Бульвар

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Бульва́р (фр. boulevard, от нем. bollwerk — укреплённый земляной вал) — аллея или полоса зелёных насаждений вдоль (обычно посреди) улицы (первоначально — на месте прежних городских валов), вдоль берега реки, моря, предназначенная для прогулок. Бульвары также служат для пешеходного движения, кратковременного отдыха, защищают тротуары и здания от пыли и шума. На бульварах размещают памятники и скульптуры, фонтаны, детские и спортивные площадки, кафе, торговые киоски, а также храмы и другие религиозные сооружения.

Бульвар (из среднеголландского, значение вал, бастион) в фортификации — сомкнутые земляные укрепления, применявшиеся в XV веке при осадах крепостей.





История

Впервые бульвары применили англичане в 1428 году при осаде Орлеана. В то время бульвары представляли из себя квадратные редуты с круглыми выступами по углам, в которые помещалось по три орудия, стрелявших через блиндированные амбразуры. Позднее название «бульвар» перешло к линии земляных валов в крепостях[1][2]. В XV и XVI веках во Франции бульваром обозначали помещаемое вне городских стен фортификационное сооружение (на илл.), заменяющее средневековую барбакану. Оно строилось первоначально из покрытой дёрном земли, которую впоследствии стали прикрывать каменною стеною, и служило к защите от неприятельской артиллерии. Бульвар часто соединялся стенами с главным укреплением. Эти сооружения, составляющие самостоятельную, часто совершенно отделенную от главной системы укреплений часть, превратились в бастионы, как только успехи осадной артиллерии заставили крепостные окопы ближе примкнуть друг к другу, с целью взаимной защиты. Прекрасными образцами этих сооружений являются бульвары в Шаффхаузене и в Труа.

Название «бульвар» сохранили за собою обсаженные деревьями и служащие для прогулок аллеи, устроенные на прежних крепостных валах. В Париже во время тревоги, возникшей в 1536 году, было построено в северной части города несколько бульваров, следы которых сохранились до сих пор, недалеко от линии нынешних бульваров.

Восприятие бульвара в русском языке

Понятия «бульварная пресса», «бульварная литература», связаны с понятием «бульвар»[3] через понятие «бульварной драматургии»[4], которое, в свою очередь, образовалось от «бульварного театра».

Бульвар в живописи

См. также

Напишите отзыв о статье "Бульвар"

Примечания

  1. Полковник В. Ф. Шперк, «Фортификационный словарь», издание Военно-инженерной Краснознамённой академии имени В. В. Куйбышева (ВИА), Москва — 1946 год.
  2. [slovari.yandex.ru/~книги/Толковый%20словарь%20иноязычных%20слов/Бульвар/ Яндекс, Словари «Бульвар»](недоступная ссылка с 14-06-2016 (2961 день))
  3. С. Осовцов. [magazines.russ.ru/neva/2003/12/osovcov20.html Почему мы так говорим?]. «Нева» 2003, № 12.
  4. Patrice Pavis, Christine Shantz. [books.google.com/books?id=tIXwrduoDMoC&pg=PA36&dq=dramaturgy Dictionary of the theatre: terms, concepts, and analysis]. University of Toronto Press, 1998.

Литература

  • Бульвар // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Лесная энциклопедия / Гл. редактор Г. И. Воробьёв. — М.: Советская энциклопедия, 1985. — Т. 1. — 563 с. — 100 000 экз.
  • Полковник В. Ф. Шперк, «Фортификационный словарь», издание Военно-инженерной Краснознамённой академии имени В. В. Куйбышева (ВИА), Москва — 1946 год.
  • «Словарь изобразительного искусства», 2004 — 2009 годов.

Ссылки

  • [ezhe.ru/ib/issue1168.html Сайт Информационный бунт, История слов по понедельникам с Максимом Руссо № 49 «Бульвар»]
  • [slovari.yandex.ru/~книги/Словарь%20изобразительного%20искусства/Бульвар/ Яндекс, Словари «Бульвар»](недоступная ссылка с 14-06-2016 (2961 день))

Отрывок, характеризующий Бульвар

– Знаешь, я думаю, – сказала Наташа шопотом, придвигаясь к Николаю и Соне, когда уже Диммлер кончил и всё сидел, слабо перебирая струны, видимо в нерешительности оставить, или начать что нибудь новое, – что когда так вспоминаешь, вспоминаешь, всё вспоминаешь, до того довоспоминаешься, что помнишь то, что было еще прежде, чем я была на свете…
– Это метампсикова, – сказала Соня, которая всегда хорошо училась и все помнила. – Египтяне верили, что наши души были в животных и опять пойдут в животных.
– Нет, знаешь, я не верю этому, чтобы мы были в животных, – сказала Наташа тем же шопотом, хотя музыка и кончилась, – а я знаю наверное, что мы были ангелами там где то и здесь были, и от этого всё помним…
– Можно мне присоединиться к вам? – сказал тихо подошедший Диммлер и подсел к ним.
– Ежели бы мы были ангелами, так за что же мы попали ниже? – сказал Николай. – Нет, это не может быть!
– Не ниже, кто тебе сказал, что ниже?… Почему я знаю, чем я была прежде, – с убеждением возразила Наташа. – Ведь душа бессмертна… стало быть, ежели я буду жить всегда, так я и прежде жила, целую вечность жила.
– Да, но трудно нам представить вечность, – сказал Диммлер, который подошел к молодым людям с кроткой презрительной улыбкой, но теперь говорил так же тихо и серьезно, как и они.
– Отчего же трудно представить вечность? – сказала Наташа. – Нынче будет, завтра будет, всегда будет и вчера было и третьего дня было…
– Наташа! теперь твой черед. Спой мне что нибудь, – послышался голос графини. – Что вы уселись, точно заговорщики.
– Мама! мне так не хочется, – сказала Наташа, но вместе с тем встала.
Всем им, даже и немолодому Диммлеру, не хотелось прерывать разговор и уходить из уголка диванного, но Наташа встала, и Николай сел за клавикорды. Как всегда, став на средину залы и выбрав выгоднейшее место для резонанса, Наташа начала петь любимую пьесу своей матери.
Она сказала, что ей не хотелось петь, но она давно прежде, и долго после не пела так, как она пела в этот вечер. Граф Илья Андреич из кабинета, где он беседовал с Митинькой, слышал ее пенье, и как ученик, торопящийся итти играть, доканчивая урок, путался в словах, отдавая приказания управляющему и наконец замолчал, и Митинька, тоже слушая, молча с улыбкой, стоял перед графом. Николай не спускал глаз с сестры, и вместе с нею переводил дыхание. Соня, слушая, думала о том, какая громадная разница была между ей и ее другом и как невозможно было ей хоть на сколько нибудь быть столь обворожительной, как ее кузина. Старая графиня сидела с счастливо грустной улыбкой и слезами на глазах, изредка покачивая головой. Она думала и о Наташе, и о своей молодости, и о том, как что то неестественное и страшное есть в этом предстоящем браке Наташи с князем Андреем.
Диммлер, подсев к графине и закрыв глаза, слушал.
– Нет, графиня, – сказал он наконец, – это талант европейский, ей учиться нечего, этой мягкости, нежности, силы…
– Ах! как я боюсь за нее, как я боюсь, – сказала графиня, не помня, с кем она говорит. Ее материнское чутье говорило ей, что чего то слишком много в Наташе, и что от этого она не будет счастлива. Наташа не кончила еще петь, как в комнату вбежал восторженный четырнадцатилетний Петя с известием, что пришли ряженые.
Наташа вдруг остановилась.
– Дурак! – закричала она на брата, подбежала к стулу, упала на него и зарыдала так, что долго потом не могла остановиться.
– Ничего, маменька, право ничего, так: Петя испугал меня, – говорила она, стараясь улыбаться, но слезы всё текли и всхлипывания сдавливали горло.
Наряженные дворовые, медведи, турки, трактирщики, барыни, страшные и смешные, принеся с собою холод и веселье, сначала робко жались в передней; потом, прячась один за другого, вытеснялись в залу; и сначала застенчиво, а потом всё веселее и дружнее начались песни, пляски, хоровые и святочные игры. Графиня, узнав лица и посмеявшись на наряженных, ушла в гостиную. Граф Илья Андреич с сияющей улыбкой сидел в зале, одобряя играющих. Молодежь исчезла куда то.
Через полчаса в зале между другими ряжеными появилась еще старая барыня в фижмах – это был Николай. Турчанка был Петя. Паяс – это был Диммлер, гусар – Наташа и черкес – Соня, с нарисованными пробочными усами и бровями.