Гаргждай

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Город
Гаргждай
лит. Gargždai
Флаг Герб
Страна
Литва
Уезд
Клайпедский
Район
Координаты
Староста
Саюлюс Бакшинскис
Первое упоминание
Прежние названия
Гордж
Город с
Площадь
1,735 км²
Население
16 433 человек (2010)
Показать/скрыть карты

<imagemap>: неверное или отсутствующее изображение

<imagemap>: неверное или отсутствующее изображение

Гаргжда́й (лит. Gargždai, до 1917 Горжды[1]) — город на западе Литвы, административный центр староства (сянюнии) в составе самоуправления Клайпедского района в Клайпедском уезде.





Положение и общая характеристика

Расположен на реке Миния (лит. Minija; правый приток Немана), в 18 км от Клайпеды на автомагистрали ВильнюсКлайпеда. Металлообработка, промышленность стройматериалов.

Население

В 1990 насчитывалось 13, 7 тыс. жителей, в 2005 — 15 510, ныне 15 894 (2007).

Герб

Герб городу был дан в 1792 и изображал меч, лежащий в лавровом венке на красном геральдическом щите. После попытки восстановления герба в 1970 возрождён в 1989 и официально утверждён в 1997.

Название

Название города выводят из литовского слова лит. gargždas «крупный песок, галька».

История

Старинное поселение, упоминается уже с 1253 года. Городские права получены в 1792 году.

Во времена Российской империи город носил название «Горжды» и относился к Тельшевского уезду Ковенской губернии[2].

24 июня 1941 года в Гаргждай (через 2 дня после нападения Германии на СССР) произошла первая акция массового убийства евреев в Литве, погиб 201 человек[3].

В Литовской ССР до 1965 года посёлок, затем город.

Города-побратимы

Напишите отзыв о статье "Гаргждай"

Примечания

  1. Горжды // Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 4 т. — СПб., 1907—1909.
  2. Горжды // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  3. Bubnys A. [www.genocid.lt/centras/lt/891/a/ Trumpa holokausto Lietuvoje istorija, istoriografija ir bibliografija] (лит.). Lietuvos gyventojų genocido ir rezistencijos tyrimo centras. Проверено 24 сентября 2012. [www.webcitation.org/6BTH47FUd Архивировано из первоисточника 17 октября 2012].


Отрывок, характеризующий Гаргждай

– О господи! О смерть моя! О господи! – громче застонал солдат.
– Да я сейчас еще спрошу их, – сказал Пьер и, поднявшись, пошел к двери балагана. В то время как Пьер подходил к двери, снаружи подходил с двумя солдатами тот капрал, который вчера угощал Пьера трубкой. И капрал и солдаты были в походной форме, в ранцах и киверах с застегнутыми чешуями, изменявшими их знакомые лица.
Капрал шел к двери с тем, чтобы, по приказанию начальства, затворить ее. Перед выпуском надо было пересчитать пленных.
– Caporal, que fera t on du malade?.. [Капрал, что с больным делать?..] – начал Пьер; но в ту минуту, как он говорил это, он усумнился, тот ли это знакомый его капрал или другой, неизвестный человек: так непохож был на себя капрал в эту минуту. Кроме того, в ту минуту, как Пьер говорил это, с двух сторон вдруг послышался треск барабанов. Капрал нахмурился на слова Пьера и, проговорив бессмысленное ругательство, захлопнул дверь. В балагане стало полутемно; с двух сторон резко трещали барабаны, заглушая стоны больного.
«Вот оно!.. Опять оно!» – сказал себе Пьер, и невольный холод пробежал по его спине. В измененном лице капрала, в звуке его голоса, в возбуждающем и заглушающем треске барабанов Пьер узнал ту таинственную, безучастную силу, которая заставляла людей против своей воли умерщвлять себе подобных, ту силу, действие которой он видел во время казни. Бояться, стараться избегать этой силы, обращаться с просьбами или увещаниями к людям, которые служили орудиями ее, было бесполезно. Это знал теперь Пьер. Надо было ждать и терпеть. Пьер не подошел больше к больному и не оглянулся на него. Он, молча, нахмурившись, стоял у двери балагана.
Когда двери балагана отворились и пленные, как стадо баранов, давя друг друга, затеснились в выходе, Пьер пробился вперед их и подошел к тому самому капитану, который, по уверению капрала, готов был все сделать для Пьера. Капитан тоже был в походной форме, и из холодного лица его смотрело тоже «оно», которое Пьер узнал в словах капрала и в треске барабанов.
– Filez, filez, [Проходите, проходите.] – приговаривал капитан, строго хмурясь и глядя на толпившихся мимо него пленных. Пьер знал, что его попытка будет напрасна, но подошел к нему.
– Eh bien, qu'est ce qu'il y a? [Ну, что еще?] – холодно оглянувшись, как бы не узнав, сказал офицер. Пьер сказал про больного.
– Il pourra marcher, que diable! – сказал капитан. – Filez, filez, [Он пойдет, черт возьми! Проходите, проходите] – продолжал он приговаривать, не глядя на Пьера.
– Mais non, il est a l'agonie… [Да нет же, он умирает…] – начал было Пьер.
– Voulez vous bien?! [Пойди ты к…] – злобно нахмурившись, крикнул капитан.
Драм да да дам, дам, дам, трещали барабаны. И Пьер понял, что таинственная сила уже вполне овладела этими людьми и что теперь говорить еще что нибудь было бесполезно.
Пленных офицеров отделили от солдат и велели им идти впереди. Офицеров, в числе которых был Пьер, было человек тридцать, солдатов человек триста.