Большая королева на бумаге верже

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Большая королева
на бумаге верже
англ. 2¢ Large Queen on laid paper

Самая редкая почтовая марка Канады
 (Скотт #32)
Тип марки (марок)

стандартная

Страна выпуска

Доминион Канада

Дата выпуска

1868

Номинал

2 цента

Причина редкости

мало сохранилось

Сохранилось (экз.)

3

Из них гашёных

3

Оценка (Скотт)

$175 000 (2006)

Оценка

$250 000[1]

«Большая королева на бумаге верже» (англ. 2¢ Large Queen on laid paper) — филателистическое название самой редкой почтовой марки Канады стандартного типа (Скотт #32), изданной в 1868 году и изображающей королеву Викторию[2].





История и описание

Марка была выпущена в 1868 году, но была обнаружена лишь в 1925 году, при этом до сих пор известно о существовании только трёх таких марок[1][3].

Почтовая миниатюра с изображением профиля королевы Виктории (1819—1901) относится к «Большим королевам» («Large Queens»), которые стали первым выпуском Доминиона Канады. Своё название марки этого выпуска получили, чтобы отличать их от выпуска 1870 года, так называемых «Малых королев» («Small Queens»), который внешне очень похож по дизайну, но отличается меньшим размером марок. Большие королевы обычно печатались на веленевой бумаге, но марки номиналом в 1 цент, 2 цента и 3 цента также печатались на менее привлекательной бумаге верже. О существовании марок номиналом в 1 цент и 3 цента на бумаге верже было известно давно, хотя они и встречались нечасто.

В 1925 году появилось сообщение об обнаружении марки зелёного цвета номиналом 2 цента на бумаге верже, хотя многие авторитетные источники выражали сомнение в подлинности марки. Марка не включалась в каталог «Скотт» до 1930-х годов.

В 1950 году Билески (Bileski) сообщил о существовании ещё одной марки. Оба известных экземпляра марки гашёные и находятся в хорошем состоянии («fine»).

Аукционная оценочная цена марки составляет 250 тысяч долларов США[1].

Летом 2013 года был обнаружен третий экземпляр марки[3]. Проведённая экспертиза подтвердила подлинность этого экземпляра[3].

См. также

Напишите отзыв о статье "Большая королева на бумаге верже"

Примечания

  1. 1 2 3 [www.canadianstampauctions.com/Commentary/Number_7.htm Canada's Rarest Stamp. Report No. 7] (англ.). Stamp Market Commentary. Canadian Stamp Auctions Ltd (17 April 2000). Проверено 11 марта 2011. [www.webcitation.org/671UFDAAp Архивировано из первоисточника 18 апреля 2012].
  2. Давыдов П. Г. [mirmarok.ru/prim/view_article/554/ Виктория Ганноверская]. Знаменитые люди: Персоналии почты и филателии. Смоленск: Мир м@рок; Союз филателистов России (25 октября 2009). Проверено 15 февраля 2011. [www.webcitation.org/65QfOptIU Архивировано из первоисточника 13 февраля 2012].
  3. 1 2 3 [russianweek.ca/canadanews/5253-rare-canadian-stamp.html Марку стоимостью в миллион купили за пять долларов]

Литература

  • Scott 2007. Standard Postage Stamp Catalogue. — New York, NY, USA: Scott, 2006. (англ.)

Ссылки

  • [www.saskatoonstamp.com/prs_32laid.htm 2c Large Queen, Laid Paper Sold] (англ.). Canada Rare Stamp Gallery. Saskatoon Stamp Centre (28 January 1998). Проверено 15 февраля 2011. [www.webcitation.org/671UFiOYw Архивировано из первоисточника 18 апреля 2012].
  • [www.rpsc.org/reference/sets/pics-victorian-lq.htm Canadian Stamps — Large Queen Era (1868—76) Gallery] (англ.). Queen Victoria Era (1851—1902). Canadian Stamp "Sets". Reference. Royal Philatelic Society of Canada (28 January 1998). Проверено 15 февраля 2011. [www.webcitation.org/671UG96wZ Архивировано из первоисточника 18 апреля 2012].

Отрывок, характеризующий Большая королева на бумаге верже

Старый граф, всегда державший огромную охоту, теперь же передавший всю охоту в ведение сына, в этот день, 15 го сентября, развеселившись, собрался сам тоже выехать.
Через час вся охота была у крыльца. Николай с строгим и серьезным видом, показывавшим, что некогда теперь заниматься пустяками, прошел мимо Наташи и Пети, которые что то рассказывали ему. Он осмотрел все части охоты, послал вперед стаю и охотников в заезд, сел на своего рыжего донца и, подсвистывая собак своей своры, тронулся через гумно в поле, ведущее к отрадненскому заказу. Лошадь старого графа, игреневого меренка, называемого Вифлянкой, вел графский стремянной; сам же он должен был прямо выехать в дрожечках на оставленный ему лаз.
Всех гончих выведено было 54 собаки, под которыми, доезжачими и выжлятниками, выехало 6 человек. Борзятников кроме господ было 8 человек, за которыми рыскало более 40 борзых, так что с господскими сворами выехало в поле около 130 ти собак и 20 ти конных охотников.
Каждая собака знала хозяина и кличку. Каждый охотник знал свое дело, место и назначение. Как только вышли за ограду, все без шуму и разговоров равномерно и спокойно растянулись по дороге и полю, ведшими к отрадненскому лесу.
Как по пушному ковру шли по полю лошади, изредка шлепая по лужам, когда переходили через дороги. Туманное небо продолжало незаметно и равномерно спускаться на землю; в воздухе было тихо, тепло, беззвучно. Изредка слышались то подсвистыванье охотника, то храп лошади, то удар арапником или взвизг собаки, не шедшей на своем месте.
Отъехав с версту, навстречу Ростовской охоте из тумана показалось еще пять всадников с собаками. Впереди ехал свежий, красивый старик с большими седыми усами.
– Здравствуйте, дядюшка, – сказал Николай, когда старик подъехал к нему.
– Чистое дело марш!… Так и знал, – заговорил дядюшка (это был дальний родственник, небогатый сосед Ростовых), – так и знал, что не вытерпишь, и хорошо, что едешь. Чистое дело марш! (Это была любимая поговорка дядюшки.) – Бери заказ сейчас, а то мой Гирчик донес, что Илагины с охотой в Корниках стоят; они у тебя – чистое дело марш! – под носом выводок возьмут.
– Туда и иду. Что же, свалить стаи? – спросил Николай, – свалить…
Гончих соединили в одну стаю, и дядюшка с Николаем поехали рядом. Наташа, закутанная платками, из под которых виднелось оживленное с блестящими глазами лицо, подскакала к ним, сопутствуемая не отстававшими от нее Петей и Михайлой охотником и берейтором, который был приставлен нянькой при ней. Петя чему то смеялся и бил, и дергал свою лошадь. Наташа ловко и уверенно сидела на своем вороном Арабчике и верной рукой, без усилия, осадила его.
Дядюшка неодобрительно оглянулся на Петю и Наташу. Он не любил соединять баловство с серьезным делом охоты.
– Здравствуйте, дядюшка, и мы едем! – прокричал Петя.
– Здравствуйте то здравствуйте, да собак не передавите, – строго сказал дядюшка.
– Николенька, какая прелестная собака, Трунила! он узнал меня, – сказала Наташа про свою любимую гончую собаку.
«Трунила, во первых, не собака, а выжлец», подумал Николай и строго взглянул на сестру, стараясь ей дать почувствовать то расстояние, которое должно было их разделять в эту минуту. Наташа поняла это.
– Вы, дядюшка, не думайте, чтобы мы помешали кому нибудь, – сказала Наташа. Мы станем на своем месте и не пошевелимся.
– И хорошее дело, графинечка, – сказал дядюшка. – Только с лошади то не упадите, – прибавил он: – а то – чистое дело марш! – не на чем держаться то.
Остров отрадненского заказа виднелся саженях во ста, и доезжачие подходили к нему. Ростов, решив окончательно с дядюшкой, откуда бросать гончих и указав Наташе место, где ей стоять и где никак ничего не могло побежать, направился в заезд над оврагом.
– Ну, племянничек, на матерого становишься, – сказал дядюшка: чур не гладить (протравить).