Гартнарт II

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Гартнарт II
гэльск. Gartnait mac Domelch
Король пиктов
584 — 599
Предшественник: Бруде I
Преемник: Нехтон II
 
Смерть: 599(0599)
Отец: Айдан
Мать: Домелха верх Майлгун ап Кадваллон

Гартнарт II (гэльск. Gartnait mac Domelch) — король пиктов в 584 — 599 годах.



Биография

«Хроника пиктов» сообщает о том, что Гартнарт II стал королём в 584 году после смерти Бруде I. Это подтверждают и ирландские анналы. «Анналы Тигернаха» повествуют о смерти Гартнарта в 599 году. Его преемником стал Нехтон II[1].

Некоторые источники ассоциируют Гартнарта II с основанием монастыря в Абернети, хотя есть варианты и с Нехтоном II, и с Нехтоном I[2].

Возможно, Гартнарт II был сыном Айдана[3]. О’Рахилли опроверг это утверждение, так как в ирландских анналах он называется «сыном Домелха»[4].

Историк Фрейзер назвал существование Гартнарта «генеалогической фикцией», созданной в начале VIII века для поддержания амбиций Гартнарта Сенила, который пытался установить свою власть в Кинтайре[5].

Напишите отзыв о статье "Гартнарт II"

Примечания

  1. Anderson, Early Sources, [loc. wanting]; Anderson, Kings and Kingship, pp. 231—233, table D & p. 248; Evans, Royal succession, p. 15, table 1; Charles-Edwards, Chronicle of Ireland, volume 1, pp. 114 (584:3) & 120 (599:3).
  2. Anderson, Early Sources, [loc wanting]; Anderson, Kings and Kingship, pp. 64-65, 92-96 & 266; Fraser, Caledonia to Pictland, p. 134; Smyth, Warlords & Holy Men, pp. 82-83.
  3. Bannerman, Studies, p.92-94; Smyth, Warlords and Holy Men, p. 70.
  4. Anderson, Kings and Kingship, pp. 154—155; Smyth, Warlords and Holy Men, pp. 79-80; Charles-Edwards, Chronicle of Ireland, volume I, p. 146 (649:4).
  5. Fraser, Caledonia to Pictland, pp. 204—205 & 250.

Литература

  • Хендерсон Изабель. Пикты. Таинственные воины древней Шотландии / Перевод с англ. Н. Ю. Чехонадской. — М.: ЗАО Центрополиграф, 2004. — 217 с. — (Загадки древних цивилизаций). — 7 000 экз. — ISBN 5-9524-1275-0.

Отрывок, характеризующий Гартнарт II

– Вот нынешнее воспитание! Еще за границей, – проговорила гостья, – этот молодой человек предоставлен был самому себе, и теперь в Петербурге, говорят, он такие ужасы наделал, что его с полицией выслали оттуда.
– Скажите! – сказала графиня.
– Он дурно выбирал свои знакомства, – вмешалась княгиня Анна Михайловна. – Сын князя Василия, он и один Долохов, они, говорят, Бог знает что делали. И оба пострадали. Долохов разжалован в солдаты, а сын Безухого выслан в Москву. Анатоля Курагина – того отец как то замял. Но выслали таки из Петербурга.
– Да что, бишь, они сделали? – спросила графиня.
– Это совершенные разбойники, особенно Долохов, – говорила гостья. – Он сын Марьи Ивановны Долоховой, такой почтенной дамы, и что же? Можете себе представить: они втроем достали где то медведя, посадили с собой в карету и повезли к актрисам. Прибежала полиция их унимать. Они поймали квартального и привязали его спина со спиной к медведю и пустили медведя в Мойку; медведь плавает, а квартальный на нем.
– Хороша, ma chere, фигура квартального, – закричал граф, помирая со смеху.
– Ах, ужас какой! Чему тут смеяться, граф?
Но дамы невольно смеялись и сами.
– Насилу спасли этого несчастного, – продолжала гостья. – И это сын графа Кирилла Владимировича Безухова так умно забавляется! – прибавила она. – А говорили, что так хорошо воспитан и умен. Вот всё воспитание заграничное куда довело. Надеюсь, что здесь его никто не примет, несмотря на его богатство. Мне хотели его представить. Я решительно отказалась: у меня дочери.
– Отчего вы говорите, что этот молодой человек так богат? – спросила графиня, нагибаясь от девиц, которые тотчас же сделали вид, что не слушают. – Ведь у него только незаконные дети. Кажется… и Пьер незаконный.
Гостья махнула рукой.
– У него их двадцать незаконных, я думаю.
Княгиня Анна Михайловна вмешалась в разговор, видимо, желая выказать свои связи и свое знание всех светских обстоятельств.
– Вот в чем дело, – сказала она значительно и тоже полушопотом. – Репутация графа Кирилла Владимировича известна… Детям своим он и счет потерял, но этот Пьер любимый был.
– Как старик был хорош, – сказала графиня, – еще прошлого года! Красивее мужчины я не видывала.
– Теперь очень переменился, – сказала Анна Михайловна. – Так я хотела сказать, – продолжала она, – по жене прямой наследник всего именья князь Василий, но Пьера отец очень любил, занимался его воспитанием и писал государю… так что никто не знает, ежели он умрет (он так плох, что этого ждут каждую минуту, и Lorrain приехал из Петербурга), кому достанется это огромное состояние, Пьеру или князю Василию. Сорок тысяч душ и миллионы. Я это очень хорошо знаю, потому что мне сам князь Василий это говорил. Да и Кирилл Владимирович мне приходится троюродным дядей по матери. Он и крестил Борю, – прибавила она, как будто не приписывая этому обстоятельству никакого значения.