Денисов, Владимир Сергеевич

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Владимир Денисов
Имя при рождении:

Владимир Сергеевич Денисов

Дата рождения:

23 ноября 1950(1950-11-23) (73 года)

Гражданство:

СССР СССРРоссия Россия

Влади́мир Серге́евич Дени́сов (р. 23 ноября 1950) — советский и российский художник, скульптор, педагог. Создатель и бессменный директор Школы изобразительных искусств в Обнинске1990). Почётный учитель Российской Федерации, педагог высшей категории.





Биография

В 1990 году вместе с несколькими единомышленниками основал в Обнинске Школу изобразительных искусств.

Мы поняли, что так преподавать живопись и рисунок, как это делалось в советские времена, уже нельзя. Да и, честно говоря, не хочется. И вот мы собрались с духом, обдумали наши планы, сели за стол и написали устав нашей школы.[1]
Становление нашей школы было достаточно сложным. Это ведь были 90-е годы, я сам это время называю не иначе как гражданской войной. Выжить было крайне сложно и с материальной точки зрения, и в моральном плане, но мы выдержали.[2]

В соавторстве с Мариной Глазовой в 2008 году создал первый в России учебник по цветоведению.[3]

Автор скульптурного портрета Александра Пушкина в усадьбе Белкино в Обнинске (2008).[4]

Я решил представить поэта в христовом возрасте 33 лет. Заказчикам понравилась глиняная модель бюста. Думаю‚ что мне удалось при целостности облика сделать образ поэта многогранным. Глядя на него с одной точки‚ может показаться‚ что он философски смотрит вдаль‚ с другой — говорит «Я вас любил»‚ с третьей — «Я памятник себе воздвиг»…[5]

Участие в творческих и общественных организациях

Цитаты

Журналист Сергей Коротков:

Выдающийся мастер соцреализма. Может с лёгкостью изобразить рабочего в спецовке, голубя мира или комбайн на току. Живопись его светла и понятна, как божий день.

Но. Но. Но. Больше живописи художник [Денисов] любит детей. В любви к детям он может посоперничать с самим Львом Толстым. Но если граф заставлял детишек колоть дрова, а сам, сволочь, стоял у них над душой и читал им вслух свои назидательные сказки, то [Денисов] не пошел по такому садистскому пути — он просто-напросто создал для детей нормальную художественную школу. Над душой [Денисов] ни у кого не стоит, всё больше посиживает в своём кабинете и лукаво усмехается в седую бороду. В зрачках у художника скачут веселые чёртики, а весь его облик дышит снисходительностью, пониманием и великодушием. Дети смотрят на [Денисова] с благоговением, как смотрели когда-то на самого Корнея Чуковского.
[Денисову] необходимо позавидовать: прекрасно осознавая предел своих творческих возможностей, он не только нашёл себя и своё место в жизни, но и сумел остаться порядочным и независтливым человеком. Для художников это редкость редчайшая.[6]

Художник Александр Уткин, ученик Владимира Денисова (2008):

Есть у нас в Обнинске такая получастная-полумуниципальная художка во главе с великим человеком, Владимиром Сергеевичем Денисовым, великим, на мой взгляд, педагогом.[7]

Библиография

Публикации Владимира Денисова

Книги

  • Денисов В. С., Глазова М. В. Восприятие цвета: Учебно-методическое пособие. — М.: Эксмо, 2008. — 176 с. — (Образовательный стандарт XXI). — 3000 экз. — ISBN 978-5-699-24233-7.
  • Денисов В. С., Глазова М. В. Восприятие цвета: Учебно-методическое пособие. — М.: Эксмо, 2009. — 176 с. — (Образовательный стандарт XXI). — 2000 экз. — ISBN 978-5-699-24233-7.
  • Глазова М. В., Денисов В. С. Изобразительное искусство. Алгоритм композиции. — М.: Когито-Центр, 2012.

Статьи

  • Денисов В. С. [bealive.fm/society/CHAS-PIK-%E2%84%964-616-REORGANIZATSIYA-NAZRELA/ Реорганизация назрела] // Час пик. — 8 февраля 2013 года. — № 4 (616).

Денисов В. С. Дизайн в дополнительном образовании и в культуре.Дети техника творчество.№1 2013, с. 52, 53 Образовательный научно-популярный журнал,

О Владимире Денисове

  • Вареник Владимир. [www.vobninske.ru/blog/chaspik/3506.html Юбилей художника и учителя] // Час пик. — 3 декабря 2010 года.
  • Коротков Сергей. [www.obninsk.ru/pero/?id=1924 Художники города Околонска] // Obninsk.Ru.
  • Коротков Сергей. [newsreda.ru/?p=2835 Восприятие цвета, восприятие жизни] // Новая среда +. — 15 сентября 2010 года.
  • Коротков Сергей. [www.vest-news.ru/article.php?id=15075 Восприятие цвета, восприятие жизни] // Весть. — 21 сентября 2010 года. — № 342 (6673).
  • Коротков Сергей. [www.vest-news.ru/article.php?id=16881 Контракт с рисовальщиком] // Весть. — 3 февраля 2011 года. — № 40-43 (6854-6857).
  • Коротков Сергей. [vestnik-obninsk.ru/?p=3990 Контракт с рисовальщиком] // Обнинский вестник. — 3 марта 2011 года.
  • [www.rambler.ru/news/0/0/12028485.html Педагоги из Обнинска написали первый в России учебник по цветоведению] // Regions.ru. — 21 января 2008 года.
  • Сочеева Евгения. [www.aki-ros.ru/default.asp?Part=256&NID=26209 В Обнинске появился памятник Пушкину] // Агентство культурной информации. — 14 августа 2008 года.
  • Яковлева А. [www.vperyod.ru/id11928.htm Работа как состояние души] // Обнинск. — 2010. — № 115 (3359).
  • Романов Юрий. [bealive.fm/culture/CHAS-PIK-%E2%84%9631-606-YARKII-MIR-STUDIITSEV-DENISOVA/ Яркий мир студийцев Денисова] // Час пик. — 24 ноября 2012 года. — № 31 (606).

Напишите отзыв о статье "Денисов, Владимир Сергеевич"

Примечания

  1. Коротков Сергей. [www.vest-news.ru/article.php?id=15075 Восприятие цвета, восприятие жизни] // Весть. — № 342 (6673). — 21 сентября 2010 года.
  2. Яковлева А. [www.vperyod.ru/id11928.htm Работа как состояние души] // Обнинск. — № 115 (3359). — 2010. — Сентябрь.
  3. [www.rambler.ru/news/0/0/12028485.html Педагоги из Обнинска написали первый в России учебник по цветоведению] // Regions.ru. — 21 января 2008 года.
  4. Коротков Сергей. [www.pressaobninsk.ru/nedobfull/612/ Я памятник себе воздвиг...] // Неделя Обнинска. — 1 августа 2008 года.
  5. [www.48439.ru/news/culture/403.html Обнинский Пушкин] // 48439.ru. — 30 мая 2008 года.
  6. Коротков Сергей. [www.obninsk.ru/pero/?id=1924 Художники города Околонска] // Obninsk.Ru.
  7. Багаев Владимир. [kak.ru/columns/highstart/a6188/ До-диез-дизайн] // [как). — 2008. — Май.

Ссылки

Отрывок, характеризующий Денисов, Владимир Сергеевич

Эту деятельность исторических лиц историки называют реакцией.
Описывая деятельность этих исторических лиц, бывших, по их мнению, причиною того, что они называют реакцией, историки строго осуждают их. Все известные люди того времени, от Александра и Наполеона до m me Stael, Фотия, Шеллинга, Фихте, Шатобриана и проч., проходят перед их строгим судом и оправдываются или осуждаются, смотря по тому, содействовали ли они прогрессу или реакции.
В России, по их описанию, в этот период времени тоже происходила реакция, и главным виновником этой реакции был Александр I – тот самый Александр I, который, по их же описаниям, был главным виновником либеральных начинаний своего царствования и спасения России.
В настоящей русской литературе, от гимназиста до ученого историка, нет человека, который не бросил бы своего камушка в Александра I за неправильные поступки его в этот период царствования.
«Он должен был поступить так то и так то. В таком случае он поступил хорошо, в таком дурно. Он прекрасно вел себя в начале царствования и во время 12 го года; но он поступил дурно, дав конституцию Польше, сделав Священный Союз, дав власть Аракчееву, поощряя Голицына и мистицизм, потом поощряя Шишкова и Фотия. Он сделал дурно, занимаясь фронтовой частью армии; он поступил дурно, раскассировав Семеновский полк, и т. д.».
Надо бы исписать десять листов для того, чтобы перечислить все те упреки, которые делают ему историки на основании того знания блага человечества, которым они обладают.
Что значат эти упреки?
Те самые поступки, за которые историки одобряют Александра I, – как то: либеральные начинания царствования, борьба с Наполеоном, твердость, выказанная им в 12 м году, и поход 13 го года, не вытекают ли из одних и тех же источников – условий крови, воспитания, жизни, сделавших личность Александра тем, чем она была, – из которых вытекают и те поступки, за которые историки порицают его, как то: Священный Союз, восстановление Польши, реакция 20 х годов?
В чем же состоит сущность этих упреков?
В том, что такое историческое лицо, как Александр I, лицо, стоявшее на высшей возможной ступени человеческой власти, как бы в фокусе ослепляющего света всех сосредоточивающихся на нем исторических лучей; лицо, подлежавшее тем сильнейшим в мире влияниям интриг, обманов, лести, самообольщения, которые неразлучны с властью; лицо, чувствовавшее на себе, всякую минуту своей жизни, ответственность за все совершавшееся в Европе, и лицо не выдуманное, а живое, как и каждый человек, с своими личными привычками, страстями, стремлениями к добру, красоте, истине, – что это лицо, пятьдесят лет тому назад, не то что не было добродетельно (за это историки не упрекают), а не имело тех воззрений на благо человечества, которые имеет теперь профессор, смолоду занимающийся наукой, то есть читанном книжек, лекций и списыванием этих книжек и лекций в одну тетрадку.
Но если даже предположить, что Александр I пятьдесят лет тому назад ошибался в своем воззрении на то, что есть благо народов, невольно должно предположить, что и историк, судящий Александра, точно так же по прошествии некоторого времени окажется несправедливым, в своем воззрении на то, что есть благо человечества. Предположение это тем более естественно и необходимо, что, следя за развитием истории, мы видим, что с каждым годом, с каждым новым писателем изменяется воззрение на то, что есть благо человечества; так что то, что казалось благом, через десять лет представляется злом; и наоборот. Мало того, одновременно мы находим в истории совершенно противоположные взгляды на то, что было зло и что было благо: одни данную Польше конституцию и Священный Союз ставят в заслугу, другие в укор Александру.
Про деятельность Александра и Наполеона нельзя сказать, чтобы она была полезна или вредна, ибо мы не можем сказать, для чего она полезна и для чего вредна. Если деятельность эта кому нибудь не нравится, то она не нравится ему только вследствие несовпадения ее с ограниченным пониманием его о том, что есть благо. Представляется ли мне благом сохранение в 12 м году дома моего отца в Москве, или слава русских войск, или процветание Петербургского и других университетов, или свобода Польши, или могущество России, или равновесие Европы, или известного рода европейское просвещение – прогресс, я должен признать, что деятельность всякого исторического лица имела, кроме этих целей, ещь другие, более общие и недоступные мне цели.
Но положим, что так называемая наука имеет возможность примирить все противоречия и имеет для исторических лиц и событий неизменное мерило хорошего и дурного.
Положим, что Александр мог сделать все иначе. Положим, что он мог, по предписанию тех, которые обвиняют его, тех, которые профессируют знание конечной цели движения человечества, распорядиться по той программе народности, свободы, равенства и прогресса (другой, кажется, нет), которую бы ему дали теперешние обвинители. Положим, что эта программа была бы возможна и составлена и что Александр действовал бы по ней. Что же сталось бы тогда с деятельностью всех тех людей, которые противодействовали тогдашнему направлению правительства, – с деятельностью, которая, по мнению историков, хороша и полезна? Деятельности бы этой не было; жизни бы не было; ничего бы не было.
Если допустить, что жизнь человеческая может управляться разумом, – то уничтожится возможность жизни.


Если допустить, как то делают историки, что великие люди ведут человечество к достижению известных целей, состоящих или в величии России или Франции, или в равновесии Европы, или в разнесении идей революции, или в общем прогрессе, или в чем бы то ни было, то невозможно объяснить явлений истории без понятий о случае и о гении.
Если цель европейских войн начала нынешнего столетия состояла в величии России, то эта цель могла быть достигнута без всех предшествовавших войн и без нашествия. Если цель – величие Франции, то эта цель могла быть достигнута и без революции, и без империи. Если цель – распространение идей, то книгопечатание исполнило бы это гораздо лучше, чем солдаты. Если цель – прогресс цивилизации, то весьма легко предположить, что, кроме истребления людей и их богатств, есть другие более целесообразные пути для распространения цивилизации.
Почему же это случилось так, а не иначе?
Потому что это так случилось. «Случай сделал положение; гений воспользовался им», – говорит история.
Но что такое случай? Что такое гений?
Слова случай и гений не обозначают ничего действительно существующего и потому не могут быть определены. Слова эти только обозначают известную степень понимания явлений. Я не знаю, почему происходит такое то явление; думаю, что не могу знать; потому не хочу знать и говорю: случай. Я вижу силу, производящую несоразмерное с общечеловеческими свойствами действие; не понимаю, почему это происходит, и говорю: гений.
Для стада баранов тот баран, который каждый вечер отгоняется овчаром в особый денник к корму и становится вдвое толще других, должен казаться гением. И то обстоятельство, что каждый вечер именно этот самый баран попадает не в общую овчарню, а в особый денник к овсу, и что этот, именно этот самый баран, облитый жиром, убивается на мясо, должно представляться поразительным соединением гениальности с целым рядом необычайных случайностей.
Но баранам стоит только перестать думать, что все, что делается с ними, происходит только для достижения их бараньих целей; стоит допустить, что происходящие с ними события могут иметь и непонятные для них цели, – и они тотчас же увидят единство, последовательность в том, что происходит с откармливаемым бараном. Ежели они и не будут знать, для какой цели он откармливался, то, по крайней мере, они будут знать, что все случившееся с бараном случилось не нечаянно, и им уже не будет нужды в понятии ни о случае, ни о гении.
Только отрешившись от знаний близкой, понятной цели и признав, что конечная цель нам недоступна, мы увидим последовательность и целесообразность в жизни исторических лиц; нам откроется причина того несоразмерного с общечеловеческими свойствами действия, которое они производят, и не нужны будут нам слова случай и гений.
Стоит только признать, что цель волнений европейских народов нам неизвестна, а известны только факты, состоящие в убийствах, сначала во Франции, потом в Италии, в Африке, в Пруссии, в Австрии, в Испании, в России, и что движения с запада на восток и с востока на запад составляют сущность и цель этих событий, и нам не только не нужно будет видеть исключительность и гениальность в характерах Наполеона и Александра, но нельзя будет представить себе эти лица иначе, как такими же людьми, как и все остальные; и не только не нужно будет объяснять случайностию тех мелких событий, которые сделали этих людей тем, чем они были, но будет ясно, что все эти мелкие события были необходимы.
Отрешившись от знания конечной цели, мы ясно поймем, что точно так же, как ни к одному растению нельзя придумать других, более соответственных ему, цвета и семени, чем те, которые оно производит, точно так же невозможно придумать других двух людей, со всем их прошедшим, которое соответствовало бы до такой степени, до таких мельчайших подробностей тому назначению, которое им предлежало исполнить.