Вадуц

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Вадуц
нем. Vaduz
Герб
Флаг
Страна

Лихтенштейн Лихтенштейн

Статус

община

Административный центр

Вадуц

Дата образования

XIII век

Мэр

Эвальд Оспельт

Официальный язык

немецкий

Население (2015)

5 434[1] (2-е место)

Плотность

314 чел./км² (3-е место)

Площадь

17,316 км²
(5-е место)

Высота
над уровнем моря
 • Средняя высота



 483 м

Часовой пояс

UTC+1

Код ISO 3166-2

LI-11

[www.vaduz.li/ Официальный сайт]
Координаты: 47°08′23″ с. ш. 9°31′19″ в. д. / 47.13972° с. ш. 9.52194° в. д. / 47.13972; 9.52194 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=47.13972&mlon=9.52194&zoom=12 (O)] (Я)

Ваду́ц (нем. Vaduz, по-немецки произносится [faˈduːts] или [faˈdʊts]) — столица княжества Лихтенштейн и место расположения национального парламента. В городе, расположившемся в верховье Рейна, проживают свыше 5400 жителей (по данным 2015 года), большинство из которых являются католиками. Кафедральный собор города является резиденцией архиепископа Римско-католической церкви. Площадь — 17,316 км². Официальный код — 7001. Почтовый индекс — 9490.

Уступает по населению соседней общине Шан.





История

В исторических рукописях Вадуц впервые упоминается в XII веке под названием Фардуцес. Но всё же принято считать, что город был основан в XIII веке графом Верденбергским. Имеется упоминание о крепости в 1322 году, занятой Швейцарией в 1499 году.

На протяжении веков династия Лихтенштейнов приобретала большие участки земли преимущественно в Центральной Европе, но все эти территории были частями феодальных поместий других феодалов. Таким образом, не имея земель, подчиняющихся непосредственно Императорскому престолу, династия Лихтенштейнов была не в состоянии соответствовать основному требованию, чтобы получить право на заседание в Императорском Конгрессе, Рейхстаге.

Князь Иоганн Адам Андреас купил владение Шелленберг в 1669 году и графство Вадуц в 1712 году и таким образом получил земли на территории империи. 23 октября 1719 года указом Императора Карла VI княжество Шелленберг и графство Вадуц были объединены в княжество Лихтенштейн, первым князем которого и стал Антон Флориан фон Лихтенштейн. Княжеская семья обосновалась в старинном замке Вадуц, а одноимённый город вблизи него со временем приобрёл статус столицы княжества.

Климат

Климат Вадуца
Показатель Янв. Фев. Март Апр. Май Июнь Июль Авг. Сен. Окт. Нояб. Дек. Год
Средний максимум, °C 4,3 6 11,1 15,1 19,8 22,3 24,5 23,7 19,7 15,5 8,9 5,1 14,7
Средняя температура, °C 0,7 2,1 6,3 9,9 14,4 17 19 18,4 14,9 10,9 5,2 1,8 10,1
Средний минимум, °C −2,7 −1,7 2 5 9,4 12,3 14,2 14 10,7 6,8 1,8 −1,3 5,9
Норма осадков, мм 41 38 57 55 86 115 138 142 102 63 59 52 947
Источник: [2]

Население

Годы Население Рождений Смертей Е.п Сальдо Рождаемость

%

Смертность

%

Е.п

%

Сальдо

%

1999 5 106 65 37 28 -91 12,89 7,34 5,55 -18,04
2000 5 043 42 37 5 -121 8,52 7,51 1,01 -24,56
2001 4 927 44 43 1 21 8,89 8,69 0,20 4,24
2002 4 949 47 49 -2 91 9,33 9,73 -0,40 18,06
2003 5 038 50 45 5 -38 9,99 8,99 1,00 -7,59
2004 5 005 44 35 9 39 8,71 6,93 1,78 7,72
2005 5 053 43 35 8 -14 8,52 6,93 1,59 -2,77
2006 5 047 49 36 13 10 9,66 7,10 2,56 1,97
2007 5 070 49 33 16 18 9,60 6,47 3,13 3,53
2008 5 104 47 36 11 -4 9,20 7,04 2,15 -0,78
2009 5 111 52 53 -1 94 9,99 10,18 -0,19 18,06
2010 5 204 32 52 -20 23 6,15 9,99 -3,84 4,42
2011 5 207 57 44 13 16 10,89 8,40 2,48 3,06
2012 5 236
2013 5 229

[www.llv.li/amtsstellen/llv-as-bevoelkerung/llv-as-bevoelkerung-bevoelkerungsstatistik_per_31_dezember.htm Bevölkerungsstatistik 31. Dezember 2012]

Инфраструктура

Помимо княжеского замка, который виден из любой точки города, главными достопримечательностями города также являются кафедральный собор св. Флорина, дом правительства и ратуша, которые демонстрируют разнообразную городскую архитектуру на различных этапах её истории.

В Вадуце находятся Национальная картинная галерея, Национальный музей и Музей современного искусства. Имеется также Почтовый музей и Музей лыж.

Вадуц является развитым туристическим центром Европы, несмотря на то, что является одной из немногих столиц мира, где нет ни аэропорта, ни железнодорожного вокзала. Ближайшая железнодорожная станция располагается в 2 км от Вадуца в городе Шан, там останавливаются в основном поезда железнодорожной ветки Букс (Швейцария) — Фельдкирх (Австрия). Однако в городе очень хорошо развито автобусное движение, а также налажена автобусная связь с ближайшими городами на крупных магистральных железнодорожных ветках.

В Вадуце базируется местный одноимённый футбольный клуб, который, как и другие в Лихтенштейне, играет в швейцарской футбольной лиге.

Образование

Галерея

Виды города

Города-побратимы

Известные уроженцы

  • Шедлер, Альберт (1848—1922) — лихтенштейнский политический деятель, председатель ландтага Лихтенштейна.

См. также

Напишите отзыв о статье "Вадуц"

Примечания

  1. [www.citypopulation.de/Liechtenstein.html The population of the electoral districts of Liechtenstein according to census results and latest official estimates].
  2. [www.meteoschweiz.admin.ch/product/output/climate-data/climate-diagrams-normal-values-station-processing/VAD/climsheet_VAD_np8110_d.pdf Klimanormwerte Vaduz — Normperiode 1981−2010] (нем.). MeteoSchweiz. Проверено 20 марта 2016.

Ссылки

  • [www.vaduz.li/ Официальный сайт коммуны Вадуц]  (нем.)

Отрывок, характеризующий Вадуц



В душе Пьера теперь не происходило ничего подобного тому, что происходило в ней в подобных же обстоятельствах во время его сватовства с Элен.
Он не повторял, как тогда, с болезненным стыдом слов, сказанных им, не говорил себе: «Ах, зачем я не сказал этого, и зачем, зачем я сказал тогда „je vous aime“?» [я люблю вас] Теперь, напротив, каждое слово ее, свое он повторял в своем воображении со всеми подробностями лица, улыбки и ничего не хотел ни убавить, ни прибавить: хотел только повторять. Сомнений в том, хорошо ли, или дурно то, что он предпринял, – теперь не было и тени. Одно только страшное сомнение иногда приходило ему в голову. Не во сне ли все это? Не ошиблась ли княжна Марья? Не слишком ли я горд и самонадеян? Я верю; а вдруг, что и должно случиться, княжна Марья скажет ей, а она улыбнется и ответит: «Как странно! Он, верно, ошибся. Разве он не знает, что он человек, просто человек, а я?.. Я совсем другое, высшее».
Только это сомнение часто приходило Пьеру. Планов он тоже не делал теперь никаких. Ему казалось так невероятно предстоящее счастье, что стоило этому совершиться, и уж дальше ничего не могло быть. Все кончалось.
Радостное, неожиданное сумасшествие, к которому Пьер считал себя неспособным, овладело им. Весь смысл жизни, не для него одного, но для всего мира, казался ему заключающимся только в его любви и в возможности ее любви к нему. Иногда все люди казались ему занятыми только одним – его будущим счастьем. Ему казалось иногда, что все они радуются так же, как и он сам, и только стараются скрыть эту радость, притворяясь занятыми другими интересами. В каждом слове и движении он видел намеки на свое счастие. Он часто удивлял людей, встречавшихся с ним, своими значительными, выражавшими тайное согласие, счастливыми взглядами и улыбками. Но когда он понимал, что люди могли не знать про его счастье, он от всей души жалел их и испытывал желание как нибудь объяснить им, что все то, чем они заняты, есть совершенный вздор и пустяки, не стоящие внимания.
Когда ему предлагали служить или когда обсуждали какие нибудь общие, государственные дела и войну, предполагая, что от такого или такого исхода такого то события зависит счастие всех людей, он слушал с кроткой соболезнующею улыбкой и удивлял говоривших с ним людей своими странными замечаниями. Но как те люди, которые казались Пьеру понимающими настоящий смысл жизни, то есть его чувство, так и те несчастные, которые, очевидно, не понимали этого, – все люди в этот период времени представлялись ему в таком ярком свете сиявшего в нем чувства, что без малейшего усилия, он сразу, встречаясь с каким бы то ни было человеком, видел в нем все, что было хорошего и достойного любви.
Рассматривая дела и бумаги своей покойной жены, он к ее памяти не испытывал никакого чувства, кроме жалости в том, что она не знала того счастья, которое он знал теперь. Князь Василий, особенно гордый теперь получением нового места и звезды, представлялся ему трогательным, добрым и жалким стариком.
Пьер часто потом вспоминал это время счастливого безумия. Все суждения, которые он составил себе о людях и обстоятельствах за этот период времени, остались для него навсегда верными. Он не только не отрекался впоследствии от этих взглядов на людей и вещи, но, напротив, в внутренних сомнениях и противуречиях прибегал к тому взгляду, который он имел в это время безумия, и взгляд этот всегда оказывался верен.
«Может быть, – думал он, – я и казался тогда странен и смешон; но я тогда не был так безумен, как казалось. Напротив, я был тогда умнее и проницательнее, чем когда либо, и понимал все, что стоит понимать в жизни, потому что… я был счастлив».
Безумие Пьера состояло в том, что он не дожидался, как прежде, личных причин, которые он называл достоинствами людей, для того чтобы любить их, а любовь переполняла его сердце, и он, беспричинно любя людей, находил несомненные причины, за которые стоило любить их.


С первого того вечера, когда Наташа, после отъезда Пьера, с радостно насмешливой улыбкой сказала княжне Марье, что он точно, ну точно из бани, и сюртучок, и стриженый, с этой минуты что то скрытое и самой ей неизвестное, но непреодолимое проснулось в душе Наташи.
Все: лицо, походка, взгляд, голос – все вдруг изменилось в ней. Неожиданные для нее самой – сила жизни, надежды на счастье всплыли наружу и требовали удовлетворения. С первого вечера Наташа как будто забыла все то, что с ней было. Она с тех пор ни разу не пожаловалась на свое положение, ни одного слова не сказала о прошедшем и не боялась уже делать веселые планы на будущее. Она мало говорила о Пьере, но когда княжна Марья упоминала о нем, давно потухший блеск зажигался в ее глазах и губы морщились странной улыбкой.
Перемена, происшедшая в Наташе, сначала удивила княжну Марью; но когда она поняла ее значение, то перемена эта огорчила ее. «Неужели она так мало любила брата, что так скоро могла забыть его», – думала княжна Марья, когда она одна обдумывала происшедшую перемену. Но когда она была с Наташей, то не сердилась на нее и не упрекала ее. Проснувшаяся сила жизни, охватившая Наташу, была, очевидно, так неудержима, так неожиданна для нее самой, что княжна Марья в присутствии Наташи чувствовала, что она не имела права упрекать ее даже в душе своей.
Наташа с такой полнотой и искренностью вся отдалась новому чувству, что и не пыталась скрывать, что ей было теперь не горестно, а радостно и весело.
Когда, после ночного объяснения с Пьером, княжна Марья вернулась в свою комнату, Наташа встретила ее на пороге.
– Он сказал? Да? Он сказал? – повторила она. И радостное и вместе жалкое, просящее прощения за свою радость, выражение остановилось на лице Наташи.
– Я хотела слушать у двери; но я знала, что ты скажешь мне.
Как ни понятен, как ни трогателен был для княжны Марьи тот взгляд, которым смотрела на нее Наташа; как ни жалко ей было видеть ее волнение; но слова Наташи в первую минуту оскорбили княжну Марью. Она вспомнила о брате, о его любви.
«Но что же делать! она не может иначе», – подумала княжна Марья; и с грустным и несколько строгим лицом передала она Наташе все, что сказал ей Пьер. Услыхав, что он собирается в Петербург, Наташа изумилась.
– В Петербург? – повторила она, как бы не понимая. Но, вглядевшись в грустное выражение лица княжны Марьи, она догадалась о причине ее грусти и вдруг заплакала. – Мари, – сказала она, – научи, что мне делать. Я боюсь быть дурной. Что ты скажешь, то я буду делать; научи меня…
– Ты любишь его?
– Да, – прошептала Наташа.
– О чем же ты плачешь? Я счастлива за тебя, – сказала княжна Марья, за эти слезы простив уже совершенно радость Наташи.
– Это будет не скоро, когда нибудь. Ты подумай, какое счастие, когда я буду его женой, а ты выйдешь за Nicolas.
– Наташа, я тебя просила не говорить об этом. Будем говорить о тебе.
Они помолчали.
– Только для чего же в Петербург! – вдруг сказала Наташа, и сама же поспешно ответила себе: – Нет, нет, это так надо… Да, Мари? Так надо…


Прошло семь лет после 12 го года. Взволнованное историческое море Европы улеглось в свои берега. Оно казалось затихшим; но таинственные силы, двигающие человечество (таинственные потому, что законы, определяющие их движение, неизвестны нам), продолжали свое действие.
Несмотря на то, что поверхность исторического моря казалась неподвижною, так же непрерывно, как движение времени, двигалось человечество. Слагались, разлагались различные группы людских сцеплений; подготовлялись причины образования и разложения государств, перемещений народов.
Историческое море, не как прежде, направлялось порывами от одного берега к другому: оно бурлило в глубине. Исторические лица, не как прежде, носились волнами от одного берега к другому; теперь они, казалось, кружились на одном месте. Исторические лица, прежде во главе войск отражавшие приказаниями войн, походов, сражений движение масс, теперь отражали бурлившее движение политическими и дипломатическими соображениями, законами, трактатами…