Бирманская дорога

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Бирманская дорога — дорога, соединяющая Мьянму с Китаем. Расположена между городами Куньмин (Китай) и Лашо (Мьянма). В ходе Второй мировой войны Бирманская дорога являлась основным источником американской помощи блокированному Китаю.

Дорога длиной 1154 км проходит по крутым горам. Участок от Куньмина до границы с Мьянмой были построены китайскими рабочими во время Японо-китайской войны в период с 1937 по 1939 год, после оккупации побережья Китая Японией. Три года дорога была жизненно важным путём из Китая во внешний мир, в сумме по ней было перевезено 650 тыс. т военных грузов[1]. Грузы доставлялись по морю в Рангун (ныне — Янгон), затем по ж/д в Лашо.

18 июля 1940 года Великобритания прекратила эксплуатацию дороги по желанию Японии[2].

В апреле 1942 года Япония захватила Бирму, заставив союзников перевозить грузы по воздуху через восточные отроги Гималаев и под командованием Джозефа Стилвелла построить дорогу Ледо от индийского города Ассам до Бирманской дороги. При перевозке грузов и воздушных боях над Бирманской дорогой союзными силами было потеряно более 600 самолётов и 1000 человек[1].

После окончания Второй мировой войны Бирманская дорога потеряла своё значение, однако осталась в рабочем состоянии и сейчас под названием «национальное шоссе 320» соединяет города Чунцин и Янгон.

Напишите отзыв о статье "Бирманская дорога"



Примечания

  1. 1 2 [ngm.nationalgeographic.com/ngm/0311/feature5/index.html Burma Road — National Geographic Magazine]
  2. Владимир Обухов, «Потерянное Беловодье», стр. 452 — М., Центрполиграф, 2012. ISBN 978-5-227-03445-8

Ссылки

  • [www.britannica.com/EBchecked/topic/85526/Burma-Road Бирманская дорога на britannica.com]
  • [www.airwar.ru/history/av2ww/allies/china40-43/china40-43.html Китайская авиация в войне с Японией, 1940-43 гг.]
  • [militera.lib.ru/h/eldridge_f/01.html Военная история — Элдридж Ф. Гнев в Бирме]

Литература

Отрывок, характеризующий Бирманская дорога

Пьер слез и, остановившись, разговорился с доктором, объясняя ему свое намерение участвовать в сражении.
Доктор посоветовал Безухову прямо обратиться к светлейшему.
– Что же вам бог знает где находиться во время сражения, в безызвестности, – сказал он, переглянувшись с своим молодым товарищем, – а светлейший все таки знает вас и примет милостиво. Так, батюшка, и сделайте, – сказал доктор.
Доктор казался усталым и спешащим.
– Так вы думаете… А я еще хотел спросить вас, где же самая позиция? – сказал Пьер.
– Позиция? – сказал доктор. – Уж это не по моей части. Проедете Татаринову, там что то много копают. Там на курган войдете: оттуда видно, – сказал доктор.
– И видно оттуда?.. Ежели бы вы…
Но доктор перебил его и подвинулся к бричке.
– Я бы вас проводил, да, ей богу, – вот (доктор показал на горло) скачу к корпусному командиру. Ведь у нас как?.. Вы знаете, граф, завтра сражение: на сто тысяч войска малым числом двадцать тысяч раненых считать надо; а у нас ни носилок, ни коек, ни фельдшеров, ни лекарей на шесть тысяч нет. Десять тысяч телег есть, да ведь нужно и другое; как хочешь, так и делай.
Та странная мысль, что из числа тех тысяч людей живых, здоровых, молодых и старых, которые с веселым удивлением смотрели на его шляпу, было, наверное, двадцать тысяч обреченных на раны и смерть (может быть, те самые, которых он видел), – поразила Пьера.
Они, может быть, умрут завтра, зачем они думают о чем нибудь другом, кроме смерти? И ему вдруг по какой то тайной связи мыслей живо представился спуск с Можайской горы, телеги с ранеными, трезвон, косые лучи солнца и песня кавалеристов.
«Кавалеристы идут на сраженье, и встречают раненых, и ни на минуту не задумываются над тем, что их ждет, а идут мимо и подмигивают раненым. А из этих всех двадцать тысяч обречены на смерть, а они удивляются на мою шляпу! Странно!» – думал Пьер, направляясь дальше к Татариновой.
У помещичьего дома, на левой стороне дороги, стояли экипажи, фургоны, толпы денщиков и часовые. Тут стоял светлейший. Но в то время, как приехал Пьер, его не было, и почти никого не было из штабных. Все были на молебствии. Пьер поехал вперед к Горкам.