Березин, Ефим Иосифович

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Ефим Березин
Имя при рождении:

Ефим Иосифович Березин[1]

Дата рождения:

11 ноября 1919(1919-11-11)

Место рождения:

Одесса,
Херсонская губерния,
Украина

Дата смерти:

21 мая 2004(2004-05-21) (84 года)

Место смерти:

Тель-Авив, Израиль

Гражданство:

СССР СССРИзраиль Израиль

Профессия:

актёр

Карьера:

19391986

Направление:

юмор, эстрада, кино

Награды:


Ефи́м Ио́сифович Бере́зин (сценический псевдоним — Штепсель; 19192004) — советский актёр, артист разговорного жанра. Народный артист УССР (1960).





Биография

Родился 11 ноября 1919 года в Одессе (Украина), окончил Киевский театральный институт, где учился вместе с Юрием Тимошенко.

Во время Великой Отечественной войны они вместе выступали на передовой Юго-Западного фронта. Березин выступал в образе кулинара Галкина, а Тимошенко банщика Мочалкина. Однополчанин будущего народного артиста Украины балетмейстера Александра Сегала, киноактёра Бориса Сичкина и хореографа Бориса Каменьковича.

Дуэт Тарапунька и Штепсель появился в 1946 году, пользовался большой популярностью у зрителя в СССР и существовал на протяжении сорока лет.

Был режиссёром Киевского русского драматического театра имени Леси Украинки, актёром и главным режиссёром Украинской республиканской эстрады.

После кончины Тимошенко в 1986 году Березин некоторое время выступал один.

В конце 1990-х поехал в гости к дочери в Израиль, там перенёс инсульт и по состоянию здоровья не смог вернуться на Украину, жил в Ашдоде.

Авторами Тимошенко и Березина были Роберт Борисович Виккерс и Александр Каневский; Владлен Бахнов и Яков Костюковский; Марьян Беленький; Павло Глазовый и др.

Ушёл из жизни 21 мая 2004 года. Похоронен в Израиле, на кладбище Яркон в Петах Тикве[2].

Зять — актёр Каневский, Леонид Семёнович. Племянник — Илья Березин, артист цирка.

Е. Березин и филателия

Ефим Березин увлекался филателией. Темой его коллекции была «Живопись».

Награды

Фильмография

См. также

Напишите отзыв о статье "Березин, Ефим Иосифович"

Примечания

  1. В наградных документах военного времени значится как Хаим Березин ([www.yaplakal.com/forum3/topic826018.html Тарапунька и Штепсель]).
  2. [www.kadisha.biz/ShowItem.aspx?levelId=59689&template=18&ID=363694 Согласно сайту погребальной службы Израиля]

Литература

Ссылки

  • [izvestiya.odessa.gov.ua/Main.aspx?sect=Page&PageID=5345 Кумиры вчерашних дней «Ехали мы, ехали…»]
  • [www.volyn.com.ua/?rub=11&article=0&arch=199 Побачити Штепселя з Тарапунькою і … померти.]
  • [www.day.kiev.ua/13139/ Оприявлення невидимого]
  • [actors.khv.ru/b/berezin.htm Ефим Березин]
  • [www.prazdnikinfo.ru/5/35/1/i21_4327.htm Я больше не выйду на сцену. Не хочу быть смешным.]

Отрывок, характеризующий Березин, Ефим Иосифович

Кутузов, не отвечая ему, отвернулся, и взгляд его нечаянно попал на князя Андрея, стоявшего подле него. Увидав Болконского, Кутузов смягчил злое и едкое выражение взгляда, как бы сознавая, что его адъютант не был виноват в том, что делалось. И, не отвечая австрийскому адъютанту, он обратился к Болконскому:
– Allez voir, mon cher, si la troisieme division a depasse le village. Dites lui de s'arreter et d'attendre mes ordres. [Ступайте, мой милый, посмотрите, прошла ли через деревню третья дивизия. Велите ей остановиться и ждать моего приказа.]
Только что князь Андрей отъехал, он остановил его.
– Et demandez lui, si les tirailleurs sont postes, – прибавил он. – Ce qu'ils font, ce qu'ils font! [И спросите, размещены ли стрелки. – Что они делают, что они делают!] – проговорил он про себя, все не отвечая австрийцу.
Князь Андрей поскакал исполнять поручение.
Обогнав всё шедшие впереди батальоны, он остановил 3 ю дивизию и убедился, что, действительно, впереди наших колонн не было стрелковой цепи. Полковой командир бывшего впереди полка был очень удивлен переданным ему от главнокомандующего приказанием рассыпать стрелков. Полковой командир стоял тут в полной уверенности, что впереди его есть еще войска, и что неприятель не может быть ближе 10 ти верст. Действительно, впереди ничего не было видно, кроме пустынной местности, склоняющейся вперед и застланной густым туманом. Приказав от имени главнокомандующего исполнить упущенное, князь Андрей поскакал назад. Кутузов стоял всё на том же месте и, старчески опустившись на седле своим тучным телом, тяжело зевал, закрывши глаза. Войска уже не двигались, а стояли ружья к ноге.
– Хорошо, хорошо, – сказал он князю Андрею и обратился к генералу, который с часами в руках говорил, что пора бы двигаться, так как все колонны с левого фланга уже спустились.
– Еще успеем, ваше превосходительство, – сквозь зевоту проговорил Кутузов. – Успеем! – повторил он.
В это время позади Кутузова послышались вдали звуки здоровающихся полков, и голоса эти стали быстро приближаться по всему протяжению растянувшейся линии наступавших русских колонн. Видно было, что тот, с кем здоровались, ехал скоро. Когда закричали солдаты того полка, перед которым стоял Кутузов, он отъехал несколько в сторону и сморщившись оглянулся. По дороге из Працена скакал как бы эскадрон разноцветных всадников. Два из них крупным галопом скакали рядом впереди остальных. Один был в черном мундире с белым султаном на рыжей энглизированной лошади, другой в белом мундире на вороной лошади. Это были два императора со свитой. Кутузов, с аффектацией служаки, находящегося во фронте, скомандовал «смирно» стоявшим войскам и, салютуя, подъехал к императору. Вся его фигура и манера вдруг изменились. Он принял вид подначальственного, нерассуждающего человека. Он с аффектацией почтительности, которая, очевидно, неприятно поразила императора Александра, подъехал и салютовал ему.
Неприятное впечатление, только как остатки тумана на ясном небе, пробежало по молодому и счастливому лицу императора и исчезло. Он был, после нездоровья, несколько худее в этот день, чем на ольмюцком поле, где его в первый раз за границей видел Болконский; но то же обворожительное соединение величавости и кротости было в его прекрасных, серых глазах, и на тонких губах та же возможность разнообразных выражений и преобладающее выражение благодушной, невинной молодости.
На ольмюцком смотру он был величавее, здесь он был веселее и энергичнее. Он несколько разрумянился, прогалопировав эти три версты, и, остановив лошадь, отдохновенно вздохнул и оглянулся на такие же молодые, такие же оживленные, как и его, лица своей свиты. Чарторижский и Новосильцев, и князь Болконский, и Строганов, и другие, все богато одетые, веселые, молодые люди, на прекрасных, выхоленных, свежих, только что слегка вспотевших лошадях, переговариваясь и улыбаясь, остановились позади государя. Император Франц, румяный длиннолицый молодой человек, чрезвычайно прямо сидел на красивом вороном жеребце и озабоченно и неторопливо оглядывался вокруг себя. Он подозвал одного из своих белых адъютантов и спросил что то. «Верно, в котором часу они выехали», подумал князь Андрей, наблюдая своего старого знакомого, с улыбкой, которую он не мог удержать, вспоминая свою аудиенцию. В свите императоров были отобранные молодцы ординарцы, русские и австрийские, гвардейских и армейских полков. Между ними велись берейторами в расшитых попонах красивые запасные царские лошади.
Как будто через растворенное окно вдруг пахнуло свежим полевым воздухом в душную комнату, так пахнуло на невеселый Кутузовский штаб молодостью, энергией и уверенностью в успехе от этой прискакавшей блестящей молодежи.
– Что ж вы не начинаете, Михаил Ларионович? – поспешно обратился император Александр к Кутузову, в то же время учтиво взглянув на императора Франца.
– Я поджидаю, ваше величество, – отвечал Кутузов, почтительно наклоняясь вперед.
Император пригнул ухо, слегка нахмурясь и показывая, что он не расслышал.
– Поджидаю, ваше величество, – повторил Кутузов (князь Андрей заметил, что у Кутузова неестественно дрогнула верхняя губа, в то время как он говорил это поджидаю ). – Не все колонны еще собрались, ваше величество.
Государь расслышал, но ответ этот, видимо, не понравился ему; он пожал сутуловатыми плечами, взглянул на Новосильцева, стоявшего подле, как будто взглядом этим жалуясь на Кутузова.
– Ведь мы не на Царицыном лугу, Михаил Ларионович, где не начинают парада, пока не придут все полки, – сказал государь, снова взглянув в глаза императору Францу, как бы приглашая его, если не принять участие, то прислушаться к тому, что он говорит; но император Франц, продолжая оглядываться, не слушал.
– Потому и не начинаю, государь, – сказал звучным голосом Кутузов, как бы предупреждая возможность не быть расслышанным, и в лице его еще раз что то дрогнуло. – Потому и не начинаю, государь, что мы не на параде и не на Царицыном лугу, – выговорил он ясно и отчетливо.