Гарольд I (король Англии)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Гарольд I Заячья Лапа
Harold I Harefoot<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
Король Англии
12 ноября 1035 — 17 марта 1040
Предшественник: Кнуд Великий
Преемник: Хардекнуд
 
Рождение: ок. 1015
Англия
Смерть: 17 марта 1040(1040-03-17)
Англия
Место погребения: Вестминстерское аббатство, в 1040 году останки были брошены в болото у берегов реки Темза
Род: Кнютлинги
Отец: Кнуд Великий
Мать: Эльфгифу Нортгемптонская

Гарольд I Заячья лапа (англ. Harold Harefoot - Харольд Хэрфут; ок. 1015 — 17 марта 1040) — король Англии в 10351040 годах из династии Кнютлингов.

Прозвище «Заячья лапа» (в других переводах Заячья Нога), по преданию, получил за скорость в беге и охотничьи умения.



Биография

Гарольд был незаконнорождённым сыном короля Англии, Дании и Норвегии Кнуда Великого и Эльфгифу Нортгемптонской.

После смерти Кнуда Великого в 1035 году престол Англии и Дании должен был унаследовать единственный законный сын Кнуда Хардекнуд, управлявший в конце жизни своего отца Данией. Однако угроза вторжения норвежского короля Магнуса I не позволила Хадекнуту прибыть в Англию для вступления на престол. Этим воспользовалась часть английских магнатов во главе с эрлом Леофриком и Эльфгифу Нортгемптонской, которые предложили избрать регентом страны Гарольда. На совете в Оксфорде в начале 1036 года сторонники Гарольда и Хардекнуда достигли компромисса: Гарольд становился регентом Англии, а королева-мать Эмма Нормандская сохраняла свой двор, гвардию хускерлов и контроль над королевской казной. Тем не менее Гарольд напал на резиденцию Эммы в Уинчестере и захватил казну. К концу 1037 года все магнаты Англии признали Гарольда своим королём, а Эмма бежала из страны.

По мнению некоторых историков[1], власть в стране в период правления Гарольда фактически принадлежала его матери Эльфгифу. В 1036 году в Англию прибыл Альфред Этелинг, младший сын короля Этельреда II, сохраняющий права на английский престол. Опасаясь, что его присутствие в стране спровоцирует свержение Гарольда, сторонники последнего во главе с эрлом Годвином арестовали Альфреда. После этого ему выкололи глаза и Альфред вскоре скончался. Смерть Этелинга восстановила против Гарольда не только Хардекнуда, приходившегося единоутробным братом убитому, но и герцога Нормандии, под защитой которого проживал Альфред.

Позиции Гарольда в Англии были достаточно прочными, по крайней мере, не известно о наличии какого-либо недовольства или оппозиционной королю партии среди англо-датской знати. Однако в Дании Хардекнут подготавливал вторжение. Достигнув компромисса с Норвегией в 1039 году, Хардекнуд собрал крупный флот и отплыл отвоёвывать Англию. Войны удалось избежать: 17 марта 1040 года Гарольд I неожиданно скончался. Хардекнуд высадился в Уэссексе и вскоре был провозглашён английским королём. Тело Гарольда было извлечено из могилы в Вестминстерском аббатстве и брошено в болото у берегов Темзы.

Напишите отзыв о статье "Гарольд I (король Англии)"

Примечания

  1. Stenton F. Anglo-Saxon England. Oxford, 1973.

Литература

Отрывок, характеризующий Гарольд I (король Англии)

Увидав эту улыбку, Ростов сам невольно начал улыбаться и почувствовал еще сильнейший прилив любви к своему государю. Ему хотелось выказать чем нибудь свою любовь к государю. Он знал, что это невозможно, и ему хотелось плакать.
Государь вызвал полкового командира и сказал ему несколько слов.
«Боже мой! что бы со мной было, ежели бы ко мне обратился государь! – думал Ростов: – я бы умер от счастия».
Государь обратился и к офицерам:
– Всех, господа (каждое слово слышалось Ростову, как звук с неба), благодарю от всей души.
Как бы счастлив был Ростов, ежели бы мог теперь умереть за своего царя!
– Вы заслужили георгиевские знамена и будете их достойны.
«Только умереть, умереть за него!» думал Ростов.
Государь еще сказал что то, чего не расслышал Ростов, и солдаты, надсаживая свои груди, закричали: Урра! Ростов закричал тоже, пригнувшись к седлу, что было его сил, желая повредить себе этим криком, только чтобы выразить вполне свой восторг к государю.
Государь постоял несколько секунд против гусар, как будто он был в нерешимости.
«Как мог быть в нерешимости государь?» подумал Ростов, а потом даже и эта нерешительность показалась Ростову величественной и обворожительной, как и всё, что делал государь.
Нерешительность государя продолжалась одно мгновение. Нога государя, с узким, острым носком сапога, как носили в то время, дотронулась до паха энглизированной гнедой кобылы, на которой он ехал; рука государя в белой перчатке подобрала поводья, он тронулся, сопутствуемый беспорядочно заколыхавшимся морем адъютантов. Дальше и дальше отъезжал он, останавливаясь у других полков, и, наконец, только белый плюмаж его виднелся Ростову из за свиты, окружавшей императоров.
В числе господ свиты Ростов заметил и Болконского, лениво и распущенно сидящего на лошади. Ростову вспомнилась его вчерашняя ссора с ним и представился вопрос, следует – или не следует вызывать его. «Разумеется, не следует, – подумал теперь Ростов… – И стоит ли думать и говорить про это в такую минуту, как теперь? В минуту такого чувства любви, восторга и самоотвержения, что значат все наши ссоры и обиды!? Я всех люблю, всем прощаю теперь», думал Ростов.
Когда государь объехал почти все полки, войска стали проходить мимо его церемониальным маршем, и Ростов на вновь купленном у Денисова Бедуине проехал в замке своего эскадрона, т. е. один и совершенно на виду перед государем.
Не доезжая государя, Ростов, отличный ездок, два раза всадил шпоры своему Бедуину и довел его счастливо до того бешеного аллюра рыси, которою хаживал разгоряченный Бедуин. Подогнув пенящуюся морду к груди, отделив хвост и как будто летя на воздухе и не касаясь до земли, грациозно и высоко вскидывая и переменяя ноги, Бедуин, тоже чувствовавший на себе взгляд государя, прошел превосходно.
Сам Ростов, завалив назад ноги и подобрав живот и чувствуя себя одним куском с лошадью, с нахмуренным, но блаженным лицом, чортом , как говорил Денисов, проехал мимо государя.
– Молодцы павлоградцы! – проговорил государь.
«Боже мой! Как бы я счастлив был, если бы он велел мне сейчас броситься в огонь», подумал Ростов.
Когда смотр кончился, офицеры, вновь пришедшие и Кутузовские, стали сходиться группами и начали разговоры о наградах, об австрийцах и их мундирах, об их фронте, о Бонапарте и о том, как ему плохо придется теперь, особенно когда подойдет еще корпус Эссена, и Пруссия примет нашу сторону.
Но более всего во всех кружках говорили о государе Александре, передавали каждое его слово, движение и восторгались им.
Все только одного желали: под предводительством государя скорее итти против неприятеля. Под командою самого государя нельзя было не победить кого бы то ни было, так думали после смотра Ростов и большинство офицеров.