Вестминстерское аббатство

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
церковь
Вестминстерское аббатство
англ. Westminster Abbey

Западный фасад аббатства
Страна Великобритания
Город Лондон
Орденская принадлежность Орден Бани
Архитектурный стиль готика
Первое упоминание 960
Дата основания 1065
Строительство 12451745 годы
Статус Royal Peculiar
Состояние хорошее
Сайт [www.westminster-abbey.org/ Официальный сайт]
К:Википедия:Ссылка на Викисклад непосредственно в статьеКоординаты: 51°29′57″ с. ш. 0°07′38″ з. д. / 51.4993917° с. ш. 0.1272861° з. д. / 51.4993917; -0.1272861 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=51.4993917&mlon=-0.1272861&zoom=17 (O)] (Я)
Всемирное наследие ЮНЕСКО, объект № 426
[whc.unesco.org/ru/list/426 рус.] • [whc.unesco.org/en/list/426 англ.] • [whc.unesco.org/fr/list/426 фр.]

Коллегиа́льная це́рковь Свято́го Петра́ в Ве́стминстере (англ. Collegiate Church of St Peter at Westminster), почти всегда называемая Вестми́нстерское абба́тство — готическая церковь в Вестминстере (Лондон). Строилась с перерывами с 1245 по 1745 годы, хотя первые упоминания о церкви на этом месте относятся к VII-X векам. Традиционное место коронации и захоронения монархов Великобритании. Вместе с расположенными рядом Вестминстерским дворцом и церковью Святой Маргариты аббатство в 1987 году было причислено ко Всемирному наследию[1].





История

Считается, что первая бенедиктинская церковь на этом месте была построена во времена короля Саберта, в VII веке. Примерно в 960 году она была значительно расширена святым Дунстаном при поддержке короля Эдгара. Тогда это был остров Торни в месте впадения реки Тайберн в Темзу; позже, когда влияние аббатства значительно возросло, местность стала называться Вестминстер, от англ. West MinsterЗападная церковь (восточной церковью был Собор Святого Павла). Эдуард Исповедник, поселившись в расположенном рядом Вестминстерском дворце, решил перестроить эту церковь. Работы начались в 1042 году. 28 декабря 1065 года, за несколько дней до его смерти, церковь была освящена, хотя строительство было завершено только в 1090 году. От этого строения сохранились лишь круглые арки и опорные колонны крипты (сейчас в крипте расположен музей аббатства[2]). Предположительно, первым английским королём, который короновался здесь, был Гарольд II, в январе 1066 года. Разгромивший его в битве при Гастингсе Вильгельм Завоеватель короновался здесь в том же году, о чём свидетельствует запись в аббатстве. С тех пор все монархи Англии (а с 1707 года - Великобритании) короновались в Вестминстерском аббатстве, за исключением Эдуарда V и Эдуарда VIII, которые не были коронованы вовсе[1][2]. Единственное сохранившееся изображение той церкви — на гобелене из Байё.

Строительство современного здания аббатства началось в 1245 году по указанию Генриха III и под руководством королевского каменщика Генри Рейнского. По замыслу короля это должно было быть сооружение в готическом стиле, предназначенное не только для богослужений, но и для коронаций, а также место захоронения монархов. Освящение церкви прошло 13 октября 1269 года, хотя к этому времени была реализована лишь часть проекта, новая восточная часть церкви примыкала к старому нефу[2].

В XIV веке значительный вклад в строительство аббатства сделал английский архитектор Генри Йевель</span>ruen (примерно 1320-1400 года)[1]. Под его руководством в 1362 году были построены Дом Аббата, неф и западный клуатр, а также гробницы Эдуарда III, Ричарда II и кардинала Саймона Лэнгэма</span>ruen (1389-95).

Продолжил строительство уже в начале XVI века Генрих VII, добавив к аббатству часовню Девы Марии, известную также как Часовня Богоматери или Часовня Генриха VII (освящена в 1516 году). С 1725 года часовня стала домом для Ордена Бани[2].

Генрих VIII в 1539 году подчинил Вестминстерское аббатство непосредственно монарху Англии, предоставил ему статус кафедрального собора и учредил Вестминстерскую епархию. Эта епархия была упразднена в 1550 году, а аббатство стало вторым кафедральным собором Лондонской епархии. При Марии I Английской аббатство было возвращено бенедиктинцам, но уже с 1560 года снова стало церковью, подчинённой монарху (Royal Peculiar), и этот статус сохраняет поныне.

В 1722-45 годах были воздвигнуты Западные башни аббатства под руководством архитектора Николаса Хоуксмура</span>ruen и по проекту Кристофера Рена.

В XIX веке аббатство было отреставрировано архитектором Джорджем Гилбертом Скоттом</span>ruen.

Вестминстерское аббатство значительно пострадало в годы Второй мировой войны, сильней всего во время бомбардировки в ночь с 10 на 11 мая 1941 года, когда загорелась крыша. После окончания войны было отреставрировано[3].

План Вестминстерского аббатства

Основное здание церкви имеет форму креста, точнее, представляет собой церковь с трансептом. Наибольшая длина, от большой западной двери до конца часовни Богоматери, составляет 161,5 метра, наибольшая высота Западных башен — 68 метров[4]. Общая площадь помещения составляет около 3000 м², оно может вместить до 2000 человек.

Главным входом в церковь считается Большая северная дверь, через неё посетители попадают в северный трансепт. Оттуда, свернув налево, оказываются в восточной части церкви, деамбулатории, где находятся несколько часовен (или капелл), самая большая из них — часовня Богоматери Генриха VII. Большую часть южного трансепта занимает Уголок поэтов; также здесь находится большое круглое окно-розетка, спроектированное сэром Джеймсом Торнхиллом, на котором изображены одиннадцать апостолов[5].

Неф

Строительство современного нефа Вестминстерского аббатства продолжалось с 1376 по 1517 год, большую часть работ было выполнено под руководством архитектора Генри Йевеля. В его конструкции были применены аркбутаны (внешние арки), что позволило поднять крышу нефа на высоту 31 метр, и это самый высокий неф в Англии.

Один из наиболее узнаваемых элементов оформления нефа — витраж в западном окне работы Уильяма Прайса, который был установлен в 1735 году. Он изображает Авраама, Исаака, Иакова и 14 пророков, а под ними гербы короля Саберта, Елизаветы I, Георга II, настоятеля Уилкокса и города Вестминстера. Под витражом (с 1920 года) находится могила Неизвестного солдата, посвящённая убитым в Первой мировой войне; к нему возлагают венки все главы государств, наносящие официальный визит в Великобританию.

Хрустальные люстры, изготовленные компанией Waterford Crystal были принесены в дар семьёй Гиннесс в 1965 году, на девятисотую годовщину аббатства[5][6].

В 1994 году в нефе были установлены две иконы современного иконописца Сергея Федорова[7], на одной из них изображён Христос, а на другой — Дева Мария с младенцем.

Перед Большой западной дверью в 1996 году был заложен круглый мемориальный камень Невинным жертвам репрессий, насилия и войн[8].

В 1998 году на фасаде над портиком западного входа были установлены статуи мучеников XX века (слева направо)

Алтарь

Алтарь был создан по проекту Джорджа Гилберта Скотта</span>ruen в 1867 году. Большую часть алтаря занимает мозаика «Тайная вечеря» работы итальянского мозаичиста Антонио Сальвиати. Пол перед алтарём выложен мрамором в технике косматеско и сохранился с 1268 года[9].

Уголок поэтов

В южном трансепте аббатства находится Уголок поэтов. Первым поэтом, похороненным здесь, стал Джеффри Чосер в 1400 году, в 1556 году ему был поставлен памятник. В 1599 году традиция была продолжена с захоронением Эдмунда Спенсера. Также здесь покоится прах Сэмуэля Джонсона, Теннисона, Браунинга, Диккенса и многих других знаменитых писателей и поэтов. Рядом с ними погребен прославленный актер Дейвид Гаррик. Кроме этого, в Уголке Поэтов находится множество памятников: Мильтону, Китсу, Шелли, Генри Джеймсу, Т. С. Элиоту, Уильяму Блейку и другим. Среди поздних мемориальных досок можно найти таблички, посвящённые поэтам Джону Клэру и Дилану Томасу, сэру Лоренсу Оливье[10]. Всего в районе аббатства захоронено около 3 тысяч человек и установлено 600 памятников и мемориальных табличек.[2].

Часовня Богоматери или часовня Генриха VII

Часовня Богоматери (англ. Henry VII Lady Chapel) была построена между 1503 и 1519 годами на месте старой, XIII века. Её строительство было начато во время правления Генриха VII, поэтому её также называют Часовней Генриха VII; в ней он был похоронен в 1509 году. Кто был архитектором в точности не известно, предположительно это были Роберт Джанинз и Уильям Вертью. Размеры Часовни — 23 на 34 метра. Архитектурной особенностью часовни является её свод высотой 20 метров с веерообразными рёбрами и свисающими элементами (pendant fan vault ceiling), что характерно для английского готического стиля. От остальной части аббатства отделяется медными воротами и лестницей.

Часовня украшена скульптурами святых и апостолов, между которыми развешены знамёна рыцарей Ордена Бани. Алтарь и гробницы Генриха VII и его жены Елизаветы Йоркской выполнены итальянским скульптором Пьетро Торриджано (1512-1519 года).

Здание капитула

Здание капитула (англ. chapter house) было построено между 1245 и 1253 годами и отреставрировано в 1872 году. Это здание в неоготическом стиле восьмиугольное. Посередине находится тонкий пучок мраморных колонн, поддерживающих свод. Первоначально здесь собирались монахи-бенедиктинцы, позже — Большой королевский совет, предшественник парламента (в 1257 году), и Палата общин (в конце XIV века), затем, до реставрации в XIX веке, в здании размещался государственный архив. Росписи на стенах посвящены теме Апокалипсиса; плитка, которой выстелен пол, сохранилась с XIII века. Дверь, отделяющая здание капитула от восточного клуатра, считается старейшей в Британии (середины XI века)[11][12]. Рядом со зданием капитула находятся два помещения, сохранившиеся ещё от церкви, построенной в XI веке — в одном из них размещается музей (с 1909 года), другое, Палата для пробной монеты (англ. Pyx Chamber), использовалось в средние века для хранения казны монахов и короля, позже для хранения ящиков с пробной монетой[13].

Внутренний двор и клуатры

Внутренний двор (англ. The Garth) окружают четыре клуатра (англ. The Cloisters) — крытые галереи, большими окнами выходящие во внутренний двор. Каждый из них длиной 35 метров, были построены в XIII-XIV веках. Во времена бенедиктинского монастыря (до 1560 года) в клуатрах монахи проводили большую часть времени. В западном клуатре проходило обучение новообращённых, в северном находились книжные шкафы и столы для работы, южный вёл в трапезную, а восточный — в здание капитула[14].

Помимо внутреннего двора на территории аббатства находится ещё малый клуатр (англ. Little Cloister), расположенный на месте бывшего лазарета аббатства. К восточной стороне клуатра примыкают развалины часовни св. Екатерины, посредине клуатра — фонтан, установленный в 1871 году[15].

Колледж гарден

Колледж гарден — это сад по соседству с Вестминстерским аббатством. Его история насчитывает более 900 лет. Стены, ограждающие сад, были построены в XIV веке, старейшие из имеющихся деревьев, пять платанов, были посажены в 1849 году. Первоначально был предназначен для выращивания лечебных трав, фруктов и овощей[16]. В саду находятся статуи святых, первоначально бывшие частью алтаря 1686 года работы Арнольда Квеллина. В 1993 году была поставлена скульптура «Распятие» работы британского скульптора итальянского происхождения Энцо Пьяццотты, а в 2002 году рядом с ней установлен фонтан[17].

Церковь святой Маргариты

Поскольку богослужения в Вестминстерском аббатстве могли посещать только монахи-бенедиктинцы, для мирян была построена отдельная церковь. Её назвали церковью Святой Маргариты в честь святой Маргариты Антиохийской. Первая церковь была построена в конце XI или начале XII века в романском стиле, в 1482-1523 была перестроена в готическом стиле по проекту архитектора Роберта Стоуэлла[18]. Реставрировалась в XVIII, XIX и XX веках, однако внешний вид изменился мало. С 1840 по 1972 года была отдельной от аббатства церковью Лондонской епархии[19].

Декан и капитул

Согласно королевской хартии Елизаветы I 1560 года духовное руководство коллегиальной церковью св. Петра осуществляет декан и капитул (совет каноников). Поскольку церковь имеет статус Royal peculiar, декан подчиняется не епископу, а монарху Великобритании. 2 декабря 2006 года 38-м деканом стал Джон Холл.

Первый совет каноников был учреждён Генрихом VIII в 1540 году и состоял из 12 каноников, 6 из которых были бывшими монахами аббатства. В 1556 году капитул был распущен Марией I, но уже в 1560 году восстановлен Елизаветой I. Также совет каноников упразднялся во время Английской революции (в период с 1645 по 1660 год)[20].

Напишите отзыв о статье "Вестминстерское аббатство"

Примечания

  1. 1 2 3 [www.britannica.com/topic/Westminster-Abbey Westminster Abbey Church, London, United Kingdom]. Encyclopædia Britannica, Inc. (10 июня 2013). Проверено 18 сентября 2015.
  2. 1 2 3 4 5 [www.westminster-abbey.org/our-history/abbey-history Abbey History] (англ.). The Dean and Chapter of Westminster (2015). Проверено 6 сентября 2015.
  3. [www.westminster-abbey.org/our-history/war-damage War Damage] (англ.). The Dean and Chapter of Westminster. Проверено 18 сентября 2015.
  4. [www.westminster-abbey.org/__data/assets/pdf_file/0009/86076/ABBEY-Dimensions-for-web-.pdf Dimensions of Westminster Abbey] (англ.). Westminster Abbey. Проверено 21 сентября 2015.
  5. 1 2 [theenchantedmanor.com/tag/the-waterford-crystal-chandeliers-of-westminster-abbey/ Travel – Westminster Abbey – London, England] (англ.) (21 October 2014). Проверено 20 сентября 2015.
  6. Louise Johnston. [lovintrends.com/trends/business/17-random-facts-about-the-world-famous-waterford-crystal 17 Random Facts About The World Famous Waterford Crystal] (англ.). Lovin Trends (2015). Проверено 20 сентября 2015.
  7. John Windsor. [www.independent.co.uk/arts-entertainment/the-independent-collector-john-windsors-guide-to-collecting-contemporary-art-sergei-fyodorov-1183976.html The Independent Collector: John Windsor's Guide to Collecting Contemporary Art: Sergei Fyodorov] (англ.). The Idependent (10 November 1998). Проверено 6 сентября 2015.
  8. [www.westminster-abbey.org/archive/visit-us/highlights/the-nave Visiting the Abbey - The Nave] (англ.). Westminster Abbey. Проверено 14 сентября 2015.
  9. [www.westminster-abbey.org/archive/visit-us/highlights/the-high-altar Visiting the Abbey - The High Altar] (англ.). Westminster Abbey. Проверено 15 сентября 2015.
  10. [www.westminster-abbey.org/archive/visit-us/highlights/poets-corner Visit Abbey - Poets' Corner] (англ.). Westminster Abbey. Проверено 14 сентября 2015.
  11. [www.westminster-abbey.org/archive/visit-us/highlights/the-chapter-house Visiting the Abbey - The Chapter House] (англ.). Westminster Abbey. Проверено 15 сентября 2015.
  12. [www.english-heritage.org.uk/visit/places/chapter-house-and-pyx-chamber/ Chapter House and Pyx Chamber] (англ.). English Heritage. Проверено 9 сентября 2015.
  13. [www.westminster-abbey.org/archive/visit-us/highlights/the-pyx-chamber The Pyx Chamber] (англ.). Westminster Abbey. Проверено 9 сентября 2015.
  14. [www.westminster-abbey.org/archive/visit-us/highlights/the-cloisters Visiting the Abbey - The Cloisters] (англ.). Westminster Abbey. Проверено 13 сентября 2015.
  15. [www.westminster-abbey.org/archive/visit-us/highlights/little-cloister Little Cloister] (англ.). Westminster Abbey. Проверено 20 сентября 2015.
  16. [www.westminster-abbey.org/venue-bookings/college-garden College Garden] (англ.). The Dean and Chapter of Westminster. Проверено 7 сентября 2015.
  17. [www.westminster-abbey.org/visit-us/abbey-gardens Abbey Gardens] (англ.). The Dean and Chapter of Westminster. Проверено 13 сентября 2015.
  18. [www.architecture.com/image-library/RIBApix/image-information/poster/st-margarets-church-and-the-north-transept-of-westminster-abbey-westminster-london/posterid/RIBA13553.html St Margaret's Church and the north transept of Westminster Abbey, Westminster, London] (англ.). RIBApix. Проверено 18 сентября 2015.
  19. [www.westminster-abbey.org/st-margarets-church/history St Margaret's Church - History] (англ.). The Dean and Chapter of Westminster. Проверено 18 сентября 2015.
  20. [www.westminster-abbey.org/worship/dean-and-chapter Dean and Chapter] (англ.). The Dean and Chapter of Westminster. Проверено 20 сентября 2015.

Ссылки

Отрывок, характеризующий Вестминстерское аббатство

Дело Пьера с Долоховым было замято, и, несмотря на тогдашнюю строгость государя в отношении дуэлей, ни оба противника, ни их секунданты не пострадали. Но история дуэли, подтвержденная разрывом Пьера с женой, разгласилась в обществе. Пьер, на которого смотрели снисходительно, покровительственно, когда он был незаконным сыном, которого ласкали и прославляли, когда он был лучшим женихом Российской империи, после своей женитьбы, когда невестам и матерям нечего было ожидать от него, сильно потерял во мнении общества, тем более, что он не умел и не желал заискивать общественного благоволения. Теперь его одного обвиняли в происшедшем, говорили, что он бестолковый ревнивец, подверженный таким же припадкам кровожадного бешенства, как и его отец. И когда, после отъезда Пьера, Элен вернулась в Петербург, она была не только радушно, но с оттенком почтительности, относившейся к ее несчастию, принята всеми своими знакомыми. Когда разговор заходил о ее муже, Элен принимала достойное выражение, которое она – хотя и не понимая его значения – по свойственному ей такту, усвоила себе. Выражение это говорило, что она решилась, не жалуясь, переносить свое несчастие, и что ее муж есть крест, посланный ей от Бога. Князь Василий откровеннее высказывал свое мнение. Он пожимал плечами, когда разговор заходил о Пьере, и, указывая на лоб, говорил:
– Un cerveau fele – je le disais toujours. [Полусумасшедший – я всегда это говорил.]
– Я вперед сказала, – говорила Анна Павловна о Пьере, – я тогда же сейчас сказала, и прежде всех (она настаивала на своем первенстве), что это безумный молодой человек, испорченный развратными идеями века. Я тогда еще сказала это, когда все восхищались им и он только приехал из за границы, и помните, у меня как то вечером представлял из себя какого то Марата. Чем же кончилось? Я тогда еще не желала этой свадьбы и предсказала всё, что случится.
Анна Павловна по прежнему давала у себя в свободные дни такие вечера, как и прежде, и такие, какие она одна имела дар устроивать, вечера, на которых собиралась, во первых, la creme de la veritable bonne societe, la fine fleur de l'essence intellectuelle de la societe de Petersbourg, [сливки настоящего хорошего общества, цвет интеллектуальной эссенции петербургского общества,] как говорила сама Анна Павловна. Кроме этого утонченного выбора общества, вечера Анны Павловны отличались еще тем, что всякий раз на своем вечере Анна Павловна подавала своему обществу какое нибудь новое, интересное лицо, и что нигде, как на этих вечерах, не высказывался так очевидно и твердо градус политического термометра, на котором стояло настроение придворного легитимистского петербургского общества.
В конце 1806 года, когда получены были уже все печальные подробности об уничтожении Наполеоном прусской армии под Иеной и Ауерштетом и о сдаче большей части прусских крепостей, когда войска наши уж вступили в Пруссию, и началась наша вторая война с Наполеоном, Анна Павловна собрала у себя вечер. La creme de la veritable bonne societe [Сливки настоящего хорошего общества] состояла из обворожительной и несчастной, покинутой мужем, Элен, из MorteMariet'a, обворожительного князя Ипполита, только что приехавшего из Вены, двух дипломатов, тетушки, одного молодого человека, пользовавшегося в гостиной наименованием просто d'un homme de beaucoup de merite, [весьма достойный человек,] одной вновь пожалованной фрейлины с матерью и некоторых других менее заметных особ.
Лицо, которым как новинкой угащивала в этот вечер Анна Павловна своих гостей, был Борис Друбецкой, только что приехавший курьером из прусской армии и находившийся адъютантом у очень важного лица.
Градус политического термометра, указанный на этом вечере обществу, был следующий: сколько бы все европейские государи и полководцы ни старались потворствовать Бонапартию, для того чтобы сделать мне и вообще нам эти неприятности и огорчения, мнение наше на счет Бонапартия не может измениться. Мы не перестанем высказывать свой непритворный на этот счет образ мыслей, и можем сказать только прусскому королю и другим: тем хуже для вас. Tu l'as voulu, George Dandin, [Ты этого хотел, Жорж Дандэн,] вот всё, что мы можем сказать. Вот что указывал политический термометр на вечере Анны Павловны. Когда Борис, который должен был быть поднесен гостям, вошел в гостиную, уже почти всё общество было в сборе, и разговор, руководимый Анной Павловной, шел о наших дипломатических сношениях с Австрией и о надежде на союз с нею.
Борис в щегольском, адъютантском мундире, возмужавший, свежий и румяный, свободно вошел в гостиную и был отведен, как следовало, для приветствия к тетушке и снова присоединен к общему кружку.
Анна Павловна дала поцеловать ему свою сухую руку, познакомила его с некоторыми незнакомыми ему лицами и каждого шопотом определила ему.
– Le Prince Hyppolite Kouraguine – charmant jeune homme. M r Kroug charge d'affaires de Kopenhague – un esprit profond, и просто: М r Shittoff un homme de beaucoup de merite [Князь Ипполит Курагин, милый молодой человек. Г. Круг, Копенгагенский поверенный в делах, глубокий ум. Г. Шитов, весьма достойный человек] про того, который носил это наименование.
Борис за это время своей службы, благодаря заботам Анны Михайловны, собственным вкусам и свойствам своего сдержанного характера, успел поставить себя в самое выгодное положение по службе. Он находился адъютантом при весьма важном лице, имел весьма важное поручение в Пруссию и только что возвратился оттуда курьером. Он вполне усвоил себе ту понравившуюся ему в Ольмюце неписанную субординацию, по которой прапорщик мог стоять без сравнения выше генерала, и по которой, для успеха на службе, были нужны не усилия на службе, не труды, не храбрость, не постоянство, а нужно было только уменье обращаться с теми, которые вознаграждают за службу, – и он часто сам удивлялся своим быстрым успехам и тому, как другие могли не понимать этого. Вследствие этого открытия его, весь образ жизни его, все отношения с прежними знакомыми, все его планы на будущее – совершенно изменились. Он был не богат, но последние свои деньги он употреблял на то, чтобы быть одетым лучше других; он скорее лишил бы себя многих удовольствий, чем позволил бы себе ехать в дурном экипаже или показаться в старом мундире на улицах Петербурга. Сближался он и искал знакомств только с людьми, которые были выше его, и потому могли быть ему полезны. Он любил Петербург и презирал Москву. Воспоминание о доме Ростовых и о его детской любви к Наташе – было ему неприятно, и он с самого отъезда в армию ни разу не был у Ростовых. В гостиной Анны Павловны, в которой присутствовать он считал за важное повышение по службе, он теперь тотчас же понял свою роль и предоставил Анне Павловне воспользоваться тем интересом, который в нем заключался, внимательно наблюдая каждое лицо и оценивая выгоды и возможности сближения с каждым из них. Он сел на указанное ему место возле красивой Элен, и вслушивался в общий разговор.
– Vienne trouve les bases du traite propose tellement hors d'atteinte, qu'on ne saurait y parvenir meme par une continuite de succes les plus brillants, et elle met en doute les moyens qui pourraient nous les procurer. C'est la phrase authentique du cabinet de Vienne, – говорил датский charge d'affaires. [Вена находит основания предлагаемого договора до того невозможными, что достигнуть их нельзя даже рядом самых блестящих успехов: и она сомневается в средствах, которые могут их нам доставить. Это подлинная фраза венского кабинета, – сказал датский поверенный в делах.]
– C'est le doute qui est flatteur! – сказал l'homme a l'esprit profond, с тонкой улыбкой. [Сомнение лестно! – сказал глубокий ум,]
– Il faut distinguer entre le cabinet de Vienne et l'Empereur d'Autriche, – сказал МorteMariet. – L'Empereur d'Autriche n'a jamais pu penser a une chose pareille, ce n'est que le cabinet qui le dit. [Необходимо различать венский кабинет и австрийского императора. Австрийский император никогда не мог этого думать, это говорит только кабинет.]
– Eh, mon cher vicomte, – вмешалась Анна Павловна, – l'Urope (она почему то выговаривала l'Urope, как особенную тонкость французского языка, которую она могла себе позволить, говоря с французом) l'Urope ne sera jamais notre alliee sincere. [Ах, мой милый виконт, Европа никогда не будет нашей искренней союзницей.]
Вслед за этим Анна Павловна навела разговор на мужество и твердость прусского короля с тем, чтобы ввести в дело Бориса.
Борис внимательно слушал того, кто говорит, ожидая своего череда, но вместе с тем успевал несколько раз оглядываться на свою соседку, красавицу Элен, которая с улыбкой несколько раз встретилась глазами с красивым молодым адъютантом.
Весьма естественно, говоря о положении Пруссии, Анна Павловна попросила Бориса рассказать свое путешествие в Глогау и положение, в котором он нашел прусское войско. Борис, не торопясь, чистым и правильным французским языком, рассказал весьма много интересных подробностей о войсках, о дворе, во всё время своего рассказа старательно избегая заявления своего мнения насчет тех фактов, которые он передавал. На несколько времени Борис завладел общим вниманием, и Анна Павловна чувствовала, что ее угощенье новинкой было принято с удовольствием всеми гостями. Более всех внимания к рассказу Бориса выказала Элен. Она несколько раз спрашивала его о некоторых подробностях его поездки и, казалось, весьма была заинтересована положением прусской армии. Как только он кончил, она с своей обычной улыбкой обратилась к нему:
– Il faut absolument que vous veniez me voir, [Необходимо нужно, чтоб вы приехали повидаться со мною,] – сказала она ему таким тоном, как будто по некоторым соображениям, которые он не мог знать, это было совершенно необходимо.
– Mariedi entre les 8 et 9 heures. Vous me ferez grand plaisir. [Во вторник, между 8 и 9 часами. Вы мне сделаете большое удовольствие.] – Борис обещал исполнить ее желание и хотел вступить с ней в разговор, когда Анна Павловна отозвала его под предлогом тетушки, которая желала его cлышать.
– Вы ведь знаете ее мужа? – сказала Анна Павловна, закрыв глаза и грустным жестом указывая на Элен. – Ах, это такая несчастная и прелестная женщина! Не говорите при ней о нем, пожалуйста не говорите. Ей слишком тяжело!


Когда Борис и Анна Павловна вернулись к общему кружку, разговором в нем завладел князь Ипполит.
Он, выдвинувшись вперед на кресле, сказал: Le Roi de Prusse! [Прусский король!] и сказав это, засмеялся. Все обратились к нему: Le Roi de Prusse? – спросил Ипполит, опять засмеялся и опять спокойно и серьезно уселся в глубине своего кресла. Анна Павловна подождала его немного, но так как Ипполит решительно, казалось, не хотел больше говорить, она начала речь о том, как безбожный Бонапарт похитил в Потсдаме шпагу Фридриха Великого.
– C'est l'epee de Frederic le Grand, que je… [Это шпага Фридриха Великого, которую я…] – начала было она, но Ипполит перебил ее словами:
– Le Roi de Prusse… – и опять, как только к нему обратились, извинился и замолчал. Анна Павловна поморщилась. MorteMariet, приятель Ипполита, решительно обратился к нему:
– Voyons a qui en avez vous avec votre Roi de Prusse? [Ну так что ж о прусском короле?]
Ипполит засмеялся, как будто ему стыдно было своего смеха.
– Non, ce n'est rien, je voulais dire seulement… [Нет, ничего, я только хотел сказать…] (Он намерен был повторить шутку, которую он слышал в Вене, и которую он целый вечер собирался поместить.) Je voulais dire seulement, que nous avons tort de faire la guerre рour le roi de Prusse. [Я только хотел сказать, что мы напрасно воюем pour le roi de Prusse . (Непереводимая игра слов, имеющая значение: «по пустякам».)]
Борис осторожно улыбнулся так, что его улыбка могла быть отнесена к насмешке или к одобрению шутки, смотря по тому, как она будет принята. Все засмеялись.
– Il est tres mauvais, votre jeu de mot, tres spirituel, mais injuste, – грозя сморщенным пальчиком, сказала Анна Павловна. – Nous ne faisons pas la guerre pour le Roi de Prusse, mais pour les bons principes. Ah, le mechant, ce prince Hippolytel [Ваша игра слов не хороша, очень умна, но несправедлива; мы не воюем pour le roi de Prusse (т. e. по пустякам), а за добрые начала. Ах, какой он злой, этот князь Ипполит!] – сказала она.
Разговор не утихал целый вечер, обращаясь преимущественно около политических новостей. В конце вечера он особенно оживился, когда дело зашло о наградах, пожалованных государем.
– Ведь получил же в прошлом году NN табакерку с портретом, – говорил l'homme a l'esprit profond, [человек глубокого ума,] – почему же SS не может получить той же награды?
– Je vous demande pardon, une tabatiere avec le portrait de l'Empereur est une recompense, mais point une distinction, – сказал дипломат, un cadeau plutot. [Извините, табакерка с портретом Императора есть награда, а не отличие; скорее подарок.]
– Il y eu plutot des antecedents, je vous citerai Schwarzenberg. [Были примеры – Шварценберг.]
– C'est impossible, [Это невозможно,] – возразил другой.
– Пари. Le grand cordon, c'est different… [Лента – это другое дело…]
Когда все поднялись, чтоб уезжать, Элен, очень мало говорившая весь вечер, опять обратилась к Борису с просьбой и ласковым, значительным приказанием, чтобы он был у нее во вторник.
– Мне это очень нужно, – сказала она с улыбкой, оглядываясь на Анну Павловну, и Анна Павловна той грустной улыбкой, которая сопровождала ее слова при речи о своей высокой покровительнице, подтвердила желание Элен. Казалось, что в этот вечер из каких то слов, сказанных Борисом о прусском войске, Элен вдруг открыла необходимость видеть его. Она как будто обещала ему, что, когда он приедет во вторник, она объяснит ему эту необходимость.
Приехав во вторник вечером в великолепный салон Элен, Борис не получил ясного объяснения, для чего было ему необходимо приехать. Были другие гости, графиня мало говорила с ним, и только прощаясь, когда он целовал ее руку, она с странным отсутствием улыбки, неожиданно, шопотом, сказала ему: Venez demain diner… le soir. Il faut que vous veniez… Venez. [Приезжайте завтра обедать… вечером. Надо, чтоб вы приехали… Приезжайте.]
В этот свой приезд в Петербург Борис сделался близким человеком в доме графини Безуховой.


Война разгоралась, и театр ее приближался к русским границам. Всюду слышались проклятия врагу рода человеческого Бонапартию; в деревнях собирались ратники и рекруты, и с театра войны приходили разноречивые известия, как всегда ложные и потому различно перетолковываемые.
Жизнь старого князя Болконского, князя Андрея и княжны Марьи во многом изменилась с 1805 года.
В 1806 году старый князь был определен одним из восьми главнокомандующих по ополчению, назначенных тогда по всей России. Старый князь, несмотря на свою старческую слабость, особенно сделавшуюся заметной в тот период времени, когда он считал своего сына убитым, не счел себя вправе отказаться от должности, в которую был определен самим государем, и эта вновь открывшаяся ему деятельность возбудила и укрепила его. Он постоянно бывал в разъездах по трем вверенным ему губерниям; был до педантизма исполнителен в своих обязанностях, строг до жестокости с своими подчиненными, и сам доходил до малейших подробностей дела. Княжна Марья перестала уже брать у своего отца математические уроки, и только по утрам, сопутствуемая кормилицей, с маленьким князем Николаем (как звал его дед) входила в кабинет отца, когда он был дома. Грудной князь Николай жил с кормилицей и няней Савишной на половине покойной княгини, и княжна Марья большую часть дня проводила в детской, заменяя, как умела, мать маленькому племяннику. M lle Bourienne тоже, как казалось, страстно любила мальчика, и княжна Марья, часто лишая себя, уступала своей подруге наслаждение нянчить маленького ангела (как называла она племянника) и играть с ним.
У алтаря лысогорской церкви была часовня над могилой маленькой княгини, и в часовне был поставлен привезенный из Италии мраморный памятник, изображавший ангела, расправившего крылья и готовящегося подняться на небо. У ангела была немного приподнята верхняя губа, как будто он сбирался улыбнуться, и однажды князь Андрей и княжна Марья, выходя из часовни, признались друг другу, что странно, лицо этого ангела напоминало им лицо покойницы. Но что было еще страннее и чего князь Андрей не сказал сестре, было то, что в выражении, которое дал случайно художник лицу ангела, князь Андрей читал те же слова кроткой укоризны, которые он прочел тогда на лице своей мертвой жены: «Ах, зачем вы это со мной сделали?…»