Битва при Рамильи

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Битва при Рамийи
Основной конфликт: Испанское наследство
Дата

23 мая 1706

Место

Рамийи, Бельгия

Итог

Поражение французских войск

Противники
Англия Франция
Командующие
Дж. Черчилль Мальборо Маршал Вильруа
Силы сторон
неизвестно неизвестно
Потери
неизвестно неизвестно
 
Война за испанское наследство
Фландрия и Рейн
Италия
Испания и Португалия
Североамериканский континент
Вест-Индия

Битва при Рамильи́ (Рамийи́) (англ. Battle of Ramillies) — сражение, состоявшееся 23 мая 1706 года в ходе войны за испанское наследство близ Рамийи (современная Бельгия).





Сражение

Возле Рамийи 23 мая герцог Мальборо наносит сокрушительное поражение французским войскам под командованием маршала Вильруа, одного из самых бездарных французских маршалов, заслужившего свой чин лишь благодаря дружбе с королём, и уже показавшего свою некомпетентность в Италии в сражениях против принца Евгения Савойского.

Вильруа, желая лично нанести врагу серьёзный удар, даже несмотря на категорический четыре раза повторенный запрет короля, выступает навстречу Мальборо, не дождавшись Марсена, который шел к нему с подкреплением. Затем он размещает свой левый фланг у болота, которое не позволяет ему двигаться куда бы то ни было. Мальборо остается всего лишь разбить его правый фланг, и отступающее войско Вильруа оставляет ему всю страну вместе с Антверпеном, Брюсселем, Брюгге, Гентом.

Итог

Людовик XIV, не разобравшись в ситуации на фронте, отправил на место событий своего министра Шамильяра. Вильруа, уповая на дружеское расположение короля, подать в отставку отказался. Вместо того, чтобы наказать маршала, Людовик XIV обошёлся с ним милостиво, несмотря на явную некомпетентность последнего.

Напишите отзыв о статье "Битва при Рамильи"

Литература

  • Эрик Дешодт «Людовик XIV», серия «ЖЗЛ», малая серия выпуск 15, Москва, Молодая Гвардия, 2005
  • Жан-Кристиан Птифис «Людовик XIV. Слава и испытания». Санкт-Петербург, 2006

Ссылки

  • [militerra.com/index.php?option=com_content&task=view&id=228&Itemid=119 Сражение при Рамильи, 23 мая 1706 г]


Отрывок, характеризующий Битва при Рамильи

– Ах, ты только всё портишь мне. Ну, иди, иди.
Опять всё замолкло, но князь Андрей знал, что она всё еще сидит тут, он слышал иногда тихое шевеленье, иногда вздохи.
– Ах… Боже мой! Боже мой! что ж это такое! – вдруг вскрикнула она. – Спать так спать! – и захлопнула окно.
«И дела нет до моего существования!» подумал князь Андрей в то время, как он прислушивался к ее говору, почему то ожидая и боясь, что она скажет что нибудь про него. – «И опять она! И как нарочно!» думал он. В душе его вдруг поднялась такая неожиданная путаница молодых мыслей и надежд, противоречащих всей его жизни, что он, чувствуя себя не в силах уяснить себе свое состояние, тотчас же заснул.


На другой день простившись только с одним графом, не дождавшись выхода дам, князь Андрей поехал домой.
Уже было начало июня, когда князь Андрей, возвращаясь домой, въехал опять в ту березовую рощу, в которой этот старый, корявый дуб так странно и памятно поразил его. Бубенчики еще глуше звенели в лесу, чем полтора месяца тому назад; всё было полно, тенисто и густо; и молодые ели, рассыпанные по лесу, не нарушали общей красоты и, подделываясь под общий характер, нежно зеленели пушистыми молодыми побегами.
Целый день был жаркий, где то собиралась гроза, но только небольшая тучка брызнула на пыль дороги и на сочные листья. Левая сторона леса была темна, в тени; правая мокрая, глянцовитая блестела на солнце, чуть колыхаясь от ветра. Всё было в цвету; соловьи трещали и перекатывались то близко, то далеко.
«Да, здесь, в этом лесу был этот дуб, с которым мы были согласны», подумал князь Андрей. «Да где он», подумал опять князь Андрей, глядя на левую сторону дороги и сам того не зная, не узнавая его, любовался тем дубом, которого он искал. Старый дуб, весь преображенный, раскинувшись шатром сочной, темной зелени, млел, чуть колыхаясь в лучах вечернего солнца. Ни корявых пальцев, ни болячек, ни старого недоверия и горя, – ничего не было видно. Сквозь жесткую, столетнюю кору пробились без сучков сочные, молодые листья, так что верить нельзя было, что этот старик произвел их. «Да, это тот самый дуб», подумал князь Андрей, и на него вдруг нашло беспричинное, весеннее чувство радости и обновления. Все лучшие минуты его жизни вдруг в одно и то же время вспомнились ему. И Аустерлиц с высоким небом, и мертвое, укоризненное лицо жены, и Пьер на пароме, и девочка, взволнованная красотою ночи, и эта ночь, и луна, – и всё это вдруг вспомнилось ему.