Братислава

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Город
Братислава
словацк. Bratislava
Флаг Герб
Страна
Словакия
Край
Братиславский край
Координаты
Первое упоминание
Прежние названия
Пожонь, Пресбург, Прешпорок
Площадь
368 км²
Высота НУМ
140 м
Население
462 603 человек (февраль 2012)
Плотность
1171 чел./км²
Национальный состав
Конфессиональный состав
католики 56,7%, атеисты 29,3%, лютеране 6 %, остальные 4,7 %
Названия жителей
братисла́вец, братисла́вка, братисла́вцы
Часовой пояс
Телефонный код
+421 02
Почтовые индексы
8XX XX
Автомобильный код
BA,BL
Официальный сайт

[www.bratislava.sk/ tislava.sk]
 (слов.) (англ.) (нем.)</div>

Братисла́ва (словацк. Bratislava), до 1919 года — Прешпорок или Пре́шпорек (Prešporok, Prešporek), Пре́сбург (нем. Pressburg), По́жонь (венг. Pozsony), в средние века Истрополис (лат. Posonium, лат. Istropolis) — город в Центральной Европе, столица Словакии, в период с 1541 по 1684 годы — столица Венгрии. Население города составляет около 460 тыс. человек, агломерации — около 700 тыс. человек[1]. Площадь города — 368 км².

Братислава и Вена являются самыми близкорасположенными столицами Европы (55 км и менее часа транспортной доступности друг от друга). Братислава является единственной столицей в мире, которая непосредственно граничит с двумя другими государствами — Австрией и Венгрией. Братиславская улица Копчянская переходит в улицу Альте-Нордзюд-Ландесштрассе соседней австрийской деревни Китзее, а Венская дорога переходит в Прессбург-штрассе, проходящую через австрийскую коммуну Вольфсталь. До 1936 года из Братиславы в Вену можно было доехать на городском трамвае.





География и климат

Братислава расположена в предгорьях Малых Карпат, по обоим берегам Дуная и на левом берегу реки Моравы. За Дунаем расположена меньшая часть города Петржалка. Город непосредственно примыкает к границам с Австрией (до 21 декабря 2007 года существовали пограничные переходы Петржалка-Берг и Яровце-Китзее) и Венгрией (до 21 декабря 2007 года существовал пограничный переход Русовце-Райка).

Климат — континентальный, среднегодовая температура +10,5 °C, среднегодовое количество осадков — 565 мм. Средняя температура января — приблизительно −0,4 °C, а средняя температура июля — 21,3 °C. Зимний период холодный и влажный со снежным покровом. Лето теплое, часто с сильными ветрами.

Климат Братиславы (норма 1981—2010)
Показатель Янв. Фев. Март Апр. Май Июнь Июль Авг. Сен. Окт. Нояб. Дек. Год
Абсолютный максимум, °C 19,8 19,1 25,0 30,3 33,4 36,3 38,2 39,3 34,0 30,0 21,3 17,9 39,3
Средний максимум, °C 2,7 5,1 10,3 16,7 21,8 24,9 27,5 27,0 21,7 15,6 8,2 3,3 15,4
Средняя температура, °C −0,4 1,2 5,5 11,0 16,0 19,1 21,3 20,7 15,9 10,4 4,9 0,7 10,5
Средний минимум, °C −3,4 −2,3 1,3 5,4 10,2 13,4 15,4 15,0 11,0 6,1 1,8 −1,9 6,0
Абсолютный минимум, °C −24,6 −20 −15,1 −4,4 −2 3,0 7,0 5,0 −2 −8 −12 −20 −24,6
Норма осадков, мм 39 37 38 34 55 57 53 59 55 38 54 46 565
Источник: [pogoda.ru.net/climate2/11816.htm Погода и климат]

Население

По переписи населения 2001 года, словаки составляли 91,4 % населения, венгры — 3,8 %, чехи — 1,9 %, немцы — 0,3 %, прочие — 2,6 %.

Католики — 56,7 %, атеисты — 29,3 %, лютеране — 6 %, остальные — 4,7 %.

Административное деление

Административное деление — 5 районов (okres), 17 городских частей (Mestská časť).

Части Братиславы
Район Городская часть
Братислава I Старе-Место
Братислава II Ружинов
Вракуня
Подунайске Бискупице
Братислава III Нове-Место
Рача
Вайноры
Братислава IV Карлова Вес
Дубравка
Ламач
Девин
Девинска Нова Вес
Загорска Быстрица
Братислава V Петржалка
Яровце
Русовце
Чуново

История

Транспорт

С прихода в город железной дороги в 1848 году действует железнодорожный вокзал Братислава-Главная в центре города. В задунайской части работает железнодорожный вокзал Братислава-Петржалка. Железные дороги из города идут в 6 направлениях. Братиславский аэропорт Иванка имени Штефаника находится в нескольких километрах от города и работает с 1951 года. Владеющий аэропортом консорциум «OneTwo» планирует объединить его в единый комплекс с также принадлежащим ему венским аэропортом Швехат с прокладкой скоростной железной дороги Братислава—Швехат—Вена. Для обеспечения судоходства по Дунаю в городе есть речной порт с вокзалом. Автодорожная сеть города включает 5 мостов и имеет 3 основные автомагистрали из города. В городе есть главный автовокзал Млинские Нивы и автостанции.

Первым общественным городским транспортом в Братиславе стал в 1868 году омнибус. Трамвай в Братиславе был открыт в 1895 году и с тех пор является основным общественным транспортом, имея в настоящее время 8 линий. Братиславский троллейбус был впервые запущен в 1909 году, но вскоре был закрыт, а вновь стал работать с 1941 года, имея в настоящее время 14 маршрутов. В городе также действуют автобусные маршруты (около 60 обычных и 20 ночных), при этом до 2016-го года автобус был единственным общественным транспортом, который ходил в задунайскую часть города Петржалку, сейчас же туда проложена новая трамвайная линия, по которой ходят два маршрута - 1 и 3. Общественный городской транспорт управляется единой компанией Dopravný podnik Bratislava. В 1985 году началось было сооружение Братиславского метрополитена, которое вскоре было остановлено. С 2002 года планируется сооружение скоростного трамвая, который в будущем может быть преобразован в метрополитен.

Наука и культура

Образование

Музеи

Достопримечательности

Спорт

В городе базируется спортивное общество «Слован». Футбольный клуб выступает в словацкой экстралиге. А хоккейный - один из самых успешных в Европе. В 2012 году ХК «Слован» вступил в КХЛ.

Города-побратимы

Напишите отзыв о статье "Братислава"

Примечания

  1. [portal.statistics.sk/showdoc.do?docid=6772 Districts] (англ.). Statistical Office of the Slovak Republic. Проверено 21 апреля 2011. [www.webcitation.org/61AlW1TG5 Архивировано из первоисточника 24 августа 2011].

Ссылки

  • [maps.google.com/maps?ll=48.141403,17.128029&spn=0.086517,0.124626&t=k&hl=en Спутниковая фотография Братиславы (март 2002, Google Maps)]
  • [journeying.ru/dostoprimechatelnosti-bratislavi-chto-posmotret-i-kuda-schodit-v-bratislave.html Достопримечательности Братиславы]
  • [www.bratislava.sk/ru Официальный веб-сайт города]
  • [www.petrzalka.sk Официальный сайт Братиславы-Петржалки]
  • [photohunt.org.ua/Bratislava.html Фотографии и достопримечательности Братиславы]
  • [www.bratislavaguide.com Братислава]


Отрывок, характеризующий Братислава

– Какое же дело Сперанскому до военных уставов? – спросил князь Андрей.
Кочубей, улыбнувшись, покачал головой, как бы удивляясь наивности Болконского.
– Мы с ним говорили про вас на днях, – продолжал Кочубей, – о ваших вольных хлебопашцах…
– Да, это вы, князь, отпустили своих мужиков? – сказал Екатерининский старик, презрительно обернувшись на Болконского.
– Маленькое именье ничего не приносило дохода, – отвечал Болконский, чтобы напрасно не раздражать старика, стараясь смягчить перед ним свой поступок.
– Vous craignez d'etre en retard, [Боитесь опоздать,] – сказал старик, глядя на Кочубея.
– Я одного не понимаю, – продолжал старик – кто будет землю пахать, коли им волю дать? Легко законы писать, а управлять трудно. Всё равно как теперь, я вас спрашиваю, граф, кто будет начальником палат, когда всем экзамены держать?
– Те, кто выдержат экзамены, я думаю, – отвечал Кочубей, закидывая ногу на ногу и оглядываясь.
– Вот у меня служит Пряничников, славный человек, золото человек, а ему 60 лет, разве он пойдет на экзамены?…
– Да, это затруднительно, понеже образование весьма мало распространено, но… – Граф Кочубей не договорил, он поднялся и, взяв за руку князя Андрея, пошел навстречу входящему высокому, лысому, белокурому человеку, лет сорока, с большим открытым лбом и необычайной, странной белизной продолговатого лица. На вошедшем был синий фрак, крест на шее и звезда на левой стороне груди. Это был Сперанский. Князь Андрей тотчас узнал его и в душе его что то дрогнуло, как это бывает в важные минуты жизни. Было ли это уважение, зависть, ожидание – он не знал. Вся фигура Сперанского имела особенный тип, по которому сейчас можно было узнать его. Ни у кого из того общества, в котором жил князь Андрей, он не видал этого спокойствия и самоуверенности неловких и тупых движений, ни у кого он не видал такого твердого и вместе мягкого взгляда полузакрытых и несколько влажных глаз, не видал такой твердости ничего незначащей улыбки, такого тонкого, ровного, тихого голоса, и, главное, такой нежной белизны лица и особенно рук, несколько широких, но необыкновенно пухлых, нежных и белых. Такую белизну и нежность лица князь Андрей видал только у солдат, долго пробывших в госпитале. Это был Сперанский, государственный секретарь, докладчик государя и спутник его в Эрфурте, где он не раз виделся и говорил с Наполеоном.
Сперанский не перебегал глазами с одного лица на другое, как это невольно делается при входе в большое общество, и не торопился говорить. Он говорил тихо, с уверенностью, что будут слушать его, и смотрел только на то лицо, с которым говорил.
Князь Андрей особенно внимательно следил за каждым словом и движением Сперанского. Как это бывает с людьми, особенно с теми, которые строго судят своих ближних, князь Андрей, встречаясь с новым лицом, особенно с таким, как Сперанский, которого он знал по репутации, всегда ждал найти в нем полное совершенство человеческих достоинств.
Сперанский сказал Кочубею, что жалеет о том, что не мог приехать раньше, потому что его задержали во дворце. Он не сказал, что его задержал государь. И эту аффектацию скромности заметил князь Андрей. Когда Кочубей назвал ему князя Андрея, Сперанский медленно перевел свои глаза на Болконского с той же улыбкой и молча стал смотреть на него.
– Я очень рад с вами познакомиться, я слышал о вас, как и все, – сказал он.
Кочубей сказал несколько слов о приеме, сделанном Болконскому Аракчеевым. Сперанский больше улыбнулся.
– Директором комиссии военных уставов мой хороший приятель – господин Магницкий, – сказал он, договаривая каждый слог и каждое слово, – и ежели вы того пожелаете, я могу свести вас с ним. (Он помолчал на точке.) Я надеюсь, что вы найдете в нем сочувствие и желание содействовать всему разумному.
Около Сперанского тотчас же составился кружок и тот старик, который говорил о своем чиновнике, Пряничникове, тоже с вопросом обратился к Сперанскому.
Князь Андрей, не вступая в разговор, наблюдал все движения Сперанского, этого человека, недавно ничтожного семинариста и теперь в руках своих, – этих белых, пухлых руках, имевшего судьбу России, как думал Болконский. Князя Андрея поразило необычайное, презрительное спокойствие, с которым Сперанский отвечал старику. Он, казалось, с неизмеримой высоты обращал к нему свое снисходительное слово. Когда старик стал говорить слишком громко, Сперанский улыбнулся и сказал, что он не может судить о выгоде или невыгоде того, что угодно было государю.
Поговорив несколько времени в общем кругу, Сперанский встал и, подойдя к князю Андрею, отозвал его с собой на другой конец комнаты. Видно было, что он считал нужным заняться Болконским.
– Я не успел поговорить с вами, князь, среди того одушевленного разговора, в который был вовлечен этим почтенным старцем, – сказал он, кротко презрительно улыбаясь и этой улыбкой как бы признавая, что он вместе с князем Андреем понимает ничтожность тех людей, с которыми он только что говорил. Это обращение польстило князю Андрею. – Я вас знаю давно: во первых, по делу вашему о ваших крестьянах, это наш первый пример, которому так желательно бы было больше последователей; а во вторых, потому что вы один из тех камергеров, которые не сочли себя обиженными новым указом о придворных чинах, вызывающим такие толки и пересуды.
– Да, – сказал князь Андрей, – отец не хотел, чтобы я пользовался этим правом; я начал службу с нижних чинов.
– Ваш батюшка, человек старого века, очевидно стоит выше наших современников, которые так осуждают эту меру, восстановляющую только естественную справедливость.
– Я думаю однако, что есть основание и в этих осуждениях… – сказал князь Андрей, стараясь бороться с влиянием Сперанского, которое он начинал чувствовать. Ему неприятно было во всем соглашаться с ним: он хотел противоречить. Князь Андрей, обыкновенно говоривший легко и хорошо, чувствовал теперь затруднение выражаться, говоря с Сперанским. Его слишком занимали наблюдения над личностью знаменитого человека.
– Основание для личного честолюбия может быть, – тихо вставил свое слово Сперанский.
– Отчасти и для государства, – сказал князь Андрей.
– Как вы разумеете?… – сказал Сперанский, тихо опустив глаза.
– Я почитатель Montesquieu, – сказал князь Андрей. – И его мысль о том, что le рrincipe des monarchies est l'honneur, me parait incontestable. Certains droits еt privileges de la noblesse me paraissent etre des moyens de soutenir ce sentiment. [основа монархий есть честь, мне кажется несомненной. Некоторые права и привилегии дворянства мне кажутся средствами для поддержания этого чувства.]
Улыбка исчезла на белом лице Сперанского и физиономия его много выиграла от этого. Вероятно мысль князя Андрея показалась ему занимательною.
– Si vous envisagez la question sous ce point de vue, [Если вы так смотрите на предмет,] – начал он, с очевидным затруднением выговаривая по французски и говоря еще медленнее, чем по русски, но совершенно спокойно. Он сказал, что честь, l'honneur, не может поддерживаться преимуществами вредными для хода службы, что честь, l'honneur, есть или: отрицательное понятие неделанья предосудительных поступков, или известный источник соревнования для получения одобрения и наград, выражающих его.
Доводы его были сжаты, просты и ясны.
Институт, поддерживающий эту честь, источник соревнования, есть институт, подобный Legion d'honneur [Ордену почетного легиона] великого императора Наполеона, не вредящий, а содействующий успеху службы, а не сословное или придворное преимущество.
– Я не спорю, но нельзя отрицать, что придворное преимущество достигло той же цели, – сказал князь Андрей: – всякий придворный считает себя обязанным достойно нести свое положение.
– Но вы им не хотели воспользоваться, князь, – сказал Сперанский, улыбкой показывая, что он, неловкий для своего собеседника спор, желает прекратить любезностью. – Ежели вы мне сделаете честь пожаловать ко мне в среду, – прибавил он, – то я, переговорив с Магницким, сообщу вам то, что может вас интересовать, и кроме того буду иметь удовольствие подробнее побеседовать с вами. – Он, закрыв глаза, поклонился, и a la francaise, [на французский манер,] не прощаясь, стараясь быть незамеченным, вышел из залы.


Первое время своего пребыванья в Петербурге, князь Андрей почувствовал весь свой склад мыслей, выработавшийся в его уединенной жизни, совершенно затемненным теми мелкими заботами, которые охватили его в Петербурге.
С вечера, возвращаясь домой, он в памятной книжке записывал 4 или 5 необходимых визитов или rendez vous [свиданий] в назначенные часы. Механизм жизни, распоряжение дня такое, чтобы везде поспеть во время, отнимали большую долю самой энергии жизни. Он ничего не делал, ни о чем даже не думал и не успевал думать, а только говорил и с успехом говорил то, что он успел прежде обдумать в деревне.
Он иногда замечал с неудовольствием, что ему случалось в один и тот же день, в разных обществах, повторять одно и то же. Но он был так занят целые дни, что не успевал подумать о том, что он ничего не думал.
Сперанский, как в первое свидание с ним у Кочубея, так и потом в середу дома, где Сперанский с глазу на глаз, приняв Болконского, долго и доверчиво говорил с ним, сделал сильное впечатление на князя Андрея.
Князь Андрей такое огромное количество людей считал презренными и ничтожными существами, так ему хотелось найти в другом живой идеал того совершенства, к которому он стремился, что он легко поверил, что в Сперанском он нашел этот идеал вполне разумного и добродетельного человека. Ежели бы Сперанский был из того же общества, из которого был князь Андрей, того же воспитания и нравственных привычек, то Болконский скоро бы нашел его слабые, человеческие, не геройские стороны, но теперь этот странный для него логический склад ума тем более внушал ему уважения, что он не вполне понимал его. Кроме того, Сперанский, потому ли что он оценил способности князя Андрея, или потому что нашел нужным приобресть его себе, Сперанский кокетничал перед князем Андреем своим беспристрастным, спокойным разумом и льстил князю Андрею той тонкой лестью, соединенной с самонадеянностью, которая состоит в молчаливом признавании своего собеседника с собою вместе единственным человеком, способным понимать всю глупость всех остальных, и разумность и глубину своих мыслей.
Во время длинного их разговора в середу вечером, Сперанский не раз говорил: «У нас смотрят на всё, что выходит из общего уровня закоренелой привычки…» или с улыбкой: «Но мы хотим, чтоб и волки были сыты и овцы целы…» или: «Они этого не могут понять…» и всё с таким выраженьем, которое говорило: «Мы: вы да я, мы понимаем, что они и кто мы ».
Этот первый, длинный разговор с Сперанским только усилил в князе Андрее то чувство, с которым он в первый раз увидал Сперанского. Он видел в нем разумного, строго мыслящего, огромного ума человека, энергией и упорством достигшего власти и употребляющего ее только для блага России. Сперанский в глазах князя Андрея был именно тот человек, разумно объясняющий все явления жизни, признающий действительным только то, что разумно, и ко всему умеющий прилагать мерило разумности, которым он сам так хотел быть. Всё представлялось так просто, ясно в изложении Сперанского, что князь Андрей невольно соглашался с ним во всем. Ежели он возражал и спорил, то только потому, что хотел нарочно быть самостоятельным и не совсем подчиняться мнениям Сперанского. Всё было так, всё было хорошо, но одно смущало князя Андрея: это был холодный, зеркальный, не пропускающий к себе в душу взгляд Сперанского, и его белая, нежная рука, на которую невольно смотрел князь Андрей, как смотрят обыкновенно на руки людей, имеющих власть. Зеркальный взгляд и нежная рука эта почему то раздражали князя Андрея. Неприятно поражало князя Андрея еще слишком большое презрение к людям, которое он замечал в Сперанском, и разнообразность приемов в доказательствах, которые он приводил в подтверждение своих мнений. Он употреблял все возможные орудия мысли, исключая сравнения, и слишком смело, как казалось князю Андрею, переходил от одного к другому. То он становился на почву практического деятеля и осуждал мечтателей, то на почву сатирика и иронически подсмеивался над противниками, то становился строго логичным, то вдруг поднимался в область метафизики. (Это последнее орудие доказательств он особенно часто употреблял.) Он переносил вопрос на метафизические высоты, переходил в определения пространства, времени, мысли и, вынося оттуда опровержения, опять спускался на почву спора.
Вообще главная черта ума Сперанского, поразившая князя Андрея, была несомненная, непоколебимая вера в силу и законность ума. Видно было, что никогда Сперанскому не могла притти в голову та обыкновенная для князя Андрея мысль, что нельзя всё таки выразить всего того, что думаешь, и никогда не приходило сомнение в том, что не вздор ли всё то, что я думаю и всё то, во что я верю? И этот то особенный склад ума Сперанского более всего привлекал к себе князя Андрея.
Первое время своего знакомства с Сперанским князь Андрей питал к нему страстное чувство восхищения, похожее на то, которое он когда то испытывал к Бонапарте. То обстоятельство, что Сперанский был сын священника, которого можно было глупым людям, как это и делали многие, пошло презирать в качестве кутейника и поповича, заставляло князя Андрея особенно бережно обходиться с своим чувством к Сперанскому, и бессознательно усиливать его в самом себе.
В тот первый вечер, который Болконский провел у него, разговорившись о комиссии составления законов, Сперанский с иронией рассказывал князю Андрею о том, что комиссия законов существует 150 лет, стоит миллионы и ничего не сделала, что Розенкампф наклеил ярлычки на все статьи сравнительного законодательства. – И вот и всё, за что государство заплатило миллионы! – сказал он.


Источник — «http://wiki-org.ru/wiki/index.php?title=Братислава&oldid=81128707»