Венгерский язык

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Венгерский язык
Самоназвание:

Magyar nyelv

Страны:

Венгрия, Румыния, Словакия, Украина, Сербия, Хорватия, Австрия, Словения

Официальный статус:

Венгрия Венгрия
Региональный или локальный официальный язык:
Сербия Сербия:

Румыния Румыния:

Украина Украина:

Европейский союз Европейский союз

Регулирующая организация:

Институт лингвистики венгерской Академии наук

Общее число говорящих:

14 млн

Рейтинг:

52

Классификация
Категория:

Языки Евразии

Уральские языки

Финно-угорские языки
Угорские языки
Письменность:

латиница (венгерский алфавит)

Языковые коды
ГОСТ 7.75–97:

вен 133

ISO 639-1:

hu

ISO 639-2:

hun

ISO 639-3:

hun

См. также: Проект:Лингвистика

Венге́рский язы́к (magyar, magyar nyelv, устаревшее название — мадьярский язык) — язык венгров. Принадлежит к финно-угорской семье языков, внутри которой он вместе с мансийским и хантыйским языками составляет угорскую группу.

В Европе отдалённо родственными языками являются финский и эстонский, однако до конца XIX века факт принадлежности венгерского языка к финно-угорским подвергался сомнению. С другой стороны, большее количество общих корней обнаруживается в языках проживающих на территории России финно-угорских народов — коми, марийском, мордовском, удмуртском.

Кроме Венгрии, распространён в Закарпатской области Украины, а также в местах компактного проживания венгерского национального меньшинства в Сербии (Воеводина), Румынии (Трансильвания), Словакии, Хорватии, Словении.





История

Венгерский язык — один из немногих неиндоевропейских языков современной Европы со значительным количеством говорящих. Около 900—1000 гг. н. э. венгерские племена, переселившиеся из Сибири и Урала, заселяют среднедунайскую равнину, а также Прикарпатье (Трансильванию), где оседают близкие венграм секеи и чангоши. В отличие от мигрировавших по равнине за три-четыре века до этого славянских племён, венгерское вторжение было относительно поздним и носило довольно воинственный характер, осуществляясь в условиях острой конкуренции за ресурсы со славянами (с севера и юга), с немцами (на западе) и валахами (румынами) на востоке. В ходе контактов с этими народами венгры, как и валахи (румыны), переняли много славянских лексических элементов, составляющих около пятой части всей лексики. В XII—XIII веках Венгерское королевство окончательно подчиняет ряд славянских земель.

Поражение Венгрии в войне с Турцией в 1526 году приводит к церковному разброду и Венгерской реформации, которая продлилась полтора века. Реформация приводит к возникновению и росту печатной литературы на венгерском языке, большая часть которой публиковалась с целью оспорить те или иные католические постулаты. Известный деятель реформации Матьяш Деваи выпустил первый печатный труд на венгерском языке «Венгерская орфография».

В период между 1541 и 1699 годами значительная часть венгров проживает в условиях турецкого господства. Тюркское влияние в венгерском языке, где уже до этого имелся мощный тюркский субстрат, становится ещё более заметным. Трансильвания остаётся полунезависимой, в ней активно развивается венгерская протестантская литература. Наконец, небольшая часть венгерских земель находится под властью австрийской короны.

После включения в состав Австрийской империи и последовавших сразу после этого репрессий против протестантов венгерский язык испытывает сильное немецкое влияние, но постепенно восстанавливает господствующие позиции в качестве единственного официального языка Транслейтании (венгерской части Австро-Венгрии). Период между 1867 и 1918 годами по праву можно считать золотым веком венгерского языка, когда он исполняет функцию лингва франка на обширных пространствах Центральной Европы от Карпат до Адриатического моря. Заметно увеличивается доля владеющих венгерским как в качестве первого, так и второго языка (среди невенгерских народов показатель владения им вырос с 5,6 % в 1880 г. до 15,3 % в 1915). Многие города Трансильвании стали практически полностью венгроязычными (например, Клуж-Напока или, по-венгерски, Коложвар). На венгерский язык перешли многие румыны и даже немцы в Венгрии, в том числе трансильванские саксы, а также евреи и даже цыгане.

И всё же ассимиляция данных народов была затруднена сильным отличием венгерского языка от языков соседних народов, его тенденцией создавать собственную лексику вместо инкорпорации заимствованных слов. К концу XIX века усиливаются ассимиляционное давление и гонения на местные национальные языки меньшинств королевства со стороны венгерской верхушки. Трианонский договор привёл к значительному сокращению собственно венгерской территории. После 1918 г. в целом наблюдается значительное сокращение использования венгерского языка за пределами Венгрии.

Венгерская литература

Первый дошедший до нас письменный памятник на венгерском языке — «Надгробная речь и молитва» (Halotti Beszéd és Könyörgés) создан около 1200 г. При этом до 2-й половины XVI в. для записи текстов венгры пользовались в основном латинским и немецким языками. Немецкий язык до сих пор остаётся самым распространённым иностранным языком среди венгров. Вплоть до середины XX века значительное количество венгров владело им как вторым. С пробуждением национального самосознания в XVI и XVII вв. венгры отдают всё большее предпочтение родному языку.

Письменность

Алфавит

Буква Название Фонема
A a a ɒ
Á á á /a:/
B b /b/
C c /ʦ/
Cs cs csé /ʧ/
D d /d/
Dz dz dzé /ʣ/
Dzs dzs dzsé /ʤ/
E e e ɛ
É é é /e:/
F f ef /f/
G g /g/
Gy gy gyé /ɟ/
H h /h/
I i i i
Í í í /i:/
J j /j/
K k /k/
L l el /l/
Ly ly el ipszilon /j/
M m em /m/
N n en /n/
Ny ny eny /ɲ/
O o o o
Ó ó ó /o:/
Ö ö ö ø
Ő ő ő /ø:/
P p /p/
R r er /r/
S s es /ʃ/
Sz sz esz /s/
T t /t/
Ty ty tyé /c/
U u u u
Ú ú ú /u:/
Ü ü ü y
Ű ű ű /y:/
V v /v/
Z z /z/
Zs zs zsé /ʒ/
Только для записи слов иностранного происхождения
Q q
W w dupla vé
X x iksz
Y y ipszilon

Лингвистическая характеристика

Фонетика и фонология

Гласные

В венгерском языке 14 гласных звуков. Дифтонгов нет (в отличие от родственного финского языка или соседних немецкого и словацкого), однако присутствуют дифтонгоиды (ó, ő, ű могут произноситься с призвуком u, é — с призвуком i). Нет также редуцированных звуков, как в русском или английском. Гласные в венгерском языке произносятся чётче, чем в русском, слоги звучат более отчётливо. Вообще венгерский язык отличается чёткой, сильной артикуляцией.

Различаются краткие (a, e, i, o, ö, u, ü) и долгие (á, é, í, ó, ő, ú, ű) гласные: vad ‘дикий’ — vád ‘жалоба’; tör ‘ломит’ — tőr ‘кинжал’. Пары гласных a/á и e/é различаются не только по долготе, но и по подъёму (иначе, «закрытости» гласных).

Различаются гласные заднего (a, á, o, ó, u, ú) и переднего (e, é, i, í, ö, ő, ü, ű) ряда, причём по этому признаку все гласные слова должны быть однородны (так называемое свойство сингармонизма по ряду, для европейских языков редкое): barnulásotokról ‘о вашем загаре’ — zöldülésetekről ‘о вашем позеленении’, в связи с чем большинство суффиксов существует как минимум в двух вариантах.

Ударение силовое, падает всегда на первый слог (как и в иных финно-угорских, за исключением удмуртского, а также в некоторых славянских языках, как, например, в словацком языке). Для русскоязычных может представлять затруднение независимость долготы гласных и ударения, потому может ошибочно показаться, что ударение иногда падает в середину или конец слова (в заимствованиях из венгерского такой сдвиг ударения иногда возможен: Балато́н вместо исходного Ба́латон и т. п.).

Особая венгерская гласная фонема «a» /ɒ/, имеющая аналоги в татарском и долгий вариант в персидском языках, представляет затруднения для иностранцев, изучающих венгерский. Артикуляционно близка к аналогичному звуку в современном татарском языке, однако в татарском [ɒ] появляется лишь как вариант фонемы в определённых условиях (например, первый слог или первый из нескольких звук а в слове), в то время как в венгерском это постоянная фонема. Некоторые исследователи (Габдулхай Ахатов, Рона-Таш, Людмила Аюпова) считают её «остаточным явлением», унаследованным от нахождения правенгерского языка в поволжском (волго-камском) языковом союзе.

Согласные

Фонетическая система характеризуется также использованием мягких согласных звуков (ny [н'], ty [т'], gy [д']), неаспирированных взрывных согласных (произносимых без «h» звуков p, t, k, в противоположность германским языкам) и возможностью сочетания твёрдых согласных с гласными переднего ряда (то есть возможны сочетания ne, ti и т. д., а не только nye, tyi — в противоположность, например, русскому языку, где сочетания де, те, не, ле произносятся почти всегда мягко).

Морфология

Венгерский язык является синтетическим языком. Агглютинативный характер даёт возможность накопления суффиксов. Грамматический род в венгерском языке отсутствует. Имеется определённый и неопределённый артикль. Венгерский язык обладает своеобразной системой притяжательных суффиксов, примыкающих к именам (так называемое притяжательное склонение имён, также свойственное тюркским и тунгусо-маньчжурским языкам): könyvem ‘моя книга’, könyved ‘твоя книга’, könyve ‘его/её книга’.

В венгерском языке имеется несколько грамматических форм одной и той же морфемы как следствие сингармонизма — как в случае корней слов, так и в области богатой системы суффиксов (точнее, аффиксов). Примеры: fal-on — «на стене», kép-en — «на картине», tükr-ön — «на зеркале». Язык обладает богатой системой падежей. В современном языке употребляется только 2 глагольных времени — настоящее и прошедшее. Для выражения будущего времени используется глагол совершенного вида в настоящем времени или конструкция со вспомогательным глаголом fog. В диалектах встречаются архаические формы прошедшего времени, например, «mondta volt» (Трансильвания). Отсутствует глагол владения, характерный для индоевропейской группы, вместо этого употребляется сочетание nekem van (valami), подобное русскому «у меня есть (кое-что)». Различается переходное («предметное») и непереходное («субъектное») спряжение глаголов: olvasok, olvasom. Исходной формой глагола считается форма единственного числа третьего лица. Инфинитив может иметь притяжательную форму (látnom, látnod, látnia и т. д.).

Падежи

Падежи, которые могут употребляться с любыми словами (на примере слова ház «дом»)
Падеж Аффиксы падежа Значение падежа Пример в ед.ч. Пример во мн.ч. Перевод Предложения
Номинатив - субъект ház házak дом Еz a ház magas. — Этот дом высокий.
Аккузатив -t/-at/-ot/-et/-öt объект házat házakat дом Vettem egy házat. — Я купил дом.
Инессив -ban/-ben (где?) в… házban házakban в доме A család egy szép házban lakik. — Семья живёт в красивом доме.
Иллатив -ba/-be (куда?) в… házba házakba в дом Lépj be a házba! — Войди в дом!
Суперессив -n/-on/-en/-ön (где?) на… házon házakon на доме A házon meglátszott az idő vasfoga. — Следы времени остались на доме.
Сублатив -ra/-re (куда?) на… házra házakra на дом Egy fehér galamb szállt a házra. — Белый голубь сел на дом.
Адессив -nál/-nél (где?) у… háznál házaknál у дома Megálltunk a háznál. — Мы остановились у дома.
Аллатив -hoz/-hez/-höz (куда?) к… házhoz házakhoz к дому Odamentek a házhoz. — Они подошли к дому.
Элатив -ból/-ből (откуда?) из… házból házakból из дома Kisétált a házból. — Он вышел из дома.
Делатив -ról/-ről (откуда?) с… házról házakról с дома A házról levették a zászlót. — С дома сняли флаг.
(о чём?) о… о доме Sokat mesélt a házról. — Она много рассказывала о доме.
Аблатив -tól/-től (откуда?) от… háztól házaktól от дома A háztól nem messze egy kutat találtam. — Недалеко от дома я нашёл колодец.
Датив -nak/-nek (кому?) háznak házaknak дому Búcsút intett a szülői háznak. — На прощание он помахал рукой родительскому дому.
Генетив -nak a/-nek a (чей?) háznak a házaknak a дома Ennek a háznak a fala is üvegből volt. — Даже стены этого дома были из стекла.
Терминалис -ig (до чего/скольки?) до… házig házakig до дома Két és fél kilométer az iskolától a házig. — От школы до дома — два с половиной километра.
Инструменталис-комитатив -val/-vel (чем? с чем?) с… házzal házakkal с домом Mi legyen a házzal? — Что делать с домом?
Эссив-формалис -ként в качестве…, как… házként házakként в качестве дома Ez a nyaraló családi házként van nyilvántartva. — Эта дача зарегистрирована как семейный дом.
Транслатив-фактив -vá/-vé (во что?) házzá házakká в дом Közösségi házzá alakult át az egykori mozi. — Бывший кинотеатр преобразовался в общественный дом.
Каузалис-финалис -ért (для чего? за что?) házért házakért за дом Mennyit fizettél a házért? — Сколько ты платил за дом?
Падежи, употребляющиеся не со всеми словами
Падеж Аффиксы падежа Значение падежа Пример Перевод Предложения
Эссив-модалис -ul/-ül как? magyarul по-венгерски Hogy van ez magyarul? — Как это будет по-венгерски?
Формалис -képp(en) (каким образом?) másképpen другим способом Én másképpen oldanám meg a feladatot. — Я бы решил задачу по-другому.
Темпоралис -kor (когда?) в… tízkor в десять часов A vonat tízkor érkezik. — Поезд прибывает в 10 часов.
Социатив -stul/-stül вместе с… családostul вместе с семьёй Családostul költözött külföldre a magyar hegedűművész. — Венгерский скрипач переехал за границу вместе с семьёй.
Дистрибутив -nként в каждый… fejenként на каждого, на душу A rafting ára fejenként 12000 Ft. — Стоимость рафтинга — 12000 форинтов с человека.
Дистрибутив-темпоралис -nta/-nte еже-, каждый… havonta ежемесячно A folyóirat havonta jelenik meg. — Журнал выходит ежемесячно.
Локатив -tt (где?) в… Pécsett в Пече Felhőszakadás volt Pécsett és Pétervárott. — В Пече и Петербурге прошёл проливной дождь.

Притяжательные суффиксы

Один обладатель

Единственное число Значение Лицо Множественное число Значение
-m/-om/-am/-em/-öm мой 1 -im/-aim/-eim/-jaim/-jeim мои
-d/-od/-ad/-ed/-öd твой 2 -id/-aid/-eid/-jaid/-jeid твои
-a/-e/-ja/-je его/её 3 -i/-ai/-ei/-jai/-jei его

Пример:

Единственное число Значение Лицо Множественное число Значение
városom мой город 1 városaim мои города
városod твой город 2 városaid твои города
városa его/её город 3 városai его/её города

Много обладателей

Единственное число Значение Лицо Множественное число Значение
-nk/-unk/-ünk наш 1 ink/-aink/-eink/-jaink/-jeink наши
-tok/-tek/-tök/-otok/-atok/-etek/-ötök ваш 2 itok/-itek/-aitok/-eitek/-jaitok/-jeitek ваши
-uk/-ük/-juk/-jük их 3 -ik/-aik/-eik/-jaik/-jeik их

Пример:

Единственное число Значение Лицо Множественное число Значение
városunk наш город 1 városaink наши города
városotok ваш город 2 városaitok ваши города
városuk их город 3 városaik их города

Синтаксис

В венгерском языке, как и в русском, одиночное существительное может выступать в роли сказуемого: Apám tanító («Мой отец — учитель»). В третьем лице настоящего времени, как и в русском языке, глагол-связка van ‘есть’ выпадает: István tanuló («Стёпа — ученик»). Порядок слов в нейтральных предложениях — «SVO» (подлежащее — сказуемое — дополнение): Én megyek az iskolába. «Я иду в школу (констатирую факт).», а в других зависит от фокуса предложения, который всегда располагается перед глаголом: Az iskolába megyek én. «В школу я иду (а не куда-то ещё)

Лексика

С V по IX вв. н. э. венгерский язык испытал значительное влияние тюркских наречий. С IX в. н. э. в венгерский язык начинают проникать славянские элементы. После принятия венграми христианства латынь становится официальным языком богослужения, поставляя в венгерский язык латинские и греческие термины. Наконец, последние два столетия в венгерский активно проникают германизмы, галлицизмы и итальянские заимствования. В середине XX века — русизмы, с конца XX века — англицизмы и американизмы.

Двигаясь через Урал, далее по Русской равнине через Карпаты к территории современной Венгрии, правенгерские племена контактировали с многочисленными тюркскими, иранскими, славянскими народами и племенными группами. Это нашло отражение в лексике венгерского языка: в нём сохранилось много иранских и тюркских заимствований. Но, как и в румынском, наиболее многочисленны славянизмы — несколько тысяч. Результатом этих процессов стал современный лексикон венгерского языка, на 21 % состоящий из исконной угро-финской лексики, на 20 % — из слов славянского происхождения, на 11 % — из немецких, на 9 % — из тюркских, на 9 % — латино-греческих. У славян заимствованы слова: medve (медведь), málna (малина), mák (мак). К славянским заимствованиям относится в первую очередь многочисленная лексика государственной и общественной жизни, термины земледелия и животноводства, рыболовства и охоты, названия ремёсел, разнообразная утварь жилища и домашнего хозяйства, предметы одежды, дни недели и т. д. Славянские заимствования, как правило, имеют неогублённую (сильную) а (á); в тюркских по происхождению словах а огублена (а). К тюркским заимствованиям относятся слова gyümölcsök (фрукты, ср. тюркск. йемиш/yemiş, чув. çимĕç), также alma (яблоко). Остальные 30 % словаря составляют слова неясного происхождения, которых также много и в соседнем — румынском языке. При этом, однако, нужно учитывать, что частотность исконной лексики выше, а потому разговорная и письменная речь состоит из угро-финских корней на 80—90 % (так же, как в английском — в словаре преобладает романская лексика, а в речи — германская).

См. также

Напишите отзыв о статье "Венгерский язык"

Литература

  • Венгерские литература и язык // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Венгерский язык // Брасос — Веш. — М. : Советская энциклопедия, 1971. — (Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров ; 1969—1978, т. 4).</span>
  • Д. И. Ермолович, Имена собственные на стыке языков и культур. Заимствование и передача имён собственных с точки зрения лингвистики и теории перевода. С приложением правил практической транскрипции имён с 23 иностранных языков, в том числе, слоговых соответствий для китайского и японского языков. — М.: Р. Валент, 2001. — ISBN 5-93439-046-5. — Стр. 141—143.
  • Р. С. Гиляревский, Б. А. Старостин, Иностранные имена и названия в русском тексте. — М.: Высшая школа, 1985 (3-е изд.). — Стр. 117—126.

Примечания

Ссылки

«Википедия» содержит раздел
на венгерском языке
«Kezdőlap»

В Викисловаре список слов венгерского языка содержится в категории «Венгерский язык»
  • [www.krugosvet.ru/enc/gumanitarnye_nauki/lingvistika/VENGERSKI_YAZIK.html Венгерский язык] // Энциклопедия «Кругосвет».
  • [orosz-szotar.hu/ Русско-венгерский словарь]
  • [www.zruv.com/index.php/index/Английско-Венгерский+словарь+English-Hungarian+dictionary.xhtml Английско-венгерский словарь]

Отрывок, характеризующий Венгерский язык

Была одна странница, Федосьюшка, 50 ти летняя, маленькая, тихенькая, рябая женщина, ходившая уже более 30 ти лет босиком и в веригах. Ее особенно любила княжна Марья. Однажды, когда в темной комнате, при свете одной лампадки, Федосьюшка рассказывала о своей жизни, – княжне Марье вдруг с такой силой пришла мысль о том, что Федосьюшка одна нашла верный путь жизни, что она решилась сама пойти странствовать. Когда Федосьюшка пошла спать, княжна Марья долго думала над этим и наконец решила, что как ни странно это было – ей надо было итти странствовать. Она поверила свое намерение только одному духовнику монаху, отцу Акинфию, и духовник одобрил ее намерение. Под предлогом подарка странницам, княжна Марья припасла себе полное одеяние странницы: рубашку, лапти, кафтан и черный платок. Часто подходя к заветному комоду, княжна Марья останавливалась в нерешительности о том, не наступило ли уже время для приведения в исполнение ее намерения.
Часто слушая рассказы странниц, она возбуждалась их простыми, для них механическими, а для нее полными глубокого смысла речами, так что она была несколько раз готова бросить всё и бежать из дому. В воображении своем она уже видела себя с Федосьюшкой в грубом рубище, шагающей с палочкой и котомочкой по пыльной дороге, направляя свое странствие без зависти, без любви человеческой, без желаний от угодников к угодникам, и в конце концов, туда, где нет ни печали, ни воздыхания, а вечная радость и блаженство.
«Приду к одному месту, помолюсь; не успею привыкнуть, полюбить – пойду дальше. И буду итти до тех пор, пока ноги подкосятся, и лягу и умру где нибудь, и приду наконец в ту вечную, тихую пристань, где нет ни печали, ни воздыхания!…» думала княжна Марья.
Но потом, увидав отца и особенно маленького Коко, она ослабевала в своем намерении, потихоньку плакала и чувствовала, что она грешница: любила отца и племянника больше, чем Бога.



Библейское предание говорит, что отсутствие труда – праздность была условием блаженства первого человека до его падения. Любовь к праздности осталась та же и в падшем человеке, но проклятие всё тяготеет над человеком, и не только потому, что мы в поте лица должны снискивать хлеб свой, но потому, что по нравственным свойствам своим мы не можем быть праздны и спокойны. Тайный голос говорит, что мы должны быть виновны за то, что праздны. Ежели бы мог человек найти состояние, в котором он, будучи праздным, чувствовал бы себя полезным и исполняющим свой долг, он бы нашел одну сторону первобытного блаженства. И таким состоянием обязательной и безупречной праздности пользуется целое сословие – сословие военное. В этой то обязательной и безупречной праздности состояла и будет состоять главная привлекательность военной службы.
Николай Ростов испытывал вполне это блаженство, после 1807 года продолжая служить в Павлоградском полку, в котором он уже командовал эскадроном, принятым от Денисова.
Ростов сделался загрубелым, добрым малым, которого московские знакомые нашли бы несколько mauvais genre [дурного тона], но который был любим и уважаем товарищами, подчиненными и начальством и который был доволен своей жизнью. В последнее время, в 1809 году, он чаще в письмах из дому находил сетования матери на то, что дела расстраиваются хуже и хуже, и что пора бы ему приехать домой, обрадовать и успокоить стариков родителей.
Читая эти письма, Николай испытывал страх, что хотят вывести его из той среды, в которой он, оградив себя от всей житейской путаницы, жил так тихо и спокойно. Он чувствовал, что рано или поздно придется опять вступить в тот омут жизни с расстройствами и поправлениями дел, с учетами управляющих, ссорами, интригами, с связями, с обществом, с любовью Сони и обещанием ей. Всё это было страшно трудно, запутано, и он отвечал на письма матери, холодными классическими письмами, начинавшимися: Ma chere maman [Моя милая матушка] и кончавшимися: votre obeissant fils, [Ваш послушный сын,] умалчивая о том, когда он намерен приехать. В 1810 году он получил письма родных, в которых извещали его о помолвке Наташи с Болконским и о том, что свадьба будет через год, потому что старый князь не согласен. Это письмо огорчило, оскорбило Николая. Во первых, ему жалко было потерять из дома Наташу, которую он любил больше всех из семьи; во вторых, он с своей гусарской точки зрения жалел о том, что его не было при этом, потому что он бы показал этому Болконскому, что совсем не такая большая честь родство с ним и что, ежели он любит Наташу, то может обойтись и без разрешения сумасбродного отца. Минуту он колебался не попроситься ли в отпуск, чтоб увидать Наташу невестой, но тут подошли маневры, пришли соображения о Соне, о путанице, и Николай опять отложил. Но весной того же года он получил письмо матери, писавшей тайно от графа, и письмо это убедило его ехать. Она писала, что ежели Николай не приедет и не возьмется за дела, то всё именье пойдет с молотка и все пойдут по миру. Граф так слаб, так вверился Митеньке, и так добр, и так все его обманывают, что всё идет хуже и хуже. «Ради Бога, умоляю тебя, приезжай сейчас же, ежели ты не хочешь сделать меня и всё твое семейство несчастными», писала графиня.
Письмо это подействовало на Николая. У него был тот здравый смысл посредственности, который показывал ему, что было должно.
Теперь должно было ехать, если не в отставку, то в отпуск. Почему надо было ехать, он не знал; но выспавшись после обеда, он велел оседлать серого Марса, давно не езженного и страшно злого жеребца, и вернувшись на взмыленном жеребце домой, объявил Лаврушке (лакей Денисова остался у Ростова) и пришедшим вечером товарищам, что подает в отпуск и едет домой. Как ни трудно и странно было ему думать, что он уедет и не узнает из штаба (что ему особенно интересно было), произведен ли он будет в ротмистры, или получит Анну за последние маневры; как ни странно было думать, что он так и уедет, не продав графу Голуховскому тройку саврасых, которых польский граф торговал у него, и которых Ростов на пари бил, что продаст за 2 тысячи, как ни непонятно казалось, что без него будет тот бал, который гусары должны были дать панне Пшаздецкой в пику уланам, дававшим бал своей панне Боржозовской, – он знал, что надо ехать из этого ясного, хорошего мира куда то туда, где всё было вздор и путаница.
Через неделю вышел отпуск. Гусары товарищи не только по полку, но и по бригаде, дали обед Ростову, стоивший с головы по 15 руб. подписки, – играли две музыки, пели два хора песенников; Ростов плясал трепака с майором Басовым; пьяные офицеры качали, обнимали и уронили Ростова; солдаты третьего эскадрона еще раз качали его, и кричали ура! Потом Ростова положили в сани и проводили до первой станции.
До половины дороги, как это всегда бывает, от Кременчуга до Киева, все мысли Ростова были еще назади – в эскадроне; но перевалившись за половину, он уже начал забывать тройку саврасых, своего вахмистра Дожойвейку, и беспокойно начал спрашивать себя о том, что и как он найдет в Отрадном. Чем ближе он подъезжал, тем сильнее, гораздо сильнее (как будто нравственное чувство было подчинено тому же закону скорости падения тел в квадратах расстояний), он думал о своем доме; на последней перед Отрадным станции, дал ямщику три рубля на водку, и как мальчик задыхаясь вбежал на крыльцо дома.
После восторгов встречи, и после того странного чувства неудовлетворения в сравнении с тем, чего ожидаешь – всё то же, к чему же я так торопился! – Николай стал вживаться в свой старый мир дома. Отец и мать были те же, они только немного постарели. Новое в них било какое то беспокойство и иногда несогласие, которого не бывало прежде и которое, как скоро узнал Николай, происходило от дурного положения дел. Соне был уже двадцатый год. Она уже остановилась хорошеть, ничего не обещала больше того, что в ней было; но и этого было достаточно. Она вся дышала счастьем и любовью с тех пор как приехал Николай, и верная, непоколебимая любовь этой девушки радостно действовала на него. Петя и Наташа больше всех удивили Николая. Петя был уже большой, тринадцатилетний, красивый, весело и умно шаловливый мальчик, у которого уже ломался голос. На Наташу Николай долго удивлялся, и смеялся, глядя на нее.
– Совсем не та, – говорил он.
– Что ж, подурнела?
– Напротив, но важность какая то. Княгиня! – сказал он ей шопотом.
– Да, да, да, – радостно говорила Наташа.
Наташа рассказала ему свой роман с князем Андреем, его приезд в Отрадное и показала его последнее письмо.
– Что ж ты рад? – спрашивала Наташа. – Я так теперь спокойна, счастлива.
– Очень рад, – отвечал Николай. – Он отличный человек. Что ж ты очень влюблена?
– Как тебе сказать, – отвечала Наташа, – я была влюблена в Бориса, в учителя, в Денисова, но это совсем не то. Мне покойно, твердо. Я знаю, что лучше его не бывает людей, и мне так спокойно, хорошо теперь. Совсем не так, как прежде…
Николай выразил Наташе свое неудовольствие о том, что свадьба была отложена на год; но Наташа с ожесточением напустилась на брата, доказывая ему, что это не могло быть иначе, что дурно бы было вступить в семью против воли отца, что она сама этого хотела.
– Ты совсем, совсем не понимаешь, – говорила она. Николай замолчал и согласился с нею.
Брат часто удивлялся глядя на нее. Совсем не было похоже, чтобы она была влюбленная невеста в разлуке с своим женихом. Она была ровна, спокойна, весела совершенно по прежнему. Николая это удивляло и даже заставляло недоверчиво смотреть на сватовство Болконского. Он не верил в то, что ее судьба уже решена, тем более, что он не видал с нею князя Андрея. Ему всё казалось, что что нибудь не то, в этом предполагаемом браке.
«Зачем отсрочка? Зачем не обручились?» думал он. Разговорившись раз с матерью о сестре, он, к удивлению своему и отчасти к удовольствию, нашел, что мать точно так же в глубине души иногда недоверчиво смотрела на этот брак.
– Вот пишет, – говорила она, показывая сыну письмо князя Андрея с тем затаенным чувством недоброжелательства, которое всегда есть у матери против будущего супружеского счастия дочери, – пишет, что не приедет раньше декабря. Какое же это дело может задержать его? Верно болезнь! Здоровье слабое очень. Ты не говори Наташе. Ты не смотри, что она весела: это уж последнее девичье время доживает, а я знаю, что с ней делается всякий раз, как письма его получаем. А впрочем Бог даст, всё и хорошо будет, – заключала она всякий раз: – он отличный человек.


Первое время своего приезда Николай был серьезен и даже скучен. Его мучила предстоящая необходимость вмешаться в эти глупые дела хозяйства, для которых мать вызвала его. Чтобы скорее свалить с плеч эту обузу, на третий день своего приезда он сердито, не отвечая на вопрос, куда он идет, пошел с нахмуренными бровями во флигель к Митеньке и потребовал у него счеты всего. Что такое были эти счеты всего, Николай знал еще менее, чем пришедший в страх и недоумение Митенька. Разговор и учет Митеньки продолжался недолго. Староста, выборный и земский, дожидавшиеся в передней флигеля, со страхом и удовольствием слышали сначала, как загудел и затрещал как будто всё возвышавшийся голос молодого графа, слышали ругательные и страшные слова, сыпавшиеся одно за другим.
– Разбойник! Неблагодарная тварь!… изрублю собаку… не с папенькой… обворовал… – и т. д.
Потом эти люди с неменьшим удовольствием и страхом видели, как молодой граф, весь красный, с налитой кровью в глазах, за шиворот вытащил Митеньку, ногой и коленкой с большой ловкостью в удобное время между своих слов толкнул его под зад и закричал: «Вон! чтобы духу твоего, мерзавец, здесь не было!»
Митенька стремглав слетел с шести ступеней и убежал в клумбу. (Клумба эта была известная местность спасения преступников в Отрадном. Сам Митенька, приезжая пьяный из города, прятался в эту клумбу, и многие жители Отрадного, прятавшиеся от Митеньки, знали спасительную силу этой клумбы.)
Жена Митеньки и свояченицы с испуганными лицами высунулись в сени из дверей комнаты, где кипел чистый самовар и возвышалась приказчицкая высокая постель под стеганным одеялом, сшитым из коротких кусочков.
Молодой граф, задыхаясь, не обращая на них внимания, решительными шагами прошел мимо них и пошел в дом.
Графиня узнавшая тотчас через девушек о том, что произошло во флигеле, с одной стороны успокоилась в том отношении, что теперь состояние их должно поправиться, с другой стороны она беспокоилась о том, как перенесет это ее сын. Она подходила несколько раз на цыпочках к его двери, слушая, как он курил трубку за трубкой.
На другой день старый граф отозвал в сторону сына и с робкой улыбкой сказал ему:
– А знаешь ли, ты, моя душа, напрасно погорячился! Мне Митенька рассказал все.
«Я знал, подумал Николай, что никогда ничего не пойму здесь, в этом дурацком мире».
– Ты рассердился, что он не вписал эти 700 рублей. Ведь они у него написаны транспортом, а другую страницу ты не посмотрел.
– Папенька, он мерзавец и вор, я знаю. И что сделал, то сделал. А ежели вы не хотите, я ничего не буду говорить ему.
– Нет, моя душа (граф был смущен тоже. Он чувствовал, что он был дурным распорядителем имения своей жены и виноват был перед своими детьми но не знал, как поправить это) – Нет, я прошу тебя заняться делами, я стар, я…
– Нет, папенька, вы простите меня, ежели я сделал вам неприятное; я меньше вашего умею.
«Чорт с ними, с этими мужиками и деньгами, и транспортами по странице, думал он. Еще от угла на шесть кушей я понимал когда то, но по странице транспорт – ничего не понимаю», сказал он сам себе и с тех пор более не вступался в дела. Только однажды графиня позвала к себе сына, сообщила ему о том, что у нее есть вексель Анны Михайловны на две тысячи и спросила у Николая, как он думает поступить с ним.
– А вот как, – отвечал Николай. – Вы мне сказали, что это от меня зависит; я не люблю Анну Михайловну и не люблю Бориса, но они были дружны с нами и бедны. Так вот как! – и он разорвал вексель, и этим поступком слезами радости заставил рыдать старую графиню. После этого молодой Ростов, уже не вступаясь более ни в какие дела, с страстным увлечением занялся еще новыми для него делами псовой охоты, которая в больших размерах была заведена у старого графа.


Уже были зазимки, утренние морозы заковывали смоченную осенними дождями землю, уже зелень уклочилась и ярко зелено отделялась от полос буреющего, выбитого скотом, озимого и светло желтого ярового жнивья с красными полосами гречихи. Вершины и леса, в конце августа еще бывшие зелеными островами между черными полями озимей и жнивами, стали золотистыми и ярко красными островами посреди ярко зеленых озимей. Русак уже до половины затерся (перелинял), лисьи выводки начинали разбредаться, и молодые волки были больше собаки. Было лучшее охотничье время. Собаки горячего, молодого охотника Ростова уже не только вошли в охотничье тело, но и подбились так, что в общем совете охотников решено было три дня дать отдохнуть собакам и 16 сентября итти в отъезд, начиная с дубравы, где был нетронутый волчий выводок.
В таком положении были дела 14 го сентября.
Весь этот день охота была дома; было морозно и колко, но с вечера стало замолаживать и оттеплело. 15 сентября, когда молодой Ростов утром в халате выглянул в окно, он увидал такое утро, лучше которого ничего не могло быть для охоты: как будто небо таяло и без ветра спускалось на землю. Единственное движенье, которое было в воздухе, было тихое движенье сверху вниз спускающихся микроскопических капель мги или тумана. На оголившихся ветвях сада висели прозрачные капли и падали на только что свалившиеся листья. Земля на огороде, как мак, глянцевито мокро чернела, и в недалеком расстоянии сливалась с тусклым и влажным покровом тумана. Николай вышел на мокрое с натасканной грязью крыльцо: пахло вянущим лесом и собаками. Чернопегая, широкозадая сука Милка с большими черными на выкате глазами, увидав хозяина, встала, потянулась назад и легла по русачьи, потом неожиданно вскочила и лизнула его прямо в нос и усы. Другая борзая собака, увидав хозяина с цветной дорожки, выгибая спину, стремительно бросилась к крыльцу и подняв правило (хвост), стала тереться о ноги Николая.
– О гой! – послышался в это время тот неподражаемый охотничий подклик, который соединяет в себе и самый глубокий бас, и самый тонкий тенор; и из за угла вышел доезжачий и ловчий Данило, по украински в скобку обстриженный, седой, морщинистый охотник с гнутым арапником в руке и с тем выражением самостоятельности и презрения ко всему в мире, которое бывает только у охотников. Он снял свою черкесскую шапку перед барином, и презрительно посмотрел на него. Презрение это не было оскорбительно для барина: Николай знал, что этот всё презирающий и превыше всего стоящий Данило всё таки был его человек и охотник.
– Данила! – сказал Николай, робко чувствуя, что при виде этой охотничьей погоды, этих собак и охотника, его уже обхватило то непреодолимое охотничье чувство, в котором человек забывает все прежние намерения, как человек влюбленный в присутствии своей любовницы.
– Что прикажете, ваше сиятельство? – спросил протодиаконский, охриплый от порсканья бас, и два черные блестящие глаза взглянули исподлобья на замолчавшего барина. «Что, или не выдержишь?» как будто сказали эти два глаза.
– Хорош денек, а? И гоньба, и скачка, а? – сказал Николай, чеша за ушами Милку.
Данило не отвечал и помигал глазами.
– Уварку посылал послушать на заре, – сказал его бас после минутного молчанья, – сказывал, в отрадненский заказ перевела, там выли. (Перевела значило то, что волчица, про которую они оба знали, перешла с детьми в отрадненский лес, который был за две версты от дома и который был небольшое отъемное место.)
– А ведь ехать надо? – сказал Николай. – Приди ка ко мне с Уваркой.
– Как прикажете!
– Так погоди же кормить.
– Слушаю.
Через пять минут Данило с Уваркой стояли в большом кабинете Николая. Несмотря на то, что Данило был не велик ростом, видеть его в комнате производило впечатление подобное тому, как когда видишь лошадь или медведя на полу между мебелью и условиями людской жизни. Данило сам это чувствовал и, как обыкновенно, стоял у самой двери, стараясь говорить тише, не двигаться, чтобы не поломать как нибудь господских покоев, и стараясь поскорее всё высказать и выйти на простор, из под потолка под небо.
Окончив расспросы и выпытав сознание Данилы, что собаки ничего (Даниле и самому хотелось ехать), Николай велел седлать. Но только что Данила хотел выйти, как в комнату вошла быстрыми шагами Наташа, еще не причесанная и не одетая, в большом, нянином платке. Петя вбежал вместе с ней.
– Ты едешь? – сказала Наташа, – я так и знала! Соня говорила, что не поедете. Я знала, что нынче такой день, что нельзя не ехать.
– Едем, – неохотно отвечал Николай, которому нынче, так как он намеревался предпринять серьезную охоту, не хотелось брать Наташу и Петю. – Едем, да только за волками: тебе скучно будет.
– Ты знаешь, что это самое большое мое удовольствие, – сказала Наташа.
– Это дурно, – сам едет, велел седлать, а нам ничего не сказал.
– Тщетны россам все препоны, едем! – прокричал Петя.
– Да ведь тебе и нельзя: маменька сказала, что тебе нельзя, – сказал Николай, обращаясь к Наташе.
– Нет, я поеду, непременно поеду, – сказала решительно Наташа. – Данила, вели нам седлать, и Михайла чтоб выезжал с моей сворой, – обратилась она к ловчему.
И так то быть в комнате Даниле казалось неприлично и тяжело, но иметь какое нибудь дело с барышней – для него казалось невозможным. Он опустил глаза и поспешил выйти, как будто до него это не касалось, стараясь как нибудь нечаянно не повредить барышне.