Бороевич, Славко

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Славко Бороевич
Slavko Borojević
Дата рождения:

21 сентября 1919(1919-09-21)

Место рождения:

Кнезовляни, Хорватия

Дата смерти:

19 сентября 1999(1999-09-19) (79 лет)

Научная сфера:

Генетика, селекция

Место работы:

Загребский университет, Университет в Нови Сад, НИИ растениеводства

Учёное звание:

Профессор

Альма-матер:

Загребский университет

Славко Бороевич (хорв. Slavko Borojević; 21 сентября 1919, Кнезовляни, Хорватия — 19 сентября 1999, ?) — югославский генетик и селекционер.





Биография

Родился 21 сентября 1919 года в Кнезовлянах. Окончил Загребский университет. С 1947 по 1953 года работал там же в качестве научного сотрудника. С 1953 года занимал должность профессора генетики сельскохозяйственного факультета университета в Нови Сад, в 1975-1977 годах являлся ректором этого университета[1]. Одновременно с этим до начала 1990-х годов заведовал отделом селекции НИИ растениеводства.

Скончался 19 сентября 1999 года.

Научные работы

Основные научные работы посвящены сортоизучению и селекции растений.

  • Выделил сорта, перспективные для разведения в разных климатических зонах Югославии.
  • Изучал биологию и хозяйственные свойства различных сортов пшениц в условиях Югославии.
  • Исследовал возможность использования методов гибридизации и гетерозиса в селекции рода Triticum.
  • Получил новые высокоурожайные и высококачественные сорта пшениц.
  • Провёл испытания новосадских озимых пшениц в различных климатических зонах мира.
  • Разрабатывал генетические основы селекции пшеницы на урожайность, качество зерна, устойчивость к полеганию.

Членство в обществах

Напишите отзыв о статье "Бороевич, Славко"

Литература

  • Биологи. Биографический справочник.— Киев.: Наукова думка, 1984.— 816 с.: ил

Примечания

  1. Универзитет у Новом Саду [sr.wikipedia.org/wiki/Универзитет_у_Новом_Саду]

Ссылки

  • [persons-info.com/persons/BOROEVICH_Slavko Биографические сведения]

Отрывок, характеризующий Бороевич, Славко


Во втором часу заложенные и уложенные четыре экипажа Ростовых стояли у подъезда. Подводы с ранеными одна за другой съезжали со двора.
Коляска, в которой везли князя Андрея, проезжая мимо крыльца, обратила на себя внимание Сони, устраивавшей вместе с девушкой сиденья для графини в ее огромной высокой карете, стоявшей у подъезда.
– Это чья же коляска? – спросила Соня, высунувшись в окно кареты.
– А вы разве не знали, барышня? – отвечала горничная. – Князь раненый: он у нас ночевал и тоже с нами едут.
– Да кто это? Как фамилия?
– Самый наш жених бывший, князь Болконский! – вздыхая, отвечала горничная. – Говорят, при смерти.
Соня выскочила из кареты и побежала к графине. Графиня, уже одетая по дорожному, в шали и шляпе, усталая, ходила по гостиной, ожидая домашних, с тем чтобы посидеть с закрытыми дверями и помолиться перед отъездом. Наташи не было в комнате.
– Maman, – сказала Соня, – князь Андрей здесь, раненый, при смерти. Он едет с нами.
Графиня испуганно открыла глаза и, схватив за руку Соню, оглянулась.
– Наташа? – проговорила она.
И для Сони и для графини известие это имело в первую минуту только одно значение. Они знали свою Наташу, и ужас о том, что будет с нею при этом известии, заглушал для них всякое сочувствие к человеку, которого они обе любили.
– Наташа не знает еще; но он едет с нами, – сказала Соня.
– Ты говоришь, при смерти?
Соня кивнула головой.
Графиня обняла Соню и заплакала.
«Пути господни неисповедимы!» – думала она, чувствуя, что во всем, что делалось теперь, начинала выступать скрывавшаяся прежде от взгляда людей всемогущая рука.
– Ну, мама, все готово. О чем вы?.. – спросила с оживленным лицом Наташа, вбегая в комнату.
– Ни о чем, – сказала графиня. – Готово, так поедем. – И графиня нагнулась к своему ридикюлю, чтобы скрыть расстроенное лицо. Соня обняла Наташу и поцеловала ее.
Наташа вопросительно взглянула на нее.
– Что ты? Что такое случилось?
– Ничего… Нет…
– Очень дурное для меня?.. Что такое? – спрашивала чуткая Наташа.
Соня вздохнула и ничего не ответила. Граф, Петя, m me Schoss, Мавра Кузминишна, Васильич вошли в гостиную, и, затворив двери, все сели и молча, не глядя друг на друга, посидели несколько секунд.
Граф первый встал и, громко вздохнув, стал креститься на образ. Все сделали то же. Потом граф стал обнимать Мавру Кузминишну и Васильича, которые оставались в Москве, и, в то время как они ловили его руку и целовали его в плечо, слегка трепал их по спине, приговаривая что то неясное, ласково успокоительное. Графиня ушла в образную, и Соня нашла ее там на коленях перед разрозненно по стене остававшимися образами. (Самые дорогие по семейным преданиям образа везлись с собою.)