Военно-морские силы Литвы

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Lietuvós karínės jū́rų pájėgos
Военно-морские силы Литвы

Эмблема ВМС Литвы
Годы существования

1935 — 1940
с 4 июля 1992 года[1]

Страна

Литва Литва

Подчинение

Министерство охраны края Литвы[2]

Входит в

Вооружённые силы Литвы

Тип

Военно-морские силы

Функция

охрана морских границ, разминирование территориальных вод, участие в акциях НАТО

Дислокация

Клайпеда

Командиры
Действующий командир

Коммодор Кястутис Мацияускас
лит. Flotilės admirolas Kęstutis Macijauskas[3]

Военно-морские силы Литвы (лит. Karínės jū́rų pájėgos) — один из видов вооружённых сил Литовской Республики.

Задачами ВМС Литвы являются защита территориальных вод, охрана и контроль экономической зоны, поисково-спасательные операции, поиск и обезвреживание мин и прочих боеприпасов, береговая охрана и защита судоходства.





История

ВМС Литвы (1935-1940)

ВМС Литовской Республики как род сил были образованы 1 августа 1935 года[1], когда единственный имеющийся у Литвы военный корабль «Prezidentas Smetona» (англ.) (с лит. — «Президент Смятона») (бывший немецкий тральщик «М-59») был передан из Пограничной полиции в подчинение Министерства охраны края Литвы. 1940 году Литовская Республика была включена в состав СССР, в связи с чем «Prezidentas Smetona» вошёл в состав Балтийского флота ВМФ СССР и погиб в 1945 году, подорвавшись на мине у острова Аэгна.

ВМС Литвы после 1991 года

Организационный состав

Организационно Военно-морские силы Литвы включают:[4]

  • Флотилию военных кораблей (лит. Karo laivų flotilė)
  • Дивизион противоминных кораблей (лит. Priešmininių laivų divizionas)
Официально образован в мае 1999 года
  • Дивизион сторожевых кораблей (лит. Patrulinių laivų divizionas)
Официально образован в мае 1999 года
  • Дивизион вспомогательных кораблей (лит. Pagalbinių laivų divizionas)
Образован в Феврале 1992 года как Звено катеров (лит. Katerių grandis)
  • Службу слежения за морем и побережьем (лит. Jūros ir pakrančių stebėjimo tarnyba)
  • Службу материально-технического обеспечения (лит. Logistikos tarnyba)
  • Команду подводных действий (лит. Povandeninių veiksmų komanda)
  • Учебный центр (лит. Mokymo centras)
  • Координационный центр спасения на море (лит. Jūrų gelbėjimo koordinavimo centras)

Пункты базирования

Боевой состав

Флотилия военных кораблей

Тип Бортовой номер Наименование В составе флота Состояние Примечания
Корабли управления
корабль управления и обеспечения типа «Vidar» (англ.)
N42
 LKL «Йо́твингис»
«Jotvingis»
с 2006 года[5]
в строю
бывший минный заградитель KNM «Vidar» (N52) (англ.)
Противоминные корабли
минный тральщик типа «Линдау» (тип 331) (англ.)
M51 (англ.)
 LKL «Ку́рщис»
«Kuršis»
с 27 апреля 2001 года[5]
в строю
бывший «Марбург» (M1080)
«Marburg»
минный тральщик типа «Линдау» (тип 331) (англ.)
M52 (англ.)
 LKL «Суду́вис (лит.)»
«Sūduvis»
с 22 июня 1999 года[5]
в строю
бывший «Кобленц» (M1071)
«Koblenz»
Сторожевые корабли
Патрульный катер типа «Флювефискен»
P11
 LKL «Жяма́йтис»
«Žemaitis»
с июля 2008 года[6]
в строю
бывший HDMS «Flyvefisken» (P550) (датск.)
Патрульный катер типа «Флювефискен»
P12
 LKL «Дзу́кас (лит.)»
«Dzūkas»
с февраля 2009 года[6]
в строю
бывший HDMS «Hajen» (P551) (датск.)
Патрульный катер типа «Флювефискен»
P14
 LKL «Аукшта́йтис»
«Aukštaitis»
с февраля 2010 года[6]
в строю
бывший HDMS «Lommen» (P559) (датск.)
сторожевой катер типа «Сторм»
P32
 LKL «Се́лис»
«Sėlis»
с 2001 года[6]
в строю
бывший KNM «Steil» (P969)
Вспомогательные корабли
поисково-спасательный корабль типа…
нет
 PGL «Шакя́й»
«Šakiai»
с 26 февраля 2009 года[7]
в строю
передан из Дирекции Клайпедского государственного морского порта[7]
портовый катер типа…
H21
нет
с 1992 года[7]
в строю
бывший «Vilnelė»[8]
портовый буксир типа…
H22
нет
с 5 декабря 2000 года[7]
в строю
бывший «Atlas»
портовый катер типа…
H23
нет
с 2005 года[7]
в строю

Команда подводных действий

Командир — капитан-лейтенант.[9]

Некоторые участки Балтийского моря все ещё опасны для судоходства из-за большого количества мин, оставшихся там со времен Второй мировой войны. Отряд водолазов-сапёров основном занимается уничтожением морских мин, боеприпасов и прочих взрывоопасных предметов (в том числе и самодельных) на суше и под водой.

Кроме этого, участвуют в проведении поисковых и спасательных работ, осуществляют подъём предметов массой до 5 тК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4743 дня] со дна моря, оказывают помощь МВД в расследовании преступлений и поиске вещественных доказательств под водой и пр. Имеющееся оборудование позволяет выполнять весь спектр подводных работ на глубинах до 80 мК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4743 дня]. В основном используются дыхательные аппараты на газовых смесях с полузамкнутым типом.К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4743 дня]

Префикс кораблей и судов

Военные корабли и суда ВМФ Литвы имеют префикс LKL (лит. Lietuvos Karinis Laivas — Литовский Военный Корабль).

Вспомогательные суда имеют прификс в соответствии с их назначением: PGL — Поисково-Спасательный Корабль (лит. Paieškos ir Gelbėjimo Laivas).

В военно-морских силах Литвы веден стандарт, по которому корабль или судно имеют бортовой номер с латинской буквой, в соответствии с классом корабля: M — Минный корабль, P — Сторожевой (патрульный) корабль, Н — Портовое судно (англ. Harbor — портовый).

О наименовании кораблей и судов ВМФ Литвы

Корабли и суда ВМФ Литвы обычно называются в честь того или иного балтийского племени или этнографической группы современных литовцев.

«Aukštaitis» — Аукшта́йтис.

Аукшта́йты — этнографическая группа восточных литовцев.

«Dzūkas» — Дзу́кас

Дзу́ки — этнографическая группа южных литовцев.

«Žemaitis» — Жяма́йтис.

Жяма́йты (летописная Жму́дь или Самоги́ты) — балтийское племя и этнографическая группа западных литовцев.

«Jotvingis» — Йо́твингис.

Йо́твинги (летописные Ятвя́ги) — балтийское племя.

«Kuršis» — Ку́рщис

Курши (летописные Куро́ны) — балтийское племя.

«Sėlis» — Се́лис

Сели (летописные Селоны) — балтийское племя.

«Sūduvis» — Суду́вис.

Суду́вы — балтийское племя.
Исключения

«Vėtra» — Ветра

Ве́тра — в балтийских верованиях — обожествлённый ветер. Внезапно поднявшийся сильный ветер всегда связывался с чем-то недобрым — внезапная смерть, война.

Флаги кораблей и судов

Флаг Гюйс Вымпел боевых кораблей

Флаги должностных лиц

Министр охраны края[10] Главнокомандующий
Вооружёнными силами
Начальник главного штаба
Командующий ВМС Командир бригады кораблей Командир дивизиона кораблей
Командир группы кораблей

Знаки различия

Адмиралы и офицеры

Категории[11] Адмиралы Старшие офицеры Младшие офицеры
Литовское звание Viceadmirolas Kontradmirolas Flotilės admirolas Jūrų kapitonas Komandoras Komandoras leitenantas Kapitonas leitenantas Vyresnysis leitenantas Leitenantas
Российское
соответствие
Вице-адмирал Контр-адмирал нет Капитан 1-го ранга Капитан 2-го ранга Капитан 3-го ранга Капитан-лейтенант Старший лейтенант Лейтенант

Специалисты

Категории Старшины специалисты
Литовское звание Štabo laivūnas specialistas Vyresnysis seržantas specialistas Seržantas specialistas
Соответствует Štabo laivūnas Vyresnysis seržantas Seržantas
Российское
соответствие
нет Главный корабельный старшина Главный старшина

Старшины и матросы

Категории Старшины Матросы
Литовское звание Vyresnysis laivūnas Laivūnas Štabo laivūnas Vyresnysis seržantas Seržantas Grandinis Vyresnysis jūreivis Jūreivis Jaunesnysis jūreivis
Российское
соответствие
Старший мичман Мичман нет Главный корабельный старшина Главный старшина Старшина 1-й статьи Старшина 2-й статьи Старший матрос Матрос

Знаки на головные уборы

См. также

Исторические корабли ВМФ Литвы

Тип Бортовой номер Наименование В составе флота Выведен из состава флота Примечания
Корветы
малый противолодочный корабль проекта 1124М
в ВМФ Литвы переквалифицирован во фрегат
F11
 LKL «Žemaitis» с 29 октября 1992 года[1]
22 октября 2008
бывший МПК-44 «Комсомолец Латвии»
малый противолодочный корабль проекта 1124М
в ВМФ Литвы переквалифицирован во фрегат
F12
 LKL «Aukštaitis» с 29 октября 1992 года[1]
18 ноября 2009
бывший МПК-108
Минные корабли
Сторожевые корабли и катера
сторожевой катер типа «Storm»
P31
 LKL «Dzūkas» c 1995 года
нет данных
бывший KNM «Kjekk» (P965)
сторожевой катер типа «Storm»
P33
 LKL «Skalvis» c 2001 года
нет данных
бывший KNM «Steil» (P969)
Корабли и суда управления и обеспечение
научно-исследовательское судно типа «Валериан Урываев»
А41
 LKL «Vėtra» c 1992 года
нет данных
бывший «Рудольф Самойлович»
передан из Академии наук Литвы
Учебные корабли
минный тральщик типа ??
в ВМФ Литвы переквалифицирован в учебный корабль
нет
 LKL «Прязидянтас Смятона»
«Prezidentas Smetona»
с 1935 года с нет данных 1940 года бывший SMS М59

Командующие

После 1991 года

  • 1992 — Юозапас Альгис Лейсис
  • до 1999 Раймундас Балтушка
  • 28.04.1999 — 04.06.2008 Кястутис Мацияускас
  • 04.06.2008 — 24.10.2008 Артурас Станкайтис (врио)
  • 24.10.2008 — 01.03.2010 Олег Маринич,
  • 02.03.2010 — 30.04.2010 Артурас Станкайтис (врио)
  • 30.04.2010 — 27.07.2015 Кястутис Мацияускас
  • 02.08.2015 — Арунас Моцкус.

Напишите отзыв о статье "Военно-морские силы Литвы"

Примечания

  1. 1 2 3 4 [kariuomene.kam.lt/lt/kariuomenes_struktura/karines_juru_pajegos/istorija_363.html Istorija]
  2. Официальное название литовского Министерства обороны
  3. [kariuomene.kam.lt/lt/kariuomenes_struktura/karines_juru_pajegos/vadovybe_343/kestutis_macijauskas.html Karinių jūrų pajėgų vadas]
  4. [kariuomene.kam.lt/lt/kariuomenes_struktura/karines_juru_pajegos/padaliniai_344.html Padaliniai]
  5. 1 2 3 [kariuomene.kam.lt/lt/kariuomenes_struktura/karines_juru_pajegos/padaliniai_344/karo_laivu_flotile/priesmininiu_laivu_divizionas.html Priešmininių laivų divizionas]
  6. 1 2 3 4 [kariuomene.kam.lt/lt/kariuomenes_struktura/karines_juru_pajegos/padaliniai_344/karo_laivu_flotile/patruliniu_laivu_divizionas.html Patrulinių laivų divizionas]
  7. 1 2 3 4 5 [kariuomene.kam.lt/lt/kariuomenes_struktura/karines_juru_pajegos/padaliniai_344/karo_laivu_flotile/pagalbiniu_laivu_divizionas.html Pagalbinių laivų divizionas]
  8. передан из гидрометеорологического центра Литвы
  9. [kariuomene.kam.lt/lt/kariuomenes_struktura/karines_juru_pajegos/padaliniai_344/povandeniniu_veiksmu_komanda.html Povandeninių veiksmų komanda]
  10. Министерство охраны края (лит. Krašto apsaugos ministerija) — официальное название Министерства обороны Литвы.
  11. [kariuomene.kam.lt/lt/kariuomenes_atributika/kariniai_laipsniai/kariniu_juru_pajegu_laipsniai.html Karinių jūrų pajėgų laipsniai]

Литература

Гайдук А. А., Лапшин Р. В. Военно-морские силы прибалтийских государств 1918—1940 гг. СПб.: Галея Принт, 2009

Ссылки

  • [kariuomene.kam.lt/lt/kariuomenes_struktura/karines_juru_pajegos.html Официальная страница ВМС Литвы]  (лит.)  (англ.)

Отрывок, характеризующий Военно-морские силы Литвы

– Ну буде, буде, – спокойно сказал фельдфебель. Солдатик замолчал, и разговор продолжался.
– Нынче мало ли французов этих побрали; а сапог, прямо сказать, ни на одном настоящих нет, так, одна названье, – начал один из солдат новый разговор.
– Всё казаки поразули. Чистили для полковника избу, выносили их. Жалости смотреть, ребята, – сказал плясун. – Разворочали их: так живой один, веришь ли, лопочет что то по своему.
– А чистый народ, ребята, – сказал первый. – Белый, вот как береза белый, и бравые есть, скажи, благородные.
– А ты думаешь как? У него от всех званий набраны.
– А ничего не знают по нашему, – с улыбкой недоумения сказал плясун. – Я ему говорю: «Чьей короны?», а он свое лопочет. Чудесный народ!
– Ведь то мудрено, братцы мои, – продолжал тот, который удивлялся их белизне, – сказывали мужики под Можайским, как стали убирать битых, где страженья то была, так ведь что, говорит, почитай месяц лежали мертвые ихние то. Что ж, говорит, лежит, говорит, ихний то, как бумага белый, чистый, ни синь пороха не пахнет.
– Что ж, от холода, что ль? – спросил один.
– Эка ты умный! От холода! Жарко ведь было. Кабы от стужи, так и наши бы тоже не протухли. А то, говорит, подойдешь к нашему, весь, говорит, прогнил в червях. Так, говорит, платками обвяжемся, да, отворотя морду, и тащим; мочи нет. А ихний, говорит, как бумага белый; ни синь пороха не пахнет.
Все помолчали.
– Должно, от пищи, – сказал фельдфебель, – господскую пищу жрали.
Никто не возражал.
– Сказывал мужик то этот, под Можайским, где страженья то была, их с десяти деревень согнали, двадцать дён возили, не свозили всех, мертвых то. Волков этих что, говорит…
– Та страженья была настоящая, – сказал старый солдат. – Только и было чем помянуть; а то всё после того… Так, только народу мученье.
– И то, дядюшка. Позавчера набежали мы, так куда те, до себя не допущают. Живо ружья покидали. На коленки. Пардон – говорит. Так, только пример один. Сказывали, самого Полиона то Платов два раза брал. Слова не знает. Возьмет возьмет: вот на те, в руках прикинется птицей, улетит, да и улетит. И убить тоже нет положенья.
– Эка врать здоров ты, Киселев, посмотрю я на тебя.
– Какое врать, правда истинная.
– А кабы на мой обычай, я бы его, изловимши, да в землю бы закопал. Да осиновым колом. А то что народу загубил.
– Все одно конец сделаем, не будет ходить, – зевая, сказал старый солдат.
Разговор замолк, солдаты стали укладываться.
– Вишь, звезды то, страсть, так и горят! Скажи, бабы холсты разложили, – сказал солдат, любуясь на Млечный Путь.
– Это, ребята, к урожайному году.
– Дровец то еще надо будет.
– Спину погреешь, а брюха замерзла. Вот чуда.
– О, господи!
– Что толкаешься то, – про тебя одного огонь, что ли? Вишь… развалился.
Из за устанавливающегося молчания послышался храп некоторых заснувших; остальные поворачивались и грелись, изредка переговариваясь. От дальнего, шагов за сто, костра послышался дружный, веселый хохот.
– Вишь, грохочат в пятой роте, – сказал один солдат. – И народу что – страсть!
Один солдат поднялся и пошел к пятой роте.
– То то смеху, – сказал он, возвращаясь. – Два хранцуза пристали. Один мерзлый вовсе, а другой такой куражный, бяда! Песни играет.
– О о? пойти посмотреть… – Несколько солдат направились к пятой роте.


Пятая рота стояла подле самого леса. Огромный костер ярко горел посреди снега, освещая отягченные инеем ветви деревьев.
В середине ночи солдаты пятой роты услыхали в лесу шаги по снегу и хряск сучьев.
– Ребята, ведмедь, – сказал один солдат. Все подняли головы, прислушались, и из леса, в яркий свет костра, выступили две, держащиеся друг за друга, человеческие, странно одетые фигуры.
Это были два прятавшиеся в лесу француза. Хрипло говоря что то на непонятном солдатам языке, они подошли к костру. Один был повыше ростом, в офицерской шляпе, и казался совсем ослабевшим. Подойдя к костру, он хотел сесть, но упал на землю. Другой, маленький, коренастый, обвязанный платком по щекам солдат, был сильнее. Он поднял своего товарища и, указывая на свой рот, говорил что то. Солдаты окружили французов, подстелили больному шинель и обоим принесли каши и водки.
Ослабевший французский офицер был Рамбаль; повязанный платком был его денщик Морель.
Когда Морель выпил водки и доел котелок каши, он вдруг болезненно развеселился и начал не переставая говорить что то не понимавшим его солдатам. Рамбаль отказывался от еды и молча лежал на локте у костра, бессмысленными красными глазами глядя на русских солдат. Изредка он издавал протяжный стон и опять замолкал. Морель, показывая на плечи, внушал солдатам, что это был офицер и что его надо отогреть. Офицер русский, подошедший к костру, послал спросить у полковника, не возьмет ли он к себе отогреть французского офицера; и когда вернулись и сказали, что полковник велел привести офицера, Рамбалю передали, чтобы он шел. Он встал и хотел идти, но пошатнулся и упал бы, если бы подле стоящий солдат не поддержал его.
– Что? Не будешь? – насмешливо подмигнув, сказал один солдат, обращаясь к Рамбалю.
– Э, дурак! Что врешь нескладно! То то мужик, право, мужик, – послышались с разных сторон упреки пошутившему солдату. Рамбаля окружили, подняли двое на руки, перехватившись ими, и понесли в избу. Рамбаль обнял шеи солдат и, когда его понесли, жалобно заговорил:
– Oh, nies braves, oh, mes bons, mes bons amis! Voila des hommes! oh, mes braves, mes bons amis! [О молодцы! О мои добрые, добрые друзья! Вот люди! О мои добрые друзья!] – и, как ребенок, головой склонился на плечо одному солдату.
Между тем Морель сидел на лучшем месте, окруженный солдатами.
Морель, маленький коренастый француз, с воспаленными, слезившимися глазами, обвязанный по бабьи платком сверх фуражки, был одет в женскую шубенку. Он, видимо, захмелев, обнявши рукой солдата, сидевшего подле него, пел хриплым, перерывающимся голосом французскую песню. Солдаты держались за бока, глядя на него.
– Ну ка, ну ка, научи, как? Я живо перейму. Как?.. – говорил шутник песенник, которого обнимал Морель.
Vive Henri Quatre,
Vive ce roi vaillanti –
[Да здравствует Генрих Четвертый!
Да здравствует сей храбрый король!
и т. д. (французская песня) ]
пропел Морель, подмигивая глазом.
Сe diable a quatre…
– Виварика! Виф серувару! сидябляка… – повторил солдат, взмахнув рукой и действительно уловив напев.
– Вишь, ловко! Го го го го го!.. – поднялся с разных сторон грубый, радостный хохот. Морель, сморщившись, смеялся тоже.
– Ну, валяй еще, еще!
Qui eut le triple talent,
De boire, de battre,
Et d'etre un vert galant…
[Имевший тройной талант,
пить, драться
и быть любезником…]
– A ведь тоже складно. Ну, ну, Залетаев!..
– Кю… – с усилием выговорил Залетаев. – Кью ю ю… – вытянул он, старательно оттопырив губы, – летриптала, де бу де ба и детравагала, – пропел он.
– Ай, важно! Вот так хранцуз! ой… го го го го! – Что ж, еще есть хочешь?
– Дай ему каши то; ведь не скоро наестся с голоду то.
Опять ему дали каши; и Морель, посмеиваясь, принялся за третий котелок. Радостные улыбки стояли на всех лицах молодых солдат, смотревших на Мореля. Старые солдаты, считавшие неприличным заниматься такими пустяками, лежали с другой стороны костра, но изредка, приподнимаясь на локте, с улыбкой взглядывали на Мореля.
– Тоже люди, – сказал один из них, уворачиваясь в шинель. – И полынь на своем кореню растет.
– Оо! Господи, господи! Как звездно, страсть! К морозу… – И все затихло.
Звезды, как будто зная, что теперь никто не увидит их, разыгрались в черном небе. То вспыхивая, то потухая, то вздрагивая, они хлопотливо о чем то радостном, но таинственном перешептывались между собой.

Х
Войска французские равномерно таяли в математически правильной прогрессии. И тот переход через Березину, про который так много было писано, была только одна из промежуточных ступеней уничтожения французской армии, а вовсе не решительный эпизод кампании. Ежели про Березину так много писали и пишут, то со стороны французов это произошло только потому, что на Березинском прорванном мосту бедствия, претерпеваемые французской армией прежде равномерно, здесь вдруг сгруппировались в один момент и в одно трагическое зрелище, которое у всех осталось в памяти. Со стороны же русских так много говорили и писали про Березину только потому, что вдали от театра войны, в Петербурге, был составлен план (Пфулем же) поимки в стратегическую западню Наполеона на реке Березине. Все уверились, что все будет на деле точно так, как в плане, и потому настаивали на том, что именно Березинская переправа погубила французов. В сущности же, результаты Березинской переправы были гораздо менее гибельны для французов потерей орудий и пленных, чем Красное, как то показывают цифры.
Единственное значение Березинской переправы заключается в том, что эта переправа очевидно и несомненно доказала ложность всех планов отрезыванья и справедливость единственно возможного, требуемого и Кутузовым и всеми войсками (массой) образа действий, – только следования за неприятелем. Толпа французов бежала с постоянно усиливающейся силой быстроты, со всею энергией, направленной на достижение цели. Она бежала, как раненый зверь, и нельзя ей было стать на дороге. Это доказало не столько устройство переправы, сколько движение на мостах. Когда мосты были прорваны, безоружные солдаты, московские жители, женщины с детьми, бывшие в обозе французов, – все под влиянием силы инерции не сдавалось, а бежало вперед в лодки, в мерзлую воду.
Стремление это было разумно. Положение и бегущих и преследующих было одинаково дурно. Оставаясь со своими, каждый в бедствии надеялся на помощь товарища, на определенное, занимаемое им место между своими. Отдавшись же русским, он был в том же положении бедствия, но становился на низшую ступень в разделе удовлетворения потребностей жизни. Французам не нужно было иметь верных сведений о том, что половина пленных, с которыми не знали, что делать, несмотря на все желание русских спасти их, – гибли от холода и голода; они чувствовали, что это не могло быть иначе. Самые жалостливые русские начальники и охотники до французов, французы в русской службе не могли ничего сделать для пленных. Французов губило бедствие, в котором находилось русское войско. Нельзя было отнять хлеб и платье у голодных, нужных солдат, чтобы отдать не вредным, не ненавидимым, не виноватым, но просто ненужным французам. Некоторые и делали это; но это было только исключение.
Назади была верная погибель; впереди была надежда. Корабли были сожжены; не было другого спасения, кроме совокупного бегства, и на это совокупное бегство были устремлены все силы французов.
Чем дальше бежали французы, чем жальче были их остатки, в особенности после Березины, на которую, вследствие петербургского плана, возлагались особенные надежды, тем сильнее разгорались страсти русских начальников, обвинявших друг друга и в особенности Кутузова. Полагая, что неудача Березинского петербургского плана будет отнесена к нему, недовольство им, презрение к нему и подтрунивание над ним выражались сильнее и сильнее. Подтрунивание и презрение, само собой разумеется, выражалось в почтительной форме, в той форме, в которой Кутузов не мог и спросить, в чем и за что его обвиняют. С ним не говорили серьезно; докладывая ему и спрашивая его разрешения, делали вид исполнения печального обряда, а за спиной его подмигивали и на каждом шагу старались его обманывать.
Всеми этими людьми, именно потому, что они не могли понимать его, было признано, что со стариком говорить нечего; что он никогда не поймет всего глубокомыслия их планов; что он будет отвечать свои фразы (им казалось, что это только фразы) о золотом мосте, о том, что за границу нельзя прийти с толпой бродяг, и т. п. Это всё они уже слышали от него. И все, что он говорил: например, то, что надо подождать провиант, что люди без сапог, все это было так просто, а все, что они предлагали, было так сложно и умно, что очевидно было для них, что он был глуп и стар, а они были не властные, гениальные полководцы.
В особенности после соединения армий блестящего адмирала и героя Петербурга Витгенштейна это настроение и штабная сплетня дошли до высших пределов. Кутузов видел это и, вздыхая, пожимал только плечами. Только один раз, после Березины, он рассердился и написал Бенигсену, доносившему отдельно государю, следующее письмо:
«По причине болезненных ваших припадков, извольте, ваше высокопревосходительство, с получения сего, отправиться в Калугу, где и ожидайте дальнейшего повеления и назначения от его императорского величества».
Но вслед за отсылкой Бенигсена к армии приехал великий князь Константин Павлович, делавший начало кампании и удаленный из армии Кутузовым. Теперь великий князь, приехав к армии, сообщил Кутузову о неудовольствии государя императора за слабые успехи наших войск и за медленность движения. Государь император сам на днях намеревался прибыть к армии.
Старый человек, столь же опытный в придворном деле, как и в военном, тот Кутузов, который в августе того же года был выбран главнокомандующим против воли государя, тот, который удалил наследника и великого князя из армии, тот, который своей властью, в противность воле государя, предписал оставление Москвы, этот Кутузов теперь тотчас же понял, что время его кончено, что роль его сыграна и что этой мнимой власти у него уже нет больше. И не по одним придворным отношениям он понял это. С одной стороны, он видел, что военное дело, то, в котором он играл свою роль, – кончено, и чувствовал, что его призвание исполнено. С другой стороны, он в то же самое время стал чувствовать физическую усталость в своем старом теле и необходимость физического отдыха.
29 ноября Кутузов въехал в Вильно – в свою добрую Вильну, как он говорил. Два раза в свою службу Кутузов был в Вильне губернатором. В богатой уцелевшей Вильне, кроме удобств жизни, которых так давно уже он был лишен, Кутузов нашел старых друзей и воспоминания. И он, вдруг отвернувшись от всех военных и государственных забот, погрузился в ровную, привычную жизнь настолько, насколько ему давали покоя страсти, кипевшие вокруг него, как будто все, что совершалось теперь и имело совершиться в историческом мире, нисколько его не касалось.
Чичагов, один из самых страстных отрезывателей и опрокидывателей, Чичагов, который хотел сначала сделать диверсию в Грецию, а потом в Варшаву, но никак не хотел идти туда, куда ему было велено, Чичагов, известный своею смелостью речи с государем, Чичагов, считавший Кутузова собою облагодетельствованным, потому что, когда он был послан в 11 м году для заключения мира с Турцией помимо Кутузова, он, убедившись, что мир уже заключен, признал перед государем, что заслуга заключения мира принадлежит Кутузову; этот то Чичагов первый встретил Кутузова в Вильне у замка, в котором должен был остановиться Кутузов. Чичагов в флотском вицмундире, с кортиком, держа фуражку под мышкой, подал Кутузову строевой рапорт и ключи от города. То презрительно почтительное отношение молодежи к выжившему из ума старику выражалось в высшей степени во всем обращении Чичагова, знавшего уже обвинения, взводимые на Кутузова.