Барраган, Мигель

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Мигель Барраган<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
президент Мексики
 
Рождение: 8 марта 1789(1789-03-08)
Смерть: 1 марта 1836(1836-03-01) (46 лет)

Мигель Барраган (исп. Miguel Francisco Barragán Moctezuma Andrada; 8 марта 1789 — 1 марта 1836, Мехико) — мексиканский политик и военный, с 1835 по 1836 год был президентом Мексики.

Принимал участие в войне за независимость Мексики, и выступил против императора Агустина де Итурбиде. Когда Мексика в 1824 стала республикой, Барраган был губернатором штата Веракрус.

Позже выступил против Викторио Гвадалупе и Висенте Герреро и был захвачен них, а затем сослан в Эквадор. В 1833 он вернулся по приглашению Валентина Гомеса Фариаса в Мексику и назначен военным министром. Поддержал Антонио де Санта-Анна после свержения Гомеса Фариаса.

28 января 1835 он был назначен временным президентом. Умер в своём кабинете 1 марта 1836 года.

Напишите отзыв о статье "Барраган, Мигель"

Отрывок, характеризующий Барраган, Мигель

– Да, вот как! – сказал Ростов, видимо думая о другом.
Он пристально и вопросительно смотрел в глаза своему другу, видимо тщетно отыскивая разрешение какого то вопроса.
Старик Гаврило принес вино.
– Не послать ли теперь за Альфонс Карлычем? – сказал Борис. – Он выпьет с тобою, а я не могу.
– Пошли, пошли! Ну, что эта немчура? – сказал Ростов с презрительной улыбкой.
– Он очень, очень хороший, честный и приятный человек, – сказал Борис.
Ростов пристально еще раз посмотрел в глаза Борису и вздохнул. Берг вернулся, и за бутылкой вина разговор между тремя офицерами оживился. Гвардейцы рассказывали Ростову о своем походе, о том, как их чествовали в России, Польше и за границей. Рассказывали о словах и поступках их командира, великого князя, анекдоты о его доброте и вспыльчивости. Берг, как и обыкновенно, молчал, когда дело касалось не лично его, но по случаю анекдотов о вспыльчивости великого князя с наслаждением рассказал, как в Галиции ему удалось говорить с великим князем, когда он объезжал полки и гневался за неправильность движения. С приятной улыбкой на лице он рассказал, как великий князь, очень разгневанный, подъехав к нему, закричал: «Арнауты!» (Арнауты – была любимая поговорка цесаревича, когда он был в гневе) и потребовал ротного командира.
– Поверите ли, граф, я ничего не испугался, потому что я знал, что я прав. Я, знаете, граф, не хвалясь, могу сказать, что я приказы по полку наизусть знаю и устав тоже знаю, как Отче наш на небесех . Поэтому, граф, у меня по роте упущений не бывает. Вот моя совесть и спокойна. Я явился. (Берг привстал и представил в лицах, как он с рукой к козырьку явился. Действительно, трудно было изобразить в лице более почтительности и самодовольства.) Уж он меня пушил, как это говорится, пушил, пушил; пушил не на живот, а на смерть, как говорится; и «Арнауты», и черти, и в Сибирь, – говорил Берг, проницательно улыбаясь. – Я знаю, что я прав, и потому молчу: не так ли, граф? «Что, ты немой, что ли?» он закричал. Я всё молчу. Что ж вы думаете, граф? На другой день и в приказе не было: вот что значит не потеряться. Так то, граф, – говорил Берг, закуривая трубку и пуская колечки.