Бойяи, Фаркаш

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Фаркаш Бойяи
венг. Farkas Bolyai

Фаркаш Бойяи
Дата рождения:

9 февраля 1775(1775-02-09)

Место рождения:

Трансильвания

Дата смерти:

20 ноября 1856(1856-11-20) (81 год)

Место смерти:

Тыргу-Муреш

Страна:

Австрийская империя

Научная сфера:

математика

Альма-матер:

Гёттингенский университет

Научный руководитель:

Авраам Кестнер

Известные ученики:

Янош Бойяи

Фаркаш Бойяи (венг. Bolyai Farkas; 1775—1856) — венгерский математик и поэт (в русских источниках встречается множество вариантов написания его фамилии: Больяи, Больяй, Бойаи, Бояи, Бояй и даже Болье.). Свои статьи на немецком подписывал «Вольфганг Бойяи» (Wolfgang Bolyai). Отец Яноша Бойяи.



Биография

Фаркаш Бойяи родился 9 февраля 1775 года в Бойе (ныне Буйя, жудец Сибиу, Трансильвания, Румыния). В возрасте 12 лет оставил кальвинистскую школу и был назначен наставником 8-летнего сына графа Кеменя. Оба мальчика были отправлены в реформатский (кальвинистский) коллегиум в Коложваре.

Учился в Великобритании и потом в Геттингенском университете, где он близко познакомился с Карлом Фридрихом Гауссом[1].

В молодости он пробовал свои силы на поэтическом поприще. Им написаны пять драм, из которых более известны «Павзаний» и «Симон Кимени». Кроме того, он перевел «Опыт о человеке» Попа и другие стихотворения. Позже, однако, Бойяи посвятил себя исключительно научным занятиям[1].

По возвращении в Трансильванию в 1802 году Фаркаш Бойяи был назначен профессором математики, физики и химии при реформатской коллегии в Марош-Вашаргели[1].

Фаркаш Бойяи умер 20 ноября 1856 года в городе Тыргу-Муреш.

Согласно ЭСБЕ: «Главное его сочинение, «Tentamen juventutem studiosam in elementa matheseos methodo intuitiva introducendi» (2 т., 1832—33), заключает в себе развитие независимой от XI аксиомы Евклида теории параллельных линий. Прибавление («Appendix») к этому сочинению написано его сыном Иоанном Б.»[1].

Напишите отзыв о статье "Бойяи, Фаркаш"

Примечания

  1. 1 2 3 4 Болиай, Фаркаш // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.

Литература

Отрывок, характеризующий Бойяи, Фаркаш


Старый князь Николай Андреич Болконский в декабре 1805 года получил письмо от князя Василия, извещавшего его о своем приезде вместе с сыном. («Я еду на ревизию, и, разумеется, мне 100 верст не крюк, чтобы посетить вас, многоуважаемый благодетель, – писал он, – и Анатоль мой провожает меня и едет в армию; и я надеюсь, что вы позволите ему лично выразить вам то глубокое уважение, которое он, подражая отцу, питает к вам».)
– Вот Мари и вывозить не нужно: женихи сами к нам едут, – неосторожно сказала маленькая княгиня, услыхав про это.
Князь Николай Андреич поморщился и ничего не сказал.
Через две недели после получения письма, вечером, приехали вперед люди князя Василья, а на другой день приехал и он сам с сыном.
Старик Болконский всегда был невысокого мнения о характере князя Василья, и тем более в последнее время, когда князь Василий в новые царствования при Павле и Александре далеко пошел в чинах и почестях. Теперь же, по намекам письма и маленькой княгини, он понял, в чем дело, и невысокое мнение о князе Василье перешло в душе князя Николая Андреича в чувство недоброжелательного презрения. Он постоянно фыркал, говоря про него. В тот день, как приехать князю Василью, князь Николай Андреич был особенно недоволен и не в духе. Оттого ли он был не в духе, что приезжал князь Василий, или оттого он был особенно недоволен приездом князя Василья, что был не в духе; но он был не в духе, и Тихон еще утром отсоветывал архитектору входить с докладом к князю.
– Слышите, как ходит, – сказал Тихон, обращая внимание архитектора на звуки шагов князя. – На всю пятку ступает – уж мы знаем…
Однако, как обыкновенно, в 9 м часу князь вышел гулять в своей бархатной шубке с собольим воротником и такой же шапке. Накануне выпал снег. Дорожка, по которой хаживал князь Николай Андреич к оранжерее, была расчищена, следы метлы виднелись на разметанном снегу, и лопата была воткнута в рыхлую насыпь снега, шедшую с обеих сторон дорожки. Князь прошел по оранжереям, по дворне и постройкам, нахмуренный и молчаливый.
– А проехать в санях можно? – спросил он провожавшего его до дома почтенного, похожего лицом и манерами на хозяина, управляющего.
– Глубок снег, ваше сиятельство. Я уже по прешпекту разметать велел.
Князь наклонил голову и подошел к крыльцу. «Слава тебе, Господи, – подумал управляющий, – пронеслась туча!»
– Проехать трудно было, ваше сиятельство, – прибавил управляющий. – Как слышно было, ваше сиятельство, что министр пожалует к вашему сиятельству?
Князь повернулся к управляющему и нахмуренными глазами уставился на него.
– Что? Министр? Какой министр? Кто велел? – заговорил он своим пронзительным, жестким голосом. – Для княжны, моей дочери, не расчистили, а для министра! У меня нет министров!