Восточнославянские языки

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Восточнославянская
Таксон:

группа

Ареал:

Россия, Украина, Белоруссия, Приднестровье, Казахстан, Киргизия, Прибалтика

Число носителей:

около 240 млн

Классификация
Категория:

Языки Евразии

Индоевропейская семья

Славянская ветвь
Состав

3 (4) современных языка

Время разделения:

XIVXV вв. н. э.

Коды языковой группы
ISO 639-2:

ISO 639-5:

zle

См. также: Проект:Лингвистика

Восточнославя́нские языки́ — группа в составе славянской ветви индоевропейской языковой семьи. Распространены в Восточной Европе и в северной части Азии. Живыми языками этой группы являются белорусский, русский и украинский языки. Четвёртым живым языком восточнославянской группы можно рассматривать русинский язык, обычно считаемый диалектом[1][2] украинского. Предком всех языков восточнославянской группы является древнерусский язык, просуществовавший до XIIIXIV веков[3].





Классификация

К современным восточнославянским языкам относятся белорусский, русский и украинский, также иногда выделяют четвёртый язык — русинский, обычно считаемый диалектом украинского. Мёртвыми восточнославянскими языками являются: общий предок всех языков группы — древнерусский; письменный язык Великого княжества Литовского — западнорусский язык, а также имевший свои характерные особенности древненовгородский диалект[5].

Особенности

Восточнославянские языки отличаются от остальных славянских групп следующими особенностями:

Фонетика

Праславянские сочетания *or, *ol, *er, *el развились в полногласные сочетания -оро-, -оло-, -ере-, -ело- в позиции между согласными. Пример: рус. «город», «болото», «молоко», «берег», белор. «горад», «малако», «бераг» соответствует польск. gród, błoto, mleko, brzeg, ст.-слав. «градъ», «блато», «млѣко», «брѣгъ»;

Праславянские сочетания *tj, *dj развились в согласные «ч», «дж» (в русском языке упростившееся до «ж»), в отличие от «шт», «жд» у южных славян и «ц», «дз» у западных славян. Пример: рус. свеча, рожаю, укр. свічка, народжую, белор. свечка, нараджаю соответствуют польск. świeca, rodzę, ст.-слав. свѣшта, рождаѭ. Сочетания *stj, zdj закономерно дали «шч» («щ»), «ждж», сохранившиеся в украинском и белорусском языках и упростившиеся до /ш:/, /ж:/ в русском.

Из праславянских сочетаний губных согласных с j в во всех позициях последовательно развилось эпентетическое «л». В западнославянских оно присутствует только в начальной позиции, а в южнославянских развилось непоследовательно. Пример: рус. плюю, земля соответствует польск. pluję, ziemia.

В X веке были утрачены носовые гласные «о» и «е» (ǫ, ę), изменившиеся в «у» и «’а».

Судьба редуцированных

В период XII—XIII веков праславянские редуцированные — гласные «ъ» и «ь» были утрачены. Общим для всех восточнославянских языков было выпадение «ъ» и «ь» в слабых позициях и их последовательный переход в «о» и «е» в сильных:

Судьба этих же звуков в позициях перед [j] и после «р», «л» без ударения, так называемых напряжённых редуцированных «ы̌», «и̌», разнилась в русском языке с одной стороны и в белорусском и украинском с другой.

  • В будущем русском языке они слились с ненапряжёнными во всех случаях: др.-рус. ши̌я, мы̌ю, трьвога, глътати > рус. шея, мою, тревога, глотать.
  • В будущем украинском и белорусском языках они слились с гласными полного образования «ы», «и»: др.-рус. ши̌я, мы̌ю, трьвога, глътати > укр. шия, мию, тривога, глитати, белор. шыя, мыю, трывога, глытаць.

В дальнейшем результаты падения и вокализации редуцированных были затемнены более поздними фонетическими процессами, такими, как совпадение «ы» и «и» (в украинском языке), отвердение шипящих и «р» (в белорусском языке), частичный переход ['е] > ['о] (во всех трёх языках). Южнославянское влияние в русском языке привело к замене в некоторых случаях безударных «о» (< «ы̌»), «е» (< «и̌») в «ы», «и»: старый, крайний.

Праславянское и древнерусское *jь- в начальном слоге давало напряжённый редуцированный, изменявшийся по общим правилам в украинском и белорусском языках, но перешедший в «и» в русском языке: праслав. *jьstina, *jьměti > рус. истина, иметь, укр. істина, мати, белор. ісціна, мець.

В украинском языке произошло изменение исконных «о», «е» в слоге, ставшем закрытым после утраты слабых «ъ», «ь» в последующем слоге: «о», «е» удлинились и дифтонгизировались: «конь» > «ко̄нь» > «куо͡нь» (с дальнейшим изменением дифтонга в «и»: «кінь»).

Лексика

Основная часть лексики восточнославянских языков унаследована из праславянского языка, но, кроме этого, обнаруживаются и специфические восточнославянские элементы, не свойственные южнославянским и западнославянским языкам, а также слова, возникшие в относительно поздние эпохи в отдельных восточнославянских языках. В лексике восточнославянских языков встречаются также заимствования из тюркских, финно-угорских, самодийских, балтийских, иранских, различных германских (готского, древнескандинавского), кавказских и некоторых других. В русском языке отмечаются древние заимствования — из западноевропейских языков (прежде всего французского, немецкого, в новое время — английского языка). В украинском и белорусском языках отражается значительное влияние польской лексики.

История

История современных восточнославянских языков начиная с XI века легко прослеживается по сохранившимся письменным памятникам. Современные восточнославянские языки восходят к одному источнику — древнерусскому языку.

В XI веке все восточные славяне входили в состав Древнерусского государства. На территории, занимаемой восточными славянами, начал образовываться единый древнерусский язык. Разговорный древнерусский язык имел территориальные диалекты, отличавшиеся своими фонетическими, лексическими и морфологическими чертами.

В конце XII — начале XIII века Киевское государство распалось, вследствие чего прекратился процесс образования единого древнерусского языка. На основе его отдельных территориальных диалектов с XIV века начинается образование самостоятельных родственных восточнославянских языков, ставших в итоге русским, белорусским и украинским языками.

Письменность

С конца X века восточные славяне в связи с распространением христианства получили письменность, пришедшую из Болгарии. Современные восточнославянские языки используют алфавиты на основе кириллицы.

Восточнославянские признаки обнаруживаются уже в памятниках старославянского языка XI века: Остромировом евангелии и Новгородском кодексе.

Известны берестяные грамоты — памятники письменности Древней Руси XIXV вв.

См. также

Напишите отзыв о статье "Восточнославянские языки"

Примечания

  1. Лемки. // Большая Российская энциклопедия.
  2. Русинська мова. // Українська мова: Енциклопедія. ІНСТИТУТ МОВОЗНАВСТВА імені О. О. ПОТЕБНІ НАН УКРАЇНИ. Київ, вид-во «Укр. енцикл.», 2004.
  3. [slovari.yandex.ru/dict/rges/article/rg1/rg1-2557.htm Древнерусский язык // Российский гуманитарный энциклопедический словарь](недоступная ссылка с 14-06-2016 (1391 день))
  4. A.А. Зализняк. Древненовгородский диалект и проблемы диалектного членения позднего праславянского языка // Славянское языкознание: X Международный съезд славистов. София, 1988 г. Доклады советской делегации. М.: «Наука», 1988. C. 164—176
  5. [elementy.ru/lib/431649?page_design=print академик Андрей Анатольевич Зализняк. Об истории русского языка. Лекция прочитана 24 февраля 2012 года в школе «Муми-тролль».]

Ссылки

  • [tapemark.narod.ru/les/088a.html Восточнославянские языки] // Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. — М.: Сов. энциклопедия, 1990. — 685 с. — ISBN 5852700312.
  • [slovari.yandex.ru/~книги/Гуманитарный%20словарь/Древнерусский%20язык/ Древнерусский язык] // Российский гуманитарный энциклопедический словарь: В 3 т. — М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС: Филол. фак. С.-Петерб. гос. ун-та, 2002.
  • Русинов, Н. Д. Древнерусский язык // . — М.: Высшая школа, 1977.

Литература

  • Кондрашов Н. А. Восточнославянские языки // Славянские языки. — М.: Просвещение, 1986. — С. 67—107.
  • Филин Ф. П. Происхождение русского, украинского и белорусского языков: Историко-диалектологический очерк. — Едиториал УРСС, 2009. — С. 656. — ISBN 9785397008280, 5397008281.
  • Филин Ф. П. Образование языка восточных славян. — М.: URSS (Красанд), 2010. — 296 с. — ISBN 978-5-396-00218-0.

Отрывок, характеризующий Восточнославянские языки

– Ничего, заметаю, не видно будет, – говорила Дуняша.
– Красавица, краля то моя! – сказала из за двери вошедшая няня. – А Сонюшка то, ну красавицы!…
В четверть одиннадцатого наконец сели в кареты и поехали. Но еще нужно было заехать к Таврическому саду.
Перонская была уже готова. Несмотря на ее старость и некрасивость, у нее происходило точно то же, что у Ростовых, хотя не с такой торопливостью (для нее это было дело привычное), но также было надушено, вымыто, напудрено старое, некрасивое тело, также старательно промыто за ушами, и даже, и так же, как у Ростовых, старая горничная восторженно любовалась нарядом своей госпожи, когда она в желтом платье с шифром вышла в гостиную. Перонская похвалила туалеты Ростовых.
Ростовы похвалили ее вкус и туалет, и, бережа прически и платья, в одиннадцать часов разместились по каретам и поехали.


Наташа с утра этого дня не имела ни минуты свободы, и ни разу не успела подумать о том, что предстоит ей.
В сыром, холодном воздухе, в тесноте и неполной темноте колыхающейся кареты, она в первый раз живо представила себе то, что ожидает ее там, на бале, в освещенных залах – музыка, цветы, танцы, государь, вся блестящая молодежь Петербурга. То, что ее ожидало, было так прекрасно, что она не верила даже тому, что это будет: так это было несообразно с впечатлением холода, тесноты и темноты кареты. Она поняла всё то, что ее ожидает, только тогда, когда, пройдя по красному сукну подъезда, она вошла в сени, сняла шубу и пошла рядом с Соней впереди матери между цветами по освещенной лестнице. Только тогда она вспомнила, как ей надо было себя держать на бале и постаралась принять ту величественную манеру, которую она считала необходимой для девушки на бале. Но к счастью ее она почувствовала, что глаза ее разбегались: она ничего не видела ясно, пульс ее забил сто раз в минуту, и кровь стала стучать у ее сердца. Она не могла принять той манеры, которая бы сделала ее смешною, и шла, замирая от волнения и стараясь всеми силами только скрыть его. И эта то была та самая манера, которая более всего шла к ней. Впереди и сзади их, так же тихо переговариваясь и так же в бальных платьях, входили гости. Зеркала по лестнице отражали дам в белых, голубых, розовых платьях, с бриллиантами и жемчугами на открытых руках и шеях.
Наташа смотрела в зеркала и в отражении не могла отличить себя от других. Всё смешивалось в одну блестящую процессию. При входе в первую залу, равномерный гул голосов, шагов, приветствий – оглушил Наташу; свет и блеск еще более ослепил ее. Хозяин и хозяйка, уже полчаса стоявшие у входной двери и говорившие одни и те же слова входившим: «charme de vous voir», [в восхищении, что вижу вас,] так же встретили и Ростовых с Перонской.
Две девочки в белых платьях, с одинаковыми розами в черных волосах, одинаково присели, но невольно хозяйка остановила дольше свой взгляд на тоненькой Наташе. Она посмотрела на нее, и ей одной особенно улыбнулась в придачу к своей хозяйской улыбке. Глядя на нее, хозяйка вспомнила, может быть, и свое золотое, невозвратное девичье время, и свой первый бал. Хозяин тоже проводил глазами Наташу и спросил у графа, которая его дочь?
– Charmante! [Очаровательна!] – сказал он, поцеловав кончики своих пальцев.
В зале стояли гости, теснясь у входной двери, ожидая государя. Графиня поместилась в первых рядах этой толпы. Наташа слышала и чувствовала, что несколько голосов спросили про нее и смотрели на нее. Она поняла, что она понравилась тем, которые обратили на нее внимание, и это наблюдение несколько успокоило ее.
«Есть такие же, как и мы, есть и хуже нас» – подумала она.
Перонская называла графине самых значительных лиц, бывших на бале.
– Вот это голландский посланик, видите, седой, – говорила Перонская, указывая на старичка с серебряной сединой курчавых, обильных волос, окруженного дамами, которых он чему то заставлял смеяться.
– А вот она, царица Петербурга, графиня Безухая, – говорила она, указывая на входившую Элен.
– Как хороша! Не уступит Марье Антоновне; смотрите, как за ней увиваются и молодые и старые. И хороша, и умна… Говорят принц… без ума от нее. А вот эти две, хоть и нехороши, да еще больше окружены.
Она указала на проходивших через залу даму с очень некрасивой дочерью.
– Это миллионерка невеста, – сказала Перонская. – А вот и женихи.
– Это брат Безуховой – Анатоль Курагин, – сказала она, указывая на красавца кавалергарда, который прошел мимо их, с высоты поднятой головы через дам глядя куда то. – Как хорош! неправда ли? Говорят, женят его на этой богатой. .И ваш то соusin, Друбецкой, тоже очень увивается. Говорят, миллионы. – Как же, это сам французский посланник, – отвечала она о Коленкуре на вопрос графини, кто это. – Посмотрите, как царь какой нибудь. А всё таки милы, очень милы французы. Нет милей для общества. А вот и она! Нет, всё лучше всех наша Марья то Антоновна! И как просто одета. Прелесть! – А этот то, толстый, в очках, фармазон всемирный, – сказала Перонская, указывая на Безухова. – С женою то его рядом поставьте: то то шут гороховый!
Пьер шел, переваливаясь своим толстым телом, раздвигая толпу, кивая направо и налево так же небрежно и добродушно, как бы он шел по толпе базара. Он продвигался через толпу, очевидно отыскивая кого то.
Наташа с радостью смотрела на знакомое лицо Пьера, этого шута горохового, как называла его Перонская, и знала, что Пьер их, и в особенности ее, отыскивал в толпе. Пьер обещал ей быть на бале и представить ей кавалеров.
Но, не дойдя до них, Безухой остановился подле невысокого, очень красивого брюнета в белом мундире, который, стоя у окна, разговаривал с каким то высоким мужчиной в звездах и ленте. Наташа тотчас же узнала невысокого молодого человека в белом мундире: это был Болконский, который показался ей очень помолодевшим, повеселевшим и похорошевшим.
– Вот еще знакомый, Болконский, видите, мама? – сказала Наташа, указывая на князя Андрея. – Помните, он у нас ночевал в Отрадном.
– А, вы его знаете? – сказала Перонская. – Терпеть не могу. Il fait a present la pluie et le beau temps. [От него теперь зависит дождливая или хорошая погода. (Франц. пословица, имеющая значение, что он имеет успех.)] И гордость такая, что границ нет! По папеньке пошел. И связался с Сперанским, какие то проекты пишут. Смотрите, как с дамами обращается! Она с ним говорит, а он отвернулся, – сказала она, указывая на него. – Я бы его отделала, если бы он со мной так поступил, как с этими дамами.


Вдруг всё зашевелилось, толпа заговорила, подвинулась, опять раздвинулась, и между двух расступившихся рядов, при звуках заигравшей музыки, вошел государь. За ним шли хозяин и хозяйка. Государь шел быстро, кланяясь направо и налево, как бы стараясь скорее избавиться от этой первой минуты встречи. Музыканты играли Польской, известный тогда по словам, сочиненным на него. Слова эти начинались: «Александр, Елизавета, восхищаете вы нас…» Государь прошел в гостиную, толпа хлынула к дверям; несколько лиц с изменившимися выражениями поспешно прошли туда и назад. Толпа опять отхлынула от дверей гостиной, в которой показался государь, разговаривая с хозяйкой. Какой то молодой человек с растерянным видом наступал на дам, прося их посторониться. Некоторые дамы с лицами, выражавшими совершенную забывчивость всех условий света, портя свои туалеты, теснились вперед. Мужчины стали подходить к дамам и строиться в пары Польского.
Всё расступилось, и государь, улыбаясь и не в такт ведя за руку хозяйку дома, вышел из дверей гостиной. За ним шли хозяин с М. А. Нарышкиной, потом посланники, министры, разные генералы, которых не умолкая называла Перонская. Больше половины дам имели кавалеров и шли или приготовлялись итти в Польской. Наташа чувствовала, что она оставалась с матерью и Соней в числе меньшей части дам, оттесненных к стене и не взятых в Польской. Она стояла, опустив свои тоненькие руки, и с мерно поднимающейся, чуть определенной грудью, сдерживая дыхание, блестящими, испуганными глазами глядела перед собой, с выражением готовности на величайшую радость и на величайшее горе. Ее не занимали ни государь, ни все важные лица, на которых указывала Перонская – у ней была одна мысль: «неужели так никто не подойдет ко мне, неужели я не буду танцовать между первыми, неужели меня не заметят все эти мужчины, которые теперь, кажется, и не видят меня, а ежели смотрят на меня, то смотрят с таким выражением, как будто говорят: А! это не она, так и нечего смотреть. Нет, это не может быть!» – думала она. – «Они должны же знать, как мне хочется танцовать, как я отлично танцую, и как им весело будет танцовать со мною».
Звуки Польского, продолжавшегося довольно долго, уже начинали звучать грустно, – воспоминанием в ушах Наташи. Ей хотелось плакать. Перонская отошла от них. Граф был на другом конце залы, графиня, Соня и она стояли одни как в лесу в этой чуждой толпе, никому неинтересные и ненужные. Князь Андрей прошел с какой то дамой мимо них, очевидно их не узнавая. Красавец Анатоль, улыбаясь, что то говорил даме, которую он вел, и взглянул на лицо Наташе тем взглядом, каким глядят на стены. Борис два раза прошел мимо них и всякий раз отворачивался. Берг с женою, не танцовавшие, подошли к ним.
Наташе показалось оскорбительно это семейное сближение здесь, на бале, как будто не было другого места для семейных разговоров, кроме как на бале. Она не слушала и не смотрела на Веру, что то говорившую ей про свое зеленое платье.
Наконец государь остановился подле своей последней дамы (он танцовал с тремя), музыка замолкла; озабоченный адъютант набежал на Ростовых, прося их еще куда то посторониться, хотя они стояли у стены, и с хор раздались отчетливые, осторожные и увлекательно мерные звуки вальса. Государь с улыбкой взглянул на залу. Прошла минута – никто еще не начинал. Адъютант распорядитель подошел к графине Безуховой и пригласил ее. Она улыбаясь подняла руку и положила ее, не глядя на него, на плечо адъютанта. Адъютант распорядитель, мастер своего дела, уверенно, неторопливо и мерно, крепко обняв свою даму, пустился с ней сначала глиссадом, по краю круга, на углу залы подхватил ее левую руку, повернул ее, и из за всё убыстряющихся звуков музыки слышны были только мерные щелчки шпор быстрых и ловких ног адъютанта, и через каждые три такта на повороте как бы вспыхивало развеваясь бархатное платье его дамы. Наташа смотрела на них и готова была плакать, что это не она танцует этот первый тур вальса.