Восстание Хасана Исраилова

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Восстание Хасана Израилова.
Дата

Январь 1940 года15 декабря 1944 года.

Место

Чечено-Ингушская АССР

Итог

Победа СССР, все руководители восстания погибли

Противники
Особая партия кавказских братьев
Чечено-горская национал-социалистическая подпольная организация
Третий рейх Третий рейх (ограниченное участие)К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2052 дня]
СССР СССР
Командующие
Хасан Исраилов
Майрбек Шерипов
Осман Губе #
Муртазалиев Джавотхан
Асуев
В. А. Хоменко

М. М. Гвишиани

Силы сторон
неизвестно Войска НКВД
58-я армия

110.000 человек (1944)К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2052 дня]

Потери
неизвестно неизвестно

Восстание Хасана Исраилова — крупное антисоветское восстание на Северном Кавказе.





Причины восстания

Ряд народов Северного Кавказа симпатизировали большевикам в самом начале их государственного строительства. Однако со временем их позиция изменилась. Антирелигиозная политика советской власти привела к тому, что кавказцам, в большинстве своём патриархальным, глубоко религиозным людям, стали запрещать посещать мечети, а потом и вовсе стали их разрушать. Мулл ссылали в лагеря или расстреливали. Недовольно было население и затронувшей его коллективизацией. Пытавшихся высказывать недовольство вслух ждали арест и ссылка в Сибирь[1].

Хасан Исраилов и его приход к руководству восстанием

Хасан Исраилов, 1910 года рождения, уроженец селения Нашхой Галанчожского района Чечни, член ВЛКСМ и ВКП(б) с 1929 года, некоторое время занимался поэзией, но впоследствии стал корреспондентом «Крестьянской газеты». Его статьи в этом издании имели сильную политическую окраску, в частности, он резко разоблачал злоупотребления советских чиновников, притесняющих и грабящих простых чеченцев. За эти публикации дважды арестовывался НКВД по обвинению в контрреволюционной клевете — сперва в 31-м году, потом в 37-м. В том же году реабилитирован и возвратился из Сибири[2]. Впоследствии был даже восстановлен в партии.

В 1939 году Исраилов подал в НКВД жалобу, в которой заявил, что местные чеченские власти притесняют его народ. Жалоба была подписана ещё восемью недовольными чеченцами. В своём заявлении они призывали центральные власти снять со своих постов русского первого секретаря Чечено-Ингушского обкома ВКП(б) Егорова и народного комиссара внутренних дел республики Раева. Дело вновь закончилось арестами всех девятерых, но вскоре Егоров и Раев были арестованы как враги народа, и Исраилова с сообщниками вновь выпустили на свободу.[1][неавторитетный источник? 2843 дня]

Ход восстания в 1940—1944 годах

После депортации в ЧИАССР были введены войска Кавказского военного округа, которые нанесли повстанцам ряд тяжёлых поражений. 15 декабря 1944 года в перестрелке с подразделениями внутренних войск Хасан Исраилов был убит, что номинально должно было завершить четырёхлетнее восстание[3].

Дальнейшие события

Восстание на Северном Кавказе быстро пошло на спад, но отдельные столкновения продолжались ещё до середины 1950-х. А последний выживший участник восстания — 71-летний Хасуха Магомедов был убит в перестрелке с сотрудниками силовых структур СССР только в 1976 году.

В 1957 году депортация была отменена, и многие чеченцы и ингуши вернулись домой[3].

Напишите отзыв о статье "Восстание Хасана Исраилова"

Примечания

  1. 1 2 Алауддин Кантаев. [www.islam.ru/pressclub/histori/cecstahir/ Чечня и Сталин. Восстание Хасана Исраилова] (рус.)(недоступная ссылка — история). [www.islam.ru/]. Проверено 1 ноября 2010. [web.archive.org/20090912051813/www.islam.ru/pressclub/histori/cecstahir/ Архивировано из первоисточника 12 сентября 2009].
  2. О Хасане Исраилове и его восстании на сайте «Нохчалла» nohchalla.com/lichnosti/hasan-israilov.html.
  3. 1 2 [www.rian.ru/spravka/20080222/99840311.html Наказанный народ. Как депортировали чеченцев и ингушей] (рус.). РИА Новости (09:30 22/02/2008). Проверено 1 ноября 2010. [www.webcitation.org/619KTdAsU Архивировано из первоисточника 23 августа 2011].

Ссылки

  • [echo.msk.ru/programs/all/56324/ Передача о Хасане Исраилове и его восстании] на радио «Эхо Москвы», 18 ноября 2007 года

Отрывок, характеризующий Восстание Хасана Исраилова



Ростов своим зорким охотничьим глазом один из первых увидал этих синих французских драгун, преследующих наших улан. Ближе, ближе подвигались расстроенными толпами уланы, и французские драгуны, преследующие их. Уже можно было видеть, как эти, казавшиеся под горой маленькими, люди сталкивались, нагоняли друг друга и махали руками или саблями.
Ростов, как на травлю, смотрел на то, что делалось перед ним. Он чутьем чувствовал, что ежели ударить теперь с гусарами на французских драгун, они не устоят; но ежели ударить, то надо было сейчас, сию минуту, иначе будет уже поздно. Он оглянулся вокруг себя. Ротмистр, стоя подле него, точно так же не спускал глаз с кавалерии внизу.
– Андрей Севастьяныч, – сказал Ростов, – ведь мы их сомнем…
– Лихая бы штука, – сказал ротмистр, – а в самом деле…
Ростов, не дослушав его, толкнул лошадь, выскакал вперед эскадрона, и не успел он еще скомандовать движение, как весь эскадрон, испытывавший то же, что и он, тронулся за ним. Ростов сам не знал, как и почему он это сделал. Все это он сделал, как он делал на охоте, не думая, не соображая. Он видел, что драгуны близко, что они скачут, расстроены; он знал, что они не выдержат, он знал, что была только одна минута, которая не воротится, ежели он упустит ее. Пули так возбудительно визжали и свистели вокруг него, лошадь так горячо просилась вперед, что он не мог выдержать. Он тронул лошадь, скомандовал и в то же мгновение, услыхав за собой звук топота своего развернутого эскадрона, на полных рысях, стал спускаться к драгунам под гору. Едва они сошли под гору, как невольно их аллюр рыси перешел в галоп, становившийся все быстрее и быстрее по мере того, как они приближались к своим уланам и скакавшим за ними французским драгунам. Драгуны были близко. Передние, увидав гусар, стали поворачивать назад, задние приостанавливаться. С чувством, с которым он несся наперерез волку, Ростов, выпустив во весь мах своего донца, скакал наперерез расстроенным рядам французских драгун. Один улан остановился, один пеший припал к земле, чтобы его не раздавили, одна лошадь без седока замешалась с гусарами. Почти все французские драгуны скакали назад. Ростов, выбрав себе одного из них на серой лошади, пустился за ним. По дороге он налетел на куст; добрая лошадь перенесла его через него, и, едва справясь на седле, Николай увидал, что он через несколько мгновений догонит того неприятеля, которого он выбрал своей целью. Француз этот, вероятно, офицер – по его мундиру, согнувшись, скакал на своей серой лошади, саблей подгоняя ее. Через мгновенье лошадь Ростова ударила грудью в зад лошади офицера, чуть не сбила ее с ног, и в то же мгновенье Ростов, сам не зная зачем, поднял саблю и ударил ею по французу.
В то же мгновение, как он сделал это, все оживление Ростова вдруг исчезло. Офицер упал не столько от удара саблей, который только слегка разрезал ему руку выше локтя, сколько от толчка лошади и от страха. Ростов, сдержав лошадь, отыскивал глазами своего врага, чтобы увидать, кого он победил. Драгунский французский офицер одной ногой прыгал на земле, другой зацепился в стремени. Он, испуганно щурясь, как будто ожидая всякую секунду нового удара, сморщившись, с выражением ужаса взглянул снизу вверх на Ростова. Лицо его, бледное и забрызганное грязью, белокурое, молодое, с дырочкой на подбородке и светлыми голубыми глазами, было самое не для поля сражения, не вражеское лицо, а самое простое комнатное лицо. Еще прежде, чем Ростов решил, что он с ним будет делать, офицер закричал: «Je me rends!» [Сдаюсь!] Он, торопясь, хотел и не мог выпутать из стремени ногу и, не спуская испуганных голубых глаз, смотрел на Ростова. Подскочившие гусары выпростали ему ногу и посадили его на седло. Гусары с разных сторон возились с драгунами: один был ранен, но, с лицом в крови, не давал своей лошади; другой, обняв гусара, сидел на крупе его лошади; третий взлеаал, поддерживаемый гусаром, на его лошадь. Впереди бежала, стреляя, французская пехота. Гусары торопливо поскакали назад с своими пленными. Ростов скакал назад с другими, испытывая какое то неприятное чувство, сжимавшее ему сердце. Что то неясное, запутанное, чего он никак не мог объяснить себе, открылось ему взятием в плен этого офицера и тем ударом, который он нанес ему.
Граф Остерман Толстой встретил возвращавшихся гусар, подозвал Ростова, благодарил его и сказал, что он представит государю о его молодецком поступке и будет просить для него Георгиевский крест. Когда Ростова потребовали к графу Остерману, он, вспомнив о том, что атака его была начата без приказанья, был вполне убежден, что начальник требует его для того, чтобы наказать его за самовольный поступок. Поэтому лестные слова Остермана и обещание награды должны бы были тем радостнее поразить Ростова; но все то же неприятное, неясное чувство нравственно тошнило ему. «Да что бишь меня мучает? – спросил он себя, отъезжая от генерала. – Ильин? Нет, он цел. Осрамился я чем нибудь? Нет. Все не то! – Что то другое мучило его, как раскаяние. – Да, да, этот французский офицер с дырочкой. И я хорошо помню, как рука моя остановилась, когда я поднял ее».