Большой театр

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Большой театр

Здание Основной сцены, 2012 год
Тип театра

музыкальный

Основан

1776 год

Жанры

опера, балет

Награды

Здание театра
Местоположение

Россия Россия, Москва

Адрес

Театральная пл., дом 1

Телефон

+7(495)455-5555

Метро

 Театральная
 Охотный Ряд

Координаты

55°45′37″ с. ш. 37°37′07″ в. д. / 55.76028° с. ш. 37.61861° в. д. / 55.76028; 37.61861 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=55.76028&mlon=37.61861&zoom=16 (O)] (Я)

Архитектурный стиль

Классицизм

Архитектор

Альберт Кавос

Скульптор

Пётр Клодт

Строительство

1856 год

Отремонтировано

2005—2011

Вместимость

3000К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1167 дней]

Статус

 Объект культурного наследия РФ [old.kulturnoe-nasledie.ru/monuments.php?id=7710886000 № 7710886000]№ 7710886000

Руководство
Директор

Владимир Урин

Художественный руководитель

балетаМахар Вазиев
оперыМаквала Касрашвили

Главный дирижёр

Туган Сохиев

Главный балетмейстер

Юрий Григорович

Главный хормейстер

Валерий Борисов

Ссылки

[www.bolshoi.ru Официальный сайт]

Большой театр на Викискладе

К:Театры, основанные в 1776 году

Госуда́рственный академи́ческий Большо́й теа́тр Росси́и[1] (ГАБТ), или просто Большой театр — один из крупнейших в России и один из самых значительных в мире театров оперы и балета. Комплекс зданий театра расположен в центре Москвы, на Театральной площади.





История

Изначально казенный театр, составлявший вместе с Малым единую московскую труппу императорских театров. Время от времени статус московской труппы менялся: то она переходила в подчинение московскому генерал-губернатору, то вновь — под петербургскую дирекцию. Так продолжалось до революции 1917 года, когда все имущество было национализировано, и только тогда произошло полное разделение Малого и Большого театров.

Вся история театральной культуры Москвы на долгие годы была связана с Большим театром.

Первые шаги

Историю театра принято вести с марта 1776 года, когда губернский прокурор князь Пётр Васильевич Урусов получил высочайшее соизволение императрицы Екатерины II «содержать… театральные всякого рода представления, а также концерты, воксалы и маскарады». Князь начал строительство театра, который — по месту расположения на улице Петровка (на правом берегу Неглинки) — был назван Петровским[2]. Театр Урусова сгорел ещё до его открытия, и князь передал дела своему компаньону, английскому предпринимателю Майклу (Михаилу) Меддоксу. Именно под руководством Меддокса по проекту архитектора Христиана Розберга в 1776—1789 годах был построен Большой Петровский театр[3]:3. Театр получил название по улице Петровке, в начале которой он стоял на тесном участке, окружённый хаотичной застройкой[4]. Трёхэтажное кирпичное здание с белокаменными деталями и под тесовой крышей поднялось за пять месяцев и обошлось Меддоксу в 130 тысяч рублей серебром, на 50 тысяч больше сметы. Торжественное открытие состоялось 30 декабря 1780 года.[5] Театр имел партер, три яруса лож и галерею, вмещавшие около 1 тыс. зрителей, «маскерадную залу в два света», «карточную» и другие специальные помещения; в 1788 году к театру пристроили новый круглый маскарадный зал — «Ротунду»[6]. По другим источникам, зал вмещал 800 посетителей[4]: «В театре было четыре яруса с ложами и две просторные галереи. В партере насчитывалось два ряда с закрытыми по бокам сиденьями. Роскошно украшенные ложи стоили от трёхсот до тысячи рублей и дороже. Билет в партер стоил один рубль. Театральный зал вмещал 800 зрителей и ещё столько же публики вмещалось на галереях».[7] За первые 14 лет владения театром Меддоксом в Петровском театре было поставлено 425 оперных и балетных спектаклей. В 1794 году Меддокс из-за финансовых трудностей вынужден был передать театр в казну; театр стал Императорским[3]:3.

Петровский театр Меддокса простоял 25 лет — 8 октября 1805 года здание сгорело. В течение трёх лет труппа давала представления в домашних театрах московской знати; некоторое время спектакли шли во владении Пашковых в северном крыле здания на углу Моховой и Большой Никитской улиц (позднее перестроенном под университетскую церковь мученицы Татьяны). Новое деревянное здание было построено К. И. Росси на Арбатской площади. Театр имел партер, бенуар, три яруса лож и раёк, отличался хорошей акустикой; его интерьеры были расписаны художником М. И. Скотти. Площадь, ранее отличавшуюся непролазной грязью, выровняли и замостили, а перед театром разбили цветники[8]. Просуществовав четыре года, здание театра сгорело во время московского пожара 1812 года[9]. После этого театр разместился на Знаменке в доме Апраксина, который был построен в 1792 году по проекту архитектора Ф. Кампорези[10]. Театральное помещение в доме Апраксина было тесным и неудобным, вместо кресел там стояли обтянутые грубым сукном скамейки; несколько раз за время нахождения там Петровского театра в нём случались пожары[11].

В 1816 году Комиссия о строении Москвы объявила конкурс на возведение нового здания театра, обязательным условием которого стало включение в постройку обгоревшей стены театра Меддокса[12]. В конкурсе приняли участие Л. Дюбуи, Д. Жилярди, Ф. Кампорези, П. Гонзаго, А. Н. Бакарев и другие архитекторы, однако ни один проект не был принят[13][11]. Победителем повторного конкурса был признан проект профессора Императорской Академии художеств А. А. Михайлова[14]. Однако проект Михайлова посчитали слишком дорогостоящим, к тому же задуманное им здание театра по своему масштабу, чрезмерно крупному, не соответствовало окружающей застройке. Переработку проекта поручили архитектору О. И. Бове, который полностью сохранил основы композиции Михайлова, однако существенно изменил пропорции здания, уменьшив его высоту с 41 до 37 метров, а также внёс существенные коррективы в его наружную и внутреннюю отделку[15]. Проект сооружения театра был утверждён 10 ноября 1821 года; ещё до его утверждения Бове приступил к постройке фундаментов театра по намеченному им плану, при этом часть фундаментов сгоревшего здания были сохранены[16][4].

По замыслу Бове, претворявшего в жизнь идеи разработанного им и утверждённого в 1817 году генерального плана Москвы, театр должен был стать композиционным центром ампирного города-храма, восславлявшего победу в Отечественной войне. Величие театра подчёркивалось разбитой перед ним строгой прямоугольной площадью, в 1820-е называвшейся Петровской, но вскоре переименованной в Театральную. Бове привёл спроектированный Михайловым объём в соответствие с площадью и развернул квадригу Аполлона к зрителям.[3]:3; [17]

Открытие в 1825 г.

Театр открылся 6 (18) января 1825 года представлением «Торжество муз» — прологом в стихах М. А. Дмитриева, музыка Ф. Е. Шольца, А. Н. Верстовского и А. А. Алябьева: сюжет в аллегорической форме рассказывал, как Гений России, объединившись с музами, из развалин сгоревшего Большого Петровского театра Меддокса создал новый. Роли исполняли лучшие московские актеры: Гений России — трагик П. С. Мочалов, Аполлон — певец Н. В. Лавров, муза Терпсихора — ведущая танцовщица московской труппы Ф. Гюллень-Сор. После антракта был показан балет «Сандрильона» (Золушка) на музыку Ф. Сора, балетмейстеры Ф.-В. Гюллень-Сор и И. К. Лобанов, постановка перенесена со сцены Театра на Моховой. На следующий день спектакль был повторен. Об этом открытии сохранились воспоминания С. Аксакова: «Большой Петровский театр, возникший из старых, обгорелых развалин… изумил и восхитил меня… Великолепное громадное здание, исключительно посвященное моему любимому искусству, уже одной своею внешностью привело меня в радостное волнение»; а В. Одоевский, восхищаясь балетным спектаклем, писал об этом представлении так: «Блеск костюмов, красота декораций, словом, все театральное великолепие здесь соединилось, как равно и в прологе»[18] В 1842 году театр перешёл под руководство петербургской дирекции императорских театров; из Петербурга в Москву приехала оперная труппа. Крупная реконструкция театрального здания была осуществлена в 1843 году по проекту архитектора А. С. Никитина — он заменил ионические капители портика на капители типа Эрехтейона, перестроил линию боковых лож, кулуары и сценическую часть, где появилась арьер-сцена[19]. 11 (23) марта 1853 года театр сгорел; от пожара, длившегося несколько дней, уцелели только каменные внешние стены здания и колоннада портика[4]. К конкурсу на восстановление театра были привлечены архитекторы Константин Тон, А. С. Никитин, Александр Матвеев и главный архитектор Императорских театров Альберт Кавос[19]. Победил проект Кавоса; театр был восстановлен за три года.[3]:3 В основном объём здания и планировка были сохранены, однако Кавос несколько увеличил высоту здания, изменил пропорции и полностью переработал архитектурный декор, оформив фасады в духе ранней эклектики.[4] Взамен погибшей при пожаре алебастровой скульптуры Аполлона над входным портиком поставили бронзовую квадригу работы Петра Клодта. На фронтоне был установлен гипсовый двуглавый орёл — государственный герб Российской империи. Театр открылся вновь 20 августа 1856 года оперой Беллини «Пуритане»[20].

В 1886—1893 годах тыльная сторона здания была перестроена по проекту архитектора Э. К. Гернета, в результате чего сохранённые Кавосом колонны портика оказались внутри складских помещений[21][22]. В 1890 году в стенах здания появились трещины; проведённое обследование выявило, что фундаменты театра покоились на сгнивших деревянных сваях. В 1894—1898 годах по проекту архитекторов И. И. Рерберга, К. В. Терского и К. Я. Маевского под здание театра был подведён новый фундамент[21][23]. Однако осадка здания не прекратилась: в 1902 году во время спектакля значительно осела стена зрительного зала, в результате чего заклинило двери в средние ложи и публика была вынуждена выбираться через соседние[21].

Советская эпоха

С 1919 года Большой театр стал называться академическим. В течение нескольких лет после октябрьской революции не прекращались споры о судьбе театра; многие высказывались за его закрытие. В 1922 году Президиум ВЦИК постановил считать закрытие театра хозяйственно нецелесообразным[24]. В 1921 году здание театра обследовала комиссия, включающая видных московских архитекторов А. В. Щусева, И. П. Машкова, С. Ф. Воскресенского и И. В. Жолтовского; комиссия пришла к выводу о катастрофическом состоянии полукольцевой стены зрительного зала, которая служила опорой для сводов коридоров и всего зрительного зала. Работы по укреплению стены под руководством И. И. Рерберга начались в августе-сентябре 1921 года и продолжались в течение двух лет. В 1928 году с целью ликвидации ранговой иерархии посетителей архитектор П. А. Толстых перепланировал ряд лестниц и других помещений здания [25]. В середине 1920-х годов старый занавес с изображением квадриги Аполлона был заменён новым, выполненным по рисунку Ф. Ф. Федоровского[26].

В 1955 году на сцене театра появляется новый роскошный занавес из парчи, прозванный «золотым», выполненный по проекту Ф. Ф. Федоровского, который на протяжении 50 лет был главным оформлением сцены. После реконструкции Большого театра, занавес в отреставрированном и слегка измененном виде (были заменены гербы и надписи), вновь украсил сцену главного театра страны.

С 1976 года по 1991 год театр официально назывался Государственный дважды ордена Ленина академический Большой театр Союза ССР.

Большой театр в XXI веке

Новая сцена Большого театра

29 ноября 2002 года премьерой оперы Римского-Корсакова «Снегурочка» открылась Новая сцена Большого театра.

Реконструкция исторического здания Большого театра

1 июля 2005 года Основная сцена Большого театра закрылась на реконструкцию, которую первоначально предполагали завершить в 2008 году. Последним спектаклем, прошедшим на Основной сцене перед закрытием, стала опера Мусоргского «Борис Годунов» (30 июня 2005 года). Планируемое время открытия — 28 октября 2011 года[27], спектакль — премьера оперы Глинки «Руслан и Людмила» (режиссёр-постановщик — Дмитрий Черняков). Подготовительные работы для предстоящей реконструкции, в ходе которых от исторического здания остались только три несущих стены — главный фасад и боковые, а под фундаментом был вырыт гигантский котлован глубиной более 30 метров, сильно затянулись.

В сентябре 2009 года СКП России возбудил уголовное дело о необоснованном расходовании средств[28]. По данным Счётной палаты, за период реконструкции Большого театра её стоимость выросла в 16 раз, а по словам министра культуры А. А. Авдеева на март 2011 года превысила 20 млрд рублей (500 млн €), что, якобы, было в первую очередь связано с сильным подорожанием цемента и кирпича[29].

14 февраля 2012 года Счётная палата РФ указала, что «реконструкция Большого театра обошлась в 35,4 млрд рублей, вместо запланированных 37 млрд, что составляет 95,5 процентов сметной стоимости. К таким выводам пришли аудиторы Счетной палаты /СП/ России по итогам проведенных экспертиз»[30][31].

В 2013 году в Большом театре был установлен новый, четвёртый в истории театра духовой орган производства немецкой органостроительной фирмы «Глаттер-Гёц». Новый орган имеет два мануала, педаль, 1819 труб, разделённых на 31 регистр. Инструмент расположен за порталом сцены с левой стороны, на специальной галерее, расположенной на высоте около 10 метров, что создаёт определённые трудности для исполнителей[32]. Все трубы скрыты в деревянном корпусе с раздвижными швеллерами. Передвижной органный пульт может помещаться в оркестровой яме или на сцене. Монтаж инструмента закончился в январе, но впервые орган зазвучал только 14 мая на специальной гала-презентации с участием российских органистов и музыкантов Большого театра[33].

Смены руководства

С 2009 года, после ухода Александра Ведерникова с поста главного дирижёра, музыкальными руководителями театра были композитор Леонид Десятников (2009—2010)[34] и дирижёр Василий Синайский (2010—2013)[35]. В январе 2014 года главным дирижёром и музыкальным руководителем театра стал Туган Сохиев.

С июля 2013 года Владимир Урин занимает пост генерального директора Большого театра[36].

Трансляции спектаклей

В марте 2010 года Большой театр совместно с компанией «Веl Air Media» начал транслировать свои спектакли в кинотеатрах мира. 11 марта 2012 года совместно с компанией «Google Russia» Большой театр начал трансляцию балетных постановок на канале «YouTube» на территории России[37][38].

В июле 2016 года Большой театр при поддержке группы «Сумма» и департамента культуры правительства Москвы запустил серию уличных трансляций своих спектаклей[39]. Трансляции осуществлялись на специальном всепогодном экране, смонтированном на главном фасаде театра, и были приурочены к пятилетию со дня окончания. 1 и 2 июля была показана опера Римского-Корсакова «Царская невеста», 8 и 9 июля прошли показы балета Джорджа Баланчина «Драгоценности».

Скандал из-за спекуляций

Осенью 2011 года разразился скандал из-за спекулянтов, перепродающих билеты по многократно завышенным ценам, в результате чего Большой театр ввёл продажу билетов по паспортам[40][41][42].

Важные даты

Труппа

Театр включает в себя балетную и оперную труппы, Оркестр Большого театра и Сценно-духовой оркестр. На момент создания театра труппа включала в себя всего тринадцать музыкантов и около тридцати артистов. При этом в труппе первоначально не было специализации: драматические актёры принимали участие в операх, а певцы и танцовщики — в драматических спектаклях. Так, в состав труппы в разное время входили Михаил Щепкин и Павел Мочалов, которые пели в операх Керубини, Верстовского и других композиторов[51].

Звание артистов Императорских театров имеют: актёры, управляющие труппами, режиссёры, капельмейстеры, балетмейстеры, дирижёры оркестров, танцовщики, музыканты, декораторы, машинисты, инспекторы освещения и их помощники, живописцы, главный костюмер, суфлеры, гардеробмейстеры, фехтмейстеры, театрмейстеры, скульпторы, надзиратель нотной конторы, фигуранты, нотные писцы, певчие и парикмахеры; все эти лица считаются состоящими на государственной службе и разделяются на три разряда, смотря по талантам и занимаемым ими амплуа и должностям[52].

К 1785 году труппа выросла уже до 80 человек и продолжала постоянно расти, достигнув к началу XX века 500, а к 1990 году — более 900 артистов.

За всю историю Большого театра его артисты, художники, режиссёры, дирижёры, не считая восхищения и благодарности со стороны публики, многократно удостаивались различных знаков признания со стороны государства. В советский период более 80 из них получили звание Народных артистов СССР, 4 человека получили звание Народных художников СССР (академик Фёдор Федоровский, академик Симон Вирсаладзе, академик Вадим Рындин, академик Валерий Левенталь), более 60 получили Сталинские премии, и 12 — Ленинские премии (Елена Образцова, Евгений Нестеренко, Ирина Архипова, Юрий Григорович, Марис Лиепа, Михаил Лавровский, Наталья Бессмертнова, Галина Уланова, Майя Плисецкая, Борис Покровский, Симон Вирсаладзе, Владимир Васильев), восьми присвоено звание Героя Социалистического труда (Ирина Архипова, Юрий Григорович, Елена Образцова, Иван Козловский, Евгений Нестеренко, Майя Плисецкая, Марина Семёнова, Галина Уланова — дважды герой). В период после 1991 года многие артисты стали Народными артистами Российской Федерации и лауреатами Государственных премий Российской Федерации.

Современная труппа

Оперная труппа

Народные артисты СССР

Народные артисты России

Заслуженные артисты России

  • Марина Лапина (сопрано) (с 1992 года)
  • Ирина Рубцова (сопрано) (с 1993 года)
  • Елена Манистина (меццо-сопрано) (с 2000 года)
  • Александра Дурсенева (меццо-сопрано) (с 1994 года)
  • Бадри Майсурадзе (тенор) (с 1995 года)
  • Роман Муравицкий (тенор) (с 2003 года)
  • Вадим Тихонов (тенор) (с 2001 года)
  • Андрей Григорьев (баритон) (с 1996 года)
  • Михаил Казаков (бас) (с 2001 года)
  • Вячеслав Почапский (бас) (с 1982 года)

Балетная труппа

Народные артисты России

Заслуженные артисты России

Балетмейстеры

Главный балетмейстер

Герой Социалистического Труда, Народный артист СССР, лауреат Ленинской премии

Народные артисты СССР

Народные артисты России

Заслуженные артисты России

  • Александр Петухов
  • Валерий Лагунов
  • Виктор Барыкин
  • Ян Годовский
  • Юлиана Малхасянц

Дирижёры

Главный дирижёр — музыкальный руководитель

Народный артист Республики Северная Осетия-Алания

Народные артисты России

  • Владимир Андропов

Заслуженные артисты России

Репертуар театра

За время существования театра здесь было поставлено более 800 произведений[51]. Первой постановкой, созданной труппой театра, стала опера Д.Зорина «Перерождение» (1777). Большой успех у публики, по воспоминаниям современников, имела премьера оперы М. Соколовского «Мельник — колдун, обманщик и сват» (1779). В этот период существования театра репертуар был достаточно пёстрым: оперы русских и итальянских композиторов, танцевальные картины из русского народного быта, балеты-дивертисменты, спектакли на мифологические сюжеты.

XIX век

К 1840-м годам в театре утверждаются отечественные оперы-водевили и романтические оперы большой формы, чему во многом способствовала административная деятельность композитора А. Верстовского, в разные годы инспектора музыки, инспектора репертуара и управляющего Московской театральной конторой. В 1835 году состоялась премьера его оперы «Аскольдова могила».

Событиями театральной жизни становятся постановки в театре опер М. Глинки «Жизнь за царя» (1842) и «Руслан и Людмила» (1845), балета А. Адана «Жизель» (1843). В этот период театр ориентируется на создание подлинно русского репертуара, преимущественно музыкального эпоса.

Вторая половина XIX века в балете отмечена деятельностью выдающегося хореографа М. Петипа, поставившего в Москве ряд спектаклей, из которых одним из наиболее значительных является «Дон Кихот Ламанчский» Л. Минкуса (1869). В это время репертуар обогащается также произведениями П. Чайковского: «Воевода» (1869), «Лебединое озеро» (1877, балетмейстер Вацлав Рейзингер) — дебюты композитора в опере и балете; «Евгений Онегин» (1881), «Мазепа» (1884). Премьера оперы «Черевички» Чайковского в 1887-м становится дирижёрским дебютом её автора. Появляются выдающиеся оперы композиторов «могучей кучки»: народная драма «Борис Годунов» М. Мусоргского (1888), «Снегурочка» (1893) и «Ночь перед Рождеством» (1898) Н. Римского-Корсакова, «Князь Игорь» А. Бородина (1898).

Вместе с тем в Большом театре в это время ставятся и произведения Дж. Верди, Ш. Гуно, Ж. Бизе, Р. Вагнера и других зарубежных композиторов.

Конец XIX — начало XX века

На рубеже XIX и XX веков театр достигает расцвета. Многие петербургские артисты добиваются возможности участвовать в спектаклях Большого театра[51]. Становятся широко известны во всем мире имена Ф. Шаляпина, Л. Собинова, А.Неждановой.

В 1912 Ф. Шаляпин ставит в Большом оперу М.Мусоргского «Хованщина». В репертуаре появляются «Пан Воевода», «Моцарт и Сальери», «Царская невеста» Римского-Корсакова, «Демон» А. Рубинштейна, «Кольцо нибелунгов» Р. Вагнера, веристские оперы Леонкавалло, Масканьи, Пуччини.

В этот период с театром активно сотрудничает С.Рахманинов, проявивший себя не только как композитор, но и как выдающийся оперный дирижёр, внимательный к особенностям стиля исполняемого произведения и добивавшийся в исполнении опер сочетания предельного темперамента с тонкой оркестровой отделкой. Рахманинов совершенствует организацию работы дирижёра — так, благодаря ему разворачивается и переносится на своё современное место дирижёрский пульт, прежде находившийся за оркестром (лицом к сцене).

В качестве художников-постановщиков участвуют в создании спектаклей выдающиеся художники, участники «Мира искусства» Коровин, Поленов, Бакст, Бенуа, Головин.

Советский период

Первые годы после революции 1917 года отмечены, в первую очередь, борьбой за сохранение Большого театра как такового и, во вторую очередь, за сохранение определённой части его репертуара. Так, идеологической критике подвергались оперы «Снегурочка», «Аида», «Травиата» и вообще Верди. Звучали высказывания и об уничтожении балета, как «пережитка буржуазного прошлого». Однако, несмотря на это, в Большом продолжает развиваться как опера, так и балет.

Создают новые постановки хореограф А. А. Горский, балетный дирижёр Ю. Ф. Файер — в 1919 году впервые в Москве ставится «Щелкунчик» П. И. Чайковского, в 1920 году — появляется новая постановка «Лебединого озера».

Хореографы в духе времени ищут новые формы в искусстве. К. Я. Голейзовский ставит балет «Иосиф Прекрасный» С. Н. Василенко (1925), Л. А. Лащилин и В. Д. Тихомиров — спектакль «Красный мак» Р. М. Глиэра (1927), пользующийся огромным успехом у зрителей, В. И. Вайнонен — балет «Пламя Парижа» Б. В. Асафьева (1933).

В опере преобладают произведения М. И. Глинки, А. С. Даргомыжского, П. И. Чайковского, А. П. Бородина, Н. А. Римского-Корсакова, М. П. Мусоргского. В 1927 году режиссёром В. А. Лосским рождается новая редакция «Бориса Годунова». Ставятся оперы советских композиторов — «Трильби» А. И. Юрасовского (1924), «Любовь к трем апельсинам» С. С. Прокофьева (1927).

Также в 20-е годы театр представляет публике лучшие оперы зарубежных композиторов: «Саломея» Р. Штрауса (1925), «Свадьба Фигаро» В.-А.Моцарта (1926), «Чио-чио-сан (Мадам Баттерфляй)» (1925) и «Тоска» (1930) Дж. Пуччини («Тоска» обернулась провалом, несмотря на подчёркивание в постановке «революционной линии»[53]).

В 30-е годы в печати появляется требование И. В. Сталина о создании «советской оперной классики». Ставятся произведения И. И. Дзержинского, Б. В. Асафьева, Р. М. Глиэра. При этом вводится запрет обращаться к творчеству современных зарубежных композиторов.

В 1935 году с большим успехом у публики проходит премьера оперы Д. Д. Шостаковича «Леди Макбет Мценского уезда». Однако это произведение, высоко оценённое советскими и зарубежными ценителями, вызывает резкое неприятие власти. Хорошо известна статья «Сумбур вместо музыки», приписываемая Сталину[54] и ставшая причиной исчезновения этой оперы из репертуара Большого.

В годы Великой Отечественной войны с октября 1941 по июль 1943 года Большой театр находился в эвакуации в Куйбышеве[55]. В это время коллектив театра активно вносил средства в Фонд обороны[56] и получил за это благодарность от Сталина[57].

Окончание войны театр отмечает яркими премьерами балетов С. Прокофьева «Золушка» (1945, балетмейстер Р. В. Захаров) и «Ромео и Джульетта» (1946, балетмейстер Л. М. Лавровский), где в главных партиях выступает Г. С. Уланова.

В последующие годы Большой театр обращается к творчеству композиторов «братских стран» — Чехословакии, Польши и Венгрии («Проданная невеста» Б. Сметаны (1948), «Галька» С. Монюшко (1949) и других), а также пересматривает постановки классических русских опер (создаются новые постановки «Евгения Онегина», «Садко», «Бориса Годунова», «Хованщины» и многие другие). Значительная часть этих постановок осуществлена оперным режиссёром Б. А. Покровским, пришедшим в Большой театр в 1943 году. Его спектакли в эти годы и последующие несколько десятилетий служат «лицом» оперы Большого.

В 19501960-е годы появляются новые постановки опер: Верди («Аида», 1951, «Фальстаф», 1962), Д. Обера («Фра-Дьяволо», 1955), Бетховена («Фиделио», 1954), театр активно сотрудничает с зарубежными артистами, музыкантами, художниками, режиссёрами из Италии, Чехословакии, Болгарии, ГДР. Недолгое время в труппу театра входит Николай Гяуров, находящийся в самом начале своей карьеры.

В Большой приходит хореограф Ю. Н. Григорович, на московскую сцену переносятся созданные им балеты «Каменный цветок» С. С. Прокофьева (1959) и «Легенда о любви» А. Д. Меликова (1965), ранее ставившиеся в Ленинграде. В 1964 Григорович возглавляет балет Большого театра. Он делает новые редакции «Щелкунчика» (1966) и «Лебединого озера» (1969) Чайковского, а также ставит «Спартака» А. И. Хачатуряна (1968).

Этот спектакль, созданный совместно с художником Симоном Вирсаладзе и дирижёром Геннадием Рождественским, с участием виртуозных артистов Владимира Васильева, Мариса Лиепы, Михаила Лавровского имеет феноменальный успех у публики и получает Ленинскую премию (1970).

Ещё одним событием в жизни театра становится постановка «Кармен-сюиты» (1967), созданная кубинским балетмейстером А. Алонсо на музыку Ж. Бизе и Р. К. Щедрина специально для балерины М. М. Плисецкой.

В 1970-е и 1980-е В. Васильев и М. Плисецкая выступают в роли хореографов. Плисецкая ставит балеты Р. К. Щедрина «Анна Каренина» (1972), «Чайка» (1980), «Дама с собачкой» (1985), а Васильев — балеты «Икар» С. М. Слонимского (1976), «Макбет» К. В. Молчанова (1980), «Анюта» В. А. Гаврилина (1986).

Труппа Большого театра часто гастролирует, имея успех в Италии, Великобритании, США и многих других странах.

Современный период

В настоящее время в репертуаре Большого театра сохраняются многие классические постановки оперных и балетных спектаклей, но при этом театр стремится к новым экспериментам.

В сфере балета создаются постановки произведений Д. Шостаковича «Светлый ручей» (2003) и «Болт» (2005).

К работе над операми привлекаются постановщики, уже получившие известность как драматические или кинорежиссёры. Среди них — А. Сокуров, Т. Чхеидзе, Э. Някрошюс и другие.

Ведется работа по «очищению» оригинальных оперных партитур от позднейших напластований и пометок, возврату их к авторским редакциям. Таким образом готовилась новая постановка «Бориса Годунова» М. Мусоргского (2007), «Руслана и Людмилы» М. Глинки (2011).

Некоторые новые постановки Большого театра вызвали неодобрение части публики и заслуженных мастеров Большого. Так, скандал сопутствовал постановке оперы Л. Десятникова «Дети Розенталя» (2005), во многом в связи с репутацией автора либретто писателя Владимира Сорокина[58]. Возмущение и неприятие нового спектакля «Евгений Онегин» (2006, режиссёр Дмитрий Черняков) выразила знаменитая певица Галина Вишневская, отказавшись отмечать свой юбилей на сцене Большого, где идут подобные постановки.[59] Вместе с тем, упомянутые спектакли имеют и своих поклонников. В марте 2010 года Большой театр совместно с компанией «Веl Air Media» начал транслировать свои спектакли в кинотеатрах мира. 11 марта 2012 года совместно с компанией «Google Russia» Большой театр начал трансляцию балетных постановок на своём канале YouTube на территории России.[60][61]

Попечители Большого театра

Глава исполкома попечительского совета Большого театра Александр Будберг: «Исторически Большой — это преемник русских крепостных театров. Будучи гораздо больше их по масштабу, такой мегапроект мог осуществиться только за счет госказны. Ни Юсуповы, ни Шереметевы, ни гордые магнаты времен первого русского капитализма не могли позволить себе ничего подобного»[62]. В 21 веке ситуация изменилась: группа меценатов объединилась для оказания помощи Большому. Таким образом, в 2001 году появился попечительский совет Большого театра.

С мая 2006 г. председателем попечительского совета является Александр Жуков, первый заместитель Председателя Государственной Думы Российской Федерации, его заместителем — Михаил Швыдкой, ныне представитель Президента Российской Федерации по международному культурному сотрудничеству. Попечители помогли многим проектам театра, в том числе: реставрация исторического здания Большого театра[63], опера «Руслан и Людмила», балет «Спящая красавица»[64], опера «Летучая мышь», балет «Пламя Парижа», опера «Снегурочка», балет «Тарантелла», балет «Золушка», балет «Ромео и Джульетта», частично финансировались гастроли балета Большого в Париже и цикл «Камерных вечеров» в Бетховенском зале, цикл симфонических концертов и Фестиваль в честь Майи Плисецкой.

Состав попечительского совета

Состав исполнительного комитета попечительского совета

  • Александр Будберг — председатель исполкома
  • Михаил Барщевский — полномочный представитель Правительства Российской Федерации в Конституционном суде РФ, Верховном суде РФ и Высшем Арбитражном суде РФ
  • Борис Вишневский — представитель ОАО «Северсталь»
  • Екатерина Жукова — жена и представитель председателя попечительского совета А. Д. Жукова
  • Александр Иванов — представитель В. Ф. Вексельберга
  • Анатолий Иксанов — генеральный директор Большого театра (до 2013 г.)
  • Иван Ким — представитель ОАО «Ростелеком»
  • Виталий Клнцов — представитель компании «McKinsey&Company»
  • Майя Кобахидзе — представитель М. Е. Швыдкого
  • Наталья Куцик — советник президента ОАО АК «Транснефть»
  • Константин Ремчуков — представитель компании «Базовый элемент»
  • Михаил Сидоров — представитель Группы «Сумма»
  • Василий Титов — представитель ОАО Банк ВТБ
  • Виктор Хреков — советник и пресс-секретарь управляющего делами Президента РФ, представитель В. И. Кожина

Дополнительные факты

  • Стилизованное изображение театра изображено на конфетах «Вдохновение» московской фабрики «Красный Октябрь».
  • Google создал логотип-дудл в честь 240 лет со дня основания театра[65].
  • Большой театр изображен на сторублёвых банкнотах Российской Федерации образца 1998, 2001 и 2004 гг.
  • Большой театр изображен на ряде почтовых марок СССР и России:

Фотогалерея

См. также


Напишите отзыв о статье "Большой театр"

Примечания

  1. [www.bolshoi.ru/ Большой театр]. Главная. Официальный сайт Большого театра. Проверено 31 августа 2015.
  2. Уманский А. М. Большой Петровский театр // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  3. 1 2 3 4 Ларичев Егор. Империя получила Большой // Московское наследие : журнал. — М.: Департамент культурного наследия города Москвы, 2011. — № 16. — С. 3—5.
  4. 1 2 3 4 5 Памятники архитектуры, 1983, с. 484.
  5. [www.nasledie-rus.ru/red_port/00600.php «Наследие», О. В. Бубнова]
  6. [slovari.yandex.ru/dict/mos/article/mos/19000/52378.htm Энциклопедия «Москва»](недоступная ссылка с 14-06-2016 (1190 дней))
  7. Вячеслав Зверев, Московская антреприза Михаила Меддокса // Промышленные ведомости, 2006, № 1-2 www.promved.ru/articles/article.phtml?id=674&nomer=26
  8. Хрипунов, 1955, с. 26.
  9. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 21.
  10. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 22.
  11. 1 2 Хрипунов, 1955, с. 28.
  12. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 30.
  13. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 31.
  14. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 33.
  15. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 36-37.
  16. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 42-43.
  17. Москва. Архитектурный путеводитель / Бусева-Давыдова И. Л., Нащокина М. В., Астафьева-Длугач М. И.. — М.: Стройиздат, 1997. — 512 с. — ISBN 5-274-01624-3.
  18. [www.5ka.ru/31/5507/1.html Музыка и театр России, 19 век]
  19. 1 2 Либсон, Кузнецова, 1982, с. 45.
  20. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 64.
  21. 1 2 3 Либсон, Кузнецова, 1982, с. 65.
  22. Зодчие Москвы времени эклектики, модерна и неоклассицизма (1830-е — 1917 годы): илл. биогр. словарь / Гос. науч.-исслед. музей архитектуры им. А. В. Щусева и др. — М.: КРАБиК, 1998. — С. 77. — 320 с. — ISBN 5-900395-17-0.
  23. Зодчие Москвы времени эклектики, модерна и неоклассицизма (1830-е — 1917 годы): илл. биогр. словарь / Гос. науч.-исслед. музей архитектуры им. А.В.Щусева и др. — М.: КРАБиК, 1998. — С. 161. — 320 с. — ISBN 5-900395-17-0.
  24. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 69-70.
  25. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 72.
  26. Либсон, Кузнецова, 1982, с. 71.
  27. [ria.ru/culture/20110831/427575518.html Большой театр откроется после реконструкции 28 октября.]
  28. [www.svobodanews.ru/archive/ru_news_zone/20090914/17/17.html?id=1822016 Новости]
  29. [news.ru.msn.com/article.aspx?cp-documentid=156412111 Реконструкция Большого театра стоила более 20 млрд рублей — А. Авдеев]
  30. [www.itar-tass.com/c9/342093.html На реконструкцию Большого театра было израсходовано 35,4 млрд рублей]
  31. [web.archive.org/web/20130518065406/www.ach.gov.ru/userfiles/bulletins/09-buleten_doc_files-fl-2262.pdf С. А. Агапцов. Отчет о результатах экспертно-аналитического мероприятия "Мониторинг реализации проекта реставрации, реконструкции и технического оснащения зданий федерального государственного учреждения культуры «Государственный академический Большой театр России» в федеральном государственном бюджетном учреждении «Дирекция по строительству, реконструкции и реставрации»]
  32. [tvkultura.ru/article/show/article_id/91282 На исторической сцене Большого театра представили уникальный орган] // Телеканал «Культура», 14.05.2013.
  33. П. Поспелов. [www.vedomosti.ru/lifestyle/news/12024411/tihij_korol Орган Большого театра: Тихий король] // «Ведомости», 16.05.2013.
  34. Российская газета. [www.rg.ru/2010/08/02/desiatnikov-anons.html Композитор Леонид Десятников уволился из Большого театра].
  35. РИА Новости. [ria.ru/culture/20131202/981307230.html Главный дирижер Большого театра Василий Синайский ушел в отставку].
  36. Большой театр. [www.bolshoi.ru/persons/management/2563/ Владимир Урин].
  37. Балеты Большого театра с 11 марта можно смотреть на YouTube
  38. Большой театр обнародовал программу трансляций своих балетов в Рунете на полтора года вперед
  39. [tass.ru/kultura/3421268 Большой театр начинает бесплатные уличные трансляции с "Царской невесты"]. Проверено 5 июля 2016.
  40. Большой театр начал продажу билетов по паспортам, ИТАР-ТАСС.
  41. Билеты в Большой театр стали продавать по паспортам, Lenta.ru
  42. Большой театр обнародовал порядок приобретения билетов, ИТАР-ТАСС
  43. [www.bolshoi.ru/about/hist/history/ История Большого театра с официального сайта Большой.ру]
  44. [lunacharsky.newgod.su/lib/neizdannye-materialy/rec-na-zasedanii-posvasennom-stoletnemu-ubileu-bolsogo-teatra Речь А. В. Луначарского на заседании, посвященном столетнему юбилею Большого театра]
  45. [bolshoi.ru/about/reconstruction/ Реконструкция на сайте Большого театра]
  46. [www.itar-tass.com/c95/237767.html Московские строители сдали в эксплуатацию Большой театр]
  47. [www.itar-tass.com/g58/1311.html Открытие исторической сцены Большого театра]
  48. [www.itar-tass.com/c1/258307.html Торжественное открытие исторической сцены Большого театра пройдет в прямом эфире на весь мир]
  49. [www.itar-tass.com/c1/259133.html Медведев поблагодарил всех, кто принимал участие в реконструкции Большого театра]
  50. [web.archive.org/web/20130721042536/www.itar-tass.com/c43/268475.html Возвращение Большого]
  51. 1 2 3 В. И. Зарубин. Большой театр. М., 1990.
  52. Приложение к ст. 32 Устава о службе по определению от правительства, Свод Законов Российской империи, том III, издание 1896 г.
  53. [bolshoi.ru/ru/season/opera/repertoire/detail.php?&id26=27&act26=info&dynid26=180&dynact26=art#dyn О «Тоске» 1930 года на сайте Большого театра]
  54. C.Волков. Шостакович и Сталин: художник и царь. — М., 2006. — 640 с. — ISBN 5-699-06614-4.
  55. [retrofonoteka.ru/zapstolica/docs/chronika-1943-04.htm Хроника пребывания Государственного ордена Ленина академического Большого театра Союза ССР в Куйбышеве в годы Великой Отечественной войны с октября 1941 по июль 1943 года]
  56. Газета «Правда», 29 декабря 1942 года.
  57. Газета «Правда», 30 декабря 1942 года.
  58. [www.rian.ru/trend/sorokin_18_03_2005/ Постановка «Детей Розенталя» в Большом. Хроника скандала]
  59. [www.rg.ru/2006/09/07/vishnevskaya.html «Российская газета» от 07.09.2006 г.]
  60. [www.itar-tass.com/c95/356902.html Балеты Большого театра с 11 марта можно смотреть на YouTube ]
  61. [www.itar-tass.com/c9/357469.html Большой театр обнародовал программу трансляций своих балетов в Рунете на полтора года вперед ]
  62. [www.mn.ru/friday/20111028/306430198.html Про Большой. Александр Будберг уверен, что успешное завершение реконструкции главного театра страны — чудо]
  63. [www.vtb.ru/we/press-center/smi/energy_of_success/2011/december/coffee_break/culture_fund/bolshoy/Александр Будберг: «Реставрация главного театра страны — это то, что зачтется по любому гамбургскому счету»]
  64. [vtbrussia.ru/culture/gabt/sleeping_beauty/Страница балета «Спящая красавица» на странице vtbrussia.ru]
  65. [www.google.com/doodles/240th-anniversary-of-the-bolshoi-theaters-foundation 240th Anniversary of the Bolshoi Theater's Foundation]. www.google.com. Проверено 28 марта 2016.

Литература

Ссылки

  • [www.bolshoi.ru/ Официальный сайт Большого театра]
  • [bigenc.ru/text/1877278 Большой театр] / А. А. Аронова, Н. Н. Афанасьева, Е. Я. Суриц // Большой Кавказ — Великий канал. — М. : Большая Российская энциклопедия, 2006. — С. 9. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—, т. 4). — ISBN 5-85270-333-8.</span>
  • [www.youtube.com/bolshoi Видеоканал Большого театра] на YouTube
  • [vk.com/bolshoitheatre Официальная страница в ВКонтакте]
  • [www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=351356 Обзор «Большой театр — паразитический нарост, не имеющий художественной ценности» в журнале «Коммерсантъ-Власть»]
  • [vtbrussia.ru/culture/gabt/ Проект ВТБ — «Большой театр» ]
  • [www.ogoniok.com/archive/2000/4662/35-44-51/ Интервью в журнале «Огонёк» с костюмером Большого театра А. Н. Смирновым]
  • [bolshoi_theatre.livejournal.com/ bolshoi_theatre] — сообщество «Большой театр» в «Живом Журнале»
  • [www.kopachev.com/GabT/new_gabt.html Большой театр после реставрации. Сферическая панорама.]
  • [restlook.ru/places/attractions/gosudarstvennyy-akademicheskiy-bolshoy-teatr-rossii/ Виртуальный тур — от «RestLook» ]
  • [vtbrussia.ru/culture/gabt/ivan/virtual/vtour/ Виртуальный тур — костюмы постановки балета «Иван Грозный» — от ВТБ]
  • [www.google.com/culturalinstitute/asset-viewer/%D0%BC%D1%83%D0%B7%D0%B5%D0%B9-%D0%B1%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D1%82%D0%B5%D0%B0%D1%82%D1%80%D0%B0/uQElUd0jgV2jeg Онлайн экскурсия. Виртуальный 3D тур по ГАБТ — от «Google» ]
  • [www.google.com/culturalinstitute/collection/bolshoi-theatre Цифровые выставки музея ГАБТ — от «Google»]

Отрывок, характеризующий Большой театр

– Нет, без шуток, батюшка, она очень уродлива? А? – спросил он, как бы продолжая разговор, не раз веденный во время путешествия.
– Полно. Глупости! Главное дело – старайся быть почтителен и благоразумен с старым князем.
– Ежели он будет браниться, я уйду, – сказал Анатоль. – Я этих стариков терпеть не могу. А?
– Помни, что для тебя от этого зависит всё.
В это время в девичьей не только был известен приезд министра с сыном, но внешний вид их обоих был уже подробно описан. Княжна Марья сидела одна в своей комнате и тщетно пыталась преодолеть свое внутреннее волнение.
«Зачем они писали, зачем Лиза говорила мне про это? Ведь этого не может быть! – говорила она себе, взглядывая в зеркало. – Как я выйду в гостиную? Ежели бы он даже мне понравился, я бы не могла быть теперь с ним сама собою». Одна мысль о взгляде ее отца приводила ее в ужас.
Маленькая княгиня и m lle Bourienne получили уже все нужные сведения от горничной Маши о том, какой румяный, чернобровый красавец был министерский сын, и о том, как папенька их насилу ноги проволок на лестницу, а он, как орел, шагая по три ступеньки, пробежал зa ним. Получив эти сведения, маленькая княгиня с m lle Bourienne,еще из коридора слышные своими оживленно переговаривавшими голосами, вошли в комнату княжны.
– Ils sont arrives, Marieie, [Они приехали, Мари,] вы знаете? – сказала маленькая княгиня, переваливаясь своим животом и тяжело опускаясь на кресло.
Она уже не была в той блузе, в которой сидела поутру, а на ней было одно из лучших ее платьев; голова ее была тщательно убрана, и на лице ее было оживление, не скрывавшее, однако, опустившихся и помертвевших очертаний лица. В том наряде, в котором она бывала обыкновенно в обществах в Петербурге, еще заметнее было, как много она подурнела. На m lle Bourienne тоже появилось уже незаметно какое то усовершенствование наряда, которое придавало ее хорошенькому, свеженькому лицу еще более привлекательности.
– Eh bien, et vous restez comme vous etes, chere princesse? – заговорила она. – On va venir annoncer, que ces messieurs sont au salon; il faudra descendre, et vous ne faites pas un petit brin de toilette! [Ну, а вы остаетесь, в чем были, княжна? Сейчас придут сказать, что они вышли. Надо будет итти вниз, а вы хоть бы чуть чуть принарядились!]
Маленькая княгиня поднялась с кресла, позвонила горничную и поспешно и весело принялась придумывать наряд для княжны Марьи и приводить его в исполнение. Княжна Марья чувствовала себя оскорбленной в чувстве собственного достоинства тем, что приезд обещанного ей жениха волновал ее, и еще более она была оскорблена тем, что обе ее подруги и не предполагали, чтобы это могло быть иначе. Сказать им, как ей совестно было за себя и за них, это значило выдать свое волнение; кроме того отказаться от наряжения, которое предлагали ей, повело бы к продолжительным шуткам и настаиваниям. Она вспыхнула, прекрасные глаза ее потухли, лицо ее покрылось пятнами и с тем некрасивым выражением жертвы, чаще всего останавливающемся на ее лице, она отдалась во власть m lle Bourienne и Лизы. Обе женщины заботились совершенно искренно о том, чтобы сделать ее красивой. Она была так дурна, что ни одной из них не могла притти мысль о соперничестве с нею; поэтому они совершенно искренно, с тем наивным и твердым убеждением женщин, что наряд может сделать лицо красивым, принялись за ее одеванье.
– Нет, право, ma bonne amie, [мой добрый друг,] это платье нехорошо, – говорила Лиза, издалека боком взглядывая на княжну. – Вели подать, у тебя там есть масака. Право! Что ж, ведь это, может быть, судьба жизни решается. А это слишком светло, нехорошо, нет, нехорошо!
Нехорошо было не платье, но лицо и вся фигура княжны, но этого не чувствовали m lle Bourienne и маленькая княгиня; им все казалось, что ежели приложить голубую ленту к волосам, зачесанным кверху, и спустить голубой шарф с коричневого платья и т. п., то всё будет хорошо. Они забывали, что испуганное лицо и фигуру нельзя было изменить, и потому, как они ни видоизменяли раму и украшение этого лица, само лицо оставалось жалко и некрасиво. После двух или трех перемен, которым покорно подчинялась княжна Марья, в ту минуту, как она была зачесана кверху (прическа, совершенно изменявшая и портившая ее лицо), в голубом шарфе и масака нарядном платье, маленькая княгиня раза два обошла кругом нее, маленькой ручкой оправила тут складку платья, там подернула шарф и посмотрела, склонив голову, то с той, то с другой стороны.
– Нет, это нельзя, – сказала она решительно, всплеснув руками. – Non, Marie, decidement ca ne vous va pas. Je vous aime mieux dans votre petite robe grise de tous les jours. Non, de grace, faites cela pour moi. [Нет, Мари, решительно это не идет к вам. Я вас лучше люблю в вашем сереньком ежедневном платьице: пожалуйста, сделайте это для меня.] Катя, – сказала она горничной, – принеси княжне серенькое платье, и посмотрите, m lle Bourienne, как я это устрою, – сказала она с улыбкой предвкушения артистической радости.
Но когда Катя принесла требуемое платье, княжна Марья неподвижно всё сидела перед зеркалом, глядя на свое лицо, и в зеркале увидала, что в глазах ее стоят слезы, и что рот ее дрожит, приготовляясь к рыданиям.
– Voyons, chere princesse, – сказала m lle Bourienne, – encore un petit effort. [Ну, княжна, еще маленькое усилие.]
Маленькая княгиня, взяв платье из рук горничной, подходила к княжне Марье.
– Нет, теперь мы это сделаем просто, мило, – говорила она.
Голоса ее, m lle Bourienne и Кати, которая о чем то засмеялась, сливались в веселое лепетанье, похожее на пение птиц.
– Non, laissez moi, [Нет, оставьте меня,] – сказала княжна.
И голос ее звучал такой серьезностью и страданием, что лепетанье птиц тотчас же замолкло. Они посмотрели на большие, прекрасные глаза, полные слез и мысли, ясно и умоляюще смотревшие на них, и поняли, что настаивать бесполезно и даже жестоко.
– Au moins changez de coiffure, – сказала маленькая княгиня. – Je vous disais, – с упреком сказала она, обращаясь к m lle Bourienne, – Marieie a une de ces figures, auxquelles ce genre de coiffure ne va pas du tout. Mais du tout, du tout. Changez de grace. [По крайней мере, перемените прическу. У Мари одно из тех лиц, которым этот род прически совсем нейдет. Перемените, пожалуйста.]
– Laissez moi, laissez moi, tout ca m'est parfaitement egal, [Оставьте меня, мне всё равно,] – отвечал голос, едва удерживающий слезы.
M lle Bourienne и маленькая княгиня должны были признаться самим себе, что княжна. Марья в этом виде была очень дурна, хуже, чем всегда; но было уже поздно. Она смотрела на них с тем выражением, которое они знали, выражением мысли и грусти. Выражение это не внушало им страха к княжне Марье. (Этого чувства она никому не внушала.) Но они знали, что когда на ее лице появлялось это выражение, она была молчалива и непоколебима в своих решениях.
– Vous changerez, n'est ce pas? [Вы перемените, не правда ли?] – сказала Лиза, и когда княжна Марья ничего не ответила, Лиза вышла из комнаты.
Княжна Марья осталась одна. Она не исполнила желания Лизы и не только не переменила прически, но и не взглянула на себя в зеркало. Она, бессильно опустив глаза и руки, молча сидела и думала. Ей представлялся муж, мужчина, сильное, преобладающее и непонятно привлекательное существо, переносящее ее вдруг в свой, совершенно другой, счастливый мир. Ребенок свой, такой, какого она видела вчера у дочери кормилицы, – представлялся ей у своей собственной груди. Муж стоит и нежно смотрит на нее и ребенка. «Но нет, это невозможно: я слишком дурна», думала она.
– Пожалуйте к чаю. Князь сейчас выйдут, – сказал из за двери голос горничной.
Она очнулась и ужаснулась тому, о чем она думала. И прежде чем итти вниз, она встала, вошла в образную и, устремив на освещенный лампадой черный лик большого образа Спасителя, простояла перед ним с сложенными несколько минут руками. В душе княжны Марьи было мучительное сомненье. Возможна ли для нее радость любви, земной любви к мужчине? В помышлениях о браке княжне Марье мечталось и семейное счастие, и дети, но главною, сильнейшею и затаенною ее мечтою была любовь земная. Чувство было тем сильнее, чем более она старалась скрывать его от других и даже от самой себя. Боже мой, – говорила она, – как мне подавить в сердце своем эти мысли дьявола? Как мне отказаться так, навсегда от злых помыслов, чтобы спокойно исполнять Твою волю? И едва она сделала этот вопрос, как Бог уже отвечал ей в ее собственном сердце: «Не желай ничего для себя; не ищи, не волнуйся, не завидуй. Будущее людей и твоя судьба должна быть неизвестна тебе; но живи так, чтобы быть готовой ко всему. Если Богу угодно будет испытать тебя в обязанностях брака, будь готова исполнить Его волю». С этой успокоительной мыслью (но всё таки с надеждой на исполнение своей запрещенной, земной мечты) княжна Марья, вздохнув, перекрестилась и сошла вниз, не думая ни о своем платье, ни о прическе, ни о том, как она войдет и что скажет. Что могло всё это значить в сравнении с предопределением Бога, без воли Которого не падет ни один волос с головы человеческой.


Когда княжна Марья взошла в комнату, князь Василий с сыном уже были в гостиной, разговаривая с маленькой княгиней и m lle Bourienne. Когда она вошла своей тяжелой походкой, ступая на пятки, мужчины и m lle Bourienne приподнялись, и маленькая княгиня, указывая на нее мужчинам, сказала: Voila Marie! [Вот Мари!] Княжна Марья видела всех и подробно видела. Она видела лицо князя Василья, на мгновенье серьезно остановившееся при виде княжны и тотчас же улыбнувшееся, и лицо маленькой княгини, читавшей с любопытством на лицах гостей впечатление, которое произведет на них Marie. Она видела и m lle Bourienne с ее лентой и красивым лицом и оживленным, как никогда, взглядом, устремленным на него; но она не могла видеть его, она видела только что то большое, яркое и прекрасное, подвинувшееся к ней, когда она вошла в комнату. Сначала к ней подошел князь Василий, и она поцеловала плешивую голову, наклонившуюся над ее рукою, и отвечала на его слова, что она, напротив, очень хорошо помнит его. Потом к ней подошел Анатоль. Она всё еще не видала его. Она только почувствовала нежную руку, твердо взявшую ее, и чуть дотронулась до белого лба, над которым были припомажены прекрасные русые волосы. Когда она взглянула на него, красота его поразила ее. Анатопь, заложив большой палец правой руки за застегнутую пуговицу мундира, с выгнутой вперед грудью, а назад – спиною, покачивая одной отставленной ногой и слегка склонив голову, молча, весело глядел на княжну, видимо совершенно о ней не думая. Анатоль был не находчив, не быстр и не красноречив в разговорах, но у него зато была драгоценная для света способность спокойствия и ничем не изменяемая уверенность. Замолчи при первом знакомстве несамоуверенный человек и выкажи сознание неприличности этого молчания и желание найти что нибудь, и будет нехорошо; но Анатоль молчал, покачивал ногой, весело наблюдая прическу княжны. Видно было, что он так спокойно мог молчать очень долго. «Ежели кому неловко это молчание, так разговаривайте, а мне не хочется», как будто говорил его вид. Кроме того в обращении с женщинами у Анатоля была та манера, которая более всего внушает в женщинах любопытство, страх и даже любовь, – манера презрительного сознания своего превосходства. Как будто он говорил им своим видом: «Знаю вас, знаю, да что с вами возиться? А уж вы бы рады!» Может быть, что он этого не думал, встречаясь с женщинами (и даже вероятно, что нет, потому что он вообще мало думал), но такой у него был вид и такая манера. Княжна почувствовала это и, как будто желая ему показать, что она и не смеет думать об том, чтобы занять его, обратилась к старому князю. Разговор шел общий и оживленный, благодаря голоску и губке с усиками, поднимавшейся над белыми зубами маленькой княгини. Она встретила князя Василья с тем приемом шуточки, который часто употребляется болтливо веселыми людьми и который состоит в том, что между человеком, с которым так обращаются, и собой предполагают какие то давно установившиеся шуточки и веселые, отчасти не всем известные, забавные воспоминания, тогда как никаких таких воспоминаний нет, как их и не было между маленькой княгиней и князем Васильем. Князь Василий охотно поддался этому тону; маленькая княгиня вовлекла в это воспоминание никогда не бывших смешных происшествий и Анатоля, которого она почти не знала. M lle Bourienne тоже разделяла эти общие воспоминания, и даже княжна Марья с удовольствием почувствовала и себя втянутою в это веселое воспоминание.
– Вот, по крайней мере, мы вами теперь вполне воспользуемся, милый князь, – говорила маленькая княгиня, разумеется по французски, князю Василью, – это не так, как на наших вечерах у Annette, где вы всегда убежите; помните cette chere Annette? [милую Аннет?]
– А, да вы мне не подите говорить про политику, как Annette!
– А наш чайный столик?
– О, да!
– Отчего вы никогда не бывали у Annette? – спросила маленькая княгиня у Анатоля. – А я знаю, знаю, – сказала она, подмигнув, – ваш брат Ипполит мне рассказывал про ваши дела. – О! – Она погрозила ему пальчиком. – Еще в Париже ваши проказы знаю!
– А он, Ипполит, тебе не говорил? – сказал князь Василий (обращаясь к сыну и схватив за руку княгиню, как будто она хотела убежать, а он едва успел удержать ее), – а он тебе не говорил, как он сам, Ипполит, иссыхал по милой княгине и как она le mettait a la porte? [выгнала его из дома?]
– Oh! C'est la perle des femmes, princesse! [Ах! это перл женщин, княжна!] – обратился он к княжне.
С своей стороны m lle Bourienne не упустила случая при слове Париж вступить тоже в общий разговор воспоминаний. Она позволила себе спросить, давно ли Анатоль оставил Париж, и как понравился ему этот город. Анатоль весьма охотно отвечал француженке и, улыбаясь, глядя на нее, разговаривал с нею про ее отечество. Увидав хорошенькую Bourienne, Анатоль решил, что и здесь, в Лысых Горах, будет нескучно. «Очень недурна! – думал он, оглядывая ее, – очень недурна эта demoiselle de compagn. [компаньонка.] Надеюсь, что она возьмет ее с собой, когда выйдет за меня, – подумал он, – la petite est gentille». [малютка – мила.]
Старый князь неторопливо одевался в кабинете, хмурясь и обдумывая то, что ему делать. Приезд этих гостей сердил его. «Что мне князь Василий и его сынок? Князь Василий хвастунишка, пустой, ну и сын хорош должен быть», ворчал он про себя. Его сердило то, что приезд этих гостей поднимал в его душе нерешенный, постоянно заглушаемый вопрос, – вопрос, насчет которого старый князь всегда сам себя обманывал. Вопрос состоял в том, решится ли он когда либо расстаться с княжной Марьей и отдать ее мужу. Князь никогда прямо не решался задавать себе этот вопрос, зная вперед, что он ответил бы по справедливости, а справедливость противоречила больше чем чувству, а всей возможности его жизни. Жизнь без княжны Марьи князю Николаю Андреевичу, несмотря на то, что он, казалось, мало дорожил ею, была немыслима. «И к чему ей выходить замуж? – думал он, – наверно, быть несчастной. Вон Лиза за Андреем (лучше мужа теперь, кажется, трудно найти), а разве она довольна своей судьбой? И кто ее возьмет из любви? Дурна, неловка. Возьмут за связи, за богатство. И разве не живут в девках? Еще счастливее!» Так думал, одеваясь, князь Николай Андреевич, а вместе с тем всё откладываемый вопрос требовал немедленного решения. Князь Василий привез своего сына, очевидно, с намерением сделать предложение и, вероятно, нынче или завтра потребует прямого ответа. Имя, положение в свете приличное. «Что ж, я не прочь, – говорил сам себе князь, – но пусть он будет стоить ее. Вот это то мы и посмотрим».
– Это то мы и посмотрим, – проговорил он вслух. – Это то мы и посмотрим.
И он, как всегда, бодрыми шагами вошел в гостиную, быстро окинул глазами всех, заметил и перемену платья маленькой княгини, и ленточку Bourienne, и уродливую прическу княжны Марьи, и улыбки Bourienne и Анатоля, и одиночество своей княжны в общем разговоре. «Убралась, как дура! – подумал он, злобно взглянув на дочь. – Стыда нет: а он ее и знать не хочет!»
Он подошел к князю Василью.
– Ну, здравствуй, здравствуй; рад видеть.
– Для мила дружка семь верст не околица, – заговорил князь Василий, как всегда, быстро, самоуверенно и фамильярно. – Вот мой второй, прошу любить и жаловать.
Князь Николай Андреевич оглядел Анатоля. – Молодец, молодец! – сказал он, – ну, поди поцелуй, – и он подставил ему щеку.
Анатоль поцеловал старика и любопытно и совершенно спокойно смотрел на него, ожидая, скоро ли произойдет от него обещанное отцом чудацкое.
Князь Николай Андреевич сел на свое обычное место в угол дивана, подвинул к себе кресло для князя Василья, указал на него и стал расспрашивать о политических делах и новостях. Он слушал как будто со вниманием рассказ князя Василья, но беспрестанно взглядывал на княжну Марью.
– Так уж из Потсдама пишут? – повторил он последние слова князя Василья и вдруг, встав, подошел к дочери.
– Это ты для гостей так убралась, а? – сказал он. – Хороша, очень хороша. Ты при гостях причесана по новому, а я при гостях тебе говорю, что вперед не смей ты переодеваться без моего спроса.
– Это я, mon pиre, [батюшка,] виновата, – краснея, заступилась маленькая княгиня.
– Вам полная воля с, – сказал князь Николай Андреевич, расшаркиваясь перед невесткой, – а ей уродовать себя нечего – и так дурна.
И он опять сел на место, не обращая более внимания на до слез доведенную дочь.
– Напротив, эта прическа очень идет княжне, – сказал князь Василий.
– Ну, батюшка, молодой князь, как его зовут? – сказал князь Николай Андреевич, обращаясь к Анатолию, – поди сюда, поговорим, познакомимся.
«Вот когда начинается потеха», подумал Анатоль и с улыбкой подсел к старому князю.
– Ну, вот что: вы, мой милый, говорят, за границей воспитывались. Не так, как нас с твоим отцом дьячок грамоте учил. Скажите мне, мой милый, вы теперь служите в конной гвардии? – спросил старик, близко и пристально глядя на Анатоля.
– Нет, я перешел в армию, – отвечал Анатоль, едва удерживаясь от смеха.
– А! хорошее дело. Что ж, хотите, мой милый, послужить царю и отечеству? Время военное. Такому молодцу служить надо, служить надо. Что ж, во фронте?
– Нет, князь. Полк наш выступил. А я числюсь. При чем я числюсь, папа? – обратился Анатоль со смехом к отцу.
– Славно служит, славно. При чем я числюсь! Ха ха ха! – засмеялся князь Николай Андреевич.
И Анатоль засмеялся еще громче. Вдруг князь Николай Андреевич нахмурился.
– Ну, ступай, – сказал он Анатолю.
Анатоль с улыбкой подошел опять к дамам.
– Ведь ты их там за границей воспитывал, князь Василий? А? – обратился старый князь к князю Василью.
– Я делал, что мог; и я вам скажу, что тамошнее воспитание гораздо лучше нашего.
– Да, нынче всё другое, всё по новому. Молодец малый! молодец! Ну, пойдем ко мне.
Он взял князя Василья под руку и повел в кабинет.
Князь Василий, оставшись один на один с князем, тотчас же объявил ему о своем желании и надеждах.
– Что ж ты думаешь, – сердито сказал старый князь, – что я ее держу, не могу расстаться? Вообразят себе! – проговорил он сердито. – Мне хоть завтра! Только скажу тебе, что я своего зятя знать хочу лучше. Ты знаешь мои правила: всё открыто! Я завтра при тебе спрошу: хочет она, тогда пусть он поживет. Пускай поживет, я посмотрю. – Князь фыркнул.
– Пускай выходит, мне всё равно, – закричал он тем пронзительным голосом, которым он кричал при прощаньи с сыном.
– Я вам прямо скажу, – сказал князь Василий тоном хитрого человека, убедившегося в ненужности хитрить перед проницательностью собеседника. – Вы ведь насквозь людей видите. Анатоль не гений, но честный, добрый малый, прекрасный сын и родной.
– Ну, ну, хорошо, увидим.
Как оно всегда бывает для одиноких женщин, долго проживших без мужского общества, при появлении Анатоля все три женщины в доме князя Николая Андреевича одинаково почувствовали, что жизнь их была не жизнью до этого времени. Сила мыслить, чувствовать, наблюдать мгновенно удесятерилась во всех их, и как будто до сих пор происходившая во мраке, их жизнь вдруг осветилась новым, полным значения светом.
Княжна Марья вовсе не думала и не помнила о своем лице и прическе. Красивое, открытое лицо человека, который, может быть, будет ее мужем, поглощало всё ее внимание. Он ей казался добр, храбр, решителен, мужествен и великодушен. Она была убеждена в этом. Тысячи мечтаний о будущей семейной жизни беспрестанно возникали в ее воображении. Она отгоняла и старалась скрыть их.
«Но не слишком ли я холодна с ним? – думала княжна Марья. – Я стараюсь сдерживать себя, потому что в глубине души чувствую себя к нему уже слишком близкою; но ведь он не знает всего того, что я о нем думаю, и может вообразить себе, что он мне неприятен».
И княжна Марья старалась и не умела быть любезной с новым гостем. «La pauvre fille! Elle est diablement laide», [Бедная девушка, она дьявольски дурна собою,] думал про нее Анатоль.
M lle Bourienne, взведенная тоже приездом Анатоля на высокую степень возбуждения, думала в другом роде. Конечно, красивая молодая девушка без определенного положения в свете, без родных и друзей и даже родины не думала посвятить свою жизнь услугам князю Николаю Андреевичу, чтению ему книг и дружбе к княжне Марье. M lle Bourienne давно ждала того русского князя, который сразу сумеет оценить ее превосходство над русскими, дурными, дурно одетыми, неловкими княжнами, влюбится в нее и увезет ее; и вот этот русский князь, наконец, приехал. У m lle Bourienne была история, слышанная ею от тетки, доконченная ею самой, которую она любила повторять в своем воображении. Это была история о том, как соблазненной девушке представлялась ее бедная мать, sa pauvre mere, и упрекала ее за то, что она без брака отдалась мужчине. M lle Bourienne часто трогалась до слез, в воображении своем рассказывая ему , соблазнителю, эту историю. Теперь этот он , настоящий русский князь, явился. Он увезет ее, потом явится ma pauvre mere, и он женится на ней. Так складывалась в голове m lle Bourienne вся ее будущая история, в самое то время как она разговаривала с ним о Париже. Не расчеты руководили m lle Bourienne (она даже ни минуты не обдумывала того, что ей делать), но всё это уже давно было готово в ней и теперь только сгруппировалось около появившегося Анатоля, которому она желала и старалась, как можно больше, нравиться.
Маленькая княгиня, как старая полковая лошадь, услыхав звук трубы, бессознательно и забывая свое положение, готовилась к привычному галопу кокетства, без всякой задней мысли или борьбы, а с наивным, легкомысленным весельем.
Несмотря на то, что Анатоль в женском обществе ставил себя обыкновенно в положение человека, которому надоедала беготня за ним женщин, он чувствовал тщеславное удовольствие, видя свое влияние на этих трех женщин. Кроме того он начинал испытывать к хорошенькой и вызывающей Bourienne то страстное, зверское чувство, которое на него находило с чрезвычайной быстротой и побуждало его к самым грубым и смелым поступкам.
Общество после чаю перешло в диванную, и княжну попросили поиграть на клавикордах. Анатоль облокотился перед ней подле m lle Bourienne, и глаза его, смеясь и радуясь, смотрели на княжну Марью. Княжна Марья с мучительным и радостным волнением чувствовала на себе его взгляд. Любимая соната переносила ее в самый задушевно поэтический мир, а чувствуемый на себе взгляд придавал этому миру еще большую поэтичность. Взгляд же Анатоля, хотя и был устремлен на нее, относился не к ней, а к движениям ножки m lle Bourienne, которую он в это время трогал своею ногою под фортепиано. M lle Bourienne смотрела тоже на княжну, и в ее прекрасных глазах было тоже новое для княжны Марьи выражение испуганной радости и надежды.
«Как она меня любит! – думала княжна Марья. – Как я счастлива теперь и как могу быть счастлива с таким другом и таким мужем! Неужели мужем?» думала она, не смея взглянуть на его лицо, чувствуя всё тот же взгляд, устремленный на себя.
Ввечеру, когда после ужина стали расходиться, Анатоль поцеловал руку княжны. Она сама не знала, как у ней достало смелости, но она прямо взглянула на приблизившееся к ее близоруким глазам прекрасное лицо. После княжны он подошел к руке m lle Bourienne (это было неприлично, но он делал всё так уверенно и просто), и m lle Bourienne вспыхнула и испуганно взглянула на княжну.
«Quelle delicatesse» [Какая деликатность,] – подумала княжна. – Неужели Ame (так звали m lle Bourienne) думает, что я могу ревновать ее и не ценить ее чистую нежность и преданность ко мне. – Она подошла к m lle Bourienne и крепко ее поцеловала. Анатоль подошел к руке маленькой княгини.
– Non, non, non! Quand votre pere m'ecrira, que vous vous conduisez bien, je vous donnerai ma main a baiser. Pas avant. [Нет, нет, нет! Когда отец ваш напишет мне, что вы себя ведете хорошо, тогда я дам вам поцеловать руку. Не прежде.] – И, подняв пальчик и улыбаясь, она вышла из комнаты.


Все разошлись, и, кроме Анатоля, который заснул тотчас же, как лег на постель, никто долго не спал эту ночь.
«Неужели он мой муж, именно этот чужой, красивый, добрый мужчина; главное – добрый», думала княжна Марья, и страх, который почти никогда не приходил к ней, нашел на нее. Она боялась оглянуться; ей чудилось, что кто то стоит тут за ширмами, в темном углу. И этот кто то был он – дьявол, и он – этот мужчина с белым лбом, черными бровями и румяным ртом.
Она позвонила горничную и попросила ее лечь в ее комнате.
M lle Bourienne в этот вечер долго ходила по зимнему саду, тщетно ожидая кого то и то улыбаясь кому то, то до слез трогаясь воображаемыми словами рauvre mere, упрекающей ее за ее падение.
Маленькая княгиня ворчала на горничную за то, что постель была нехороша. Нельзя было ей лечь ни на бок, ни на грудь. Всё было тяжело и неловко. Живот ее мешал ей. Он мешал ей больше, чем когда нибудь, именно нынче, потому что присутствие Анатоля перенесло ее живее в другое время, когда этого не было и ей было всё легко и весело. Она сидела в кофточке и чепце на кресле. Катя, сонная и с спутанной косой, в третий раз перебивала и переворачивала тяжелую перину, что то приговаривая.
– Я тебе говорила, что всё буграми и ямами, – твердила маленькая княгиня, – я бы сама рада была заснуть, стало быть, я не виновата, – и голос ее задрожал, как у собирающегося плакать ребенка.
Старый князь тоже не спал. Тихон сквозь сон слышал, как он сердито шагал и фыркал носом. Старому князю казалось, что он был оскорблен за свою дочь. Оскорбление самое больное, потому что оно относилось не к нему, а к другому, к дочери, которую он любит больше себя. Он сказал себе, что он передумает всё это дело и найдет то, что справедливо и должно сделать, но вместо того он только больше раздражал себя.
«Первый встречный показался – и отец и всё забыто, и бежит кверху, причесывается и хвостом виляет, и сама на себя не похожа! Рада бросить отца! И знала, что я замечу. Фр… фр… фр… И разве я не вижу, что этот дурень смотрит только на Бурьенку (надо ее прогнать)! И как гордости настолько нет, чтобы понять это! Хоть не для себя, коли нет гордости, так для меня, по крайней мере. Надо ей показать, что этот болван об ней и не думает, а только смотрит на Bourienne. Нет у ней гордости, но я покажу ей это»…
Сказав дочери, что она заблуждается, что Анатоль намерен ухаживать за Bourienne, старый князь знал, что он раздражит самолюбие княжны Марьи, и его дело (желание не разлучаться с дочерью) будет выиграно, и потому успокоился на этом. Он кликнул Тихона и стал раздеваться.
«И чорт их принес! – думал он в то время, как Тихон накрывал ночной рубашкой его сухое, старческое тело, обросшее на груди седыми волосами. – Я их не звал. Приехали расстраивать мою жизнь. И немного ее осталось».
– К чорту! – проговорил он в то время, как голова его еще была покрыта рубашкой.
Тихон знал привычку князя иногда вслух выражать свои мысли, а потому с неизменным лицом встретил вопросительно сердитый взгляд лица, появившегося из под рубашки.
– Легли? – спросил князь.
Тихон, как и все хорошие лакеи, знал чутьем направление мыслей барина. Он угадал, что спрашивали о князе Василье с сыном.
– Изволили лечь и огонь потушили, ваше сиятельство.
– Не за чем, не за чем… – быстро проговорил князь и, всунув ноги в туфли и руки в халат, пошел к дивану, на котором он спал.
Несмотря на то, что между Анатолем и m lle Bourienne ничего не было сказано, они совершенно поняли друг друга в отношении первой части романа, до появления pauvre mere, поняли, что им нужно много сказать друг другу тайно, и потому с утра они искали случая увидаться наедине. В то время как княжна прошла в обычный час к отцу, m lle Bourienne сошлась с Анатолем в зимнем саду.
Княжна Марья подходила в этот день с особенным трепетом к двери кабинета. Ей казалось, что не только все знают, что нынче совершится решение ее судьбы, но что и знают то, что она об этом думает. Она читала это выражение в лице Тихона и в лице камердинера князя Василья, который с горячей водой встретился в коридоре и низко поклонился ей.
Старый князь в это утро был чрезвычайно ласков и старателен в своем обращении с дочерью. Это выражение старательности хорошо знала княжна Марья. Это было то выражение, которое бывало на его лице в те минуты, когда сухие руки его сжимались в кулак от досады за то, что княжна Марья не понимала арифметической задачи, и он, вставая, отходил от нее и тихим голосом повторял несколько раз одни и те же слова.
Он тотчас же приступил к делу и начал разговор, говоря «вы».
– Мне сделали пропозицию насчет вас, – сказал он, неестественно улыбаясь. – Вы, я думаю, догадались, – продолжал он, – что князь Василий приехал сюда и привез с собой своего воспитанника (почему то князь Николай Андреич называл Анатоля воспитанником) не для моих прекрасных глаз. Мне вчера сделали пропозицию насчет вас. А так как вы знаете мои правила, я отнесся к вам.
– Как мне вас понимать, mon pere? – проговорила княжна, бледнея и краснея.
– Как понимать! – сердито крикнул отец. – Князь Василий находит тебя по своему вкусу для невестки и делает тебе пропозицию за своего воспитанника. Вот как понимать. Как понимать?!… А я у тебя спрашиваю.
– Я не знаю, как вы, mon pere, – шопотом проговорила княжна.
– Я? я? что ж я то? меня то оставьте в стороне. Не я пойду замуж. Что вы? вот это желательно знать.
Княжна видела, что отец недоброжелательно смотрел на это дело, но ей в ту же минуту пришла мысль, что теперь или никогда решится судьба ее жизни. Она опустила глаза, чтобы не видеть взгляда, под влиянием которого она чувствовала, что не могла думать, а могла по привычке только повиноваться, и сказала:
– Я желаю только одного – исполнить вашу волю, – сказала она, – но ежели бы мое желание нужно было выразить…
Она не успела договорить. Князь перебил ее.
– И прекрасно, – закричал он. – Он тебя возьмет с приданным, да кстати захватит m lle Bourienne. Та будет женой, а ты…
Князь остановился. Он заметил впечатление, произведенное этими словами на дочь. Она опустила голову и собиралась плакать.
– Ну, ну, шучу, шучу, – сказал он. – Помни одно, княжна: я держусь тех правил, что девица имеет полное право выбирать. И даю тебе свободу. Помни одно: от твоего решения зависит счастье жизни твоей. Обо мне нечего говорить.
– Да я не знаю… mon pere.
– Нечего говорить! Ему велят, он не только на тебе, на ком хочешь женится; а ты свободна выбирать… Поди к себе, обдумай и через час приди ко мне и при нем скажи: да или нет. Я знаю, ты станешь молиться. Ну, пожалуй, молись. Только лучше подумай. Ступай. Да или нет, да или нет, да или нет! – кричал он еще в то время, как княжна, как в тумане, шатаясь, уже вышла из кабинета.
Судьба ее решилась и решилась счастливо. Но что отец сказал о m lle Bourienne, – этот намек был ужасен. Неправда, положим, но всё таки это было ужасно, она не могла не думать об этом. Она шла прямо перед собой через зимний сад, ничего не видя и не слыша, как вдруг знакомый шопот m lle Bourienne разбудил ее. Она подняла глаза и в двух шагах от себя увидала Анатоля, который обнимал француженку и что то шептал ей. Анатоль с страшным выражением на красивом лице оглянулся на княжну Марью и не выпустил в первую секунду талию m lle Bourienne, которая не видала ее.
«Кто тут? Зачем? Подождите!» как будто говорило лицо Анатоля. Княжна Марья молча глядела на них. Она не могла понять этого. Наконец, m lle Bourienne вскрикнула и убежала, а Анатоль с веселой улыбкой поклонился княжне Марье, как будто приглашая ее посмеяться над этим странным случаем, и, пожав плечами, прошел в дверь, ведшую на его половину.
Через час Тихон пришел звать княжну Марью. Он звал ее к князю и прибавил, что и князь Василий Сергеич там. Княжна, в то время как пришел Тихон, сидела на диване в своей комнате и держала в своих объятиях плачущую m lla Bourienne. Княжна Марья тихо гладила ее по голове. Прекрасные глаза княжны, со всем своим прежним спокойствием и лучистостью, смотрели с нежной любовью и сожалением на хорошенькое личико m lle Bourienne.
– Non, princesse, je suis perdue pour toujours dans votre coeur, [Нет, княжна, я навсегда утратила ваше расположение,] – говорила m lle Bourienne.
– Pourquoi? Je vous aime plus, que jamais, – говорила княжна Марья, – et je tacherai de faire tout ce qui est en mon pouvoir pour votre bonheur. [Почему же? Я вас люблю больше, чем когда либо, и постараюсь сделать для вашего счастия всё, что в моей власти.]
– Mais vous me meprisez, vous si pure, vous ne comprendrez jamais cet egarement de la passion. Ah, ce n'est que ma pauvre mere… [Но вы так чисты, вы презираете меня; вы никогда не поймете этого увлечения страсти. Ах, моя бедная мать…]
– Je comprends tout, [Я всё понимаю,] – отвечала княжна Марья, грустно улыбаясь. – Успокойтесь, мой друг. Я пойду к отцу, – сказала она и вышла.
Князь Василий, загнув высоко ногу, с табакеркой в руках и как бы расчувствованный донельзя, как бы сам сожалея и смеясь над своей чувствительностью, сидел с улыбкой умиления на лице, когда вошла княжна Марья. Он поспешно поднес щепоть табаку к носу.
– Ah, ma bonne, ma bonne, [Ах, милая, милая.] – сказал он, вставая и взяв ее за обе руки. Он вздохнул и прибавил: – Le sort de mon fils est en vos mains. Decidez, ma bonne, ma chere, ma douee Marieie qui j'ai toujours aimee, comme ma fille. [Судьба моего сына в ваших руках. Решите, моя милая, моя дорогая, моя кроткая Мари, которую я всегда любил, как дочь.]
Он отошел. Действительная слеза показалась на его глазах.
– Фр… фр… – фыркал князь Николай Андреич.
– Князь от имени своего воспитанника… сына, тебе делает пропозицию. Хочешь ли ты или нет быть женою князя Анатоля Курагина? Ты говори: да или нет! – закричал он, – а потом я удерживаю за собой право сказать и свое мнение. Да, мое мнение и только свое мнение, – прибавил князь Николай Андреич, обращаясь к князю Василью и отвечая на его умоляющее выражение. – Да или нет?
– Мое желание, mon pere, никогда не покидать вас, никогда не разделять своей жизни с вашей. Я не хочу выходить замуж, – сказала она решительно, взглянув своими прекрасными глазами на князя Василья и на отца.
– Вздор, глупости! Вздор, вздор, вздор! – нахмурившись, закричал князь Николай Андреич, взял дочь за руку, пригнул к себе и не поцеловал, но только пригнув свой лоб к ее лбу, дотронулся до нее и так сжал руку, которую он держал, что она поморщилась и вскрикнула.
Князь Василий встал.
– Ma chere, je vous dirai, que c'est un moment que je n'oublrai jamais, jamais; mais, ma bonne, est ce que vous ne nous donnerez pas un peu d'esperance de toucher ce coeur si bon, si genereux. Dites, que peut etre… L'avenir est si grand. Dites: peut etre. [Моя милая, я вам скажу, что эту минуту я никогда не забуду, но, моя добрейшая, дайте нам хоть малую надежду возможности тронуть это сердце, столь доброе и великодушное. Скажите: может быть… Будущность так велика. Скажите: может быть.]
– Князь, то, что я сказала, есть всё, что есть в моем сердце. Я благодарю за честь, но никогда не буду женой вашего сына.
– Ну, и кончено, мой милый. Очень рад тебя видеть, очень рад тебя видеть. Поди к себе, княжна, поди, – говорил старый князь. – Очень, очень рад тебя видеть, – повторял он, обнимая князя Василья.
«Мое призвание другое, – думала про себя княжна Марья, мое призвание – быть счастливой другим счастием, счастием любви и самопожертвования. И что бы мне это ни стоило, я сделаю счастие бедной Ame. Она так страстно его любит. Она так страстно раскаивается. Я все сделаю, чтобы устроить ее брак с ним. Ежели он не богат, я дам ей средства, я попрошу отца, я попрошу Андрея. Я так буду счастлива, когда она будет его женою. Она так несчастлива, чужая, одинокая, без помощи! И Боже мой, как страстно она любит, ежели она так могла забыть себя. Может быть, и я сделала бы то же!…» думала княжна Марья.


Долго Ростовы не имели известий о Николушке; только в середине зимы графу было передано письмо, на адресе которого он узнал руку сына. Получив письмо, граф испуганно и поспешно, стараясь не быть замеченным, на цыпочках пробежал в свой кабинет, заперся и стал читать. Анна Михайловна, узнав (как она и всё знала, что делалось в доме) о получении письма, тихим шагом вошла к графу и застала его с письмом в руках рыдающим и вместе смеющимся. Анна Михайловна, несмотря на поправившиеся дела, продолжала жить у Ростовых.
– Mon bon ami? – вопросительно грустно и с готовностью всякого участия произнесла Анна Михайловна.
Граф зарыдал еще больше. «Николушка… письмо… ранен… бы… был… ma сhere… ранен… голубчик мой… графинюшка… в офицеры произведен… слава Богу… Графинюшке как сказать?…»
Анна Михайловна подсела к нему, отерла своим платком слезы с его глаз, с письма, закапанного ими, и свои слезы, прочла письмо, успокоила графа и решила, что до обеда и до чаю она приготовит графиню, а после чаю объявит всё, коли Бог ей поможет.
Всё время обеда Анна Михайловна говорила о слухах войны, о Николушке; спросила два раза, когда получено было последнее письмо от него, хотя знала это и прежде, и заметила, что очень легко, может быть, и нынче получится письмо. Всякий раз как при этих намеках графиня начинала беспокоиться и тревожно взглядывать то на графа, то на Анну Михайловну, Анна Михайловна самым незаметным образом сводила разговор на незначительные предметы. Наташа, из всего семейства более всех одаренная способностью чувствовать оттенки интонаций, взглядов и выражений лиц, с начала обеда насторожила уши и знала, что что нибудь есть между ее отцом и Анной Михайловной и что нибудь касающееся брата, и что Анна Михайловна приготавливает. Несмотря на всю свою смелость (Наташа знала, как чувствительна была ее мать ко всему, что касалось известий о Николушке), она не решилась за обедом сделать вопроса и от беспокойства за обедом ничего не ела и вертелась на стуле, не слушая замечаний своей гувернантки. После обеда она стремглав бросилась догонять Анну Михайловну и в диванной с разбега бросилась ей на шею.
– Тетенька, голубушка, скажите, что такое?
– Ничего, мой друг.
– Нет, душенька, голубчик, милая, персик, я не отстaнy, я знаю, что вы знаете.
Анна Михайловна покачала головой.
– Voua etes une fine mouche, mon enfant, [Ты вострушка, дитя мое.] – сказала она.
– От Николеньки письмо? Наверно! – вскрикнула Наташа, прочтя утвердительный ответ в лице Анны Михайловны.
– Но ради Бога, будь осторожнее: ты знаешь, как это может поразить твою maman.
– Буду, буду, но расскажите. Не расскажете? Ну, так я сейчас пойду скажу.
Анна Михайловна в коротких словах рассказала Наташе содержание письма с условием не говорить никому.
Честное, благородное слово, – крестясь, говорила Наташа, – никому не скажу, – и тотчас же побежала к Соне.
– Николенька…ранен…письмо… – проговорила она торжественно и радостно.
– Nicolas! – только выговорила Соня, мгновенно бледнея.
Наташа, увидав впечатление, произведенное на Соню известием о ране брата, в первый раз почувствовала всю горестную сторону этого известия.
Она бросилась к Соне, обняла ее и заплакала. – Немножко ранен, но произведен в офицеры; он теперь здоров, он сам пишет, – говорила она сквозь слезы.
– Вот видно, что все вы, женщины, – плаксы, – сказал Петя, решительными большими шагами прохаживаясь по комнате. – Я так очень рад и, право, очень рад, что брат так отличился. Все вы нюни! ничего не понимаете. – Наташа улыбнулась сквозь слезы.
– Ты не читала письма? – спрашивала Соня.
– Не читала, но она сказала, что всё прошло, и что он уже офицер…
– Слава Богу, – сказала Соня, крестясь. – Но, может быть, она обманула тебя. Пойдем к maman.
Петя молча ходил по комнате.
– Кабы я был на месте Николушки, я бы еще больше этих французов убил, – сказал он, – такие они мерзкие! Я бы их побил столько, что кучу из них сделали бы, – продолжал Петя.
– Молчи, Петя, какой ты дурак!…
– Не я дурак, а дуры те, кто от пустяков плачут, – сказал Петя.
– Ты его помнишь? – после минутного молчания вдруг спросила Наташа. Соня улыбнулась: «Помню ли Nicolas?»
– Нет, Соня, ты помнишь ли его так, чтоб хорошо помнить, чтобы всё помнить, – с старательным жестом сказала Наташа, видимо, желая придать своим словам самое серьезное значение. – И я помню Николеньку, я помню, – сказала она. – А Бориса не помню. Совсем не помню…
– Как? Не помнишь Бориса? – спросила Соня с удивлением.
– Не то, что не помню, – я знаю, какой он, но не так помню, как Николеньку. Его, я закрою глаза и помню, а Бориса нет (она закрыла глаза), так, нет – ничего!
– Ах, Наташа, – сказала Соня, восторженно и серьезно глядя на свою подругу, как будто она считала ее недостойной слышать то, что она намерена была сказать, и как будто она говорила это кому то другому, с кем нельзя шутить. – Я полюбила раз твоего брата, и, что бы ни случилось с ним, со мной, я никогда не перестану любить его во всю жизнь.
Наташа удивленно, любопытными глазами смотрела на Соню и молчала. Она чувствовала, что то, что говорила Соня, была правда, что была такая любовь, про которую говорила Соня; но Наташа ничего подобного еще не испытывала. Она верила, что это могло быть, но не понимала.
– Ты напишешь ему? – спросила она.
Соня задумалась. Вопрос о том, как писать к Nicolas и нужно ли писать и как писать, был вопрос, мучивший ее. Теперь, когда он был уже офицер и раненый герой, хорошо ли было с ее стороны напомнить ему о себе и как будто о том обязательстве, которое он взял на себя в отношении ее.
– Не знаю; я думаю, коли он пишет, – и я напишу, – краснея, сказала она.
– И тебе не стыдно будет писать ему?
Соня улыбнулась.
– Нет.
– А мне стыдно будет писать Борису, я не буду писать.
– Да отчего же стыдно?Да так, я не знаю. Неловко, стыдно.
– А я знаю, отчего ей стыдно будет, – сказал Петя, обиженный первым замечанием Наташи, – оттого, что она была влюблена в этого толстого с очками (так называл Петя своего тезку, нового графа Безухого); теперь влюблена в певца этого (Петя говорил об итальянце, Наташином учителе пенья): вот ей и стыдно.
– Петя, ты глуп, – сказала Наташа.
– Не глупее тебя, матушка, – сказал девятилетний Петя, точно как будто он был старый бригадир.
Графиня была приготовлена намеками Анны Михайловны во время обеда. Уйдя к себе, она, сидя на кресле, не спускала глаз с миниатюрного портрета сына, вделанного в табакерке, и слезы навертывались ей на глаза. Анна Михайловна с письмом на цыпочках подошла к комнате графини и остановилась.
– Не входите, – сказала она старому графу, шедшему за ней, – после, – и затворила за собой дверь.
Граф приложил ухо к замку и стал слушать.
Сначала он слышал звуки равнодушных речей, потом один звук голоса Анны Михайловны, говорившей длинную речь, потом вскрик, потом молчание, потом опять оба голоса вместе говорили с радостными интонациями, и потом шаги, и Анна Михайловна отворила ему дверь. На лице Анны Михайловны было гордое выражение оператора, окончившего трудную ампутацию и вводящего публику для того, чтоб она могла оценить его искусство.
– C'est fait! [Дело сделано!] – сказала она графу, торжественным жестом указывая на графиню, которая держала в одной руке табакерку с портретом, в другой – письмо и прижимала губы то к тому, то к другому.
Увидав графа, она протянула к нему руки, обняла его лысую голову и через лысую голову опять посмотрела на письмо и портрет и опять для того, чтобы прижать их к губам, слегка оттолкнула лысую голову. Вера, Наташа, Соня и Петя вошли в комнату, и началось чтение. В письме был кратко описан поход и два сражения, в которых участвовал Николушка, производство в офицеры и сказано, что он целует руки maman и papa, прося их благословения, и целует Веру, Наташу, Петю. Кроме того он кланяется m r Шелингу, и m mе Шос и няне, и, кроме того, просит поцеловать дорогую Соню, которую он всё так же любит и о которой всё так же вспоминает. Услыхав это, Соня покраснела так, что слезы выступили ей на глаза. И, не в силах выдержать обратившиеся на нее взгляды, она побежала в залу, разбежалась, закружилась и, раздув баллоном платье свое, раскрасневшаяся и улыбающаяся, села на пол. Графиня плакала.
– О чем же вы плачете, maman? – сказала Вера. – По всему, что он пишет, надо радоваться, а не плакать.
Это было совершенно справедливо, но и граф, и графиня, и Наташа – все с упреком посмотрели на нее. «И в кого она такая вышла!» подумала графиня.
Письмо Николушки было прочитано сотни раз, и те, которые считались достойными его слушать, должны были приходить к графине, которая не выпускала его из рук. Приходили гувернеры, няни, Митенька, некоторые знакомые, и графиня перечитывала письмо всякий раз с новым наслаждением и всякий раз открывала по этому письму новые добродетели в своем Николушке. Как странно, необычайно, радостно ей было, что сын ее – тот сын, который чуть заметно крошечными членами шевелился в ней самой 20 лет тому назад, тот сын, за которого она ссорилась с баловником графом, тот сын, который выучился говорить прежде: «груша», а потом «баба», что этот сын теперь там, в чужой земле, в чужой среде, мужественный воин, один, без помощи и руководства, делает там какое то свое мужское дело. Весь всемирный вековой опыт, указывающий на то, что дети незаметным путем от колыбели делаются мужами, не существовал для графини. Возмужание ее сына в каждой поре возмужания было для нее так же необычайно, как бы и не было никогда миллионов миллионов людей, точно так же возмужавших. Как не верилось 20 лет тому назад, чтобы то маленькое существо, которое жило где то там у ней под сердцем, закричало бы и стало сосать грудь и стало бы говорить, так и теперь не верилось ей, что это же существо могло быть тем сильным, храбрым мужчиной, образцом сыновей и людей, которым он был теперь, судя по этому письму.
– Что за штиль, как он описывает мило! – говорила она, читая описательную часть письма. – И что за душа! Об себе ничего… ничего! О каком то Денисове, а сам, верно, храбрее их всех. Ничего не пишет о своих страданиях. Что за сердце! Как я узнаю его! И как вспомнил всех! Никого не забыл. Я всегда, всегда говорила, еще когда он вот какой был, я всегда говорила…
Более недели готовились, писались брульоны и переписывались набело письма к Николушке от всего дома; под наблюдением графини и заботливостью графа собирались нужные вещицы и деньги для обмундирования и обзаведения вновь произведенного офицера. Анна Михайловна, практическая женщина, сумела устроить себе и своему сыну протекцию в армии даже и для переписки. Она имела случай посылать свои письма к великому князю Константину Павловичу, который командовал гвардией. Ростовы предполагали, что русская гвардия за границей , есть совершенно определительный адрес, и что ежели письмо дойдет до великого князя, командовавшего гвардией, то нет причины, чтобы оно не дошло до Павлоградского полка, который должен быть там же поблизости; и потому решено было отослать письма и деньги через курьера великого князя к Борису, и Борис уже должен был доставить их к Николушке. Письма были от старого графа, от графини, от Пети, от Веры, от Наташи, от Сони и, наконец, 6 000 денег на обмундировку и различные вещи, которые граф посылал сыну.


12 го ноября кутузовская боевая армия, стоявшая лагерем около Ольмюца, готовилась к следующему дню на смотр двух императоров – русского и австрийского. Гвардия, только что подошедшая из России, ночевала в 15 ти верстах от Ольмюца и на другой день прямо на смотр, к 10 ти часам утра, вступала на ольмюцкое поле.
Николай Ростов в этот день получил от Бориса записку, извещавшую его, что Измайловский полк ночует в 15 ти верстах не доходя Ольмюца, и что он ждет его, чтобы передать письмо и деньги. Деньги были особенно нужны Ростову теперь, когда, вернувшись из похода, войска остановились под Ольмюцом, и хорошо снабженные маркитанты и австрийские жиды, предлагая всякого рода соблазны, наполняли лагерь. У павлоградцев шли пиры за пирами, празднования полученных за поход наград и поездки в Ольмюц к вновь прибывшей туда Каролине Венгерке, открывшей там трактир с женской прислугой. Ростов недавно отпраздновал свое вышедшее производство в корнеты, купил Бедуина, лошадь Денисова, и был кругом должен товарищам и маркитантам. Получив записку Бориса, Ростов с товарищем поехал до Ольмюца, там пообедал, выпил бутылку вина и один поехал в гвардейский лагерь отыскивать своего товарища детства. Ростов еще не успел обмундироваться. На нем была затасканная юнкерская куртка с солдатским крестом, такие же, подбитые затертой кожей, рейтузы и офицерская с темляком сабля; лошадь, на которой он ехал, была донская, купленная походом у казака; гусарская измятая шапочка была ухарски надета назад и набок. Подъезжая к лагерю Измайловского полка, он думал о том, как он поразит Бориса и всех его товарищей гвардейцев своим обстреленным боевым гусарским видом.
Гвардия весь поход прошла, как на гуляньи, щеголяя своей чистотой и дисциплиной. Переходы были малые, ранцы везли на подводах, офицерам австрийское начальство готовило на всех переходах прекрасные обеды. Полки вступали и выступали из городов с музыкой, и весь поход (чем гордились гвардейцы), по приказанию великого князя, люди шли в ногу, а офицеры пешком на своих местах. Борис всё время похода шел и стоял с Бергом, теперь уже ротным командиром. Берг, во время похода получив роту, успел своей исполнительностью и аккуратностью заслужить доверие начальства и устроил весьма выгодно свои экономические дела; Борис во время похода сделал много знакомств с людьми, которые могли быть ему полезными, и через рекомендательное письмо, привезенное им от Пьера, познакомился с князем Андреем Болконским, через которого он надеялся получить место в штабе главнокомандующего. Берг и Борис, чисто и аккуратно одетые, отдохнув после последнего дневного перехода, сидели в чистой отведенной им квартире перед круглым столом и играли в шахматы. Берг держал между колен курящуюся трубочку. Борис, с свойственной ему аккуратностью, белыми тонкими руками пирамидкой уставлял шашки, ожидая хода Берга, и глядел на лицо своего партнера, видимо думая об игре, как он и всегда думал только о том, чем он был занят.
– Ну ка, как вы из этого выйдете? – сказал он.
– Будем стараться, – отвечал Берг, дотрогиваясь до пешки и опять опуская руку.
В это время дверь отворилась.
– Вот он, наконец, – закричал Ростов. – И Берг тут! Ах ты, петизанфан, але куше дормир , [Дети, идите ложиться спать,] – закричал он, повторяя слова няньки, над которыми они смеивались когда то вместе с Борисом.
– Батюшки! как ты переменился! – Борис встал навстречу Ростову, но, вставая, не забыл поддержать и поставить на место падавшие шахматы и хотел обнять своего друга, но Николай отсторонился от него. С тем особенным чувством молодости, которая боится битых дорог, хочет, не подражая другим, по новому, по своему выражать свои чувства, только бы не так, как выражают это, часто притворно, старшие, Николай хотел что нибудь особенное сделать при свидании с другом: он хотел как нибудь ущипнуть, толкнуть Бориса, но только никак не поцеловаться, как это делали все. Борис же, напротив, спокойно и дружелюбно обнял и три раза поцеловал Ростова.
Они полгода не видались почти; и в том возрасте, когда молодые люди делают первые шаги на пути жизни, оба нашли друг в друге огромные перемены, совершенно новые отражения тех обществ, в которых они сделали свои первые шаги жизни. Оба много переменились с своего последнего свидания и оба хотели поскорее выказать друг другу происшедшие в них перемены.
– Ах вы, полотеры проклятые! Чистенькие, свеженькие, точно с гулянья, не то, что мы грешные, армейщина, – говорил Ростов с новыми для Бориса баритонными звуками в голосе и армейскими ухватками, указывая на свои забрызганные грязью рейтузы.
Хозяйка немка высунулась из двери на громкий голос Ростова.
– Что, хорошенькая? – сказал он, подмигнув.
– Что ты так кричишь! Ты их напугаешь, – сказал Борис. – А я тебя не ждал нынче, – прибавил он. – Я вчера, только отдал тебе записку через одного знакомого адъютанта Кутузовского – Болконского. Я не думал, что он так скоро тебе доставит… Ну, что ты, как? Уже обстрелен? – спросил Борис.
Ростов, не отвечая, тряхнул по солдатскому Георгиевскому кресту, висевшему на снурках мундира, и, указывая на свою подвязанную руку, улыбаясь, взглянул на Берга.
– Как видишь, – сказал он.
– Вот как, да, да! – улыбаясь, сказал Борис, – а мы тоже славный поход сделали. Ведь ты знаешь, его высочество постоянно ехал при нашем полку, так что у нас были все удобства и все выгоды. В Польше что за приемы были, что за обеды, балы – я не могу тебе рассказать. И цесаревич очень милостив был ко всем нашим офицерам.
И оба приятеля рассказывали друг другу – один о своих гусарских кутежах и боевой жизни, другой о приятности и выгодах службы под командою высокопоставленных лиц и т. п.