Британская почта в Бангкоке

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Британская почта в Бангкоке
англ. British post in Bangkok

2-центовая марка, выпущенная с надпечаткой
для Бангкока, 1882? (Скотт #?)
История почты
Организована

1858

Закрыта

1 июля 1885

Первые марки
Стандартная

1882

Последний выпуск

1885[1]

Всего выпущено

23[1]


Карта Бангкока (начало XIX века)

Британская почта в Бангкоке — почтовая служба, которую учредили и обслуживали британские власти в 18581885 годах в Бангкоке. При этом в обращении применялись особые почтовые марки с надпечаткой для Бангкока (помимо марок некоторых других эмитентов)[1].





Ранние почтовые отправления

Самые ранние известные почтовые отправления из Бангкока относятся к 1836 году, когда американский миссионер Дэн Бич Брэдли направил письмо своему отцу в конверте без марки.

Британская консульская почта

Отделение в Бангкоке

Британское консульское почтовое отделение в Бангкоке было открыто Великобританией в 1858 году[2] в результате договора, подписанного между Великобританией и Сиамом (ныне Таиланд) 18 апреля 1855 года. Организация почты последовала в ответ на запросы со стороны иностранных купцов и миссионеров. Отделение закрылось 1 июля 1885 года, в день присоединения Сиама к Всемирному почтовому союзу и учреждения им собственной регулярной почтовой службы[en][1][3].

В этот период значительная часть корреспонденции из Бангкока отправлялась дипломатической почтой в Сингапур для последующей международной пересылки[1]. Входящие почтовые отправления, доставленные пароходами, хранились в почтовом отделении, и получатели приходили и забирали их самостоятельно.

Почтовые штемпели

Вследствие отправки почты из Бангкока через Сингапур на большей части таких почтовых отправлений стоят гашения почтовым штемпелем Сингапура.

Затем уже в самом Бангкоке стал применяться номерной штемпель с номером «В 172», пока в 1883 году не был введён круглый почтовый штемпель диаметром 30 мм с надписью англ. «Bangkok» («Бангкок») и датой[1]. При этом наибольшая часть исходящих почтовых отправлений по-прежнему направлялась через почтовую систему в Сингапуре для пересылки европейским адресатам.

Почтовые марки

Изначально в Бангкоке и на всей территории колонии Стрейтс-Сетлментс использовались индийские почтовые марки. Это продолжалось до 1867 года, когда впервые были выпущены почтовые марки Стрейтс-Сетлментса, которые и стали применяться для оплаты отправлений из Бангкока[1].

В 1881 году почётный почтмейстер Гарднер пожаловался, что ему должна быть выплачена компенсация за увеличение объёма порученной ему работы. Тогда было принято решение удерживать часть доходов от продажи почтовых марок. Это привело к тому, что в августе 1882 года на марках Стрейтс-Сетлментса была сделана надпечатка английской буквы «B» («Б»), означающей Бангкок, для их использования в этом городе[1][2][4].

Всего в период 1882—1885 годов[5] были выпущены 23 почтовые марки с надпечаткой[1][6].

Кроме того, в бангкокском почтовом отделении продавались некоторые марки Сянгана (Гонконга), которые употреблялись на протяжении всего этого времени для оплаты почтовых отправлений, пересылаемых в Гонконг или через Гонконг китайским, японским[1], а также американским адресатам. Известны также несколько британских почтовых марок, погашенных в Бангкоке.

После закрытия почтового отделения в июле 1885 года известны случаи использования почтовых марок с надпечаткой «B» в других местах. Примером может служить конверт письма, отправленного из Сингапура в декабре 1887 года с наклеенными почтовыми марками Стрейтс-Сетлментса как с надпечаткой, так и без неё[7].

За всё время было продано 50 тысяч таких почтовых марок[1].

Существуют многочисленные подделки почтовых марок с надпечаткой «B»[8].

См. также

Напишите отзыв о статье "Британская почта в Бангкоке"

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 Таиланд: Британская почта в Сиаме // [www.fmus.ru/article02/Asia/thai.html Филателистическая география. Страны Азии (без СССР)] / Н. И. Владинец. — М.: Радио и связь, 1984. — С. 138. — 176 с.
  2. 1 2 Бангкока выпуски // [filatelist.ru/tesaurus/193/184394/ Большой филателистический словарь] / Н. И. Владинец, Л. И. Ильичёв, И. Я. Левитас, П. Ф. Мазур, И. Н. Меркулов, И. А. Моросанов, Ю. К. Мякота, С. А. Панасян, Ю. М. Рудников, М. Б. Слуцкий, В. А. Якобс; под общ. ред. Н. И. Владинца и В. А. Якобса. — М.: Радио и связь, 1988. — С. 21. — 320 с. — 40 000 экз. — ISBN 5-256-00175-2. </li>
  3. В других источниках указывается, что британское почтовое отделение было закрыто в 1886 году (в июле); см.: Большой филателистический словарь, 1988, с. 21; Лепешинский, 1967, с. 210.
  4. Таиланд. Пояснение к схеме: 1. Город Бангкок // [www.fmus.ru/article02/Lepeshin/Asia/thailand.html Филателистическая география (зарубежные страны): Справочник] / Л. Л. Лепешинский. — М.: Связь, 1967. — С. 210. — 480 с. </li>
  5. Согласно иным сведениям (Большой филателистический словарь, 1988, с. 21), такие марки выходили в 1882—1884 годах.
  6. По другой информации (Лепешинский, 1967, с. 210), за период 1882—1886 годов была эмитирована 21 почтовая марка.
  7. Indhusophon, 1989, p. 47.
  8. Lowe R.[en] The Encyclopædia of British Empire Postage Stamps, 1775—1950. — L.: Robson Lowe Ltd., 1950. — P. 380—381. [Reprinted as Vol. 40 of Billig’s Philatelic Handbook.] (англ.)
  9. </ol>

Литература

  • Choovoravech P. Chronicles of Thai Postage Stamps. — Bangkok, Thailand: Aroonkarnpim Ltd. Part., 2003. (англ.)
  • Feldman D. Classic Siam 1833—1899, formed by Surajit Gongvatana FRPSL. — Geneva, Switzerland: David Feldman SA, 2010. — P. 34—57. — ISBN 2-9700531-2-8(англ.)
  • Houde M. A Bibliography of the British Consular Post Office at Bangkok // Philatelic Literature Review. — 1988. — Vol. 37. — No. 1 (1st Quarter). — P. 21—29. (англ.)
  • Indhusophon P. แสตมป์ไทย และ ประวัติไปรษณีย์ สมัยรัชกาลที่ ๔ และรัชกาลที่ ๕. [The Prakaipet Indhusophon collection of Siam: a selection of Thai stamps and related materials from pre-stamp period (circa 1835) to 1910]. — Bangkok, 1989. (тайск.)
  • Rossiter S., Fowler J. The Stamp Atlas: A Unique Assembly of Geography, Social and Political History, and Postal Information. — 1st edn. — L., Sydney: Macdonald, 1986. — 336 p. — ISBN 0-356-10862-7(англ.)
  • Stanley Gibbons Limited: различные каталоги «Стэнли Гиббонс»(англ.)

Ссылки

  • Rossiter S., Fowler J., Wellsted R. [www.sandafayre.com/stampatlas/thailandsiam.html Thailand (Siam)] (англ.). Stamp Collecting Resources: Stamp Atlas. Knutsford, UK: Sandafayre Stamp Auctions; Sandafayre (Holdings) Ltd. — Таиланд (Сиам). Проверено 19 ноября 2015. [www.webcitation.org/6dEzuQJwR Архивировано из первоисточника 19 ноября 2015].
  • [www.jl.sl.btinternet.co.uk/stampsite/alpha/micro/babe.html#b014 Bangkok (British Post Office). Encyclopaedia of Postal History] (англ.). Stampsite: The Encyclopaedia of Postal Authorities. BlackJack. — Информация о марках британской почты в Бангкоке в базе данных «Энциклопедия истории почты. Энциклопедия почтовых ведомств». Проверено 14 августа 2006. [web.archive.org/web/20121010153233/www.jl.sl.btinternet.co.uk/stampsite/alpha/micro/babe.html#b014 Архивировано из первоисточника 10 октября 2012].

Отрывок, характеризующий Британская почта в Бангкоке


По опекунским делам рязанского именья, князю Андрею надо было видеться с уездным предводителем. Предводителем был граф Илья Андреич Ростов, и князь Андрей в середине мая поехал к нему.
Был уже жаркий период весны. Лес уже весь оделся, была пыль и было так жарко, что проезжая мимо воды, хотелось купаться.
Князь Андрей, невеселый и озабоченный соображениями о том, что и что ему нужно о делах спросить у предводителя, подъезжал по аллее сада к отрадненскому дому Ростовых. Вправо из за деревьев он услыхал женский, веселый крик, и увидал бегущую на перерез его коляски толпу девушек. Впереди других ближе, подбегала к коляске черноволосая, очень тоненькая, странно тоненькая, черноглазая девушка в желтом ситцевом платье, повязанная белым носовым платком, из под которого выбивались пряди расчесавшихся волос. Девушка что то кричала, но узнав чужого, не взглянув на него, со смехом побежала назад.
Князю Андрею вдруг стало от чего то больно. День был так хорош, солнце так ярко, кругом всё так весело; а эта тоненькая и хорошенькая девушка не знала и не хотела знать про его существование и была довольна, и счастлива какой то своей отдельной, – верно глупой – но веселой и счастливой жизнию. «Чему она так рада? о чем она думает! Не об уставе военном, не об устройстве рязанских оброчных. О чем она думает? И чем она счастлива?» невольно с любопытством спрашивал себя князь Андрей.
Граф Илья Андреич в 1809 м году жил в Отрадном всё так же как и прежде, то есть принимая почти всю губернию, с охотами, театрами, обедами и музыкантами. Он, как всякому новому гостю, был рад князю Андрею, и почти насильно оставил его ночевать.
В продолжение скучного дня, во время которого князя Андрея занимали старшие хозяева и почетнейшие из гостей, которыми по случаю приближающихся именин был полон дом старого графа, Болконский несколько раз взглядывая на Наташу чему то смеявшуюся и веселившуюся между другой молодой половиной общества, всё спрашивал себя: «о чем она думает? Чему она так рада!».
Вечером оставшись один на новом месте, он долго не мог заснуть. Он читал, потом потушил свечу и опять зажег ее. В комнате с закрытыми изнутри ставнями было жарко. Он досадовал на этого глупого старика (так он называл Ростова), который задержал его, уверяя, что нужные бумаги в городе, не доставлены еще, досадовал на себя за то, что остался.
Князь Андрей встал и подошел к окну, чтобы отворить его. Как только он открыл ставни, лунный свет, как будто он настороже у окна давно ждал этого, ворвался в комнату. Он отворил окно. Ночь была свежая и неподвижно светлая. Перед самым окном был ряд подстриженных дерев, черных с одной и серебристо освещенных с другой стороны. Под деревами была какая то сочная, мокрая, кудрявая растительность с серебристыми кое где листьями и стеблями. Далее за черными деревами была какая то блестящая росой крыша, правее большое кудрявое дерево, с ярко белым стволом и сучьями, и выше его почти полная луна на светлом, почти беззвездном, весеннем небе. Князь Андрей облокотился на окно и глаза его остановились на этом небе.
Комната князя Андрея была в среднем этаже; в комнатах над ним тоже жили и не спали. Он услыхал сверху женский говор.
– Только еще один раз, – сказал сверху женский голос, который сейчас узнал князь Андрей.
– Да когда же ты спать будешь? – отвечал другой голос.
– Я не буду, я не могу спать, что ж мне делать! Ну, последний раз…
Два женские голоса запели какую то музыкальную фразу, составлявшую конец чего то.
– Ах какая прелесть! Ну теперь спать, и конец.
– Ты спи, а я не могу, – отвечал первый голос, приблизившийся к окну. Она видимо совсем высунулась в окно, потому что слышно было шуршанье ее платья и даже дыханье. Всё затихло и окаменело, как и луна и ее свет и тени. Князь Андрей тоже боялся пошевелиться, чтобы не выдать своего невольного присутствия.
– Соня! Соня! – послышался опять первый голос. – Ну как можно спать! Да ты посмотри, что за прелесть! Ах, какая прелесть! Да проснись же, Соня, – сказала она почти со слезами в голосе. – Ведь этакой прелестной ночи никогда, никогда не бывало.
Соня неохотно что то отвечала.
– Нет, ты посмотри, что за луна!… Ах, какая прелесть! Ты поди сюда. Душенька, голубушка, поди сюда. Ну, видишь? Так бы вот села на корточки, вот так, подхватила бы себя под коленки, – туже, как можно туже – натужиться надо. Вот так!
– Полно, ты упадешь.
Послышалась борьба и недовольный голос Сони: «Ведь второй час».
– Ах, ты только всё портишь мне. Ну, иди, иди.
Опять всё замолкло, но князь Андрей знал, что она всё еще сидит тут, он слышал иногда тихое шевеленье, иногда вздохи.
– Ах… Боже мой! Боже мой! что ж это такое! – вдруг вскрикнула она. – Спать так спать! – и захлопнула окно.
«И дела нет до моего существования!» подумал князь Андрей в то время, как он прислушивался к ее говору, почему то ожидая и боясь, что она скажет что нибудь про него. – «И опять она! И как нарочно!» думал он. В душе его вдруг поднялась такая неожиданная путаница молодых мыслей и надежд, противоречащих всей его жизни, что он, чувствуя себя не в силах уяснить себе свое состояние, тотчас же заснул.


На другой день простившись только с одним графом, не дождавшись выхода дам, князь Андрей поехал домой.
Уже было начало июня, когда князь Андрей, возвращаясь домой, въехал опять в ту березовую рощу, в которой этот старый, корявый дуб так странно и памятно поразил его. Бубенчики еще глуше звенели в лесу, чем полтора месяца тому назад; всё было полно, тенисто и густо; и молодые ели, рассыпанные по лесу, не нарушали общей красоты и, подделываясь под общий характер, нежно зеленели пушистыми молодыми побегами.
Целый день был жаркий, где то собиралась гроза, но только небольшая тучка брызнула на пыль дороги и на сочные листья. Левая сторона леса была темна, в тени; правая мокрая, глянцовитая блестела на солнце, чуть колыхаясь от ветра. Всё было в цвету; соловьи трещали и перекатывались то близко, то далеко.
«Да, здесь, в этом лесу был этот дуб, с которым мы были согласны», подумал князь Андрей. «Да где он», подумал опять князь Андрей, глядя на левую сторону дороги и сам того не зная, не узнавая его, любовался тем дубом, которого он искал. Старый дуб, весь преображенный, раскинувшись шатром сочной, темной зелени, млел, чуть колыхаясь в лучах вечернего солнца. Ни корявых пальцев, ни болячек, ни старого недоверия и горя, – ничего не было видно. Сквозь жесткую, столетнюю кору пробились без сучков сочные, молодые листья, так что верить нельзя было, что этот старик произвел их. «Да, это тот самый дуб», подумал князь Андрей, и на него вдруг нашло беспричинное, весеннее чувство радости и обновления. Все лучшие минуты его жизни вдруг в одно и то же время вспомнились ему. И Аустерлиц с высоким небом, и мертвое, укоризненное лицо жены, и Пьер на пароме, и девочка, взволнованная красотою ночи, и эта ночь, и луна, – и всё это вдруг вспомнилось ему.
«Нет, жизнь не кончена в 31 год, вдруг окончательно, беспеременно решил князь Андрей. Мало того, что я знаю всё то, что есть во мне, надо, чтобы и все знали это: и Пьер, и эта девочка, которая хотела улететь в небо, надо, чтобы все знали меня, чтобы не для одного меня шла моя жизнь, чтоб не жили они так независимо от моей жизни, чтоб на всех она отражалась и чтобы все они жили со мною вместе!»

Возвратившись из своей поездки, князь Андрей решился осенью ехать в Петербург и придумал разные причины этого решенья. Целый ряд разумных, логических доводов, почему ему необходимо ехать в Петербург и даже служить, ежеминутно был готов к его услугам. Он даже теперь не понимал, как мог он когда нибудь сомневаться в необходимости принять деятельное участие в жизни, точно так же как месяц тому назад он не понимал, как могла бы ему притти мысль уехать из деревни. Ему казалось ясно, что все его опыты жизни должны были пропасть даром и быть бессмыслицей, ежели бы он не приложил их к делу и не принял опять деятельного участия в жизни. Он даже не понимал того, как на основании таких же бедных разумных доводов прежде очевидно было, что он бы унизился, ежели бы теперь после своих уроков жизни опять бы поверил в возможность приносить пользу и в возможность счастия и любви. Теперь разум подсказывал совсем другое. После этой поездки князь Андрей стал скучать в деревне, прежние занятия не интересовали его, и часто, сидя один в своем кабинете, он вставал, подходил к зеркалу и долго смотрел на свое лицо. Потом он отворачивался и смотрел на портрет покойницы Лизы, которая с взбитыми a la grecque [по гречески] буклями нежно и весело смотрела на него из золотой рамки. Она уже не говорила мужу прежних страшных слов, она просто и весело с любопытством смотрела на него. И князь Андрей, заложив назад руки, долго ходил по комнате, то хмурясь, то улыбаясь, передумывая те неразумные, невыразимые словом, тайные как преступление мысли, связанные с Пьером, с славой, с девушкой на окне, с дубом, с женской красотой и любовью, которые изменили всю его жизнь. И в эти то минуты, когда кто входил к нему, он бывал особенно сух, строго решителен и в особенности неприятно логичен.