Гимнасий

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Гимна́сий (др.-греч. γυμνάσιον от др.-греч. γυμνάς — обнаженный, др.-греч. γυμνασία — упражнение, практическое учение, практика[1]) — воспитательно-образовательное учреждение в Древней Греции. В гимнасии сочетались элементы общеобразовательного курса (обучение чтению и письму) с интенсивным курсом физической подготовки.

Первоначально гимнасий представлял собой простую квадратную площадку для физических упражнений, обсаженную двумя рядами тополей (сообщение Павсания). Передняя часть более позднего гимнасия — палестра — обширная площадка для физических упражнений. Далее строился комплекс помещений или зданий с эфебейоном для юношей, конистерионом, корикейоном, элеотесионом и другими специальными помещениями. С течением времени изменялась функция гимнасия. Постепенно добавились элементы школьного обучения. Претерпевала преображение и сама организация территории гимнасия, где вместо рядов деревьев стали устраивать портики и обстраивать их помещениями различного назначения — банями, раздевалками. Среди помещений выделялась своими размерами экседра — помещение, открытое во двор, где проходило обучение чтению и письму. Неизменными оставались физические упражнения на открытом воздухе в обнаженном виде (в отличие от персовК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1003 дня] и других варваров, стеснявшихся наготы и не исповедовавших культа физической подготовки), что было принципиально для воспитания в молодежи «греческого духа», провозглашающего необходимость эмоционально-физического общения между мужчинами как одной из основных ценностей древнегреческого общества.

Мужчин, часто останавливавшихся перед эфебейоном в гимнасии или перед частной школой-палестрой, могли заподозрить и публично наказать (Аристотель)[уточнить].

Согласно боспорским данным, указывает д-р ист. наук М. В. Скржинская, в гимнасии тренировались и зачастую побеждали на соревнованиях мужчины 25–30 лет, а некоторым это удавалось даже после 40 лет[2].

Напишите отзыв о статье "Гимнасий"



Примечания

  1. Древнегреческо-русский словарь [в 2-х тт.]. Составил И. Х. Дворецкий. Под ред. С. И. Соболевского. С приложением грамматики, составленной С. И. Соболевским. Ок. 70 000 слов (в обоих томах). — М., 1958. (Электронная версия словаря: [gurin.tomsknet.ru/alpha.html Alpha. Древнегреческо-русский словарь]
  2. www.archeo.ru/izdaniya-1/seriinye-izdaniya/bosporskii-fenomen/pdf/Phenomen2013.pdf с. 108

См. также

Ссылки

Отрывок, характеризующий Гимнасий


Пьер почти не изменился в своих внешних приемах. На вид он был точно таким же, каким он был прежде. Так же, как и прежде, он был рассеян и казался занятым не тем, что было перед глазами, а чем то своим, особенным. Разница между прежним и теперешним его состоянием состояла в том, что прежде, когда он забывал то, что было перед ним, то, что ему говорили, он, страдальчески сморщивши лоб, как будто пытался и не мог разглядеть чего то, далеко отстоящего от него. Теперь он так же забывал то, что ему говорили, и то, что было перед ним; но теперь с чуть заметной, как будто насмешливой, улыбкой он всматривался в то самое, что было перед ним, вслушивался в то, что ему говорили, хотя очевидно видел и слышал что то совсем другое. Прежде он казался хотя и добрым человеком, но несчастным; и потому невольно люди отдалялись от него. Теперь улыбка радости жизни постоянно играла около его рта, и в глазах его светилось участие к людям – вопрос: довольны ли они так же, как и он? И людям приятно было в его присутствии.
Прежде он много говорил, горячился, когда говорил, и мало слушал; теперь он редко увлекался разговором и умел слушать так, что люди охотно высказывали ему свои самые задушевные тайны.
Княжна, никогда не любившая Пьера и питавшая к нему особенно враждебное чувство с тех пор, как после смерти старого графа она чувствовала себя обязанной Пьеру, к досаде и удивлению своему, после короткого пребывания в Орле, куда она приехала с намерением доказать Пьеру, что, несмотря на его неблагодарность, она считает своим долгом ходить за ним, княжна скоро почувствовала, что она его любит. Пьер ничем не заискивал расположения княжны. Он только с любопытством рассматривал ее. Прежде княжна чувствовала, что в его взгляде на нее были равнодушие и насмешка, и она, как и перед другими людьми, сжималась перед ним и выставляла только свою боевую сторону жизни; теперь, напротив, она чувствовала, что он как будто докапывался до самых задушевных сторон ее жизни; и она сначала с недоверием, а потом с благодарностью выказывала ему затаенные добрые стороны своего характера.
Самый хитрый человек не мог бы искуснее вкрасться в доверие княжны, вызывая ее воспоминания лучшего времени молодости и выказывая к ним сочувствие. А между тем вся хитрость Пьера состояла только в том, что он искал своего удовольствия, вызывая в озлобленной, cyхой и по своему гордой княжне человеческие чувства.
– Да, он очень, очень добрый человек, когда находится под влиянием не дурных людей, а таких людей, как я, – говорила себе княжна.