Военные потери

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Военные потери — обобщающий термин, под которым понимаются все виды утрат противоборствующих сторон вследствие военных действий[1][2]. Как правило, они включают в себя потери живой силы (личного состава, животных) и всех видов материально-технических средств на фронте и в тылу (вооружения, боевой техники, военного и гражданского имущества)[1]. Помимо этого, к военным потерям относят ущерб, нанесённый экологическому балансу на территориях боевых действий[1].

Международное гуманитарное право помимо людских потерь различает и другие виды жертв войны[1].





Разновидности

Различаются следующие виды военных потерь:

  • в вооружении и военной технике:
    • безвозвратные потери (техника, не подлежащая восстановлению или оставшаяся в руках противника);
    • возвратные потери (подлежащая ремонту);

Различают боевые (поражение огнём противника) в боевых (военных) действиях и небоевые (неаккуратное обращение с оружием, аварии, катастрофы, болезни и тому подобное) потери[1], а также так называемые потери от «дружественного огня» (от ведения огня на поражение по своим же войскам (силам), по причинам неточного целеуказания, неразберихи и пр.), входящие в боевые потериК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4807 дней].

Невосполнимые потери — потери, которые не могут быть восполнены (компенсированы) воюющей стороной, в реальные сроки и в достаточном количестве (опытные специалисты — пилоты, подводники, связисты и т. п., запасы вооружений, военной техники и боеприпасов и тому подобное).

Классификация людских потерь[1]

Людские потери
Прямые
Косвенные
Военнослужащие
Гражданское население
Рост смертности
Падение рождаемости
Боевые
Небоевые
Эмиграция
Безвозвратные
Санитарные
Безвозвратные
Санитарные
Заболеваемость
Убитые
Раненые
Умершие от небоевых ран
Раненые
Пропавшие без вести
Больные
Умершие от болезни
Больные
Попавшие в плен
Обожжённые
Совершившие суицид
Обожжённые
Погибшие в плену
Обмороженные
Уволенные из армии по болезни
Обмороженные
Гибель и ранения от огневого поражения вне фронтовой полосы
Умершие на пути к 1-му этапу медпомощи
Контуженные
Расстрелянные по приговору трибуналов
Уволенные в отпуск (запас) из-за болезней
Гибель и ранения от различных причин в прифронтовой полосе
Умершие от ран при лечении
Поражённые ОВ
Умершие от прочих причин
Осуждённые
Умершие в тюрьмах и концлагерях
Уволенные из ВС из-за боевых поражений
Ушедшие в отпуск (запас) из-за боевых поражений
Гибель от насильственного перемещения для принудительного труда
Умершие от прочих боевых поражений
Гибель экипажей и пассажиров торгового флота и гражданской авиации

Ущерб экологии

Военно-экономический урон, связанный с прямым или косвенным изменением окрущающей среды в результате боевых действий может иметь самый разный вид и масштаб (локальный, региональный, глобальный). Как правило, он является следствием использования особо мощных видов современного обычного вооружения, оружия массового поражения или оружия на новых физических принципах[1] и выражается в устойчивом нарушении экологического равновесия в естественных средах (гидросфере, атмосфере, метасфере, околоземном космическом пространстве), а также — в среде, обустроенной человеком в процессе его деятельности[1]. Его негативные последствия могут проявляться в виде поражения флоры и фауны, уничтожении озонового слоя, землетрясений, тайфунов, цунами, изменениях в тепловом режиме определённых территорий, деградации почв и т.п.[1]

Допустимые потери

При планировании боевых действий оценивают прогнозируемые потери и допустимые потери (потери, при которых поставленная боевая задача всё-таки может быть выполнена). На Западе в последнее время получил распространение термин «запланированные потери» (англ. Planned losses).

Потери гражданских лиц во время ведения военных (боевых) действий к боевым потерям не относятся.

См. также

Напишите отзыв о статье "Военные потери"

Литература

  • Гриф секретности снят. Потери Вооружённых сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: Статистическое исследование. / Под общ. ред. Г. Ф. Кривошеева. М.: Воениздат, 1993.

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Потери военные // Военная энциклопедия / Грачёв П. С.. — Москва: Военное издательство, 2002. — Т. 6. — С. 546. — ISBN 5-203-01873-1.
  2. Потери военные // Советская военная энциклопедия. — Москва: Военное издательство Минобороны СССР, 1978. — Т. 6. — С. 477.

Отрывок, характеризующий Военные потери

– Я позову, – сказал Петя.
– Позови, позови. Жалкий мальчишка, – повторил Денисов.
Петя стоял у двери, когда Денисов сказал это. Петя пролез между офицерами и близко подошел к Денисову.
– Позвольте вас поцеловать, голубчик, – сказал он. – Ах, как отлично! как хорошо! – И, поцеловав Денисова, он побежал на двор.
– Bosse! Vincent! – прокричал Петя, остановясь у двери.
– Вам кого, сударь, надо? – сказал голос из темноты. Петя отвечал, что того мальчика француза, которого взяли нынче.
– А! Весеннего? – сказал казак.
Имя его Vincent уже переделали: казаки – в Весеннего, а мужики и солдаты – в Висеню. В обеих переделках это напоминание о весне сходилось с представлением о молоденьком мальчике.
– Он там у костра грелся. Эй, Висеня! Висеня! Весенний! – послышались в темноте передающиеся голоса и смех.
– А мальчонок шустрый, – сказал гусар, стоявший подле Пети. – Мы его покормили давеча. Страсть голодный был!
В темноте послышались шаги и, шлепая босыми ногами по грязи, барабанщик подошел к двери.
– Ah, c'est vous! – сказал Петя. – Voulez vous manger? N'ayez pas peur, on ne vous fera pas de mal, – прибавил он, робко и ласково дотрогиваясь до его руки. – Entrez, entrez. [Ах, это вы! Хотите есть? Не бойтесь, вам ничего не сделают. Войдите, войдите.]
– Merci, monsieur, [Благодарю, господин.] – отвечал барабанщик дрожащим, почти детским голосом и стал обтирать о порог свои грязные ноги. Пете многое хотелось сказать барабанщику, но он не смел. Он, переминаясь, стоял подле него в сенях. Потом в темноте взял его за руку и пожал ее.
– Entrez, entrez, – повторил он только нежным шепотом.
«Ах, что бы мне ему сделать!» – проговорил сам с собою Петя и, отворив дверь, пропустил мимо себя мальчика.
Когда барабанщик вошел в избушку, Петя сел подальше от него, считая для себя унизительным обращать на него внимание. Он только ощупывал в кармане деньги и был в сомненье, не стыдно ли будет дать их барабанщику.


От барабанщика, которому по приказанию Денисова дали водки, баранины и которого Денисов велел одеть в русский кафтан, с тем, чтобы, не отсылая с пленными, оставить его при партии, внимание Пети было отвлечено приездом Долохова. Петя в армии слышал много рассказов про необычайные храбрость и жестокость Долохова с французами, и потому с тех пор, как Долохов вошел в избу, Петя, не спуская глаз, смотрел на него и все больше подбадривался, подергивая поднятой головой, с тем чтобы не быть недостойным даже и такого общества, как Долохов.
Наружность Долохова странно поразила Петю своей простотой.
Денисов одевался в чекмень, носил бороду и на груди образ Николая чудотворца и в манере говорить, во всех приемах выказывал особенность своего положения. Долохов же, напротив, прежде, в Москве, носивший персидский костюм, теперь имел вид самого чопорного гвардейского офицера. Лицо его было чисто выбрито, одет он был в гвардейский ваточный сюртук с Георгием в петлице и в прямо надетой простой фуражке. Он снял в углу мокрую бурку и, подойдя к Денисову, не здороваясь ни с кем, тотчас же стал расспрашивать о деле. Денисов рассказывал ему про замыслы, которые имели на их транспорт большие отряды, и про присылку Пети, и про то, как он отвечал обоим генералам. Потом Денисов рассказал все, что он знал про положение французского отряда.
– Это так, но надо знать, какие и сколько войск, – сказал Долохов, – надо будет съездить. Не зная верно, сколько их, пускаться в дело нельзя. Я люблю аккуратно дело делать. Вот, не хочет ли кто из господ съездить со мной в их лагерь. У меня мундиры с собою.
– Я, я… я поеду с вами! – вскрикнул Петя.
– Совсем и тебе не нужно ездить, – сказал Денисов, обращаясь к Долохову, – а уж его я ни за что не пущу.
– Вот прекрасно! – вскрикнул Петя, – отчего же мне не ехать?..
– Да оттого, что незачем.
– Ну, уж вы меня извините, потому что… потому что… я поеду, вот и все. Вы возьмете меня? – обратился он к Долохову.
– Отчего ж… – рассеянно отвечал Долохов, вглядываясь в лицо французского барабанщика.
– Давно у тебя молодчик этот? – спросил он у Денисова.
– Нынче взяли, да ничего не знает. Я оставил его пг'и себе.
– Ну, а остальных ты куда деваешь? – сказал Долохов.
– Как куда? Отсылаю под г'асписки! – вдруг покраснев, вскрикнул Денисов. – И смело скажу, что на моей совести нет ни одного человека. Разве тебе тг'удно отослать тг'идцать ли, тг'иста ли человек под конвоем в гог'од, чем маг'ать, я пг'ямо скажу, честь солдата.
– Вот молоденькому графчику в шестнадцать лет говорить эти любезности прилично, – с холодной усмешкой сказал Долохов, – а тебе то уж это оставить пора.
– Что ж, я ничего не говорю, я только говорю, что я непременно поеду с вами, – робко сказал Петя.
– А нам с тобой пора, брат, бросить эти любезности, – продолжал Долохов, как будто он находил особенное удовольствие говорить об этом предмете, раздражавшем Денисова. – Ну этого ты зачем взял к себе? – сказал он, покачивая головой. – Затем, что тебе его жалко? Ведь мы знаем эти твои расписки. Ты пошлешь их сто человек, а придут тридцать. Помрут с голоду или побьют. Так не все ли равно их и не брать?
Эсаул, щуря светлые глаза, одобрительно кивал головой.
– Это все г'авно, тут Рассуждать нечего. Я на свою душу взять не хочу. Ты говог'ишь – помг'ут. Ну, хог'ошо. Только бы не от меня.
Долохов засмеялся.
– Кто же им не велел меня двадцать раз поймать? А ведь поймают – меня и тебя, с твоим рыцарством, все равно на осинку. – Он помолчал. – Однако надо дело делать. Послать моего казака с вьюком! У меня два французских мундира. Что ж, едем со мной? – спросил он у Пети.
– Я? Да, да, непременно, – покраснев почти до слез, вскрикнул Петя, взглядывая на Денисова.
Опять в то время, как Долохов заспорил с Денисовым о том, что надо делать с пленными, Петя почувствовал неловкость и торопливость; но опять не успел понять хорошенько того, о чем они говорили. «Ежели так думают большие, известные, стало быть, так надо, стало быть, это хорошо, – думал он. – А главное, надо, чтобы Денисов не смел думать, что я послушаюсь его, что он может мной командовать. Непременно поеду с Долоховым во французский лагерь. Он может, и я могу».
На все убеждения Денисова не ездить Петя отвечал, что он тоже привык все делать аккуратно, а не наобум Лазаря, и что он об опасности себе никогда не думает.
– Потому что, – согласитесь сами, – если не знать верно, сколько там, от этого зависит жизнь, может быть, сотен, а тут мы одни, и потом мне очень этого хочется, и непременно, непременно поеду, вы уж меня не удержите, – говорил он, – только хуже будет…