Гваделупа

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Гваделупа
фр. Guadeloupe'
(Флаг Гваделупы) (Герб Гваделупы)
Местоположение
Администрация
Административный центр Бас-Тер
Президент совета Викторен Люрель
2004, СП)
Префект Амори де Сен-Квентин
Департаменты Гваделупа (971)
Округа 2
Кантоны 21
Коммуны 32
Статистика
Площадь1 1628,43 км²
Население (23 место)
 * 01.01.2006
(по оценкам)
400 736 чел.
 * 08.03.2011
(по переписи)
404 635 чел.[1]
 * Плотность (2011) 248,55 чел./км²
1 По земельному реестру, исключая озёра, пруды и ледники площадью более 1 км², а также эстуарии рек.

Координаты: 16°15′00″ с. ш. 61°35′00″ з. д. / 16.25000° с. ш. 61.58333° з. д. / 16.25000; -61.58333 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=16.25000&mlon=-61.58333&zoom=14 (O)] (Я)

Гваделу́па (фр. Guadeloupe) — регион и одновременно заморский департамент (département d’outre-mer, или DOM) Франции в Вест-Индии, в восточной части Карибского моря, общей площадью 1628 км². В состав заморского департамента Гваделупа входят острова Бас-Тер и Гранд-Тер, разделённые узким проливом Солт-Ривер, известные также под общим названием «Гваделупа», (фр. Île de la Guadeloupe), а также мелкие острова Мари-Галант (фр. Marie-Galante), Ла-Дезирад (фр. La Désirade), Ле-Сент (фр. Îles des Saintes) и Пети-Тер (фр. Îles de la Petite Terre).

Население — 404 635 чел. (2011), главным образом негры и мулаты. Официальный язык — французский, религия — католицизм.

Департамент управляется префектом, назначаемым французским правительством, имеется выборный Генеральный совет (фр. Conseil general). Гваделупа представлена в парламенте Французской республики тремя депутатами и двумя сенаторами.

Административный центр — город Бас-Тер (фр. Basse-Terre). Вторым крупным городом является Пуэнт-а-Питр (фр. Pointe-à-Pitre).





География

Гваделупа состоит из двух примерно равных по площади островов, разделённых узким проливом. Западная часть — Бас-Тер — в переводе с французского означает «нижняя» или «низкая земля». Однако вопреки этому названию Бас-Тер горист, сложен вулканическими породами; на нём расположен действующий вулкан Суфриер (1467 м) — самая высокая точка Малых Антильских островов. Гранд-Тер представляет собой, наоборот, плато высотой лишь до 130 м, сложенное известняками и вулканическими туфами. Гваделупа весьма сейсмична, особенно Бас-Тер. Острова бедны полезными ископаемыми — есть лишь сырьё для производства стройматериалов и сера.

Климат Гваделупы — тропический пассатный. Характерны ровные температуры (24—27 °C) и значительное увлажнение (1500—2000 мм осадков в год). Дождливый сезон длится с июля по ноябрь. Иногда на остров в это время обрушиваются тропические ураганы. Несмотря на обильные осадки, на Гранд-Тере очень мало постоянных рек, так как вода уходит в трещины в известняке, зато на гористом Бас-Тере реки многочисленны и имеют быстрое течение. Дождевую воду на островах собирают в резервуары.

Природа

Горы Бас-Тера покрыты влажнотропическими лесами. За колониальный период они сильно поредели от вырубок, но тем не менее продолжается заготовка леса на экспорт. На Гранд-Тере леса уже почти полностью вырублены.

Животный мир Гваделупы беден и представлен в основном птицами, ящерицами и мелкими грызунами. Единственный эндемичный вид птиц — гваделупский меланерпес[2]. В 1880 году на Гваделупу были завезены мангусты — для уничтожения крыс, портивших посадки сахарного тростника. Мангусты быстро размножились, уничтожили большую часть крыс, но в то же время нанесли немалый урон фауне острова — птицам и мелким млекопитающим.

Морские воды вокруг Гваделупы богаты рыбой, ракообразными и моллюсками.

Существует большое количество водопадов, одни из самых знаменитых — водопады, расположенные на реке Корбет.

История

Гваделупа была населена с 300 до н. э. индейским народом араваки, которые занимались рыболовством и сельским хозяйством. Затем остров заселили карибы, которые изгнали большую часть араваков в VIII веке и назвали остров Карукера, что означало Остров прекрасных вод.

Во время второго путешествия в Америку Христофор Колумб стал первым европейцем, ступившим на Гваделупу 4 ноября 1493 года. Он назвал её Санта-Мария Гваделупская Эстремадурская в честь испанского монастыря.

Населявшие остров воинственные карибы издавна имели репутацию каннибалов. В 1528 году здесь был убит и съеден известный мореплаватель Джованни да Верраццано.

Французы завладели островом в 1635 году и истребили множество карибов. Французы основали на Гваделупе плантации сахарного тростника, для работы на них были завезены негры-рабы из Африки.

Остров был официально объявлен собственностью французской короны в 1674 году. Однако в XVII—XVIII веках Гваделупой несколько раз пытались овладеть англичане1666, 1691 и 1703 годах). В 1759 году им удалось захватить остров, но по Парижскому мирному договору 1763 года Гваделупа была возвращена Франции.

О процветании Гваделупы в то время свидетельствует тот факт, что по этому договору Франция отказывалась от территориальных притязаний в Канаде в ответ на признание Соединённым Королевством Гваделупы французским владением.

Пытаясь извлечь выгоду из неурядиц, возникших в связи с революцией во Франции, Британия предприняла попытку захватить остров в 1794 году и удерживала его с 21 апреля по 2 июня. Французы отбили остров под командованием комиссара Конвента Виктора Юга, который отменил рабство, вооружил негритянское население и изгнал англичан и рабовладельцев, контролировавших плантации сахарного тростника.

Гваделупа фактически оставалась независимой республикой до 1802 года. Но когда угроза американским владениям Франции со стороны англичан усилилась, Наполеон послал войска подавить восстание и восстановить рабство. Луи Дельгре и отряд солдат революции покончили с собой на склонах вулкана Матуба, когда стало ясно, что вторгшиеся войска возьмут под контроль весь остров. Оккупационные силы убили до 10 000 гваделупцев в процессе восстановления «порядка» на острове. В 1805 году на острове был введён в действие Французский гражданский кодекс.

4 февраля 1810 года британцы снова захватили остров и удерживали его до 3 марта 1813 года, когда он был передан Швеции по окончании Наполеоновских войн. Швеция уже имела колонию в этом регионе — близлежащий остров Сен-Бартельми, но всего лишь год спустя Швеция передала остров Франции по Парижскому договору 1814 года. Последующее соглашение между Швецией и Британией положило начало Гваделупскому фонду. Французский контроль над Гваделупой был окончательно признан Венским договором 1815 года и закреплён Парижским договором 1816 года. Рабство на острове было отменено в 1848 году.

Господство колонизаторов привело к одностороннему развитию экономики Гваделупы: развивались только отрасли сельского хозяйства, рассчитанные на экспорт (сахарный тростник, бананы, кофе, какао). В конце 19-го века был построен ряд промышленных предприятий по переработке сельскохозяйственных продуктов.

В 1946 году Гваделупа получила статус «заморского департамента Франции».

До 22 февраля 2007 года в состав заморского департамента Гваделупа также входили остров Сен-Бартельми и северная часть острова Святого Мартина (южная принадлежит Нидерландам). Теперь их территории образуют отдельные заморские общины в составе Франции — Сен-Бартельми и Сен-Мартен.

В январе 2009 года на Гваделупе произошли массовые беспорядки, позже перекинувшиеся на Мартинику.

Административно-территориальное деление

Французский департамент Гваделупа в настоящее время состоит из 2 округов:

  • Бас-Тер, в состав которого входят 17 кантонов и 18 коммун. Численность населения округа Бас-Тер равна 192 492 человек[3] (на 2011 год).
  • Пуэнт-а-Питр, в состав которого входят 23 кантона и 14 коммун. Численность населения округа Пуэнт-а-Питр равна 212 143 человек (на 2011 год).

В состав Гваделупы входил и ещё один, третий округ — Сен-Мартен-Сен-Бартелеми, состоящий из 3 кантонов и 2 коммун, с числом жителей в 35 930 человек (на 2006 год). Однако 22 февраля 2007 года этот округ проголосовал за выход из состава Гваделупы.

Население

Численность населения — 404 635 человек[4] (перепись 2011 года).

Этно-расовый состав: негры и мулаты — 90 %, белые — 5 %, другие (индийцы, арабы, китайцы и проч.) — 5 %.

Религии: католики — 95 %, свидетели Иеговы — 2 %, есть индуисты, приверженцы африканских культов, протестанты.

Экономика

Гваделупа — отсталая аграрная страна. Обрабатывается 27 % территории, под пастбищами и лугами 10 %, под лесами 31 %, под прочими землями 32 %.

Основные экспортные сельскохозяйственные культуры: сахарный тростник (25 тыс. га, 162 тыс. т сахара-сырца), бананы (8 тыс. га, 180 тыс. т), кофе, какао.

Возделываются также ваниль, цитрусовые. Разводят крупный рогатый скот, коз, свиней. Рыболовство. Переработка сельскохозяйственной продукции, главным образом производство сахара и рома.

Около 2 тыс. км автодорог.

Основной торгово-промышленный центр и порт — город Пуэнт-а-Питр. Экспорт бананов, сахара, рома; импорт горючего, оборудования, сырья, транспортных средств.

Денежная единица — евро.

Просвещение

Система образования Гваделупы построена на основе французского законодательства. Обучение ведётся на французском языке. В начальную школу принимаются дети в возрасте 6 лет. Начальная школа с 5-летним сроком обучения считается обязательной. Срок обучения в полной средней школе (лицее) — 7 лет, в неполной (колледже) — 4 года. В Гваделупе частично расположен Университет Антильских островов и Гвианы.

Культура

В январе-феврале на Гваделупе проходит ежегодный карнавал. Его особенностью является наличие двух видов карнавальных групп: тяготеющих к европейской традиции карнавалов и наследующих африканскую культуру[5].

Региональный совет Гваделупы

С 1981 по 1982 годы президентом совета являлся Марсель Эдра. С 1982 по 1983 годы президентом совета являлся Марсель Гаргар.

С 2004 года президентом совета является Викторен Люрель (СП).

Напишите отзыв о статье "Гваделупа"

Примечания

  1. [translate.google.ge/translate?hl=ru&sl=fr&u=www.insee.fr/fr/ppp/bases-de-donnees/recensement/populations-legales/france-regions.asp%3Fannee%3D2011&prev=/search%3Fq%3DPopulations%2Bl%25C3%25A9gales%2B2011%2Bdes%2Br%25C3%25A9gions%26client%3Dopera%26hs%3DhCz%26channel%3Dsuggest Население регионов Франции (2011 год)]
  2. Villard et al., 2010.
  3. [www.insee.fr/fr/ppp/bases-de-donnees/recensement/populations-legales/departement.asp?dep=971&annee=2011 Население Гваделупы (2011 год)]
  4. [www.insee.fr/fr/ppp/bases-de-donnees/recensement/populations-legales/france-departements.asp?annee=2011 Население департаментов Франции (2011 год)]
  5. [www.buenolatina.ru/news.php?id=1215 BuenoLatina. Карнавал на Гваделупе открывается в начале января]

Литература

  • Villard, P; Feldmann, P.; Ferchal, A.; Pavis, C. [onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/j.1557-9263.2010.00283.x/full Population size and habitat associations of the endemic Guadeloupe Woodpecker] // Journal of Field Ornithology. — 2010. — Vol. 81, no. 3. — P. 278—286. — DOI:10.1111/j.1557-9263.2010.00283.x.</span>

Ссылки

  • Гваделупа в каталоге ссылок Open Directory Project (dmoz).
  • [www.supphoto.net/galerie/photos/antilles_francaises/ Фотографии острова]
  • [www.guadeloupe.pref.gouv.fr/ Сайт префектуры Гваделупы]

Отрывок, характеризующий Гваделупа

На другой день после посещения графа Аракчеева князь Андрей был вечером у графа Кочубея. Он рассказал графу свое свидание с Силой Андреичем (Кочубей так называл Аракчеева с той же неопределенной над чем то насмешкой, которую заметил князь Андрей в приемной военного министра).
– Mon cher, [Дорогой мой,] даже в этом деле вы не минуете Михаил Михайловича. C'est le grand faiseur. [Всё делается им.] Я скажу ему. Он обещался приехать вечером…
– Какое же дело Сперанскому до военных уставов? – спросил князь Андрей.
Кочубей, улыбнувшись, покачал головой, как бы удивляясь наивности Болконского.
– Мы с ним говорили про вас на днях, – продолжал Кочубей, – о ваших вольных хлебопашцах…
– Да, это вы, князь, отпустили своих мужиков? – сказал Екатерининский старик, презрительно обернувшись на Болконского.
– Маленькое именье ничего не приносило дохода, – отвечал Болконский, чтобы напрасно не раздражать старика, стараясь смягчить перед ним свой поступок.
– Vous craignez d'etre en retard, [Боитесь опоздать,] – сказал старик, глядя на Кочубея.
– Я одного не понимаю, – продолжал старик – кто будет землю пахать, коли им волю дать? Легко законы писать, а управлять трудно. Всё равно как теперь, я вас спрашиваю, граф, кто будет начальником палат, когда всем экзамены держать?
– Те, кто выдержат экзамены, я думаю, – отвечал Кочубей, закидывая ногу на ногу и оглядываясь.
– Вот у меня служит Пряничников, славный человек, золото человек, а ему 60 лет, разве он пойдет на экзамены?…
– Да, это затруднительно, понеже образование весьма мало распространено, но… – Граф Кочубей не договорил, он поднялся и, взяв за руку князя Андрея, пошел навстречу входящему высокому, лысому, белокурому человеку, лет сорока, с большим открытым лбом и необычайной, странной белизной продолговатого лица. На вошедшем был синий фрак, крест на шее и звезда на левой стороне груди. Это был Сперанский. Князь Андрей тотчас узнал его и в душе его что то дрогнуло, как это бывает в важные минуты жизни. Было ли это уважение, зависть, ожидание – он не знал. Вся фигура Сперанского имела особенный тип, по которому сейчас можно было узнать его. Ни у кого из того общества, в котором жил князь Андрей, он не видал этого спокойствия и самоуверенности неловких и тупых движений, ни у кого он не видал такого твердого и вместе мягкого взгляда полузакрытых и несколько влажных глаз, не видал такой твердости ничего незначащей улыбки, такого тонкого, ровного, тихого голоса, и, главное, такой нежной белизны лица и особенно рук, несколько широких, но необыкновенно пухлых, нежных и белых. Такую белизну и нежность лица князь Андрей видал только у солдат, долго пробывших в госпитале. Это был Сперанский, государственный секретарь, докладчик государя и спутник его в Эрфурте, где он не раз виделся и говорил с Наполеоном.
Сперанский не перебегал глазами с одного лица на другое, как это невольно делается при входе в большое общество, и не торопился говорить. Он говорил тихо, с уверенностью, что будут слушать его, и смотрел только на то лицо, с которым говорил.
Князь Андрей особенно внимательно следил за каждым словом и движением Сперанского. Как это бывает с людьми, особенно с теми, которые строго судят своих ближних, князь Андрей, встречаясь с новым лицом, особенно с таким, как Сперанский, которого он знал по репутации, всегда ждал найти в нем полное совершенство человеческих достоинств.
Сперанский сказал Кочубею, что жалеет о том, что не мог приехать раньше, потому что его задержали во дворце. Он не сказал, что его задержал государь. И эту аффектацию скромности заметил князь Андрей. Когда Кочубей назвал ему князя Андрея, Сперанский медленно перевел свои глаза на Болконского с той же улыбкой и молча стал смотреть на него.
– Я очень рад с вами познакомиться, я слышал о вас, как и все, – сказал он.
Кочубей сказал несколько слов о приеме, сделанном Болконскому Аракчеевым. Сперанский больше улыбнулся.
– Директором комиссии военных уставов мой хороший приятель – господин Магницкий, – сказал он, договаривая каждый слог и каждое слово, – и ежели вы того пожелаете, я могу свести вас с ним. (Он помолчал на точке.) Я надеюсь, что вы найдете в нем сочувствие и желание содействовать всему разумному.
Около Сперанского тотчас же составился кружок и тот старик, который говорил о своем чиновнике, Пряничникове, тоже с вопросом обратился к Сперанскому.
Князь Андрей, не вступая в разговор, наблюдал все движения Сперанского, этого человека, недавно ничтожного семинариста и теперь в руках своих, – этих белых, пухлых руках, имевшего судьбу России, как думал Болконский. Князя Андрея поразило необычайное, презрительное спокойствие, с которым Сперанский отвечал старику. Он, казалось, с неизмеримой высоты обращал к нему свое снисходительное слово. Когда старик стал говорить слишком громко, Сперанский улыбнулся и сказал, что он не может судить о выгоде или невыгоде того, что угодно было государю.
Поговорив несколько времени в общем кругу, Сперанский встал и, подойдя к князю Андрею, отозвал его с собой на другой конец комнаты. Видно было, что он считал нужным заняться Болконским.
– Я не успел поговорить с вами, князь, среди того одушевленного разговора, в который был вовлечен этим почтенным старцем, – сказал он, кротко презрительно улыбаясь и этой улыбкой как бы признавая, что он вместе с князем Андреем понимает ничтожность тех людей, с которыми он только что говорил. Это обращение польстило князю Андрею. – Я вас знаю давно: во первых, по делу вашему о ваших крестьянах, это наш первый пример, которому так желательно бы было больше последователей; а во вторых, потому что вы один из тех камергеров, которые не сочли себя обиженными новым указом о придворных чинах, вызывающим такие толки и пересуды.
– Да, – сказал князь Андрей, – отец не хотел, чтобы я пользовался этим правом; я начал службу с нижних чинов.
– Ваш батюшка, человек старого века, очевидно стоит выше наших современников, которые так осуждают эту меру, восстановляющую только естественную справедливость.
– Я думаю однако, что есть основание и в этих осуждениях… – сказал князь Андрей, стараясь бороться с влиянием Сперанского, которое он начинал чувствовать. Ему неприятно было во всем соглашаться с ним: он хотел противоречить. Князь Андрей, обыкновенно говоривший легко и хорошо, чувствовал теперь затруднение выражаться, говоря с Сперанским. Его слишком занимали наблюдения над личностью знаменитого человека.
– Основание для личного честолюбия может быть, – тихо вставил свое слово Сперанский.
– Отчасти и для государства, – сказал князь Андрей.
– Как вы разумеете?… – сказал Сперанский, тихо опустив глаза.
– Я почитатель Montesquieu, – сказал князь Андрей. – И его мысль о том, что le рrincipe des monarchies est l'honneur, me parait incontestable. Certains droits еt privileges de la noblesse me paraissent etre des moyens de soutenir ce sentiment. [основа монархий есть честь, мне кажется несомненной. Некоторые права и привилегии дворянства мне кажутся средствами для поддержания этого чувства.]
Улыбка исчезла на белом лице Сперанского и физиономия его много выиграла от этого. Вероятно мысль князя Андрея показалась ему занимательною.
– Si vous envisagez la question sous ce point de vue, [Если вы так смотрите на предмет,] – начал он, с очевидным затруднением выговаривая по французски и говоря еще медленнее, чем по русски, но совершенно спокойно. Он сказал, что честь, l'honneur, не может поддерживаться преимуществами вредными для хода службы, что честь, l'honneur, есть или: отрицательное понятие неделанья предосудительных поступков, или известный источник соревнования для получения одобрения и наград, выражающих его.
Доводы его были сжаты, просты и ясны.
Институт, поддерживающий эту честь, источник соревнования, есть институт, подобный Legion d'honneur [Ордену почетного легиона] великого императора Наполеона, не вредящий, а содействующий успеху службы, а не сословное или придворное преимущество.
– Я не спорю, но нельзя отрицать, что придворное преимущество достигло той же цели, – сказал князь Андрей: – всякий придворный считает себя обязанным достойно нести свое положение.
– Но вы им не хотели воспользоваться, князь, – сказал Сперанский, улыбкой показывая, что он, неловкий для своего собеседника спор, желает прекратить любезностью. – Ежели вы мне сделаете честь пожаловать ко мне в среду, – прибавил он, – то я, переговорив с Магницким, сообщу вам то, что может вас интересовать, и кроме того буду иметь удовольствие подробнее побеседовать с вами. – Он, закрыв глаза, поклонился, и a la francaise, [на французский манер,] не прощаясь, стараясь быть незамеченным, вышел из залы.


Первое время своего пребыванья в Петербурге, князь Андрей почувствовал весь свой склад мыслей, выработавшийся в его уединенной жизни, совершенно затемненным теми мелкими заботами, которые охватили его в Петербурге.
С вечера, возвращаясь домой, он в памятной книжке записывал 4 или 5 необходимых визитов или rendez vous [свиданий] в назначенные часы. Механизм жизни, распоряжение дня такое, чтобы везде поспеть во время, отнимали большую долю самой энергии жизни. Он ничего не делал, ни о чем даже не думал и не успевал думать, а только говорил и с успехом говорил то, что он успел прежде обдумать в деревне.
Он иногда замечал с неудовольствием, что ему случалось в один и тот же день, в разных обществах, повторять одно и то же. Но он был так занят целые дни, что не успевал подумать о том, что он ничего не думал.
Сперанский, как в первое свидание с ним у Кочубея, так и потом в середу дома, где Сперанский с глазу на глаз, приняв Болконского, долго и доверчиво говорил с ним, сделал сильное впечатление на князя Андрея.
Князь Андрей такое огромное количество людей считал презренными и ничтожными существами, так ему хотелось найти в другом живой идеал того совершенства, к которому он стремился, что он легко поверил, что в Сперанском он нашел этот идеал вполне разумного и добродетельного человека. Ежели бы Сперанский был из того же общества, из которого был князь Андрей, того же воспитания и нравственных привычек, то Болконский скоро бы нашел его слабые, человеческие, не геройские стороны, но теперь этот странный для него логический склад ума тем более внушал ему уважения, что он не вполне понимал его. Кроме того, Сперанский, потому ли что он оценил способности князя Андрея, или потому что нашел нужным приобресть его себе, Сперанский кокетничал перед князем Андреем своим беспристрастным, спокойным разумом и льстил князю Андрею той тонкой лестью, соединенной с самонадеянностью, которая состоит в молчаливом признавании своего собеседника с собою вместе единственным человеком, способным понимать всю глупость всех остальных, и разумность и глубину своих мыслей.
Во время длинного их разговора в середу вечером, Сперанский не раз говорил: «У нас смотрят на всё, что выходит из общего уровня закоренелой привычки…» или с улыбкой: «Но мы хотим, чтоб и волки были сыты и овцы целы…» или: «Они этого не могут понять…» и всё с таким выраженьем, которое говорило: «Мы: вы да я, мы понимаем, что они и кто мы ».
Этот первый, длинный разговор с Сперанским только усилил в князе Андрее то чувство, с которым он в первый раз увидал Сперанского. Он видел в нем разумного, строго мыслящего, огромного ума человека, энергией и упорством достигшего власти и употребляющего ее только для блага России. Сперанский в глазах князя Андрея был именно тот человек, разумно объясняющий все явления жизни, признающий действительным только то, что разумно, и ко всему умеющий прилагать мерило разумности, которым он сам так хотел быть. Всё представлялось так просто, ясно в изложении Сперанского, что князь Андрей невольно соглашался с ним во всем. Ежели он возражал и спорил, то только потому, что хотел нарочно быть самостоятельным и не совсем подчиняться мнениям Сперанского. Всё было так, всё было хорошо, но одно смущало князя Андрея: это был холодный, зеркальный, не пропускающий к себе в душу взгляд Сперанского, и его белая, нежная рука, на которую невольно смотрел князь Андрей, как смотрят обыкновенно на руки людей, имеющих власть. Зеркальный взгляд и нежная рука эта почему то раздражали князя Андрея. Неприятно поражало князя Андрея еще слишком большое презрение к людям, которое он замечал в Сперанском, и разнообразность приемов в доказательствах, которые он приводил в подтверждение своих мнений. Он употреблял все возможные орудия мысли, исключая сравнения, и слишком смело, как казалось князю Андрею, переходил от одного к другому. То он становился на почву практического деятеля и осуждал мечтателей, то на почву сатирика и иронически подсмеивался над противниками, то становился строго логичным, то вдруг поднимался в область метафизики. (Это последнее орудие доказательств он особенно часто употреблял.) Он переносил вопрос на метафизические высоты, переходил в определения пространства, времени, мысли и, вынося оттуда опровержения, опять спускался на почву спора.