Диалекты фриульского языка

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

Диале́кты фриу́льского языка́ (фриульск. variants dal furlan, итал. varianti del friulano, dialetti del friulano) — территориальные разновидности фриульского языка. Выделяют три основных диалектных региона: карнийский, западнофриульский и центрально-восточный фриульский[1][4][5].

Для фриульских диалектов характерны различия на всех уровнях языка, прежде всего в фонетике и морфологии, существенны также и лексические различия[4].

В формировании языковой нормы и литературно-языковых процессах важнейшую роль играют диалекты центрально-восточного ареала (прежде всего, диалект города Удине)[6][7].





Общие сведения

Среди фриульских диалектов наиболее распространёнными по числу носителей являются центрально-восточные диалекты. Койне города Удине, сложившееся в центрально-восточном ареале — ведущая языковая форма, на основе которой идёт процесс формирования единого литературного языка фриулов. Койне Удине (центральное койне) используется на территории Фриули в средствах массовой информации и школьном обучении. Литературное творчество отмечается не только на престижных центральном и горицианском койне, но и на вариантах фриульского языка других регионов. Западнофриульские диалекты являются наиболее инновационными и наиболее подверженными влиянию венетского языка. Карнийские диалекты наиболее архаичны, они отличаются относительной устойчивостью и менее подвержены вытеснению итальянским литературным языком, фриульской региональной разновидностью итальянского языка и венетским языком[1][4][7] Диалекты и отдельные говоры фриульского языка могут иметь довольно существенные различия, но в большинстве случаев эти различия не затрудняют взаимопонимаемость между носителями диалектов из разных регионов. Для современной языковой ситуации Фриули характерны процессы сближения диалектов, их наиболее специфические черты в речи среднего и молодого поколения фриулов, как правило, утрачиваются[8].

Ареал центрально-восточных фриульских диалектов размещается к югу от Карнийских и Юлийских Альп и к востоку от среднего и нижнего течения реки Тальяменто в центральных и юго-восточных частях территории Фриули. Западнофриульский ареал занимает западную часть территории Фриули к югу от Карнийских Альп и к западу от среднего и нижнего течения реки Тальяменто. Ареал карнийских диалектов размещается горных районах Карнийских Альп. Область распространения западнофриульских диалектов находится в пределах провинции Порденоне, область распространения центрально-восточных и карнийских диалектов — в провинции Удине области Фриули — Венеция-Джулия. Кроме того, часть ареала западнофриульских диалектов размещена в ряде районов провинции Венеция области Венеция, а часть центрально-восточных диалектов занимает территорию провинции Гориция области Фриули — Венеция-Джулия[1][2].

Языковая ситуация во Фриули характеризуется различными видами двуязычия, прежде всего, фриульско-итальянским и фриульско-венетским. Венецианский диалект венетского языка в так называемой колониальной разновидности[it] распространён среди жителей крупных населённых пунктов Фриули. Кроме того, венетский язык распространён также в западных, южных и юго-восточных периферийных районах Фриули, для населения которых характерны переключение кодов и интерференция фриульских говоров с говорами венетского языка[9].

Классификация

Согласно классификациям Дж. Франческато и Дж. Фрау[it], в ареале фриульского языка выделяют следующие диалекты и говоры[4][10]:

До XIX века говоры фриульского типа были распространены в городах Триест и Муджа и в их окрестностях — тергестино[it] и мульизано[it]. Данные говоры были вытеснены колониальными диалектами[it] венетского языка: говор тергестино — в начале XIX века, говор мульизано — во второй половине XIX века[4]. Кроме того, в прошлом к фриульскому ареалу относи­лись италороманские говоры Истрии[6].

Существуют и другие варианты диалектного членения фриульского языка. При самом общем делении фриульского языкового ареала выделяют две диалектные группы: западную и центрально-восточную, распространённые соответственно к западу и востоку от среднего и нижнего течения реки Тальяменто. В этом случае говоры Карнии включаются в центрально-восточный диалектный ареал[4].

Диалектные различия

Дифференциация фриульских диалектов основывается на таких фонетических признаках, как[4][11]:

Среди морфологических явлений, характеризующих фриульские диалекты, выделяют[4]:

  • различия в формах определённого артикля;
  • различия во флексиях существительных женского рода в форме множественного числа: -as, -es, -is, -e, -i;
  • различия в окончаниях глаголов настоящего времени в формах 1-го лица единственного числа (-o, -i) иb 1-го лица множественного числа (-in, -ẹn, -án, -ǫ́n).

Среди лексических различий отмечается, в частности, распространение таких форм глагола со значением «идти», как la: (в центрально-восточных фриульских диалектах) и zi:, ği: (в западнофриульских диалектах)[4].

Напишите отзыв о статье "Диалекты фриульского языка"

Примечания

Комментарии
  1. Включение эртанского говора во фриульский языковой ареал не является общепризнанным. Как фриульский этот говор рассматривал Дж. Франческато (по фонетическим признакам), в то же время такие исследователи, как Г. И. Асколи, Т. Гартнер, К. Баттисти[it] относили эртанский говор к ладинскому языку.
Источники
  1. 1 2 3 4 Vanelli, Laura. [www.treccani.it/enciclopedia/dialetti-friulani_%28Enciclopedia_dell'Italiano%29/ Friulani, dialetti] (итал.). Enciclopedia dell'Italiano (2010). Treccani.it. (Проверено 25 марта 2016)
  2. 1 2 Roseano P. [paoloroseano.weebly.com/uploads/4/3/6/3/43633727/roseano_dialetti_friulano.pdf Suddivisione dialettale del friulano] (итал.) // S. Heinemann, L. Melchior (eds.). Manuale di linguistica friulana. — Berlin: De Gruyter Mouton, 2015. — P. 163. — ISBN 978-3-11-031059-7. (Проверено 25 марта 2016)
  3. Коряков Ю. Б. Приложение. Карты. 9. П-ов Истрия и юг области Фриули-Венеция-Джулия // Языки мира. Романские языки. — М.: Academia, 2001. — ISBN 5-87444-016-Х.
  4. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Нарумов Б. П., Сухачёв Н. Л. Фриульский язык // Языки мира. Романские языки. — М.: Academia, 2001. — С. 367. — ISBN 5-87444-016-Х.
  5. Lewis, M. Paul, Gary F. Simons, Charles D. Fennig: [www.ethnologue.com/language/fur Friulian. A language of Italy] (англ.). Ethnologue: Languages of the World (18th Ed.). Dallas: SIL International (2016). (Проверено 25 марта 2016)
  6. 1 2 Бородина М. А., Сухачёв Н. Л. [tapemark.narod.ru/les/410b.html Ретороманские языки] // Лингвистический энциклопедический словарь / Под ред. В. Н. Ярцевой. — М.: Советская энциклопедия, 1990. — 685 с. — ISBN 5-85270-031-2.
  7. 1 2 Нарумов Б. П., Сухачёв Н. Л. Фриульский язык // Языки мира. Романские языки. — М.: Academia, 2001. — С. 368—369. — ISBN 5-87444-016-Х.
  8. Нарумов Б. П., Сухачёв Н. Л. Фриульский язык // Языки мира. Романские языки. — М.: Academia, 2001. — С. 366. — ISBN 5-87444-016-Х.
  9. Нарумов Б. П., Сухачёв Н. Л. Фриульский язык // Языки мира. Романские языки. — М.: Academia, 2001. — С. 367368. — ISBN 5-87444-016-Х.
  10. Roseano P. [paoloroseano.weebly.com/uploads/4/3/6/3/43633727/roseano_dialetti_friulano.pdf Suddivisione dialettale del friulano] (итал.) // S. Heinemann, L. Melchior (eds.). Manuale di linguistica friulana. — Berlin: De Gruyter Mouton, 2015. — P. 162. — ISBN 978-3-11-031059-7. (Проверено 25 марта 2016)
  11. Нарумов Б. П., Сухачёв Н. Л. Фриульский язык // Языки мира. Романские языки. — М.: Academia, 2001. — С. 390—391. — ISBN 5-87444-016-Х.

Отрывок, характеризующий Диалекты фриульского языка

– У графа был ячмень, – сказал адъютант, улыбаясь, – и он очень беспокоился, когда я ему сказал, что приходил народ спрашивать, что с ним. А что, граф, – сказал вдруг адъютант, с улыбкой обращаясь к Пьеру, – мы слышали, что у вас семейные тревоги? Что будто графиня, ваша супруга…
– Я ничего не слыхал, – равнодушно сказал Пьер. – А что вы слышали?
– Нет, знаете, ведь часто выдумывают. Я говорю, что слышал.
– Что же вы слышали?
– Да говорят, – опять с той же улыбкой сказал адъютант, – что графиня, ваша жена, собирается за границу. Вероятно, вздор…
– Может быть, – сказал Пьер, рассеянно оглядываясь вокруг себя. – А это кто? – спросил он, указывая на невысокого старого человека в чистой синей чуйке, с белою как снег большою бородой, такими же бровями и румяным лицом.
– Это? Это купец один, то есть он трактирщик, Верещагин. Вы слышали, может быть, эту историю о прокламации?
– Ах, так это Верещагин! – сказал Пьер, вглядываясь в твердое и спокойное лицо старого купца и отыскивая в нем выражение изменничества.
– Это не он самый. Это отец того, который написал прокламацию, – сказал адъютант. – Тот молодой, сидит в яме, и ему, кажется, плохо будет.
Один старичок, в звезде, и другой – чиновник немец, с крестом на шее, подошли к разговаривающим.
– Видите ли, – рассказывал адъютант, – это запутанная история. Явилась тогда, месяца два тому назад, эта прокламация. Графу донесли. Он приказал расследовать. Вот Гаврило Иваныч разыскивал, прокламация эта побывала ровно в шестидесяти трех руках. Приедет к одному: вы от кого имеете? – От того то. Он едет к тому: вы от кого? и т. д. добрались до Верещагина… недоученный купчик, знаете, купчик голубчик, – улыбаясь, сказал адъютант. – Спрашивают у него: ты от кого имеешь? И главное, что мы знаем, от кого он имеет. Ему больше не от кого иметь, как от почт директора. Но уж, видно, там между ними стачка была. Говорит: ни от кого, я сам сочинил. И грозили и просили, стал на том: сам сочинил. Так и доложили графу. Граф велел призвать его. «От кого у тебя прокламация?» – «Сам сочинил». Ну, вы знаете графа! – с гордой и веселой улыбкой сказал адъютант. – Он ужасно вспылил, да и подумайте: этакая наглость, ложь и упорство!..
– А! Графу нужно было, чтобы он указал на Ключарева, понимаю! – сказал Пьер.
– Совсем не нужно», – испуганно сказал адъютант. – За Ключаревым и без этого были грешки, за что он и сослан. Но дело в том, что граф очень был возмущен. «Как же ты мог сочинить? – говорит граф. Взял со стола эту „Гамбургскую газету“. – Вот она. Ты не сочинил, а перевел, и перевел то скверно, потому что ты и по французски, дурак, не знаешь». Что же вы думаете? «Нет, говорит, я никаких газет не читал, я сочинил». – «А коли так, то ты изменник, и я тебя предам суду, и тебя повесят. Говори, от кого получил?» – «Я никаких газет не видал, а сочинил». Так и осталось. Граф и отца призывал: стоит на своем. И отдали под суд, и приговорили, кажется, к каторжной работе. Теперь отец пришел просить за него. Но дрянной мальчишка! Знаете, эдакой купеческий сынишка, франтик, соблазнитель, слушал где то лекции и уж думает, что ему черт не брат. Ведь это какой молодчик! У отца его трактир тут у Каменного моста, так в трактире, знаете, большой образ бога вседержителя и представлен в одной руке скипетр, в другой держава; так он взял этот образ домой на несколько дней и что же сделал! Нашел мерзавца живописца…


В середине этого нового рассказа Пьера позвали к главнокомандующему.
Пьер вошел в кабинет графа Растопчина. Растопчин, сморщившись, потирал лоб и глаза рукой, в то время как вошел Пьер. Невысокий человек говорил что то и, как только вошел Пьер, замолчал и вышел.
– А! здравствуйте, воин великий, – сказал Растопчин, как только вышел этот человек. – Слышали про ваши prouesses [достославные подвиги]! Но не в том дело. Mon cher, entre nous, [Между нами, мой милый,] вы масон? – сказал граф Растопчин строгим тоном, как будто было что то дурное в этом, но что он намерен был простить. Пьер молчал. – Mon cher, je suis bien informe, [Мне, любезнейший, все хорошо известно,] но я знаю, что есть масоны и масоны, и надеюсь, что вы не принадлежите к тем, которые под видом спасенья рода человеческого хотят погубить Россию.
– Да, я масон, – отвечал Пьер.
– Ну вот видите ли, мой милый. Вам, я думаю, не безызвестно, что господа Сперанский и Магницкий отправлены куда следует; то же сделано с господином Ключаревым, то же и с другими, которые под видом сооружения храма Соломона старались разрушить храм своего отечества. Вы можете понимать, что на это есть причины и что я не мог бы сослать здешнего почт директора, ежели бы он не был вредный человек. Теперь мне известно, что вы послали ему свой. экипаж для подъема из города и даже что вы приняли от него бумаги для хранения. Я вас люблю и не желаю вам зла, и как вы в два раза моложе меня, то я, как отец, советую вам прекратить всякое сношение с такого рода людьми и самому уезжать отсюда как можно скорее.
– Но в чем же, граф, вина Ключарева? – спросил Пьер.
– Это мое дело знать и не ваше меня спрашивать, – вскрикнул Растопчин.
– Ежели его обвиняют в том, что он распространял прокламации Наполеона, то ведь это не доказано, – сказал Пьер (не глядя на Растопчина), – и Верещагина…
– Nous y voila, [Так и есть,] – вдруг нахмурившись, перебивая Пьера, еще громче прежнего вскрикнул Растопчин. – Верещагин изменник и предатель, который получит заслуженную казнь, – сказал Растопчин с тем жаром злобы, с которым говорят люди при воспоминании об оскорблении. – Но я не призвал вас для того, чтобы обсуждать мои дела, а для того, чтобы дать вам совет или приказание, ежели вы этого хотите. Прошу вас прекратить сношения с такими господами, как Ключарев, и ехать отсюда. А я дурь выбью, в ком бы она ни была. – И, вероятно, спохватившись, что он как будто кричал на Безухова, который еще ни в чем не был виноват, он прибавил, дружески взяв за руку Пьера: – Nous sommes a la veille d'un desastre publique, et je n'ai pas le temps de dire des gentillesses a tous ceux qui ont affaire a moi. Голова иногда кругом идет! Eh! bien, mon cher, qu'est ce que vous faites, vous personnellement? [Мы накануне общего бедствия, и мне некогда быть любезным со всеми, с кем у меня есть дело. Итак, любезнейший, что вы предпринимаете, вы лично?]
– Mais rien, [Да ничего,] – отвечал Пьер, все не поднимая глаз и не изменяя выражения задумчивого лица.
Граф нахмурился.
– Un conseil d'ami, mon cher. Decampez et au plutot, c'est tout ce que je vous dis. A bon entendeur salut! Прощайте, мой милый. Ах, да, – прокричал он ему из двери, – правда ли, что графиня попалась в лапки des saints peres de la Societe de Jesus? [Дружеский совет. Выбирайтесь скорее, вот что я вам скажу. Блажен, кто умеет слушаться!.. святых отцов Общества Иисусова?]
Пьер ничего не ответил и, нахмуренный и сердитый, каким его никогда не видали, вышел от Растопчина.

Когда он приехал домой, уже смеркалось. Человек восемь разных людей побывало у него в этот вечер. Секретарь комитета, полковник его батальона, управляющий, дворецкий и разные просители. У всех были дела до Пьера, которые он должен был разрешить. Пьер ничего не понимал, не интересовался этими делами и давал на все вопросы только такие ответы, которые бы освободили его от этих людей. Наконец, оставшись один, он распечатал и прочел письмо жены.
«Они – солдаты на батарее, князь Андрей убит… старик… Простота есть покорность богу. Страдать надо… значение всего… сопрягать надо… жена идет замуж… Забыть и понять надо…» И он, подойдя к постели, не раздеваясь повалился на нее и тотчас же заснул.
Когда он проснулся на другой день утром, дворецкий пришел доложить, что от графа Растопчина пришел нарочно посланный полицейский чиновник – узнать, уехал ли или уезжает ли граф Безухов.
Человек десять разных людей, имеющих дело до Пьера, ждали его в гостиной. Пьер поспешно оделся, и, вместо того чтобы идти к тем, которые ожидали его, он пошел на заднее крыльцо и оттуда вышел в ворота.
С тех пор и до конца московского разорения никто из домашних Безуховых, несмотря на все поиски, не видал больше Пьера и не знал, где он находился.


Ростовы до 1 го сентября, то есть до кануна вступления неприятеля в Москву, оставались в городе.
После поступления Пети в полк казаков Оболенского и отъезда его в Белую Церковь, где формировался этот полк, на графиню нашел страх. Мысль о том, что оба ее сына находятся на войне, что оба они ушли из под ее крыла, что нынче или завтра каждый из них, а может быть, и оба вместе, как три сына одной ее знакомой, могут быть убиты, в первый раз теперь, в это лето, с жестокой ясностью пришла ей в голову. Она пыталась вытребовать к себе Николая, хотела сама ехать к Пете, определить его куда нибудь в Петербурге, но и то и другое оказывалось невозможным. Петя не мог быть возвращен иначе, как вместе с полком или посредством перевода в другой действующий полк. Николай находился где то в армии и после своего последнего письма, в котором подробно описывал свою встречу с княжной Марьей, не давал о себе слуха. Графиня не спала ночей и, когда засыпала, видела во сне убитых сыновей. После многих советов и переговоров граф придумал наконец средство для успокоения графини. Он перевел Петю из полка Оболенского в полк Безухова, который формировался под Москвою. Хотя Петя и оставался в военной службе, но при этом переводе графиня имела утешенье видеть хотя одного сына у себя под крылышком и надеялась устроить своего Петю так, чтобы больше не выпускать его и записывать всегда в такие места службы, где бы он никак не мог попасть в сражение. Пока один Nicolas был в опасности, графине казалось (и она даже каялась в этом), что она любит старшего больше всех остальных детей; но когда меньшой, шалун, дурно учившийся, все ломавший в доме и всем надоевший Петя, этот курносый Петя, с своими веселыми черными глазами, свежим румянцем и чуть пробивающимся пушком на щеках, попал туда, к этим большим, страшным, жестоким мужчинам, которые там что то сражаются и что то в этом находят радостного, – тогда матери показалось, что его то она любила больше, гораздо больше всех своих детей. Чем ближе подходило то время, когда должен был вернуться в Москву ожидаемый Петя, тем более увеличивалось беспокойство графини. Она думала уже, что никогда не дождется этого счастия. Присутствие не только Сони, но и любимой Наташи, даже мужа, раздражало графиню. «Что мне за дело до них, мне никого не нужно, кроме Пети!» – думала она.