Блюз-рок

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Блюз-рок
Направление:

Рок, Блюз

Истоки:

Блюз (особенно электрик-блюз и британский блюз), Рок-н-ролл

Место и время возникновения:

Начало-середина 1960-х, Великобритания Великобритания, США США

Годы расцвета:

1960-е-1970-е

Родственные:

Панк-блюз

Производные:

Хеви-метал[1][2], Хард-рок, Буги-рок, Психоделический рок, Гаражный рок, Стоунер-рок, Сатерн-рок

Блюз-рок — гибридный музыкальный жанр, разновидность рок-музыки, объединяющий элементы стилей блюз и рок-н-ролл. Основу блюз-рокового звучания составляют электрогитара, бас-гитара и ударная установка, причём звук электрогитары подвергается искажению «овердрайв», обычно с помощью лампового гитарного усилителя.

Блюз-рок начал своё развитие в середине 1960-х годов в Англии и США как то, что музыкальный историк Пьеро Скаруффи назвал «ритм-н-блюз в исполнении белых европейских музыкантов»[3]. Английские группы, такие, как The Who, Yardbirds, Led Zeppelin, Animals, Cream и Rolling Stones, экспериментировали с музыкой ранних американских блюзменов Хаулина Вульфа, Роберта Джонсона, Джимми Рида, Мадди Уотерса и других[4]. Ранние блюз-роковые группы «старались играть длинные и сложные импровизации, типичные для джазовых записей», но к середине 1970-х годов блюз-рок стал более тяжёлым и основанным на риффах[4]. На волне популярности рок-музыки, «в начале 70-х годов граница между блюз-роком и хард-роком была едва заметна»[4]. Позже, в 1980-х и 1990-х годах исполнители блюз-рока вернулись к блюзовым корням, а некоторые, например, Fabulous Thunderbirds или Стиви Рэй Вон, «флиртовали со статусом рок-звёзд»[4].





Описание

Для блюз-рока характерно наличие блюзовой импровизации, с активным использованием пентатоники, применение 12-ти тактовой блюзовой гармонии, ритмического рисунка «буги», акцентирование электрогитарного звука и особенностей техники, а также зачастую основанное на риффах звучание, более тяжелое, чем в традиционном чикагском блюзе. Блюз-рок часто играется с более быстрым темпом, что также отличает этот жанр от блюза[4].

Основные инструменты в блюз-роке — это электрогитара, бас-гитара и ударная установка. Вокал также играет ключевую роль, хотя и не всегда: существует множество инструментальных блюз-роковых композиций. Изредка применяются клавишные инструменты, такие как синтезатор, пианино или орган. Гитарный звук подвергается искажению, в отличие от традиционного блюза, в котором используется акустическая гитара. Нередко применение двух гитар, одна для аккомпанемента, другая для мелодической партии[4].

История

Несмотря на то, что рок и блюз исторически всегда были тесно связаны, выделение блюз-рока в отдельный музыкальный жанр относится только к концу 1960-х годов.

Изначально жанр появился в Англии, где музыканты вроде Алексиса Корнера и Джона Мэйала создавали группы, выступавшие в качестве тренировочных площадок для будущих звёзд жанра, таких как «Free», «Savoy Brown», ранние составы «Fleetwood Mac». В то же время к пионерам блюз-рока относятся и американские музыканты вроде Джонни Винтера, Пола Баттерфилда и группы «Canned Heat».

Революционно электрическое исполнение блюза Джими Хендриксом (участником многих американских ритм-энд-блюзовых и соул-групп в начале 1960-х годов) и его трио «Jimi Hendrix Experience» и «Band of Gypsys» имело широкое и долговременное влияние на развитие блюз-рока, в особенности для гитаристов.

Другой гитарист, имеющий сильное влияние на этот жанр — Эрик Клэптон. Его работы в 1960-х и 1970-х годах с Джоном Майалом и группой «Блюзбрэйкерс», группой «The Yardbirds», в супергруппах «Blind Faith», «Cream», «Derek And The Dominos», а также протяжённая сольная карьера, очень много значили для признания блюз-рока самостоятельным жанром.

В конце 1960-х годов ещё один бывший участник группы «The Yardbirds» Джефф Бек со своей группой «Jeff Beck Group», ставшей популярной в США и Англии, привнёс в блюз-рок более тяжелое звучание хард-рока.

Третий воспитанник группы «The Yardbirds» — гитарист Джимми Пейдж — создал группу «New-Yardbirds», которая вскоре сменила название на «Led Zeppelin». В течение первой половины 1970-х годов группа «Led Zeppelin» доминировала на мировой блюз-роковой сцене.

Другие блюз-роковые музыканты, имевшие влияние на блюз-роковую сцену Англии в 1970-х годах, включали Рори Галлахера и Робина Тровера.

Напишите отзыв о статье "Блюз-рок"

Примечания

  1. Weinstein, Deena. Heavy Metal: The Music and its Culture. DaCapo, 2000. ISBN 0-306-80970-2, pg. 14.
  2. Christe Ian. Sound of the Beast. — Allison & Busby. — P. 1. — ISBN 0749083514.
  3. P. Scaruffi. [www.scaruffi.com/history/cpt22.html A History of Rock and Dance Music] (недоступная ссылка с 08-09-2013 (2230 дней) — историякопия)
  4. 1 2 3 4 5 6 [www.allmusic.com/cg/amg.dll?P=amg&sql=77:50 Blues-rock] (англ.) на сайте Allmusic

Ссылки

  • [www.blues.ru/style/rocking/ Блюз-рок]


Отрывок, характеризующий Блюз-рок

«Я сам знаю, как мы не властны в своих симпатиях и антипатиях, думал князь Андрей, и потому нечего думать о том, чтобы представить лично мою записку о военном уставе государю, но дело будет говорить само за себя». Он передал о своей записке старому фельдмаршалу, другу отца. Фельдмаршал, назначив ему час, ласково принял его и обещался доложить государю. Через несколько дней было объявлено князю Андрею, что он имеет явиться к военному министру, графу Аракчееву.
В девять часов утра, в назначенный день, князь Андрей явился в приемную к графу Аракчееву.
Лично князь Андрей не знал Аракчеева и никогда не видал его, но всё, что он знал о нем, мало внушало ему уважения к этому человеку.
«Он – военный министр, доверенное лицо государя императора; никому не должно быть дела до его личных свойств; ему поручено рассмотреть мою записку, следовательно он один и может дать ход ей», думал князь Андрей, дожидаясь в числе многих важных и неважных лиц в приемной графа Аракчеева.
Князь Андрей во время своей, большей частью адъютантской, службы много видел приемных важных лиц и различные характеры этих приемных были для него очень ясны. У графа Аракчеева был совершенно особенный характер приемной. На неважных лицах, ожидающих очереди аудиенции в приемной графа Аракчеева, написано было чувство пристыженности и покорности; на более чиновных лицах выражалось одно общее чувство неловкости, скрытое под личиной развязности и насмешки над собою, над своим положением и над ожидаемым лицом. Иные задумчиво ходили взад и вперед, иные шепчась смеялись, и князь Андрей слышал sobriquet [насмешливое прозвище] Силы Андреича и слова: «дядя задаст», относившиеся к графу Аракчееву. Один генерал (важное лицо) видимо оскорбленный тем, что должен был так долго ждать, сидел перекладывая ноги и презрительно сам с собой улыбаясь.
Но как только растворялась дверь, на всех лицах выражалось мгновенно только одно – страх. Князь Андрей попросил дежурного другой раз доложить о себе, но на него посмотрели с насмешкой и сказали, что его черед придет в свое время. После нескольких лиц, введенных и выведенных адъютантом из кабинета министра, в страшную дверь был впущен офицер, поразивший князя Андрея своим униженным и испуганным видом. Аудиенция офицера продолжалась долго. Вдруг послышались из за двери раскаты неприятного голоса, и бледный офицер, с трясущимися губами, вышел оттуда, и схватив себя за голову, прошел через приемную.
Вслед за тем князь Андрей был подведен к двери, и дежурный шопотом сказал: «направо, к окну».
Князь Андрей вошел в небогатый опрятный кабинет и у стола увидал cорокалетнего человека с длинной талией, с длинной, коротко обстриженной головой и толстыми морщинами, с нахмуренными бровями над каре зелеными тупыми глазами и висячим красным носом. Аракчеев поворотил к нему голову, не глядя на него.
– Вы чего просите? – спросил Аракчеев.
– Я ничего не… прошу, ваше сиятельство, – тихо проговорил князь Андрей. Глаза Аракчеева обратились на него.
– Садитесь, – сказал Аракчеев, – князь Болконский?
– Я ничего не прошу, а государь император изволил переслать к вашему сиятельству поданную мною записку…
– Изволите видеть, мой любезнейший, записку я вашу читал, – перебил Аракчеев, только первые слова сказав ласково, опять не глядя ему в лицо и впадая всё более и более в ворчливо презрительный тон. – Новые законы военные предлагаете? Законов много, исполнять некому старых. Нынче все законы пишут, писать легче, чем делать.
– Я приехал по воле государя императора узнать у вашего сиятельства, какой ход вы полагаете дать поданной записке? – сказал учтиво князь Андрей.
– На записку вашу мной положена резолюция и переслана в комитет. Я не одобряю, – сказал Аракчеев, вставая и доставая с письменного стола бумагу. – Вот! – он подал князю Андрею.
На бумаге поперег ее, карандашом, без заглавных букв, без орфографии, без знаков препинания, было написано: «неосновательно составлено понеже как подражание списано с французского военного устава и от воинского артикула без нужды отступающего».
– В какой же комитет передана записка? – спросил князь Андрей.
– В комитет о воинском уставе, и мною представлено о зачислении вашего благородия в члены. Только без жалованья.
Князь Андрей улыбнулся.
– Я и не желаю.
– Без жалованья членом, – повторил Аракчеев. – Имею честь. Эй, зови! Кто еще? – крикнул он, кланяясь князю Андрею.


Ожидая уведомления о зачислении его в члены комитета, князь Андрей возобновил старые знакомства особенно с теми лицами, которые, он знал, были в силе и могли быть нужны ему. Он испытывал теперь в Петербурге чувство, подобное тому, какое он испытывал накануне сражения, когда его томило беспокойное любопытство и непреодолимо тянуло в высшие сферы, туда, где готовилось будущее, от которого зависели судьбы миллионов. Он чувствовал по озлоблению стариков, по любопытству непосвященных, по сдержанности посвященных, по торопливости, озабоченности всех, по бесчисленному количеству комитетов, комиссий, о существовании которых он вновь узнавал каждый день, что теперь, в 1809 м году, готовилось здесь, в Петербурге, какое то огромное гражданское сражение, которого главнокомандующим было неизвестное ему, таинственное и представлявшееся ему гениальным, лицо – Сперанский. И самое ему смутно известное дело преобразования, и Сперанский – главный деятель, начинали так страстно интересовать его, что дело воинского устава очень скоро стало переходить в сознании его на второстепенное место.