Вёска (село, Переславский район)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Село
Вёска
Страна
Россия
Субъект Федерации
Ярославская область
Муниципальный район
Сельское поселение
Координаты
Первое упоминание
Население
11 человек (2007)
Часовой пояс
Телефонный код
+7 48535
Автомобильный код
76
Показать/скрыть карты

Вёска — село в Пригородном сельском поселении Переславского района Ярославской области.

Постоянное население на 1 января 2007 года 11 человек[1].



История

По писцовым книгам 1628 года треть села Вёсок значится за помещиком Афанасием Савельевичем Шемяковым, а две трети села за его родными братьями.

На общей их земле была в то время церковь Николая Чудотворца.

В 1728 году прихожане задумали построить для зимнего времени тёплую церковь, отдельную от Никольской церкви, и подали о том прошение в синодальный казённый приказ. Новая церковь устроена была в 1730 году и освящена во имя Рождества Пресвятой Богородицы. Эти две деревянные церкви существовали в Вёсках до 1808 года.

В 1808 году тщанием помещика Николая Львовича Батюшкова вместо деревянной церкви устроен каменный храм с колокольнею. Престолов в этом храме три: в холодном во имя Пресвятой Троицы, в трапезе тёплой в честь Рождества Пресвятой Богородицы и святого Николая Чудотворца.[2]

В селе была земская народная школа.

Напишите отзыв о статье "Вёска (село, Переславский район)"

Примечания

  1. [www.adm.yar.ru/dms/faq.html Сведения о численности населения по муниципальным образованиям, поселениям и населенным пунктам, входящим в состав Ярославской области (на 1 января 2007)]. Управление по вопросам местного самоуправления Правительства Ярославской области
  2. Добронравов, В. Г. [dlib.rsl.ru/viewer/01003932508 Историко-статистическое описание церквей и приходов Владимирской епархии] / В. Г. Добронравов. — Владимир: Типо-литография В. Паркова, 1895. — Т. 2. — С. 185—187.


Отрывок, характеризующий Вёска (село, Переславский район)


В ноябре месяце 1805 года князь Василий должен был ехать на ревизию в четыре губернии. Он устроил для себя это назначение с тем, чтобы побывать заодно в своих расстроенных имениях, и захватив с собой (в месте расположения его полка) сына Анатоля, с ним вместе заехать к князю Николаю Андреевичу Болконскому с тем, чтоб женить сына на дочери этого богатого старика. Но прежде отъезда и этих новых дел, князю Василью нужно было решить дела с Пьером, который, правда, последнее время проводил целые дни дома, т. е. у князя Василья, у которого он жил, был смешон, взволнован и глуп (как должен быть влюбленный) в присутствии Элен, но всё еще не делал предложения.
«Tout ca est bel et bon, mais il faut que ca finisse», [Всё это хорошо, но надо это кончить,] – сказал себе раз утром князь Василий со вздохом грусти, сознавая, что Пьер, стольким обязанный ему (ну, да Христос с ним!), не совсем хорошо поступает в этом деле. «Молодость… легкомыслие… ну, да Бог с ним, – подумал князь Василий, с удовольствием чувствуя свою доброту: – mais il faut, que ca finisse. После завтра Лёлины именины, я позову кое кого, и ежели он не поймет, что он должен сделать, то уже это будет мое дело. Да, мое дело. Я – отец!»
Пьер полтора месяца после вечера Анны Павловны и последовавшей за ним бессонной, взволнованной ночи, в которую он решил, что женитьба на Элен была бы несчастие, и что ему нужно избегать ее и уехать, Пьер после этого решения не переезжал от князя Василья и с ужасом чувствовал, что каждый день он больше и больше в глазах людей связывается с нею, что он не может никак возвратиться к своему прежнему взгляду на нее, что он не может и оторваться от нее, что это будет ужасно, но что он должен будет связать с нею свою судьбу. Может быть, он и мог бы воздержаться, но не проходило дня, чтобы у князя Василья (у которого редко бывал прием) не было бы вечера, на котором должен был быть Пьер, ежели он не хотел расстроить общее удовольствие и обмануть ожидания всех. Князь Василий в те редкие минуты, когда бывал дома, проходя мимо Пьера, дергал его за руку вниз, рассеянно подставлял ему для поцелуя выбритую, морщинистую щеку и говорил или «до завтра», или «к обеду, а то я тебя не увижу», или «я для тебя остаюсь» и т. п. Но несмотря на то, что, когда князь Василий оставался для Пьера (как он это говорил), он не говорил с ним двух слов, Пьер не чувствовал себя в силах обмануть его ожидания. Он каждый день говорил себе всё одно и одно: «Надо же, наконец, понять ее и дать себе отчет: кто она? Ошибался ли я прежде или теперь ошибаюсь? Нет, она не глупа; нет, она прекрасная девушка! – говорил он сам себе иногда. – Никогда ни в чем она не ошибается, никогда она ничего не сказала глупого. Она мало говорит, но то, что она скажет, всегда просто и ясно. Так она не глупа. Никогда она не смущалась и не смущается. Так она не дурная женщина!» Часто ему случалось с нею начинать рассуждать, думать вслух, и всякий раз она отвечала ему на это либо коротким, но кстати сказанным замечанием, показывавшим, что ее это не интересует, либо молчаливой улыбкой и взглядом, которые ощутительнее всего показывали Пьеру ее превосходство. Она была права, признавая все рассуждения вздором в сравнении с этой улыбкой.