Декларация ООН о сексуальной ориентации и гендерной принадлежности

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Декларация Организации Объединённых Наций по вопросам сексуальной ориентации и гендерной идентичности — инициированное Францией при поддержке Европейского союза постановление, представленное Генеральной Ассамблее ООН 18 декабря 2008 года. Заявление, изначально спланированное как резолюция, оппозиционно антигомосексуальному заявлению, выдвинутому странами-участницами Организации Исламской конференции.

Декларацию подписали только треть стран-членов ООН (66 из 192). Такие страны как Россия, Китай не подписали декларацию.[1]

Декларация осуждает насилие, притеснения, дискриминацию, изоляцию, стигматизацию и предрассудки по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности. Она также осуждает убийства и казни, пытки, произвольные аресты и лишение экономических, социальных и культурных прав на этой почве.

Декларация оценивается как достижение прав человека, разрушение табу на обсуждение темы ЛГБТ-прав в ООН. Оппоненты критикуют постановление как «попытку узаконить педофилию» и «другие скверные действия».К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3750 дней]





Ситуация на момент инициирования Декларации

По состоянию на декабрь 2008 года гомосексуальные отношения в 76 странах преследуется законом, в восьми из которых за такие отношения существует смертная казнь, а в девяти — пожизненное заключение[2]. В своём решении в 1994 году по делу Тунен против Австралии, Комитет по правам человека ООН, который отвечает за Международный пакт о гражданских и политических правах, постановил, что такие законы являются нарушением прав человека.

В 2006 году усилиями Луиса Джорджа Тина, основателя Международного дня против гомофобии была предпринята всемирная кампания с целью положить конец криминализации гомосексуальных отношений с Джокьякартскими принципами. Эта кампания была поддержана десятками международных общественных деятелей, включая лауреатов Нобелевской премии, учёных, священнослужителей и знаменитостей.

В 2008 году 34 страны-участницы Организации американских государств единогласно приняли декларацию, подтвердив, что защита прав человека распространяется и на права сексменьшинств.

После встречи Луиса Джорджа Тина с французским министром по правам человека и иностранным делам Рамой Йад в начале 2008 года, Йад объявила, что она обратится в ООН с рассмотрением вопроса всеобщей декриминализации гомосексуальности. Декларация быстро была поднята на обсуждение всемирного масштаба.

Инициированная Францией, председательствующей в Европейском союзе, и Нидерландами, декларация была задумана как резолюция, но было принято решение об определении её как декларации, так как не было оказано достаточно широкой поддержки для официальной резолюции. Декларация была зачитана аргентинским послом Джорджем Аргуелло 18 декабря 2008 года и стала первой декларацией касающейся прав ЛГБТ, обсуждаемой в Генеральной Ассамблее.

Поддержка

Несколько ораторов обратили внимание Конференции на то, что во многих странах законы против гомосексуальности берут начало ещё от британского колониального прошлого как от религии или традиции.

Озвучивая позицию Франции Йад спросила: «Как мы можем смириться с тем фактом, что люди побиваются камнями, вешаются и обезглавливаются только за нетрадиционную сексуальную ориентацию?»

Британский активист Питер Тэтчелл сказал: «Это историческое событие… Рассмотрение данного постановления является результатом коллективных глобальных усилий многих ЛГБТ-правозащитных и правозащитных организаций. Наше сотрудничество, единство и солидарность завоевали нам этот успех».

66 из 192 стран-членов ООН подписали декларацию, включая всех членов Европейского союза, и все крупные Западные нации, за исключением Соединённых Штатов.[3]

57 стран-членов Организации Исламской конференции и некоторые другие подписали альтернативное заявление, в котором формально выступили против дискриминации, но в то же время считают, что универсальные права человека не включают «попытку сосредоточить внимание на правах отдельных лиц».

Украина отозвала свою подпись незадолго до даты оглашения декларации без каких-либо комментариев.

США, Россия и Китай не подписали эту декларацию, но и не подписали альтернативную, за которую выступили члены организации «Исламская конференция».

Однако 18 марта 2009 года новая американская администрация Барака Обамы пообещала подписать декларацию.[4]

Представитель России в ООН Григорий Лукьянцев призвал отказаться от «вброса в повестку дня сюжетов, которые способны привести к возникновению конфронтации… искусственное выделение лиц с нетрадиционной сексуальной ориентацией чревато перегрузкой и без того обширной повестки дня Генассамблеи и смещением ключевого вектора её работы в плане преодоления дискриминации и ксенофобии». «Российская Федерация выступает против дискриминации, нетерпимости, репрессий и актов насилия в отношении лиц с нетрадиционной сексуальной ориентацией», — добавил Лукьянцев.

Государства, подписавшие Декларацию

Африка

Америка

Азия

Европа

Океания

Текст декларации

Мы имеем честь выступить с этим заявлением по вопросам прав человека, сексуальной ориентации и гендерной идентичности от имени […]

  1. Мы подтверждаем принцип универсальности прав человека, закреплённых во Всеобщей декларации прав человека, 60-летие которой отмечается в этом году, статья 1 которой гласит, что «все люди рождаются свободными и равными в своём достоинстве и правах»;
  2. Мы подтверждаем, что каждый человек имеет право на осуществление прав человека без какого-либо различия, как то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения, как изложено в статье 2 Всеобщей декларации прав человека и статье 2 Международного пакта о гражданских и политических, экономических, социальных и культурных правах, а также в статье 26 Международного пакта о гражданских и политических правах;
  3. Мы подтверждаем принцип недискриминации, в соответствии с которым права человека в равной степени относятся к каждому человеку, независимо от сексуальной ориентации или гендерной идентичности;
  4. Мы глубоко обеспокоены нарушениями прав человека и основных свобод по признаку сексуальной ориентации или гендерной идентичности;
  5. Мы также обеспокоены тем, что насилие, домогательства, дискриминация, отчуждение, стигматизация и предрассудки направлены против лиц во всех странах мира из-за сексуальной ориентации или гендерной идентичности, и что такие виды практик подрывают целостность и достоинство тех, кто подвергается этим нападкам;
  6. Мы осуждаем нарушения прав человека, основанные на сексуальной ориентации или гендерной идентичности, где бы они ни происходили, в частности, применение смертной казни на этом основании, внесудебных, суммарных или произвольных казнях, практики применения пыток и другого жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения или наказания, произвольного ареста или содержания под стражей и лишения экономических, социальных и культурных прав, включая право на охрану здоровья;
  7. Мы напоминаем о заявлении от 2006 года, сделанном в Совете по правам человека от пятидесяти четырёх стран с просьбой к Председателю Совета обеспечить возможность обсуждения этих нарушений на соответствующей будущей сессии Совета;
  8. Мы воздаём должное тому вниманию, что уделяется этим вопросам в рамках специальных процедур Совета по правам человека и договорными органами, и призываем их к продолжению усилий по обеспечению рассмотрения нарушений прав человека, основанных на сексуальной ориентации или гендерной идентичности в рамках их соответствующих мандатов;
  9. Мы приветствуем принятие резолюции AG / RES. 2435 (XXXVIII-O/08) по теме «Права человека, сексуальной ориентации и гендерной идентичности» со стороны Генеральной ассамблеи Организации американских государств в ходе 38 сессии 3 июня 2008 года;
  10. Мы призываем все государства и соответствующие международные механизмы по правам человека взять на себя обязательства поощрять и защищать права человека всех людей, независимо от сексуальной ориентации и гендерной идентичности;
  11. Мы настоятельно призываем государства принять все необходимые меры, в частности, законодательные или административные, чтобы сексуальная ориентация или гендерная идентичность ни при каких обстоятельствах не могли быть основой для уголовного наказания, в частности, для казней, арестов или задержания.
  12. Мы настоятельно призываем государства обеспечить, чтобы нарушения прав человека, основанные на сексуальной ориентации или гендерной идентичности, были расследованы и виновные привлечены к ответственности и преданы суду;
  13. Мы настоятельно призываем государства обеспечить надлежащую защиту правозащитников, а также устранить препятствия, которые мешают им выполнять их работу по вопросам прав человека и сексуальной ориентации и гендерной идентичности.

— [www.iglhrc.org/binary-data/ATTACHMENT/file/000/000/313-1.pdf Письмо постоянных представителей Аргентины, Бразилии, Габона, Нидерландов, Норвегии, Франции, Хорватии и Японии от 18 декабря 2008 года на имя Председателя Генеральной Ассамблеи]

Напишите отзыв о статье "Декларация ООН о сексуальной ориентации и гендерной принадлежности"

Примечания

  1. Ворошилин С.И. [fps.uspu.ru/images/attach/category/91/Журнал%20конечный%20исправленный%20окт%202010.pdf#page=97%7C Поведенческие зависимости и «права человека» на своё поведение в обществе] // Сборник научных статей сотрудников и студентов института психологии УрГПУ. — 2010. — С. 107.
  2. [www.pinknews.co.uk/news/articles/2005-9997.html Foreign Secretary backs UN statement on LGBT human rights — from Pink News — all the latest gay news from the gay community — Pink News]
  3. [www.uralweb.ru/news/n335852.html Гомосексуалисты раскололи ООН]
  4. [www.gazeta.ru/news/lenta/2009/03/18/n_1342156.shtml США подпишут декларацию о правах сексуальных меньшинств]

Отрывок, характеризующий Декларация ООН о сексуальной ориентации и гендерной принадлежности

– Вот, по крайней мере, мы вами теперь вполне воспользуемся, милый князь, – говорила маленькая княгиня, разумеется по французски, князю Василью, – это не так, как на наших вечерах у Annette, где вы всегда убежите; помните cette chere Annette? [милую Аннет?]
– А, да вы мне не подите говорить про политику, как Annette!
– А наш чайный столик?
– О, да!
– Отчего вы никогда не бывали у Annette? – спросила маленькая княгиня у Анатоля. – А я знаю, знаю, – сказала она, подмигнув, – ваш брат Ипполит мне рассказывал про ваши дела. – О! – Она погрозила ему пальчиком. – Еще в Париже ваши проказы знаю!
– А он, Ипполит, тебе не говорил? – сказал князь Василий (обращаясь к сыну и схватив за руку княгиню, как будто она хотела убежать, а он едва успел удержать ее), – а он тебе не говорил, как он сам, Ипполит, иссыхал по милой княгине и как она le mettait a la porte? [выгнала его из дома?]
– Oh! C'est la perle des femmes, princesse! [Ах! это перл женщин, княжна!] – обратился он к княжне.
С своей стороны m lle Bourienne не упустила случая при слове Париж вступить тоже в общий разговор воспоминаний. Она позволила себе спросить, давно ли Анатоль оставил Париж, и как понравился ему этот город. Анатоль весьма охотно отвечал француженке и, улыбаясь, глядя на нее, разговаривал с нею про ее отечество. Увидав хорошенькую Bourienne, Анатоль решил, что и здесь, в Лысых Горах, будет нескучно. «Очень недурна! – думал он, оглядывая ее, – очень недурна эта demoiselle de compagn. [компаньонка.] Надеюсь, что она возьмет ее с собой, когда выйдет за меня, – подумал он, – la petite est gentille». [малютка – мила.]
Старый князь неторопливо одевался в кабинете, хмурясь и обдумывая то, что ему делать. Приезд этих гостей сердил его. «Что мне князь Василий и его сынок? Князь Василий хвастунишка, пустой, ну и сын хорош должен быть», ворчал он про себя. Его сердило то, что приезд этих гостей поднимал в его душе нерешенный, постоянно заглушаемый вопрос, – вопрос, насчет которого старый князь всегда сам себя обманывал. Вопрос состоял в том, решится ли он когда либо расстаться с княжной Марьей и отдать ее мужу. Князь никогда прямо не решался задавать себе этот вопрос, зная вперед, что он ответил бы по справедливости, а справедливость противоречила больше чем чувству, а всей возможности его жизни. Жизнь без княжны Марьи князю Николаю Андреевичу, несмотря на то, что он, казалось, мало дорожил ею, была немыслима. «И к чему ей выходить замуж? – думал он, – наверно, быть несчастной. Вон Лиза за Андреем (лучше мужа теперь, кажется, трудно найти), а разве она довольна своей судьбой? И кто ее возьмет из любви? Дурна, неловка. Возьмут за связи, за богатство. И разве не живут в девках? Еще счастливее!» Так думал, одеваясь, князь Николай Андреевич, а вместе с тем всё откладываемый вопрос требовал немедленного решения. Князь Василий привез своего сына, очевидно, с намерением сделать предложение и, вероятно, нынче или завтра потребует прямого ответа. Имя, положение в свете приличное. «Что ж, я не прочь, – говорил сам себе князь, – но пусть он будет стоить ее. Вот это то мы и посмотрим».
– Это то мы и посмотрим, – проговорил он вслух. – Это то мы и посмотрим.
И он, как всегда, бодрыми шагами вошел в гостиную, быстро окинул глазами всех, заметил и перемену платья маленькой княгини, и ленточку Bourienne, и уродливую прическу княжны Марьи, и улыбки Bourienne и Анатоля, и одиночество своей княжны в общем разговоре. «Убралась, как дура! – подумал он, злобно взглянув на дочь. – Стыда нет: а он ее и знать не хочет!»
Он подошел к князю Василью.
– Ну, здравствуй, здравствуй; рад видеть.
– Для мила дружка семь верст не околица, – заговорил князь Василий, как всегда, быстро, самоуверенно и фамильярно. – Вот мой второй, прошу любить и жаловать.
Князь Николай Андреевич оглядел Анатоля. – Молодец, молодец! – сказал он, – ну, поди поцелуй, – и он подставил ему щеку.
Анатоль поцеловал старика и любопытно и совершенно спокойно смотрел на него, ожидая, скоро ли произойдет от него обещанное отцом чудацкое.
Князь Николай Андреевич сел на свое обычное место в угол дивана, подвинул к себе кресло для князя Василья, указал на него и стал расспрашивать о политических делах и новостях. Он слушал как будто со вниманием рассказ князя Василья, но беспрестанно взглядывал на княжну Марью.
– Так уж из Потсдама пишут? – повторил он последние слова князя Василья и вдруг, встав, подошел к дочери.
– Это ты для гостей так убралась, а? – сказал он. – Хороша, очень хороша. Ты при гостях причесана по новому, а я при гостях тебе говорю, что вперед не смей ты переодеваться без моего спроса.
– Это я, mon pиre, [батюшка,] виновата, – краснея, заступилась маленькая княгиня.
– Вам полная воля с, – сказал князь Николай Андреевич, расшаркиваясь перед невесткой, – а ей уродовать себя нечего – и так дурна.
И он опять сел на место, не обращая более внимания на до слез доведенную дочь.
– Напротив, эта прическа очень идет княжне, – сказал князь Василий.
– Ну, батюшка, молодой князь, как его зовут? – сказал князь Николай Андреевич, обращаясь к Анатолию, – поди сюда, поговорим, познакомимся.
«Вот когда начинается потеха», подумал Анатоль и с улыбкой подсел к старому князю.
– Ну, вот что: вы, мой милый, говорят, за границей воспитывались. Не так, как нас с твоим отцом дьячок грамоте учил. Скажите мне, мой милый, вы теперь служите в конной гвардии? – спросил старик, близко и пристально глядя на Анатоля.
– Нет, я перешел в армию, – отвечал Анатоль, едва удерживаясь от смеха.
– А! хорошее дело. Что ж, хотите, мой милый, послужить царю и отечеству? Время военное. Такому молодцу служить надо, служить надо. Что ж, во фронте?
– Нет, князь. Полк наш выступил. А я числюсь. При чем я числюсь, папа? – обратился Анатоль со смехом к отцу.
– Славно служит, славно. При чем я числюсь! Ха ха ха! – засмеялся князь Николай Андреевич.
И Анатоль засмеялся еще громче. Вдруг князь Николай Андреевич нахмурился.
– Ну, ступай, – сказал он Анатолю.
Анатоль с улыбкой подошел опять к дамам.
– Ведь ты их там за границей воспитывал, князь Василий? А? – обратился старый князь к князю Василью.
– Я делал, что мог; и я вам скажу, что тамошнее воспитание гораздо лучше нашего.
– Да, нынче всё другое, всё по новому. Молодец малый! молодец! Ну, пойдем ко мне.
Он взял князя Василья под руку и повел в кабинет.
Князь Василий, оставшись один на один с князем, тотчас же объявил ему о своем желании и надеждах.
– Что ж ты думаешь, – сердито сказал старый князь, – что я ее держу, не могу расстаться? Вообразят себе! – проговорил он сердито. – Мне хоть завтра! Только скажу тебе, что я своего зятя знать хочу лучше. Ты знаешь мои правила: всё открыто! Я завтра при тебе спрошу: хочет она, тогда пусть он поживет. Пускай поживет, я посмотрю. – Князь фыркнул.
– Пускай выходит, мне всё равно, – закричал он тем пронзительным голосом, которым он кричал при прощаньи с сыном.
– Я вам прямо скажу, – сказал князь Василий тоном хитрого человека, убедившегося в ненужности хитрить перед проницательностью собеседника. – Вы ведь насквозь людей видите. Анатоль не гений, но честный, добрый малый, прекрасный сын и родной.
– Ну, ну, хорошо, увидим.
Как оно всегда бывает для одиноких женщин, долго проживших без мужского общества, при появлении Анатоля все три женщины в доме князя Николая Андреевича одинаково почувствовали, что жизнь их была не жизнью до этого времени. Сила мыслить, чувствовать, наблюдать мгновенно удесятерилась во всех их, и как будто до сих пор происходившая во мраке, их жизнь вдруг осветилась новым, полным значения светом.
Княжна Марья вовсе не думала и не помнила о своем лице и прическе. Красивое, открытое лицо человека, который, может быть, будет ее мужем, поглощало всё ее внимание. Он ей казался добр, храбр, решителен, мужествен и великодушен. Она была убеждена в этом. Тысячи мечтаний о будущей семейной жизни беспрестанно возникали в ее воображении. Она отгоняла и старалась скрыть их.
«Но не слишком ли я холодна с ним? – думала княжна Марья. – Я стараюсь сдерживать себя, потому что в глубине души чувствую себя к нему уже слишком близкою; но ведь он не знает всего того, что я о нем думаю, и может вообразить себе, что он мне неприятен».
И княжна Марья старалась и не умела быть любезной с новым гостем. «La pauvre fille! Elle est diablement laide», [Бедная девушка, она дьявольски дурна собою,] думал про нее Анатоль.
M lle Bourienne, взведенная тоже приездом Анатоля на высокую степень возбуждения, думала в другом роде. Конечно, красивая молодая девушка без определенного положения в свете, без родных и друзей и даже родины не думала посвятить свою жизнь услугам князю Николаю Андреевичу, чтению ему книг и дружбе к княжне Марье. M lle Bourienne давно ждала того русского князя, который сразу сумеет оценить ее превосходство над русскими, дурными, дурно одетыми, неловкими княжнами, влюбится в нее и увезет ее; и вот этот русский князь, наконец, приехал. У m lle Bourienne была история, слышанная ею от тетки, доконченная ею самой, которую она любила повторять в своем воображении. Это была история о том, как соблазненной девушке представлялась ее бедная мать, sa pauvre mere, и упрекала ее за то, что она без брака отдалась мужчине. M lle Bourienne часто трогалась до слез, в воображении своем рассказывая ему , соблазнителю, эту историю. Теперь этот он , настоящий русский князь, явился. Он увезет ее, потом явится ma pauvre mere, и он женится на ней. Так складывалась в голове m lle Bourienne вся ее будущая история, в самое то время как она разговаривала с ним о Париже. Не расчеты руководили m lle Bourienne (она даже ни минуты не обдумывала того, что ей делать), но всё это уже давно было готово в ней и теперь только сгруппировалось около появившегося Анатоля, которому она желала и старалась, как можно больше, нравиться.
Маленькая княгиня, как старая полковая лошадь, услыхав звук трубы, бессознательно и забывая свое положение, готовилась к привычному галопу кокетства, без всякой задней мысли или борьбы, а с наивным, легкомысленным весельем.
Несмотря на то, что Анатоль в женском обществе ставил себя обыкновенно в положение человека, которому надоедала беготня за ним женщин, он чувствовал тщеславное удовольствие, видя свое влияние на этих трех женщин. Кроме того он начинал испытывать к хорошенькой и вызывающей Bourienne то страстное, зверское чувство, которое на него находило с чрезвычайной быстротой и побуждало его к самым грубым и смелым поступкам.
Общество после чаю перешло в диванную, и княжну попросили поиграть на клавикордах. Анатоль облокотился перед ней подле m lle Bourienne, и глаза его, смеясь и радуясь, смотрели на княжну Марью. Княжна Марья с мучительным и радостным волнением чувствовала на себе его взгляд. Любимая соната переносила ее в самый задушевно поэтический мир, а чувствуемый на себе взгляд придавал этому миру еще большую поэтичность. Взгляд же Анатоля, хотя и был устремлен на нее, относился не к ней, а к движениям ножки m lle Bourienne, которую он в это время трогал своею ногою под фортепиано. M lle Bourienne смотрела тоже на княжну, и в ее прекрасных глазах было тоже новое для княжны Марьи выражение испуганной радости и надежды.
«Как она меня любит! – думала княжна Марья. – Как я счастлива теперь и как могу быть счастлива с таким другом и таким мужем! Неужели мужем?» думала она, не смея взглянуть на его лицо, чувствуя всё тот же взгляд, устремленный на себя.
Ввечеру, когда после ужина стали расходиться, Анатоль поцеловал руку княжны. Она сама не знала, как у ней достало смелости, но она прямо взглянула на приблизившееся к ее близоруким глазам прекрасное лицо. После княжны он подошел к руке m lle Bourienne (это было неприлично, но он делал всё так уверенно и просто), и m lle Bourienne вспыхнула и испуганно взглянула на княжну.
«Quelle delicatesse» [Какая деликатность,] – подумала княжна. – Неужели Ame (так звали m lle Bourienne) думает, что я могу ревновать ее и не ценить ее чистую нежность и преданность ко мне. – Она подошла к m lle Bourienne и крепко ее поцеловала. Анатоль подошел к руке маленькой княгини.
– Non, non, non! Quand votre pere m'ecrira, que vous vous conduisez bien, je vous donnerai ma main a baiser. Pas avant. [Нет, нет, нет! Когда отец ваш напишет мне, что вы себя ведете хорошо, тогда я дам вам поцеловать руку. Не прежде.] – И, подняв пальчик и улыбаясь, она вышла из комнаты.


Все разошлись, и, кроме Анатоля, который заснул тотчас же, как лег на постель, никто долго не спал эту ночь.
«Неужели он мой муж, именно этот чужой, красивый, добрый мужчина; главное – добрый», думала княжна Марья, и страх, который почти никогда не приходил к ней, нашел на нее. Она боялась оглянуться; ей чудилось, что кто то стоит тут за ширмами, в темном углу. И этот кто то был он – дьявол, и он – этот мужчина с белым лбом, черными бровями и румяным ртом.