера Эдмондса. Лента снята в цвете с использованием технологии Technicolor, это первый цветной фильм Форда. Картина получила две номинации на премию «Оскар» — за лучшую женскую роль второго плана (Эдна Мэй Оливер) и за лучшую операторскую работу (Берт Гленнон, Рэй Реннахан).



Сюжет

1776 год. Сразу после свадьбы молодая пара — Гилберт и Лана Мартины — переезжает из Олбани на свою ферму в долине реки Мохок, на границе освоенных территорий. Они полны энтузиазма и строят планы на будущее, мечтают собрать большой урожай, построить надежный дом, завести детей. Но вскоре начинается война за независимость. Местные индейцы присоединяются к англичанам и лоялистам, жизнь и благополучие поселенцев оказывается под угрозой...

В ролях

Напишите отзыв о статье "Барабаны долины Мохок"

Ссылки

Отрывок, характеризующий Барабаны долины Мохок


О той партии пленных, в которой был Пьер, во время всего своего движения от Москвы, не было от французского начальства никакого нового распоряжения. Партия эта 22 го октября находилась уже не с теми войсками и обозами, с которыми она вышла из Москвы. Половина обоза с сухарями, который шел за ними первые переходы, была отбита казаками, другая половина уехала вперед; пеших кавалеристов, которые шли впереди, не было ни одного больше; они все исчезли. Артиллерия, которая первые переходы виднелась впереди, заменилась теперь огромным обозом маршала Жюно, конвоируемого вестфальцами. Сзади пленных ехал обоз кавалерийских вещей.
От Вязьмы французские войска, прежде шедшие тремя колоннами, шли теперь одной кучей. Те признаки беспорядка, которые заметил Пьер на первом привале из Москвы, теперь дошли до последней степени.
Дорога, по которой они шли, с обеих сторон была уложена мертвыми лошадьми; оборванные люди, отсталые от разных команд, беспрестанно переменяясь, то присоединялись, то опять отставали от шедшей колонны.
Несколько раз во время похода бывали фальшивые тревоги, и солдаты конвоя поднимали ружья, стреляли и бежали стремглав, давя друг друга, но потом опять собирались и бранили друг друга за напрасный страх.
Эти три сборища, шедшие вместе, – кавалерийское депо, депо пленных и обоз Жюно, – все еще составляли что то отдельное и цельное, хотя и то, и другое, и третье быстро таяло.
В депо, в котором было сто двадцать повозок сначала, теперь оставалось не больше шестидесяти; остальные были отбиты или брошены. Из обоза Жюно тоже было оставлено и отбито несколько повозок. Три повозки были разграблены набежавшими отсталыми солдатами из корпуса Даву. Из разговоров немцев Пьер слышал, что к этому обозу ставили караул больше, чем к пленным, и что один из их товарищей, солдат немец, был расстрелян по приказанию самого маршала за то, что у солдата нашли серебряную ложку, принадлежавшую маршалу.
Больше же всего из этих трех сборищ растаяло депо пленных. Из трехсот тридцати человек, вышедших из Москвы, теперь оставалось меньше ста. Пленные еще более, чем седла кавалерийского депо и чем обоз Жюно, тяготили конвоирующих солдат. Седла и ложки Жюно, они понимали, что могли для чего нибудь пригодиться, но для чего было голодным и холодным солдатам конвоя стоять на карауле и стеречь таких же холодных и голодных русских, которые мерли и отставали дорогой, которых было велено пристреливать, – это было не только непонятно, но и противно. И конвойные, как бы боясь в том горестном положении, в котором они сами находились, не отдаться бывшему в них чувству жалости к пленным и тем ухудшить свое положение, особенно мрачно и строго обращались с ними.