Гитара

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Гитара
Классификация

Струнный щипковый инструмент, Хордофон

Диапазон (19 ладов) и строй

Родственные инструменты

Лютня, Цитра

Музыканты

Список гитаристов

Связанные статьи

Классическая гитара, акустическая гитара

К:Википедия:Статьи без изображений (тип: не указан)

Гита́ра — струнный щипковый музыкальный инструмент. Применяется в качестве аккомпанирующего или сольного инструмента во многих стилях и направлениях музыки, среди которых романс, блюз, кантри, фламенко, рок, метал, джаз. Изобретённая в XX веке электрическая гитара произвела значительные изменения в музыке и тем самым оказала сильное влияние на массовую культуру.





История

Происхождение

Самые ранние сохранившиеся свидетельства о струнных инструментах с резонирующим корпусом и шейкой, предках современной гитары, относятся ко II тысячелетию до н. э.[1] Изображения киннора (шумеро-вавилонский струнный инструмент, упоминается в Библии) найдены на глиняных барельефах при археологических раскопках в Месопотамии. В Древнем Египте и Индии также были известны похожие инструменты: набла, нефер, цитра в Египте, вина и ситар в Индии. Также к древним струнным инструментам относится и домбра, во время раскопок древнего Хорезма были найдены терракотовые статуэтки музыкантов, играющих на щипковых инструментах. Ученые отмечают, что хорезмийские двухструнки, бытовавшие не менее 2000 лет назад, имеют типологическое сходство с казахской домброй и были одним из распространенных струнных инструментов среди ранних кочевников, живших на территории Казахстана. А в Древней Греции и Риме был популярен инструмент кифара.

Предшественники гитары имели продолговатый округлый пустотелый резонирующий корпус и длинную шейку с натянутыми на ней струнами. Корпус изготавливался цельным — из высушенной тыквы, панциря черепахи, либо выдолбленным из цельного куска дерева. В IIIIV веках н. э. в Китае появляются инструменты жуань (или юань)[2] и юэцинь[3], у которых деревянный корпус собирался из верхней и нижней деки и соединяющей их обечайки. В Европе это вызвало появление латинской и мавританской гитар около VI века. Позже, в XVXVI веках появился инструмент виуэла, также оказавший влияние на формирование конструкции современной гитары.

Происхождение названия

По мере распространения гитары из Средней Азии через Грецию в западную Европу слово «гитара» претерпевало изменения: «кифара (ϰιθάϱα)» в Древней Греции, латинское «cithara», «guitarra» в Испании, «chitarra» в Италии, «guitare» во Франции, «guitar» в Англии и, наконец, «гитара» в России. Впервые название «гитара» появилось в европейской средневековой литературе в XIII веке.[4]

Испанская гитара

В Средние века основным центром развития гитары была Испания, генезис которой обычно связывают с арабским влиянием (мавританская гитара). В XV веке получает распространение изобретённая в Испании гитара с 5 сдвоенными струнами (первая струна могла быть и одиночной). Такие гитары получают название испанских. К концу XVIII века испанская гитара в процессе эволюции приобретает 6 одиночных струн и немалый репертуар произведений, на формирование которого оказал значительное влияние живший в конце XVIII — начале XIX века итальянский композитор и гитарист-виртуоз Мауро Джулиани. В Англии классическим произведением для обучения игре на гитаре в конце XVII века стала работа «Тhe False Consonances of Music»К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2376 дней] («False consonance della musica per toccar la chitarra sopra all partie in breve….» или «Неправильные гармонии в му­зыке») (автор — итальянский скрипач и гитарист Маттейс Никола, большую часть жизни проживший на Британских островах).

В Россию испанская гитара попала в XVIII веке, отчасти благодаря работавшим в России итальянским композиторам и музыкантам, в первую очередь Джузеппе Сарти и Карло Каноббио. Ещё через какое-то время, в начале XIX века, гитара упрочила своё положение в России благодаря приехавшим в 1821 году в Петербург Марку Аврелию Цани де Ферранти, затем гастролировавшим Мауро Джулиани и Фернандо Сор. Сор, оставив в Москве жену-балерину, ставшую первой русской женщиной-балетмейстером, посвятил поездке в Россию музыкальное произведение для гитары с названием «Воспоминание о России». Это произведение исполняется и сейчас. Первым из значительных русских гитаристов, игравших на шестиструнном инструменте, был Николай Петрович Макаров.

Русская семиструнная гитара

С начала XIX века в России стремительно распространилась семиструнная гитара, соединившая в себе конструктивные особенности английской гитары и испанской гитары. В 1819 г. была издана первая на русском языке школа игры на семиструнной гитаре Игнация де Гельда[5], с дополнениями С. Н. Аксёнова. Своей популярностью в первой половине XIX века инструмент (получивший название «русской гитары») во многом обязан деятельности жившего в то время композитора (автора более тысячи сочинений и обработок), гитариста и педагога Андрея Осиповича Сихры. В те же годы для русской гитары писали выдающийся виртуоз Михаил Тимофеевич Высотский, ученик А. О. Сихры Семён Николаевич Аксёнов, Людвиг Сихра и другие композиторы.

Классическая гитара

В течение XVIIIXIX веков конструкция испанской гитары претерпевает значительные изменения, мастера экспериментируют с размером и формой корпуса, креплением грифа, конструкцией колкового механизма и прочим. Наконец, в XIX веке испанский гитарный мастер Антонио Торрес придаёт гитаре современные форму и размер. Гитары конструкции Торреса сегодня называют классическими. Наиболее известным гитаристом того времени является испанский композитор и гитарист Франсиско Таррега, заложивший основы классической техники игры на гитаре. Среди известных гитаристов XIX века Франсуа де Фосса и Дионисио Агуадо. В XX веке его дело продолжил испанский композитор, гитарист и педагог Андрес Сеговия.

Классическая гитара включена в программу молодёжных Дельфийских игр России.

Электрогитара

В XX веке в связи с появлением технологии электрического усиления и обработки звука появился новый тип гитары — электрическая гитара. В 1936 году Жоржем Бошамом и Адольфом Рикенбекером, основателями компании «Рикенбекер», запатентована первая электрогитара с магнитными звукоснимателями и металлическим корпусом (так называемая «сковородка»). В начале 1950-х годов Лес Пол изобретает электрическую гитару со сплошным деревянным корпусом, но позже отдаёт идею Лео Фендеру так как идея цельнокорпусной гитары не вызвала интереса компании Gibson, где работал Лес Пол. Конструкция электрогитары сохранилась без изменений до настоящего времени. Наиболее влиятельным исполнителем на электрогитаре считается (по версии журнала «Роллинг Стоун») американский гитарист Джими Хендрикс[6].

Другие виды гитар

Помимо классической гитары и электрогитары широко распространены эстрадные гитары с металлическими струнами, среди которых можно выделить фолк-гитару, трэвел - («туристическую») гитару и др. Кроме того, наряду с электрической и акустической гитарой существуют гибридные варианты — электроакустическая гитара (акустическая гитара со встроенными датчиками для подключения к аппаратуре; англ. acoustic electric guitar) и полуакустическая гитара (электрическая гитара с полым корпусом, позволяющим играть на ней без подключения; англ. semi-acoustic guitar).

Конструкция

Основные части

Гитара представляет собой корпус с длинной шейкой, называемой «грифом». Лицевая, рабочая сторона грифа — плоская либо слегка выпуклая. Вдоль неё параллельно натянуты струны, закреплённые одним концом на подставке корпуса, другим — на колковой коробке на окончании грифа. На подставке корпуса струны привязываются или крепятся неподвижно при помощи барашков, на головке грифа с помощью колкового механизма, позволяющего регулировать натяжение струн.

Струна лежит на двух порожках, нижнем и верхнем, расстояние между ними, определяющее максимальную длину рабочей части струны, является мензурой гитары. Верхний порожек находится в верхней части грифа, около головки. Нижний устанавливается на подставке на корпусе гитары. В качестве нижнего порожка могут использоваться так называемые «сёдла» — простые механизмы, позволяющие регулировать длину каждой струны.

Лады

Источником звука в гитаре являются колебания натянутых струн. Высота извлекаемого звука определяется силой натяжения струны, длиной колеблющейся части и толщиной самой струны. Зависимость здесь такая: чем тоньше струна, чем короче и чем сильнее натянута — тем выше она звучит. Математическое описание этой зависимости получено в 1626 году Мареном Мерсенном и носит название «закон Мерсенна».

Основной способ управления высотой звука при игре на гитаре — это изменение длины колеблющейся части струны. Гитарист прижимает струну к грифу, вызывая сокращение рабочей части струны и повышение издаваемого струной тона (рабочей частью струны в данном случае будет часть струны от нижнего порожка до порожка того лада, на котором находится палец гитариста). Сокращение длины струны вдвое вызывает повышение тона на октаву.

В современной западной музыке используется равномерно темперированный 12-нотный звукоряд. Для облегчения игры в таком звукоряде в гитаре используются так называемые «лады». Лад — это отрезок грифа с длиной, вызывающей повышение звука струны на один полутон. На границе ладов в грифе укрепляются металлические ладовые порожки. При наличии ладовых порожков изменение длины струны и, соответственно, высоты звука становится возможным только дискретным образом.

Расстояние от нижнего порожка до порожка n-го лада вычисляется по формуле:

<math>l=d\cdot2^{-n\over12},</math>

где <math>n</math> — номер лада, а <math>d</math> — мензура гитары.

Струны

В современных гитарах используются стальные, нейлоновые или карбоновые струны. Струны обозначаются номерами в порядке увеличения толщины струны (и понижения тона), самая тонкая струна имеет номер 1.

В гитаре используется комплект струн — набор струн разной толщины, подобранных таким образом, чтобы при одинаковом натяжении каждая струна давала звук определённой высоты. Струны устанавливаются на гитару в порядке толщины — толстые струны, дающие более низкий звук — слева, тонкие — справа (см. рисунок выше). Для гитаристов-левшей порядок струн может меняться на обратный. В настоящее время производится большое количество разновидностей комплектов струн, различающихся по толщине, технологии изготовления, материалу, тембру звука, типу гитар и области применения.

Строй

Соответствие номера струны и музыкального звука, издаваемого этой струной, называется «строем гитары» (настройка гитары). Существует множество вариантов строев, подходящих для разных типов гитар, разных жанров музыки и разных техник исполнения, как, например:

Число струн Строй Струна
1-я 2-я 3-я 4-я 5-я 6-я 7-я 8-я 9-я 10-я 11-я 12-я
6 «испанский» ми h си g соль d ре A ля E ми
6 «Drop C» a f c G C
6 «Drop D» h g d a D
6 квартовый g d A E
7 «русский» (терцовый) h g d H G D
12 стандартный h h g d A a E e

Усиление звука

Сама по себе колеблющаяся струна звучит очень тихо, что для музыкального инструмента непригодно. Для увеличения громкости в гитаре используются два подхода — акустический и электрический.

При акустическом подходе корпус гитары конструируется в виде акустического резонатора, что позволяет достичь громкости, сопоставимой с громкостью человеческого голоса.

При электрическом подходе на корпусе гитары устанавливаются один или несколько звукоснимателей, электрический сигнал от которых затем усиливается и воспроизводится электронными средствами. Громкость звука гитары при этом ограничена только мощностью используемой аппаратуры.

Возможен также смешанный подход, когда звукосниматель или микрофон применяются для электронного усиления звука акустической гитары. Кроме того, гитара может применяться в качестве устройства ввода для синтезатора звука.

Приблизительные характеристики

  • Число ладов — от 18 (классика) до 36 (электро[7])
  • Число струн — от 4 до 14
  • Мензура — от 0,5 м до 0,8 м
  • Размеры 1,0 м × 0,5 м × 0,2 м
  • Вес — от >1 (акустические) до ≈15 кг

Материалы

У простых и дешёвых гитар корпус сделан из фанеры, а у более дорогих и, следовательно, качественных инструментов корпус традиционно делается из красного дерева или палисандра, также используется клён. Есть экзотические варианты, такие как амарант или венге. В изготовлении корпусов электрогитар мастера довольствуются большей свободой. Грифы гитар делаются из бука, красного дерева и других прочных пород. Некоторые мастера в изготовлении электрогитар используют другие материалы. Нэд Штейнбергер основал в 1980 году фирму Steinberger Sound Corporation, которая изготавливала гитары из различных графитовых композитов.

Классификация

Существующее в настоящее время большое количество разновидностей гитар может быть классифицировано по следующим признакам:

По способу усиления звука

По конструкции корпуса

  • Классическая гитара — акустическая шестиструнная гитара конструкции Антонио Торреса (XIX век).
  • Фолк-гитара — акустическая шестиструнная гитара, приспособленная к использованию металлических струн.
  • Флэттоп — фолк-гитара с плоской верхней декой.
  • Арктоп — акустическая или полуакустическая гитара с выпуклой передней декой и f-образными резонаторными отверстиями (эфами), расположенными по краям деки. В целом корпус такой гитары напоминает увеличенную скрипку. Разработана в 20-х годах XX века фирмой Gibson.
  • Дредноут (вестерн) — фолк-гитара с увеличенным корпусом характерной «прямоугольной» формы. Обладает повышенной по сравнению с классическим корпусом громкостью и преобладанием низкочастотных компонентов в тембре. Разработана в 20-х годах XX века фирмой Martin.
  • Джамбо — укрупненный вариант фолк-гитары, разработанный в 1937 году фирмой Gibson и ставший популярным среди кантри- и рок-гитаристов.
  • Цыганская джазовая гитара — акустическая гитара разработанная гитарным мастером Марио Маккаферри в 30-х годах ХХ века. Отличительными особенностями являются выпуклые деки, расположение пружин в корпусе, характерное для мандолины. Есть два типа этой гитары различающиеся формой розетки: большая D-образная и малая о-образная, которые во Франции называются соответственно grand bouchet и petit bouchet. Эта гитара рассчитана на использование металлических струн и имеет характерное громкое звучание с преобладанием обертонов средних частот. Довольно популярно и другое название этих гитар от названия фирмы, впервые пустившей эти инструменты в продажу, — Selmer.
  • До́бро — имеет металлический резонирующий конус вместо звуковых отверстий, он производит металлический тон, который можно услышать в музыке кантри. Некоторые гитары добро имеют гриф с квадратным поперечным сечением (квадратные грифы) и очень большие лады, на них играют с плоским инструментом в руке, стеклянной или металлической пластинкой (слайдом), и они часто называются слайд- гитары.

По диапазону

  • Обычная гитара — в так называемом «классическом» («испанском», «стандартном») строе, от ми большой октавы до до третьей октавы (для гитары с 20-ю ладами). Этот диапазон может различаться в зависимости от количества ладов, количества струн и строя. Использование тремоло-машинки на электрогитарах позволяет существенно расширить диапазон в обе стороны. Диапазон гитары без дополнительного оборудования составляет около четырёх октав.
  • Бас-гитара — гитара с низким диапазоном звучания, как правило, на одну октаву ниже обычной гитары. Разработана фирмой «Фендер» в 50-х годах XX века.
  • Тенор-гитара — четырёхструнная гитара с укороченной мензурой, диапазоном и строем банджо.
  • Баритон-гитара — гитара с более длинной мензурой, чем обычная, что позволяет настраивать её на более низкое звучание. Изобретена компанией «Данэлектро» в 1950-х годах.

По наличию ладов

  • Обычная гитара — гитара, имеющая лады и ладовые порожки, приспособленная для игры в равномерно темперированном строе.
  • Безладовая гитара — гитара, не имеющая ладовых порожков. При этом становится возможным извлечение звуков произвольной высоты из диапазона гитары, а также плавная смена высоты извлекаемого звука. Больше распространены безладовые бас-гитары.
  • Слайдовая гитара (слайд-гитара) — гитара, предназначенная для игры слайдом, в такой гитаре высота звука плавно изменяется с помощью специального приспособления — слайда, которым водят по струнам.

По стране (месту) происхождения

  • Испанская гитара — акустическая шестиструнная гитара, появившаяся в Испании в XIIIXV веках.
  • Русская семиструнная гитара — появилась в России в XVIII—XIX веках.
  • Гавайская гитара — слайдовая гитара, функционирующая в «лежачем» положении, то есть корпус гитары лежит плашмя на коленях гитариста или на специальной подставке, гитарист при этом сидит на стуле или стоит рядом с гитарой как за столом.

По жанру музыки

  • Классическая гитара — акустическая шестиструнная гитара конструкции Антонио Торреса (XIX век).
  • Фолк-гитара — акустическая шестиструнная гитара, приспособленная к использованию металлических струн.
  • Фламенко-гитара — классическая гитара, адаптированная к потребностям музыкального стиля фламенко, отличается более острым тембром звука.
  • Джазовая гитара (оркестровая гитара) — устоявшееся название для арктопов фирмы Gibson и их аналогов. Эти гитары обладают резким звуком, хорошо различимым в составе джазового оркестра, что предопределило их популярность у джазовых гитаристов 20-х — 30-х годов XX века.

По роли в исполняемом произведении

  • Соло-гитара — гитара, предназначенная для исполнения мелодических солирующих партий, характеризуется более резким и разборчивым звуком отдельных нот.

В классической музыке гитарой соло считается гитара без ансамбля, все партии берёт на себя одна гитара, самый сложный вид музицирования на гитаре.

  • Ритм-гитара — гитара, предназначенная для исполнения ритмических партий, характеризуется более плотным и равномерным тембром звука, особенно в области низких частот.
  • Бас-гитара — гитара низкого диапазона, как правило, используется для исполнения басовых партий.

По числу струн

  • Четырёхструнная гитара (4-струнная гитара) — гитара, имеющая четыре струны. Подавляющее большинство четырёхструнных гитар — это бас-гитары либо теноровые гитары.
  • Шестиструнная гитара (6-струнная гитара) — гитара, имеющая шесть одиночных струн. Наиболее стандартная и распространённая разновидность.
  • Семиструнная гитара — гитара, имеющая семь одиночных струн, например, русская семиструнная гитара. Наиболее применима в русской и советской музыке начиная с XVIII—XIX веков до настоящего времени.
  • Двенадцатиструнная гитара (12-струнная гитара) — гитара с двенадцатью струнами, образующими шесть пар, настраиваемых, как правило, классическим строем в октаву либо в унисон. На ней играют в основном профессиональные рок-музыканты, фолк-музыканты и барды.
  • Прочие — существует большое количество менее распространённых промежуточных и гибридных форм гитар с увеличенным числом струн. Имеет место как простое добавление струн для расширения диапазона инструмента (напр. пяти- и шестиструнные бас-гитары), так и удваивание или даже утраивание нескольких либо всех струн для получения более насыщенного тембра звука. Также встречаются гитары с дополнительными (чаще одним) грифами для удобства сольного исполнения некоторых произведений.

Прочее

  • Гитара До́бро — резонаторная гитара, изобретенная в 1928 году братьями Допера. В настоящее время «Гитара Добро» является торговой маркой принадлежащей фирме Gibson.
  • Гитара русская акустическая новая (ГРАН) — двенадцатиструнная версия классической гитары, содержащая на разной высоте от грифа два комплекта струн — нейлоновые и металлические.
  • Укулеле — миниатюрная четырёхструнная версия гитары, изобретенная в конце XIX века на Гавайских островах.
  • Тэппинговая гитара (тэп-гитара) — гитара, предназначенная для игры способом звукоизвлечения тэппинг.
  • Гитара Уорра — электрическая тэппинговая гитара, имеет корпус аналогичный обычной электрической гитаре, допускает также и другие способы звукоизвлечения. Существуют варианты с 8, 12 или 14 струнами. Не имеет стандартной настройки.
  • Стик Чапмена — электрическая тэппинговая гитара. Не имеет корпуса, допускает игру с двух концов. Имеет 10 или 12 струн. Теоретически возможно одновременное извлечение до 10 нот (1 палец — 1 нота).

Техника игры

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

При игре на гитаре гитарист зажимает пальцами левой руки струны на грифе, а пальцами правой извлекает звук одним из нескольких способов. Гитара при этом находится перед гитаристом (горизонтально или под углом, с грифом, поднятым до 45 градусов), опираясь на колено, либо висит на ремне, перекинутом через плечо. Некоторые гитаристы, в основном левши переворачивают гитару грифом вправо, соответственно перетягивают струны и меняют функции рук — зажимают струны правой рукой, извлекают звук — левой. Далее названия рук приведены для гитариста-правши.

Звукоизвлечение

Основным способом звукоизвлечения на гитаре является щипок — гитарист зацепляет кончиком пальца или ногтем струну, слегка оттягивает и отпускает. При игре пальцами применяют две разновидности щипка: апояндо и тирандо.

Апояндо (от исп. apoyando, опираясь) — щипок, после которого палец опирается о соседнюю струну. При помощи апояндо исполняются гаммообразные пассажи, а также кантилена, требующая особенно глубокого и полного звука. При тирандо (исп. tirando — дёргать), в отличие от апояндо, палец после щипка не опирается на соседнюю, более толстую струну, а свободно проносится над ней, в нотах, если не указан специальный знак апояндо (^), то произведение проигрывается приёмом тирандо.

Также гитарист может с небольшим усилием ударить тремя или четырьмя пальцами «вразброс» сразу по всем или по нескольким соседним струнам. Этот способ звукоизвлечения называется расгеадо (исп. rasgueado). Также распространено название «чёс».

Щипок и удар могут исполняться пальцами правой руки или же с помощью специального приспособления, называемого плектр (или медиатор). Плектр представляет собой небольшую плоскую пластину из твёрдого материала — кости, пластмассы или металла. Гитарист держит его в пальцах правой руки и защипывает или ударяет им струны.

Во многих современных стилях музыки широко применяется способ звукоизвлечения слэп. Для этого гитарист либо сильно ударяет большим пальцем по отдельной струне, либо подцепляет и отпускает струну. Эти приёмы называются слэп (удар) и поп (подцеп) соответственно. Преимущественно слэп применяется при игре на бас-гитаре.

В последние десятилетия активно развивается необычный приём игры, новый способ звукоизвлечения, когда струна начинает звучать от лёгких ударов пальцами рук между ладов на грифе. Такой способ звукоизвлечения называется тэппинг (при игре двумя руками — двуручный тэппинг) или TouchStyle. При игре тэппингом звукоизвлечение напоминает игру на фортепиано, при которой каждая рука исполняет свою собственную независимую партию.

Левая рука

Левой рукой гитарист обхватывает гриф снизу, опираясь большим пальцем на его тыльную сторону. Остальные пальцы используются для зажимания струн на рабочей поверхности грифа. Пальцы обозначаются и нумеруются следующим образом: 1 — указательный, 2 — средний, 3 — безымянный, 4 — мизинец. Положение кисти руки относительно ладов называется «позиция» и обозначается римской цифрой. Например, если гитарист зажимает какую-либо струну 1-м пальцем на IV ладу, то говорят, что рука находится в IV позиции. Не зажатая струна называется «открытая».

Струны зажимаются подушечками пальцев — таким образом, одним пальцем гитарист прижимает одну струну на определённом ладу. Если же указательный палец положить на гриф плашмя, то прижаты будут сразу несколько, или даже все струны на одном ладу. Этот весьма распространённый приём называется «баррэ». Различают большое баррэ (полное баррэ), когда палец прижимает все струны, и малое баррэ (полубаррэ), когда прижимается меньшее количество струн (вплоть до 2). Остальные пальцы во время постановки баррэ остаются свободными и могут использоваться для зажатия струн на других ладах. Существуют также аккорды, в которых, помимо большого баррэ первым пальцем, необходимо взять на другом ладу малое баррэ, для чего используется любой из свободных пальцев, в зависимости от «удобоисполняемости» того или иного аккорда.

Приёмы

Кроме описанной выше основной техники игры на гитаре, существуют разнообразные приёмы, широко применяемые гитаристами в разных стилях музыки.

  • Арпеджио (перебор) — последовательное извлечение звуков аккорда. Исполняется путём последовательного защипывания разных струн одним или несколькими пальцами.
  • Арпеджиато — очень быстрое, одним движением, последовательное извлечение звуков, расположенных на разных струнах.

  • Бенд (подтяжка) — повышение тона путём поперечного смещения струны по ладовому порожку. В зависимости от опыта гитариста и используемых струн этим приёмом можно повысить извлекаемую ноту на полтора-два тона.
    • Простой бенд — струна сначала ударяется и затем подтягивается.
    • Пребенд — струна сначала подтягивается и только потом ударяется.
    • Обратный бенд — беззвучно подтягивается струна, ударяется и опускается к исходной ноте.
    • Легатный бенд — удар по струне, подтяжка, затем струна опускается до исходного тона.
    • Бендовый форшлаг — удар по струне с одновременной подтяжкой.
    • Унисонный бенд — извлекается ударом по двум струнам, затем нижняя нота дотягивается до высоты верхней. Обе ноты звучат одновременно.
    • Микробенд — не фиксированная по высоте подтяжка, примерно на 1/4 тона.
  • Бой — например, вниз большим пальцем, вверх указательным, вниз указательным с заглушкой, вверх указательным.
  • Вибрато — периодическое незначительное изменение высоты извлекаемого звука. Исполняется с помощью колебаний кисти левой руки вдоль грифа, при этом изменяется сила нажатия на струну, а также сила её натяжения и соответственно высота звука. Другой способ исполнить вибрато — последовательное периодическое исполнение приёма «бенд» на небольшую высоту. На электрогитарах же, оснащенных «whammy bar» (тремоло-системами), для исполнения вибрато часто применяется рычаг.
  • Глиссандо — плавный скользящий переход между нотами. На гитаре возможно между нотами, расположенными на одной струне, и исполняется перемещением руки из одной позиции в другую не отпуская пальца, прижимающего струну.
  • Гольпе (исп. golpe — удар) — перкуссионный приём, постукивание ногтем по деке акустической гитары, во время игры. Применяется в основном в музыке фламенко.
  • Легато — слитное исполнение нот. На гитаре исполняется с помощью левой руки.
    • Восходящее (ударное) легато — уже звучащая струна зажимается резким и сильным движением пальца левой руки, звук при этом не успевает прекратиться. Распространено также английское наименование этого приема — хаммер, хаммер-он.
    • Нисходящее легато — палец сдергивается со струны, слегка подцепляя её при этом. Встречается также английское наименование — пул, пул-офф.
    • Трель — быстрое чередование двух нот, исполняемых сочетанием приемов хаммер и пул.
  • Пиццикато — прием игры, при котором извлекаются отрывистые, приглушенные звуки. Правая рука ребром ладони кладется на струны около подставки, и большой палец извлекает звуки.
  • Глушение ладонью правой руки — игра приглушенными звуками, когда правая ладонь кладется частью на подставку (мостик), частью на струны. Английское название этого широко используемого современными гитаристами приема — «палм мьют» (англ. mute — "глушить").
  • Пульгар (исп. pulgar — большой палец) — техника игры большим пальцем правой руки. Основной способ звукоизвлечения в музыке фламенко. Струна ударяется сначала боковой стороной мякоти и затем краем ногтя большого пальца.
  • Свип (англ. sweep — сметать) — скольжение медиатором по струнам вверх либо вниз при игре арпеджио, или скольжение медиатором по приглушенным струнам вверх либо вниз, создавая скребущий звук перед основной нотой.
  • Стаккато — короткое отрывистое звучание нот. Исполняется способом ослабления нажима на струны пальцев левой руки, либо глушения струн правой, сразу же после взятие звука или аккорда.
  • Тамбурин — ещё один перкуссионный приём, заключается в постукивании по струнам в районе подставки, пригоден для гитар с полым корпусом, акустических и полуакустических.
  • Тремоло — очень быстрое многократное повторение щипка, без смены ноты.
  • Флажолет — заглушение основной гармоники струны путём прикосновения к звучащей струне точно в месте, делящем её на целое число частей. Различают натуральные флажолеты, исполняемые на открытой струне, и искусственные, исполняемые на зажатой струне. Существует ещё и так называемый медиаторный флажолет, образующийся, когда звук извлекается одновременно медиатором и прикосновением большого или указательного пальцев, держащих медиатор.

Нотация

В гитаре большинство звуков из диапазона доступных могут быть извлечены несколькими способами. Например, звук ми первой октавы может быть взят на 1-й открытой струне, на 2-й струне на 5-м ладу, на 3-й струне на 9-м ладу, на 4-й струне на 14-м ладу, на 5-й струне на 19-м ладу и на 6-й струне на 24-м ладу (на 6-струнной гитаре с 24 ладами и стандартным строем). Это даёт возможность одно и то же произведение сыграть несколькими способами, извлекая нужные звуки на разных струнах и зажимая струны разными пальцами. При этом для каждой струны будет преобладать различный тембр. Расположение пальцев гитариста при игре произведения называется аппликатурой этого произведения. Различные созвучия и аккорды тоже могут быть сыграны многими способами и тоже имеют разные аппликатуры. Для записи гитарных аппликатур применяется несколько подходов.

Нотная запись

В современной музыкальной нотации при записи произведений для гитары применяется набор условных обозначений, позволяющий указать аппликатуру произведения. Так, струна, на которой рекомендуется исполнять звук, обозначается номером струны в кружочке, позиция левой руки (лад) — римской цифрой, пальцы левой руки — цифрами от 1 до 4 (открытая струна — 0), пальцы правой руки — латинскими буквами p, i, m, a и е, а направление удара медиатором — значками (вниз, то есть от себя) и (вверх, то есть к себе).

Кроме того, при чтении нот следует помнить о том, что гитара является транспонирующим инструментом — произведения для гитары всегда записываются на октаву выше, чем звучат. Так делается для того, чтобы избежать большого количества добавочных линий снизу.

Табулатура

Альтернативный способ записи произведений для гитары — табулатурная запись, или табулатура. В гитарной табулатуре указывается не высота, а позиция и струна каждого звука произведения. Также в табулатурной записи могут применяться обозначения пальцев, аналогичные используемым в нотной записи. Табулатурная запись может применяться как самостоятельно, так и совместно с нотной записью.

Аппликатура

Существуют графические изображения аппликатур, широко применяемые в процессе обучения игре на гитаре, также называемые «аппликатура». Подобная аппликатура представляет собой схематически изображенный фрагмент грифа гитары с обозначенными точками местами постановки пальцев левой руки. Пальцы могут быть обозначены своими номерами, так же как и позиция фрагмента на грифе.

Существует класс программных продуктов «вычислители гитарных аккордов» — это программы, которые для заданного аккорда могут вычислить и графически показать все возможные аппликатуры.

Аксессуары

В процессе эксплуатации и исполнения вместе с гитарой могут применяться разнообразные аксессуары и приспособления, включая следующие:

  • Плектр (медиатор) — небольшая пластинка (из пластмассы, кости, металла) толщиной 0,1—1 (иногда до 3) мм, используется для звукоизвлечения.
  • Слайд — полый цилиндр из твёрдого и гладкого материала, в основном из металла или стекла (bottleneck), надеваемый на один из пальцев левой руки; играет роль «скользящего порожка», позволяя не дискретно изменять высоту извлекаемых звуков.
  • Каподастр — приспособление для постоянного зажатия всех или нескольких струн на одном ладу, для упрощения игры в определённых тональностях, а также для повышения высоты звучания инструмента.
  • Кофр — мягкий или жёсткий футляр или чехол для хранения и(или) переноски гитары.
  • Подставка (стойка) — приспособление для надёжной фиксации инструмента на полу либо стене, для кратковременного хранения.
  • Гитарный ремень — ремень из прочного материала (кожа или синтетика), позволяющий гитаристу удобно исполнять композиции стоя.
  • Гитарный ключ — инструмент для регулировки положения грифа гитары (который крепится к корпусу специальным регулировочным винтом).
  • Шестигранный ключ — т. н. «анкерный», для регулировки прогиба грифа (и, соответственно, расстояния между струнами и порожками ладов) у многих современных гитар путём ослабления-натяжения анкерного стержня. Такой же ключ, но меньшего размера используется для непосредственной и точной регулировки зазора между струной и грифом на некоторых моделях электрогитар.
  • Вертушка — приспособление, облегчающее намотку струн; представляет собой насадку-удлинитель ручки колкового механизма.
  • Съёмный звукосниматель — вместе с акустической гитарой могут применяться специальные звукосниматели, не являющиеся частью конструкции гитары, а вставляющиеся в резонаторное отверстие либо крепящиеся к корпусу инструмента снаружи.
  • Тюнер — электронное устройство, упрощающее настройку гитары путём визуальной индикации точности настройки каждой струны.
  • Инструментальный шнур — специально изготовленный экранированный электрический провод для передачи сигнала от звукоснимателя электрогитары к усилительной, микширующей, записывающей и прочей аппаратуре.
  • Полироль для ухода за корпусом, грифом или декой.
  • Колок специального устройства[8], позволяющий быстро переходить от одного строя к другому (например от стандартного к «Dropped D»).
  • Подставка под левую ногу, используется при игре на классической гитаре.

См. также

Напишите отзыв о статье "Гитара"

Примечания

  1. Шарнассе, Элен. Шестиструнная гитара : От истоков до наших дней. — М.: «Музыка», 1991. — ISBN 5-7140-0288-1.
  2. ruǎn; yuǎn кит. муз. жуань, юань (старинный струнный щипковый инструмент) «Большой китайско-русский словарь в четырёх томах»
  3. 月琴 yuèqín кит. муз. юэцинь (4-струнный инструмент с круглым или 8-гранным корпусом) «Большой китайско-русский словарь в четырёх томах»
  4. Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. А. М. Прохоров. — 4-е изд. — М.: Сов. энциклопедия, 1989. ISBN 5-85270-001-0
  5. Оригинал на французском языке
  6. Журнал Роллинг Стоун: [www.rollingstone.com/news/story/5937559/the_100_greatest_guitarists_of_all_time Список 100 величайших гитаристов всех времен.]
  7. Washburn Guitars Stephen’s Extended Cutaway Series 1987
  8. [store.hipshotproducts.com/cart.php?m=product_list&c=7 Страница продукта на сайте производителя]

Литература

  • Марк Филипс, Джон Чаппел. Гитара для «чайников» (полный вариант) = Guitar For Dummies. — М.: «Диалектика», 2006. — С. 384. — ISBN 0-7645-5106-X.

Ссылки

  • [cubozoa.ru/blog/guitar_history/ Исторические данные] о появлении гитары как музыкального инструмента.
  • Гитара в каталоге ссылок Open Directory Project (dmoz).

Отрывок, характеризующий Гитара

– Нет, нет, – закричала Наташа. – Мы про это уже с нею говорили. Мы знали, что ты это скажешь. Но это нельзя, потому что, понимаешь, ежели ты так говоришь – считаешь себя связанным словом, то выходит, что она как будто нарочно это сказала. Выходит, что ты всё таки насильно на ней женишься, и выходит совсем не то.
Ростов видел, что всё это было хорошо придумано ими. Соня и вчера поразила его своей красотой. Нынче, увидав ее мельком, она ему показалась еще лучше. Она была прелестная 16 тилетняя девочка, очевидно страстно его любящая (в этом он не сомневался ни на минуту). Отчего же ему было не любить ее теперь, и не жениться даже, думал Ростов, но теперь столько еще других радостей и занятий! «Да, они это прекрасно придумали», подумал он, «надо оставаться свободным».
– Ну и прекрасно, – сказал он, – после поговорим. Ах как я тебе рад! – прибавил он.
– Ну, а что же ты, Борису не изменила? – спросил брат.
– Вот глупости! – смеясь крикнула Наташа. – Ни об нем и ни о ком я не думаю и знать не хочу.
– Вот как! Так ты что же?
– Я? – переспросила Наташа, и счастливая улыбка осветила ее лицо. – Ты видел Duport'a?
– Нет.
– Знаменитого Дюпора, танцовщика не видал? Ну так ты не поймешь. Я вот что такое. – Наташа взяла, округлив руки, свою юбку, как танцуют, отбежала несколько шагов, перевернулась, сделала антраша, побила ножкой об ножку и, став на самые кончики носков, прошла несколько шагов.
– Ведь стою? ведь вот, – говорила она; но не удержалась на цыпочках. – Так вот я что такое! Никогда ни за кого не пойду замуж, а пойду в танцовщицы. Только никому не говори.
Ростов так громко и весело захохотал, что Денисову из своей комнаты стало завидно, и Наташа не могла удержаться, засмеялась с ним вместе. – Нет, ведь хорошо? – всё говорила она.
– Хорошо, за Бориса уже не хочешь выходить замуж?
Наташа вспыхнула. – Я не хочу ни за кого замуж итти. Я ему то же самое скажу, когда увижу.
– Вот как! – сказал Ростов.
– Ну, да, это всё пустяки, – продолжала болтать Наташа. – А что Денисов хороший? – спросила она.
– Хороший.
– Ну и прощай, одевайся. Он страшный, Денисов?
– Отчего страшный? – спросил Nicolas. – Нет. Васька славный.
– Ты его Васькой зовешь – странно. А, что он очень хорош?
– Очень хорош.
– Ну, приходи скорей чай пить. Все вместе.
И Наташа встала на цыпочках и прошлась из комнаты так, как делают танцовщицы, но улыбаясь так, как только улыбаются счастливые 15 летние девочки. Встретившись в гостиной с Соней, Ростов покраснел. Он не знал, как обойтись с ней. Вчера они поцеловались в первую минуту радости свидания, но нынче они чувствовали, что нельзя было этого сделать; он чувствовал, что все, и мать и сестры, смотрели на него вопросительно и от него ожидали, как он поведет себя с нею. Он поцеловал ее руку и назвал ее вы – Соня . Но глаза их, встретившись, сказали друг другу «ты» и нежно поцеловались. Она просила своим взглядом у него прощения за то, что в посольстве Наташи она смела напомнить ему о его обещании и благодарила его за его любовь. Он своим взглядом благодарил ее за предложение свободы и говорил, что так ли, иначе ли, он никогда не перестанет любить ее, потому что нельзя не любить ее.
– Как однако странно, – сказала Вера, выбрав общую минуту молчания, – что Соня с Николенькой теперь встретились на вы и как чужие. – Замечание Веры было справедливо, как и все ее замечания; но как и от большей части ее замечаний всем сделалось неловко, и не только Соня, Николай и Наташа, но и старая графиня, которая боялась этой любви сына к Соне, могущей лишить его блестящей партии, тоже покраснела, как девочка. Денисов, к удивлению Ростова, в новом мундире, напомаженный и надушенный, явился в гостиную таким же щеголем, каким он был в сражениях, и таким любезным с дамами и кавалерами, каким Ростов никак не ожидал его видеть.


Вернувшись в Москву из армии, Николай Ростов был принят домашними как лучший сын, герой и ненаглядный Николушка; родными – как милый, приятный и почтительный молодой человек; знакомыми – как красивый гусарский поручик, ловкий танцор и один из лучших женихов Москвы.
Знакомство у Ростовых была вся Москва; денег в нынешний год у старого графа было достаточно, потому что были перезаложены все имения, и потому Николушка, заведя своего собственного рысака и самые модные рейтузы, особенные, каких ни у кого еще в Москве не было, и сапоги, самые модные, с самыми острыми носками и маленькими серебряными шпорами, проводил время очень весело. Ростов, вернувшись домой, испытал приятное чувство после некоторого промежутка времени примеривания себя к старым условиям жизни. Ему казалось, что он очень возмужал и вырос. Отчаяние за невыдержанный из закона Божьего экзамен, занимание денег у Гаврилы на извозчика, тайные поцелуи с Соней, он про всё это вспоминал, как про ребячество, от которого он неизмеримо был далек теперь. Теперь он – гусарский поручик в серебряном ментике, с солдатским Георгием, готовит своего рысака на бег, вместе с известными охотниками, пожилыми, почтенными. У него знакомая дама на бульваре, к которой он ездит вечером. Он дирижировал мазурку на бале у Архаровых, разговаривал о войне с фельдмаршалом Каменским, бывал в английском клубе, и был на ты с одним сорокалетним полковником, с которым познакомил его Денисов.
Страсть его к государю несколько ослабела в Москве, так как он за это время не видал его. Но он часто рассказывал о государе, о своей любви к нему, давая чувствовать, что он еще не всё рассказывает, что что то еще есть в его чувстве к государю, что не может быть всем понятно; и от всей души разделял общее в то время в Москве чувство обожания к императору Александру Павловичу, которому в Москве в то время было дано наименование ангела во плоти.
В это короткое пребывание Ростова в Москве, до отъезда в армию, он не сблизился, а напротив разошелся с Соней. Она была очень хороша, мила, и, очевидно, страстно влюблена в него; но он был в той поре молодости, когда кажется так много дела, что некогда этим заниматься, и молодой человек боится связываться – дорожит своей свободой, которая ему нужна на многое другое. Когда он думал о Соне в это новое пребывание в Москве, он говорил себе: Э! еще много, много таких будет и есть там, где то, мне еще неизвестных. Еще успею, когда захочу, заняться и любовью, а теперь некогда. Кроме того, ему казалось что то унизительное для своего мужества в женском обществе. Он ездил на балы и в женское общество, притворяясь, что делал это против воли. Бега, английский клуб, кутеж с Денисовым, поездка туда – это было другое дело: это было прилично молодцу гусару.
В начале марта, старый граф Илья Андреич Ростов был озабочен устройством обеда в английском клубе для приема князя Багратиона.
Граф в халате ходил по зале, отдавая приказания клубному эконому и знаменитому Феоктисту, старшему повару английского клуба, о спарже, свежих огурцах, землянике, теленке и рыбе для обеда князя Багратиона. Граф, со дня основания клуба, был его членом и старшиною. Ему было поручено от клуба устройство торжества для Багратиона, потому что редко кто умел так на широкую руку, хлебосольно устроить пир, особенно потому, что редко кто умел и хотел приложить свои деньги, если они понадобятся на устройство пира. Повар и эконом клуба с веселыми лицами слушали приказания графа, потому что они знали, что ни при ком, как при нем, нельзя было лучше поживиться на обеде, который стоил несколько тысяч.
– Так смотри же, гребешков, гребешков в тортю положи, знаешь! – Холодных стало быть три?… – спрашивал повар. Граф задумался. – Нельзя меньше, три… майонез раз, – сказал он, загибая палец…
– Так прикажете стерлядей больших взять? – спросил эконом. – Что ж делать, возьми, коли не уступают. Да, батюшка ты мой, я было и забыл. Ведь надо еще другую антре на стол. Ах, отцы мои! – Он схватился за голову. – Да кто же мне цветы привезет?
– Митинька! А Митинька! Скачи ты, Митинька, в подмосковную, – обратился он к вошедшему на его зов управляющему, – скачи ты в подмосковную и вели ты сейчас нарядить барщину Максимке садовнику. Скажи, чтобы все оранжереи сюда волок, укутывал бы войлоками. Да чтобы мне двести горшков тут к пятнице были.
Отдав еще и еще разные приказания, он вышел было отдохнуть к графинюшке, но вспомнил еще нужное, вернулся сам, вернул повара и эконома и опять стал приказывать. В дверях послышалась легкая, мужская походка, бряцанье шпор, и красивый, румяный, с чернеющимися усиками, видимо отдохнувший и выхолившийся на спокойном житье в Москве, вошел молодой граф.
– Ах, братец мой! Голова кругом идет, – сказал старик, как бы стыдясь, улыбаясь перед сыном. – Хоть вот ты бы помог! Надо ведь еще песенников. Музыка у меня есть, да цыган что ли позвать? Ваша братия военные это любят.
– Право, папенька, я думаю, князь Багратион, когда готовился к Шенграбенскому сражению, меньше хлопотал, чем вы теперь, – сказал сын, улыбаясь.
Старый граф притворился рассерженным. – Да, ты толкуй, ты попробуй!
И граф обратился к повару, который с умным и почтенным лицом, наблюдательно и ласково поглядывал на отца и сына.
– Какова молодежь то, а, Феоктист? – сказал он, – смеется над нашим братом стариками.
– Что ж, ваше сиятельство, им бы только покушать хорошо, а как всё собрать да сервировать , это не их дело.
– Так, так, – закричал граф, и весело схватив сына за обе руки, закричал: – Так вот же что, попался ты мне! Возьми ты сейчас сани парные и ступай ты к Безухову, и скажи, что граф, мол, Илья Андреич прислали просить у вас земляники и ананасов свежих. Больше ни у кого не достанешь. Самого то нет, так ты зайди, княжнам скажи, и оттуда, вот что, поезжай ты на Разгуляй – Ипатка кучер знает – найди ты там Ильюшку цыгана, вот что у графа Орлова тогда плясал, помнишь, в белом казакине, и притащи ты его сюда, ко мне.
– И с цыганками его сюда привести? – спросил Николай смеясь. – Ну, ну!…
В это время неслышными шагами, с деловым, озабоченным и вместе христиански кротким видом, никогда не покидавшим ее, вошла в комнату Анна Михайловна. Несмотря на то, что каждый день Анна Михайловна заставала графа в халате, всякий раз он конфузился при ней и просил извинения за свой костюм.
– Ничего, граф, голубчик, – сказала она, кротко закрывая глаза. – А к Безухому я съезжу, – сказала она. – Пьер приехал, и теперь мы всё достанем, граф, из его оранжерей. Мне и нужно было видеть его. Он мне прислал письмо от Бориса. Слава Богу, Боря теперь при штабе.
Граф обрадовался, что Анна Михайловна брала одну часть его поручений, и велел ей заложить маленькую карету.
– Вы Безухову скажите, чтоб он приезжал. Я его запишу. Что он с женой? – спросил он.
Анна Михайловна завела глаза, и на лице ее выразилась глубокая скорбь…
– Ах, мой друг, он очень несчастлив, – сказала она. – Ежели правда, что мы слышали, это ужасно. И думали ли мы, когда так радовались его счастию! И такая высокая, небесная душа, этот молодой Безухов! Да, я от души жалею его и постараюсь дать ему утешение, которое от меня будет зависеть.
– Да что ж такое? – спросили оба Ростова, старший и младший.
Анна Михайловна глубоко вздохнула: – Долохов, Марьи Ивановны сын, – сказала она таинственным шопотом, – говорят, совсем компрометировал ее. Он его вывел, пригласил к себе в дом в Петербурге, и вот… Она сюда приехала, и этот сорви голова за ней, – сказала Анна Михайловна, желая выразить свое сочувствие Пьеру, но в невольных интонациях и полуулыбкою выказывая сочувствие сорви голове, как она назвала Долохова. – Говорят, сам Пьер совсем убит своим горем.
– Ну, всё таки скажите ему, чтоб он приезжал в клуб, – всё рассеется. Пир горой будет.
На другой день, 3 го марта, во 2 м часу по полудни, 250 человек членов Английского клуба и 50 человек гостей ожидали к обеду дорогого гостя и героя Австрийского похода, князя Багратиона. В первое время по получении известия об Аустерлицком сражении Москва пришла в недоумение. В то время русские так привыкли к победам, что, получив известие о поражении, одни просто не верили, другие искали объяснений такому странному событию в каких нибудь необыкновенных причинах. В Английском клубе, где собиралось всё, что было знатного, имеющего верные сведения и вес, в декабре месяце, когда стали приходить известия, ничего не говорили про войну и про последнее сражение, как будто все сговорились молчать о нем. Люди, дававшие направление разговорам, как то: граф Ростопчин, князь Юрий Владимирович Долгорукий, Валуев, гр. Марков, кн. Вяземский, не показывались в клубе, а собирались по домам, в своих интимных кружках, и москвичи, говорившие с чужих голосов (к которым принадлежал и Илья Андреич Ростов), оставались на короткое время без определенного суждения о деле войны и без руководителей. Москвичи чувствовали, что что то нехорошо и что обсуждать эти дурные вести трудно, и потому лучше молчать. Но через несколько времени, как присяжные выходят из совещательной комнаты, появились и тузы, дававшие мнение в клубе, и всё заговорило ясно и определенно. Были найдены причины тому неимоверному, неслыханному и невозможному событию, что русские были побиты, и все стало ясно, и во всех углах Москвы заговорили одно и то же. Причины эти были: измена австрийцев, дурное продовольствие войска, измена поляка Пшебышевского и француза Ланжерона, неспособность Кутузова, и (потихоньку говорили) молодость и неопытность государя, вверившегося дурным и ничтожным людям. Но войска, русские войска, говорили все, были необыкновенны и делали чудеса храбрости. Солдаты, офицеры, генералы – были герои. Но героем из героев был князь Багратион, прославившийся своим Шенграбенским делом и отступлением от Аустерлица, где он один провел свою колонну нерасстроенною и целый день отбивал вдвое сильнейшего неприятеля. Тому, что Багратион выбран был героем в Москве, содействовало и то, что он не имел связей в Москве, и был чужой. В лице его отдавалась должная честь боевому, простому, без связей и интриг, русскому солдату, еще связанному воспоминаниями Итальянского похода с именем Суворова. Кроме того в воздаянии ему таких почестей лучше всего показывалось нерасположение и неодобрение Кутузову.
– Ежели бы не было Багратиона, il faudrait l'inventer, [надо бы изобрести его.] – сказал шутник Шиншин, пародируя слова Вольтера. Про Кутузова никто не говорил, и некоторые шопотом бранили его, называя придворною вертушкой и старым сатиром. По всей Москве повторялись слова князя Долгорукова: «лепя, лепя и облепишься», утешавшегося в нашем поражении воспоминанием прежних побед, и повторялись слова Ростопчина про то, что французских солдат надо возбуждать к сражениям высокопарными фразами, что с Немцами надо логически рассуждать, убеждая их, что опаснее бежать, чем итти вперед; но что русских солдат надо только удерживать и просить: потише! Со всex сторон слышны были новые и новые рассказы об отдельных примерах мужества, оказанных нашими солдатами и офицерами при Аустерлице. Тот спас знамя, тот убил 5 ть французов, тот один заряжал 5 ть пушек. Говорили и про Берга, кто его не знал, что он, раненый в правую руку, взял шпагу в левую и пошел вперед. Про Болконского ничего не говорили, и только близко знавшие его жалели, что он рано умер, оставив беременную жену и чудака отца.


3 го марта во всех комнатах Английского клуба стоял стон разговаривающих голосов и, как пчелы на весеннем пролете, сновали взад и вперед, сидели, стояли, сходились и расходились, в мундирах, фраках и еще кое кто в пудре и кафтанах, члены и гости клуба. Пудренные, в чулках и башмаках ливрейные лакеи стояли у каждой двери и напряженно старались уловить каждое движение гостей и членов клуба, чтобы предложить свои услуги. Большинство присутствовавших были старые, почтенные люди с широкими, самоуверенными лицами, толстыми пальцами, твердыми движениями и голосами. Этого рода гости и члены сидели по известным, привычным местам и сходились в известных, привычных кружках. Малая часть присутствовавших состояла из случайных гостей – преимущественно молодежи, в числе которой были Денисов, Ростов и Долохов, который был опять семеновским офицером. На лицах молодежи, особенно военной, было выражение того чувства презрительной почтительности к старикам, которое как будто говорит старому поколению: уважать и почитать вас мы готовы, но помните, что всё таки за нами будущность.
Несвицкий был тут же, как старый член клуба. Пьер, по приказанию жены отпустивший волоса, снявший очки и одетый по модному, но с грустным и унылым видом, ходил по залам. Его, как и везде, окружала атмосфера людей, преклонявшихся перед его богатством, и он с привычкой царствования и рассеянной презрительностью обращался с ними.
По годам он бы должен был быть с молодыми, по богатству и связям он был членом кружков старых, почтенных гостей, и потому он переходил от одного кружка к другому.
Старики из самых значительных составляли центр кружков, к которым почтительно приближались даже незнакомые, чтобы послушать известных людей. Большие кружки составлялись около графа Ростопчина, Валуева и Нарышкина. Ростопчин рассказывал про то, как русские были смяты бежавшими австрийцами и должны были штыком прокладывать себе дорогу сквозь беглецов.
Валуев конфиденциально рассказывал, что Уваров был прислан из Петербурга, для того чтобы узнать мнение москвичей об Аустерлице.
В третьем кружке Нарышкин говорил о заседании австрийского военного совета, в котором Суворов закричал петухом в ответ на глупость австрийских генералов. Шиншин, стоявший тут же, хотел пошутить, сказав, что Кутузов, видно, и этому нетрудному искусству – кричать по петушиному – не мог выучиться у Суворова; но старички строго посмотрели на шутника, давая ему тем чувствовать, что здесь и в нынешний день так неприлично было говорить про Кутузова.
Граф Илья Андреич Ростов, озабоченно, торопливо похаживал в своих мягких сапогах из столовой в гостиную, поспешно и совершенно одинаково здороваясь с важными и неважными лицами, которых он всех знал, и изредка отыскивая глазами своего стройного молодца сына, радостно останавливал на нем свой взгляд и подмигивал ему. Молодой Ростов стоял у окна с Долоховым, с которым он недавно познакомился, и знакомством которого он дорожил. Старый граф подошел к ним и пожал руку Долохову.
– Ко мне милости прошу, вот ты с моим молодцом знаком… вместе там, вместе геройствовали… A! Василий Игнатьич… здорово старый, – обратился он к проходившему старичку, но не успел еще договорить приветствия, как всё зашевелилось, и прибежавший лакей, с испуганным лицом, доложил: пожаловали!
Раздались звонки; старшины бросились вперед; разбросанные в разных комнатах гости, как встряхнутая рожь на лопате, столпились в одну кучу и остановились в большой гостиной у дверей залы.
В дверях передней показался Багратион, без шляпы и шпаги, которые он, по клубному обычаю, оставил у швейцара. Он был не в смушковом картузе с нагайкой через плечо, как видел его Ростов в ночь накануне Аустерлицкого сражения, а в новом узком мундире с русскими и иностранными орденами и с георгиевской звездой на левой стороне груди. Он видимо сейчас, перед обедом, подстриг волосы и бакенбарды, что невыгодно изменяло его физиономию. На лице его было что то наивно праздничное, дававшее, в соединении с его твердыми, мужественными чертами, даже несколько комическое выражение его лицу. Беклешов и Федор Петрович Уваров, приехавшие с ним вместе, остановились в дверях, желая, чтобы он, как главный гость, прошел вперед их. Багратион смешался, не желая воспользоваться их учтивостью; произошла остановка в дверях, и наконец Багратион всё таки прошел вперед. Он шел, не зная куда девать руки, застенчиво и неловко, по паркету приемной: ему привычнее и легче было ходить под пулями по вспаханному полю, как он шел перед Курским полком в Шенграбене. Старшины встретили его у первой двери, сказав ему несколько слов о радости видеть столь дорогого гостя, и недождавшись его ответа, как бы завладев им, окружили его и повели в гостиную. В дверях гостиной не было возможности пройти от столпившихся членов и гостей, давивших друг друга и через плечи друг друга старавшихся, как редкого зверя, рассмотреть Багратиона. Граф Илья Андреич, энергичнее всех, смеясь и приговаривая: – пусти, mon cher, пусти, пусти, – протолкал толпу, провел гостей в гостиную и посадил на средний диван. Тузы, почетнейшие члены клуба, обступили вновь прибывших. Граф Илья Андреич, проталкиваясь опять через толпу, вышел из гостиной и с другим старшиной через минуту явился, неся большое серебряное блюдо, которое он поднес князю Багратиону. На блюде лежали сочиненные и напечатанные в честь героя стихи. Багратион, увидав блюдо, испуганно оглянулся, как бы отыскивая помощи. Но во всех глазах было требование того, чтобы он покорился. Чувствуя себя в их власти, Багратион решительно, обеими руками, взял блюдо и сердито, укоризненно посмотрел на графа, подносившего его. Кто то услужливо вынул из рук Багратиона блюдо (а то бы он, казалось, намерен был держать его так до вечера и так итти к столу) и обратил его внимание на стихи. «Ну и прочту», как будто сказал Багратион и устремив усталые глаза на бумагу, стал читать с сосредоточенным и серьезным видом. Сам сочинитель взял стихи и стал читать. Князь Багратион склонил голову и слушал.
«Славь Александра век
И охраняй нам Тита на престоле,
Будь купно страшный вождь и добрый человек,
Рифей в отечестве а Цесарь в бранном поле.
Да счастливый Наполеон,
Познав чрез опыты, каков Багратион,
Не смеет утруждать Алкидов русских боле…»
Но еще он не кончил стихов, как громогласный дворецкий провозгласил: «Кушанье готово!» Дверь отворилась, загремел из столовой польский: «Гром победы раздавайся, веселися храбрый росс», и граф Илья Андреич, сердито посмотрев на автора, продолжавшего читать стихи, раскланялся перед Багратионом. Все встали, чувствуя, что обед был важнее стихов, и опять Багратион впереди всех пошел к столу. На первом месте, между двух Александров – Беклешова и Нарышкина, что тоже имело значение по отношению к имени государя, посадили Багратиона: 300 человек разместились в столовой по чинам и важности, кто поважнее, поближе к чествуемому гостю: так же естественно, как вода разливается туда глубже, где местность ниже.
Перед самым обедом граф Илья Андреич представил князю своего сына. Багратион, узнав его, сказал несколько нескладных, неловких слов, как и все слова, которые он говорил в этот день. Граф Илья Андреич радостно и гордо оглядывал всех в то время, как Багратион говорил с его сыном.
Николай Ростов с Денисовым и новым знакомцем Долоховым сели вместе почти на середине стола. Напротив них сел Пьер рядом с князем Несвицким. Граф Илья Андреич сидел напротив Багратиона с другими старшинами и угащивал князя, олицетворяя в себе московское радушие.
Труды его не пропали даром. Обеды его, постный и скоромный, были великолепны, но совершенно спокоен он всё таки не мог быть до конца обеда. Он подмигивал буфетчику, шопотом приказывал лакеям, и не без волнения ожидал каждого, знакомого ему блюда. Всё было прекрасно. На втором блюде, вместе с исполинской стерлядью (увидав которую, Илья Андреич покраснел от радости и застенчивости), уже лакеи стали хлопать пробками и наливать шампанское. После рыбы, которая произвела некоторое впечатление, граф Илья Андреич переглянулся с другими старшинами. – «Много тостов будет, пора начинать!» – шепнул он и взяв бокал в руки – встал. Все замолкли и ожидали, что он скажет.
– Здоровье государя императора! – крикнул он, и в ту же минуту добрые глаза его увлажились слезами радости и восторга. В ту же минуту заиграли: «Гром победы раздавайся».Все встали с своих мест и закричали ура! и Багратион закричал ура! тем же голосом, каким он кричал на Шенграбенском поле. Восторженный голос молодого Ростова был слышен из за всех 300 голосов. Он чуть не плакал. – Здоровье государя императора, – кричал он, – ура! – Выпив залпом свой бокал, он бросил его на пол. Многие последовали его примеру. И долго продолжались громкие крики. Когда замолкли голоса, лакеи подобрали разбитую посуду, и все стали усаживаться, и улыбаясь своему крику переговариваться. Граф Илья Андреич поднялся опять, взглянул на записочку, лежавшую подле его тарелки и провозгласил тост за здоровье героя нашей последней кампании, князя Петра Ивановича Багратиона и опять голубые глаза графа увлажились слезами. Ура! опять закричали голоса 300 гостей, и вместо музыки послышались певчие, певшие кантату сочинения Павла Ивановича Кутузова.
«Тщетны россам все препоны,
Храбрость есть побед залог,
Есть у нас Багратионы,
Будут все враги у ног» и т.д.
Только что кончили певчие, как последовали новые и новые тосты, при которых всё больше и больше расчувствовался граф Илья Андреич, и еще больше билось посуды, и еще больше кричалось. Пили за здоровье Беклешова, Нарышкина, Уварова, Долгорукова, Апраксина, Валуева, за здоровье старшин, за здоровье распорядителя, за здоровье всех членов клуба, за здоровье всех гостей клуба и наконец отдельно за здоровье учредителя обеда графа Ильи Андреича. При этом тосте граф вынул платок и, закрыв им лицо, совершенно расплакался.


Пьер сидел против Долохова и Николая Ростова. Он много и жадно ел и много пил, как и всегда. Но те, которые его знали коротко, видели, что в нем произошла в нынешний день какая то большая перемена. Он молчал всё время обеда и, щурясь и морщась, глядел кругом себя или остановив глаза, с видом совершенной рассеянности, потирал пальцем переносицу. Лицо его было уныло и мрачно. Он, казалось, не видел и не слышал ничего, происходящего вокруг него, и думал о чем то одном, тяжелом и неразрешенном.
Этот неразрешенный, мучивший его вопрос, были намеки княжны в Москве на близость Долохова к его жене и в нынешнее утро полученное им анонимное письмо, в котором было сказано с той подлой шутливостью, которая свойственна всем анонимным письмам, что он плохо видит сквозь свои очки, и что связь его жены с Долоховым есть тайна только для одного него. Пьер решительно не поверил ни намекам княжны, ни письму, но ему страшно было теперь смотреть на Долохова, сидевшего перед ним. Всякий раз, как нечаянно взгляд его встречался с прекрасными, наглыми глазами Долохова, Пьер чувствовал, как что то ужасное, безобразное поднималось в его душе, и он скорее отворачивался. Невольно вспоминая всё прошедшее своей жены и ее отношения с Долоховым, Пьер видел ясно, что то, что сказано было в письме, могло быть правда, могло по крайней мере казаться правдой, ежели бы это касалось не его жены. Пьер вспоминал невольно, как Долохов, которому было возвращено всё после кампании, вернулся в Петербург и приехал к нему. Пользуясь своими кутежными отношениями дружбы с Пьером, Долохов прямо приехал к нему в дом, и Пьер поместил его и дал ему взаймы денег. Пьер вспоминал, как Элен улыбаясь выражала свое неудовольствие за то, что Долохов живет в их доме, и как Долохов цинически хвалил ему красоту его жены, и как он с того времени до приезда в Москву ни на минуту не разлучался с ними.
«Да, он очень красив, думал Пьер, я знаю его. Для него была бы особенная прелесть в том, чтобы осрамить мое имя и посмеяться надо мной, именно потому, что я хлопотал за него и призрел его, помог ему. Я знаю, я понимаю, какую соль это в его глазах должно бы придавать его обману, ежели бы это была правда. Да, ежели бы это была правда; но я не верю, не имею права и не могу верить». Он вспоминал то выражение, которое принимало лицо Долохова, когда на него находили минуты жестокости, как те, в которые он связывал квартального с медведем и пускал его на воду, или когда он вызывал без всякой причины на дуэль человека, или убивал из пистолета лошадь ямщика. Это выражение часто было на лице Долохова, когда он смотрел на него. «Да, он бретёр, думал Пьер, ему ничего не значит убить человека, ему должно казаться, что все боятся его, ему должно быть приятно это. Он должен думать, что и я боюсь его. И действительно я боюсь его», думал Пьер, и опять при этих мыслях он чувствовал, как что то страшное и безобразное поднималось в его душе. Долохов, Денисов и Ростов сидели теперь против Пьера и казались очень веселы. Ростов весело переговаривался с своими двумя приятелями, из которых один был лихой гусар, другой известный бретёр и повеса, и изредка насмешливо поглядывал на Пьера, который на этом обеде поражал своей сосредоточенной, рассеянной, массивной фигурой. Ростов недоброжелательно смотрел на Пьера, во первых, потому, что Пьер в его гусарских глазах был штатский богач, муж красавицы, вообще баба; во вторых, потому, что Пьер в сосредоточенности и рассеянности своего настроения не узнал Ростова и не ответил на его поклон. Когда стали пить здоровье государя, Пьер задумавшись не встал и не взял бокала.
– Что ж вы? – закричал ему Ростов, восторженно озлобленными глазами глядя на него. – Разве вы не слышите; здоровье государя императора! – Пьер, вздохнув, покорно встал, выпил свой бокал и, дождавшись, когда все сели, с своей доброй улыбкой обратился к Ростову.
– А я вас и не узнал, – сказал он. – Но Ростову было не до этого, он кричал ура!
– Что ж ты не возобновишь знакомство, – сказал Долохов Ростову.
– Бог с ним, дурак, – сказал Ростов.
– Надо лелеять мужей хорошеньких женщин, – сказал Денисов. Пьер не слышал, что они говорили, но знал, что говорят про него. Он покраснел и отвернулся.
– Ну, теперь за здоровье красивых женщин, – сказал Долохов, и с серьезным выражением, но с улыбающимся в углах ртом, с бокалом обратился к Пьеру.
– За здоровье красивых женщин, Петруша, и их любовников, – сказал он.
Пьер, опустив глаза, пил из своего бокала, не глядя на Долохова и не отвечая ему. Лакей, раздававший кантату Кутузова, положил листок Пьеру, как более почетному гостю. Он хотел взять его, но Долохов перегнулся, выхватил листок из его руки и стал читать. Пьер взглянул на Долохова, зрачки его опустились: что то страшное и безобразное, мутившее его во всё время обеда, поднялось и овладело им. Он нагнулся всем тучным телом через стол: – Не смейте брать! – крикнул он.
Услыхав этот крик и увидав, к кому он относился, Несвицкий и сосед с правой стороны испуганно и поспешно обратились к Безухову.
– Полноте, полно, что вы? – шептали испуганные голоса. Долохов посмотрел на Пьера светлыми, веселыми, жестокими глазами, с той же улыбкой, как будто он говорил: «А вот это я люблю». – Не дам, – проговорил он отчетливо.
Бледный, с трясущейся губой, Пьер рванул лист. – Вы… вы… негодяй!.. я вас вызываю, – проговорил он, и двинув стул, встал из за стола. В ту самую секунду, как Пьер сделал это и произнес эти слова, он почувствовал, что вопрос о виновности его жены, мучивший его эти последние сутки, был окончательно и несомненно решен утвердительно. Он ненавидел ее и навсегда был разорван с нею. Несмотря на просьбы Денисова, чтобы Ростов не вмешивался в это дело, Ростов согласился быть секундантом Долохова, и после стола переговорил с Несвицким, секундантом Безухова, об условиях дуэли. Пьер уехал домой, а Ростов с Долоховым и Денисовым до позднего вечера просидели в клубе, слушая цыган и песенников.
– Так до завтра, в Сокольниках, – сказал Долохов, прощаясь с Ростовым на крыльце клуба.
– И ты спокоен? – спросил Ростов…
Долохов остановился. – Вот видишь ли, я тебе в двух словах открою всю тайну дуэли. Ежели ты идешь на дуэль и пишешь завещания да нежные письма родителям, ежели ты думаешь о том, что тебя могут убить, ты – дурак и наверно пропал; а ты иди с твердым намерением его убить, как можно поскорее и повернее, тогда всё исправно. Как мне говаривал наш костромской медвежатник: медведя то, говорит, как не бояться? да как увидишь его, и страх прошел, как бы только не ушел! Ну так то и я. A demain, mon cher! [До завтра, мой милый!]
На другой день, в 8 часов утра, Пьер с Несвицким приехали в Сокольницкий лес и нашли там уже Долохова, Денисова и Ростова. Пьер имел вид человека, занятого какими то соображениями, вовсе не касающимися до предстоящего дела. Осунувшееся лицо его было желто. Он видимо не спал ту ночь. Он рассеянно оглядывался вокруг себя и морщился, как будто от яркого солнца. Два соображения исключительно занимали его: виновность его жены, в которой после бессонной ночи уже не оставалось ни малейшего сомнения, и невинность Долохова, не имевшего никакой причины беречь честь чужого для него человека. «Может быть, я бы то же самое сделал бы на его месте, думал Пьер. Даже наверное я бы сделал то же самое; к чему же эта дуэль, это убийство? Или я убью его, или он попадет мне в голову, в локоть, в коленку. Уйти отсюда, бежать, зарыться куда нибудь», приходило ему в голову. Но именно в те минуты, когда ему приходили такие мысли. он с особенно спокойным и рассеянным видом, внушавшим уважение смотревшим на него, спрашивал: «Скоро ли, и готово ли?»
Когда всё было готово, сабли воткнуты в снег, означая барьер, до которого следовало сходиться, и пистолеты заряжены, Несвицкий подошел к Пьеру.
– Я бы не исполнил своей обязанности, граф, – сказал он робким голосом, – и не оправдал бы того доверия и чести, которые вы мне сделали, выбрав меня своим секундантом, ежели бы я в эту важную минуту, очень важную минуту, не сказал вам всю правду. Я полагаю, что дело это не имеет достаточно причин, и что не стоит того, чтобы за него проливать кровь… Вы были неправы, не совсем правы, вы погорячились…
– Ах да, ужасно глупо… – сказал Пьер.
– Так позвольте мне передать ваше сожаление, и я уверен, что наши противники согласятся принять ваше извинение, – сказал Несвицкий (так же как и другие участники дела и как и все в подобных делах, не веря еще, чтобы дело дошло до действительной дуэли). – Вы знаете, граф, гораздо благороднее сознать свою ошибку, чем довести дело до непоправимого. Обиды ни с одной стороны не было. Позвольте мне переговорить…
– Нет, об чем же говорить! – сказал Пьер, – всё равно… Так готово? – прибавил он. – Вы мне скажите только, как куда ходить, и стрелять куда? – сказал он, неестественно кротко улыбаясь. – Он взял в руки пистолет, стал расспрашивать о способе спуска, так как он до сих пор не держал в руках пистолета, в чем он не хотел сознаваться. – Ах да, вот так, я знаю, я забыл только, – говорил он.
– Никаких извинений, ничего решительно, – говорил Долохов Денисову, который с своей стороны тоже сделал попытку примирения, и тоже подошел к назначенному месту.
Место для поединка было выбрано шагах в 80 ти от дороги, на которой остались сани, на небольшой полянке соснового леса, покрытой истаявшим от стоявших последние дни оттепелей снегом. Противники стояли шагах в 40 ка друг от друга, у краев поляны. Секунданты, размеряя шаги, проложили, отпечатавшиеся по мокрому, глубокому снегу, следы от того места, где они стояли, до сабель Несвицкого и Денисова, означавших барьер и воткнутых в 10 ти шагах друг от друга. Оттепель и туман продолжались; за 40 шагов ничего не было видно. Минуты три всё было уже готово, и всё таки медлили начинать, все молчали.


– Ну, начинать! – сказал Долохов.
– Что же, – сказал Пьер, всё так же улыбаясь. – Становилось страшно. Очевидно было, что дело, начавшееся так легко, уже ничем не могло быть предотвращено, что оно шло само собою, уже независимо от воли людей, и должно было совершиться. Денисов первый вышел вперед до барьера и провозгласил:
– Так как п'отивники отказались от п'ими'ения, то не угодно ли начинать: взять пистолеты и по слову т'и начинать сходиться.
– Г…'аз! Два! Т'и!… – сердито прокричал Денисов и отошел в сторону. Оба пошли по протоптанным дорожкам всё ближе и ближе, в тумане узнавая друг друга. Противники имели право, сходясь до барьера, стрелять, когда кто захочет. Долохов шел медленно, не поднимая пистолета, вглядываясь своими светлыми, блестящими, голубыми глазами в лицо своего противника. Рот его, как и всегда, имел на себе подобие улыбки.
– Так когда хочу – могу стрелять! – сказал Пьер, при слове три быстрыми шагами пошел вперед, сбиваясь с протоптанной дорожки и шагая по цельному снегу. Пьер держал пистолет, вытянув вперед правую руку, видимо боясь как бы из этого пистолета не убить самого себя. Левую руку он старательно отставлял назад, потому что ему хотелось поддержать ею правую руку, а он знал, что этого нельзя было. Пройдя шагов шесть и сбившись с дорожки в снег, Пьер оглянулся под ноги, опять быстро взглянул на Долохова, и потянув пальцем, как его учили, выстрелил. Никак не ожидая такого сильного звука, Пьер вздрогнул от своего выстрела, потом улыбнулся сам своему впечатлению и остановился. Дым, особенно густой от тумана, помешал ему видеть в первое мгновение; но другого выстрела, которого он ждал, не последовало. Только слышны были торопливые шаги Долохова, и из за дыма показалась его фигура. Одной рукой он держался за левый бок, другой сжимал опущенный пистолет. Лицо его было бледно. Ростов подбежал и что то сказал ему.
– Не…е…т, – проговорил сквозь зубы Долохов, – нет, не кончено, – и сделав еще несколько падающих, ковыляющих шагов до самой сабли, упал на снег подле нее. Левая рука его была в крови, он обтер ее о сюртук и оперся ею. Лицо его было бледно, нахмуренно и дрожало.
– Пожалу… – начал Долохов, но не мог сразу выговорить… – пожалуйте, договорил он с усилием. Пьер, едва удерживая рыдания, побежал к Долохову, и хотел уже перейти пространство, отделяющее барьеры, как Долохов крикнул: – к барьеру! – и Пьер, поняв в чем дело, остановился у своей сабли. Только 10 шагов разделяло их. Долохов опустился головой к снегу, жадно укусил снег, опять поднял голову, поправился, подобрал ноги и сел, отыскивая прочный центр тяжести. Он глотал холодный снег и сосал его; губы его дрожали, но всё улыбаясь; глаза блестели усилием и злобой последних собранных сил. Он поднял пистолет и стал целиться.
– Боком, закройтесь пистолетом, – проговорил Несвицкий.
– 3ак'ойтесь! – не выдержав, крикнул даже Денисов своему противнику.
Пьер с кроткой улыбкой сожаления и раскаяния, беспомощно расставив ноги и руки, прямо своей широкой грудью стоял перед Долоховым и грустно смотрел на него. Денисов, Ростов и Несвицкий зажмурились. В одно и то же время они услыхали выстрел и злой крик Долохова.
– Мимо! – крикнул Долохов и бессильно лег на снег лицом книзу. Пьер схватился за голову и, повернувшись назад, пошел в лес, шагая целиком по снегу и вслух приговаривая непонятные слова:
– Глупо… глупо! Смерть… ложь… – твердил он морщась. Несвицкий остановил его и повез домой.
Ростов с Денисовым повезли раненого Долохова.
Долохов, молча, с закрытыми глазами, лежал в санях и ни слова не отвечал на вопросы, которые ему делали; но, въехав в Москву, он вдруг очнулся и, с трудом приподняв голову, взял за руку сидевшего подле себя Ростова. Ростова поразило совершенно изменившееся и неожиданно восторженно нежное выражение лица Долохова.
– Ну, что? как ты чувствуешь себя? – спросил Ростов.
– Скверно! но не в том дело. Друг мой, – сказал Долохов прерывающимся голосом, – где мы? Мы в Москве, я знаю. Я ничего, но я убил ее, убил… Она не перенесет этого. Она не перенесет…
– Кто? – спросил Ростов.
– Мать моя. Моя мать, мой ангел, мой обожаемый ангел, мать, – и Долохов заплакал, сжимая руку Ростова. Когда он несколько успокоился, он объяснил Ростову, что живет с матерью, что ежели мать увидит его умирающим, она не перенесет этого. Он умолял Ростова ехать к ней и приготовить ее.
Ростов поехал вперед исполнять поручение, и к великому удивлению своему узнал, что Долохов, этот буян, бретёр Долохов жил в Москве с старушкой матерью и горбатой сестрой, и был самый нежный сын и брат.