Выборгское воззвание

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Выборгское воззвание

Фотокопия оригинального текста Выборгского воззвания
Ратифицирован

22.07.1906

Заверители

см.текст

Цель создания

призыв к гражданскому неповиновению

«Вы́боргское воззва́ние» — принятое в литературе название обращения от 9 (22) июля 1906 года «Народу от народных представителей», составленного в городе Выборг и подписанное значительной группой депутатов Государственной Думы I созыва через 2 дня после её роспуска указом Императора Николая II. Воззвание призывало к пассивному сопротивлению властям (гражданскому неповиновению) — не платить налоги, не ходить на военную службу и т. д.





История составления и содержание воззвания

Совещание бывших членов I Государственной думы проходило 9—10 (2223 июля) 1906 года в выборгской гостинице «Бельведер»; участвовало около 220 бывших депутатов из всех думских фракций. Редакционную комиссию возглавил М. М. Винавер; рассматривалось 2 проекта: от лидера кадетов П. Н. Милюкова и от трудовиков. За основу был взят проект Милюкова.

После сообщения об обстоятельствах неправомерного, с точки зрения собравшихся, роспуска Думы авторы воззвания призывали к гражданскому неповиновению правительству:

Граждане! Стойте крепко за попранные права народного представительства, стойте за Государственную Думу. Ни одного дня Россия не должна оставаться без народного представительства. У вас есть способ добиться этого: Правительство не имеет права без согласия народного представительства ни собирать налоги с народа, ни призывать народ на военную службу. А потому теперь, когда Правительство распустило Государственную Думу, вы вправе не давать ему ни солдат, ни денег.

Под воззванием стояла дата 9 (22) июля 1906 года и подписи 180 депутатов Думы[1].

По воспоминаниям кадетки А. В. Тырковой-Вильямс, из кадетов только один Е. И. Кедрин исполнил наказ Выборгского воззвания, отказавшись платить налоги[2].

Уголовный процесс над подписавшими

16 (29) июля против подписавших «Воззвание» бывших членов Государственной думы было начато уголовное преследование: 167 бывших депутатов были преданы суду Особого присутствия Санкт-Петербургской судебной палаты.

Как свидетельствует в своих мемуарах один из адвокатов обвиняемых, член кадетской партии Василий Маклаков (он не был депутатом 1-й Думы и поэтому воззвание не подписывал, впоследствии он его осуждал) у стороны защиты была «благоприятная почва» для работы. В деяниях подсудимых не было статьи 129, которую им вменяли: «выборжцы» были виновны в составлении, но не распространении воззвания. С точки зрения уголовной здесь была громадная разница: за одно «составление» подсудимых не могли лишить политических прав. Но суд неумолимо гнул свою линию[3]. Еще один адвокат подсудимых, Оскар Пергамент, в своей речи заявлял, что «венок славы подсудимых так пышен, что даже незаслуженное страдание не вплетет в него лишнего листа.… Но если нужно произвести над ними насилие, то зачем же к насилию над людьми прибавлять ещё насилие над законом?»

«В этом споре моральная победа была одержана адвокатами, хотя судей они не убедили», — заключает по этому поводу В. Маклаков.

Подавляющее большинство из преданных суду были осуждены на три месяца тюремного заключения и лишены избирательных прав. Таким образом они лишились также права заниматься легальной политической деятельностью и в дальнейшем не могли стать депутатами Государственной Думы[4]. Из 169 обвиняемых только трое (И. Д. Бугров, С. П. Притула и А. Л. Шемякин) были оправданы. Первым двум из них удалось в ходе следствия предоставить неопровержимое алиби[4]. А про А. Л. Шемякина выяснилось, что при публикации воззвания за его подпись приняли подпись В. М. Шемета, который был привлечён к ответственности вместо него[5].

Некоторые из подписавших обращение

Руководство Думы

Фракция кадетов

  1. Айвазов, Артемий Гаврилович
  2. Афанасьев, Клавдий Иванович
  3. Балахонцев, Сергей Петрович
  4. Балясников, Василий Фёдорович
  5. Бородин, Николай Андреевич
  6. Бремер, Арвид Оттонович
  7. Брук, Григорий Яковлевич
  8. Букейханов, Алихан Нурмухамедович
  9. Быстров, Павел Александрович
  10. Винавер, Максим Моисеевич — член редакционной комиссии воззвания от фракции кадетов[6].
  11. Волкович, Алексей Онуфриевич
  12. Вязлов, Андрей Григорьевич
  13. Геллат, Карл Петрович
  14. Герценштейн, Михаил Яковлевич — убит вскоре после роспуска Думы
  15. Деларю, Михаил Данилович
  16. Долгоруков, Пётр Дмитриевич
  17. Езерский, Николай Фёдорович
  18. Замыслов, Иван Васильевич
  19. Земцов, Михаил Евстафиевич
  20. Иваницкий, Фёдор Игоревич
  21. Имшенецкий, Яков Кондратьевич
  22. Иоллос, Григорий Борисович — убит до окончания суда
  23. Исупов, Александр Евграфович
  24. Кедрин, Евгений Иванович
  25. Карандашев, Василий Егорович
  26. Каценельсон, Нисон Иосифович
  27. Квасков, Михаил Александрович
  28. Ковалевский, Николай Николаевич
  29. Кокошкин, Фёдор Фёдорович — член редакционной комиссии воззвания от фракции кадетов[6].
  30. Колокольников, Степан Иванович
  31. Комиссаров, Михаил Герасимович
  32. Котляревский, Сергей Андреевич
  33. Крылов, Пётр Петрович
  34. Куликов, Михаил Фёдорович
  35. Лебедев, Михаил Дмитриевич
  36. Левин, Шмария Хаимович
  37. Ледницкий, Александр Робертович
  38. Набоков, Владимир Дмитриевич
  39. Некрасов, Константин Фёдорович
  40. Нечаев, Виктор Саввич
  41. Новгородцев, Павел Иванович
  42. Обнинский, Виктор Петрович
  43. Оболенский, Владимир Андреевич
  44. Огнёв, Николай Васильевич
  45. Огородников, Николай Александрович
  46. Петражицкий, Лев Иосифович
  47. Петрункевич, Иван Ильич
  48. Петрункевич, Михаил Ильич
  49. Розенбаум, Семён Яковлевич
  50. Рутцен, Александр Николаевич фон
  51. Садырин, Павел Александрович
  52. Сафонов, Пётр Алексеевич
  53. Сицинский, Леопольд Егорович
  54. Скульский, Дмитрий Аркадьевич
  55. Толстой, Пётр Петрович
  56. Туманян, Левон Филиппович
  57. Тыниссон, Яан
  58. Чаксте, Янис
  59. Шаховской, Дмитрий Иванович
  60. Шершеневич, Габриэль Феликсович
  61. Шефтель, Михаил Исаакович
  62. Ширков, Николай Владимирович — член фракции, но не член партии
  63. Штейнгель, Фёдор Рудольфович
  64. Щепкин, Евгений Николаевич
  65. Якушкин, Вячеслав Евгеньевич
  66. Яновский, Василий Васильевич
  67. Яснопольский, Леонид Николаевич

Фракция трудовиков

  1. Андреев, Александр Алексеевич
  2. Баратов, Иосиф Александрович
  3. Бондарев, Сергей Иванович — член редакционной комиссии воззвания от фракции трудовиков[6].
  4. Брамсон, Леонтий Моисеевич
  5. Буслов, Фёдор Ефимович
  6. Бычков, Иван Дмитриевич
  7. Вихарев, Василий Сильвестрович
  8. Возовик, Алексей Никитич
  9. Волков, Тимофей Осипович
  10. Врагов, Василий Фёдорович
  11. Галецкий, Иван Владиславович
  12. Гудилин, Максим Константинович
  13. Дитц, Якоб Егорович
  14. Дьяченко, Максим Фёдорович
  15. Дюмаев, Пётр Евдокимович
  16. Жилкин, Иван Васильевич — член редакционной комиссии воззвания от фракции трудовиков[6].
  17. Зубченко, Гавриил Леонтьевич
  18. Кальянов, Павел Васильевич
  19. Корнильев, Сергей Михайлович
  20. Крюков, Фёдор Дмитриевич
  21. Кубилис, Иосиф Иосифович
  22. Кузнецов, Иван Осипович
  23. Кутоманов, Михаил Данилович
  24. Локоть, Тимофей Васильевич
  25. Николаевский, Николай Фёдорович
  26. Онипко, Федот Михайлович
  27. Седельников, Тимофей Иванович
  28. Сеффер, Фёдор Афанасьевич
  29. Соломка, Илларион Егорович
  30. Шапошников, Григорий Никитич — товарищ секретаря Думы.
  31. Шилихин, Иван Осипович

Фракция социал-демократов

  1. Антонов, Иван Иванович
  2. Выровой, Захарий Иванович — секретный сотрудник полиции
  3. Гомартели, Иван Гедеванович
  4. Джапаридзе, Сергей Давидович — член редакционной комиссии воззвания от фракции социал-демократов[6]
  5. Ершов, Пётр Андреевич
  6. Жордания, Ной Николаевич — глава социал-демократической фракции, член редакционной комиссии воззвания от фракции социал-демократов[6].
  7. Ишерский, Владимир Иванович
  8. Рамишвили, Исидор Иванович
  9. Рогов, Василий Михайлович
  10. Савельев, Иван Феоктистович, наборщик из Москвы

Мусульманская фракция

  1. Алкин, Сеид-Гирей Шагиахметович, член бюро мусульманской фракции.
  2. Ахтямов, Абуссугуд Абдельхаликович, член бюро мусульманской фракции.
  3. Джантюрин, Салимгирей Сеидханович
  4. Зиятханов, Исмаил Хан Абульфат Хан оглы
  5. Топчибашев, Алимардан-бек, председатель мусульманской фракции.

Фракция автономистов

  1. Витковский, Пётр Иосифович, литовская секция, также член Польского коло
  2. Шемет, Владимир Михайлович, член Украинской народной партии

Фракция партии Демократических реформ

  1. Урусов, Сергей Дмитриевич
  2. Федоровский, Владимир Капитонович

Напишите отзыв о статье "Выборгское воззвание"

Литература

  1. Кузьмин-Караваев, В. Выборгскій процессъ. СПб.: Тип. т-ва «Общественная польза», 1908.
  2. Государственная Дума Российской империи 1906—1917: энциклопедия. М.: Российская политическая энциклопедия, 2008, стр. 113—114.
  3. [www.vbrg.ru/articles/istorija_vyborga/v_gody_revoljutsii_1917g/vyborgskoe_vozzvanie/ Выборгское воззвание, текст с подписями]
  4. [histpol.pl.ua/pages/content.php?page=799 Текст воззвания и подписи, другая версия]

Примечания

  1. [www.hrono.ru/dokum/190_dok/19060710vyb.html Выборгское воззвание]
  2. [www.yabloko.ru/Themes/History/tyrkova.htm А. Тыркова-Вильямс. Кадетская партия]
  3. «Процессы века: Выборгское дело перводумцев»[www.newspeak.by/content.php?id=22 www.newspeak.by]
  4. 1 2 [tomskhistory.lib.tomsk.ru/files2/1311.pdf Родионов Ю. П. «Следственное дело по Выборгскому воззванию» как исторический источник]
  5. Выборгский процесс. СПб. 1908.
  6. 1 2 3 4 5 6 [lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/stolypin.txt Петр Аркадьевич Столыпин. Полное собрание речей в Государственной думе и Государственном совете]

</div></div>

Отрывок, характеризующий Выборгское воззвание

«Я знал, подумал Николай, что никогда ничего не пойму здесь, в этом дурацком мире».
– Ты рассердился, что он не вписал эти 700 рублей. Ведь они у него написаны транспортом, а другую страницу ты не посмотрел.
– Папенька, он мерзавец и вор, я знаю. И что сделал, то сделал. А ежели вы не хотите, я ничего не буду говорить ему.
– Нет, моя душа (граф был смущен тоже. Он чувствовал, что он был дурным распорядителем имения своей жены и виноват был перед своими детьми но не знал, как поправить это) – Нет, я прошу тебя заняться делами, я стар, я…
– Нет, папенька, вы простите меня, ежели я сделал вам неприятное; я меньше вашего умею.
«Чорт с ними, с этими мужиками и деньгами, и транспортами по странице, думал он. Еще от угла на шесть кушей я понимал когда то, но по странице транспорт – ничего не понимаю», сказал он сам себе и с тех пор более не вступался в дела. Только однажды графиня позвала к себе сына, сообщила ему о том, что у нее есть вексель Анны Михайловны на две тысячи и спросила у Николая, как он думает поступить с ним.
– А вот как, – отвечал Николай. – Вы мне сказали, что это от меня зависит; я не люблю Анну Михайловну и не люблю Бориса, но они были дружны с нами и бедны. Так вот как! – и он разорвал вексель, и этим поступком слезами радости заставил рыдать старую графиню. После этого молодой Ростов, уже не вступаясь более ни в какие дела, с страстным увлечением занялся еще новыми для него делами псовой охоты, которая в больших размерах была заведена у старого графа.


Уже были зазимки, утренние морозы заковывали смоченную осенними дождями землю, уже зелень уклочилась и ярко зелено отделялась от полос буреющего, выбитого скотом, озимого и светло желтого ярового жнивья с красными полосами гречихи. Вершины и леса, в конце августа еще бывшие зелеными островами между черными полями озимей и жнивами, стали золотистыми и ярко красными островами посреди ярко зеленых озимей. Русак уже до половины затерся (перелинял), лисьи выводки начинали разбредаться, и молодые волки были больше собаки. Было лучшее охотничье время. Собаки горячего, молодого охотника Ростова уже не только вошли в охотничье тело, но и подбились так, что в общем совете охотников решено было три дня дать отдохнуть собакам и 16 сентября итти в отъезд, начиная с дубравы, где был нетронутый волчий выводок.
В таком положении были дела 14 го сентября.
Весь этот день охота была дома; было морозно и колко, но с вечера стало замолаживать и оттеплело. 15 сентября, когда молодой Ростов утром в халате выглянул в окно, он увидал такое утро, лучше которого ничего не могло быть для охоты: как будто небо таяло и без ветра спускалось на землю. Единственное движенье, которое было в воздухе, было тихое движенье сверху вниз спускающихся микроскопических капель мги или тумана. На оголившихся ветвях сада висели прозрачные капли и падали на только что свалившиеся листья. Земля на огороде, как мак, глянцевито мокро чернела, и в недалеком расстоянии сливалась с тусклым и влажным покровом тумана. Николай вышел на мокрое с натасканной грязью крыльцо: пахло вянущим лесом и собаками. Чернопегая, широкозадая сука Милка с большими черными на выкате глазами, увидав хозяина, встала, потянулась назад и легла по русачьи, потом неожиданно вскочила и лизнула его прямо в нос и усы. Другая борзая собака, увидав хозяина с цветной дорожки, выгибая спину, стремительно бросилась к крыльцу и подняв правило (хвост), стала тереться о ноги Николая.
– О гой! – послышался в это время тот неподражаемый охотничий подклик, который соединяет в себе и самый глубокий бас, и самый тонкий тенор; и из за угла вышел доезжачий и ловчий Данило, по украински в скобку обстриженный, седой, морщинистый охотник с гнутым арапником в руке и с тем выражением самостоятельности и презрения ко всему в мире, которое бывает только у охотников. Он снял свою черкесскую шапку перед барином, и презрительно посмотрел на него. Презрение это не было оскорбительно для барина: Николай знал, что этот всё презирающий и превыше всего стоящий Данило всё таки был его человек и охотник.
– Данила! – сказал Николай, робко чувствуя, что при виде этой охотничьей погоды, этих собак и охотника, его уже обхватило то непреодолимое охотничье чувство, в котором человек забывает все прежние намерения, как человек влюбленный в присутствии своей любовницы.
– Что прикажете, ваше сиятельство? – спросил протодиаконский, охриплый от порсканья бас, и два черные блестящие глаза взглянули исподлобья на замолчавшего барина. «Что, или не выдержишь?» как будто сказали эти два глаза.
– Хорош денек, а? И гоньба, и скачка, а? – сказал Николай, чеша за ушами Милку.
Данило не отвечал и помигал глазами.
– Уварку посылал послушать на заре, – сказал его бас после минутного молчанья, – сказывал, в отрадненский заказ перевела, там выли. (Перевела значило то, что волчица, про которую они оба знали, перешла с детьми в отрадненский лес, который был за две версты от дома и который был небольшое отъемное место.)
– А ведь ехать надо? – сказал Николай. – Приди ка ко мне с Уваркой.
– Как прикажете!
– Так погоди же кормить.
– Слушаю.
Через пять минут Данило с Уваркой стояли в большом кабинете Николая. Несмотря на то, что Данило был не велик ростом, видеть его в комнате производило впечатление подобное тому, как когда видишь лошадь или медведя на полу между мебелью и условиями людской жизни. Данило сам это чувствовал и, как обыкновенно, стоял у самой двери, стараясь говорить тише, не двигаться, чтобы не поломать как нибудь господских покоев, и стараясь поскорее всё высказать и выйти на простор, из под потолка под небо.
Окончив расспросы и выпытав сознание Данилы, что собаки ничего (Даниле и самому хотелось ехать), Николай велел седлать. Но только что Данила хотел выйти, как в комнату вошла быстрыми шагами Наташа, еще не причесанная и не одетая, в большом, нянином платке. Петя вбежал вместе с ней.
– Ты едешь? – сказала Наташа, – я так и знала! Соня говорила, что не поедете. Я знала, что нынче такой день, что нельзя не ехать.
– Едем, – неохотно отвечал Николай, которому нынче, так как он намеревался предпринять серьезную охоту, не хотелось брать Наташу и Петю. – Едем, да только за волками: тебе скучно будет.
– Ты знаешь, что это самое большое мое удовольствие, – сказала Наташа.
– Это дурно, – сам едет, велел седлать, а нам ничего не сказал.
– Тщетны россам все препоны, едем! – прокричал Петя.
– Да ведь тебе и нельзя: маменька сказала, что тебе нельзя, – сказал Николай, обращаясь к Наташе.
– Нет, я поеду, непременно поеду, – сказала решительно Наташа. – Данила, вели нам седлать, и Михайла чтоб выезжал с моей сворой, – обратилась она к ловчему.
И так то быть в комнате Даниле казалось неприлично и тяжело, но иметь какое нибудь дело с барышней – для него казалось невозможным. Он опустил глаза и поспешил выйти, как будто до него это не касалось, стараясь как нибудь нечаянно не повредить барышне.


Старый граф, всегда державший огромную охоту, теперь же передавший всю охоту в ведение сына, в этот день, 15 го сентября, развеселившись, собрался сам тоже выехать.
Через час вся охота была у крыльца. Николай с строгим и серьезным видом, показывавшим, что некогда теперь заниматься пустяками, прошел мимо Наташи и Пети, которые что то рассказывали ему. Он осмотрел все части охоты, послал вперед стаю и охотников в заезд, сел на своего рыжего донца и, подсвистывая собак своей своры, тронулся через гумно в поле, ведущее к отрадненскому заказу. Лошадь старого графа, игреневого меренка, называемого Вифлянкой, вел графский стремянной; сам же он должен был прямо выехать в дрожечках на оставленный ему лаз.
Всех гончих выведено было 54 собаки, под которыми, доезжачими и выжлятниками, выехало 6 человек. Борзятников кроме господ было 8 человек, за которыми рыскало более 40 борзых, так что с господскими сворами выехало в поле около 130 ти собак и 20 ти конных охотников.
Каждая собака знала хозяина и кличку. Каждый охотник знал свое дело, место и назначение. Как только вышли за ограду, все без шуму и разговоров равномерно и спокойно растянулись по дороге и полю, ведшими к отрадненскому лесу.
Как по пушному ковру шли по полю лошади, изредка шлепая по лужам, когда переходили через дороги. Туманное небо продолжало незаметно и равномерно спускаться на землю; в воздухе было тихо, тепло, беззвучно. Изредка слышались то подсвистыванье охотника, то храп лошади, то удар арапником или взвизг собаки, не шедшей на своем месте.
Отъехав с версту, навстречу Ростовской охоте из тумана показалось еще пять всадников с собаками. Впереди ехал свежий, красивый старик с большими седыми усами.
– Здравствуйте, дядюшка, – сказал Николай, когда старик подъехал к нему.
– Чистое дело марш!… Так и знал, – заговорил дядюшка (это был дальний родственник, небогатый сосед Ростовых), – так и знал, что не вытерпишь, и хорошо, что едешь. Чистое дело марш! (Это была любимая поговорка дядюшки.) – Бери заказ сейчас, а то мой Гирчик донес, что Илагины с охотой в Корниках стоят; они у тебя – чистое дело марш! – под носом выводок возьмут.
– Туда и иду. Что же, свалить стаи? – спросил Николай, – свалить…
Гончих соединили в одну стаю, и дядюшка с Николаем поехали рядом. Наташа, закутанная платками, из под которых виднелось оживленное с блестящими глазами лицо, подскакала к ним, сопутствуемая не отстававшими от нее Петей и Михайлой охотником и берейтором, который был приставлен нянькой при ней. Петя чему то смеялся и бил, и дергал свою лошадь. Наташа ловко и уверенно сидела на своем вороном Арабчике и верной рукой, без усилия, осадила его.
Дядюшка неодобрительно оглянулся на Петю и Наташу. Он не любил соединять баловство с серьезным делом охоты.
– Здравствуйте, дядюшка, и мы едем! – прокричал Петя.
– Здравствуйте то здравствуйте, да собак не передавите, – строго сказал дядюшка.
– Николенька, какая прелестная собака, Трунила! он узнал меня, – сказала Наташа про свою любимую гончую собаку.
«Трунила, во первых, не собака, а выжлец», подумал Николай и строго взглянул на сестру, стараясь ей дать почувствовать то расстояние, которое должно было их разделять в эту минуту. Наташа поняла это.
– Вы, дядюшка, не думайте, чтобы мы помешали кому нибудь, – сказала Наташа. Мы станем на своем месте и не пошевелимся.