Группа армий «Центр»

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Группа армий «Центр»
Годы существования

лето 19408 мая 1945

Страна

Германия

Войны

Вторая мировая война

Участие в

Белостокско-Минское сражение Смоленское сражение Московская битва
операция «Зейдлиц»
операция «Цитадель»
операция Багратион

Командиры
Известные командиры

Федор фон Бок
Гюнтер фон Клюге
Эрнст Буш
Вальтер Модель
Георг Ханс Райнхардт
Фердинанд Шёрнер
Генрих Амсель

Группа армий «Центр» (нем. Heeresgruppe Mitte) — оперативно-стратегическое объединение войск вермахта во время Второй мировой войны, самая мощная из трёх групп армий нацистской Германии, сосредоточенных для нападения на СССР по плану «Барбаросса».



История

Группа армий «Центр» развёртывалась на центральном участке наступления немецких войск против Советского Союза. По первоначальному плану должна была разгромить советские войска в Белоруссии, затем наступать на Москву.

Нанесла поражение советскому Западному фронту в Белостокско-Минском сражении и Смоленском сражении. 30 июля 1941 года перешла к обороне после решения Гитлера остановить наступление на Москву и повернуть танковую группу Гудериана на Киев[1]. Танковая группа Гота была направлена на север, в направлении Ленинграда[1].

После окончания боев за Киев (30 сентября) армия возобновила наступление на Москву.

1 октября 1941 года в рамках операции «Тайфун» 2-я танковая группа Гудериана группы армий «Центр» прорвала на своём центральном участке оборону 13-й армии Брянского фронта А. И. Ерёменко на всю глубину и продвинулась на 60 км. 1 октября 24-й мотокорпус занял Севск.

Из-за сопротивления советских войск, неподготовленности к действиям при низких температурах, была остановлена на ближних подступах к советской столице и потерпела тяжёлое поражение (смотри Московская битва).

8 января 1942 года без оперативный паузы после контрнаступления началась Ржевско-Вяземская операция — завершающий период битвы под Москвой. В операции участвовали Калининский, Западный при содействии Северо-Западного и Брянского фронтов. Цель её состояло в том, чтобы разгромить главные силы группы армий «Центр»[2].[3]

В июле 1942 года успешно провела операцию «Зейдлиц», в которой были разгромлены и фактически перестали существовать советские 39-я армия и 11-й кавалерийский корпус.

В 1943 году в ходе операции «Цитадель» вела неудачное наступление на северном фасе Курской дуги.

Летом 1944 года была разгромлена в Белоруссии (см. Операция Багратион).

26 января 1945 переименована в Группу армий «Север»К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3300 дней]. В свою очередь название Группа армий «Центр» получила Группа армий «А» (командующий — генерал-полковник Фердинанд Шёрнер).

Командующие

Состав

22 июня 1941

Примечание. Пехотные дивизии танковых групп после первого дня войны были переподчинены штабам Армий.[4]

На 22 июня 1941 общая численность 1.453.200 солдат и офицеров (50 дивизий), 1700 танков, 910 самолетов, 3000 орудий,

На январь 1945 общая численность менее 400.000 солдат и офицеров[5]

30 июня 1941

12 августа 1942

22 декабря 1942

  • 2-я танковая армия
  • 4-я полевая армия
  • 3-я танковая армия
  • 9-я полевая армия
  • Командование тыловой зоны группы армий «Центр»

7 июля 1943

  • 2-я полевая армия
  • 4-я полевая армия
  • 2-я танковая армия
  • 9-я полевая армия
  • 3-я танковая армия
  • Командование тыловой зоны группы армий «Центр»

15 июня 1944

  • 2-я полевая армия
  • 4-я полевая армия
  • 9-я полевая армия
  • 3-я танковая армия
  • Командующий войсками вермахта в Белоруссии

12 марта 1945

  • 1-я танковая армия
  • 17-я полевая армия
  • 4-я танковая армия

В культуре

Владимир Высоцкий для спектакля театра на Таганке «Павшие и живые» в середине 1960-х годов написал песню «Солдаты группы „Центр“»:[6]

По выжженной равнине —
За метром метр —
Идут по Украине
Солдаты группы «Центр».

На самом деле во время наступления в 1941 г. группа армий «Центр» действовала не на Украине, а в Белоруссии. Однако входившие в состав группы танковые части Гудерианa участвовали в Киевском сражении.

См. также

Напишите отзыв о статье "Группа армий «Центр»"

Примечания

  1. 1 2 [militera.lib.ru/h/hoth/index.html Гот Г., Танковые операции. — М.: Воениздат, 1961 ]
  2. 611
  3. Василевский А. А. 21-я гвардейская. — С. 36.
  4. 1 2 [www.idiot.vitebsk.net/i40/mart41_1_1.htm Оказание услуг временно приостановлено]
  5. [www.youtube.com/watch?v=wkOzfkPevAU Вермахт в России.Выжженная земля.Группа армий Центр - YouTube]
  6. [www.youtube.com/watch?v=juBUq9dN6wE&feature=related Владимир Высоцкий. «Солдаты группы „Центр“»]

Литература

  • Буркхарт Мюллер-Гиллебранд. Сухопутная армия Германии, 1939—1945 гг. — М.: Изографус, Эксмо, 2002. — 800 с. — 5000 экз. — ISBN 5-94661-041-4.
  • Залесский К. А. Вооружённые силы III Рейха. Полная энциклопедия.Вермахт, люфтваффе, кригсмарине. — М.: Эксмо, 2008. — 944 с. — 4000 экз. — ISBN 978-5-903339-73-0.
  • Werner Haupt:
    • Bildchronik der Heeresgruppe Mitte, Podzun-Pallas Verlag, ISBN B-0000B-RHY-4
    • Heeresgruppe Mitte, Podzun-Pallas Verlag, ISBN B-0000B-RHY-6
  • Rolf Hinze: Der Zusammenbruch der Heeresgruppe Mitte im Osten 1944, Motorbuch Verlag, ISBN 3-87943-681-9
  • Franz Kurowski:

Ссылки

  • [www.lexikon-der-wehrmacht.de/Gliederungen/Heeresgruppen/HeeresgruppeMitte.htm Lexikon der Wehrmacht. Heeresgruppe Mitte]  (нем.)

Отрывок, характеризующий Группа армий «Центр»



На другой день после отъезда сына князь Николай Андреич позвал к себе княжну Марью.
– Ну что, довольна теперь? – сказал он ей, – поссорила с сыном! Довольна? Тебе только и нужно было! Довольна?.. Мне это больно, больно. Я стар и слаб, и тебе этого хотелось. Ну радуйся, радуйся… – И после этого княжна Марья в продолжение недели не видала своего отца. Он был болен и не выходил из кабинета.
К удивлению своему, княжна Марья заметила, что за это время болезни старый князь так же не допускал к себе и m lle Bourienne. Один Тихон ходил за ним.
Через неделю князь вышел и начал опять прежнюю жизнь, с особенной деятельностью занимаясь постройками и садами и прекратив все прежние отношения с m lle Bourienne. Вид его и холодный тон с княжной Марьей как будто говорил ей: «Вот видишь, ты выдумала на меня налгала князю Андрею про отношения мои с этой француженкой и поссорила меня с ним; а ты видишь, что мне не нужны ни ты, ни француженка».
Одну половину дня княжна Марья проводила у Николушки, следя за его уроками, сама давала ему уроки русского языка и музыки, и разговаривая с Десалем; другую часть дня она проводила в своей половине с книгами, старухой няней и с божьими людьми, которые иногда с заднего крыльца приходили к ней.
О войне княжна Марья думала так, как думают о войне женщины. Она боялась за брата, который был там, ужасалась, не понимая ее, перед людской жестокостью, заставлявшей их убивать друг друга; но не понимала значения этой войны, казавшейся ей такою же, как и все прежние войны. Она не понимала значения этой войны, несмотря на то, что Десаль, ее постоянный собеседник, страстно интересовавшийся ходом войны, старался ей растолковать свои соображения, и несмотря на то, что приходившие к ней божьи люди все по своему с ужасом говорили о народных слухах про нашествие антихриста, и несмотря на то, что Жюли, теперь княгиня Друбецкая, опять вступившая с ней в переписку, писала ей из Москвы патриотические письма.
«Я вам пишу по русски, мой добрый друг, – писала Жюли, – потому что я имею ненависть ко всем французам, равно и к языку их, который я не могу слышать говорить… Мы в Москве все восторжены через энтузиазм к нашему обожаемому императору.
Бедный муж мой переносит труды и голод в жидовских корчмах; но новости, которые я имею, еще более воодушевляют меня.
Вы слышали, верно, о героическом подвиге Раевского, обнявшего двух сыновей и сказавшего: «Погибну с ними, но не поколеблемся!И действительно, хотя неприятель был вдвое сильнее нас, мы не колебнулись. Мы проводим время, как можем; но на войне, как на войне. Княжна Алина и Sophie сидят со мною целые дни, и мы, несчастные вдовы живых мужей, за корпией делаем прекрасные разговоры; только вас, мой друг, недостает… и т. д.
Преимущественно не понимала княжна Марья всего значения этой войны потому, что старый князь никогда не говорил про нее, не признавал ее и смеялся за обедом над Десалем, говорившим об этой войне. Тон князя был так спокоен и уверен, что княжна Марья, не рассуждая, верила ему.
Весь июль месяц старый князь был чрезвычайно деятелен и даже оживлен. Он заложил еще новый сад и новый корпус, строение для дворовых. Одно, что беспокоило княжну Марью, было то, что он мало спал и, изменив свою привычку спать в кабинете, каждый день менял место своих ночлегов. То он приказывал разбить свою походную кровать в галерее, то он оставался на диване или в вольтеровском кресле в гостиной и дремал не раздеваясь, между тем как не m lle Bourienne, a мальчик Петруша читал ему; то он ночевал в столовой.
Первого августа было получено второе письмо от кня зя Андрея. В первом письме, полученном вскоре после его отъезда, князь Андрей просил с покорностью прощения у своего отца за то, что он позволил себе сказать ему, и просил его возвратить ему свою милость. На это письмо старый князь отвечал ласковым письмом и после этого письма отдалил от себя француженку. Второе письмо князя Андрея, писанное из под Витебска, после того как французы заняли его, состояло из краткого описания всей кампании с планом, нарисованным в письме, и из соображений о дальнейшем ходе кампании. В письме этом князь Андрей представлял отцу неудобства его положения вблизи от театра войны, на самой линии движения войск, и советовал ехать в Москву.
За обедом в этот день на слова Десаля, говорившего о том, что, как слышно, французы уже вступили в Витебск, старый князь вспомнил о письме князя Андрея.
– Получил от князя Андрея нынче, – сказал он княжне Марье, – не читала?
– Нет, mon pere, [батюшка] – испуганно отвечала княжна. Она не могла читать письма, про получение которого она даже и не слышала.
– Он пишет про войну про эту, – сказал князь с той сделавшейся ему привычной, презрительной улыбкой, с которой он говорил всегда про настоящую войну.
– Должно быть, очень интересно, – сказал Десаль. – Князь в состоянии знать…
– Ах, очень интересно! – сказала m llе Bourienne.
– Подите принесите мне, – обратился старый князь к m llе Bourienne. – Вы знаете, на маленьком столе под пресс папье.
M lle Bourienne радостно вскочила.
– Ах нет, – нахмурившись, крикнул он. – Поди ты, Михаил Иваныч.
Михаил Иваныч встал и пошел в кабинет. Но только что он вышел, старый князь, беспокойно оглядывавшийся, бросил салфетку и пошел сам.
– Ничего то не умеют, все перепутают.
Пока он ходил, княжна Марья, Десаль, m lle Bourienne и даже Николушка молча переглядывались. Старый князь вернулся поспешным шагом, сопутствуемый Михаилом Иванычем, с письмом и планом, которые он, не давая никому читать во время обеда, положил подле себя.
Перейдя в гостиную, он передал письмо княжне Марье и, разложив пред собой план новой постройки, на который он устремил глаза, приказал ей читать вслух. Прочтя письмо, княжна Марья вопросительно взглянула на отца.
Он смотрел на план, очевидно, погруженный в свои мысли.
– Что вы об этом думаете, князь? – позволил себе Десаль обратиться с вопросом.
– Я! я!.. – как бы неприятно пробуждаясь, сказал князь, не спуская глаз с плана постройки.
– Весьма может быть, что театр войны так приблизится к нам…
– Ха ха ха! Театр войны! – сказал князь. – Я говорил и говорю, что театр войны есть Польша, и дальше Немана никогда не проникнет неприятель.
Десаль с удивлением посмотрел на князя, говорившего о Немане, когда неприятель был уже у Днепра; но княжна Марья, забывшая географическое положение Немана, думала, что то, что ее отец говорит, правда.
– При ростепели снегов потонут в болотах Польши. Они только могут не видеть, – проговорил князь, видимо, думая о кампании 1807 го года, бывшей, как казалось, так недавно. – Бенигсен должен был раньше вступить в Пруссию, дело приняло бы другой оборот…
– Но, князь, – робко сказал Десаль, – в письме говорится о Витебске…
– А, в письме, да… – недовольно проговорил князь, – да… да… – Лицо его приняло вдруг мрачное выражение. Он помолчал. – Да, он пишет, французы разбиты, при какой это реке?
Десаль опустил глаза.
– Князь ничего про это не пишет, – тихо сказал он.
– А разве не пишет? Ну, я сам не выдумал же. – Все долго молчали.
– Да… да… Ну, Михайла Иваныч, – вдруг сказал он, приподняв голову и указывая на план постройки, – расскажи, как ты это хочешь переделать…
Михаил Иваныч подошел к плану, и князь, поговорив с ним о плане новой постройки, сердито взглянув на княжну Марью и Десаля, ушел к себе.
Княжна Марья видела смущенный и удивленный взгляд Десаля, устремленный на ее отца, заметила его молчание и была поражена тем, что отец забыл письмо сына на столе в гостиной; но она боялась не только говорить и расспрашивать Десаля о причине его смущения и молчания, но боялась и думать об этом.
Ввечеру Михаил Иваныч, присланный от князя, пришел к княжне Марье за письмом князя Андрея, которое забыто было в гостиной. Княжна Марья подала письмо. Хотя ей это и неприятно было, она позволила себе спросить у Михаила Иваныча, что делает ее отец.