Ваграмская битва

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Битва под Ваграмом
Основной конфликт: Наполеоновские войны
Война пятой коалиции

Наполеон под Ваграмом, художник Орас Верне, 1836 год
Дата

5 — 6 июля 1809 года

Место

Дойч-Ваграм, северо-восточнее Вены, Австрия

Итог

Победа французов.

Противники
Французская империя
королевство Саксония
королевство Бавария
Королевство Италия
Австрийская империя
Командующие
император и король Наполеон эрцегерцог Карл
Силы сторон
178 400 солдат
584 орудия
128 968 солдат
452 орудия
Потери
33 854 солдат:

27 500 убито и ранено,
6 354 пропало без вести,
18 генералов, 12 знамён, 11 орудий.

41 250 солдат:

33 750 убито и ранено,
7 500 попало в плен,
12 генералов, 1 знамя, 9 орудий.

Ваграмская битва — генеральное сражение Австро-Французской войны 1809 года, произошедшее 5-6 июля 1809 года в районе села Ваграм, возле острова Лобау на Дунае. Являлось наступательным как со стороны французов, так и со стороны австрийцев при значительно меньшей численности. Наполеон Бонапарт разбил войска эрцгерцога Карла, тем самым завершив существование Пятой коалиции.





Подготовка к сражению

После неудачи при Асперн-Эсслинге Наполеон жаждал реванша и готовился к новой битве с особой тщательностью. Получив подкрепление баварскими отрядами, французский император начал подготовку к новой переправе через Дунай. Австрийская армия под командованием Карла занимала позиции на высотах за рекой Русбах. Изучив свои ошибки прошлой битвы, Наполеон на этот раз удачно организовал переправу своих войск. Хорошо укрепив остров Лобау, французские сапёры армии начали в строжайшей секретности возводить мосты.

Ход сражения

Переправа началась в 9 часов вечера 4 июля под прикрытием 120 орудий, а 5 июля основные части Великой армии развёртывались на Мархфельдской равнине. Эти манёвры отняли у Наполеона много времени. Но, несмотря на это, они застали австрийцев врасплох.

Наполеон узнав, что Карл ждёт подкреплений (войска эрцгерцога Иоанна) решил атаковать противника с ходу, используя всю массу своих войск. Бой начался в 7 часов вечера. Но, наспех спланированная фронтальная атака, и плохая поддержка артиллерии не принесла французам и их союзникам саксонцам, итальянцам и баварцам ничего, кроме больших потерь. В 11 часов вечера бой прекратился.

На следующий день 6 июля Карл, воодушевлённый успехом, решил дать французам бой. Австрийцы неправильно рассчитали время прибытия своего подкрепления. Карл слишком сильно растянул свой фронт (на 21-27 км). Не оставил он и резервов своей армии. В 4 часа утра его войска, под прикрытием тумана, перешли в наступление. Услышав канонаду, Наполеон решил, что к Карлу подошли войска его брата Иоанна. Наполеон приказал своим войскам идти в атаку. В 7 часов утра австрийцы развернули свою артиллерию и открыли огонь. Французская артиллерия не заставила себя долго ждать. Началась канонада с обеих сторон. Можно сказать, что французы выиграли эту артиллерийскую дуэль. В 10 часов утра правый фланг австрийцев двинулся вперед с целью отрезать французов от мостов на Дунае. Им это удалось сделать. Наполеон, наблюдавший за боем, решил сосредоточить большую часть своих сил в центре. Французский император сосредоточил в центре 45 000 солдат с 104 орудиями под командованием Макдональда. К 12 часам солдаты Макдональда выстроились за 104-орудийной батареей. Примерно через час корпус французского маршала Даву взошёл на Нейзидельские высоты. Примерно в это же время Наполеон отдал приказ идти в атаку солдатам Макдональда. Французы ударили из 104 орудий и медленно пошли в атаку плотным строем. Но австрийские солдаты уже были не те, которых раньше разбивал Наполеон. Испытав горечь поражений, австрийцы хотели выиграть эту битву, во что бы то ни стало. Они встретили французов сильным ружейным огнём. Французы, захватив левый фланг австрийцев, начали развивать успешное наступление в центре, хотя несли очень большие потери. Эрцгерцог Карл, увидев, что французы подтягивают свои резервы, и что Нейзидельские высоты австрийцы взять не смогут, в 3 часа дня дал приказ к отступлению. Около 4 часов на поле боя появился Иоанн, со своими 13 000 солдат. Но увидев, что битва проиграна, он не вступил в бой.

Итог

В 8-9 часов вечера сражение закончилось. Австрийская армия потерпела поражение. Но разгромным поражением эту битву назвать было нельзя. Тем не менее, спустя 4 дня после сражения Карл запросил мира. Эта битва представляет интерес с тактической точки зрения — умелой переправы крупных сил французских войск через Дунай, массированного применения артиллерииК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4967 дней] и использования глубокого таранного боевого порядка.

Напишите отзыв о статье "Ваграмская битва"

Литература

Ссылки

  • [1812w.ru/sobyt/1800sob/1809vagram.php Сражение у Ваграма] // Хронос
  • [www.napoleonguide.com/battle_wagram.htm Wagram. 5-6 July 1809] // Napoleonic Guide (англ.)
  • [users.erols.com/mwhite28/battle19.htm#Wagram Death Tolls for Battles of the 16th, 17th, 18th & 19th Centuries (1500-1900)] (англ.)
  • 200 лет битве при Ваграме [napoleone.ru/?p=125](недоступная ссылка с 27-05-2015 (3286 дней))

Отрывок, характеризующий Ваграмская битва

Пьер при виде наказанного француза и толпы, окружавшей Лобное место, так окончательно решил, что не может долее оставаться в Москве и едет нынче же в армию, что ему казалось, что он или сказал об этом кучеру, или что кучер сам должен был знать это.
Приехав домой, Пьер отдал приказание своему все знающему, все умеющему, известному всей Москве кучеру Евстафьевичу о том, что он в ночь едет в Можайск к войску и чтобы туда были высланы его верховые лошади. Все это не могло быть сделано в тот же день, и потому, по представлению Евстафьевича, Пьер должен был отложить свой отъезд до другого дня, с тем чтобы дать время подставам выехать на дорогу.
24 го числа прояснело после дурной погоды, и в этот день после обеда Пьер выехал из Москвы. Ночью, переменя лошадей в Перхушкове, Пьер узнал, что в этот вечер было большое сражение. Рассказывали, что здесь, в Перхушкове, земля дрожала от выстрелов. На вопросы Пьера о том, кто победил, никто не мог дать ему ответа. (Это было сражение 24 го числа при Шевардине.) На рассвете Пьер подъезжал к Можайску.
Все дома Можайска были заняты постоем войск, и на постоялом дворе, на котором Пьера встретили его берейтор и кучер, в горницах не было места: все было полно офицерами.
В Можайске и за Можайском везде стояли и шли войска. Казаки, пешие, конные солдаты, фуры, ящики, пушки виднелись со всех сторон. Пьер торопился скорее ехать вперед, и чем дальше он отъезжал от Москвы и чем глубже погружался в это море войск, тем больше им овладевала тревога беспокойства и не испытанное еще им новое радостное чувство. Это было чувство, подобное тому, которое он испытывал и в Слободском дворце во время приезда государя, – чувство необходимости предпринять что то и пожертвовать чем то. Он испытывал теперь приятное чувство сознания того, что все то, что составляет счастье людей, удобства жизни, богатство, даже самая жизнь, есть вздор, который приятно откинуть в сравнении с чем то… С чем, Пьер не мог себе дать отчета, да и ее старался уяснить себе, для кого и для чего он находит особенную прелесть пожертвовать всем. Его не занимало то, для чего он хочет жертвовать, но самое жертвование составляло для него новое радостное чувство.


24 го было сражение при Шевардинском редуте, 25 го не было пущено ни одного выстрела ни с той, ни с другой стороны, 26 го произошло Бородинское сражение.
Для чего и как были даны и приняты сражения при Шевардине и при Бородине? Для чего было дано Бородинское сражение? Ни для французов, ни для русских оно не имело ни малейшего смысла. Результатом ближайшим было и должно было быть – для русских то, что мы приблизились к погибели Москвы (чего мы боялись больше всего в мире), а для французов то, что они приблизились к погибели всей армии (чего они тоже боялись больше всего в мире). Результат этот был тогда же совершении очевиден, а между тем Наполеон дал, а Кутузов принял это сражение.
Ежели бы полководцы руководились разумными причинами, казалось, как ясно должно было быть для Наполеона, что, зайдя за две тысячи верст и принимая сражение с вероятной случайностью потери четверти армии, он шел на верную погибель; и столь же ясно бы должно было казаться Кутузову, что, принимая сражение и тоже рискуя потерять четверть армии, он наверное теряет Москву. Для Кутузова это было математически ясно, как ясно то, что ежели в шашках у меня меньше одной шашкой и я буду меняться, я наверное проиграю и потому не должен меняться.
Когда у противника шестнадцать шашек, а у меня четырнадцать, то я только на одну восьмую слабее его; а когда я поменяюсь тринадцатью шашками, то он будет втрое сильнее меня.
До Бородинского сражения наши силы приблизительно относились к французским как пять к шести, а после сражения как один к двум, то есть до сражения сто тысяч; ста двадцати, а после сражения пятьдесят к ста. А вместе с тем умный и опытный Кутузов принял сражение. Наполеон же, гениальный полководец, как его называют, дал сражение, теряя четверть армии и еще более растягивая свою линию. Ежели скажут, что, заняв Москву, он думал, как занятием Вены, кончить кампанию, то против этого есть много доказательств. Сами историки Наполеона рассказывают, что еще от Смоленска он хотел остановиться, знал опасность своего растянутого положения знал, что занятие Москвы не будет концом кампании, потому что от Смоленска он видел, в каком положении оставлялись ему русские города, и не получал ни одного ответа на свои неоднократные заявления о желании вести переговоры.
Давая и принимая Бородинское сражение, Кутузов и Наполеон поступили непроизвольно и бессмысленно. А историки под совершившиеся факты уже потом подвели хитросплетенные доказательства предвидения и гениальности полководцев, которые из всех непроизвольных орудий мировых событий были самыми рабскими и непроизвольными деятелями.
Древние оставили нам образцы героических поэм, в которых герои составляют весь интерес истории, и мы все еще не можем привыкнуть к тому, что для нашего человеческого времени история такого рода не имеет смысла.
На другой вопрос: как даны были Бородинское и предшествующее ему Шевардинское сражения – существует точно так же весьма определенное и всем известное, совершенно ложное представление. Все историки описывают дело следующим образом:
Русская армия будто бы в отступлении своем от Смоленска отыскивала себе наилучшую позицию для генерального сражения, и таковая позиция была найдена будто бы у Бородина.
Русские будто бы укрепили вперед эту позицию, влево от дороги (из Москвы в Смоленск), под прямым почти углом к ней, от Бородина к Утице, на том самом месте, где произошло сражение.