Гашение надрезом

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Гашение надрезом — в филателии вид гашения посредством надрезания ножницами знаков почтовой оплаты, наклеенных на почтовом отправлении или на бланке, с дополнительным гашением почтовым штемпелем или без него[1][2].

Такой вид гашения применялся в Османской империи в период с 1908 года по 1922 год для гашения почтовых марок высоких номиналов[1][2].

В Афганистане гашение надрезом использовалось в период с 1870 года по 1891 год наряду с гашением разрывом (когда от почтовой марки отрывался небольшой её кусочек[1].



См. также


Напишите отзыв о статье "Гашение надрезом"

Примечания

  1. 1 2 3 * Гашение надрезом // Филателистический словарь / В. Граллерт, В. Грушке; Сокр. пер. с нем. Ю. М. Соколова и Е. П. Сашенкова. — М.: Связь, 1977. — С. 35. — 271 с. — 63 000 экз.
  2. 1 2 Гашение надрезом // Большой филателистический словарь / Н. И. Владинец, Л. И. Ильичёв, И. Я. Левитас, П. Ф. Мазур, И. Н. Меркулов, И. А. Моросанов, Ю. К. Мякота, С. А. Панасян, Ю. М. Рудников, М. Б. Слуцкий, В. А. Якобс; под общ. ред. Н. И. Владинца и В. А. Якобса. — М.: Радио и связь, 1988. — С. ?—?. — 320 с. — 40 000 экз. — ISBN 5-256-00175-2.


Отрывок, характеризующий Гашение надрезом

Князь Василий провожал княгиню. Княгиня держала платок у глаз, и лицо ее было в слезах.
– Это ужасно! ужасно! – говорила она, – но чего бы мне ни стоило, я исполню свой долг. Я приеду ночевать. Его нельзя так оставить. Каждая минута дорога. Я не понимаю, чего мешкают княжны. Может, Бог поможет мне найти средство его приготовить!… Adieu, mon prince, que le bon Dieu vous soutienne… [Прощайте, князь, да поддержит вас Бог.]
– Adieu, ma bonne, [Прощайте, моя милая,] – отвечал князь Василий, повертываясь от нее.
– Ах, он в ужасном положении, – сказала мать сыну, когда они опять садились в карету. – Он почти никого не узнает.
– Я не понимаю, маменька, какие его отношения к Пьеру? – спросил сын.
– Всё скажет завещание, мой друг; от него и наша судьба зависит…
– Но почему вы думаете, что он оставит что нибудь нам?
– Ах, мой друг! Он так богат, а мы так бедны!
– Ну, это еще недостаточная причина, маменька.
– Ах, Боже мой! Боже мой! Как он плох! – восклицала мать.