Вороний глаз

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Вороний глаз
Научная классификация
Международное научное название

Paris L.

Виды

Систематика
на Викивидах

Поиск изображений
на Викискладе
</tr>
GRIN  [npgsweb.ars-grin.gov/gringlobal/taxonomygenus.aspx?id=8900 g:8900]
IPNI  [www.ipni.org/ipni/advPlantNameSearch.do?find_family=&find_genus=%27%27Paris%27%27&find_species=&find_infrafamily=&find_infragenus=&find_infraspecies=&find_authorAbbrev=&find_includePublicationAuthors=on&find_includePublicationAuthors=off&find_includeBasionymAuthors=on&find_includeBasionymAuthors=off&find_publicationTitle=&find_isAPNIRecord=on&find_isAPNIRecord=false&find_isGCIRecord=on&find_isGCIRecord=false&find_isIKRecord=on&find_isIKRecord=false&find_rankToReturn=gen&output_format=normal&find_sortByFamily=on&find_sortByFamily=off&query_type=by_query&back_page=plantsearch ???]
К:Википедия:Статьи без изображений (тип: не указан)

Воро́ний глаз (лат. Páris) — род однодольных растений семейства Мелантиевые (Melanthiaceae).

Вид Вороний глаз четырёхлистный в природе, как правило, представлен полиплоидными формами с тремя, четырьмя или пятью наборами хромосом. В связи с образованием несбалансированных гамет при мейозе, половое размножение имеет относительно малое значение. Этот вид представляет собой важный модельный объект популяционной генетики.

Вороний глаз долгое время сохранял мировой рекорд по размеру генома среди растений — 132,50 пг[2].





Ботаническое описание

Вороний глаз четырёхлистный — типовой вид рода. Ботаническая иллюстрация из книги К. А. М. Линдмана «Bilder ur Nordens Flora», 1917—1926

Многолетник высотой до 40 см с ползучим корневищем.

Листорасположение мутовчатое. В отличие от большинства однодольных, жилкование листа у вороньего глаза сетчатое.

Зелёный цветок состоит из четырёх чашелистиков, четырёх лепестков (иногда тех и других вместе бывает 4—6), восьми тычинок и 4—5-гнёздной завязи, превращающейся в чёрную ягоду. Цветёт в июне — июле.

Формула цветка: <math>\ast K_{4} \; C_{4}\; A_{4+4} \; G_{(\underline4)}</math>[3].

Встречаются экземпляры с пятью листьями и пятерным числом частей цветка.

Названия

Другие русские названия — воро́ньи я́годы, во́лчьи ягоды, крест-трава́.

Распространение и среда обитания

Вид Вороний глаз четырёхлистный (Paris quadrifolia) L. растёт в тенистых лесах всей Центральной Европы и лесах умеренного пояса Азии до Камчатки. На Кавказе произрастает Вороний глаз неполный (Paris incompleta), в Гималаях — Вороний глаз многолистный (Paris polyphylla) с восемью — десятью листьями под цветком и 4—5-дольными цветками.

Хозяйственное значение и применение

Вороний глаз четырёхлистный — важный модельный объект популяционной генетики. Растение очень ядовито, но сушёные ягоды и листья применяются в народной медицине.

Ботаническая классификация

Виды

По данным The Plant List на 2013 год[4], в состав рода входят 27 видов:

Звёздочками отмечены виды, произрастающие на территории России и сопредельных стран[5].

Синонимы

Напишите отзыв о статье "Вороний глаз"

Примечания

  1. Об условности указания класса однодольных в качестве вышестоящего таксона для описываемой в данной статье группы растений см. раздел «Системы APG» статьи «Однодольные».
  2. [www.yuga.ru/news/203750/ Открыт самый большой в мире геном ядерной клетки — ЮГА.ру]
  3. Барабанов, Е. И. Ботаника: учебник для студ. высш. учеб. заведений. — М: Издат. центр «Академия», 2006. — С. 364. — 448 с. — ISBN 5-7695-2656-4.
  4. [www.theplantlist.org/1.1/browse/A/Melanthiaceae/Paris/ Species in Paris(англ.). The Plant List (2013). Version 1. Published on the Internet; www.theplantlist.org/. Royal Botanic Gardens, Kew and Missouri Botanical Garden (2010). Проверено 19 августа 2015.
  5. Флора СССР, 1935, с. 469.

Литература

  • Кнорринг, О. Э. [herba.msu.ru/shipunov/school/books/flora_sssr1935_4.djvu Род 294. Вороний глаз — Paris L.] // Флора СССР : в 30 т. / гл. ред. В. Л. Комаров. — М.—Л. : Изд-во АН СССР, 1935. — Т. IV / ред. тома В. Л. Комаров. — С. 469—473. — 760 + XXX с. — 5175 экз.</span>

Ссылки

В Викитеке есть тексты по теме
Paris

Отрывок, характеризующий Вороний глаз

Князь Андрей, так же как и все окружавшие рассказчика, блестящим взглядом смотрел на него и испытывал утешительное чувство. «Но разве не все равно теперь, – подумал он. – А что будет там и что такое было здесь? Отчего мне так жалко было расставаться с жизнью? Что то было в этой жизни, чего я не понимал и не понимаю».


Один из докторов, в окровавленном фартуке и с окровавленными небольшими руками, в одной из которых он между мизинцем и большим пальцем (чтобы не запачкать ее) держал сигару, вышел из палатки. Доктор этот поднял голову и стал смотреть по сторонам, но выше раненых. Он, очевидно, хотел отдохнуть немного. Поводив несколько времени головой вправо и влево, он вздохнул и опустил глаза.
– Ну, сейчас, – сказал он на слова фельдшера, указывавшего ему на князя Андрея, и велел нести его в палатку.
В толпе ожидавших раненых поднялся ропот.
– Видно, и на том свете господам одним жить, – проговорил один.
Князя Андрея внесли и положили на только что очистившийся стол, с которого фельдшер споласкивал что то. Князь Андрей не мог разобрать в отдельности того, что было в палатке. Жалобные стоны с разных сторон, мучительная боль бедра, живота и спины развлекали его. Все, что он видел вокруг себя, слилось для него в одно общее впечатление обнаженного, окровавленного человеческого тела, которое, казалось, наполняло всю низкую палатку, как несколько недель тому назад в этот жаркий, августовский день это же тело наполняло грязный пруд по Смоленской дороге. Да, это было то самое тело, та самая chair a canon [мясо для пушек], вид которой еще тогда, как бы предсказывая теперешнее, возбудил в нем ужас.
В палатке было три стола. Два были заняты, на третий положили князя Андрея. Несколько времени его оставили одного, и он невольно увидал то, что делалось на других двух столах. На ближнем столе сидел татарин, вероятно, казак – по мундиру, брошенному подле. Четверо солдат держали его. Доктор в очках что то резал в его коричневой, мускулистой спине.
– Ух, ух, ух!.. – как будто хрюкал татарин, и вдруг, подняв кверху свое скуластое черное курносое лицо, оскалив белые зубы, начинал рваться, дергаться и визжат ь пронзительно звенящим, протяжным визгом. На другом столе, около которого толпилось много народа, на спине лежал большой, полный человек с закинутой назад головой (вьющиеся волоса, их цвет и форма головы показались странно знакомы князю Андрею). Несколько человек фельдшеров навалились на грудь этому человеку и держали его. Белая большая полная нога быстро и часто, не переставая, дергалась лихорадочными трепетаниями. Человек этот судорожно рыдал и захлебывался. Два доктора молча – один был бледен и дрожал – что то делали над другой, красной ногой этого человека. Управившись с татарином, на которого накинули шинель, доктор в очках, обтирая руки, подошел к князю Андрею. Он взглянул в лицо князя Андрея и поспешно отвернулся.
– Раздеть! Что стоите? – крикнул он сердито на фельдшеров.
Самое первое далекое детство вспомнилось князю Андрею, когда фельдшер торопившимися засученными руками расстегивал ему пуговицы и снимал с него платье. Доктор низко нагнулся над раной, ощупал ее и тяжело вздохнул. Потом он сделал знак кому то. И мучительная боль внутри живота заставила князя Андрея потерять сознание. Когда он очнулся, разбитые кости бедра были вынуты, клоки мяса отрезаны, и рана перевязана. Ему прыскали в лицо водою. Как только князь Андрей открыл глаза, доктор нагнулся над ним, молча поцеловал его в губы и поспешно отошел.
После перенесенного страдания князь Андрей чувствовал блаженство, давно не испытанное им. Все лучшие, счастливейшие минуты в его жизни, в особенности самое дальнее детство, когда его раздевали и клали в кроватку, когда няня, убаюкивая, пела над ним, когда, зарывшись головой в подушки, он чувствовал себя счастливым одним сознанием жизни, – представлялись его воображению даже не как прошедшее, а как действительность.
Около того раненого, очертания головы которого казались знакомыми князю Андрею, суетились доктора; его поднимали и успокоивали.
– Покажите мне… Ооооо! о! ооооо! – слышался его прерываемый рыданиями, испуганный и покорившийся страданию стон. Слушая эти стоны, князь Андрей хотел плакать. Оттого ли, что он без славы умирал, оттого ли, что жалко ему было расставаться с жизнью, от этих ли невозвратимых детских воспоминаний, оттого ли, что он страдал, что другие страдали и так жалостно перед ним стонал этот человек, но ему хотелось плакать детскими, добрыми, почти радостными слезами.