Водное хозяйство Ташкента

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Водная система Ташкента»)
Перейти к: навигация, поиск

Город Ташкент находится в долине реки Чирчи́к, которая в настоящее время протекает частично по территории города, на его крайнем юге.

Общий вид каналов и рек, протекающих по территории Ташкента, по состоянию на начало XXI века можно посмотреть на приводимой подробной схеме.

В междуречье каналов Бозсу и Салара находится самая большая по площади зона отдыха города — Ботанический сад и зоопарк. На берегах канала Анхор расположены Парк им. Навои и Национальный парк Узбекистана с крупнейшим в городе искусственным озером. На берегах одного их самых древних водотоков города Салара также расположена зелёная зона спорткомплекса НБУ и парк «Мирзо Улугбек» (бывший парк им. Тельмана) и ещё четыре зелёные зоны[ком 1].





Водотоки

Чирчи́к — река, протекающая по крайнему югу Ташкента, в Бектемирском и Сергелийском районах. Вода в каналы Ташкента прямо или опосредованно поступает из Чирчика. На территории Ташкента даёт начало каналу Бектемир, на границе города — крупному арыку Чартак.

По территории города протекает большое количество каналов и арыков[1]. Крупнейшими каналами являются:

Бозсуйская водная система

Бозсу́ — крупнейший канал, питающий водой многие другие каналы Ташкента. Правый отвод Чирчика, который начинается в городе Чирчике. Верхее течение захватывает северо-восток Ташкента. Не существует единого мнения, где заканчивается Бозсу. На территории города канал резко теряет в полноводности из-за отводов, становится на некоторое время небольшим арыком (сейчас вдобавок убранным в гидротехнические трубы под землю), а затем вновь пополняется за счёт притоков. Иногда название «Бозсу» сохраняют только для верхнего течения, не распространяя его на остальное русло, которое тогда рассматривают как отдельный канал Нижний Бозсу (кроме того, маловодный участок, который связывает верхнее и нижнее течение Бозсу, рассматривается как ещё один самостоятельный канал Джангоб). Воды Нижнего Бозсу достигают реки Сырдарьи. Другие источники считают канал Бозсу единым на всём протяжении[ком 2]. Основными отводами Бозсу, протекающими по Ташкенту, являются каналы Карасу, Салар, Калькауз и Анхор, крупные арыки Аккурган и Дарбазакент (четыре последних берут начало на территории города). Нижний Бозсу вбирает в себя воды Актепы и Каракамыша. Бозсу является энергетическим трактом для каскада ГЭС.

Карасу́ — левый отвод Бозсу, который начинается от Аккавакской ГЭС в Кибрайском районе Ташкентского вилоята и протекает по юго-восточной и южной (не считая Сергели и Бектемира) части Ташкента (по названию канала назван массив Карасу). Ранее впадал в Салар, сейчас оканчивается у южного терминала Ташкентского аэропорта. Даёт начало крупному арыку Урус, вбирает в себя воды крупного арыка Тал.

Сала́р — левый отвод Бозсу, который начинается в посёлке ТашГРЭС Кибрайского района Ташкентского вилоята. Пересекает Ташкент с северо-востока на юго-запад, протекая по центру города. Не существует единого мнения, где заканчивается Салар. В Зангиатинском районе Ташкентского вилоята от русла вправо отходят крупные арыки Каракульдук и Ниязбаш, течение ниже этой точки иногда рассматривают как самостоятельный канал Карасу, а иногда относят к Салару. Воды Ниязбаша и Каракульдука достигают Чирчика. Даёт начало каналу Джун. В прошлом вбирал в себя воды Правобережного Карасу (протока Салара, куда впадал этот канал, также носит название Карасу).

Джун — правый отвод Салара, начинается на юго-западе Ташкента, у границы города (в районе ул. Чаштепинской) и вскоре выходит за его пределы. На берегу Джуна стоит городище Шаштепа. В Ташкентском вилояте даёт начало многим арыкам, оставшаяся в русле вода вливается в Нижний Бозсу.

Чаули́ — левый отвод Бозсу, брал начало в районе Парка победы (Аквапарк), протекал по центру Ташкента с севера на юг и впадал в Сала́р за центральным железнодорожным вокзалом. Вбирал в себя воды Аккургана. В прошлом достаточно полноводный, ныне полностью убран в гидротехнические трубы. На берегу Чаули в районе современного ОДО был построен первый военный лагерь русских войск в Ташкенте.

Калька́уз — левый отвод Бозсу, древний канал, который некогда питал водой Старый город. Протекает по историческим кварталам на северо-западе города. Даёт начало каналу Кечкурук (который сохраняет направление вышележащего участка Калькауза и большую часть его объёма) и крупному арыку Кукча. Нижнее течение (после отхода Кукчи или несколько дальше) принято рассматривать как самостоятельный арык Чагатай.

Дамащи́ — левый отвод Калькауза, который начинается в районе Тахтапуля (но сохраняет направление вышележащего участка Калькауза и большую часть его объёма)[2]. Водный тракт Дамащи разделяется на участки, за которыми укрепились собственные названия. От головы до подхода к каналу Каракамыш на современных картах он именуется Кечкурук. Далее 1 км пути пролегает по руслу сбросного канала Каракамыш. Участок между отделением от Каракамыша и разделением канала надвое с отходом Джуна, в современных источниках именуется собственно Дамаши[3] или Дамарык[4]). Дамарык переходит с территории Ташкента на земли Ташкентской области. Концевой отрезок после отхода Джуна представляет собой фактически самостоятельный канал и известен как Рамадан. Рамадан оканчивается водосбросом в канал Ащисай.

Анхо́р — левый отвод Бозсу, который начинается ниже Малой Кольцевой дороги (но сохраняет направление вышележащего участка Бозсу и большую часть его объёма). Даёт начало каналу Бурджар, который, в свою очередь, сохраняет направление и основной объём вышележащего участка Анхора. После отхода Бурджара количество воды в Анхоре сильно падает и в дальнейшем постоянно уменьшается. Не существует единого мнения, где заканчивается Анхор. На юго-западной окраине города от русла отходит арык Эсхидархан, течение ниже этой точки иногда рассматривают как самостоятельный арык Канкус, а иногда относят к Анхору. Оба арыка разбираются на множество мелких и теряются, часть воды достигает Нижнего Бозсу. На Анхоре стоит Шейхантаурская ГЭС.

Бурджа́р — левый отвод Анхора, который начинается ниже Узбекистанского проспекта (но сохраняет направление вышележащего участка Анхора и большую часть его объёма). Впадает в Салар. Даёт начало каналу Актепа. На Бурджаре стоит Бурджарская ГЭС.

Актепа́ — правый отвод Бурджара, который начинается в районе Национального парка им. Алишера Навои́. Пересекается с каналом Анхор, течёт по историческому району Актепа, затем впадает в Нижний Бозсу. На Актепе стоит Актепинская ГЭС.

Другие

Каракамы́ш — канал, протекающий по северной и северно-западной окраине города (имя канала носит массив Каракамыш). В отличие от большинства каналов Ташкента, не начинается из Бозсу или его отводов (питается водами крупного канала Зах на севере Ташкентского вилоята). На границе города соединяется с Нижним Бозсу. На протяжении 1 км по Каракамышу пролегает водный тракт Дамащи.

Бектеми́р — единственный крупный канал в Ташкенте, протекающий по левому берегу реки Чирчик, в Бектемирском районе (крайний юго-запад Ташкента). Берёт начало в районе Паркентского тракта.

Озёра, пруды, водоёмы

На территории города в разных местах в разное время существовали небольшие акватории, образованные искусственными запрудами. Одна из наиболее старых в городе запруд существовала ещё в XIX веке на канале Анхор позади сада Генерал-губернаторского дома («Белого дома») — в районе треугольника, образованного современной площадью «Мустакиллик», Президентским дворцом и стадионом «Пахтакор». Этот водоём просуществовал в Ташкенте до середины 10-х годов XX века.

Также существовало небольшое озеро, так называемое «Озеро Великого князя», устроенное в виде запруды, которое располагалось ниже по течению современного канала Бурджар приблизительно в 600—700 метрах от пересечения канала с Махрамским проспектом[5]. Это небольшое искусственное озеро, образованное запрудой, использовалось для отдыха горожан — купания и катания на лодках[6]. Оно было устроено Великим князем Николаем Константиновичем, жившим в Ташкенте. Этот водоём просуществовал в Ташкенте приблизительно до конца 10-х годов XX века[7].

До конца 20-х годах XX века в Ташкенте не было крупных общедоступных водоёмов для купания горожан и катания на лодках. В начале тридцатых годов такой водоём появился[8] — это было водохранилище, образованное строящейся плотиной Бозсуйской ГЭС — первой гидроэлектростанции в Чирчик-Бозсуйском каскаде ГЭС, так называемая Гидра. На этом водохранилище была устроена лодочная станция. Однако, когда на базе этого водохранилища была образована водозаборная станция ташкентского водопровода, лодочная станция была закрыта, а водохранилище стало недоступным для массового отдыха горожан. Во второй половине 40-х годов в ташкенте было построено (вырыто) два искусственных озера для купания и летнего отдыха горожан — Парк «Победы» (на канале Бозсу) и «Комсомольское озеро» (на канале Анхор).

В начале XXI века наиболее известными водоёмами в черте города можно считать:

  • Аквапарк — получивший такое название после значительной реконструкции в конце 90-х годов прошлого века. До этого назывался «Парк Победы», названный так во второй половине 1940-х годов в честь победы в Великой Отечественной войне, когда создавалось озеро и зона отдыха вокруг него. Позднее, в конце шестидесятых годов прошлого века, рядом с Парком Победы был построен комплекс зданий Выставки достижений народного хозяйства Узбекской ССР.

  • Национальный парк имени Алишера Навои — до существенной реконструкции имевший название «Парк имени Ленинского комсомола» («Комсомольское озеро»). Своё название — «Комсомольское озеро» — парк и озеро получили в силу того, что для его создания в конце 30-х годов прошлого века в своё нерабочее время на бесплатной основе широко привлекались жители города (например неработающие домохозяйки), а также в массовом порядке члены молодёжной коммунистической организации — комсомола. Кроме того, для его постройки в значительной степени привлекался труд заключённых. Первоначально в 1939 году носил название «Парк культуры и отдыха имени И. В. Сталина». Этот парк общей площадью 29 га создавался на территории, располагавшейся за Бешагачскими воротами старой городской стены, на левом берегу канала Анхор по генеральному плану, разработанным архитекторами М. Булатовым и Л. Карашом. В этом месте ранее находились кирпичные заводы, и при выборке грунта, который использовался в качестве сырья на этих заводах, образовался котлован довольно живописных очертаний площадью около 9 га и глубиной 3 — 7 метров. Этот котлован и был использован для создания на территории парка искусственного озера. В созданном парке были разбиты аллеи деревьев, также были оборудованы пляжи, построен водный стадион, зелёный театр, лодочные станции, а также детская железная дорога. Круговая аллея, идущая вдоль озера и местами образовывашая набережную, связывала все объекты парка. Также по замыслу архитекторов все парковые сооружения располагались на перпендикулярных осях контура берегов водоема.
  • Бахт — озёра Бахт и Рохат и зона отдыха вокруг них были созданы в 1973—1975 годах XX века на базе гравийных карьеров в пойме реки Чирчик вблизи Ташкента.
  • Роха́т — в настоящее время на территории вокруг этого водоёма создан Ташкентский гольф-клуб, являющийся первым в среднеазиатском регионе гольф-клубом международного стандарта (общая площадь полей составляет 7015 ярдов)[9][10].

Ретроспектива

Некоторые каналы и водоёмы, существовавшие в прошлом, в настоящее время прекратили своё существование или их режим существенно изменился. К числу таких можно отнести, например, каналы:

  • Дарха́н — в XIX—м и начале XX века был заметной водной артерией. Являлся отводом Салара и протекал параллельно ему. В топонимике города до недавнего времени сохранились названия «Дархан», «Дархан-арык» на улице Пушкинской. В настоящее время начинается от Аккургана и доходит лишь до станции метро «Хамид Алимджан».
  • Яланга́ч — левый отвод Бозсу. Ранее впадал в Салар в районе Старого ТашМИ, что хорошо видно на картах XIX века. В настоящее время этот арык сохранился, но только в верхнем течении, доходя приблизительно до улицы Файзуллы Ходжаева.
  • Гадрага́н — являлся левым отводом Бозсу. Небольшой канал, протекающий по центру города. Ныне вода в канал подаётся непостоянно, и он на значительном протяжении убран в гидротехнические трубы. Надземные участки имеются, например, в бывшем сквере Гагарина, в жилом квартале за центральным выставочным залом, у Министерства внутренних дел РУз. Питает озеро в зелёной зоне к северу от метро Космонавтов и озеро в парке имени Бабура. Ранее являлся источником водоснабжения для крепости Кокандская Урда.
  • Региста́н — левый отвод Калькауза, протекавший в прошлом с севера на юг по центру Старого города (в т.ч. на месте современного рынка Чорсу). Впадал в Джангоб.

Первый Ташкентский водопровод

В декабре 1874 года в Ташкенте был пущен городской водопровод[11], однако, первая попытка устройства водопровода в Ташкенте не увенчалась успехом[12]. Вот что пишет Н. Маев в своём очерке «Русский Ташкент», опубликованном в литературном приложении к журналу «Нива» за 1890 год, на с. 127:

Была попытка устройства водопровода въ русский Ташкентъ изъ реки Чирчика *). Это было ещё во время управления Туркестанскимъ краемъ покойнаго К. П. фонъ-Кауфмана. Но — былъ-ли плохъ строитель водопровода (постройка была отдана ему на коммерческомъ праве), или же повлияли другия, неблагоприятствовавшиия причины, но только водопроводъ, длиною всего въ одну версту, строившийся шесть лътъ и стоивший казне 48,000 руб., — совершенно не удался. Вода не пошла въ городъ. Въ 1882 году, въ виду безполезности недействующихъ сооружений злосчастнаго водопровода, желоба его были проданы съ публичнаго торга за 745 руб., а въ 1884 году все сооружения водопровода (арки, насыпь и проч.) были переданы безвозмездно въ собственность города и имъ уничтожены. Отъ затраченной на постройку водопровода суммы получилось только «дело» о сооружении водопровода и контрольный начетъ на строителя; жители остались при той же испорченной воде.


  • Точнее — изъ канала Акъ-Курганъ, выходящего изь Чирчика, вне города Ташкента.

Напишите отзыв о статье "Водное хозяйство Ташкента"

Примечания

  1. Таблица 1. Озёра г. Ташкента
    Озеро Питающий водоток
    Аквапарк Бозсу
    Оз. юго-западнее стадиона «Пахтакор» Бозсу
    Водохранилище в Нац. парке Узбекистана Анхор
    Оз. в парке им. Мирзо Улугбека Анхор
    Оз. в парке им. Усмана Насира Чартак
    Оз. Бахт Чирчик
    Оз. Ташкентского гольф-клуба Чирчик
    Оз. В зелёной зоне к северу от метро Космонавтов Гадраган
    Оз. в парке им. Бабура Гадраган
    Оз. В парке на улице Баку Карасу
    Оз. в Яккасарайском районе за текстильным комбинатом на ул. Бабура Салар

    — [www.cawater-info.net/library/rus/saniiri80_3.pdf Чуб В.Е., Видинеева Е.М., Верещагина Н.Г., Рахматова Н.И. «О пригодности воды водоёмов г. Ташкента для рекреации и ирригации», стр. 42]

  2. Описания других каналов, которые приведены ниже в этой статье, исходят из взгляда о едином канале Бозсу. С другими трактовками по проведению этих каналов можно ознакомиться в соответствующих статьях

Источники

  1. Например, согласно историческим источникам (Табари) аббасидский халиф Мутасим(833—842гг) выделил огромную по тем временам сумму в 2 миллиона дихремов из государственной казны для прорытия канала в Шаше]
  2. Атлас «Ташкент» малый. Выпуск 1 (2007-2008 г.) / Ответственный редактор Чернявская Т. Б. — Ташкент: «Госкомгеодезкадастр», 2007.
  3. [www.ecocity.uz/index.php?option=com_content&view=article&id=39:water-of-the-big-city&catid=9:nature-protectionactivity&Itemid=12 Ташкентский городской комитет по охране природы — Вода большого города]
  4. Тошкент. Миқёс 1 : 28 000. — Тошкент: «Узгеодезкадастр», 1995.  (узб.)
  5. [oldtashkent.ru/?action=pages&podrazdelid=68&podrid=4 Е. Смехов «Озеро Великого князя»]
  6. Можно предполагать, что на открытках города Ташкента 10-х годов XX века оно упоминалось под названием «Лодочная станция на Бозсу».
  7. …Как пишет в своей статье М. Е. Массон:

    «…К юго-западу от русской крепости, вдоль правого берега мощного протока Бурджар, по обе стороны Татарский улицы (теперь улица 9-го января) им была основана так называвшаяся „княжеская солдатская слобода“. Последняя состояла из небольших, вытянутых в одну линию и впритык прижатых друг к другу невзрачных стандартных домиков-клетушек с прилежащим к каждому с задней стороны узеньким маленьким участком земли. Они служили дешёвыми квартирами для солдат, отслуживших в Туркестане срок тогдашней многолетней воинской повинности, не хотевших возвратиться в Россию и пожелавших остаться жить в Ташкенте. Чуть южнее находящаяся низина до самой „Татарской слободы“ (сложившейся несколько северо-восточнее городских ворот Бешагач) была заполнена водой из рядом протекавшего арыка, образовав искусственное озеро. На нём князь устраивал по праздничным дням платное катание на лодках под звуки военных оркестров….»

    — [oldtashkent.ru/?action=pages&podrazdelid=68&podrid=4 Е. Смехов «Озеро Великого князя»]. Опубликовано на сайте «Ташкентъ».

  8. [mytashkent.uz/wp-content/tashkent.zip Ольга Пославская «Мой Ташкент». Журнал «Звезда Востока», № 12, 1989. с.159-178. (Архивный текст в электронном виде).]
  9. [www.centralasia-travel.com/ru/golf Ташкентский гольф-клуб.].
  10. [www.geocities.jp/roka_sanda/coursepages/golfuzbekistan/tashkentphoto.htm Фотографии ташкентского гольф-клуба]
  11. [zerrspiegel.orientphil.uni-halle.de/t301.html НИВА, 1875, № 9, стр.143. Разные известия. Городская хроника]

  12. Самым анекдотическим начинанием С. К. Глинки-Янчевского, своеобразной «притчей во языцех» было строительство в 1868—1875 годах ташкентского канала, или, как тогда говорили, водопровода для Нового города. Осуществление этого проекта должно было исправить разрушенные военными действиями отряда М. Г. Черняева ирригационные сооружения правобережья Чирчика. Предполагалось поставить дело на широкую ногу, провести глубокий водовод из Салара, для чего существенно поднять уровень канала высокой плотиной, вывести в открытом ложе воду к новому городу, устроить земляные насыпи с туннелями для поперечных малых арыков. Эти фантазии в духе римских акведуков очень нужны были С. К. Глинке-Янчевскому, который подрядился построить ташкентский водопровод за сто восемьдесят тысяч рублей. В течение семи лет подрядчик усиленно доил казну, требуя дополнительных ассигнований, а когда было официально объявлено об окончании строительства — вода по каналу вообще не пошла…

    — [mytashkent.uz/2008/05/28/1227/ Б. А. Голендер. «Коммерсанты старого Туркестана»]. Опубликовано в журнале «Звезда Востока» №1, 2007 год.

Литература и ссылки

  • [www.dataplus.ru/Arcrev/Number_36/18_procc.html Гидрогеология Ташкента]
  • [oldtashkent.ru/?action=pages&podrazdelid=68&podrid=4 Старый Ташкент — Смехов Е. Озеро Великого князя]
  • [www.cawater-info.net/library/rus/saniiri80_3.pdf Чуб В. Е., Видинеева Е. М., Верещагина Н. Г., Рахматова Н. И. О пригодности воды водоёмов Ташкента для ирригации и рекреации]

Отрывок, характеризующий Водное хозяйство Ташкента

– Кари, мала, тафа, сафи, мутер, каска, – лопотал он, стараясь придавать выразительные интонации своему голосу.
– Го, го, го! ха ха, ха, ха! Ух! Ух! – раздался между солдатами грохот такого здорового и веселого хохота, невольно через цепь сообщившегося и французам, что после этого нужно было, казалось, разрядить ружья, взорвать заряды и разойтись поскорее всем по домам.
Но ружья остались заряжены, бойницы в домах и укреплениях так же грозно смотрели вперед и так же, как прежде, остались друг против друга обращенные, снятые с передков пушки.


Объехав всю линию войск от правого до левого фланга, князь Андрей поднялся на ту батарею, с которой, по словам штаб офицера, всё поле было видно. Здесь он слез с лошади и остановился у крайнего из четырех снятых с передков орудий. Впереди орудий ходил часовой артиллерист, вытянувшийся было перед офицером, но по сделанному ему знаку возобновивший свое равномерное, скучливое хождение. Сзади орудий стояли передки, еще сзади коновязь и костры артиллеристов. Налево, недалеко от крайнего орудия, был новый плетеный шалашик, из которого слышались оживленные офицерские голоса.
Действительно, с батареи открывался вид почти всего расположения русских войск и большей части неприятеля. Прямо против батареи, на горизонте противоположного бугра, виднелась деревня Шенграбен; левее и правее можно было различить в трех местах, среди дыма их костров, массы французских войск, которых, очевидно, большая часть находилась в самой деревне и за горою. Левее деревни, в дыму, казалось что то похожее на батарею, но простым глазом нельзя было рассмотреть хорошенько. Правый фланг наш располагался на довольно крутом возвышении, которое господствовало над позицией французов. По нем расположена была наша пехота, и на самом краю видны были драгуны. В центре, где и находилась та батарея Тушина, с которой рассматривал позицию князь Андрей, был самый отлогий и прямой спуск и подъем к ручью, отделявшему нас от Шенграбена. Налево войска наши примыкали к лесу, где дымились костры нашей, рубившей дрова, пехоты. Линия французов была шире нашей, и ясно было, что французы легко могли обойти нас с обеих сторон. Сзади нашей позиции был крутой и глубокий овраг, по которому трудно было отступать артиллерии и коннице. Князь Андрей, облокотясь на пушку и достав бумажник, начертил для себя план расположения войск. В двух местах он карандашом поставил заметки, намереваясь сообщить их Багратиону. Он предполагал, во первых, сосредоточить всю артиллерию в центре и, во вторых, кавалерию перевести назад, на ту сторону оврага. Князь Андрей, постоянно находясь при главнокомандующем, следя за движениями масс и общими распоряжениями и постоянно занимаясь историческими описаниями сражений, и в этом предстоящем деле невольно соображал будущий ход военных действий только в общих чертах. Ему представлялись лишь следующего рода крупные случайности: «Ежели неприятель поведет атаку на правый фланг, – говорил он сам себе, – Киевский гренадерский и Подольский егерский должны будут удерживать свою позицию до тех пор, пока резервы центра не подойдут к ним. В этом случае драгуны могут ударить во фланг и опрокинуть их. В случае же атаки на центр, мы выставляем на этом возвышении центральную батарею и под ее прикрытием стягиваем левый фланг и отступаем до оврага эшелонами», рассуждал он сам с собою…
Всё время, что он был на батарее у орудия, он, как это часто бывает, не переставая, слышал звуки голосов офицеров, говоривших в балагане, но не понимал ни одного слова из того, что они говорили. Вдруг звук голосов из балагана поразил его таким задушевным тоном, что он невольно стал прислушиваться.
– Нет, голубчик, – говорил приятный и как будто знакомый князю Андрею голос, – я говорю, что коли бы возможно было знать, что будет после смерти, тогда бы и смерти из нас никто не боялся. Так то, голубчик.
Другой, более молодой голос перебил его:
– Да бойся, не бойся, всё равно, – не минуешь.
– А всё боишься! Эх вы, ученые люди, – сказал третий мужественный голос, перебивая обоих. – То то вы, артиллеристы, и учены очень оттого, что всё с собой свезти можно, и водочки и закусочки.
И владелец мужественного голоса, видимо, пехотный офицер, засмеялся.
– А всё боишься, – продолжал первый знакомый голос. – Боишься неизвестности, вот чего. Как там ни говори, что душа на небо пойдет… ведь это мы знаем, что неба нет, a сфера одна.
Опять мужественный голос перебил артиллериста.
– Ну, угостите же травником то вашим, Тушин, – сказал он.
«А, это тот самый капитан, который без сапог стоял у маркитанта», подумал князь Андрей, с удовольствием признавая приятный философствовавший голос.
– Травничку можно, – сказал Тушин, – а всё таки будущую жизнь постигнуть…
Он не договорил. В это время в воздухе послышался свист; ближе, ближе, быстрее и слышнее, слышнее и быстрее, и ядро, как будто не договорив всего, что нужно было, с нечеловеческою силой взрывая брызги, шлепнулось в землю недалеко от балагана. Земля как будто ахнула от страшного удара.
В то же мгновение из балагана выскочил прежде всех маленький Тушин с закушенною на бок трубочкой; доброе, умное лицо его было несколько бледно. За ним вышел владетель мужественного голоса, молодцоватый пехотный офицер, и побежал к своей роте, на бегу застегиваясь.


Князь Андрей верхом остановился на батарее, глядя на дым орудия, из которого вылетело ядро. Глаза его разбегались по обширному пространству. Он видел только, что прежде неподвижные массы французов заколыхались, и что налево действительно была батарея. На ней еще не разошелся дымок. Французские два конные, вероятно, адъютанта, проскакали по горе. Под гору, вероятно, для усиления цепи, двигалась явственно видневшаяся небольшая колонна неприятеля. Еще дым первого выстрела не рассеялся, как показался другой дымок и выстрел. Сраженье началось. Князь Андрей повернул лошадь и поскакал назад в Грунт отыскивать князя Багратиона. Сзади себя он слышал, как канонада становилась чаще и громче. Видно, наши начинали отвечать. Внизу, в том месте, где проезжали парламентеры, послышались ружейные выстрелы.
Лемарруа (Le Marierois) с грозным письмом Бонапарта только что прискакал к Мюрату, и пристыженный Мюрат, желая загладить свою ошибку, тотчас же двинул свои войска на центр и в обход обоих флангов, надеясь еще до вечера и до прибытия императора раздавить ничтожный, стоявший перед ним, отряд.
«Началось! Вот оно!» думал князь Андрей, чувствуя, как кровь чаще начинала приливать к его сердцу. «Но где же? Как же выразится мой Тулон?» думал он.
Проезжая между тех же рот, которые ели кашу и пили водку четверть часа тому назад, он везде видел одни и те же быстрые движения строившихся и разбиравших ружья солдат, и на всех лицах узнавал он то чувство оживления, которое было в его сердце. «Началось! Вот оно! Страшно и весело!» говорило лицо каждого солдата и офицера.
Не доехав еще до строившегося укрепления, он увидел в вечернем свете пасмурного осеннего дня подвигавшихся ему навстречу верховых. Передовой, в бурке и картузе со смушками, ехал на белой лошади. Это был князь Багратион. Князь Андрей остановился, ожидая его. Князь Багратион приостановил свою лошадь и, узнав князя Андрея, кивнул ему головой. Он продолжал смотреть вперед в то время, как князь Андрей говорил ему то, что он видел.
Выражение: «началось! вот оно!» было даже и на крепком карем лице князя Багратиона с полузакрытыми, мутными, как будто невыспавшимися глазами. Князь Андрей с беспокойным любопытством вглядывался в это неподвижное лицо, и ему хотелось знать, думает ли и чувствует, и что думает, что чувствует этот человек в эту минуту? «Есть ли вообще что нибудь там, за этим неподвижным лицом?» спрашивал себя князь Андрей, глядя на него. Князь Багратион наклонил голову, в знак согласия на слова князя Андрея, и сказал: «Хорошо», с таким выражением, как будто всё то, что происходило и что ему сообщали, было именно то, что он уже предвидел. Князь Андрей, запихавшись от быстроты езды, говорил быстро. Князь Багратион произносил слова с своим восточным акцентом особенно медленно, как бы внушая, что торопиться некуда. Он тронул, однако, рысью свою лошадь по направлению к батарее Тушина. Князь Андрей вместе с свитой поехал за ним. За князем Багратионом ехали: свитский офицер, личный адъютант князя, Жерков, ординарец, дежурный штаб офицер на энглизированной красивой лошади и статский чиновник, аудитор, который из любопытства попросился ехать в сражение. Аудитор, полный мужчина с полным лицом, с наивною улыбкой радости оглядывался вокруг, трясясь на своей лошади, представляя странный вид в своей камлотовой шинели на фурштатском седле среди гусар, казаков и адъютантов.
– Вот хочет сраженье посмотреть, – сказал Жерков Болконскому, указывая на аудитора, – да под ложечкой уж заболело.
– Ну, полно вам, – проговорил аудитор с сияющею, наивною и вместе хитрою улыбкой, как будто ему лестно было, что он составлял предмет шуток Жеркова, и как будто он нарочно старался казаться глупее, чем он был в самом деле.
– Tres drole, mon monsieur prince, [Очень забавно, мой господин князь,] – сказал дежурный штаб офицер. (Он помнил, что по французски как то особенно говорится титул князь, и никак не мог наладить.)
В это время они все уже подъезжали к батарее Тушина, и впереди их ударилось ядро.
– Что ж это упало? – наивно улыбаясь, спросил аудитор.
– Лепешки французские, – сказал Жерков.
– Этим то бьют, значит? – спросил аудитор. – Страсть то какая!
И он, казалось, распускался весь от удовольствия. Едва он договорил, как опять раздался неожиданно страшный свист, вдруг прекратившийся ударом во что то жидкое, и ш ш ш шлеп – казак, ехавший несколько правее и сзади аудитора, с лошадью рухнулся на землю. Жерков и дежурный штаб офицер пригнулись к седлам и прочь поворотили лошадей. Аудитор остановился против казака, со внимательным любопытством рассматривая его. Казак был мертв, лошадь еще билась.
Князь Багратион, прищурившись, оглянулся и, увидав причину происшедшего замешательства, равнодушно отвернулся, как будто говоря: стоит ли глупостями заниматься! Он остановил лошадь, с приемом хорошего ездока, несколько перегнулся и выправил зацепившуюся за бурку шпагу. Шпага была старинная, не такая, какие носились теперь. Князь Андрей вспомнил рассказ о том, как Суворов в Италии подарил свою шпагу Багратиону, и ему в эту минуту особенно приятно было это воспоминание. Они подъехали к той самой батарее, у которой стоял Болконский, когда рассматривал поле сражения.
– Чья рота? – спросил князь Багратион у фейерверкера, стоявшего у ящиков.
Он спрашивал: чья рота? а в сущности он спрашивал: уж не робеете ли вы тут? И фейерверкер понял это.
– Капитана Тушина, ваше превосходительство, – вытягиваясь, закричал веселым голосом рыжий, с покрытым веснушками лицом, фейерверкер.
– Так, так, – проговорил Багратион, что то соображая, и мимо передков проехал к крайнему орудию.
В то время как он подъезжал, из орудия этого, оглушая его и свиту, зазвенел выстрел, и в дыму, вдруг окружившем орудие, видны были артиллеристы, подхватившие пушку и, торопливо напрягаясь, накатывавшие ее на прежнее место. Широкоплечий, огромный солдат 1 й с банником, широко расставив ноги, отскочил к колесу. 2 й трясущейся рукой клал заряд в дуло. Небольшой сутуловатый человек, офицер Тушин, спотыкнувшись на хобот, выбежал вперед, не замечая генерала и выглядывая из под маленькой ручки.
– Еще две линии прибавь, как раз так будет, – закричал он тоненьким голоском, которому он старался придать молодцоватость, не шедшую к его фигуре. – Второе! – пропищал он. – Круши, Медведев!
Багратион окликнул офицера, и Тушин, робким и неловким движением, совсем не так, как салютуют военные, а так, как благословляют священники, приложив три пальца к козырьку, подошел к генералу. Хотя орудия Тушина были назначены для того, чтоб обстреливать лощину, он стрелял брандскугелями по видневшейся впереди деревне Шенграбен, перед которой выдвигались большие массы французов.
Никто не приказывал Тушину, куда и чем стрелять, и он, посоветовавшись с своим фельдфебелем Захарченком, к которому имел большое уважение, решил, что хорошо было бы зажечь деревню. «Хорошо!» сказал Багратион на доклад офицера и стал оглядывать всё открывавшееся перед ним поле сражения, как бы что то соображая. С правой стороны ближе всего подошли французы. Пониже высоты, на которой стоял Киевский полк, в лощине речки слышалась хватающая за душу перекатная трескотня ружей, и гораздо правее, за драгунами, свитский офицер указывал князю на обходившую наш фланг колонну французов. Налево горизонт ограничивался близким лесом. Князь Багратион приказал двум баталионам из центра итти на подкрепление направо. Свитский офицер осмелился заметить князю, что по уходе этих баталионов орудия останутся без прикрытия. Князь Багратион обернулся к свитскому офицеру и тусклыми глазами посмотрел на него молча. Князю Андрею казалось, что замечание свитского офицера было справедливо и что действительно сказать было нечего. Но в это время прискакал адъютант от полкового командира, бывшего в лощине, с известием, что огромные массы французов шли низом, что полк расстроен и отступает к киевским гренадерам. Князь Багратион наклонил голову в знак согласия и одобрения. Шагом поехал он направо и послал адъютанта к драгунам с приказанием атаковать французов. Но посланный туда адъютант приехал через полчаса с известием, что драгунский полковой командир уже отступил за овраг, ибо против него был направлен сильный огонь, и он понапрасну терял людей и потому спешил стрелков в лес.
– Хорошо! – сказал Багратион.
В то время как он отъезжал от батареи, налево тоже послышались выстрелы в лесу, и так как было слишком далеко до левого фланга, чтобы успеть самому приехать во время, князь Багратион послал туда Жеркова сказать старшему генералу, тому самому, который представлял полк Кутузову в Браунау, чтобы он отступил сколь можно поспешнее за овраг, потому что правый фланг, вероятно, не в силах будет долго удерживать неприятеля. Про Тушина же и баталион, прикрывавший его, было забыто. Князь Андрей тщательно прислушивался к разговорам князя Багратиона с начальниками и к отдаваемым им приказаниям и к удивлению замечал, что приказаний никаких отдаваемо не было, а что князь Багратион только старался делать вид, что всё, что делалось по необходимости, случайности и воле частных начальников, что всё это делалось хоть не по его приказанию, но согласно с его намерениями. Благодаря такту, который выказывал князь Багратион, князь Андрей замечал, что, несмотря на эту случайность событий и независимость их от воли начальника, присутствие его сделало чрезвычайно много. Начальники, с расстроенными лицами подъезжавшие к князю Багратиону, становились спокойны, солдаты и офицеры весело приветствовали его и становились оживленнее в его присутствии и, видимо, щеголяли перед ним своею храбростию.


Князь Багратион, выехав на самый высокий пункт нашего правого фланга, стал спускаться книзу, где слышалась перекатная стрельба и ничего не видно было от порохового дыма. Чем ближе они спускались к лощине, тем менее им становилось видно, но тем чувствительнее становилась близость самого настоящего поля сражения. Им стали встречаться раненые. Одного с окровавленной головой, без шапки, тащили двое солдат под руки. Он хрипел и плевал. Пуля попала, видно, в рот или в горло. Другой, встретившийся им, бодро шел один, без ружья, громко охая и махая от свежей боли рукою, из которой кровь лилась, как из стклянки, на его шинель. Лицо его казалось больше испуганным, чем страдающим. Он минуту тому назад был ранен. Переехав дорогу, они стали круто спускаться и на спуске увидали несколько человек, которые лежали; им встретилась толпа солдат, в числе которых были и не раненые. Солдаты шли в гору, тяжело дыша, и, несмотря на вид генерала, громко разговаривали и махали руками. Впереди, в дыму, уже были видны ряды серых шинелей, и офицер, увидав Багратиона, с криком побежал за солдатами, шедшими толпой, требуя, чтоб они воротились. Багратион подъехал к рядам, по которым то там, то здесь быстро щелкали выстрелы, заглушая говор и командные крики. Весь воздух пропитан был пороховым дымом. Лица солдат все были закопчены порохом и оживлены. Иные забивали шомполами, другие посыпали на полки, доставали заряды из сумок, третьи стреляли. Но в кого они стреляли, этого не было видно от порохового дыма, не уносимого ветром. Довольно часто слышались приятные звуки жужжанья и свистения. «Что это такое? – думал князь Андрей, подъезжая к этой толпе солдат. – Это не может быть атака, потому что они не двигаются; не может быть карре: они не так стоят».
Худощавый, слабый на вид старичок, полковой командир, с приятною улыбкой, с веками, которые больше чем наполовину закрывали его старческие глаза, придавая ему кроткий вид, подъехал к князю Багратиону и принял его, как хозяин дорогого гостя. Он доложил князю Багратиону, что против его полка была конная атака французов, но что, хотя атака эта отбита, полк потерял больше половины людей. Полковой командир сказал, что атака была отбита, придумав это военное название тому, что происходило в его полку; но он действительно сам не знал, что происходило в эти полчаса во вверенных ему войсках, и не мог с достоверностью сказать, была ли отбита атака или полк его был разбит атакой. В начале действий он знал только то, что по всему его полку стали летать ядра и гранаты и бить людей, что потом кто то закричал: «конница», и наши стали стрелять. И стреляли до сих пор уже не в конницу, которая скрылась, а в пеших французов, которые показались в лощине и стреляли по нашим. Князь Багратион наклонил голову в знак того, что всё это было совершенно так, как он желал и предполагал. Обратившись к адъютанту, он приказал ему привести с горы два баталиона 6 го егерского, мимо которых они сейчас проехали. Князя Андрея поразила в эту минуту перемена, происшедшая в лице князя Багратиона. Лицо его выражало ту сосредоточенную и счастливую решимость, которая бывает у человека, готового в жаркий день броситься в воду и берущего последний разбег. Не было ни невыспавшихся тусклых глаз, ни притворно глубокомысленного вида: круглые, твердые, ястребиные глаза восторженно и несколько презрительно смотрели вперед, очевидно, ни на чем не останавливаясь, хотя в его движениях оставалась прежняя медленность и размеренность.
Полковой командир обратился к князю Багратиону, упрашивая его отъехать назад, так как здесь было слишком опасно. «Помилуйте, ваше сиятельство, ради Бога!» говорил он, за подтверждением взглядывая на свитского офицера, который отвертывался от него. «Вот, изволите видеть!» Он давал заметить пули, которые беспрестанно визжали, пели и свистали около них. Он говорил таким тоном просьбы и упрека, с каким плотник говорит взявшемуся за топор барину: «наше дело привычное, а вы ручки намозолите». Он говорил так, как будто его самого не могли убить эти пули, и его полузакрытые глаза придавали его словам еще более убедительное выражение. Штаб офицер присоединился к увещаниям полкового командира; но князь Багратион не отвечал им и только приказал перестать стрелять и построиться так, чтобы дать место подходившим двум баталионам. В то время как он говорил, будто невидимою рукой потянулся справа налево, от поднявшегося ветра, полог дыма, скрывавший лощину, и противоположная гора с двигающимися по ней французами открылась перед ними. Все глаза были невольно устремлены на эту французскую колонну, подвигавшуюся к нам и извивавшуюся по уступам местности. Уже видны были мохнатые шапки солдат; уже можно было отличить офицеров от рядовых; видно было, как трепалось о древко их знамя.
– Славно идут, – сказал кто то в свите Багратиона.
Голова колонны спустилась уже в лощину. Столкновение должно было произойти на этой стороне спуска…